Czytaj książkę: «Девочка Ястреба»

Пролог

Нет! Этого не может быть!

Тот, от кого я так стремительно бежала и кому всем сердцем желала гореть в аду, вольготно развалился в кожаном кресле и невозмутимо сверлил меня, стоящую перед ним в насквозь промокшем платье, не скрывающем ни единого сантиметра дрожащего тела, своим хищным взглядом. Тела, которое этот Монстр изучил вдоль и поперек.

Обхватила себя руками в защитном жесте, на что Ястреб лишь ухмыльнулся.

- Ну, здравствуй, мой Ангел. Какая неожиданная встреча.

Я упрямо сжала губы, вскидывая подбородок.

- Подойди! – Короткий приказ.

И не подумала сдвинуться с места.

Шатен дернул бровью… и поднялся сам. На этот жест я отшатнулась, но стоящие за моей спиной мужчины не позволили покинуть темный кабинет, насквозь пропитанный запахом табака и дорогого парфюма с четко ощутимой древесной ноткой.

Два амбала, те самые, что привели меня сюда, надежно загораживали собой единственный выход, делая очередную попытку побега несбыточной.

- Ну, что же ты как не родная? – С явной издевкой продолжил мужчина и вскинул руку, чтобы жесткой хваткой сомкнуть пальцы на моем горле.

Ставшие почти черными глаза полыхнули яростью, а моего обоняния коснулся знакомый запах, возвращающий меня в томительные воспоминания. Его запах. Тот, что когда-то вскружил голову. Казалось, несочетаемая на первый взгляд смесь ароматов герани, кардамона, мандарина и кедра ощущалась на нем чем-то особенным, неповторимым и уникальным.

Мой палач. Мой кошмар. Мое сумасшествие. Моя страсть.

Мой муж.

- Ты заставила меня поднять на уши весь город, Ангелина, – буквально прорычал Ястребов. – Я искал тебя полгода. Шесть долбанных месяцев!

- Отпусти. – Получилось жалко и хрипло.

То ли от нехватки кислорода, то ли от ужаса, сковавшего мое существо.

Он лишь крепче сомкнул пальцы, нависая надо мной.

- Как ты посмела сбежать?!

- Я не твоя собственность! – Вцепилась в его руку в попытке оторвать ее от себя, но это было равносильно борьбе с ветряной мельницей.

- Ты моя. – Довольно категорично. – И стала моей, как только я увидел тебя.

- Пусти. – Дышать действительно становилось трудно.

Виктор разомкнул хватку, но не отошел.

Мне хотелось ударить его. Или плюнуть в лицо. Но, разумеется, я не рискнула. Он не тот человек, который стерпит подобное.

- Запереть! – Приказ для его шестерок, но смотрит прямо на меня, словно пытается пригвоздить к полу взглядом. – Даже за малейшую попытку побега отвечаете головой.

- Я тебя ненавижу! – Нахожу в себе силы сжать кулаки и выдержать его взгляд, не опуская глаз.

- Это не отменяет факта, что мы женаты. – Криво ухмыльнулся Виктор.

- Мне нужен развод!

- Не будь наивной дурочкой, ты его не получишь. И больше я тебя не отпущу.

Я не должна спрашивать. Не должна, но клокочущее внутри чувство жгучей обиды руководит языком быстрее, чем успеваю захлопнуть рот.

- А она?!

Его бровь фигурно выгибается, как будто Ястребов удивлен, что мне есть дело до его личной жизни.

Думала, не ответит, но муж снизошел до короткого:

- Она всего лишь блажь. Игрушка.

Меня обдает арктическим холодом, хотя обычно рядом с ним ощущается жар, будто от падения в жерло вулкана.

- Уведите ее. – Последнее, что услышала, пока капкан из цепких рук его послушных псов не замкнулся на моем предплечье, и меня не увели из кабинета.

- Ненавижу, – прошептала, оставляя его за спиной.

Ненавижу!

А ведь когда-то думала, что он моя судьба. Моя жизнь. Мое дыхание.

Как жестоко я ошибалась!

Глава 1

Полтора года назад

Ангелина

- Свет, кто это? – Постаралась, чтобы мой голос за грохочущей музыкой достиг ушей подруги, но не донесся до стоящего чуть поодаль от основного веселья умопомрачительно красивого мужчины в черном деловом костюме. Он держал в руках стакан, кажется, с виски и опирался на перила, не боясь находиться возле стеклянной перегородки, не позволяющей гостям этого праздника жизни свалиться с высоты двадцатого этажа.

Самойлова посмотрела через плечо и хмыкнула.

- Ты не знаешь организатора вечеринки? Это хозяин.

- Ястребов?..

- Ястребов. – Светлана поправила норовящую соскользнуть с точеного плеча бретельку. – Таких персон нужно знать в лицо.

Поймала губами трубочку коктейля, медленно потянув освежающий лимонад, мятным послевкусием оставшимся на языке.

Это было мое железное правило на такого рода мероприятиях: никакого алкоголя. Так что мохито без рома – как раз то, что мне нужно.

- Что ты знаешь о нем?

- Серьезно? – Света несколько раз моргнула. – Даже не думай, Лина. Этот хищник не по наши души.

- Я тебя не спрашивала, что думаешь. Я хочу знать, что он за человек.

Подруга закатила глаза.

- Миллионер. Владелец сети бутиков и Дома Мод «Cuore». Недостижимая мечта каждой девочки из здесь присутствующих и, пожалуй, еще пары-тройки тысяч тех, кто просто слышали о нем. И бабник. В его постель попасть легко. А вот в сердце он никого не пускает. Если хочешь развлечения на один раз – стоит просто улыбнуться.

- Он приглашает всех без разбора? – Почему-то не верилось.

- Ты видишь здесь лишних? – Она смотрела на меня, как на наивное дитя.

Действительно. Сплошные модели, актрисы и публичные личности, которые то и дело мелькали с экранов телевизоров, в кино или на сцене.

Мне самой повезло попасть на закрытую вечеринку только благодаря дружбе со Светой. Ну, и едва остывшим чернилам под модельным контрактом. С «Cuore».

И тут такая удача: сам основатель и владелец компании!

Да, и, оказывается, ничуть не уступающий внешне тем, кто представлял его модельное агентство. Ему бы самому на подиум. Или в рекламу.

- Странно, что я не видела его на билбордах.

- Ястребов предпочитает оставаться в тени.

- И все же ты знаешь, кто он.

- Я не первый год в этом бизнесе, детка. – Под моим испытующим взглядом Светлана сдалась. – Я имела честь познакомиться с ним на одном из закрытых показов. Он тогда выходил в свет софитов, чтобы сказать пару слов для потенциальных инвесторов.

Закусила трубочку коктейля, еще раз присматриваясь к стоящему у ограждения мужчине.

- Ты спала с ним?

Самойлова фыркнула.

- Смысл? Все, кто побывал в его постели, больше туда не возвращались. Зато в их сторону кивали со снисходительной улыбкой. Мол, рыбка, снова сорвалась. Не хочу быть червяком, которого надкусят и выплюнут.

- Ты выше этого? – Подняла брови.

Эффектная блондинка, являющаяся сейчас лицом новой коллекции нижнего белья, никак не походила на идеалистку, ожидающую большую и вечную любовь. В бизнесе, куда я пришла, таких перемалывают в первые же месяцы. Чтобы оставить на обочине.

Нет, в моделинге нужно быть хитрыми и изворотливыми. И… отдавать себе отчет, что твое тело – это предмет. Разменная монета. Которой можно заплатить за безбедное будущее. Или хотя бы вытянуть билет в ближайший поезд к выгодному контракту. Так что быстрые связи через постель – это практически как сказать «здравствуйте».

Поэтому… нет, что-то не сходилось.

- Он тебе отказал? – Округлила глаза. И, увидев, как Света плотно сжала зубы, утвердилась в своей догадке. – Но ты же сказала, что он со всеми, и стоит только улыбнуться…

- Видимо, улыбкой не вышла, – прошипела подруга. – Он уже собирался уходить в номер с Марией Сотниковой. Я посчитала, что смогу заинтересовать его больше, чем эта выскочка. В ответ прилетело предложение принять участие в тройничке. Но мне же не это нужно было!

- А что? – Облокотилась на столик. – Секс он и в Африке секс.

- То есть, ты бы согласилась? Делить постель с кем-то третьим?

Пожала плечами и потянула мохито.

Неужели Света, будучи на своем месте дольше моего, еще не поняла, что таких мужиков заполучить можно только через запретное? Показать, что ты согласна, и уже после…

- Посмотрим. – Беспечно улыбнулась и постаралась выбросить из головы картины, как Ястребов кладет руку мне на талию, чтобы прижать к себе. А после приказывает идти с ним.

Вероятно, я совсем сошла с ума, поскольку заметив, что владелец «Cuore» разговаривает с модельером, которого в отличие от самого хозяина праздника я знала – ведь именно он и привел меня в агентство – расправила плечи и целенаправленно направилась к мужчинам.

- Джентльмены, прошу прощения, не хотела мешать. Но не могу уйти, не попрощавшись. Фабио, милый, благодарю за приглашение. Но, думаю, мне пора.

На меня воззрились с недоумением и легким интересом. Последний был написан на лице Ястребова. Кажется, он никак не ожидал, что с его праздника жизни захотят уйти так быстро. Ведь вечеринка только-только набирала обороты.

- Тебя кто-то обидел? Покажи мне эту сволочь, и я устрою ей холодный душ! – Франко притопнул ногой, приподнял оранжевый коктейль, который сжимал в одной руке, а для пущего эффекта упер кулак в приталенный розовый кардиган.

Помотала головой, тут же беззащитно улыбаясь.

- Нет-нет, просто посчитала, что следует выспаться перед съемками, чтобы не добавлять работы стилистам.

- Кто назначил на завтра съемки? – Голос Ястребова был ему под стать: мощный, пробирающий до нутра и забирающийся под тонкое платье. А для его взгляда, казалось, не существовало преграды в виде моего наряда.

Он облизывал тело, практически осязаемо касаясь моей кожи. Так, что хотелось вести ладонями вслед этому взгляду, проверяя, не появились ли на мне отметины, ведь градус явно повысился.

Не знала, что взор может быть таким. Охватывающим одновременно все и сразу. Под ним я чувствовала себя голой. Беззащитной. И вместе с тем… мне хотелось показать себя ему. Чтобы этот мужчина любовался, а на жестких губах появилась одобрительная улыбка.

Иррациональное желание. Обычно я хотела просто нравиться. Это было моей работой как модели.

Впрочем… о какой работе шла речь, если до того, как я подписала контакт с «Cuore», мне предоставилось не так много шансов показать себя? Хотя, стоит отметить факт попадания в итальянский журнал, где я позировала в безупречных образах от Фабио Гальянни. Мой лотерейный билет на сегодняшний прием. И тот выпавший по случайности. Мне всего-навсего повезло попасться ему на глаза на пляже возле Санта-Маринеллы. Итальянец так воодушевился моим бикини, что предложил съемку. А я согласилась.

Знала бы я тогда, к чему это приведет, приехала бы на морские каникулы на пару лет раньше. Впрочем, у меня за спиной уже имелся диплом дизайнера, и я была подкована во всем, что касалось и пошива, и художественного вкуса. Вот только не предполагала оказаться с другой стороны процесса.

Однако карта легла таким образом… что отказываться не захотелось.

Открытые двери в мир моды манили и обещали хорошие заработки. И связи.

Не все дизайнеры попадают в высшую лигу, чаще это относилось к моделям. Здесь пробиться было легче. Мне. Как оказалось.

Спасибо протекции Фабио. Видимо, зацепила его моя знойная красота, чем-то похожая на красоту родных ему итальянок: такие же черные длинные волосы, стройное телосложение, смуглая кожа, но по-русски серые глаза, выделяющие меня из общей массы кареглазых любительниц пасты и пиццы.

- Илона. Меня пригласили на съемку к десяти утра.

- Мамма миа! – Фабио схватился за сердце. – Эта фурия продолжает грязно играть! Кажется, пора преподать ей урок! Витторио, ты видишь, что творится прямо под твоим носом?!

- Я… сделала что-то не так?..

- Как тебя зовут? – Виктор еще раз медленно прошелся оценивающим взглядом по моему лицу, а после «облизал» фигуру.

- Ангелина. Грекова.

- Ангелина… Ангел. – Ястребов хмыкнул. – Падший ангел.

И как понимать это? Комплимент?.. Или?..

- Лина, завтра нет никаких съемок! Эта ведьма Илона развлекается над новичками, заставляя их тратить нервные клетки! – Фабио начал обмахиваться рукой. – Подумать только, я считал, что она уже выросла из подобных игр.

- Не будет съемки?.. Но… – Озадаченно обернулась в поисках администратора, передавшей мне график работы.

- Разберись с этим, Фабио. – Приказ от Ястребова, и мужчина с выбеленными волосами и искусно подведенными глазами, кивнув, оставляет нас один на один. – Значит, ты новенькая. – Не вопрос, утверждение.

- А Вы?.. Простите, мы не познакомились.

Ястребов приподнял брови, а после усмехнулся.

- Интересно. – Он отсалютовал мне виски. – Виктор Андреевич. Я мастодонт в мире моды, если можно так выразиться. И новички обычно знают меня.

Опустила взор, впрочем, тут же встречаясь с ним взглядом.

- Мне полагается наказание за неведение относительно Вашей персоны?

Виктор хмыкнул.

- Ангелочек-то с зубками. Любишь игры?

- Смотря кто инициатор.

- Дерзкая. – Мужчина прищурился и опустошил свой стакан одним махом, передавая его мне. – Обнови. Односолодовый безо льда.

Интересный ход. Проверяет мои рамки дозволенного? Хочет понять, подчинюсь ли в такой мелочи? Или взбрыкну, возмутившись, что это обязанность официанта?

Но я совершенно не знала, как он отреагирует, если откажу. Может потерять интерес и вычеркнуть за ненужностью. Или, напротив, посчитает хулиганское поведение вызовом.

Нужно действовать мудро.

- Любите покрепче?

- Да.

Кивнула и со стаканом отправилась к бару.

Что же, господин Ястребов, пройду по лезвию. И тоже проверю границы. Ваши.

- Кофе с виски. Крепкий. – Отставила стакан, понимая, что кофе подадут в чашке.

Если официант и удивился заказу, виду не подал, и через минуту передо мной дымился ароматный напиток.

Уже на подходе к Виктору Андреевичу внутренне подобралась, стараясь ладонью скрыть чашку с содержимым. И все-таки передать пришлось.

- Что это?

- Напиток покрепче. Как Вы любите.

- Я просил односолодовый виски.

- Вы не сказали, что в него нельзя добавлять кофе. И были лишь против льда.

Ястребов смерил меня долгим взглядом. Изучающим, пробирающим до самого последнего нерва, а потом…

- Иди за мной.

Глава 2

Виктор

- Ох, Витторио, твоя вечеринка как всегда настоящий огонек! Чувствую, зажжем в конце этого праздника так, что искры полетят! – Фабио был в своем репертуаре.

Впрочем, я уже привык к его эксцентричной манере общения и способах самовыражения. Для меня что было главное? Чтобы он приносил доход. А с этим пунктом Гальянни справлялся на ура. Его весенняя коллекция до сих пор приносила немалые дивиденды, когда на дворе уже давно и прочно расцветало яркими красками лето.

Знал бы, что стоит делать ставку на итальянца, отдал бы лето ему. Но, увы, всего не предусмотришь. И этот сезон ушел к госпоже Михайловой. Алена тоже показала результат, но он был не таким впечатляющим. Значит, стоит внести поправки на осенние планы.

- Как проходит работа по пошиву? Я до сих пор не увидел окончательный дизайн.

- Согласование в процессе. – Блондин вздохнул и тут же скис. Его, как и всех творческих людей, ужасно бесили бюрократические проволочки.

- Когда предоставишь?

- На следующей неделе.

- Точнее?

- В пятницу.

- Значит, не раньше понедельника. – Кивнул, принимая как данное.

Я готов был подождать. С Фабио точно. Ему требовалось больше времени, чем другим модельерам, но и эффект от дизайна был феерическим. За одно это стоило закрывать глаза на его непунктуальность.

- Что по поводу твоего прошения… – Сделал небольшой глоток, позволяя виски мягко прокатиться по языку, обжигая горло. – Думаю, это можно устроить.

- Закрытый показ?! – Казалось, Гальянни сейчас хлопнется в обморок. От счастья, разумеется. – И я сам смогу выбирать моделей?.. И обговорить все детали?

- Твой показ. Твои модели. Твои ассистенты. Я предоставлю помещение и распоряжусь о рекламе.

- Ох! Витторио! Спасибо! Огромное спасибо! Ты не пожалеешь! Я прославлю «Cuore»!

- Озаботься тем, чтобы это мероприятие стало отправной точкой в твоем творчестве. Я готов вложиться, но в ответ жду фееричный прорыв.

- Он будет! – Фабио сиял. Практически натурально. – Я уже вижу, как оно будет происходить!

Дальнейшие восторги подчиненного затухли из-за подошедшей к нам брюнетки в черном коктейльном платье, переливающемся в свете попадающих на искрящуюся ткань фонариков.

- Джентльмены, прошу прощения, не хотела мешать. Но не могу уйти, не попрощавшись. Фабио, милый, благодарю за приглашение. Но, думаю, мне пора.

Я ожидал, что со мной снова захотят навести мосты. Ведь с первого взгляда на незнакомку было ясно, что она здесь из-за смазливой физиономии. Да и стройная фигурка с высокой грудью и узкой талией подсказывали, что милашка может выгодно позировать перед камерой. Так, чтобы мужики ее тотчас захотели трахнуть, а девушки начали рассматривать надетое на точеный силуэт белье, чтобы приобрести себе такое же. Дабы соблазнять уже своих кавалеров.

Модель. Она точно была моделью. Высокий рост, броская внешность и открытый чуть наглый взгляд. Уверен, пройдись она по подиуму, в конечной его точке он приобрел бы хищное выражение. Идеально для запоминания.

Но что это, она подошла… попрощаться?

- Тебя кто-то обидел? Покажи мне эту сволочь, и я устрою ей холодный душ!

Девушка заверила Фабио, что ей никто не угрожал, и она просто хочет выспаться… перед предстоящей фотосессией!

Что за ерунда?

- Кто назначил на завтра съемки? – Свел брови вместе.

Когда я организовываю вечеринки и приглашаю часть персонала из собственного Дома Мод, априори на следующий день даю девочкам отоспаться. Зачастую как раз из-за того, что ключевые фигуры просыпаются только к обеду. В моей постели.

- Илона. Меня пригласили на съемку к десяти утра.

Пропустил мимо ушей причитания модельера. Вместо этого медленно, не отказывая себе в удовольствии заметить затвердевшие соски, выпирающие из-под ткани платья, осмотрел девушку.

- Как тебя зовут?

- Ангелина. – Брюнетка помедлила. – Грекова.

Ее фамилия мне ничего не сказала. Не знаю Грековых. Значит, не протеже друзей. Да и я бы запомнил, если бы ко мне захотели устроить Ангела.

- Падший ангел.

Ее зрачки расширились.

Понравилось определение?

Ее мимика сменилась на недоумение, когда Фабио объявил, что завтрашний день для моделей свободен. А стоило отослать Гальянни, девочка удивила меня второй раз, спросив, чем же занимаюсь я.

Неужели спутала с одним из коллег?

Я модель? Забавно.

- Виктор Андреевич.

- Мне полагается наказание за неведение относительно Вашей персоны?

А вот тут стало любопытно. Очень любопытно.

Она играет? Действительно новичок, не понимающий, как следует себя вести? Или подосланная актриса?

Если последний вариант, можно развлечься– девочка весьма недурна собой. А как получу желаемое, выпытать, кто же решил подарить мне ночь страсти в объятиях этого Ангела.

Попросил принести мне выпить. И следил за тем, как она пару секунд сомневалась, после чего все-таки решилась, направляясь к бару.

Вышколенные девочки должны по первому требованию предоставлять все, что бы я ни попросил. Даже если бы приказал снять это платье. Сейчас, перед всеми. Никакого сопротивления.

Но она колебалась. В малом!

И все-таки принесла…

- Что это?

- Напиток покрепче. Как Вы любите.

- Я просил односолодовый виски.

- Вы не сказали, что в него нельзя добавлять кофе. И были лишь против льда.

Все-таки любит поиграть. Отлично. Давно я не испытывал к однодневному развлечению что-то кроме похоти. А здесь… хотелось снять с этой Лины не только тряпки. Мне интересно было обнажить ее мысли.

- Иди за мной.

Ангелина удивила меня в третий раз, когда произнесла в спину:

- Меня не нужно провожать.

Я сначала сбился с шага, а потом и вовсе остановился, оборачиваясь на это… недоразумение.

Она не поняла намека?

Или это я… чего-то не понимаю в жизни, которая, как мне казалась, давно изучена вдоль и поперек?

- Повтори.

- Виктор Андреевич, я восхищена Вашими манерами. Но я знаю, где выход, и меня провожать не стоит. Вечер в самом разгаре, и я не хочу нарушить Ваше веселье и планы.

- Ты собираешься уходить… домой? Сейчас?

Она кивнула.

- Но завтра же съемки не будет. Нет смысла обрубать себе праздник.

Ангелина мягко улыбнулась.

- Я впервые на такого рода мероприятии. Мне практически никто не знаком. И пары часов, чтобы прочувствовать атмосферу, хватило. Думаю, когда обвыкнусь, смогу более свободно находиться в подобных местах. Пока же… общество кровати и книжки посчитаю за благое дело.

Нахмурился.

Если она подосланная актриса, то в сценарии произошел сбой. У кого встанет на зубрилку?

Не спорю, домашние девочки – тот еще «деликатес», если их правильно подать. Вот только это «правильно» – ее сегодняшний образ в полутемной комнате спальни. А никак не на обозрение всех, кто был приглашен на званный вечер.

Неправильная зубрилка.

Какие, нахер, книги?

Да она должна стоять на коленях и смачно насасывать, ну, или прыгать на члене, поигрывая при этом грудями и постанывая. Книги в этой цепочке действий были лишними!

- Неправильно. – Одно слово, которого должно было хватить, чтобы перестроить ее линию поведения, но Ангелина сделала вид, что не поняла.

- Некоторые считают, что мое предпочтение безалкогольным коктейлям – это тоже неправильно.

- Ты не пьешь?

- Пью. Но крайне редко. Алкоголь мешает мыслить трезво.

- Вечеринки и организовывают для того, чтобы расслабляться, а не обсуждать философские трактаты Гераклита.

- «Все течет, все меняется?» – Удивила она меня цитатой. А после добила. – Ну, да, для вечеринок скорее подойдут рассуждения про Диониса, ведь многие будут путать его с Богом виноделия, превознося виноград и горланя тосты.

Эта беседа сбивала с толку. Как и образованность… модели!

Я, разумеется, отдавал себе отчет, что многие красивые барышни имели в своей черепушке что-то посерьезнее, чем понятия, как добиться успеха на подиуме, вставая к свету рабочей стороной. Но разговоры про древнегреческих философов?

- Откуда ты?

- Из Казани.

- Давно в Москве?

- Полгода.

- Как попала в «Cuore»?

- Прошла кастинг. – Она пожала плечами. – Помог факт публикации в журнале, где Фабио презентовал коллекцию летних платьев.

Несколько раз моргнул.

Да быть не может…

И я упустил?.. Этот журнал у меня давно лежал на столе, но не хватало времени пролистать до нужной страницы. Да и понимал, что ничего нового, кроме того, что сам Гальянни показывал на эскизах и пробных пошивах, я не увижу.

Сюрприз.

- Где ты остановилась?

Ангелина растерянно захлопала глазами. Сама невинность!

- Вы хотите меня подвезти?

Глава 3

Ангелина

Ох, как же красиво зажегся огонь в его глазах! Казалось, будто у Ястребова внутри образовался пожар, настолько ярко вспыхнули малахитом очи, чтобы после сузиться в мелкие щелки. Губы искривились: сначала сошлись в плотной линии, но чуть позже дрогнули, и правый уголок предательски пополз вверх, указывая, что эту мимику можно расценивать, если не как улыбку, то хотя бы усмешку.

- Допустим, в моих планах было проводить тебя.

Не добавил куда. Впрочем, нужно ли уточнять, что вряд ли к моим покоям? Скорее, спуститься на пару этажей и занять шикарный номер с просторной кроватью. Ведь зачем уходить далеко и лишать себя возможности очередного развлечения?

Но я делаю вид, что совсем не понимаю намеков. И не заинтересована продолжить вечер в его постели.

Позволила себе беглый взгляд по мощному развороту плеч, дорогому покрою костюма и небрежно расстегнутому воротнику рубашки, лишенному галстука или бабочки. В вырезе виднелись курчавые черные волосы, намекающие, что с тестостероном у Виктора проблем не было. Да и его манера поведения говорила сама за себя: он привык получать то, что захочет. И отказ, скорее, охладил бы его. Мужчины его склада быстрее переключат внимание на более сговорчивый объект, чем станут пытаться пробить брешь в обороне.

Нет, разумеется, бывают исключения. И подобно охотникам они любят устраивать гонку, цель которой все та же: уложить на лопатки и ворваться в желанное тело. Но как только охота будет завершена, интерес тут же иссякнет.

Как вести себя с ним?

Света сказала, что он никого не пускает в свое сердце. Но я ведь туда и не стремлюсь. Пока что.

Глупо рассчитывать на благосклонность хозяина Дома Мод, когда видишь его всего пять минут.

Стоит действовать хитро. И на перспективу.

Улыбнулась шатену, и вовремя налетевший ветер позволил убрать волосы за ушко, откидывая их обратно за спину и позволяя Виктору рассмотреть возмущенно вставшие горошинки сосков. Платье не предполагало белье сверху, спина была обнажена, и я рассчитывала продемонстрировать ее во всей красе, когда пройду перед мужчиной.

Мне было интересно, насколько хватит его выдержки.

Не то чтобы у меня был большой опыт с мужчинами: те двое, что смогли увлечь меня, всего лишь приоткрыли дверь в мир большого секса. Подготовили к тому, что меня могло было ожидать в нашей необъятной столице.

И почему-то мне казалось, что Ястребов мог расширить мои понятия настоящего единения с мужчиной: никакой спешки, судорожных движений, лишь бы скорее получить свою порцию оргазма. Нет-нет, Виктор Андреевич будет смаковать удовольствие.

Вот только какого рода оно будет?

Пряное с ноткой властности? Заставит меня беспрекословно слушаться его? Намотает волосы на кулак, шепча в ухо пошлые непристойности типа: «Стони для меня, сучка! Хочу, чтобы твой голос слышал весь отель»? Или вынудит биться в истоме сладко-тягучего неизбежного удовольствия, пока сам будет оттягивать момент наивысшей точки? А после обрушившаяся эйфория принесет не только чувство облегчения, но и приятную слабость, от которой не захочется лишний раз шевелить даже ресницами?

Я смотрела на Виктора, а представляла его поведение в постели.

Москва развращает.

- Проводите меня.

Его ухмылка была закономерной. Словно он только и ожидал этих слов. И, услышав, решил, что получил свое.

- Любите прогулки под луной?

Очередная моя фраза заставила его руку дрогнуть над кнопкой вызова лифта.

- Прости, что?

- Прогулки. Я живу в четырех кварталах отсюда. Если пройти пешком, можно дойти за полчаса.

- Ты живешь в центре?

- Снимаю студию. Очень удачно, совсем рядом с метро. Для меня важна транспортная доступность.

- Ты ездишь на общественном транспорте?

- Метро в Москве очень удобное. У нас в Казани всего одна ветка, и интервалы между поездами более длительные. Здесь же… просто сказка.

Виктор… засмеялся!

- Ты первый человек на моей памяти, который восхищается столичным метрополитеном. Что, ни разу не путалась в переходах между станциями?

- Путалась. Чего уж скрывать. Но я скачала на мобильный приложение, которое показывает карту с пересадочными узлами. А на самих станциях есть указатели, так что… метро сокращает время, которое так или иначе съедалось бы пробками.

- У тебя есть машина?

- Нет. И прав тоже. Как бы это ни звучало. – Сморщила нос. – Но сейчас слишком поздно для работы поездов, поэтому остается пешая прогулка.

- У меня есть автомобиль.

- Вы выпили.

- Внизу ожидает водитель.

- Он всю ночь ждет возможности отработать свой оклад?

- Это его обязанности. – Кажется, Ястребова не смущал факт, что его персонал вынужден работать сверхурочно, пока он развлекается на полную катушку.

- Как и короткий язык?

- Намекаешь, что его может удивить присутствие еще одного человека в салоне? Ангелочек, мои люди не просто так получили свои должности. И знают, как следует себя вести. И что говорить. Вернее, где стоит промолчать. – Он усмехнулся. – Подумать только, обсуждаю своего водителя. С моделью.

- Раньше Вас не спрашивали про людей, которые входят в Ваш близкий круг?

- Близкий? – Он склонил голову к плечу, все же нажимая на заветную кнопку возле хромированных дверей. – Отнюдь.

- Вы немногословны.

- А ты очень любопытна.

- Я ухожу с вечеринки с мужчиной, которого знаю меньше получаса. И он предлагает мне сесть в его машину. – Лукаво улыбнулась, заходя в кабину лифта. – Действительно, с чего бы мне задаваться вопросами.

- Какое у тебя образование?

- Высшее. Я дизайнер.

- Не репортер? Надо же. – Виктор засунул руки в карманы брюк, облокачиваясь на зеркальную стену. – Дизайнер чего?

- Одежды.

- Конкурент Фабио, значит.

- Я не практикую в отличие от него. Работы Гальянни гениальны. Я восхищена тем, как он сочетает ткани и фасоны. Получаются воздушные и функциональные работы. Но больше всего впечатляет его подход к массовому производству. В большинстве своем высокая мода предполагает единичные экземпляры, которые годятся только для презентации на подиуме. У Фабио же всегда есть идеи модернизации костюмов. Он умеет преподнести высокую моду для простых смертных таким образом, чтобы экспрессия воспринималась новым веянием, без которого образ не будет считаться завершенным.

На эту тираду Виктор задумчиво прищурился.

- Что еще можешь сказать? Например, про его летнюю коллекцию?

- Если говорить про прошлогоднюю, которую мне посчастливилось представлять в итальянских СМИ, я в нее влюблена. Деловые платья, что с легкостью можно надеть на свидание – находка. А что уж говорить про пляжные? В них не стыдно проехать в центр города.

- А это лето?

Заложила руки на спину.

- Не было освящено должным образом, если говорить напрямую. Я не хочу умалять гения Алены Михайловой, но… ее работы несколько блекнут по сравнению с идеей Фабио. Его задумка с сумками-трансформерами покорила меня. Как и внедрение ремешков в сарафаны, брюки и шорты.

Лифт мелодично пиликнул, выпуская нас в фойе.

- После тебя, – Он пропустил меня вперед, и я прошла сразу к выходу из отеля, гадая, какой же автомобиль окажется у владельца «Cuore». – Говоришь, до твоей студии можно пройти за полчаса?

Мои брови непроизвольно полезли вверх.

Ястребов… захотел погулять?! Ногами? Вместо того, чтобы зажать меня в салоне авто или через пять минут поездки ворваться в квартиру, требуя благодарности за свой джентльменский жест?

- Бодрым шагом.

- Ну, что же. Выветрим алкоголь. А ты пока расскажешь, что еще думаешь про модельеров «Cuore». И их коллекциях.

Сердце ухнуло в желудок.

Ему действительно интересно мое мнение?!

Хозяину целой империи?!

Или что это за ход?

И все-таки я принялась активно расписывать плюсы и минусы той или иной идеи Гальянни, Михайловой и еще троих известных мне ребят, которые трудились на благо компании. Так увлеклась, отвечая на уточняющие вопросы Виктора, что путь до моего дома преодолелся незаметно. Лишь остановившись перед подъездом, неловко улыбнулась:

- Я лезу не в свое дело. Прошу прощения, обычно я не такая болтливая.

- Твой взгляд со стороны, зная подноготную внутреннего процесса, любопытен. – Ястребов поднял голову на здание, где я снимала квартиру. Похоже, вид старого фонда его не впечатлил. Пожалел, что согласился на авантюру и покинул приличный отель? – Не ожидал.

Тоже посмотрела на дом.

- Я не про здание, – оборвал поток моих мыслей Виктор. – Ангелина Грекова, значит? Я запомню твое имя.

Прозвучало как прощание.

Ястребов достал из кармана смартфон, набирая чей-то номер.

- Валера, забери меня. – Он назвал адрес и отключился.

Вызвал личного водителя?

Значит… он не поднимется?..

Но ведь Света говорила, что Ястребов падок на девушек! И вряд ли будет упускать возможность… Я так охладила его своими разговорами про работу, где он крутится сутками напролет?

И что значит это загадочное «я запомню твое имя»?..

- Спокойной ночи, Падший Ангел. – Ястребов сжал мои холодные пальчики, поднося их к лицу, и поцеловал!

Он поцеловал меня в тыльную сторону ладони!

- Благодарю, что проводили меня и составили приятную компанию, Виктор Андреевич. – Улыбнулась ему и развернулась, чтобы подняться домой.

До сих пор не до конца понимая, что происходит.

Я добивалась того, чтобы он остановил на мне свой взор дольше, чем на других девочках. Но… как-то совсем не ожидала, что единственным телесным контактом, доставшимся мне, окажется целомудренное касание губами моей руки!

Самойлова точно не ошиблась в описании этого мужчины?..

Или я все-таки сделала что-то не то?

Глава 4

Виктор

Сел в подогнанный Валерием БМВ, откидываясь на заднем сиденье, и в задумчивости посмотрел вслед ушедшей в ночи девушки.

Что это было?

Как получилось, что я ушел с собственного праздника, чтобы… гулять по ночной Москве?

Я давно не прыщавый подросток, которого привлекают эти псевдоромантические пасы.

Да когда я вообще в последний раз собственными ногами ходил? Чтобы не на дорожках в спортзале или несколько метров до машины с водителем, а вот просто так…

Грекова. Ангелина.

Модель с мозгами, принципами и, как оказалось, неплохим взглядом на мой бизнес.

Я привык, что мне приходилось клещами вытаскивать настоящие мысли, а не припудренные словами, которые были бы угодны мне. С модельерами, конечно, было проще в этом плане: каждый из них был готов сражаться за свое детище и вступал за него в горячие споры. Но на то они и модельеры. И все равно последнее слово всегда оставалось за мной.

Но чтобы от модели услышать взвешенные и аргументированные доводы?..

Да еще и оказавшейся дизайнером одежды…

- Алло, Тарас, пробей мне Ангелину Грекову. Новая модель «Cuore».

- Есть подозрения, что подосланный человек?

- Когда ты начал задавать вопросы?

- Будет выполнено, шеф. Дайте пару часов, и досье, как обычно, скину на электронную почту.

Отключившись, хмыкнул.

Ближайший круг?

Девочка заставила меня задуматься над тем, кого я приблизил. И с кем общаюсь ежедневно.

Казалось бы, такая банальность… но нет! То, что я принимал должным образом, и тех, кого я подпустил, всегда проверялись сначала моей службой безопасности. И тот же Тарас добивался своего положения начальника этой самой службы несколько лет.

Меня окружало безумное количество людей. Но тех, кого я мог назвать «своим человеком»… единицы.

Она переживала за ненормированный график работы водителя? Сама-то понимала, в какую профессию пришла? И что съемки могут начинаться с трех часов ночи, чтобы к рассвету тематический образ был готов?

Неискушенная? Или, наоборот, слишком хитрая?

Когда я вернулся на вечеринку, первым делом нашел Фабио.

- Эта девочка, Ангелина. Откуда ты ее знаешь?

Блондин тепло улыбнулся.

- Ох, эта Мадонна покорила меня! Прошлым летом мой взор упал на ее стройный стан в Санта-Маринелле. Помнишь, Витторио, я уезжал на Родину за вдохновением? И нашел его! Эта малышка сразила меня своими удивительными глазами. Серые, но не стальные, а, скорее, пепельные. А в обрамлении истинно итальянской красоты… м-м-м… Убойный эффект! Тем более, на тот момент я стоял на перепутье: половина коллекции была готова, но я чувствовал, что чего-то не хватает, какой-то малости. Толчка. И увидел изюминку в Ангелине.

- Серые цвета… мне казалось, ты взял за основу волчью шерсть–прослеживался звериный стиль. Броско, дико, и в то же время дисциплинированно.

- Ты видел ее очи. – Вместо ответа Фабио указал на собственный глаз. – Волчица как есть.

- Что она делала в Санта-Маринелле?

- Отдыхала. – Он пожал плечами. – На радость мне. Небывалая удача, я увидел ее сразу во всей красе, когда она выходила из моря подобно Афродите.

Представил Грекову в бикини и кивнул.

Действительно, сразу все карты на стол.

- Как ты уговорил ее тебе позировать?

- Обижаешь. – Фабио надул губы. – Я просто включил свой шарм и искусство убеждения. У моей Музы не было шансов! Отказ я бы не принял.

- Как долго вы сотрудничали?

- Преступно мало, девочка должна была вернуться в Россию, но я снабдил ее всеми моими контактами. Так что… – Он развел руки в стороны. – Когда я узнал, что моя Муза прошла кастинг в «Cuore», даже не сделав ни одного звонка… Знаешь, Витторио, я рассчитывал, что моего обаяния хватит для верных решений. А хватило всего лишь журнала с ее фотографиями в моей коллекции.

Значит, она решила справиться своими силами, не смотря на то, что в моем агентстве у нее был «обожатель»?..

И все-таки, кто такая Ангелина Грекова?

- Что ты можешь сказать о ней?

Фабио прищурился.

- Эта девочка тебя заинтересовала? Не мне, конечно, тебе указывать, но…

- Вот именно. Не тебе.

Гальянни тяжело вздохнул и махнул рукой, словно со мной было бесполезно разговаривать.

- Она любит читать и не пьет алкоголь.

- Это я и без тебя уже знаю.

Фабио поднял брови.

- Значит, пока я решал с Илоной… кстати, когда мы поговорили, пытался тебя найти, но не увидел тебя среди приглашенных…

Пропустил его намек мимо ушей.

- Так что еще можешь рассказать об этой модели?

- Ты иногда невыносим, Витторио! – Модельер дернул подбородком.

- Не заставляй меня повторять вопрос.

Гальянни тут же посерьезнел.

- Да мне особо нечего добавить. Мы мало говорили о ней, но много о моде и об Италии. Это была ее первая профессиональная съемка в качестве модели, поэтому пришлось объяснять на пальцах, куда стоит смотреть, какие позы принимать, и что изображать на лице. И все же результатом я остался доволен. Она как губка. Все впитывает мгновенно. Я вообще не понимаю, как с ее внешностью ей удалось обойти приглашения на кастинги. Слепые рекрутеры!

Скрипнул зубами.

Неужели больше ничего не смогу вытянуть из этого шута?

- Ясно. – Оставил Фабио возмущенно хватать ртом воздух, что я оставил его посреди разговора, и направился к бару. – Виски.

Бармен споро выполнил заказ, и я взял охлажденный стакан, поболтав янтарно-желтую жидкость.

Кофе, который принесла мне эта малышка, остался стоять на ближайшем столике. Неужели она действительно думала, что меня удовлетворит такой напиток?

Подумал… и подозвал парнишку за стойкой.

- Сделай мне крепкий кофе. И плесни в него односолодовый.

Тот послушно выполнил запрашиваемое и передал дымящуюся чашку.

Отпил, поморщился и отставил.

- Это же извращение какое-то.

- Могу убирать?

Кивнул бармену и тут же запил чистым виски.

- Вы второй человек за эту ночь, кто заказывает этот напиток. Первый также остался невыпитым.

- Помнишь того, кто заказывал?

- Высокая шатенка в черном платье. Она сначала с подругой сидела у бара, не мог не заметить.

А вот это уже становилось интересно. Ангелина сказала, что практически никого не знает здесь.

- Слышал, о чем они говорили? – Молчаливо открыл бумажник и протянул ему пятитысячную купюру.

- Не нужно, Виктор Андреевич. – Бармен покачал головой.

- Бери. И постарайся вспомнить весь разговор. С кем она была?

Купюра перекочевала в карман бармена.

- Светлана Самойлова.

Моя ведущая модель нижнего белья?.. Становилось еще любопытнее.

Как эта самая Лина выбирала людей, на которых был завязан мой бизнес? Действовала слишком уж точечно, чтобы подумать про удачное совпадение.

- Я слышал не все, но перед тем, как Самойлова отправилась танцевать, они обсуждали… Вас.

Вот ты и попалась, маленькая интриганка.

Значит, не знала, кто я такой?

- Ты, кажется, Света? – Остановился возле блондинки, чье тело знала половина Москвы. Ее фотографии с билбордов в одном белье заставляли мужиков ловить неплохую эрекцию, а мне приносили бабки за счет продажи тех самых комплектов, которые она демонстрировала на себе.

Самойлова удивленно воззрилась на меня.

- Виктор Андреевич?

Хмыкнул.

Ну, хоть она не делает вид, что видит меня впервые.

- Давай пообщаемся. В моем номере.

В отличие от подруги Света не стала строить из себя невинность и, кокетливо улыбнувшись, кивнула. Безропотно прошла со мной к лифтам, а после по коридору в просторный номер, который я намеревался использовать по максимуму этой ночью.

И раз уж подвернулся шанс получить два бонуса в одном… я никогда не отказывал себе в удовольствии. Тем более, когда оно само шло мне в руки.

- Ублажи меня, девочка. – Застыл посреди комнаты, не потрудившись даже стянуть пиджак.

Светлана просто подняла руки, чтобы расстегнуть пуговицу, держащую топ, и расстегнула ее, позволяя ткани сползти вниз, оголяя упругую грудь.

Небольшая манипуляция с молнией, и рядом с топом на пол падает юбка, оставляя модель в невесомых трусиках.

- Подойди.

Слушается и останавливается напротив, в нерешительности касаясь лацкана моего пиджака. Как бы спрашивая: можно?

Но не удостаиваю ее ответом, вместо этого сжимаю грудь, взвешивая на ладони.

Удовлетворенный ощущением тяжести, щипаю сосок. Девушка вздрагивает, но не смеет пошевелиться.

Очередная послушная кукла.

Очаровательно.

- Сделай мне минет, крошка.

Самойлова грациозно опускается на колени и расстегивает сначала мой ремень, после молнию брюк, а потом тянет вниз резинку боксеров и высвобождает пока что мягкий член.

Ее это не смущает и не оскорбляет (хотя могло – как это, у меня не встал на ее прелести?). Но, видимо, девушка все-таки смышленая и понимает, что я приелся подобным. Поэтому с готовностью раскрывает рот и вбирает в себя.

Меня обволакивает привычное влажное тепло, а проворный язык делает свое дело: эрекция не заставляет себя долго ждать.

Кладу руку ей на голову, чуть морщась от ощущения липкости. Эта фифа залила свои небрежные локоны лаком сильной фиксации. Пусть со стороны прически и смотрятся хорошо, но вот провести сквозь пальцы такую конструкцию не получится. Без ущерба для кожи ее головы.

Поэтому просто надавливаю на затылок, заставляя взять глубже.

Если уж и тут облом, хотя бы наслажусь моментом.

Света продолжает радовать готовностью выполнять любой мой каприз: расслабляет горло и позволяет толкнуться в него, входя на всю длину.

Чуть медлю, чтобы податься бедрами назад. И снова засаживаю.

Из ее глаз текут слезы, но водостойкая тушь терпит эту экзекуцию. Как и ее хозяйка.

Наматываю светлые волосы на кулак и снова подаюсь в ритме маятника туда-сюда, скользя по бархатному небу и слюнявому языку.

- Убери руки за спину. Сцепи в замок.

Наверняка хочет противиться но не решается. Выполнят все с точностью, и я беру за ее голову двумя руками, уже банально трахая в рот.

По ее подбородку течет слюна, капает на грудь, а по номеру разносятся хлюпающие звуки с моим свистящим дыханием.

- Теперь сама. – Застываю монументом, посчитав, что достаточно показал ей, как люблю.

Света сперва отстраняется, выпуская влажный член изо рта, жадно хватает воздух, после чего припадает к головке, обводя ее языком. И снова вбирает в себя, постепенно приближаясь носом к моему лобку.

Ее голова ходит взад-вперед, а щеки западают. Пытается прижать ствол к небу, создавая вакуум.

Умелая девица.

Довольно выдохнул, с жадностью следя за ее работой.

Сколько таких вот Свет, Маш, Кать и Лен я имел, стоило только поманить? Они все на одно лицо. И все пытаются доказать, что лучше других.

Вот и сейчас Самойлова старательно насасывала, стремясь поскорей приблизить меня к оргазму.

Стискиваю зубы, когда подходит разрядка, цепляюсь за ее шевелюру, возможно, задевая и вырывая несколько непослушных волосин, которые путаются в кулаке, и со стоном спускаю ей в глотку.

Дожидаюсь, пока последние капли перекочуют в жаркие уста, после чего отстраняюсь, отходя к столу и подбирая специально приготовленное горячее полотенце. Вытираюсь и привожу себя в порядок, снова застегивая штаны. Прохожу к креслу и сажусь на него, удовлетворенно отмечая, что девочка все в той же коленопреклоненной позе с заведенными за спиной руками.

- Повернись ко мне. Руки можешь расцепить. – Она первым делом вытирает губы тыльной стороной ладони и жалобно смотрит в сторону полотенца. Но нет. Пусть чувствует свою уязвимость. И зависимость от моих приказов.

- Вам… понравилось?

- Я кончил, – говорю логичные вещи. Неужели она действительно думает, что я буду хвалить ее технику? Или благодарить? Смешная. – И теперь мы поговорим. Расскажи мне о своей подруге. Ангелине Грековой.

***

Ангелина

- Голову выше! Разверни правее. Да. Стой так!

Я послушно выполняла указания фотографа, позируя в заданном им ритме, и сменила уже десятый наряд для каталога. Впереди еще три и смогу выдыхать.

Все-таки быть моделью – тяжкое бремя. Столько времени уходит на подготовку к съемке, что на основном процессе я уже чувствую себя выжатым лимоном.

- Все, отлично, переодевайся!

Очередная команда позволяет выдохнуть и проследовать к вешалкам… где стоит Самойлова, крутя в руках картонный стаканчик с кофе.

- Света? Разве у тебя сегодня была запланирована съемка?

- Я пришла к тебе. – Она делает глоток, морщится и опускает стаканчик. – Остыл.

- У меня еще три образа. Думаю, освобожусь через часа полтора.

- Три образа? Два часа, не меньше. – Она передергивает плечами. – Но, собственно, я ненадолго. – Блондинка наблюдает за тем, как я переоблачаюсь. – Помнишь, я говорила, что Ястребов птица не нашего полета?

Замерла с брюками, которые должна была одевать. Вскинула на нее вопросительный взгляд.

- Допустим.

- Я была с ним.

- Что ты имеешь в виду?

- Он позвал меня к себе в номер. На той вечеринке, с которой ты решила сбежать.

- Ты же говорила…

- Не важно, что я говорила. – Света хмыкнула. – Сплетни не врали, у него огромный член.

Разорвала зрительный контакт и сосредоточилась на том, чтобы правильно вдеть ноги в штанины. Сейчас это почему-то оказалось сделать сложно.

Зачем она все это говорит мне?..

Не дружи мы, я бы подумала, что она злорадствует, что у нее получилось заполучить Виктора в свою постель, а на меня он не взглянул как на женщину. Пусть я и сама завела ту игру.

Хотела, чтобы я теперь кусала локти? Завидовала тому, что ей удалось переспать с хозяином «Cuore»?

И эта информация о его размере…

- И как тебе? – спросила у своих босых ступней.

- Он монстр. – Света вздохнула. – Знаешь, такой властный, страстный… – Ее туфельки отбивали чечетку по полу. – Представляешь, мы даже потом разговаривали. Думала, его не будет интересовать моя жизнь, ан нет: после завершения действия спрашивал про окружение. – Она не дала мне на это никак прореагировать, тут же затараторила дальше. – Ну, в принципе, оно и понятно, все-таки я ведущая модель его агентства.

Выпрямилась и начала шнуровать топ. Для этого пришлось обнажиться перед Светой и сверкнуть голой грудью, которую она мельком осмотрела, скривив рот в усмешке.

Это была не улыбка. А именно злая гримаса.

Словно она… радовалась, что природа наградила ее огромными буферами, а мне досталась всего какая-то «двоечка».

Что-то изменилось. В ней.

После встречи с Виктором.

- Мне есть к чему стремиться. – Кивнула ей, прежде чем развернуться и проследовать обратно съемочной локации.

Если Света хотела построить сейчас между нами стену, ей удалось возвести несколько кирпичиков. Возможно, я неправильно ее поняла, но пока… пусть моя неоднозначная фраза будет действовать ей на нервы.

Дружба в моделинге – она такая. Сегодня есть, а завтра уже та, кого считала подругой, кичится своим превосходством, намеренно выставляя его на обозрение.

Не она ли говорила, что не хочет быть, как те многие, что уже прошли через постель Виктора?

Сама же себе противоречит.

Я не заметила, когда Света покинула студию, но когда закончила свой рабочий день, обнаружила на телефоне сообщение с незнакомого номера.

Нахмурившись, открыла его, почему-то не посчитав спамом.

«Десять вечера. Ресторан при отеле Континент. Не опаздывай».

И подпись: «Виктор».

Глава 5

Ангелина

Повернула телефон с горящим на экране сообщением сидящему за столом мужчине.

- Я не ожидала, что Вы будете искать мой номер. И захотите встречи.

- Присаживайся, Ангелина. – Виктор сделал знак официанту, чтобы тот принес меню. – Выбирай, что захочешь, я угощаю.

Даже не взглянула в перечень, пристально посмотрев в холодные голубые глаза шатена.

- Вы меня удивили.

- Чем? Желанием поужинать? Так я тоже человек, и ничто мирское мне не чуждо. Выпьешь вина? Ах, да, безалкогольные вечеринки... Или сегодня можно сделать исключение?

Прищурилась.

- Один бокал. Белое сухое.

Виктор удовлетворенно кивнул.

- Здесь готовят отменную форель. Раз уж белое вино, рекомендую рыбу.

- Как скажете.

Отложила меню в сторону, так и не раскрыв.

Ястребов сделал знак, и у нас приняли заказ. Говорил, естественно, он. Когда мы вновь остались один на один за покрытым белоснежной скатертью столом, он доверительно сообщил:

- Мне пришлась по душе наша прошлая встреча.

- Мне тоже было приятно Ваше общество. Признаться… после нашего расставания я спросила у девочек, кто такой Виктор Ястребов. – Решила, что стоит играть честно, потому как совсем не знала, что можно ожидать от такого прожженного опытом бизнесмена.

Он дернул бровью.

- Вот как? И что же они сказали?

- Что Вы основатель и владелец «Cuore». Кроме того, у Вас в подчинении тысячи человек и сеть магазинов одежды. Контракты со многими изданиями, многочисленные договоры на аренду площадок под мероприятия. Звездные гости для Вас – всего лишь часть жизни, тогда как другие видят актеров и певцов на экранах телевизоров.

Виктор улыбнулся. Как довольный кот, которого погладили по шерстке.

Но я всего лишь повторила то, что действительно успела узнать.

- А еще говорят, что Вы любите женщин.

- Я здоровый мужчина. Это логично.

Взяла со стола бокал с водой, делая маленький глоток.

- Боюсь, слухи о Ваших победах за закрытыми дверями спальни превращают Вас в Казанову.

Ястребов оперся предплечьями о стол.

- Тебе не нравятся опытные мужчины?

- Ох, бросьте, Виктор Андреевич! Вы прекрасно поняли, что я имела в виду!

Он не стал спрашивать банальность типа: «Боишься стать одной из?» Вместо этого скользнул взглядом в мое декольте.

- Я виновен в том, что могу по достоинству оценить женскую красоту? Если бы не это качество, не было бы «Cuore».

- Хотите сказать, в погоне за идеалом Вы решили перебрать… м-м-м… моделей, на ходу решив, что неплохо было бы окружить себя ими на постоянной основе?

Он пораженно покачал головой.

- Какой острый язычок. – Принесли вино, и Ястребов замолчал. Но как только официант ушел, тут же поднял бокал. – Хочешь послушать историю зарождения империи? Тогда давай выпьем за твою причастность к этому.

Склонила голову, принимая условия. Это всего лишь бокал вина. К тому же… судя по тому, что я была приглашена… Ястребов все-таки хотел довести начатое на вечеринке до логического завершения.

Пусть меня коробил факт, что после моего ухода Самойлова прыгнула к нему в постель, до этого строя пафосные речи о «долго и навсегда», я не могла отрицать факта: такие мужчины, как сидящий напротив меня шатен, находили особый отклик в женских сердцах.

Статный, властный, красивый. Образованный, умный, внимательный. Жесткий, целеустремленный и точно знающий, чего хочет добиться.

Практически идеал.

А если вспомнить фразу про достоинство ниже пояса, да помножить на умение этим самым достоинством пользоваться… Не просто же так женщины всех возрастов готовы были пасть к его ногам, как спелые вишни?

Пожалуй, мне было интересно, что же он может. Когда остается отрезанным от великосветского общества, сбрасывая маски… и одеяние.

Наверное, я чувствовала себя в некотором роде хищницей. Поскольку понимала, что мы оба сейчас ходим по грани, заведомо зная, к чему это приведет. Но нам двоим, как ни странно, нравилось это ощущение недосказанности.

Мне – потому что я понимала, что данный момент безраздельно мой. Ему…

Почему-то не верилось, что такой человек как Виктор Андреевич утруждал себя долгим уламыванием барышень. Подобно Свете, каждая готова была сказать ему «да» на один лишь прозрачный намек.

- Как получилось, что Вы пришли к тому, что имеете сейчас?

- «Cuore» по-итальянски «сердце». Не все знают, но я вложил в это дело очень много. И речь не о деньгах. Дом Мод первоначально задумывался как маленькое модельное агентство, которое в дальнейшем смогло бы позволить мне пробиться в мир большой моды. Это сейчас передо мной все двери открыты, я могу выбирать дизайнеров, отклонять запросы спонсоров, если мне не придется по душе их видение. А там, в самом начале, приходилось выгрызать себе место под солнцем. Как сейчас помню маленькую съемную студию и арендованный этаж, на котором были и костюмерная с уже пошитыми нарядами, и сам раскройный цех смешных размеров – что-то около шестидесяти квадратов – и мой офис, где я был и директором, и бухгалтером, и маркетологом в одном лице. Возможно, мне повезло, я встретил нужных людей, и первый же показ собрал нужных критиков и их высокое мнение о никому не известном тогда «сердечке». Мне дали шанс. Фотографии попали в журнал, вышли статьи, а там… Я всегда вижу перспективы, даже если они минимальны. Могу спрогнозировать корректное поведение в той или иной ситуации, чтобы в конечном итоге получить желаемое. Я работал. Как многие, без выходных, не досыпая, шаг за шагом. И постепенно, кирпичик за кирпичиком, построил то, что сейчас имею и что узнаваемо. То, куда стремятся попасть многие молодые девочки и мальчики.

- Вы создали бренд. «Cuore» на слуху наравне с мастодонтами, которые на рынке уже десятилетия.

- Почему ты пришла в «Cuore»?

- Я рассказывала.

- Нет. Ты всего лишь сказала, что тебе повезло встретиться с Фабио. Но он не был в курсе, что ты подала заявку на кастинг.

- Значит, не одна я навела справки?

- Почему моделинг, Ангелина? В двадцать три многие девушки уже уходят из этого бизнеса.

- Так сложились обстоятельства. – Спрятала глаза в бокале с вином. – Это правда, я не стремилась к богемной жизни. Видела себя по другую сторону моды.

- Что изменилось?

Вздохнула. Мысленно досчитала до семи.

- Я обещала одному человеку, что он увидит меня. Не мои творения, а именно меня. Хотела доказать ему, что смогу добиться этого. Сама.

Я была благодарна Виктору, что он не стал допытываться, кем приходился мне этот человек. Видимо, ему все же был присущ такт.

- У тебя получится. – Вместо вопроса просто сказал Ястребов. – Я уверен.

Тепло, разлившееся в моем сердце, стало неожиданным.

В моих глазах этот мужчина был ловеласом, не ставящим желания и мысли любовниц во внимание. Но… сейчас он предстал в другом свете.

Сейчас?.. Прошлая прогулка показала, что он отличный собеседник. Умеет слушать. И задавать вопросы.

Ничто человеческое ему не чуждо, значит?..

Пока принесли наш заказ, мы успели обсудить еще вопросы моды, и сегодня Виктор был тем, кто просвещал. И давал советы!

- Ты не думала о том, чтобы совмещать съемки с созиданием?

- Что Вы имеете в виду?

- Твой диплом дизайнера одежды. Я видел твои эскизы.

Мне бы возмутиться, но я лишь хмыкнула. Действительно, разве такому человеку может быть закрыта дверь, если он прет напролом?

- Вам стало интересно, что я представляла на защите?

- Мне интересно, как ты мыслишь. – Бросил он неопределенно. Что бы это могло значить?

- Так или иначе, пока что я пытаюсь вписаться в существующие рамки. Быть моделью – не так просто, как казалось на первый взгляд.

- Тебе выдали план тренировок?

- Да. И питания. Самое сложное. – Улыбнулась. – Но понимаю, что это необходимо. Как и регулярные замеры.

- Хорошо, что понимаешь. Некоторые новички, которые приходят в бизнес, не понимают, почему мы радеем за сохранение тех параметров, которые были записаны в контракте. По ним модельеры шьют костюмы, чтобы они наиболее выгодно смотрелись на модели. Подиумный показ – это в первую очередь маркетинговый ход. Представление новой коллекции в лучшем свете. И дополнительные сантиметры, растягивающие ткань – совсем не то, что наши ребята ожидают в стрессовый день. И уж точно не то, что нужно для показа.

- Вы знаете каждый нюанс своего бизнеса. Не каждый управляющий способен на такое.

- Я рассказывал. Начинал с низов. И приходилось вникать в технологию. – Ястребов откинулся на спинку стула. – Да что уж там! Почему-то все свято верят, что директор всегда в курсе, что нужно делать. Ведь он же директор! И ко мне приходили с вопросами, которые на первых порах были для меня из разряда квантовой физики. По секрету: никогда не дружил с этим предметом.

- И как же Вы выкручивались?

- Брал ответственность на себя. Подсказывал, как я вижу то или иное действие.

- И все проходило гладко?

Он снисходительно улыбнулся.

- Ты живешь в сказке, Ангелина. Нет, конечно. Бывали провалы. Громкие. Но за ними следовал такой же грандиозный успех. Я учился на своих ошибках. Правильно говорят, что старые грабли – лучший учитель. Я на своей шкуре понял, что такое модельный бизнес. И как следует себя в нем вести.

- И… – Пыталась правильно подобрать слова. – Вы считаете, что мне нужно попробовать себя в дизайне? Несмотря на занятость работой моделью?

- Считаю.

Снова взяла бокал со стола, вдыхая легкий виноградный аромат.

- Можешь показать эскизы мне.

Я ослышалась?

- Я, как ты поняла, довольно искушен в том, что касается одежды и веяний, которые могут «взлететь». Смогу подсказать, правильно ли мыслишь.

- Думаю, у Вас хватает дел, чтобы еще распыляться на неопытного модельера.

- Я сам предложил. Если сказал, что хочу взглянуть, не стоит отмахиваться от предложения. Мой совет: не лишай себя возможности пройти дальше, если судьба сама подсказывает способы.

Судьба. Это он так о себе?

Сделала очередной глоток терпкого вина. Хорошее.

- Хотите сказать, наша встреча была предопределена?

Возможно, самоуверенно. Но я шла ва-банк.

Ястребов дернул бровью.

- Время покажет.

Время?.. Но это означало, что он предполагал наши дальнейшие встречи.

Передача эскизов не предполагала прямого взаимодействия. Сколько документов к нему на стол попадали через секретаря?

А в этом контексте…

Он хотел видеть меня?

Сердце глухо ударило в ребра.

Не хотела думать, что он выделил меня из общей массы знакомых. Ведь признаться в этом даже мысленно, значило, что я сама питаю надежды на наше совместное будущее.

Но… почему так хотелось верить, что это свидание действительно что-то значит?

Глава 6

Ангелина

Я совершенно точно перестала понимать мужчин!

Впрочем, понимала ли я их когда-либо?

Ведь спать я снова поехала к себе. Одна.

Виктор поблагодарил меня за то, что составила ему компанию за ужином, и предложил (впрочем, скорее сообщил), что вызовет мне такси.

Я бы совсем выпала в осадок, если бы при этом добавил нечто вроде: «Отвез бы сам, но мы с Валерием собираемся в другую часть города. Так что придется довольствоваться комфорт-классом».

Но нет. Разумеется, нет.

Ястребов просто указал, что мое время в его обществе на сегодня завершено, и мне пора.

- Было приятно узнать о Вашем прошлом, Виктор Андреевич, – сказала на прощание, уже собираясь сесть в подъехавшую машину.

- О моем прошлом тебе мог рассказать любой член «Cuore».

Я покачала головой и мягко улыбнулась.

- Не стоит верить всему, что говорят люди. Тем более за спиной. Спокойной ночи, Виктор Андреевич. Благодарю за ужин. Вы скрасили мне вечер.

Он прищурился, но промолчал. Лишь кивнул водителю такси, чтобы отчаливал.

Я проводила его одиноко стоящую возле махины отеля фигуру взглядом, судорожно кусая губы.

Да что же это такое?..

Если со Светой он сразу прыгнул в койку, а меня даже не поцеловал… уже привычное прощание, где он легко коснулся моих пальчиков губами, не в счет!

Но… сегодня определенно было свидание! Не простая встреча.

И задушевные разговоры.

Личность Ястреба, каким его рисовали окружающие, растаяла. Не до конца, грубые мазки оставались на холсте, все же слухи берутся не из воздуха и не на пустом месте. Но… Виктор теперь казался мне персоной более яркой, многогранной и, бесспорно, привлекательной.

Причем, привлекал он далеко не своей брутальной мужской красотой (хотя ее у него не отнять), а острым умом и умением подмечать детали. Целеустремленностью, стараниями и возможностью принять поражения в качестве урока.

Этот мужчина был… живым. Настоящим.

Со своими пороками, темными, возможно, в чем-тогрязными, но кто из нас без греха? К тому же, он неженатый и очень обеспеченный. Кто на его месте отказал бы себе в удовольствии сжимать в руках девичий стан, если ситуация и время позволяют?

Невольно в голове всплыла ассоциации с каким-нибудь лордом, бароном или князем. Те даже при жене умудрялись портить служанок, заводить фавориток и всячески показывать свое мужское эго. Единственно доступным, кроме «охоты», способом.

Охота… а так ли далеко ушло это понятие от того, что происходит между мужчиной и женщиной, где роли изначально разделены на жертву и хищника? Вот только у людей представительницы слабого пола часто рады побыть в роли невинной лани, которую будет загонять в капкан суровый волк. А если результатом этой охоты станут длительные амурные отношения или, на худой конец, приятные бонусы в виде ювелирных украшений или дорогих предметов одежды-обуви … почему бы не примерить на себя шкуру этого самого дрожащего зверька?

В моих глазах Ястребов был не просто охотником с жаждой поймать в свои когти как можно больше питомцев. Он был… дегустатором. Которой искал определенный сорт. Изысканного блюда.

И внезапно мне захотелось стать тем самым блюдом.

Не чтобы утереть нос Самойловой, нет (ну, может, только капельку). Просто… за словами Виктора я услышала горечь.

Он прошел через многое, и это было далеко не всегда легко и просто. Но в его рассказе не встретилось упоминание о ком-либо важном. Человеке, который всегда был с ним рядом.

Напротив, Ястребов делал акцент на том, что всего добился сам. Один.

Так, может, его характер и сформировался благодаря тому, что ему было не на кого положиться? Некому высказать после тяжелого рабочего дня свои страхи, опасения и тревоги?

Тряхнула головой.

Кажется, даже один бокал вина сделал из меня философа. И психолога, в котором не нуждались.

И все-таки… через пару дней, когда я выкроила несколько часов перед сном, набросала пришедшие в голову эскизы будущей коллекции. Моей коллекции. Той, что я хотела бы увидеть на улицах на жителях столицы.

Еще через неделю папка с эскизами пополнилась очередным рисунком.

Еще неделя, я и держала в руках дополнительные наброски трех завершенных образов.

Время шло, я крутилась по съемкам, но Виктор больше не давал о себе знать. Ни звонил, ни писал. И мы не пересекались на одних локациях, как это произошло месяц назад.

Так моя работа над дизайном была завершена. Папка готова для презентации… а я все не решалась сделать последний шаг. Тот, на который он сам «благословил».

Я несколько раз брала ее с собой на съемки, но в результате заветные картинки просто катались со мной по всему городу.

И, вероятно, так и продолжала бы и дальше бесцельно возить их с собой, если бы не глупый случай.

***

- Ты! Да-да, ты, моя Моника! Мадонна, отвлекись от своего макияжа, он все равно тебе не понадобится в том виде, в котором есть. – Фабио ворвался на съемочную площадку студии, как ураган. – Собирайся. Ты идешь со мной!

Я недоуменно уставилась на модельера.

- Но у меня съемка.

- Она будет перенесена.

- Что значит: «Она будет перенесена?» – недовольный фотограф, который спешно вошел в гримерку, видимо, сразу после заявления Гальянни, что он забирает у него модель, нахмурил брови. – Кто мне оплатит простой?

- Ой, да получишь ты свой гонорар. – Фабио махнул на него рукой, словно отгонял мошку. – Мне нужно представить свою новую коллекцию! На тестовом показе! Ангел мой, Ангелина, ты моя Муза! Ты должна быть там со мной!

Я неуверенно посмотрела на Святослава, который стискивал зубы. Он знал, что Фабио в фаворе у нашего Хозяина, и вступать с ним в перепалки значило бы нажить себе в его лице если не врага, то уж точно не друга.

- Мы можем перенести сегодняшнюю съемку?

- Твой отгул уже согласован. – Фабио обвел взглядом стол с разложенными на нем кисточками, тюбиками и тенями. – Собирай это. – Уже обращаясь к визажисту: – У тебя сегодня выходной.

- Это тоже согласовано?

- Боже, как трудно работать с теми, кто видит только коммерческую составляющую творчества! – Фабио прикрыл глаза тыльной стороной ладони. Но быстро пришел в себя, если можно так вообще сказать о воздушном мужчине с выбеленными волосами. – Если будут вопросы, направляйте в головной офис. Витторио все вам засчитает!

- Виктор Андреевич… согласовал мой… отгул? – Слова пришлось проталкивать через силу.

- Ну, разумеется. Когда я сказал, что вижу один из нарядов на тебе и только на тебе, чтобы доказать ему состоятельность батиста, Витторио пришлось уступить. Все-таки он понимает смысл настоящей красоты. Итак. Ты готова? Тогда бегом, бегом! Нас ждут!

Прихватила с собой объемную сумку, которую брала на каждую съемку, где лежали бежевые туфли, бутылка воды, маленькая шоколадка, тушь для ресниц и тональный крем с пудрой, а с недавнего времени еще и папка формата А4 со сложенными внутри эскизами, и поспешила за блондином.

- Что за коллекция?

- Осенняя, разумеется. Ох, крошка, у нас так мало времени! У меня мало времени! Нужно успеть уговорить этого упертого мужлана в том, что я его лучшее приобретение! Драгоценность, которую днем с огнем не сыщешь!

Хихикнула, и все же не смогла не уточнить:

- Почему мужлан?

- Потому что он временами такой грубый. – Фабио поморщился. – Но, я делаю поправку на его хватку. И стальные яйца, разумеется. – Он хмыкнул. – Во главе империи и должен стоять кто-то вроде Ястребова. Всех взял под свое крыло, но в случае предательства без угрызений совести выклюет глаза.

От его аллегории мне стало не по себе.

Когда мы сели в ожидающее нас такси, а Фабио назвал адрес, решила расспросить побольше. Все-таки этот месяц, который мне был дан не только на привыкание к новой среде, но и на довольно длительное время на то, чтобы подумать о странном знакомстве с владельцем всего того великолепия, в котором я оказалась, многое дал.

Я пришла к выводу, что при следующей встрече должна обратить внимание Виктора на себя. Как на женщину. Может, он боится смешивать «дружеские» –или как еще назвать –наши посиделки в ресторане с сексом?

Так я была категорически против.

И хотела укрепить свои позиции.

Возможно, мое воображение нарисовало Виктора не таким, каким он являлся на самом деле, но мне хотелось почувствовать на себе его взгляд. Тот самый, что раздевал меня в первые мгновения. Взгляд, от которого я сгорала.

И если я так горела от одного лишь взгляда, что будет, когда он коснется меня?

Вероятно, мое желание оказаться с ним в одной постели также было подогрето подслушанными в разных местах шепотками, когда девушки обсуждали Ястребова. И ни одна не высказала «фи».

С моим горьким опытом всего двух любовников и их неумением довести меня до оргазма… во мне играл животный эгоизм.

Хочу понять, что такое настоящий секс. С настоящим мужчиной.

Не с пальцами, что приводят к разрядке, поскольку знают, куда в собственном теле нужно нажать, чтобы взлететь к небесам. А с твердым длинным членом. И нормальным мужиком на его конце.

В моих глазах таким мужиком был он, Виктор Андреевич.

Я не строила иллюзий, понимала, что ночь, вырванная из бурной жизни Ястребова, может оказаться у меня единственной. Но навязчивая идея, которая только крепла день ото дня, пока мои руки рисовали все новые эскизы, вспоминая наш разговор, его голос, его усмешку, темную щетину, обрамлявшую волевой подбородок… Я не могла дать этой идее зачахнуть, даже не попытавшись реализовать.

Я думала о Викторе. Мысленно звала его только по имени.

И пыталась доказать себе, что наши с ним встречи (ах, целых две!) выбивались из привычного ему образа жизни. А, значит, могли чего-то, да значить.

В общем и целом, я противоречила сама себе.

Одновременно хотела сохранить его внимание к своей персоне, чтобы добиться статуса любовницы. И с тем же страшилась, что могу этим шагом все испортить, и подобная встреча будет последней.Значит, и не нужно было бы на ней настаивать.

Но с каждой минутой, что машина везла меня к Виктору, мое сердце заходилось быстрее, а уверенность в том, что сегодня я попрошу выслушать меня, крепла.

Сжимала сумку, лежащую на моих коленях, и представляла, как буду стоять перед ним. В одежде. И без нее.

- Фабио, а ты не знаешь, что нравится Виктору Андреевичу?

Гальянни либо не заметил подвоха, либо не посчитал, что вопрос стоил того, чтобы от него отмахиваться, и честно поведал:

- Женщины. Красивые женщины, разумеется.

- А помимо?

- Крепкий алкоголь, дорогие машины, минимализм в рабочем кабинете. Ты была у него?

Отрицательно покачала головой.

- Еще успеется. – Как будто о чем-то между прочим заметил Фабио. – Виктор ненавидит складирования вещей. Видимо, таким образом убегает от времен, когда ему приходилось ютиться на клочке земли, размещающем на себе чуть ли не весь Дом Мод в одном помещении!

Значит, и об этом он говорил правду.

- Минимализм в офисе… но он же посещает раскройный цех, заглядывает на студию…

- Он привык все контролировать. Разумеется, он будет не просто заглядывать, а с педантичностью наблюдать за тем, чтобы его механизм работал, как часы. Но, я уверен, в его пентхаусе такой же идеальный порядок, как и на его рабочем месте.

- Ты не был у него дома?

- О, невинный ребенок! Никто не был в святая святых нашего Бога! Он держит свою крепость неприступной для всех, кроме клининговой службы.

Вот как?..

Кажется, я только что поняла, куда хочу попасть. Чтобы ночь страсти точно отложилась в памяти. Причем, не только моей.

Глава 7

Ангелина

Сердце, выбивающее крещендо, яркие софиты в лицо и довольно удобная, но сейчас кажущаяся лишней одежда – и я получила то, чего хотела. Встречу с Ястребовым лицом к лицу.

Правда, не наедине, на показе кроме меня были еще модели, на площадке суетились техники, сам Фабио сидел рядом с Виктором и, поочередно указывая на наряды, что-то тихонько ему пояснял. А за спиной, в гримерке, еще прятали свои кисточки три девочки, ответственные за наш выход.

Так что, да, совсем не одинокая прогулка под луной. Или ужин в ресторане при хорошем отеле.

Но и этого мне было достаточно. Увидеть его. Снова ощутить на себе тот самый взгляд, заставляющий мои волоски на руках становиться дыбом, а соски сжиматься в тугие бусинки.

Виктор Андреевич сегодня был облачен в деловой костюм (впрочем, ни в чем другом я его и не видела) светло-серого цвета. Рубашка без галстука, как на вечеринке, расстегнутый ворот и безмятежная поза короля этого мира.

Он наблюдал за тем, что может представить его модельер, и кивал. Молча.

Выскажет свои умозаключения позже? Или как обычно проходят вот такие неофициальные представления коллекции, которые после могут пойти в оборот?

Я была совсем зеленым новичком, ничего не понимающем в том, как все устроено в «Cuore», но чувствовала, как волнуется Гальянни. Как ему важно представить свои творения в наиболее выгодном свете.

Поэтому, когда взгляд, до этого лишь мазнувший по мне, вышедшей вместе с другими моделями на подиум, на этот раз основательно прошелся по фигуре, а Фабио начал усиленно жестикулировать, объясняя символизм костюма, в который я была облачена, мое дыхание перехватило само собой.

- Покрутись, Мадонна. – Фабио щелкнул пальцами.

Медленно вышла вперед и стала поворачиваться по часовой стрелке.

- Почему ты ее зовешь Мадонна? Ангелина – более чем подходящее имя для малышки.

Я замерла, а стоящие по обе стороны от меня девушки втянули в себя воздух, скрипнули зубами и сжали кулаки.

Спасибо тебе, Ястребов! Ведь ты всех моделей знаешь по имени?..

Кажется, теперь мне придется справляться с необоснованной ревностью коллег.

Или все-таки обоснованной?

А его «малышка»?..

Мне одновременно хотелось провалиться сквозь землю и выпятить грудь, показывая другим девочкам, что ко мне, в отличие от них, обращаются по-особенному.

Иррациональное желание.

- Она моя Муза, – ответил Фабио, вбив этим «очередной гвоздь в крышку моего гроба».

Чем же я так нагрешила?

Тем, что не смогла решиться показать эскизы?.. А теперь получится, что, если Ястребов их посмотрит, я автоматически становлюсь… Слово «фаворитка» вряд ли подойдет, но кем-то вроде нее и окажусь. В своих же глазах. После того, как со мной «ласково» побеседуют жерди, стоящие рядом. Привлекательные такие, сто восьмидесятисантиметровые жерди, желающие, как и я, произвести впечатление на Хозяина.

Да только мне, кажется, и стараться особо не нужно.

Бонус былых заслуг? Вот только каких?

Ни за что не поверю, что Виктору не с кем проводить вечера. Или мое общество было глотком свежего воздуха?

Также бред.

И все-таки… льстило. Мне, разумеется, безумно льстило, что он запомнил мое имя.

Может, я все-таки чем-то выделяюсь среди его безликих многочисленных девочек?

Ястребов покачал головой.

- Ангелина, подойди к краю подиума.

Боже, это еще не конец?

И все же безмолвно выполнила, что он требовал.

- А теперь раздевайся.

За моей спиной раздался вздох, а я надеялась, что ослышалась.

- Мне снимать… все?

Виктор дернул бровью и посмотрел на Фабио.

- Нет, ну, ты посмотри, какая готовность.

Гальянни изобразил обморок.

- Я не откажусь от представления. Но сейчас я имел виду жакет. Сними его. Хочу рассмотреть рубашку. Они идут в обязательной паре? – Вопрос, скорее, снова адресовался модельеру.

А я мысленно обругала себя.

Только что он возвысил меня… и сбросил с пьедестала. Грязная игра. И бьющая по оголенным нервам.

Расстегнула злополучный красный жакет, стягивая его с плеч, представая в молочно-белой блузке с красными орнаментами.

- Не хватает банта под подбородком. И воротник следует поднять. – Короткие указания Виктора Андреевича, и Фабио бледнеет.

- Н-но…

- У кого есть красная лента? – Ястребов поднялся с места и ловко запрыгнул на подиум. К нему уже спешила помощница модельера с необходимой (и откуда взялась?) ленточкой, длиной около метра и шириной сантиметра три.

Он забрал ее у девушки и подошел ко мне.

Я ощутила жар его рук, когда он поднимал мой воротник, чтобы повязать бант.

Убеждала себя, что смотреть в глаза мужчине, который оказался так близко, плохая идея. И все же не удержалась.

Голубая сталь пронзительных глаз впилась в мое лицо, стоило только поддаться порыву.

Какой же ошеломительный эффект от его очей в обрамлении черных ресниц и темной щетины на лице! Сегодня Ястребов не снизошел до бритвы. И тем самым… сделался еще привлекательней. Лично для меня.

Опасный, дикий… и с красной лентой в руках.

Воображение рисовало, что моток у Виктора больше, и он опутывает шелком меня всю. В причудливых узорах, закрепляя ленту не одним единственным узлом. Их много, и каждый – произведение искусства. Мое тело становится холстом, на котором он пишет картину.

Хочется поддаться порыву и простонать, но вместо этого прикусываю щеку изнутри, лишь догадываясь, что мои зрачки, отзеркаливая его состояние, также расширились. Впитывая, запоминая, желая запечатлеть мгновение наиболее полно.

Украдкой потянула носом, чтобы вдохнуть древесные нотки его туалетной воды.

Боже…

Не знаю, как устояла на ослабевших ногах.

Мне даже стало все равно, что мы не наедине.

Если бы он нагнулся, чтобы поцеловать…

- Так. – В противовес фантазии, Ястребов отшатнулся от меня, подзывая Фабио.

Гальянни пожевал губу.

- Хм. Вероятно, ты прав, Витторио… – Итальянец нахмурился. – И как мне самому не пришло это в голову?

- Переделай.

- А остальные?

Ястребов обернулся на других моделей. Или, скорее, рассматривал другие костюмы из линейки Фабио?

- Ты хотел сделать флагманом этот наряд с жакетом. – Кивок в мою сторону. – Значит, ориентируйся на него. Остальные сойдут.

«Сойдут».

А я, значит, ему не понравилась?!

Не я. Наряд.

Но даже эта поправка от внутреннего критика не принесла облегчения.

- На этом все. – Ястребов спрыгнул с подиума. И хотел направиться на выход?

Я снова не смогу с ним поговорить?..

Понимала, что нужно молчать. Нельзя при всех... И все-таки… Попытка не пытка.

- Виктор Андреевич!

Ястребов обернулся. На губах блуждала едва заметная улыбка. Как будто он ждал, когда я раскрою рот!

Неужели я такая предсказуемая?

- Переодевайся, Ангелина. Фабио нужно доработать флагманский костюм.

Очередной холодный душ. На глазах у всех!

Но так даже лучше.

Смешки за спиной от моделей это подтвердили.

Я не лучше их.

Да, он запомнил мое имя. Но, возможно, модельер просто подсказал ему на самом показе, говоря, кто наденет на прогоне его главное творение?

Вскинула голову, вместо того, чтобы вешать нос и, распрямив плечи, пошла прочь с подиума в гримерку.

Там сдала на руки помощниц Гальянни костюм, переоделась в джинсы с рубашкой, закинула сумку на плечо, впиваясь в ручку сильнее требуемого, и, в очередной раз обозвав себя легкомысленной дурочкой, пошла на выход.

Чтобы столкнуться с водителем Ястребова.

- Виктор Андреевич хотел тебя видеть. Иди за мной.

Глава 8

Ангелина

Стою как дура, прижимая к боку сумку, смотрю на открытую дверь машины, в которой сидит Ястребов, и не решаюсь сделать последний шаг.

Он только что устроил мне такой контрастный душ, что впору бежать от него, сверкая пятками! Если этот мужчина так невозмутимо играет чужими эмоциями, стоит ли даже пытаться заполучить его в свое владение?

Владение. Виктором Андреевичем. Ага. Держи карман шире, детка.

Это он тот человек, что привык повелевать и владеть. Не только бездушными зданиями, бумажками с денежным номиналом, красивой одеждой, дорогими часами, но и людьми.

А тут… я. Со своими стремлениями.

И рисунками.

Вот ради них я и сделала злополучный шаг. А за ним еще один.

- Добрый вечер, Виктор Андреевич. – Села на сидение возле него, дождалась, пока Валерий закроет дверь и обойдет машину, присаживаясь за руль.

- Куда едем, шеф?

- Ты голодна, Ангелина?

- Нет, спасибо. – И, разумеется, по закону подлости именно в этот момент мой желудок решил громогласно сообщить, что я вру!

Ястребов хмыкнул.

- Ресторан, Валера. Мой любимый.

Больше уточнений водителю не потребовалось, машина плавно тронулась с места, увозя меня от возможных заговоров моделей. Я переодевалась так быстро, что справилась первой. Хотела скорее покинуть помещение, реально опасаясь за свою шевелюру. И перед тем, как надеть кроссовки, проверила их на наличие подсыпанного стекла.

Мы, конечно, не в балете, но мало ли.

Слава Богу, все было спокойно.

Да и последние фразы Виктора помогли принизить мою значимость, так что… может, и пронесет.

- Не хочешь задать вопрос? – Испытующий взор мужчины нервировал.

- Вопрос?

Он поднял брови.

- То есть тебя ничего не смущает?

Смущает. Очень многое!

Например, месячный разрыв в общении и такое вот мгновенное сближение после стольких недель врозь.

Или его попытки выставить меня идиоткой перед всеми.

Или… да хотя бы нахальная манера приказывать следовать за собой! Уже в третий раз, между прочим.

Но нужно быть умнее.

- Вы действительно считаете, что остальные наряды Фабио не нуждаются в доработке?

Ястребов ждал чего угодно, но не этого.

Он… улыбнулся и покачал головой.

- Как я уже сказал, все взгляды будут устремлены на флагманский костюм. И его необходимо было оформить так, чтобы не было возможности найти изъян.

- Другие наряды коллекции так или иначе подчеркивали общий стиль.

- Именно. Подчеркивали. Не нужно путать теплое с горячим.

Поджала губы. Мне хотелось высказать свою точку зрения… но я молчала. Потому как не знала, могу ли снова заводить разговор о той сфере, где он уже все решил.

Видимо, молчала выразительно и громко, поскольку Виктор махнул рукой.

- Давай. Высказывайся. Чтобы ты поменяла.

Несколько раз моргнула.

- Но Вы же уже все приняли.

- Всегда можно внести поправки. Это предпоказ.

- Но он был заключительным!

- Фабио все равно нужно будет довести до ума твою рубашку. Так что?

- Карманы. Я бы добавила больше карманов. И пуговицы. Можно заменить их. Я понимаю, что в серии костюмы должны пересекаться, но… может, сделать акцент на них? Разного размера, разного цвета, но обязательно бросающиеся в глаза. Не везде функциональные, возможно, где-то просто пришитые для красоты. Но я считаю, что эта фурнитура смогла бы оживить коллекцию.

- Карманы. И пуговицы.

Закивала… и, выдохнув, полезла в сумку за своим портфолио.

- На самом деле, сделать фурнитуру основополагающей идеей коллекции стало моей идеей для создания этого. – С замиранием сердца передала папку мужчине.

Он не был удивлен ее появлением, просто принял, раскрывая на первой странице.

Быстрый оценивающий взгляд на рисунок… и между бровей пролегает складка.

Он смотрит на следующий. И продолжает хмуриться.

И так дальше. Один за другим эскизы не удостоились даже малюсенького комментария!

Портфолио подошло к концу. Но Виктор снова открыл его на первой странице.

- Когда ты это нарисовала?

- После нашей прошлой беседы. Вы сказали, что я могу…

- Хочешь сказать, что это, – он приподнял папку, – ты выполнила за месяц?

- Д-да…

- Это все?

Ему не понравилось. Ему определенно не понравилось!

Почему он хочет увидеть другие рисунки? Считает, что я недостаточно поработала?

- Я выполняла их в свободное от моделинга время… поэтому это все, что есть.

- Ты показывала эти эскизы кому-либо?

- Нет. Вы первый, кто их видит.

- Тебе кто-то помогал? С идеями или реализацией?

- Нет. – Теперь хмуриться начала я.

Что происходит?

- Валера, передай мой портфель.

С переднего сидения перекочевал кожаный дипломат.

Открыв его, Виктор достал листы… с картинками, очень напоминающими те, что я сейчас презентовала.

- Это работа Михайловой. Не находишь, что она тебе что-то напоминает?

- Н-но… – Дрожащими руками забрала у него цветные эскизы. – Как же так?..

- Она мне их передала еще на прошлой неделе. Когда ты закончила свой последний эскиз? – Он пролистал мою папку, останавливаясь на девушке в воздушном голубом платье.

- Примерно неделю назад…

- Ты могла увидеть работы Алены?

- Мы с ней даже не знакомы!

- Многие модели работают с ней.

- Мне не выпадала такая высокая честь.

Виктор пролистал бумаги, находя почти точную копию моей хрупкой девочки.

- Как это возможно?..

- Либо у вас с Михайловой телепатическая связь… либо, что ближе к истине, твои эскизы кто-то видел. И сфотографировал, чтобы передать своему кумиру.

На мои глаза навернулись слезы.

Я в эти картинки вложила душу! Всю себя!

А кто-то?.. Пока я оставляла сумку в гримерке?..

- Я еще удивился, получив от Михайловой это. Стиль совсем не похож на Алену. Подумал, что ее взбодрил провал, заставил работать на износ, искать новые идеи. – Он помедлил. – Вот она и нашла. – Виктор закрыл мое портфолио, но не спешил передавать его обратно. – Печально, конечно.

Не сдержала слезинку, что скатилась по моей щеке.

- Не нужно. – Очередную хрустальную каплю стер большим пальцем Виктор. – Посмотри на меня, Ангелина.

Мне же, напротив, хотелось развернуть лицо к окну, чтобы не показывать ему свою слабость. Но Ястребов был мягок. Его голос потерял властные и раздраженные нотки и полился бальзамом. Так что я не устояла.

Мой подбородок оказался в капкане его пальцев.

- Послушай меня внимательно. И запомни, что я тебе скажу. Никому и никогда не позволяй отбирать у тебя то, что принадлежит тебе по праву. А если это произошло, иди до конца, чтобы доказать свою правоту и заставить мошенников пожалеть о содеянном.

- Но… как? Кто я и кто Михайлова? Тем более, если у нее есть подруги, способные…

- Что бы ты сделала, если бы увидела это не на бумаге, а уже на показе? Если бы модели были облачены в костюмы твоего дизайна? А за ними шла Алена, как автор коллекции?

- Не знаю…

- Что. Бы ты. Сделала?

- Наверное, разревелась бы. И убежала.

- Неправильно. Нужно было подойти к ней, когда бы она была на виду у всех, и сделать комплимент такому грандиозному успеху. И спросить, где же заключительное платье. То, которое собрало в себя все предыдущие. Квинтэссенцию коллекции.

- Н-но…

- Человек, не знающий первоначальный замысел творца, не сможет увидеть продолжение. И она бы поплыла с ответом, что послужило бы началом сплетен. Мир моды жесток, Ангелина. И тебе придется смириться с этим.

- Мои эскизы?..

- Не пойдут в ход. Тебе нужно нарисовать новые. Но идея замечательная. Я одобрил запрос на закупку новой фурнитуры.

- Одобрили?

Виктор кивнул.

- А в следующий раз, когда ты захочешь показать мне свои работы, делай это сразу. Без промедления.

- Как? Вы занятой человек, Виктор Андреевич. И я не имею права…

- У тебя есть мой номер телефона. С которого я тебе писал. Это личный. На него можешь звонить и писать, когда я буду тебе нужен.

***

- Расслабься. Такое ощущение, что ты сидишь на пороховой бочке.

Смерила Ястребова убийственным взглядом. Ему-то хорошо! Он в дорогущем костюме. Посреди шикарного отеля! А я в стареньких джинсах и кроссовках. Спасибо, что рубашка новая, и моих ног под бордовой скатертью не заметно. Но было видно, пока нас сопровождали до столика! Который был уже сервирован по самым притязательным правилам придворного этикета.

- Мне кажется, я выделяюсь среди общей массы посетителей.

Куда ни глянь – одни бизнесмены в похожих на Виктора костюмах и дамы, предпочитающие деловые платья или что-то элегантное. Ни одного человека в джинсах!

Да даже официанты и те казались более уместны в свой выглаженной униформе, чем я.

Спасибо, что я не успела смыть макияж и хотя бы «лицом вышла».

- Вздор. – Виктор прищурился. – Кстати, раз уж я заговорил о порохе. Ты знаешь, как он связан с Нобелевской премией?

Вопрос совсем сбил с толку. Это его попытка заставить меня думать о чем-то отстраненном?

- Могу лишь предположить, что напрямую. Нобель… создал порох? – Наморщила лоб, но не могла сосредоточиться. На меня угнетающе действовала шикарная атмосфера вокруг. Хотя не должна была.

- Мимо. Порох изобрели раньше. Альфред Нобель как раз был тем, кто завершил пороховую эру. А ведь в те времена именно сера с селитрой были основной разменной монетой. Когда только открыли рецепт изготовления этого порошка, первые продажи приносили баснословное богатство тем, кто распоряжался бочками с «черной смертью». Ну, не говоря уже о том, что в принципе порох послужил толчком технической революции, изобретению пушек, артиллерии и резкому прыжку в военном деле. И не только в военном, кстати. Колотые раны от кинжалов сменились пулевыми, и коновалы вынуждены были начать изучать строение сосудов, мышц и органов в теле человека, превращаясь в настоящих хирургов. За счет постепенного наполнения мира порохом многое изменилось, но во главе все равно шла торговля.

- Я потеряла нить. При чем здесь Альфред Нобель?

- Ты торопишь события. – Виктор глотнул воды, чтобы смочить горло, и отставил стакан на стол. – У Нобеля было два брата, но запомнили мы именно Альфреда. Он пошел в науку, изучал химию. И нашел способ заменить порох маленькими палочками. С нитроглицерином.

- Динамит! Точно! Нобель изобрел динамит!

- И сказочно разбогател на нем.

- Значит, премия за высокие достижения в науке пошла от изобретения оружия?

- Согласно записям, Нобель всех уверял, что является пацифистом, и его изобретение будет пущено исключительно на разработку шахт и каньонов для добычи полезных ископаемых. Думаю, он лукавил. И нет, премия пошла не от его изобретения. Не напрямую.

- Но она была названа в его честь.

- Всему виной случай с его братом. Когда тот умер, неумеха из местной газеты перепутал имена и написал некролог на самого Альфреда. Где обозвал его самыми последними словами типа наместника смерти и тому подобного. Описал красочно, не упустил моменты, что именно благодаря динамиту… впрочем, сама понимаешь, чего тут рассказывать. Так этот некролог так впечатлил Альфреда, что он написал завещание, в котором указал, что все накопленные за счет продажи динамита богатства должны быть пущены на премирование тех, кто добьется великих открытий в науке.

Пораженно покачала головой.

- А я не задумывалась, откуда растут ноги у Нобелевской премии. – Ястребов меня в очередной раз приятно удивил. – Вы начитанный человек, Виктор Андреевич.

Виктор дернул уголком рта.

- Ты меня впечатлила в первую встречу знанием древних философов. Должен же я был чем-то ответить.

Мягко рассмеялась.

- Звучит так, как будто Вы хотели произвести на меня впечатление.

Ястребов подался вперед.

- Получилось?

- Еще с крыши. – Кажется, я действительно расслабилась. Ну, в джинсах я в таком месте, и что? Может, могу себе позволить так ходить в подобные заведения! К тому же с таким спутником!

- Вот как. – Он хмыкнул. – Обычно людям не интересно слушать отвлеченное от моего бизнеса. Они свято уверены в том, что я сведущ только в моделинге. Как будто конь с шорами на глазах. И никто не пытается со мной обсудить что-то кроме тряпок, маркетинговых стратегий, слияний, показов и рекламы. Хотя нет, вру. Есть еще одна тема, которая всегда проскальзывает в беседе со мной. Догадаешься, какая?

И снова тот самый взгляд. Раздевающий меня прямо за столом.

Успокоившееся сердце жалобно екнуло. Ставшая вязкой слюна с трудом протолкнулась по горлу, а мне хватило духу выпалить одно-единственное слово. К которому этот мужчина меня и подталкивал. Выпалить… скорее прошептать, чтобы увидеть загоревшийся в голубых глазах огонь.

- Секс.

Глава 9

Ангелина

Его ноздри начали раздуваться, как у хищника перед прыжком на жертву. Как будто Виктор пытался по малейшему дуновению воздуха определить, куда я рвану.

Ведь я же могла убежать после столь явного приглашения?

Нет. Не могла.

Сама шла на этот шаг.

Мы взрослые люди, и оба понимали, что не просто так уже в который раз ужинаем вместе.

То, что оттягивалось с первой возможности, постепенно концентрировалось, чтобы вылиться в нечто страстное.

Одно-единственное слово, а пространство между нами наэлектризовалось, волоски на руках встали дыбом, а внизу живота начало зреть горячее предвкушение.

- Секс. Со мной. – Виктор не только повторил то самое провокационное слово, но и уточнил, усиливая эффект.

К горячей спирали добавились мурашки.

Его голос действовал на меня волшебным образом: хотелось слушать его постоянно. Желательно – хриплый шепот на ухо, когда Ястребов обхватил бы меня, прижав к себе, не позволяя вырваться.

В моем воображении он был как раз такой: властный, бескомпромиссный, и точно знающий, чего хочет не только он, но и женщина, которая решила провести с ним вечер.

Впрочем, мы оба знали это – произнесенное слово должно быть квинтэссенцией этих странных свиданий.

- Вы – эффектный мужчина, Виктор Андреевич. Разумеется, дамы теряют голову в Вашем присутствии.

- Но не ты.

- Отчего же? – дернула плечиком. – Я тоже покорена.

Он хмыкнул… и не стал развивать тему дальше! Вернее, не стал заострять внимание на том, что я такая же, как другие.

Умный мужчина.

Очередной плюс в его копилку.

- Ты даже не представляешь, какие могут быть порочные фразы, когда оппонент задался целью затащить тебя в постель.

- Просветите?

Он поманил меня пальцем, и я не удержалась от любопытства, наклонилась к нему, жалея, что нас разделяет стол.

- Например, если бы хотел, чтобы ты мне отсосала прямо в здесь, забравшись под стол, я бы произнес это вслух.

Мои щеки вспыхнули.

- Но не произнесете, верно? – ехидная улыбка скользнула на губы.

- Скатерть не позволит любоваться процессом. Не только окружающим, но и мне. А я хочу видеть, как твои сочные губы смыкаются на моем члене. Как ты облизываешь головку и не сдерживаешь себя необходимостью быть тихой. Хочу видеть тебя голой. Иметь возможность запустить пальцы в распущенные волосы. И вздернуть вверх, чтобы усадить на колени, ловя движение твоих ресниц, пока я буду насаживать тебя на себя. Медленно, наблюдая за тем, как на твоем лице меняются эмоции: шок, желание, нетерпение… наслаждение.

Вот такого я не ожидала.

Внутри меня вспыхнул пожар, больше напоминающий адово пламя.

- Кажется, я сейчас кончила. – Произнесла одними губами.

Виктор поднял бокал, салютуя.

- Разговоры о сексе, конечно, хороши. Но им лучше заниматься.

Я дрожащей рукой схватила стакан с водой, залпом выпивая.

- Ваши речи коварны, Виктор Андреевич… И если Вы способны сказать такое в общественном месте…

- Хочешь узнать, на что я способен, когда окажемся наедине?

Вот оно. Назад дороги точно не будет

Распрямилась, радуясь, что надела лифчик, и мои возмущенно вставшие соски не заметны, только порозовевшие щеки.

- У Вас дома?

Он хмыкнул и предложил скорее заканчивать с трапезой.

Это значило, что мы уезжаем… вместе? Куда?

Этот же вопрос возник, когда мы вышли из ресторана, и Виктор не терпящим возражения жестом предложил мне присаживаться на заднее сидение БМВ.

Дождалась, пока Ястребов сам займет место рядом со мной, а его шофер произнесет вслух ответ на терзающий меня вопрос.

- «Четыре сезона».

Значит, все-таки отель. Не квартира.

Глупо было надеяться, что парочкой разговоров я смогу расположить его настолько, что Виктор Андреевич растает, сразу же помчавшись открывать мне дверь в свой пентхаус.

Не просто же так Фабио вздыхал по невозможности попасть в личные апартаменты своего босса!

Не скрою, я чувствовала маленький укол разочарования. Почему-то казалось, что я особенная.

Ну, да, такая особенная, что дам ему на третьей встрече, а не первой.

От собственных мыслей стало смешно. Видимо, я фыркнула вслух, поскольку Ястребов тут же поинтересовался:

- Не устраивает?

- Я не была в отелях. – Пожала плечами. – Не считая крыши того, где проходила Ваша вечеринка. Но и там дальше лифта и фойе не проходила. Мне нет нужды сомневаться в Вашем выборе, Виктор… Андреевич.

- Хочешь называть меня по имени? – От него не укрылась и моя заминка.

Хотела уже сказать: «Прощу прощения», но тут же одернула себя.

- Да.

Он одобрительно кивнул.

- Мне нравится, что ты не боишься озвучивать свои желания. Хорошо. Называй меня просто Виктором.

Для перехода на «ты» было рано, как понимаю. Но и неформальное Виктор меня устраивало. Более чем.

Только Гальянни называл Ястребова Витторио, остальные обязаны были вспоминать его батюшку при обращении. И это правильно, все же субординацию никто не отменял. Как-никак, перед нами целый генеральный директор и владелец «Cuore» в одном лице.

- Мне казалось, Вы предпочитаете говорить, а не слушать.

Он вытянул ноги, благо, салон автомобиля позволял.

- Мне хватает отчетов на работе, которые я вынужден выслушивать. Но каждое сказанное мною слово там, – мотнул головой, – принимают за веру и не пытаются подвергнуть сомнению. Иметь возможность за пределами офиса отвлечься на посторонние темы – сродни отдыху. Если появляется достойный оппонент, умеющий поддержать разговор.

Какой комплимент в мой адрес, надо же!

Взглянула на него из-под опущенных ресниц.

- Хотите снова поговорить о чем-то… отвлеченном?

- Хочешь продолжить то, что мы начали в ресторане? – Вопросом на вопрос ответил он.

Хитрый лис!

Медленно облизнула губы.

- Не откажусь.

- Я не джентльмен, Ангелина, совсем.

И что бы это значило?..

- И привык быть грубым. Как ты относишься к такому?

Мы все еще о его характере? Или уже обсуждаем наш секс?

Только представила, как он хватает меня за горло, мощно врываясь, тут же прикусила губу, понимая, что с такими визуалами кончу еще до того, как мы доедем.

Хочу попробовать.

- Вот как.

Оказывается, про свое желание ощутить на себе его руки я произнесла вслух.

- Иди сюда. – Он похлопал себя по бедру.

Предлагает оседлать его?! Здесь?

- Отшлепаете? – уголки губ дрогнули.

- Ты любишь такое?

Отрицательно покачала головой… и поблагодарила джинсы за свободу движений, действительно залезая на Ястребова.

Его ладони тут же обхватили мои ягодицы.

- А вот теперь поговорим по-взрослому. – Довольно пророкотал он, заглядывая мне в глаза.

Я уперлась ладошками в его грудь, пока поверх пиджака. Подумала секунду, после чего развела полы в стороны и дотронулась до рубашки.

- Вы тренируетесь? – под руками ощущались стальные мышцы.

- Держу себя в форме, не больше.

- Я бы хотела присутствовать на Вашей тренировке, Виктор.

Он сжал мою задницу.

- Договорились.

- Так просто?

- Не люблю усложнять.

- Зал? Игры с железом?

- В том числе. Тащишься от мужиков с мускулами?

- Все девочки их любят. Но мне нравятся не перекаченные. – Скользнула ниже, прощупывая через рубашку пресс. Тоже каменный. Хотя он сидит вполне себе расслабленно. – Хочу увидеть Вас без одежды.

Пока Виктор не ответил, уже тянусь к пуговицам, чтобы расстегнуть и своими глазами «пощупать» то, что чувствую подушечками пальцев.

Меня совершенно не смущает, что впереди сидит Валера. Наверняка он и не к такому привык.

Раз уж шеф послал его забрать меня, предполагалось, что на заднем сидении может произойти нечто неприличное.

Скольких девок он тут трахнул? Или просто приказал отсосать?

Слова Ястребова о том, как он наблюдал бы за оральным сексом в моем исполнении, приятной тяжестью упали между бедер. А понимание, что я уже могу потереться о скрытый в классических брюках член, вызывало дикое желание поелозить. И проверить, как быстро найду отклик на столь явное приглашение.

Но вместо этого я расстегивала его рубашку, на удивление, беспрепятственно. Виктор позволял мне это.

Как многим?..

Стоп, Ангелина! Хватит.

Какая разница, как он вел себя с другими?

Сейчас он со мной. И важно только это.

Крутой мужик, который ворочает многомиллионным состоянием, сказал, что готов помочь, если потребуется его вмешательство. Не стал обещать золотые горы, и предупредил про эскизы: я их потеряла. По своей же глупости.

Он вел себя жестко, но честно.

В Ястребове чувствовалась холодность и отдаленность, но это меня не отталкивало.

Я понимала, на что слетались многочисленные бабочки из его окружения: ареол властности и умения держать все под контролем. В своих руках. Такие мужчины всегда были секс-символами, во все времена. А уж если добавить его внешность и тугой кошелек… Не хотелось думать об этом, но наверняка глупышки велись на последние две составляющие, желая оттяпать кусок его богатства хотя бы в виде бонусов типа побрякушек. Но я была реалистом, и понимала, что таких в нашем бизнесе было большинство.

Он привык видеть к себе такой животный интерес: секс за деньги. Его деньги.

И ведь даже не обязательно в конечном итоге любовнице перепадал бонус, одного секса хватало с лихвой: ведь в головках у таких дамочек отражалось, что она смогла заинтересовать мужчину своими прелестями. Пусть ненадолго, но смогла.

И теперь я оказалась на их месте.

Быть «одной из» неприятно. И все-таки… меня тянуло к Виктору. Как магнитом.

Хочу с ним переспать.

И будь, что будет.

Не стала вытаскивать рубашку из брюк, думаю, ему не понравилось бы такое. Вместо этого скользнула в образовавшийся вырез, укладывая ладони на горячую кожу.

Ощутила, как с левой стороны у него мощно бьется сердце, резонируя с моими нервными окончаниями. Осторожно скользнула пальцами ниже, обводя рельефный пресс.

- Вы занимаетесь в майке или футболке?

- Отгадай.

- Футболка и длинные шорты.

- Дальше.

- С персональным тренером… возможно, в самом начале. Сейчас самостоятельно. Чтобы никто не указывал, что Вам делать.

Он улыбнулся.

- Я так предсказуем?

- Вероятно, я просто хочу видеть Вас таким, каким рисует мое воображение.

- Фантазировала обо мне?

Кивнула. Зачем сейчас скрывать.

- Расскажи.

Это смущает. Но и возбуждает одновременно.

- Я представляла, как Вы предлагаете поехать к Вам.

- И что же там происходит?

Я царапнула его по животу, шире расставляя ноги. И оторвалась от привлекательного торса, хватая его за плечи.

- Примерно вот это. – Сама двинулась вперед, чтобы поцеловать.

Я много раз представляла наш поцелуй, но каждый сюжет предполагал, что Ястребов сам будет проявлять инициативу. Сейчас же хотелось шагнуть дальше игр на острие лезвия, и сделать шаг вперед. Отчаянный, наглый, но очень необходимый.

Целую я… но ощущения, что контроль все равно у него.

Губы Виктора твердые, язык врывается в мой рот и заставляет подчиняться. Он ведет, а я всего лишь ведомая, несмотря на позицию.

Он умеет целоваться. Делает это так, что даже не прочувствуй я под собой твердый бугор, самой хочется раздеться и продолжить начатую прелюдию.

Его руки перемещаются на мою талию, гладят спину, снова возвращаются к ягодицами, которые приподнимает, чтобы вжать в себя и податься пахом навстречу. Виктор хочет, чтобы я знала об его эрекции. Хочет показать, что его тело реагирует должным образом. И мне предстоит познать на себе эту страсть.