Czytaj książkę: «Иван-чай p.s.»

Июнь 2019

Сквозь сон слышу будильник на моем телефоне, а по мне весело топчется Рикки.

Что такое?

4.45 утра. Рикки. Телефон. Будильник.

Я дома, то есть в своем настоящем-будущем.

Нет, как такое может быть, что произошло. Когда я уже свыклась с миром прошлого, он выкидывает меня обратно в настоящее.

Настолько далекое для меня теперь настоящее.

Моя жизнь там.

Что мне делать здесь? верните меня обратно! Это же был не сон так?

Встаю с кровати все вроде бы, так как обычно. Вот он Рикки, будильник.

Смотрю на дату в телефоне 2019, если я была год в прошлом, то сейчас должен быть 2020.

Это не может быть сон. Сейчас погуляю с собакой и все выясню. Если это не был сон должно же было бы что-то произойти с будущим.

Выйдя в коридор, я понимаю, что я не в многоквартирном доме на 15 этаже, а в большом отдельном доме. Моем, наверное, доме.

Я выхожу во двор. Вокруг сад, за садом лес. Рикки бежит делать свои делать, как видно для него это привычная обстановка.

Значит все же не сон. Только как же мне жить в этом мире. Я должна открыть его заново.

Оглядываюсь вокруг, все настолько чужое, дом полностью стеклянный. И он меня почему-то пугает.

Зачем мне стеклянный дом и почему моя комната выглядит так же как в моем прошлом настоящем. Какой-то каламбур теперь получается.

Хотя бы Рикки остался Рикком и телефон не изменился. Хотя нет в темноте я не очень разобралась, но телефон сильно отличается от моего прежнего. Марка покруче будет. Вообще не понятный какой-то

Интересно, я все еще в России.

Рикки, мой молодчина, погулял быстро и мы пошли в дом.

Надо осмотреть его, он был просто огромен, на первом этаже я обнаружила огромную кухню к которой примыкала еще одна комната – столовая. В центре неё стоял круглый стол, на всю стену висел телевизор. Вдруг одна из дверей открылась и оттуда выехала железная штука, очень напоминающая дроида из фильма «Звездных войн».

– Доброе утро, – сказал он по английский, – вы сегодня поздно встали. Что-то случилось? Вы переутомились? Может вызвать врача?

– Нет, все в порядке. Спасибо.

– Я беспокоюсь, в вашем положении надо придерживаться режима.

– В моем положении? Что ты имеешь ввиду? А во сколько я обычно встаю?

– Забывчивость, это нормально в вашем состоянии. Но все же надо обратится к врачу. Вы стаете в 4.30. И положение у вас такое, что вы ждете ребенка, это будет девочка, я предполагаю. Хотя роботы не могут предполагать. Но я беру смелость и надеюсь, что будет девочка.

– Что? Нет не может быть.

– У вас сегодня не обычное состояние. Может вам лучше полежать или принять холодный душ.

– Все со мной в порядке. Это с миром не так. Хотя может мне просто его надо узнать. Было бы глупо думать, что настоящее не изменится если мы изменили прошлое. А вот про беременность я как-то не думала. А почему ты думаешь, что будет девочка.

– По моим подсчетам. Я робот саморазвивающийся. И после новости о вашей беременности, написал алгоритм по которому можно определить, что у вас будет девочка.

– Алгоритм это хорошо. Но все это меня сбивает с толку. Хорошо конечно меня выбросило, – я решила проверить, кто ещё со мной живет. – А кто-то еще встал?

– Вы живете одна в последнее время.

Такой большой дом и я живу одна.

Я решила больше не расспрашивать робота, чтоб он меня еще больше не принял за больную, и ответы на остальные вопросы найти в интернете.

– Приготовить завтрак?

– Да, пожалуйста.

И робот укатил на кухню.

А я продолжила изучать свой дом. Я старательно пыталась себе внушить, что этот дом мой.

На первом этаже нахожу кабинет. В строгом стиле, с огромным монитором и еще несколькими небольшими. Да, мечта программиста.

Я села в кресло, придвинулась к столу, и запустила компьютер. Все вокруг за жужжало и ожило. На экране компьютер потребовал ввести пароль. Что ж попробуем мой стандартный пароль. Хотя бы это осталось неизменным. Как и мой старина Рикки.

Что тут у нас за новости в Яндексе. Сейчас действительно 2019 год, июль месяц.

Письмо из медицинского центра с моими анализами, я действительно беременна.

Очень интересно от кого и как. Я прожила в прошлом целый год и вернулась в тот же день, что ушла, но уже беременная. И еще я будущее переделала, не знаю в лучшую ли сторону.

Больше мне не удалось ничего узнать, так как в комнату въехал робот. Интересно как-то его зовут наверное.

– Завтрак готов, прошу вас пройти пока он не остыл.

– Да, хорошо, спасибо, я уже иду.

Позавтракать это хорошая идея, любопытно, что там вкусного приготовила эта железяка.

Пахло блинами. На столе стоял смузи и гора блином, а к ним всевозможные добавки.

– Милый мой, ты думаешь, я осилю съесть столько блинов? Тут на десяток человек хватит.

– К вам гости, они только что въехали в вашу резиденцию. Минут через пять они будут здесь.

– Я не слышала звонка.

– Я наблюдал за ними через мониторы слежения.

– Зачем мне такой большой дом одной, да еще и с камерами слежения. Как будто мне есть чего боятся.

– Вам действительно есть чего боятся. На вас ведут охоту несколько крупных компаний.

– Что? Зачем? И кто едет ко мне в гости?

– Вы задаете слишком много вопросов для меня. К вам едет ваша мама и двоюродный брат.

– О, так рано.

Я не успела всего узнать от моего железного помощника так как в комнату вошла мама. Мне немного странно было ее видеть. Она была какая-то не такая. Нет, с внешностью было все то, но я столько ее не видела. По-моему растерялись мы обе. Секунды моего замешательства кончаются, и я поддаюсь порыву радости и счастья.

Мамочка, как же я рада тебя видеть, я так по тебе скучала, – бросаюсь к ней и начинаю ее обнимать, раньше у нас это было не принято, но я действительно сильно скучала, весь этот год, мне ее очень не хватало.– Макс, и тебя я так рада видеть. – вообще я его не видела еще дольше, так как жил он в другом городе и мы виделись раз в пять лет, а то и меньше.

Что-то случилось? Что ты такая взволнованная, мы вроде бы не так давно и виделись. Как ты себя чувствуешь?

Да, все хорошо, давайте завтракать. Вон смотрите сколько у меня блинов и вкусностей. Кому что хочется?

Я не заметила как желязяка ушел, почему-то мне хочется называть его железякой, хотя внешне он был похож на человека, но чувствовалось, что не человек, а машина, как Алиса или Сири. Но тут эта железяка вернулся, и вид у него был встревоженный. Да, у машины был встревоженный вид.

– Хозяйка можно вас на одну минуточку?

– Да, конечно,– и мы выходим с ним в кухню, – что случилось?

– Хочу вас предупредить, что ваша мама не знает о ваше беременности и вы хотели пока никакому не говорить. Просто вы сегодня очень странная с утра и я решил вас предупредить. Да, еще хотел вам сказать меня зовут Йотти. Мне кажется вы забыли.

– Благодарю тебя мой милый Йотти, извини что я сегодня такая. Я тебя просто обожаю. – и я чмокнула его в щеку. – пойдем, мой смузи может испортится, из него уйдут все витамины. И наши гости нас ждут.

Макс с мамой сидели за столом и уплетали блины.

– Вкусные? Я ещё не успела попробовать.

– Просто обалденно вкусно. Твой Йотти просто сказочно готовит. Изобрести такого робота это дорого стоит. Откуда в нашей семье такие мозги. А может ты и мне такого сделаешь? Или лучше много таких, чтобы все могли купить.

– И все бы люди ужасно обленились и ничего не делали, все бы за них делали роботы.

– Тебе значит можно, а всем нет. Ты у нас конечно звезда.

– Да, брось ты никакая я не звезда. И ничего выдающегося я не сделала.

– Ну, да-да наша маленькая Саша корчит из себя саму невинность. А зачем тебе тогда столько камер слежения по всему дом и округе. Живешь одна, со своим роботом, что то тут замышляешь явно. Почему тебя хочет достать столько людей.

Так похоже мой двоюродный брат сейчас мне расскажет мою жить, о которой я ничего не знаю. Неприятный разговор конечно, но весьма информативный.

– Макс, помолчи, пожалуйста, тебя какая муха укусила, – сказала моя мама, – завелся прям так, тебе то, что от этого, ты тоже очень хорошо живешь, благодаря Саше.

– Нет, мама не останавливай его, мне интересно послушать чужое мнение на это все.

– А я уже все сказал, что хотел. – он вышел из-за стола и ушел.

– Мам, если я тебе расскажу кое-что обещай поверить, я знаю это бредово звучит наверное будет, но все правда.

– Ты меня уже пугаешь, но ты же знаешь, что я всегда тебе верю. Что стряслось?

– Да, ничего особенного, просто я побывала в прошлом, прожила там год и вернулась обратно в тот же день, что и исчезла, только мое настоящее уже другое и я беременна. Я так думаю от мужчины из прошлого, – выпалила я все сразу. И начался мой долгий рассказ обо всем.

– Честно скажу в это сложно поверить, но я знаю, что ты в своем уме и вряд ли тебе это могло присниться. Беременности не снятся с результатом наяву. И твой Йотти сразу был в курсе, что ты беременна?

– Да, всё так. А теперь ты мне может рассказать о моей теперешней жизни?

– Я многого не знаю, ты год здесь живешь одна со своим роботом. Мы часто встречаемся, обедаем вместе, работаем вместе, но я не знаю, почему тебе резко потребовалось отсоединится от всех, все эти камеры, охрана. Возможно, твой робот знает лучше.

– Да, я хочу с ним поговорить, а еще проверить мой компьютер, может в нем я найду информацию… А где мы работаем с тобой? В моем настоящем ты была на пенсии.

– О, у тебя большая IT-компания, по производству программного обеспечения, компьютеров и искусственного интеллекта. Ты же у нас гений. Ну, а я твой личный помощник.

– Вот так я стала из простого программиста в прошлом моем настоящем, в гения в нынешнем моем настоящем, – такой каламбур,– И что теперь с этим делать.

– Мне кажется ничего не надо делать, наслаждайся тем что есть, особенно беременностью, пока все хорошо.

– Да, пока все хорошо. Мне столько ещё надо узнать о своей жизни.

– Тогда, я думаю тебе не стоит сегодня ехать на работу, я тебя оставлю одну на пару дней, разберись со всем, все посмотри.

– Ты, права, спасибо тебе большое.

– А я побегу на работу.

– Ты же мой личный помощник, разве твоя работа не заключается в помощи мне.

– Вот как раз в офисе я и буду помогать тебе, поддерживать прежнюю обстановку, пока ты восстановишь свои силы и голову.

– Точно.

– Ну, все я побежала, всего хорошего и будь на связи, звони, спрашивай, я вечером ещё заеду к тебе.

– Буду ждать, что-нибудь приготовить вкусненького.

– Было бы здорово. Пока

– Пока.

В комнату вошел Йотти и проводил маму. А я осталась одна. В мои планы входило обследовать мой же дом, мой компьютер и узнать, кое-что о себе нынешней. Как же мы повернули историю, что я вернулась в совершенно чужой для меня мир.

Но прежде всего мне хотелось найти информацию про Николая, что тогда было и где он сейчас, если вообще он живой.

Компьютер пискнул и пошла загрузка. Включилось сразу три монитора. На каждом была своя загрузка и разные приветствия.

Так что у нас с интернетом, google и yandex все также правят балом. Похоже, нет. И операционная система совсем другая Doberman какой-то запустился. И где же тут найти выход в интернет?

– мировая сеть ты где?

– Вас приветствует, русская сеть, что ходите найти?

– Ой, я кажется не ожила такого, – произнесла я опять вслух.

– Вам найти что ожидать в этом году?

– Нет-нет, найди пожалуйста, Николая…, – и тут до меня доходит, что я никогда не знала фамилии Николая и даже когда он родился. И как же теперь быть. Шансов найти его почти равны нулю, да не почти они равны нулю.

– Дорогой мой компьютер, я не знаю, как мне тебя называть. Если ты скажешь, как раньше я тебя называла, то скажи, пожалуйста.

– От моего создания мне присвоено имя Ник, так вы меня называете последние 2 года.

Ник, я называла мой искусственный интеллект Ник, это же от Николая. Значит мы связаны были уже тогда.

– Глубокоуважаемый Ник, а не знаешь в честь кого ты назван, ты можешь найти этого человека. Он предположительно родился в 20х годах прошлого века. Как-то он должен был остаться в истории. Мы с ним ее изменили. И поэтому я вернулась в настоящее, которое теперь совершенно не то настоящее, которое я внезапно покинула. Ник, помоги пожалуйста. Ты моя можно сказать последняя надежда.

– Запускаю поиск, найду все что смогу.

Я не слышала никаких шумов поиска, мой компьютер искал всю нужную мне информацию тихо и по возможности быстро. На экране быстро менялись картинки.

– Да, Ник, загляни в 1952-1953 возможно обо мне и Николае есть информация. Я не знаю о нем ничего ни фамилии, ни даты рождения. Как такое получилось? Мы настолько внезапно встретились, что не было времени интересоваться такими подробностями.

– Кажется я нашел все, что есть в моей памяти.

– Давай, показывай.

Экран мигнул. И я увидела много фото Николая. Они были сделаны по всему миру, на каждой он был один и казалось фотографии сделаны в разные эпохи. Ерунда какая-то.

– А можно узнать дату рождения или дату смерти если она есть?

– Даты рождения и даты смерти нигде не значатся. Где живет или жил тоже. Все, что удалось найти только эти фотографии. Они лежали в моей экстренной памяти.

– Экстренная память это ещё, что такое?

– Память, которую нельзя стереть и удалить или скопировать, на крайний случай, если с вами что-нибудь случится.

– Что совсем не стираемая? А если с компьютером, что-нибудь случится, скажем там, стихийное бедствие или кто-то зальет водой, да просто разобьется.

– Этот участок памяти надежно защищен вами от любых повреждений. Даже если нет электричества его можно воссоздать имплантируя его в вашу руку.

– Ух, ты здорово, это я молодец. Можешь мне показать всё, что там есть?

– Всю информацию можно получить, только в экстренном случае. По моим данным сейчас нет экстренной ситуации.

– И что сейчас можно получить информацию только вот такими маленькими кусочками, а что-то конкретное?

– Да, я сожалею, у меня нет в данный момент доступа ко всей информации.

– Все с тобой понятно.

– Еще какая-нибудь информация требуется?

– Нет, спасибо!

– Я отключаюсь.

Я еще раз смотрю на фотографии, что-то меня в них смущает. И кто их вообще сделал, Такое ощущение, что за Николаем следили всю его жизнь, зрелую жизнь. Ни детских ни в старости фотографий нет. Да, и эти, такое ощущение, что сделаны в разные эпохи вообще. Это я сужу по одежде, по ветхости снимка. Но на каждой без сомнения он. А вот здесь он с бородой, а здесь с усами. Здесь как будто из 70-х, а здесь 20-е.

Я многого не знаю о Николае. Ну, не вампир же он, и не живет вечно. Нет, я конечно про вампиров многое знаю, одно из моих любимых направлений в литературе.

Когда я была в прошлом мне почему-то и в голову не приходило узнать элементарные вещи о Николае.

И я хочу обратно.

Там я хотела сюда, а здесь обратно. Как-то не складывается. И что делать.

Попадаю я туда и сюда, в один и тот же день. И что мне теперь каждый год проживать один и тот же год то здесь, то там?

Я не согласна, можно я выйду.

Но меня никто не спрашивает, чего я хочу.

Я здесь, и я беременна от человека который там.

В этот момент я понимаю, что мне не хватает воздуха и нужно срочно прогуляться. В комнату вошел Йотти.

– Вы будете обедать сегодня.

– Я думаю обед можно сегодня пропустить, мне хотелось бы прогуляться.

– Я понял, есть пожелание по поводу ужина? – Йотти смотрел на меня своими человеческими глазами. Он был такой настоящий и заботливый, а голос такой нежный и родной.

– Да, я очень хочу Наполеон. Ты можешь его сделать?

– Странный выбор для ужина? Я могу его сделать. Вам вегетарианский Наполеон?

– О, да, конечно. Спасибо большое. Я пойду.

Собираюсь и выхожу из дома. Очень он мне чужой этот дом. Все как будто не настоящее. Зачем нужен стеклянный дом. Как в фильме «Дом у озера».

Только этот большой и проблемный.

Вокруг дома сад, а дальше лес. Где в Петербурге можно было такое построить?

Возле дома небольшое здание, с виду напоминающий огромный гараж, он им и был. Внутри стоят три машины, мое внимание привлекает самая маленькая машина и я сажусь в неё, ключи на месте.

К машине подбегает Рикки, запускаю его внутрь. Завожу машину и мы трогаемся с места. Хочется бежать из этого дома.

Я так давно не водила машину и плохо справляюсь с рулем, но выезжаю на дорогу, и еду в неизвестном направлении. В салоне зажигается компьютер, и приятный мужской голос спрашивает:

– Укажите маршрут направления.

– Мне как можно дальше, в никуда.

– Укажите маршрут направления, – повторил компьютер-мужчина.

– Где я сейчас нахожусь?

– Не могу определить.

– А какой ближайший город?

– Выборг.

– Давай туда.

Вести машину было легко, похоже я управляла только рулем, а все остальное делает машина сама. Я могла расслабится и смотреть по сторонам. Рикки спокойно сидел рядом, похоже он ездит так не первый раз и относится к этому спокойно. Раньше такого не было.

Я проезжаю незаселенную местность. Дорога ровная, без ухабов, машина плавно по ней катилась. Вокруг лес огражденный небольшим забором. Когда мы доехали до Выборга мне сложно было его узнать. Я была там дважды в своей прошлой жизни. И это был обычный провинциальный город, в европейском стиле. Главными достопримечательности, которого были замок и парк.

Сейчас же меня встретил весьма оживленный город и далеко не маленький. Замок стояла на месте. Вокруг было много кафе и магазинов. Дороги были весьма оживленными, но заторов не было. Все двигались плавно и слаженно. Похоже машинами управляли не люди, а сами машины.

– Куда едим дальше? – Заговорила моя машина.

– Давай в парк Монрепо.

Я думаю там менять особо нечего, хоть что-то знакомое увижу.

– В моей базе нет такого парка.

– Что? Как? Почему? Что могло случиться с парком. Куда его дели? А есть что-то похожее на парк?

– Рядом есть закрытая частная территория, там был парк, но теперь туда доступ закрыт и кто там живет неизвестно.

– Как давно там закрытая территория?

– С 1960 года.

Моя машина не только отлично управлялась сама, но и была первоклассным компьютером.

– А есть здесь ближайший торговый центр?

– В моей базе данных нет такого понятия.

– Нет понятия торгового центра? А магазин? Большой магазин, где много маленьких магазинов?

– Есть крытая пешеходная улица, где много магазинов.

– Ну, давай туда. Я хочу прогуляться.

– Маршрут построен.

И мы двинулись по оживленной улице, потом свернули, и опять свернули. Впереди виднелось, что-то светящееся и искрящееся и это было заметно несмотря на то, что солнце давно встало. Мой автомобиль притормозил у тротуара и дальше мы с Рикком пошли пешком.

Улица действительно была крытая и очень длинная, на ней располагались всевозможные магазины. Отличающиеся цветом в зависимости от того чем они торговали. Сначала шли магазины одежды, они были синие, затем детские товары, они были желтые, Техника, спорт, еда. В самом конце располагались кафешки и рестораны. Вдоль магазинов были насажены искусственные деревья и цветы. Дневной свет сюда не проходил, поэтому везде было яркое освещение и казалось, что сейчас вечер.

Несмотря на будний день народу было много, и многие со своими питомцами. Так что мы с Рикком могли заходить в любой магазин без опасения быть выгнанными.

Что меня порадовало одежда не изменилась, хотя синтетических тканей я не увидела нигде. Некоторые ткани я даже не знаю из чего они сделаны, но явно это когда-то росло. Как все расплачивались за свои покупки я не очень поняла, но они ничего не предъявляли, и не доставали.

Я решила обойти все магазины и это заняло у меня больше трех часов. Всё не так уж и изменилось, но стало другим. Люди более приветливые, улыбаются, помогают, но хочется от них бежать, как будто в них нет естественности. Что-то с ними не так.

Голова начинает просто раскалывается, боль становится нестерпимой и я возвращаюсь домой. К вечеру боль так и не проходит, и я иду гулять в сад. Он просто огромный и такой красивый. Там не просто сад, а ещё и целый огород. И как один робот справляется со всем этим. Сад разделен на овощи, фрукты, деревья и цветы. Всё растёт в своем месте, гармонично и красиво. И похоже растениям это тоже нравится, они все здоровые и спелые.

Сад сделан таким образом, что его можно закрыть полностью от дождя, ветра и холода. Видимо поэтому урожай тут круглый год. В центре растут плодовые деревья, а от них по кругу другие растения в зависимости от вида.

Кто же это всё спроектировал. У меня есть садовник, или это всё Йотти. Один он бы не смог, кто-то должен был сажать и поливать, подравнивать.

На меня нахлынуло блаженство, хотелось летать по этому саду. Вдыхать его ароматы. Это, наверное, беременность на меня так влияет. Ложусь на траву и просто дышу. В голове крутиться мысль, что же я такое творю. Но мне не хочется вставать, даже шевелится, не хочется. Только вот так лежать и смотреть на небо. Перед глазами мелькают какие-то картинки, прошлое настоящее, будущее, я не могу понять. Со мной это было или без. Они стираются. Я уже ничего не помню. Кто я? Пытаюсь вспомнить как меня зовут, но безуспешно. Слышу голос, такой железный и не понятный. Кто-то трясет мое плечо.

– Нет, отстаньте. Мне так хорошо. Ничего не хочу. Мне и здесь не плохо.

– Нет-нет, нельзя здесь лежать. Это плохо кончится. Я не хочу вас потерять. Не бросайте меня. Лучше сначала разберите на винтики. Пожалуйста, откройте глаза. Или я вызову всех кого знаю. И тогда вам придется со всеми разговаривать. Ещё немного и уже будет поздно. Вы не сможете ничего вспомнить.

Я всё-таки открываю глаза.

– Кто ты?

– Без лишних слов, пойдемте. В доме вам станет лучше.

– Мне и здесь отлично. Смотрите, какое небо.

– Это небо сейчас разразиться градом. А вас стукнет самая крупная градина. Вот тогда вы меня вспомните. Но уже будет очень больно.

– Ну, ладно пойдём. Чего ты так раскричался.

– Я не кричу, я умоляю вас. Этот сад ужасен.

– А по-моему здесь очень мило

– Может и мило, но ненадолго.

Этот кто-то тащит меня за руку к большому дому. К моему дому. С каждым шагом сознание прояснялось. И ко мне возвращалась память. И того кто меня тащил за руку я тоже узнала. Мой домашний робот Йотти. Что это было?

– Йотти, что это было, я не очень поняла. Память как будто память растворилась, а я была в состоянии нирваны.

– Уж, не знаю, кому в голову пришла идея построить этот сад, но он действительно приносит нирвану, только память стирает. И мозг полностью уничтожает за пару часов.

– И как давно здесь этот сад?

– Он был здесь еще до того как мы с вами сюда въехали. Дом вообще очень странный. И зачем вам захотелось только сюда въехать. В прошлый раз, когда я вас спас из этого сада вы пробыли там намного больше и потом неделю восстанавливались. Больше вы туда не ходили. И чего вас опять туда понесло.

– А за садом кто-то ухаживает?

– Он сам за собой следит.

– Давай его снесем.

– Пробовали, не получилось.

– Мне кажется, нам надо продать этот дом.

– Пробовали, не получилось.

– Да, что ты все заладил, не получилось – не получилось, а может сейчас получится.

– С вами, что-то не то, вы как проснулись, совсем изменились. Как будто в другом мире побывали.

– А ты прав, мой дорогой Йотти. Не знаю друг ты мне или нет. Но я хочу тебе всё рассказать.

– Я чувствовал, что-то не так всё.

– Ты же робот и не можешь чувствовать.

– А я чувствую, расскажите мне, пожалуйста.

Мы зашли с Йотти в столовую, и я села диван.

– Принеси мне пирожных и кофе, и я тебе всё расскажу.

– Я быстро.

И через секунду его уже не было, а к концу минуты в комнату вкатилась тележка с пирожными и кофе.

– Э… как ты, смог кофе так быстро… не могу понять…

– Когда мне не терпится узнать, я могу многое.

Мне показалось, что он засмущался. Если бы роботы умели краснеть, то сейчас бы он покраснел.

– Понимаешь, в это трудно поверить, но я ничего не помню, до сегодняшнего утра. Точнее помню, но все совершенно другое. А это не моя жизнь. Всё не так. И тебя я первый раз вижу. Если до этого было вообще все странно. То, туда куда я вернулась еще страннее, – вижу у моего робота в глазах непонимание, надо начать всё сначала, только с какого начала. – Ну, в общем, начну с самого начала.

И я ему рассказала, как я жила в своем 2019, как попала в 1952, как прожила там почти год, спасла страну и мир, влюбилась и забеременела и вернулась вот сюда.

Мы молчали минут пять не меньше.

Потом Йотти сказал:

– Я вас понял, только не понятно, откуда это тогда всё взялось. Можно понять прошлое, оно написано. А почему возникло это настоящее. Как появилось это всё, как появился я. Моя память, память всех людей вокруг. Вы своим перемещением в прошлое, настолько изменили мир, что вернулись совсем в другой мир. И вы его не помните. И кому это было надо.

– Почему ты решил, что это кому-то надо? Я думала, что это всё стечение обстоятельств. И никогда не задумывалась, об этом.

– Я немного поразмыслил, и понял, что всё очень просчитано. Как будто это чей-то план. Уж, больно много гладкостей было.

– Теперь и я начинаю задумываться об этом. Блин, и кому же это было надо. Да, я вроде бы всегда была обычным человеком.

– Все так считают, а может и не обычным вовсе.

– Нет, Йотти ты ошибаешься.

– Вы разрешите мне кое-что проверить и покопаться в вашем компьютере. И немного в вашей памяти.

– Да, почему-то мне тебе хочется доверять. Сделай это. Но как ты собрался копаться в моей памяти. Это больно? Что там можно найти. Я думаю, я всё помню.

– Нет, это совсем не больно. И быстро. Кто знает, может вам перекрыли какую-нибудь информацию.

– Йотти, ты очень сообразительный для робота. Ты развиваешься буквально на глазах.

– Благодарю. Я почтён. Примусь за работу прямо сейчас. А вы можете идти спать. Время уже позднее. У вас был сегодня тяжелый день. Я поработаю за вас.

– Да, я, пожалуй, пойду к себе. Похоже, я и впрямь очень устала. Надеюсь, ты, найдешь хоть какие-то ответы.

Оставляю Йотти и иду в душ, надо очиститься от всего этого. После посещения сада, еще остался туман в голове. Душ позволил расслабиться и взбодриться. Спать уже не хотелось, но я всё же легла в кровать. Надо, что-нибудь почитать. Включаю телефон и ищу приложение с книгами. Как это ни странно, но такое приложение есть, и оно слегка напоминает то, которое у меня было в прошлой жизни. И книги даже есть знакомые. Как же хорошо, что все не настолько изменилось. И я даже нашла Стивена Кинга. О, мой любимый Кинг. Некоторые книги я не знаю, что-то, по-видимому, изменилось в его творчестве. И изменилось в другую сторону, он пишет любовные романы. Это очень интересно, они хоть немного страшные? Как видно длинные точно. Что тогда пишет Евгений Водолозкин и Терри Прачетт. Страшно даже смотреть. Почитаю пока Кинга. На сотой странице я засыпаю, не потому что неинтересно, а просто накатила усталость и слабость, глаза сами закрывались, а хотелось прочитать еще пару строк.

Всю ночь мне снилось много снов. Я то была в прошлом, то в настоящем, то в будущем. Притом меня заносило вообще в очень дальние века. То совсем в космическое будущее, то нереальное настоящее. И везде была я и от чего-то бежала. Или от кого-то, разобрать было сложно. Все как в тумане.

Не смотря на беспокойную ночь, проснулась я довольно бодро. Приняла холодную ванну и занялась йогой, а после медитация. Я так давно это всё не делала вместе, какое блаженство.

Как там Йотти… нашел ли он какие-нибудь ответы.

Рикку уже не терпелось гулять, и мы вышли с ним с обратной стороны дома, там где не было этого проклятого сада. Он как всегда молодец, быстро погулял и направился к дому. А мне уходить не хотелось, было так тепло и солнечно, что просто душа улетала в небо.

Я решила позавтракать, и направилась на кухню. Йотти нигде не было, может, отдыхает, роботу тоже нужна передышка. Завтрак я приготовила и Рикки с радостью со мной его разделил. Смузи он, конечно, пить отказался, а вот какао с пироженкой ему зашло.

Йотти по-прежнему не появлялся. И я отправилась на его поиски, дом был большой, а я его почти не знала. Заодно и обследую. Но надо срочно отсюда съезжать. В Питер, в центр города, и что я здесь забыла одна. Тем более я беременна, надо будет посещать врача, как бы этого я не хотела.

За всё утро я ни разу не вспоминала про свою малышку, а я ещё холодную ванну приняла. Как это может отразиться на ребенке. Но если маме хорошо, то и ребенку тоже. Так что хоть иногда, но буду позволять себе холодные ванны. Они так расслабляют. Когда только начинаешь их делать, ты скован и напуган. А потом утихомиришь дыхание, и просто наслаждаешься. Это приходит не сразу, у всех по-разному. Я смогла только через год, но не могла бросить весь этот год, я как заведенная шла в душ и включала холодную воду. Потом перешла на ванны. Набирала их еще с вечера, а утром после практики дыхания отправлялась в ванную.

– Йотти, где ты? У тебя, что батарейка села? Ау, куда ты пропал.

Господи, да где ж ты есть. Куда он мог деться. Подхожу к двери в сад, идти туда не хочется. Но все же стоит проверить. Рикки начинает рычать. Я открываю дверь и иду к саду. Я только посмотрю. Вдали что-то виднеется. Не разобрать, туман затягивает сад. Но на пересечении сада, точно, что-то блестит. Я только посмотрю, твержу я себе.

– О, боже, нет. Как, кто, почему?

Подбегаю к этому месту. Это Йотти, он просто разорван. Оттаскиваю все, что осталось на безопасное расстояние, отношу его по частям в дом. Мне давалось это все труднее и труднее. Но каждый раз у меня открывалось второе дыхание. Робот был очень тяжелым. Между тем я смогла его занести в дом.

Но что мне теперь с этим делать. Надо поискать чертежи, проект Йотти. Должно же быть, что-то, как его делали. Мне не хочется его бросать.

Я ухожу в кабинет.

Включаю компьютер.

– Миленький мой компьютер включайся быстрей, и найди мне все, что касается Йотти. Как его восстановить? И побыстрей. Должно же, что-нибудь быть.

Компьютер включился очень быстро и замигал в поисках информации. Прошло пять, десять, пятнадцать минут. А он все искал.

– Ну, что там. Хоть что-нибудь. Пожалуйста.

– Пытаюсь найти, но всё стерто. У меня достаточно зашифрованная база, от хакеров. Но кто-то здесь основательно все стёр. Я могу это заметить.

– А вчера? Йотти хотел найти кое-какую информацию. Он нашел её?

– Да. Он приходил и долго искал сам, без моей помощи. А потом провал, никаких сведений, что было потом, нет.

– Как это возможно? Кто-то приходил сюда?

– У меня нет таких данных.

– Понятно, что ничего не понятно.

Что-то же должно быть. Может, сохранились какие-то распечатки. Оглядываюсь вокруг много книг. Письменный стол заперт, так, где же ключ. Тут по отпечатку пальцев, а это удобно вот в такие моменты.

Куча непонятных бумаг. Я вытаскиваю их всех на стол и начинаю перебирать. Половина из этого счета. И ничего нужного, во всяком случае, сейчас.

Открываю следующий ящик. Там несколько блокнотов. Тут должно быть, что-то. Они все датированы. Их пять штук, пять лет. Все расписано по дням. Как же раньше я их не обнаружила, будет проще узнать как я жила. Но такое ощущение, что одного нет, пропущен 2017 год. Могу только предполагать, что его тоже украли, надеюсь всё же, не уничтожили.

Йотти, как мне тебя спасти. Ты так мне нужен.

В голове рождается мысль, что надо срочно покинуть этот дом. И робота, пусть и в виде разобранного тела, забрать с собой.

Беру самую большую машину, что есть у меня в гараже. Туда перетаскиваю Йотти. Компьютер, чемодан с одеждой, дневники и кое-какие книги. Рикки уже ждет меня на переднем сиденье. Молодец, умный мальчик.

Больше меня ничего не держит в этом доме. Прощай, мы не долго были вместе.

Я трогаюсь, и дом постепенно исчезает в зеркале машины. Мне хочется ехать быстрее, но я себя сдерживаю, мне есть ради чего жить. И ещё столько всего надо сделать и узнать. Направляюсь прямиком в Петербург. Сниму там квартиру в самом центре города и буду восстанавливать Йотти.

Въезжаю в город. Хочется, есть, да и Рикки на меня уже посматривает и поскуливает. Я его тоже покормить забыла.

– Ничего, мой дорогой, скоро остановимся и поедим. Еще немного потерпи. Я можно сказать первый раз в этом городе. Надо разобраться, что, где и как.

Город действительно другой, даже воздух по-другому пахнет. Дома в центре конечно всё те же. Только прогресса больше. Люди по-другому одеты. Более практично и в основном все в светлых одеждах. Из обуви никаких каблуков, только кроссовки и кеды. Верхняя одежда вся струящаяся и легкая. Никто не спешит, болтают друг с другом. Машин не много.

Замечаю, что многие оглядываются на мою машину. Что она им сдалась. Вроде бы такая же, как у других. Мало чем отличается. Может нельзя в городе на большой машине ездить, только на легковушках.

Интересно, а если на Большой Конюшенной Пышечная. Хочу пышек, да, еще и с кофе. Вот от чего отказаться бы, наверное, не смогла. Это просто традиция, волшебство какое-то.

– Рикки, как насчет пышек?

Рикки даже мне подмигнул и завилял хвостом.

– Да, малыш, едим. Если она существует в этом мире.

И о боги, она существует. Даже можно сказать в первозданном виде.

С собакой можно войти. И мы смело входим с Рикком.

Почти как обычно. Только салфеток нет, их заменяют мисочки с водой, которые меняются после каждого клиента. А вместо продавщиц роботы. Они юрко бегают на колесиках и разносят заказы с ароматными пышками. При этом умудряются не разлить кофе.

Мы заняли столик рядом с окном. Для Рикка была специальная миска на полу, в которую тоже можно было положить пару пышек. Что я и сделала.

А себе заказала целых пять штук и большую кружку кофе. И попросила сахарной пудры побольше. До чего же они были вкусными, просто растворялись во рту, никакого чувства жирности и тошноты, как будто их и не жарили в масле. А может и не жарили, надо посмотреть процесс. Пять пышек съелись за одно мгновение. Кофе я как всегда недопила. Был бы с собой термос забрала бы остатки.

Открываю телефон и начинаю искать, где бы снять жилье. Интересный здесь интернет. Сначала я не очень в нем разобралась. Но оказалось всё намного проще, чем в мое время. Арендодатель откликнулся сразу и назначил встречу рядом с квартирой в кафе. Заехать можно было уже сегодня, а оплачивать помесячно.

Надо бы еще в офис свой заехать и посмотреть как там все идёт. Может там кто поможет мне с Йотти. Хотя, я сейчас не знала кому можно доверять, кому нет. Вроде бы мой мир, меня здесь знают, но я ничего о нем не знаю. Вот такой парадокс.

Мы сели в машину и поехали вдоль канала Грибоедова к нужному нам дому.

Дом был рядом с храмом Спаса-на-Крови, и кафе располагалось под ним. Вполне такое уютное, в ретро стиле кафе. Ретро существует даже здесь. Вместо кофе и чая там подавали смузи, соки, травяные чаи. Этот дом мне определенно подходит и какое-то время я точно поживу в нём. С Рикком сюда тоже пускали, может это во всех кафе так. Надо будет проверить. В помещение зашел высокий седовласый мужчина средних лет. На голове у него была красная кепка, а в руках черный портфель. Смотрелся он немного нелепо. Быстро осмотрев кафе, его взгляд остановился на мне. Он слегка прищурился, сузил губы и направился в мою сторону.

– Здравствуйте! Это вы хотите снять квартиру в этом доме?

– Дда, я,– от его тона, я начала заикаться.

– Весьма удивительно.

– Почему?

– Человек вашего уровня решил снять жильё.

– Ну, во-первых вас это не касается. А во-вторых что вам известно о моем уровне.

– Как что? Да, вас же все знаю. Компьютерный гений, как-никак. Как вы собираетесь жить среди обычных людей?

– Эээ, я вас поняла. Но квартира мне действительно нужна, и мне здесь нравится, как и моей собаки. Может мы пойдем, и посмотрим её.

– Да, конечно. Кто я такой, обычный служащий. Как скажете. Хотя я бы вам не рекомендовал, снимать квартиру вот так.

– Спасибо, за заботу, – я улыбнулась, это было забавно.

Мы вышли из кафе, и направились в парадную здания. Все было как в первозданном виде, но это было обманчиво. Где-то там внутри было много-много электроники. Мы позвонили и нам открыли дверь. Впереди был огромный холл, на полу которого лежал ковер. Мне захотелось даже разуться, ковер был настолько чистым.

Но мне не удалось долго его разглядывать, мы направились по лестнице на второй этаж.

Лифта в доме не было. Вокруг все было чистым, на окнах стояли орхидеи и цвели всеми цветами радуги. Их было так много и такое разнообразие.

Нужная нам квартира была на последнем этажа. Но добрались мы туда очень быстро, все время ушло на разглядывания чистоты и уюта по сторонам. Я хочу здесь жить. Мне уже интересно как же выглядит квартира.

На последнем этаже нас ждала миленькая старушка.

– Вы ко мне?

– Да, к вам Марья Степановна. Вот эти двое, хотят снять вашу квартиру. Вы же не против собак?

– Ой, ну что вы. Мой дом создан для собак. Сама-то я хочу перебраться за город. Там хорошо, воздух, речка, тишина. Тем более сдать вам свою квартиру, это такая честь для меня. Проходите, не стесняйтесь, я вас своим фирменным чаем напою. А еще я ватрушек напекла.

– Что вы, не беспокойтесь, – запротестовала я, но мне было не в силах ей отказать. Она была так мила.

– Я всегда рада таким гостям. Попейте чаю, а потом я покажу квартиру. Вы здесь одна хотите жить?

– Да, с собакой только.

– Какой милый песик.

Женщина забегала по кухне в процессе заваривания чая. Достала какие-то травы. Поставила на плиту ковшик с водой. Открыв шкаф нашему взору предстал огромный выбор заварочных чайников разного размера и материала.

– Ого, – не удержался мой агент по недвижимости, – вы их что коллекционируете?

– Что ты дорогой. Просто я знаю столько способов заваривания чая. Да не просто там черного байхового. А настоящего, из разных трав и сборов. Для каждого нужен свой особый чайник. Все зависит от того кто ко мне приходит, с каким настроением и как ему помочь. Сейчас, например, мне нужен вон тот зеленый глиняный чайник, который на самом верху. Редко он мне пригождается. Достанешь мне его, пожалуйста.

– Конечно, одну минуту.

Он быстро подставил стул и залез на него, взял чайник передал хозяйке.

– Благодарю, мой дорогой.

Хозяйка начала церемонию заваривания чая. Мы сидели и были просто заворожены процессом. Она порхала по кухне и что-то напевала. То ли мантру, то ли заклинание какое, но это было так волшебно и сказочно. Она точно фея из сказочной страны варила зелье. Каким-то чудом знала до-скольки градусов доводить воду, вовремя сняла чайник с плиты, залила в заварочный чайничек на расстоянии в полметра от него. Вода струилась в и сияла от падающих на неё лучей солнца из окна. Потом старушка покрутила чайник и вылила эту воду. Опять налила в чайник воды и высыпала травы из разных баночек. Баночки были все одинаковые и не одна не подписана. И как она умудрялась понять, что в той или иной баночке.

– Заваривание чая, – это искусство и ему надо учиться много лет, – сказала она, как будто читала мои мысли, – я могу вас научить, – она подмигнула.

– О, я же тоже была молода и тоже не умела. Меня научила одна женщина в 1950 году. Как сейчас помню. Она жила одна в лесу и собирала все эти травы. К ней часто приходили за советом и за чашкой чая. Она готовила для каждого особый неповторимый чай. И каждый уходил от нее просто сияя счастьем.– Боюсь так же волшебно как у вас у меня не получится.

– Хотела бы я повстречать ту старушку тоже. Но теперь у нас есть вы. Вы просто волшебница.

– Хорошо, что ведьмой не назвали.

– Ну, ведьмы тоже бывают разные. Хорошие и злые. Но вы волшебница.

– Благодарю, моя дорогая. А вот и ваш чай готов.

Она поставила на стол две белых чашки с чаем.

– Подождите, еще одну минуту, путь он немного остынет. Чтобы пить с удовольствием.

Пью чай, он такой вкусный, в голове так ясно стало, столько бодрости и в тоже время расслабления. Что ж это за чай такой. Вспомнилось как мы пили чай с Николаем и Лизой и блины ели, а рядом всегда был Рыжик. Сколько он с нами поездил везде и не сбежал. Был как собака предан.

– Александра! Александра! – меня кто тормошил, а эта милая старушка, забыла ее имя.

– А, да, что, извините, задумалась и ушла в себя, – я улыбнулась, – у вас такой чай замечательный, так хорошо стало и воспоминания нахлынули. Сейчас не хватает только блинов.

– О, моя дорогая, давай я тебе сделаю.

– Что вы не хочу вас беспокоить.

– Никакого беспокойства, мне будет только приятно. А вы дорогой мой, вам не пора ли уже. По-моему вас ждёт новый клиент.

– Да, что-то я тут засиделся. Вы как всегда правы, Марья Степановна. Я пойду, а уже сами договаривайтесь. До свидания.

И он ушел. Как она ловко его выпроводила.

– Моя дорогая, я сейчас сделаю блинчиков и поеду к себе на дачу. А вы тут располагайтесь. И не возражайте, пожалуйста, я быстро.

– Благодарю Вас, я действительно так хочу блинчиков. С этим чаем они будут прекрасным дополнением.

– Я тебе ещё варенье сейчас принесу. Сама варю каждое лето. Абрикосовое, мне внук привозит из Краснодара каждое лето, этих абрикосов. Мне столько не съесть, вот и варю его.

– Как здорово, это мое любимое. Давай, я вам помогу, может мне принести.

–Да, моя дорогая. Там в коридоре, есть комнатка маленькая, кладовка, я там все и храню. Если, что захочется, бери и ешь. Не стесняйся.

И я пошла в коридор.

Ложусь спать в своей новой квартире. Она такая чудесная. Наверное, аура хозяйки её окружает. Все-таки она волшебница. Ну, или добрая фея. Глаза просто сами закрываются и я падаю в пустоту.

Доброе утро!

Доброе утро! Как спалось?

Ну, мы немного спали? Не так ли?

У меня ощущение, что я спала целую вечность, настолько отдохнувшей я себя чувствую. Куда сегодня отправимся? Париж или Лондон? А может куда-то в более загадочное место?

Весь мир свободен, можем ехать куда захотим. Главное понять куда? И что там делать?

Продолжить спасать мир, и нести свою миссию?

А какая у нас миссия?

Если мы победили одних существ, которые хотели захватить нашу планету и нас самих, я думаю таких еще хватит на нашем пути.

Звучит как в дешевом кино про пришельцев.

Почему дешевом? Все же было взаправду? Или мне это показалось?

Да, но сможем ли мы одни.

Сейчас же смогли.

Я опасаюсь, как бы мы себя не возомнили богами, которые всё могу.

Ну, я так не думаю, до богов нам еще далеко, всё-таки мы смертные и наш век недолог. И всякое такое бла-бла-бла.

Я тебя люблю

Я тоже очень-очень люблю.

У меня начинает не хватать воздуха, я задыхаюсь. Ещё минуту и я открываю глаза в другом месте. О, эта же моя новая квартира, а это был все во лишь сон. Но такой реалистичный и такой чудесный. Я хочу заснуть опять и оказаться в нем. С моим Николаем.

Рикки уже проснулся и просится гулять. Мы быстро собираемся и выходим. Прогулка в центре Питера как это здорово. Идем вдоль канала Грибоедова, так хорошо, что домой не хочется, хотя наш новый дом очень хороший. Мы дошли до Невского проспекта и пошли в сторону Дворца. На проспекте были специальные приспособления куда можно было выбросить собачьи фекалии, очень умно придумано, а там дальше они проходят переработку и происходит естественный перегной. Раз в три дня их собирает машина и увозит.

Вдоволь нагулявшись и надышавшись свежим воздухом, машин в это время не было замечено, мы отправились домой завтракать. По пути зашли в магазин и набрали всяких фруктов. Пора вспомнить о себе, сколько можно есть блины и пышки, хотя их очень хотелось. Заодно купили корм Рикку.

Прогулка дала позитивные результаты и настроение улучшилось. Позанимавшись йогой и приняв холодный душ я позавтракала. Выпила целых два стакана смузи и большую порцию кукурузной каши с ягодами и сиропом топинамбура.

Пора было собираться на работу, надо посмотреть что там происходит в моей компании и чем вообще там занимаются. Узнать своих подчиненных и начать работать, по большей части чтобы отвлечься. И стояла еще задача по спасению Йотти.

Офис находился в паре километров от дома и я пошла пешком. Рикки увязался со мной, да и мне было жаль его бросать одного, когда он только начал осваивать новый дом.

Мы зашли в пятиэтажное знание. У входа сидела охрана. Завидев нас они заерзали, заулыбались.

– Доброе утро, Александра Семеновна! Какими судьбами к нам. Это не проверка?

– Доброе утро! Успокойтесь все хорошо, никого пока проверять я не собираюсь. Просто решила перебраться в город и ходить на работу.

– Это хорошо, в коллективе всегда интересней.

– Да, наверное вы правы.

Я не знала, где мой кабинет и если он вообще. Поэтому мне нужен был кто-то кто бы показал рассказал, что где. Но при этом не вызвать подозрений.

– Все уже работают в поте лица. Может вам помочь и проводить. Показать как мы тут без вас выживаем, – сказал молодой охранник.

Судьба просто благоволила мне, и я зацепилась за это предложение.

– О, это было бы здорово!

Подниматься пришлось по лестнице на второй этаж. Да не бог весть что, но конечно лифта здесь не было.

На втором этаже простирался огромный холл, от которого исходило много дверей. Похоже каждый сотрудник имел свой кабинет. А в самом центре стоял огромный овальный стол и много кресел вокруг. Несколько человек сидели и так я полагаю завтраками и общались.

Увидев меня растерялись, одновременно поставили все чашки на стол и поднялись.

– Здравствуйте! Что-то случилось?

– А должно было, что-то случиться? Расслабьтесь, ничего не случилось, это не проверка и все прекрасно. Просто, я решила работать теперь здесь в офисе. Я переехала жить в центре. И если мой кабинет не занят, не могли бы вы меня проводить и немного ввести в курс всего.

Вперед вышел пожилой мужчина и протянул мне руку для приветствия.

– Я Герман, может вы меня, и не помните. Но возьму на себя смелость и введу вас в наш процесс. Я восхищаюсь вами и вашей работой. Когда я пришел сюда работать, для меня главное было работать с вами. И я очень сожалел, что вы работаете из дома и крайне редко нас посещаете.

– Благодарю Вас Герман. Ну, что ж показывайте! А вы, кстати, какую должность занимаете? Извините, но я действительно вас не помню.

– Инженер-конструктор. Работаю уже 2 года. Ваш робот Йотти это моя идея.

Господи, как же мне повезло. Я была готова просто расцеловать этого Германа. На вид старичок был не приметный. Волосы полностью седые, поэтому понять, сколько ему лет было сложно. Видно было, что он много занимается спортом. Но чувствовалось, что лет ему не мало. Его голос выдавал себя.

– Все люди, которые сейчас здесь это моя мини-команда. Мы работаем вместе и да, немного обособленно от других. Просто нам так комфортней. Пришли мы все в разное время. Но нас многое объединяет. Интересы, взгляды и стремления. Мы будем очень рады если станем для вас хорошей опорой. Не могу ничего плохого сказать про остальных, все хороши в своем деле. У вас просто чутье на создание крепкого, грамотного и сплоченного коллектива.

– Спасибо, но давайте оставим любезности. Может тогда представите мне всех остальных. Признаться честно, я действительно давно здесь не была и многого не помню.

– Это Эвелина, она дизайнер-художник. Её рисунки стоят внимания. Я бы хотел вам их чуть позже продемонстрировать. Ей 27 лет, работает у нас год. Она устроилась к нам на работу уже после того, как вы предпочли затворнический образ жизни. Её на работу принимал я.

Эвелина покрылась румянцем, на вид ей было не больше 20 лет. Блондинка с большими голубыми глазами. Надо посмотреть обязательно её работы.

– Это Илья, его тоже принимал я. Работает уже полгода, разработчик программного кода. Ему 30 лет, до приезда в Россию жил в Париже. Много путешествовал, я принял его потому что он очень хотел здесь работать и ему было что предложить нам.

– А это Вадим, сторожил в нашей мини-команде. Он конструктор, как и я. Работает уже более пяти лет. Но наверное вы его плохо помните. Он человек не приметный, всегда держится в стороне, хотя супермозг.

Вадим был очень высокий, слегка полноват. Он вышел вперед и протянул мне руку. Мы встретились взглядом и пожали руки. По телу пробежал такой разряд тока, что я нехотя отдернула руку.

– Приветствую. Рада что вы работаете у меня. Не буду вам мешать работать дальше. Пойдемте Герман.

– Да, конечно, – по-моему, он хотел улыбнуться, но у него это не очень получилось.

Мы пошли по длинному коридору, пару раз свернули сначала налево потом направо. Боже, как тут не заблудится. Я потом дорогу обратно найду?

Дошли до последней двери в конце коридора. Она была из не прозрачного стекла, Вадим достал ключ и открыл дверь.

– Вот ваш кабинет в целости и сохранности. Признаю, иногда я им пользуюсь, чтобы уединится. И здесь стоит самый производительный компьютер во всем здании. Возьмите ключи, наверное они мне больше не понадобятся.

– Спасибо вам большое. Я здесь немного поработаю. А вы зайти ко мне часа через полтора. Мне нужно с вами поговорить об очень важном вопросе. И обсудить, что нового сейчас происходит в компании.

– Да-да, конечно. Буду рад вам помочь. Теперь надеюсь видеть вас здесь каждый день. Может быть кофе? Какой вы предпочитаете?

– Не откажусь, с миндальными сливками. И без сахара.

– Буду знать.

– О, не беспокойтесь, вы мне не секретарь. Да, и кофе я пью не часто. Знаете здоровый образ жизни и всё такой.

– Я понял. А я вот никак не могу начать этот здоровый образ жизни.

– Стоит только захотеть и все само получится. Если что обращайтесь, чем могу помогу.

– Буду знать.

–Начните, прямо сейчас, и я ему подмигнула.

Оставшись наедине с самой собой, я наконец-то выдохнула. Так все идет просто замечательно.

– Да, Рикки, я права?

Пес завилял хвостом и подмигнул.

Следующие полчаса я ничего не делала, просто сидела.

А потом пришел Герман с мои кофе. И принес он его не в одноразовом стакане. А в сногсшибательной кружке для капучино.

– Ого, вы меня удивили. Где вы взяли?

– Рад стараться. Приступим?

Я попробовала кофе, он был потрясающий. Мне не хотелось больше ничем заниматься только его пить его. Что-то за последние несколько дней совершенно разные люди меня поют чем-нибудь выходящим за рамки.

– У меня главное к вам. Что не терпит и надо решить сейчас.

– Я вас слушаю

– Кто-то сломал Йотти и притом стёр все данные о нём. Вы можете его починить? Он мне очень нужен и дорог.

– Где он? Что от него осталось? Вы привезли его в Петербург?

– Да, он здесь, у меня в машине. Я не смогла донести его до квартиры. Мне не хотелось, чтобы его видели и он невероятно тяжелый. Мне стоило больших усилий перетащить его в машину.

– Пойдемте к нему.

– Хорошо, – не думала, что он так отреагирует. Но это хорошо, значит он заинтересован в починке Йотти.

Мы вышли из здания и пошли к моей машине.

– Вы приехали в город на этом внедорожнике?

– Да, а что? Что-то не так?

– В городе нельзя ездить на больших машинах. Вы забыли?

– Да, вероятно. То тоже на меня все смотрели.

– Смотрели они ещё на вас потому что вы известная личность и многое сделали для города и страны.

Открываю багажник и показываю то, что осталось от Йотти. Герман бросается к нему пытается как-то собрать, а на глазах наворачиваются слезы.

– Как это произошло?

Я рассказала ему всё, что знала.

– Йотти был для меня большим достижением. И поэтому я отдал его вам. А теперь, не знаю, что с этим делать. Я конструировал его пять лет и многое уже забыл, чертежи конечно кое-какие остались, но не много и кусками.

– Может всё же попробуете починить?

– Не просто попробую, а я забираю его. Я могу большую часть своего рабочего времени уделить починке Йотти?

– Не просто можете, а обязаны. Вы можете им заниматься где вам угодно, дома или в офисе.

– Я бы хотел дома. Да, дома, было бы лучше.

– Тогда поехали к вам домой, я помогу перенести его. Рикки в машину.

И мы поехали к Герману. Жил он недалеко и его квартира находилась на первом этаже. Вместе мы быстро перенесли робота в квартиру, а главное, как мне показалось, никто не заметил.

– Хотите кофе, – предложил Герман, – я могу сделать ещё вкуснее, чем в офисе.

– Не откажусь, давайте ваш кофе. А еще Герман, я бы хотела, кое-чем с вами поделиться. Понимаете, я ничего не помню, потому что, я.. – и я всё ему рассказала, мне надо было с кем-то поделиться. И в нем я не видела врага.

После моего долгого рассказа, была долгая молчаливая пауза.

– Знаете, я понял об этом как только вы вошли в офис. Я не много могу, это самое видеть, что не видят другие. Я не знал, как вам об этом сказать. И стоит ли, боялся напугать. Поэтому с самой первой минуты, стал подыгрывать вам. А можете рассказать всё, что происходило в те годы?

Мы долго просидели разговаривая, говорила в основном я, обо всем, что со мной происходило. А Герман слушал и по большей части молчал. Мы не заметили, как настала ночь и нас стало клонить ко сну.

– Мне наверное уже пора!

– Может останетесь, у меня есть комната для гостей.

– Нет, что вы.

– Смотрите, как Рикки уже спит. Оставайтесь.

– Я так хочу спать, но нет сил сопротивляться. Показывайте свою комнату для гостей. Я в душ и спать.

– Комната вот здесь, надеюсь вам будет уютно. А напротив ванная комната и туалет. Располагайтесь, и не стесняйтесь.

– С вашего разрешения пойду в душ сразу.

И я скрылась за дверью ванной комнаты. Через пять минут я уже лежала на диване, и мои глаза закрывались, от усталости и долгого разговора.

Утро выдалось солнечным и ранним. Уже в 4 утра было светло. Встаю и собираюсь, чтобы незаметно уйти и не мешать Герману работать. Мой план не удался он уже был на кухне и что-то готовил.

– Доброе утро! Вы встаете так рано?

– Доброе! Да, люблю тишину утра. Спокойно поесть завтрак, никуда не торопясь. Растянуть чашку кофе часа на полтора. И подумать обо всем, о чем не успеваешь подумать за день. Я посмотрел Йотти и мои сохранившиеся чертежи. Думаю, у нас не всё потеряно и его можно восстановить. Не знаю насколько можно вернуть ему память. Возможно он будет новым.

– Это конечно печально, но хорошо, что его можно вернуть хотя бы таким.

– А вы не задумывались, кто с ним сделал это? Может вы в опасности? Здесь же явно кто-то хочет скрыть информацию.

– Я не знаю ничего о моей жизни здесь и людей, которые могли бы это сделать. Поэтому как задумываться. Я уехала из этого странного дома. Сняла квартиру. Я даже маме ещё ничего не говорила.

– Я думаю ей скоро расскажу в офисе. Если уже не рассказали.

– Она бы мне позвонила, – ищу свой телефон, – о, нет он разряжен и не известно давно ли. У вас есть, чем его зарядить?

– Положите вот сюда на полку, будет заряжен через минуту и сам включится. Позавтракаете со мной?

– Мне не хотелось вам мешать, но я позавтракаю с вами, а потом нам с Рикком надо будет ехать домой. Ему нужно погулять, а мне переодеться для рабочего дня.

– Да, конечно. Подбросите меня до офиса. Вчера я оставил там машину.

– Без проблем. Правда Рикки? Если вам нужен помощник. То смело выбирайте любого из вашей команды и он может работать дома с вами.

– Да-да, хорошо. Но я бы хотел, чтоб это были Вы.

Я закашлялась, подавившись кофе.

– Почему я?

– Ну, во первых вы хороший программист, и это мягко сказано. А во вторых, я восстанавливаю Йотти для вас. Он должен сразу быть вашим роботом и знать вас. Это как с маленьким ребёнком и привязанностью.

– Я поняла, хорошо. Давайте так. Я полдня буду в офисе, а полдня буду с вами.

– Это было бы здорово. Как вам кофе?

– Он чудесный, вы отличный бариста. Не думали сменить профессию.

– Спасибо.

Мы сидели и просто завтракали кофе, и вкусняшки, которые откопал у себя Герман. По-моему они были очень старые. Наверное это не привычная его еда. За завтраком время пробежало быстро и о себе напомнил Рикки, который хотел гулять.

– Герман вы уже готовы?

– Да, идемте.

Дни стали бежать быстро. Утром я шла на работу с Рикком, а после обеда отправлялась к Герману.

Через неделю Йотти уже стал принимать свои прежние очертания. Внешне он был как прежде. Оставалась самая сложная задача, вернуть его внутренне таким как прежде.

С Германом мы работали слаженно и быстро, как будто дополняли друг друга и понимали с полуслова.

Это утро выдалось пасмурным. Я с трудом проснулась и тяжело было вставать, всю ночь снились дурацкие сны, которых я не могу вспомнить.

Делаю себе смузи и отправляюсь с Рикком гулять, на большее меня не хватило.

Рикки тоже не в форме. Быстро погулял и почти ничего не съел.

– Эй, дружочек ты чего это сегодня? Тоже дурацкие сны снились? Это всего лишь сны, они приходят и уходят. Куда ночь туда и сон. Пошли собираться на работу. Сегодня Герман нам кое-что хотел продемонстрировать.

Сама поверила в свои слова, быстро собрались и поехали на работу.

День не хотел становится хорошим. Время до обеда тянулось долго, и было много мелких дел, которые не хотелось решать, но приходилось. Подписание приказов, счетов, накладных. Даже в этом варианте будущего есть бумажки, которые надо подписывать и проверять.

– Александра Семеновна, вам сделать кофе или смузи? К вам тут какой-то человек хочет попасть, но он не представился и не записан. И ещё Герман звонил, просил срочно приехать.

– А почему он вам звонил, – у меня опять разрядился телефон,– извини, телефон выключен у меня, как всегда. А что за человек? Мужчина или женщина? Ты его видела раньше? Не вовремя он, конечно, пришёл, мне бежать надо, Герману помогать. Если сможешь, попроси его прийти завтра.

– Это мужчина, средних лет, такое ощущение, что из спортзала не выходит. Я поняла, сделаю, что могу.

Через полминуты дверь распахивается и в кабинет врывается парень. За ним стоит Вика, моя секретарь, она пытается его задержать. Но мужчина с лёгкостью ее отталкивает и при этом, не причиняя ей вреда.

– Александра, вы должны меня выслушать, я все знаю. Нам надо поговорить наедине. Пожалуйста.

– У вас есть пять минут, мне надо уходить. Я и так уже задержалась.

– Вам не надо в это лезть и чинить, вашего чертова робота. Если вы не исчезнете, то он найдет вас и будет плохо всем. Не только вам, но и стране, а возможно и всему миру. – мужчина явно был не в себе, может он чего-то принял. Что он вообще несет.

– О чем вы? Кто он? Вы знаете кто это сделал с Йотти. Скажите мне, это важно.

– Нет, не важно. Вы сейчас подвергаете опасности не только себя, но и вашего подчиненного Германа. Ему грозит реальная опасность, если он починит робота. Робот слишком многое узнал. Я теперь тоже в опасности, рассказав вам это. Но я должен был так поступить пусть, моя жизнь ничего не стоит по сравнению с миллионами жизней других. Лучше бы вас вообще не было.

Сказав это он развернулся и хотел уходить.

– Подождите, – я закрыла перед ним дверь, – если вы все равно не жилец, как вы говорите, может быть скажите, что происходит?

– Я не многое знаю, но то что произошло в 1953 году, изменило многое. И в этом виноваты вы и он. Он все это спланировал. Это была его задумка. И вы вместе это ужасная сила.

– Да, кто он?

– Я не знаю, под каким именем вы его знаете. Но вы с ним очень тесно знакомы.

Тут его глаза округлились, он смотрел на меня, а его взгляд затухал. Еще пара секунд и он лежал на полу. Из его груди текла тонкая струйка крови. Окно было открыто, и он стоял прямо напротив него.

Я что-то кричу, сама не понимая, что. Прибежала Лена, моя секретарь. Тут же грохнулась в обморок. Это меня немного отрезвило, пытаюсь привести ее в чувства, и вызываю скорую помощь. Быть может ему ещё можно помочь. Пока Лена сидя на ковре приходит в себя. Я укладываю нашего гостя, живого или нет понять не могу. Скорая приезжает очень быстро и забирает гостя.

А я бегу к машине и еду к Герману.

Звоню, стучусь в его дверь, она оказывается не заперта. Внутри пусто, ничего, просто ничего. Как будто там никто и не жил. С надеждой обследую все комнаты. Но они все пусты.

– Герман, где же ты?

Выхожу на улицу, Рикки смотрит на меня сквозь лобовое стекло и немного скулит.

Сажусь в машину и обнимаю его. Какой он теплый, мягкий и живой. Мой любимый Рикки, он всегда со мной. Люблю его.

Мы едим домой в нашу новую квартиру. Хочется запереться там и не выходить. Замуровать все окна, двери. И жить в вакууме.

Рикки первый вбегает в квартиру, я закрываю дверь на все замки. Не потому что боюсь, а потому что не хочу никого видеть и слышать.

Идем с Рикком на кухню и завариваем чай с кофе, в турке с палочкой корицы.

Сейчас я не могу понять, где я в прошлом, настоящем или непонятном будущем. Не хватает моего Рыжика, который так безропотно был со мной там. Он даже не думал куда-то убегать. А просто всегда шел рядом. Как Рикки здесь.

Хочу поехать к маме, а вдруг и с ней, что случилось. Она не звонила мне все это время. Это не похоже на неё. Да, я и тоже хороша. Дочь называется. Робота ей подавай, а про родных забыла.

Беру телефон, ну, конечно опять разряжен. Да, что ж это за фигня такая.

Кладу телефон на зарядку, на ту что подарим мне Герман. Слезы текут по щекам.

Телефон зарядился за пару минут, я набрала мамин номер. Раздаются частые гудки и мне сообщается, что номер занят. Хорошо-хорошо, я подожду.

Через полчаса такой же результат. Номер занят.

Собираемся с Рикком и едем к маме. Когда я сажусь в машину, я осознаю, что не знаю куда ехать. Включаю компьютер в машине.

– Чем я могу вам помочь?

– Адрес моей матери, пожалуйста.

– Через десять секунд он будет загружен в маршрут автомобиля.

– Благодарю.

Через пять секунд машина трогается с места. А через десять минут останавливается у пятиэтажного дома. Я оставляю Рикка в машине, а сама бегу в пятую парадную на второй этаж. Звоню в звонок, а потом дергаю за дверь. Она не заперта.

– Мам, ты дома? Мама?

Дверь со скрипом открывается, внутри пустота, я еще её не вижу, но чувствую.

– Мама, – кричу я.

Пусто, темно и пусто. Обхожу все комнаты и ничего. Вещи на месте, холодильник полон продуктов.

Здесь нам с Рикком делать нечего и мы уходим.

– Ну, что дружочек, как будем действовать. У нас ещё остается работа, там пока люди не исчезли. Будем искать. И выяснять, что тут вообще происходит. Другого нам ничего не остается. Едем на работу.

Внизу нас встречает охрана.

– Александра, добрый вечер! Решили поработать вечером? Все уже давно разъехались.

– Добрый вечер! Да, важные дела не терпят отлагательств.

– Понятно. Если, что я на месте. Полчаса назад начал дежурство и на всю ночь. Нужна будет помощь обращайтесь.

– Хорошо. Пойду к себе.

В кабинете всё чисто, как будто и не было дневного инцидента. Надо будет завтра позвонить в больницу и узнать, как там этот мужчина. Может он всё таки жив. Что было бы неплохо.

На столе стоит коробка с новеньким блендером. Теперь никакого кофе. Мне нужен трезвый здоровый мозг и тело. Возвращаемся к смузи, овощам и фруктам.

Июль 2019

Дни опять начали тянуться один за другим, каждый день я вставала с желанием бежать не знамо куда. Хотелось кричать, звать на помощь. Но я возвращалась в свое обычное состояние и шла на работу. Рядом всегда был Рикки. Мы делали мелкие дела и уходили домой. Ничего не происходило. И от этого хотелось выть, но может быть это сказывалась беременность и мои гормоны.

Каждый вечер я строила планы на следующий день, ложась ровно 21.00 спать. И мне каждую ночь снился один и тот же сон.

Нам надо бежать, мы должны успеть скрыться. Пытаюсь одеть шлейку на собаку, и все время не получается. Он уже близко, я его чувствую. Все вокруг холоднее, если можно так сказать. Он пробирается в мой мозг и пытается мне нашептывать. От него не убежишь, он повсюду. Это он так считает. Наконец-то удается одеть эту дурацкую шлейку и мы бежим. Ноги заплетаются. Впереди эскалатор, какой же он длинный и медленный, хочется просто спрыгнуть с него. Времени нет. Рикки спрыгивает, я даю ему команду «Поезд» и он бежит первым. Он знает куда бежать.

В этот раз мы сможем скрыться. Конечно это не выход, и надо посмотреть страху в глаза. Но мы бежим, я должна защитить своих близких, сначала они должны быть в безопасности, а потом можно действовать. Одной.

Утром я помнила во всех подробностях свой сон, опять вставала гуляла с Рикком, и мы вместе шли на работу.

И так прошел весь июль. Казалось дни проходила как под копирку. Даже ела я одно и тоже.

31 июля был тот же сон и я уже ждала, когда же он закончится, я проснусь первого августа и может быть, что-то измениться.

Но я не просыпалась… И продолжала находиться во сне.

Август 2019

Я захожу. Меня пронизывает страх, но так надо. Что будет я даже представить себе не могу или я выйду отсюда живой или нет. Кто он и что может сделать я не знаю. Но бегать так всю жизнь это не выход. Мне кажется он внутри меня, его взгляд пронизывает насквозь. Он сидит на своем подобие трона. И смотрит, глаза голубые и холодные, смотрит неотрывно не мигая. Он человек вообще? Да, я знаю, что он не совсем человек. Его тело где-то висит, как у Кощея бессмертного. Сравнение с сказочным героем немного расслабляет. Это как психологический прием если вы боитесь своего начальника или учителя, представьте его ребенком, как он смеется, плачет, когда ему что-то нужно, удивляется и радуется. И это помогает снять напряжение.

Пришла?! – от звука его голоса, мне захотелось бежать, закрыть уши руками и ничего не слышать.

Да, – это да прозвучало у меня в голове, как будто это сказала не я.

Почему? – опять захотелось закрыть уши, но я стояла, просто стояла. Толкни меня сейчас, я бы не сдвинулась ни на миллиметр..

Надоело бегать! – я не понимала, говорю я это вслух или эти слова у меня только в голове.

Вот как значит, – он смотрел на меня, а я на него не мигая. – Боишься, я это чувствую. Твое тело все пронизывает страх, а я его еще добавляю. Мне нравится чувствовать твой страх. Это наполняет меня энергией. А твой страх самый сладкий и питательный. Ты сопротивляешься, но тебе не устоять. Ты от многих зависишь и в этом твой страх. Не за себя, за себя у тебя нет страха. А вот за тех которые тебе дороги ты боишься. Поэтому ты в моей власти. И так будет всегда. Потому что я живу вечно и ты будешь жить вечно.

Ты уверен, – я расправила плечи, и глубоко вдохнула. – Но те кто мне дорог не будут жить вечно и тогда у тебя не будет надо мной власти. Хотя я думаю ее нет и сейчас. Я пришла потому что мне надоело бегать, но я и не бегала я искала средство справится с тобой. Даже не зная об этом. Все началось случайно, из-за нелепой ошибки, горе-героя который захотел изменить прошлое, так как ему не нравилось его настоящее. Я попала случайно в его воронку. И вот теперь я то в прошлом, то в настоящем.

Это ты так думаешь, что все случайно. В этом мире ничего не случайно. Я следил за тобой с самого рождения… – он наверняка сейчас ждет моей реакции, я не понимаю, но стараюсь не показывать своих эмоций, он ждет моих эмоций. Я ему их не дам. Я не буду бороться, чего-то доказывать и сопротивляется. Пусть все идет по моему плану. – Не вижу удивления на твоем лице, сдерживаешь эмоции. Это тебе не поможет. Я не могу читать твоих мыслей, как с другими. Уже здесь в этом прошлом для тебя я знал о твоем рождении в будущем. Я следил за тем как ты растешь и взрослеешь. Да, признаю этот остолоп, который закинул тебя сюда немного помешал моим планам. Я должен был перейти в твой настоящий мир. А теперь мы оба перемещаемся то туда, то обратно и это не контролируемо.

Как же такой весь из себя, и не можешь это контролировать.

У меня все под контролем, как только завершится ритуал сразу все изменится. Прошлое исчезнет и его нельзя будет изменит. Оно будет все время стираться. Мы будем жить в настоящем как и все хотели.

А какая выгода из этого для тебя. Кто ты человек или такой же как эти?

Я был человеком и в какой-то мере им и остаюсь. Остальное пока знать тебе не требуется.

Вот как. А почему ты выбрал меня? У меня нет ничего особенного. Ты столько месяцев морочил мне голову? Для чего? Это не может быть любовью и не связано с чувствами. Если ты говоришь, что следишь за мной с рождения.

Ты опять задаешь слишком много вопросов. Они у тебя появляются как-только ты находишь ответы на других вопросы. Но я тебя понимаю, все что происходит вокруг тебя слишком необычно для простого человека. Ответы на твои вопросы сами разрешатся со временем, не торопи события.

Так значит, я обычный человек и это меня радует. А то я уже начала сомневаться в этом. Я могу спать теперь спокойно.

Ты не совсем обычный человек. То есть как человек ты обычная. Но, больше сказать не могу. Нам надо готовится к ритуалу

И конечно же ты не скажешь к какому ритуалу и зачем я нужна для этого. Меня принесут в жертву? Какому-нибудь богу Ктулху? Или как там… А может сожгут на костре, чтобы год был урожайным.

Кругом была такая тишина, слышно только наш разговор и пустота, что эхом разносился твой голос. Человек передо мной или нет я не знала, но те месяцы что мы были бок о бок. То как он появился в моей жизни, мне было не все равно. Это было не забыто и растерзано. Мне хотелось помнить то тепло, ту энергию которая была когда мы были близки. Сейчас передо мной стоял тяжелый выбор. С одной стороны это тиран, с другой тот, которого я люблю. Да, люблю до сих пор. Мне хочется дотронуться до него. Хочется вновь почувствовать его. Что мне было делать с этим я не понимала. Лучше бы он украл меня и увез далеко-далеко, где только мы и больше никого. Где он бы не смог сделать свои дела. Я не хочу делать выбор. Помог бы сейчас какой-нибудь тибетский монах свои словом. Они далеко, а я здесь в России в своем настоящем с этим неизвестным мне человеком. Мои глаза блуждают по нему, и я пытаюсь понять все происходящее.

– Да, пока я не могу сказать. Всему свое время. Но ты будешь жить это точно.

– Ну, уж и за это спасибо. Ник…– слабая попытка вернуть мне моего Николая. Он же где-то там внутри вот этого получеловека.

– Александра, боюсь, тебе придется, посидеть взаперти в отведенной тебе комнате пару недель. Для твоей же безопасности. Давай не гневить богов. О боги, но я и сам бог для вас людей.

– В тебе хоть что-то есть от Николая.

– Я все тот же только ты теперь знаешь правду. Она такая. Мне надо было провести тебя через всё это.

– Это сделало меня сильнее, умнее и проще.

– Вот, видишь, а будет еще лучше. Но тебе еще надо пройти ритуал.

– А как же люди, как же все остальное. Тебе все равно. Мы же хотели их освободит.

– Что люди? Они привыкли, что ими управляют. Они без этого не могу, как стадо баранов, только с мозгами немного побольше.

– Но я тоже человек. Из этого стада.

– Не могу продолжить этот разговор. Тебя отведут в твою комнату. И зная тебя охрана будет дежурить круглосуточно.

Я ухожу, мне и самой не хочется продолжать этот разговор. Охрана следует за мной и отводит в комнату. Это комната целая квартира. В моем распоряжение все есть, что необходимо. Мне показывают, что с помощью специального пульта я могу вызвать нужную мне прислугу. Охрана будет располагаться в комнате при выходе. У меня есть сад, в котором я могу гулять. Но выйти из него не представляется возможности. Его окружают высокие стены. И не смотря на август месяц здесь у меня весна. Для чего такие удобства. Я все равно здесь пленник.

Лежу на своей кровати, и спать не хочется. В мыслях пролетает весь этот год, что мы провели вместе. Это был настолько незабываемый год. И он так разрушился. Хочу ли я все вернуть, не знаю.… Это был колоссальный опыт, и да я за все благодарна Николаю, или кто там он сейчас. Не смотря не на что, он подарил мне жизнь, жизнь, которая внутри меня. Хотя я не хочу, чтобы он знал об этом, эгоизм ли это или попытка защитить эту жизнь.

Утро выдалось теплым и солнечным. Планов никаких нет. Да и что можно планировать сейчас. Хочу жить сейчас, без планов, подвигов и спасения мира. Я сейчас одна во вселенной со своей тайной. Долго мне ее скрывать будет не возможно, но как получится. У меня есть мой маленький сад и он прекрасен. Хочу все оставшиеся месяцы проводить здесь.

Принесли завтрак. Наконец-то могу выпить свежий смузи. Не нравиться мне это название надо придумать, что-нибудь более благозвучное.

Это не возможно на моем сроке, но мне показалось, что малышке у меня внутри тоже не нравится это название.

Люди приходят и уходят, что-то приносят, убирают. Никто со мной не разговаривает. Когда я пытаюсь заговорить они сразу делают огромные глаза и в спешке уходят, как от прокаженной.

Через день ко мне привели Рикки и моего кота Рыжика из прошлого. Мне захотелось выбежать в сад сорвать все цветы в саду и бросить к ногам тех людей которые это сделали. Мои звери были со мной. Ладно Рикки, как Рыжик перешел сюда.

Или этот Николай изначально мог туда сюда без проблем путешествовать.

Через неделю мой пофигизм начал пропадать и я задумалась о побеге. Риск конечно большой, и не только я рискую. Но мои родные люди, которые не известно где. Но я должна им помочь, а сидя здесь это не представляло возможности.

Я стала обследовать в саду каждый миллиметр, он был обнесен высокой стеной и за ним ничего не было видно.

Даже если мне удасться выйти из комнаты, где выход я не представляла себе. И на сколько большой дом тоже. А где я нахожусь, может вокруг пустыня.

Это утро ничего нового не предвещало. Открыв глаз я заметила, что мой завтрак уже стоял на столе, Рикки спал, а Рыжик отсутствовал. Наверное уже убежал в сад ловить кротов.

Встаю и иду его искать, чтоб он не уничтожил очередного кротенка. Выхожу в сад и попадаю в поток холодного ветра. Да, немного не по погоде я одета.

На встречу мне бежит Рыжик, замерз наверное, спешит, чтобы я его согрела. Или похвалила за его добычу. В пасти у Рыжика явно, что-то было. Он подбежал ко мне и положил добычу.

И это к счастью был не кротенок, а связка ключей, похожие я видела у людей, которые мне приносили еду и убирались в комнате.

Беру ключи и прячу его в карман.

И где же ты его раздобыл? – беру кота на руки и отношу в комнату. – Что ты тоже хочешь отсюда выбраться? Мы обязательно это сделаем и я знаю как. Спасибо тебе большое, милый мой Рыжик.

У меня уже созрел план, который должен был сработать. Конечно бежать с котом и собакой будет тяжело, но мы справимся.

В шкафу я нашла сумку, не известно кем здесь оставленную, и в неё очень хорошо поместился Рыжик. Рикки слушается мои команды и он пойдет следом за мной. В сумку с котом я поместила еще несколько необходимых вещей.

И стала ждать, когда принесут мой обед. Его принесли по расписанию в 12.00.

А вы немогли бы убрать у меня в ванной? Я там воду разлила и не знаю, чем её вытереть. Боюсь протечет вниз.

Девушка ничего не говоря идёт в ванну, а я в этот момент и закрываю дверь ванной комнаты одним из ключей. Хватаю сумку с котом.

Рикки рядом, – он подбегает ко мне и мы выходим из комнаты.

За дверью ванной я ничего не слышу, она изолирована.

Мы движемся по коридору очень тихо, в этот момент Рыжик изловчился и выскочил из сумки.

Блин, Рыжик, ты куда?

Но тот оглянулся, посмотрел на меня и повернул за угол. Я за ним. Передвигался он грациозно и быстро, и явно знал выход. На удивление нам никто не попался, и так мы шли минут десять. Дом действительно оказался огромным, но кот прекрасно в нем ориентировался. Рикки трусил сзади и старался не отставать. Мы дошли до входной двери, ключи на моей связки тоже нашлись и для неё. Как только я открыла дверь, отовсюду включилась сигнализация. За моей спино уже образовалась группа охраников. Мы ускорились, кота я всё же подхватила на руки и дальше галопом бежим куда глаза глядят, но они никуда не глядели, а просто мы бежали.

Вокруг было много высотных зданий, в одно из которых мы и забежали, надеясь что там есть другие выходы.

Милая девушка из парикмахерской нам показала запасной выход, и мы добежали до него. Перед входом стояла машина в которой сидела мама. Она помахала мне рукой, и показала жестом, чтобы я садилась в машину. Раздумывать мне было некогда, и я запустив сначала своих зверей я села сама, и мы резко тронулись с места.

Ехали мы на пределе всех скоростей, через дворы и маленькие улочки. Я по прежнему была в Петербурге в Московском районе.

Мам, ты когда научилась так водить, – она посмотрела на меня через зеркало заднего вида.

Давай все объясню потом, а сейчас надо доехать до нашего убежища.

А есть убежище?

Мне сложно быстро вести машину и разговаривать, извини.

Поняла-поняла, молчу.

Мимо мелькали улицы и дворы, вроде бы за нами никто не гнался. Но скорость мы не сбавили и продолжали петлять пока не заехали далеко от города. Дальше мы свернули на проселочную дорогу и ехали вдоль леса. Опять свернули и начало сильно трясти, дорога была из камней. Впереди показался деревянный дом, тот самый в котором я жила там в 1952 году с Ником, Лизой и их матерью.

На мой взгляд было большим риском ехать сюда, в дом который знает Николай.

Мы остановились перед домам и вышли из машины. Дом стоял еще в лучшем состоянии, чем был до обстрела.

На крыльце стояли Герман и ещё несколько членов его команды, и охранники из моего офиса.

Вы все живы? Как? Он сказал…

Мы рады, что смогли тебя оттуда вызволить, – Герман посмотрел на меня так, что у меня появилось сразу много вопрос. – давайте сейчас без вопросов. Я думаю вам надо отдохнуть и набраться сил. Не забываете про свое интересное положение.

Что? Откуда вы знаете? Я же не говорила, – вопросы сыпались из меня и мне надо было их высказать иначе я бы лопнула от переполняющих меня чувств.

Пойдемте в дом. Вокруг него специальное биополе, которое делает его невидимым.

И все направились в дом, а я еще стояла некоторое время, пытаясь собраться и сделать шаг вперед, но ноги как приклеенные стояли на месте.

Внутри дом сильно отличался от прежнего вида. Все было современное и функциональное. Прежние деревянные двери были заменены на раздвижные. С лестницы убрали ковер и наклеены противоскользящие накладки.

Двери на кухню не было, а проем переделан в арку

Из кухни доносился аромат блинов.

Туда-то все и направились.

Стол на кухне стоял прежний дубовый в самом центре комнаты. Раньше он казался намного больше, но из-за того что кухня полностью преобразилась он немного потерялся. Слева от него стоял двухкамерный белый холодильник, значит и электричество теперь здесь есть.

Прежнего буфета и рукомойника не было, их место занимал кухонный гарнитур кремового цвета.

Стол был накрыт, в центре стоял самовар, тот самый из которого в 52-м мы пили чай. Никогда не могла понять, как его заваривали.

Огромная стопка блинов дымилась рядом с самоваром.

Мама подошла к Герману и что-то ему сказала. Все сели за стол. Как будто меня здесь и нет. Худенькая девушка разлила всем чай и разложила блины.

Как вы все освободились? А меня вы освободили? – не выдержала я. – чего вы все молчите?

Меня переполнял поток эмоций и вопросов, хотелось выбежать на двор и подышать воздухом, потому что тут мне его явно не хватало.

Из коридора послышались звуки, смесь пылесоса с кофемашиной, и в комнату вошел робот. Это был Йотти. Точнее мне так казалось потому, что он был на него похож.

Йотти, это ты? Тебя восстановили?

Робот повернул в мою сторону голову.

Желаете отдохнуть Саша, – и он подошел ко мне. – Вы должно быть очень устали.

Я погладила его как маленького щеночка.

Я очень рад вас видеть, – и Йотти поклонился.

Он еще не до конца восстановлен, – Герман посмотрел на Йотти оценивая его, поднял чашку и отпил чаю. – Что-то помнит, что-то нет. Бывают перебои и разряжаться стал быстро. Зато у него появились некоторые новые функции. Увидите их со временем.

Мы сожалеем, что не рассказали тебе раньше, тогда бы тебе не пришлось месяц жить одной и потом попасть в к этому ироду, – мама подошла ко мне и обняла.

А вы? Как вы все собрались?

Давайте, спокойно поедим блинчиков с чаем. Чай кстати делала твоя недавняя знакомая у которой ты снимала квартиру.

Чай действительно оказался очень вкусным и стал меня успокаивать.

Знаете, я всё же устала пойду прилягу, если кого-нибудь не затруднит показать какую комнату я могу занять, то уж не обессудьте.

Йотти подошел ко мне и протянул свою руку.

Позвольте это сделаю я.

Позволяю, веди меня. Рикки, Рыжик за мной.

И мы вышли из кухня, нас провожали несколько пар глаз, неустанно смотрящих на нас, как будто мы экспонаты в музее. Комнату мне выделили туже в какой я жила в прошлый раз. Её было не узнать, разве что по месту расположения.

Под окном стояла двуспальная кровать. В углу красный диван, стол, компьютер, кресло.

Вся комната была в белых тонах, разве что были выделены несколько деталей яркого цвета: диван, кровать, кресло и комод.

Не люблю спать под окном, но не переставлять же кровать. Я не раздеваясь легла, и уснула за пару минут.

Во сне я всё время куда-то проваливалась, а потом опять поднималась. Я была одна и казалось, что во всей вселенной нет никого кроме меня.

Проснулась я когда за окном было темно, было очень холодно, поэтому я разделась и легла под одеяло.

Больше заснуть не получалось, в голове кружили мысли и куча вопросов. Одна часть меня просила успокоится и расслабиться, все хорошо ты дома, а другая никак не унималась и тревожилась, не нравилось ей всё это.

О себе за долгое время дала знать татуировка, она зачесалась и стала менять цвет. После того как я очнулась в квартире отца Николая она о себе не давала знать. И я расценила это так что она была связана как-то со всеми этими существами. Их не стало и угрозы для меня тоже.

Может они опять появились.

Кипрей нестерпимо чесался. Это заставило меня встать и пойти в душ.

После я спустилась вниз и пошла на кухню. Как хорошо, что никто не встал ещё. Я взяла с собой несколько вчерашних блинов и вышла из дома.

Рикки и Рыжик бежали за мной по пятам. И мы дошли до того озера, где когда-то купались с Лизой. Казалось ничего не изменилось, та же вода, так же мне некуда идти.

Правда рядом мои родные и близкие, но почему-то меня это мало утешало. Не были они мне близки.

Одна радость Рикки и Рыжик, а ещё восстановление Йотти. Ну, и конечно же мой малыш, который уже дает о себе знать. Животик стал немного округляться. И моя малышка иногда толкается.

Из леса ко мне шел Йотти, что-то крича и махая руками.

Когда он подошел ближе я смогла разобрать в его речи, что меня все потеряли и ищут.

Что ж придется возвращаться. Всю дорогу Йотти неустанно говорил, про все на свети. Как он соскучился, как ему здесь нравится, что его новые функции просто потрясающие и мне надо их обязательно попробовать. Правда я так и не поняла, что это за функции и как они работают.

Так мы и дошли до дому. На крыльце стоял Герман и с кем-то разговаривал по телефону. Увидев меня он прервал разговор и положил телефон в карман.

Александра, где вы были? Мы вас потеряли.

Есть тут одно место куда мне хотелось вернуться. Задно и Рикки поплавал.

Вы бы не уходили так далеко одна. Мы не знаем на сколько защита этого дома распространяется. Я вообще не понимаю как это работает. Нам помогли в установке защиты одни люди, даже не знаю люди ли они. Называют они себя хранителями земли. И живут они очень долго пока не родится следующий хранитель, а это может затянуться. Они говорили, что когда-то с вами встречались, и очень покорены вами, даже есть отдельные почитатели вас.

Кажется я знаю про кого вы говорите. Странно, что они не на стороне Николая. Вы думаете им можно доверять?

Они сегодня должны приехать. Можно их немного по расспрашивать. Но я думаю раз они поставили защиту на этот дом и все время помогали нам, то им доверять можно. Один тут такой прыткий. Святославом зовут. Говорит вы его должны помнить по встречи на Судостроительном заводе в Выборге. Прям, жаждет с вами встретиться.

А знаете, Герман, я действительно его помню. Хотя и встреча у нас была пятиминутная. Когда они приедут.

Обещали к полудню.

Тут из леса вышла мама, охранник из офиса и моя секретарь.

Саша, мы тебя потеряли.

Я уже поняла, меня нашел Йотти и все рассказал. Я очень хорошо помню это место, много всяких воспоминаний. И одно самое яркое это озеро здесь неподалеку. Мне его когда-то показала одна потрясающая девушка. Теперь я даже не знаю, где она и была ли она вообще настоящей.

Я кажется знаю о ком ты говоришь. Она сегодня приедет со Святославом. Ты же про Лизу говоришь?

Да, но откуда вы её знаете? Я же не рассказывала. Вы все знаете? Как здесь оказалась Лиза.

Александра, думаю я могу дать ответы на ваши вопросы.

Облака вон какие кучевые и темнеют, давайте пойдем в дом, а то промокнем, – перебила его мама, подхватила меня за локоть и зашагала в дом. Я волей-неволей перебирала ногами и топала рядом с ней. Все посмотрели на небо и засобирались под навес. Нежные какие, дождя испугались.

В дом то пойдемте, только вы мне все должны рассказать, хватит со мной нянчится я не ребенок и не больная. Как я полагаю про мою беременность вы знаете, так знайте, что это к тому же и не болезнь. А вполне себе нормальное состояние.

Мы прошли в гостиную, в этом доме появилась гостиная. Где раньше располагалась русская печь, теперь там вписался камин. Хотя он был не зажжен, перед ним лежали Рыжик и Рикки. Надо же как они спелись. Я села на диван, рядом расположилась мама, а Герман сел в кресло. На столике перед диваном стоял кофейник с чашками и вазочка с печеньями.

Герман посмотрел на меня.

Когда я начал восстанавливать Йотти. Я всё время задавал себе вопрос кто мог это сделать. Очень странно был разобран робот и с умом. Многих деталей не хватало. Сначала я думал, что это вы просто не нашли их на том месте, где его нашли. И я съездил туда, но там ничего не нашел. На месте был только сгоревший дом, и продолжающий цвести сад. Туда я идти не рискнул, так как был один и никто не знал, что я туда поехал.

Герман задумался и остановил свой рассказ, посмотрел в окно. Там действительно пошел проливной дождь, да такой, что леса просто не было видно.

Я все же немного побродил по развалинам, попытался найти то место, где вы нашли Йотти. Но ничего не нашел. После я несколько раз возвращался туда. Меня манило это место. Сад все также продолжал цвести, не смотря на то, что насекомые и птицы туда не летали. Я не хотел об этом говорить вам, чтобы не тревожить и не ездить туда с вами. Я не знал насколько это рискованно. В тот день когда я исчез, утром ко мне постучались двое. И настоятельно просили открыть дверь, якобы для моего же блага.

Я сразу вспомнила, как в Ростове-на-Дону к нам в номер тоже постучали двое и просили открыть дверь. Герман тоже открыл. Его уговорили собрать вещи и робота и поехать с ними. Потом его привезли в этот дом, все поведали о моих приключениях в прошлом. Как изменилось будущее. В чем сейчас опасность. Потом они познакомили Германа с Лизой. Оказалось, что она не сестра Николая, и она сама об этом не подозревала. Она после всего стала хранителем, поэтому пока старость ей не страшна. Стал вопрос как все рассказать мне и защитить моих близких.

Тут разговор продолжила мама.

Герман с хранителями приехали ко мне утром. Я знала Германа и доверилась. В тот же день я переехала сюда. Я хотела, чтобы тебя тоже сюда переправили, но решено было подождать. Прости, это так ужасно, что тебя использовали как наживку. Чтобы выманить Николая. Это не должно было так затянуться. Я каждый день приезжала к твоему дому, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Потом все пошло не так как задумывалось и Николаю удалось тебя похитить. Мне рассказали, что он сделал это во сне. У него с тобой связь, которую он прочно построил ещё в момент твоего рождения. Николай был одним из врачей на моих родах. Я запомнила его лицо и как он смотрел на тебя.

После всех рассказов наступила тишина. Я не знала, что сказать. Мне хотелось побыть одной, пойти в лес и долго бежать, нырнуть в озеро и не дышать.

Прости, Саша, что я допустила это твое похищение.

Мам, все нормально. Так надо было. Вы знаете как его найти? И что с этим делать? И кто он вообще такой? Вы понимаете, что я от него жду ребенка?

Саша, мы знаем о нем не больше твоего, – Герман не смотрел на меня, его взгляд был направлен куда-то в окно. – Сегодня приедут хранители, и этот как его Святослав, и Лиза. Они знают больше, надеюсь они нам поведают.

День тянулся медленно, но к нам никто не ехал. Телефона здесь не было в принципе. Зато повсюду стояли видеокамеры. Куда они транслируют никто не знал, некоторые считали, что они вообще не работаю. Я познакомилась со всеми обитателями дома. Их не так много оказалось. И все они из моего офиса.

Мне все это напоминало какую-то секту, все ходили были заняты работой. У каждого она была определенная, своя, на вопросы отвечали сбивчиво. Каждый раз при виде меня они хотели быть вежливыми и заботливыми, при этом бросали фразу, что у них много работы и они ничего не успевают и быстро куда-то скрывались. Дом из-за этого казался очень большим.

В два часа дня накрыли на стол и все пообедали, практически молча. Я больше не выдерживала это и решила всё же улизнуть в лес. Рыжика я оставила дома, а Рикки пошел со мной.

Погода стояла просто сказочная. Небольшой ветерок, яркое голубое небо. Аромат хвои завораживал и расслаблял. Сейчас мне так хотелось бежать ото всех. Отключить мысли, страхи, размышления, а просто раствориться в этом всем.

Когда я была уже на полпути к озеру, я услышала треск веток и шаги, кто-то бежал, и бежал в моем направлении.

Никого не вижу ни перед собой ни сзади. А ветки под чьими-то ногами трещат. Рядом зашевелился куст.

Эй, здесь кто-то есть?

Есть, есть, есть, – отозвалось эхо, или что-то.

Если здесь кто есть, выйдете и покажитесь, я вас не боюсь. Выходите.

Ты меня не увидишь, – мне показалось, что этот голос раздавался вокруг. Он исходил изо всех сторон.

А тогда зачем ты следишь за мной?

Мне надо тебя предупредить.

Так предупреждай, а не пугай.

Я не пугаю.

Ты пугаешь и очень сильно. Почему ты не можешь показаться, – мне хотелось заглянуть во все кусты вокруг себя, и увидеть своего собеседника. Я даже не могла понять мужчина это или женщина. Вроде бы голос женский, но какой-то низкий и раскатистый.

Меня никто не видит, я дух. Которого послали тебе помочь.

Кто послал?

Этого сказать не могу. Сама не до конца разобралась в этом. Я была человеком. Потом умерла и вот я здесь. Чтобы успокоиться с миром и вернуться уже другим человеком мне надо завершить несколько дел на земле.

Я тебя знаю?

Знаешь. Но нам нельзя раскрывать себя. Я даже в полной мере не могу донести до тебя послание. Ты должна расшифровать его сама, и сама дойти до сути.

Ну, так говори свое послание.

Подожди, не торопи меня. Дай вспомнить как там оно звучало “Не доверяй тому, что вокруг, доверяй тому, что внутри.”. Да, кажется так.

Да уж. Совсем все понятно. Когда ничего непонятно.

Ты поймешь. Обязательно поймешь. Я не прощаюсь, ты меня еще услышишь. Когда пройдет время. До встречи. Будь осторожна.

Спасибо.

И дух исчез. Стало совсем безветренно.

Я побрела в сторону озера. Мне хотелось просто поплавать. Дохожу до воды, и захожу по щиколотку в воду. Холодная вода оплела мои ноги, и окутала с ног до головы смывая все мысли и чувства на своем пути. Я нырнула и задержала дыхание, полностью растворяясь в воде. Выныриваю и иду на берег.

Как будто сто лет не была в воде. Она одарила меня энергией и силой. Хотелось бежать долго долго пока силы не иссякнут, а потом упасть на траву и лежать не двигаясь чуть дыша.

Это мне сделать не дали из леса вышел Герман и как его там Святослав.

Я уже знаю, где вас найти. У нас гости. Саша, может пойдемте в дом. Там будет безопасней и проще разговаривать.

Я очень рад вас видеть, – вмешался Святослав, оттолкнув Герман подошел ко мне и начал жать мне руку.

Я тоже рада вас видеть, но вы сейчас сломаете мне руку.

Ой, извините, не рассчитал свои силы. Красивое озеро. Как водичка?

Холодная. Пойдемте тогда. Я тоже думаю, что лучше в доме. А о чем вы хотите поговорить? У вашей конторы опять какие-то планы?

О, мы так расстроились, когда вы исчезли. У нас были большие надежды по поводу вас.

А можете мне объяснить как так получается для меня прошло с нашей встречи несколько месяцев. А для вас несколько десятков лет? Так я понимаю? Николай все это время жил там?

Да, как-то так получается. Мы ещё не до конца разобрались с этим феноменом. И вашими перемещениями.

Ну, да чего и стоило от вас ожидать. Вы зачем вообще существуете? Разве вы не хранители планеты?

Кажется вы уже это как-то говорили.

И кстати не вам говорила. И буду говорить ещё, – я не могла остановиться. – А знаете, что мне сейчас так хочется вас стукнуть. Как же вы мне надоели.

Он все также продолжал идти, и периодически смотреть на меня. На вид мои слова совсем его не тронули. Надеюсь у него внутри все кипит от гнева.

Не горячитесь Саша, все хорошо и под контролем.

Вот сейчас мне так сложно было сдержаться. Вот гад какой, все у него под контролем.

И что же у вас под контролем. Заточить нас в этом доме и держать до конца дней. А потом я рожу и мой ребенок будет вот так здесь расти? Это называется под контролем?

Давайте, вернемся в дом и все обсудим. Там вас ждет ваша знакомая. Я думаю вы должны её помнить. Она теперь тоже хранитель. Поэтому она почти не изменилась с того момента как вы виделись.

Я знаю кто это. Лиза.

Ну, вот и чудненько. Надеюсь вы будете рады её видеть.

Я ещё не знаю в кого она превратилась.

Мы почти дошли до дома, солнце начало затягиваться тучами и накрапывал пока небольшой дождь.

Лиза сидела на диване в гостиной и беседовала с девушкой, которая готовила нам еду. Кажется её зовут Аня. А Лиза изменилась, нет она не постарела, но стала взрослей. На лице нет ни одной морщинки, гладко зачесанные волосы в конский хвост. Минимум макияжа. Пиджак и юбка персикового пастельного цвета, белая блузка, и туфли лодочки. На правой руке замечаю обручальное кольцо.

Ой, Саша, привет! Как я рада тебя видеть, – она извинилась перед Аней, подбежала ко мне и обняла. Я машинально обняла её тоже, очень крепко, как самого родного человека. – Мы столько с тобой не виделись. У меня прошла целая жизни. Мне так о много хочется тебе рассказать.

Ну, для меня то прошло всего чуть больше двух месяцев. Но я тоже очень рада тебе. Ты изменилась, стала такой женственной, деловой. Мне даже хочется обратиться к тебе на вы. По сути ты взрослей меня.

Да, брось ты. Какой взрослей.

Я смотрю ты вышла замуж? Как тебе работа хранителем?

Честно, так себе. У меня же выбора не было. Мой муж тоже хранитель. Мы вместе с ним живем в Москве, это наша вотчина. он меня многому обучал. У нас две собаки и самый главный кот. Хочешь поехали к нам, я тебе все расскажу и покажу.

Я думаю, это будет опрометчивый поступок, – вмешался в разговор Герман.

Почему же, отнюдь, – Святослав посмотрел на Лизу и кивнул ей. – Я думаю это пойдет на пользу дела. Мы уже обдумывали да. Да, Лиза?

Да, Свят! Наш дом хорошо защищен. И если разделиться будет сложнее найти, где ты.

А вы этого, того, вместе, что ли? – я посмотрела сначала на Лизу, потом на Святослава.

Как бы да, – и Лиза перевела взгляд с меня на мужа.

А дети, есть? – задала я самый дурацкий в мире вопрос.

Нет, – Святослав встал. – хранители не могут иметь детей. Тем более когда два хранителя вместе.

Ой, простите, неудобно как-то получилось.

Ничего, мы уже давно вместе и были готовы к этому заранее. Правда в последнее время подумываем усыновить парочку детей. Дом у нас большой, и одним там жить становится скучно. Хотя будет сложно объяснить, почему дети растут, а мы не стареем.

А так вы как объясняете?

Мы меняем место жительство каждые десять лет. Каждый раз новые знакомые, новые документы и работа.

Да, с одной стороны вам можно позавидовать, но с другой начинаешь задумываться, а действительно это так круто.

Ко всему привыкаешь, – сказала Лиза, и посмотрела в окно.

Мы ещё немного поболтали ни о чем. Потом эта парочка начала суетиться и собираться домой. Из Москвы они приехали на своей машине, и обратно им ехать долго.

Дома ждали дела, город нельзя надолго оставлять без хранителей. Мы договорились, что в сентябре я смогу к ним приехать. А пока что сидим здесь тихо и не высовываемся. Раз в неделю будут доставлять продукты.

Дни стали тянуться очень медленно. Я обнаружила в подвале небольшую библиотеку, непонятно откуда, раньше я её здесь не видела. Книги были все дореволюционные, в основном классика, но и попались несколько весьма любопытных экземпляров. И кто их здесь оставил.

До конца сентября дни так и тянулись за чтением книг и прогулками до озера. Я со всеми перезнакомилась, но близко ни с кем не общалась. Связи у нас не было, интернета тоже. Почти вернулась в тот 1952 год, только обстановка вокруг была современней и рядом всегда был Йотти. Вот с ним мы общались. Он ходил со мной до озера, мы много разговаривали и просто молчали. Мне казалось, что он умнеет на глазах, у робота не может быть души, он программа, но Йотти был особенным. С ним было легко, как только в моей голове возникала мысль о нем, он тут же появлялся у моей двери. Он с легкостью ориентироваться в лесу, что помогло нам побывать в каждом уголке это леса, и я не боялась заблудиться. Герман постоянно доделывал робота по моим пожеланиям.

И Йотти стал моим лучшим другом.

Сентябрь 2019

1 сентября четыре утра, засыпать больше не хочется и мы всей командой отправились к озеру. Я и Йотти, Рыжик и Рикки.

Солнце ещё не взошло, но дорогу мы видели. Воздух был прохладный и легкий. Мы дошли до озера, даже быстрей чем обычно, в какой-то момент мне захотелось пробежаться и я перешла на бег. Йотти взял Рыжика на руки, чтобы тот поспевал за нами. Они конечно купаться не стали, а я с Рикки окунулись в холодную воду. Мы настолько привыкли к этой воде, что её холод не ощущался. Каждый день говорила себе, что пора бы уже с этим завязывать, но утром не могла по другому и опять шла к озеру. Все это в последний раз, я всё таки беременна женщина, мне беречься надо.

Мы вышли на берег, Рикки стал отряхиваться с такой силой, что залил водой Рыжика, тот посмотрел на него и отошел подальше от берега сел и начал вылизывать свою шерстку. Йотти подошел к коту и хотел просушить его шубку с помощью специального приспособления в виде фена. Кот такого не ожидал, вытаращил глаза на робота и отскочил еще дальше от нас.

Издалека мы услышали сильный хлопок, он был со стороны нашего дома. Я хватаю Рыжика и мы все бежим к дому. Раздается еще один взрыв, более мощный чем первый.

На встречу мне кто бежит.

Саша, давай обратно бежим, туда нельзя. Там ничего нет, – это была мама.

Но как, там же люди.

Их больше нет, – мама остановилась рядом с нами переводя дух. – это ужасно. Тебе нельзя на такое смотреть. Там ничего не осталось. Все погибли. Я в это время вышла из дома, и тут что-то внутри взорвалось и дома просто не стало.

Она хватает меня за руку и мы опять бежим, впереди Йотти он показывает дорогу куда лучше бежать.

Мы бежим уже очень долго и кажется, что лес нескончаем. Я смотрю на Йотти кнопка на его затылке горит оранжевым, значит его заряд скоро кончится. Он тратит слишком много энергии, прокладывая нам путь и выбирая безопасные места. В конце концов мы больше не можем бежать и останавливаемся. Вдалеке виднеется столб дыма, этому дому все же пришёл конец.

Мама достает телефон и набирает чей-то номер.

Мам, стоп. Нет, – выхватываю телефон из её рук.

Нам надо связаться с хранителями. Они помогут.

Я так не думаю. Где они были сейчас. Как они помогли всем тем людям, что сейчас погибли там. И ради чего всё это? Ради меня? Мне не надо это. Я так не хочу.

Но доченька. Ты же…

Что я. Да, я простой человек. Да, я беременна. Но не надо из-за этого лишать жизни других.

Ты не понимаешь?

А что я должна понять? Что? Что вообще происходит. Почему так. Я не чувствую себя какой-то особенной. Я обычная.

Ты не обычная. И мне давно надо было тебе показать всё. Место где ты родилась. Где прошли первые годы твоей жизни. Тебе надо много вспомнить.

А надо ли вспоминать?

Надо. Это не только для тебя надо, но и для всего человечества в целом. Тут столько всего переплелось.

Мам, вот ей богу я тебя совсем не узнаю. Я понимаю, что мир не такой как был до моего исчезновения, но ты, ты другая. Мамочка, – я не могу остановить поток слез по моим щекам.

Доченька, ну, что ты, – мама первый раз обнимаем меня, и я чувствую родного человека. Её тепло, запах. Мы стоим здесь посреди леса, одни, рядом только Йотти, Рыжик и Рикки. Время остановилась, я не слышу никаких звуков, ветра, облака замерли над нами. В животе толкнулась моя малышка. Я впервые так про неё подумала, моя малышка. Я же знаю, что будет девочка. Я уже с ней встречалась, и она так прелестна.

Мама, потрогай мой живот, видишь Эмили, тоже с нами.

Эмили? Ты знаешь, что будет девочка?

Да! Я даже её видела, – рассказываю ей про свою встречу с пятилетней Эмили.

Это невероятно, как такое может быть?

Ну, знаешь, по-моему все что происходит со мной последний год, кажется невероятным. Про это можно книгу написать. И я обязательно напишу, когда Эмили подрастет и мы будем в безопасности.

Ой, не знаю будет ли это когда-нибудь.

Будет, обязательно будет.

Не хочется прерывать вашу беседу, – отозвался Йотти. – Но у меня заканчивается батарея, а до ближайшего пункта заправки не меньше пяти километров. Я могу не дойти.

Мир вернулся, время снова пошло своим чередом и нам надо было двигаться дальше в неизвестном направлении. Еще какое-то время Йотти нас вел, но потом начал периодически останавливать, дальше мы просто его толкали. Так мы добрались до какой-то железнодорожной станции. На вокзале нам удалось найти зарядное устройство для роботов, как оно тут оказалось не понятно, но оно было и это важно. На зарядку Йотти ушло полчаса. И после мы увидели нашего бодрого и жизнерадостного друга-робота. Дождались ближайшей электрички до Петербурга и спокойно доехали до Финляндского вокзала. А оттуда на такси до Московского вокзала, где мы купили последниие билеты на поезд до Москвы. Решив, что там нам помогут, и там легче затеряться. В нашем распоряжение было целое купе, закрывшись в нем мы тут же заснули. Хорошо, что роботам спать не нужно, и Йотти остался на дежурстве. Он разместился перед дверью купе и уставил на нее свой взгляд, включив дополнительно локаторы, чтобы лучше слушать, что происходит в вагоне.

Утром нас разбудил стук в дверь, Йотти поднял большой палец вверх, давая понять, что волноваться не зачем. Я быстро оделась и открыла дверь, где стоял проводник вагона:

Мы уже подъезжаем к Москве, чай будете?

Ой, нет спасибо, – чаю ещё не хотелось, перекусим где-нибудь по дороге. Хорошо что я взяла адрес у Лизы и она подробно объяснила как к ней добраться.

Как знаете, постельное белье можно не снимать. Спасибо, что выбрали нашу железнодорожную компанию, – проводник взглядом пробежал по всему, что было в купе, развернулся и ушел к следующей двери.

Я посмотрела на Йотти, потом на маму.

Вам не показалось, что он какой-то странный? Или это я уже такой занудой стала?

Что-то в этом странное было, но давайте не зацикливаться на этом. Собираемся, вон уже вокзал виден. Кушать хочешь?

Да, я бы не отказалась. Надо Рикка и Рыжика выгулять, и тоже накормить. Йотти как твоя зарядка на сколько хватит.

По моим расчетам должно хватить до места нашего прибытия, если конечно нигде не застрянем.

Тогда пошли. Здравствуй, Москва!

И мы большой дружной компанией вышли из вагона. На перроне было очень много людей, мы с трудом пробивались между ними. Я все время боялась потерять Рикка или Йотти. Рыжик был у меня в руках.

Утро уже наступило, но было ещё темно. Москва переливалась разноцветными огнями. Мы прошли несколько кварталов, чтобы полюбоваться ею. На попалась круглосуточная столовая и мы решили позавтракать. Для Рикки и Рыжика там тоже нашлась еда. Видимо столовая специализировалась на этом и для питомцев было отведено специальное место, где их можно было накормить и напоить. Йотти принес наш заказ и мы не спеша ели маленькие булочки с маком и изюмом запивая их кофе. Завтрак конечно так себе, но есть очень хотелось поэтому мы его съели с большим удовольствием.

Потом подъехало наше такси и мы направились к Лизе. Интересно она уже знает, что произошло, или хранители как всегда узнают всё последними.

Едем очень долго, московские пробки, до нужного нам адреса добираемся только после обеда. Кругом огромные частные дома, и низкие заборы, больше для декора, чем функциональные.

Дом Лизы такой же как и все дома в округе, отличались они только цветом.

Такси уехало, а мы продолжали стоять около входа. Мама посмотрела на дом, а потом на меня:

Ну, что жмем на звонок?

Как-то здесь очень тихо, или так и должно быть. Даже ветра по-моему нет. Мне хочется развернуться и уехать отсюда. Но мы же не можем просто так уехать, столько добирались туда. Да, и идти нам некуда.

Вообще-то есть куда. Но давай сначала проверим этот вариант.

Я нажимаю на звонок, ничего не слышно, наверное он звенит только внутри дома. Ждем, вокруг по прежнему тишина. Через пару минут нажимаю ещё раз. И снова тишина.

Может они на работе? Будний день, что им делать дома.

Не знаю, но мне не комфортно как-то здесь.

Давай все же ей позвоним.

Мама достает телефон и ищет номер Лизы. В ответ ей раздаются короткие гудки, занято. Она продолжает нажимать на номер сново и сново и в ответ всё та же занято.

Давай попробуем зайти внутрь, калитка здесь чисто символически, – забираю телефон у мамы и толкаю калитку, которая со скрипом открывается.

Мы практически вламываемся на чужую собственность, а если там сигнализация.

Не проверишь не узнаешь, выкрутимся как-нибудь.

Доходим до двери дома, я нажимаю на ручку и она открывается. Мы останавливаемся в холле. Вокруг нас пустота, ничего нет, нет вещей, мебели, милых штучек. Здесь давно никто не живет, может и не жил никогда.

Так, приплыли. Что дальше нас ждет, даже не представляю. А это вообще все взаправду было. И вообще было. Мы все видели Лизу и её мужа?

Все, – хором ответили мама и Йотти.

А я не уверена, пойдемте отсюда, вызываем такси и в город. А потом, куда ты хотела мама? Давай же рассказывай.

Набираю номер такси, и оно приезжает очень быстро, опять тот же таксист, что и привез нас сюда.

А знаете, я был уверен, что вы скоро вернетесь. Вот зуб даю.

Что так?

Бывает у меня такое, шестое чувство. Фильм смотрели такой?

Смотрели.

Так и куда вам теперь надо? Нашли здесь, что искали?

А почему вы думаете, что мы здесь, что-то искали. Может мы к себе домой приехали взяли кое-какие вещи и теперь дальше поедем.

Может быть, может быть. Но мне кажется вы к кому-то приезжали, и его не нашли здесь.

Уж очень вы болтливый таксист и подозрительный, – и что он к нам привязался, ишь умник какой нашелся.

Не обижайтесь на меня, у меня ж это шестое чувство.

А кто обижается? Никто не обижается. Везите нас на Воробьевы горы, хотим прогуляться.

С этой все оравой?

Слушайте, ваше дело какое? Везти нас туда куда мы просим, а мы за это платим деньги.

Понял-понял, молчу.

Дальше мы какое-то время ехали молча. Но по всей вероятности наш таксист уже очень долго молчал, поэтому ему не терпелось с кем-нибудь поболтать. И в качестве собеседников он выбрал нас.

Простите за мою бестактность. Вы из Питера приехали? Давно там не был. Чудный город, это вам не Москва. Там все понятно и по полочкам разложено. Идешь себе по проспекту и видишь куда дойдешь. Там заблудиться просто невозможно. А что у нас здесь, все проулки-закоулки. Красивый у вас город, статный. У меня там друг живет, недвижимость занимается. У него есть знакомая старушка, которая летом сдает квартиру, а сама на даче живет. Так вот у неё так чудный чай получается. И каждый она вариант по особенному делает, в зависимости от того для кого чай и с каким настроением человек пришел. Чудная старушка, столько всего знает. Помню в детстве нам такие сказки рассказывала, что ни в одной книге не сыщешь. Если вернетесь в Питер обязательно ее найдете. Она всем помогает.

И чем же она может помочь? – мама посмотрела на таксиста через зеркало заднего вида.

А я сразу эту старушку вспомнила, да она действительно чудная. И очень мне напоминает одну женщину из моего путешествия в прошлое. Как же мир тесен когда встречаешь в Москве таксиста, который знаком с агентом по недвижимости из Питера и по чистому совпадению ты к этому агенту обращался. Да и еще и старушка эта. Как же её зовут, никак вспомнить не могу.

Я не стала говорить, что знакома с этой старушкой, мне было интересно побольше про неё узнать.

Как же мы её найдем если мы не знаем где она живет?

Ой, да я вам скажу. Она старушка гостеприимная будет вам очень рада и животных она любит. Марья Степановна чудный человек. И уже столько лет живет, что и сама не знает сколько. Я еще когда маленьким был она уже старенькой была.

Да, эта та самая Марья Степановна в квартире которой я жила, так неудобно перед ней, я так внезапно исчезла. Надеюсь с ней все хорошо.

Вам наверное в детстве так казалось, что она старенькая, – ответила ему мама. – Детям все взрослые кажуться очень взрослыми.

Может быть. У нее своих детей нету. Она в Петербург перебралась в восемьдесят шестом году под новый год. Ей государство выделило квартиру за какие-то заслуги. Я так ярко запомнил год, когда она появилась в нашем доме. А до этого в какой-то деревне жила. Чудный человек. Она мне как вторая мать, а нас всех она считала своими детьми. Меня Степаном зовут скажите, что вы от меня. Она должна меня вспомнить, хотя я давно у неё не был, но звоню регулярно по праздникам.

Таксист Степан остановился у обочины достал бумагу и мелким почерком, что-то написал. И протянул бумажку мне.

Вот возьмите её адрес. Она и для беременных хороший чай варит. Моя жена пила регулярно его, и в итоге очень легко и быстро родила. Ребеночек здоровый растет.

Спасибо вам большое.

Дальше Степан вез нас молча и мы быстро доехали до вокзала.

Распрощавшись с таксистом мы пошли покупать билеты на поезд. Мама оставляла до сих пор меня в неведении куда же мы едим.

И так билеты есть и поезд уже сегодня. Нам очень повезло.

Ну, да очень, смотря, что считать везением.

Все что нам в жизни попадается и встречается, любые преграды или открытые двери счастье, это везение. Давай радоваться каждому, всему что он нам приносит. Ведь завтра может и не быть.

Мама, когда ты такой стала?

Само пришло с опытом. Хочется воспринимать жизнь как игру, а что там интересного нас ждет за поворотом. А может мы мечтали об одном, а нам дается вообще другое. Но это другое такое классное и интересное, что на много лучше чем мы мечтали.

Ты знаешь, а мне это нравится. Давай практиковать и прямо сейчас.

До поезда у нас три часа, я думаю все хотят есть.

Я так очень. Рикки с Рыжиком не сомневаюсь. Да и Йотти надо подзарядиться.

И мы всей нашей необычной компанией завалились в индийский ресторанчик, который располагался здесь же на вокзале. Для животных там было свое особое меню, не такое острое как у нас. Проголодались они сильно, уплетали обед быстро и со вкусом.

Давно не ела индийской кухни, как же это вкусно, можно мне своего индийского шеф повара, пожалуйста, личного.

Так мы просидели до самого поезда. Наконец-то объявили посадку на поезд и я услышала куда же мы едим.

Почему туда? – смотрю на мать и мне хочется, чтобы она немедленно мне всё рассказала, но делать она это не торопиться.

Давай потом, ехать нам всю ночь, времени чтобы рассказать будет с лихвой. Поторопимся с посадкой.

Мам, по-моему ты увиливаешь от разговора.

Саш, потом, смотри сколько народу, а отправление через пятнадцать минут. Давай поторопимся.

Как только мы тронемся ты мне обо всем рассказываешь, дай мне честное слово!

Ну, что за детские честное слово. Я тебе когда-нибудь врала?

Не знаю…

А я знаю, что нет. Так что ладно даю честное слово все рассказать. Да там и рассказывать особо нечего.

До нас наконец-то дошла очередь, мы показали наши документы, и зашли в вагон. Через пятнадцать минут поезд трогается с места. И вы возможно навсегда уезжаем из Москвы. Вперед к солнцу и теплу. В маленькую станицу около Краснодара.

Итак, моя дорогая мама, рассказывай. Почему туда? Я не помню, чтобы мы туда ездили когда-нибудь. Хотя не исключаю, что за время моего отсутствия всё могло поменяться. И я была там в моем прошлом. Мы там прожили всю зиму. Там меня похитили, и там много всего произошло. И я думаю это первое место, где меня можно найти. Но я доверяю тебе, возможно ты знаешь больше.

Ты там родилась. От туда все началось.

Что? Как? В моем свидетельстве о рождении стоит Ленинград. Как я могу там родиться.

Ну, понимаешь. Так получилось. Надо было скрыть место твоего рождения.

Зачем? От кого?

Тогда я не понимала от кого? Мне просто приснился сон. А потом пришли какие-то люди и они были из моего сна. Они организовали нам новые документы. И мы перебрались в Ленинград. Началась новая жизнь. Я была уже другой. Нас невозможно было найти. Но как видно от судьбы не убежишь. И она нашла нас через много лет.

А сейчас мы что делаем? Не бежим разве?

Сейчас мы идем на встречу с судьбой.

Как-то это высоко звучит. Я была там в середине двадцатого века, – странно это немного звучит. – И жила даже, а еще видела свою дочь. Тогда я не поверила, а теперь знаю, что это была она. И больше я ее не потеряю.

В этой станице есть женщина, которая мне очень помогла. И она подсказала мне твое имя. Когда твой отец не вернулся из лесу, я была так подавлена, что у меня начались преждевременные роды. И именно Нина принимала роды. Она помоему была счастлива больше чем я.

А я знаю твою Нину. Она мне помогла тогда в пятьдесят третьем году. Да и всем нам много хорошего сделала. И сейчас в Питере я к ней попала, только звали её по другому. Я сначала не подумала, что это она. Но когда таксист стал рассказывать про чудного человека. Сразу подумала на Нину.

Мы вместе тогда убежали из станицы и сменили имена. После наши пути разошлись, и я не знала куда она подалась.

Этот мир такой тесный, или все заранее спланировано. Все случайности не случайны.

Риторический вопрос, в нашем случае вообще очень запутано. Что зачем и почему. И надо ли искать ответы.

Мы еще долго рассуждали, просто болтали, пока сон окончательно нас не уложил спать. Йотти остался на дежурстве. А мы проспали крепким сном до самого утра. Ехать еще оставалось часа четыре, нам принесли завтрак и про наших питомцев не забыли тоже. Утренний чай напомнил про Нину. Вот бы сейчас её чай сюда, да и её саму тоже.

Вышли мы на вокзале в Краснодаре и тут же сели на автобус до нужного нам места. Столько лет прошло, а она все еще существует. Надо бы поискать тот дом, в котором мы жили, что с ним.

Мам, а тебе Нина не показывала дом в лесу?

Я в лес не любила тогда, помню звала она меня куда-то все время, но я каждый раз находила отговорки, чтобы не ходить.

Давай туда сходим, может он еще стоит там.

Нам сначала надо понять куда заселиться, может кто дом сдает.

Наш автобус остановился на нашей остановке и дальше пару километров мы прошли пешком. Станица оказалась уже полузаброшенной. В некоторых домах виднелся свет в окнах, но большинство домов были заколочены. Я не смогла найти дом Нины сразу, а вот мама без проблем до него дошла. В окнах горел свет и дом выглядел очень опрятно.

Кто может жить там? – мама посмотрела на меня и потянула меня в другую сторону. – Вдруг это ловушка.

Давай посмотрим, может не все так страшно, и там живет какая-нибудь родственница Нины. Хотя у нее их вроде бы нет. Но мне хочется посмотреть. Пойдемте.

Давай Йотти пошлем. Пусть разузнает. Посмотрит в окошко кто там.

И что он может там увидеть?

Я могу заснять, в мои глаза встроена камера. А вы потом посмотрите. Я скоро.

И Йотти быстро пошел в сторону дома.

Я даже не успела ничего сказать, а он уже побежал. Может я против была.

Он поступил правильно.

Я его уже один раз потеряла, второй раз его собрать некому.

Ты же сама хотела посмотреть, кто там поселился.

Хотела, но, – больше мне сказать было нечего. Я посмотрела в сторону дома.

Йотти уже заглядывал в окна, по очереди в каждое. А через несколько минут стоял рядом и показывал нам, что происходит в доме.

Дом очень изменился с того момента как я там была, конечно больше полувека прошло. Современная техника, хороший ремонт и Марья Степановна. Она что-то стряпала на кухне, и заваривала чай.

Нина, это же Нина, – мама ткнула пальцем в экран и посмотрела, улыбаясь на меня. – пошли скорее к ней, я уверена она будет нам рада.

Буквально несколько минут назад ты не хотела туда идти.

Но это же Нина. Она тот кому можно доверять.

Надеюсь. Пошли, что ли.

Мы дошли до дома и постучали. Через секунду дверь распахнулась и на пороге стояла Марья Степановна или как раньше я её знала Ниной. И почему я сразу не поняла, что это она.

А я вас уже заждалась, – воскликнула Марья Степановна и начала нас обнимать. – Пойдемте в дом скорей, чай остынет. Я специально заварила к вашему приезду.

Нина, как же я тебя рада видеть, – мама обняла и поцеловала Марью Степановну. Не могу я её Ниной называть, она старше меня на много, и она не повзрослела, а все та же.

И я тебя, моя дорогая, мне столько тебе хочется рассказать. И тебе Сашенька. Как хорошо, что вы ко мне приехали. У меня вы будете в безопасности.

Вы знали, что мы приедем? Почему?

Пойдемте в дом и поговорим обо всем. Тебе надо многое узнать. Хотя конечно ещё много я и не знаю. Но думаю, мои знания тебе помогут.

Мы прошли в дом. В котором сплелись старина и современность, и все так гармонично вписалось. Здесь все было для комфортного житья, и бытовая техника и ванная комната. И здесь же стояла печка, казалось это та же печка, что и полвека назад. На ней спал кот, он приоткрыл один глаз посмотрел на Рыжика, встал и выгнул спинку, а потом отвернулся к стене и опять заснул.

Кровать была прежняя, а вот постельное белье и покрывало современные из одного очень известного магазина.

Садимся за стол, большой, круглый и стеклянный, он совсем сюда не вписывался, но был очень удобным. На столе уже стояло три чашки и Марья Степановна разлила всем чай. Поставила корзинку и с пирожками и тарелку с печеньем.

Угощайтесь пирожками, эти вот с капустой, а эти с картофелем. Сначала чай, а потом все разговоры.

Казалось мы Гензель и Гретель, и ведьма закармливает нас вкусностями, чтобы потом съесть. Но нет, что за дурацкие мысли. Мама права кому мы ещё можем доверять, как не Нине. Она столько для меня сделала, да и для мамы тоже. Мы наелись до отвалу этими пирожками и печеньками, но чай выше всяких похвал. Стало так хорошо и спокойно, как будто все невзгоды испарились. И захотелось почему-то к морю. Полежать на пляже, почувствовать как волны ласкают пятки. Как заходит и восходит солнце, когда оно на самом деле никуда не заходит и не восходит, а просто земля крутится вокруг солнца. Захотелось остаться здесь навсегда, лежать на этой печи и есть пирожки.

Так стоп, Саша вернись на землю, это всего лишь чай, может туда психотропные вещества подмешаны.

Ничего там не подмешано, пей и все хорошо, а почему нам бы и не остаться здесь. Можно и к морю смотаться, здесь не далеко. И вода ещё теплая, самое то, чтобы купаться.

Моя челюсть просто упала вниз, и я не знала, что сказать.

Саш, все нормально, – Нина посмотрела на меня, – просто у тебя это на лице написано.

Ничего у меня там не написано.

Ой, да не удивляйся ты так, – вступила в разговор мама. – Может Нина так иногда видеть. Это даже забавно. Она некоторых людей понимает без слов.

А вас я хорошо обеих чувствую. Видно все богом так было задумано. Не случайно вы появились в моей жизни. Все написано наперед. Знать бы хоть иногда, что там впереди. Хоть какую-нибудь соломку подстелили бы.

Вы как-то почувствовали наш приезд?

Я когда тебя увидела в своей квартире там в Ленинграде, уж простите мне как-то привычней Петербург Ленинградом называть, сразу узнала. Да ты и не могла измениться. Это вот я постарела за эти годы. Мы же тогда почти ровесниками были. Так что можешь смело называть меня Ниной. Я не стала тогда говорить кто я, не хотела перед забегать.

А вы сказали, что у вас внук в Краснодарском крае.

Да я всех детей своих воспитанников внуками считаю. Сколько я их воспитала, соседских детей. Нравилось им ко мне ходить, что здесь, что в Ленинграде. И до сих пор помнят меня. Здесь я баба Нина, а там Марья Степановна. Я их всегда чаем напою, пирожков вкусных испеку, выслушаю, совет дам.

Да, я помню, как мы с мамой переехали сюда, мне пять лет тогда было, – мама мне про это никогда не рассказывала. – Денег у нас тогда совсем не было, поэтому и пришлось в эту станицу переехать. Мать днем в город уезжала на работу, а я к тебе прибегала. Ты и с уроками мне помогала. Как же я рада Нина, что ты нашлась.

Мама расплакалась, а Марья Степановна подошла к ней и обняла.

Да, ладно тебе. Все ж хорошо. Вместе мы сила. Да вот еще прибавление нас ждет. Нельзя сдаваться. Какое-то время поживем здесь, ребеночек подрастет, а потом посмотрим, что дальше делать.

Я думаю здесь нас сразу и найдут. Так что у нас нет столько времени.

Не переживай не найдут. Пару тройку лет у нас точно есть в запасе. Кое-что да я и умею. Это сложно объяснить. Но способности у меня появились после вашего отъезда тогда в пятьдесят третьем году. В конце мая. Сны мне стали сниться особенные. Контролировать я их не могу, а растолковывать научилась.

Мне тоже снятся сны как вы говорите особенные только не всегда я их могу растолковать. И они повторяются раз за разом. Как будто и не я в этих снах вовсе. И я очень часто жду этих снов. Как будто в другой мир попадаешь параллельный.

Вот-вот и я про такие, только научилась я их понимать. И думаю тебе тоже помогу.

Нина, а помнишь ты мне один дом все хотела показать в лесу, да я все отнекивалась. В лес боялась идти. Как он, стоит ещё?

Стоит. Не сгинул за мое отсутствие. Я там прибралась немного, кое-что починила. Сходим туда завтра. Сегодня вам отдохнуть надо. Намаялись вы сильно. Это во сне не видела, но чувствую вашу усталость. Я и баньку уже натопила. И постели вам накрыла. Комната у меня одна, так что не обессудьте, спать будем все вместе.

Да, нам ничего, и так сойдет. Спасибо вам, Марья Степановна. Вы такая классная, – и я принялась ее обнимать и целовать, а она смущалась да отнекивалась.

Да, полно тебе Саша, можешь меня просто Ниной звать. Да и родные вы мне стали с матерью. Без вас я очень тосковала.

И мы тебе очень рады.

Рыжик и Рикки уплетали свой обед. Йотти стоял в сторонке и посматривал на все это. Ему еда и отдых были ни к чему, главное во время зарядиться. Но было видно, что он в боевой готовности. Все же он не знал Нину и не мог сообразить как к ней относиться. А мы в конец расслабились. Прогулялись по лесу. Поход к дому решили отложить на завтра. А сегодня тишина, покой, сон и еда. Вечером мы вдоволь отужинали. Нина наготовила всего вкусного, и столь любимая мне картошка запеченная в духовке с сыром и зеленью и там же запеченная цветная и брюссельская капуста. В огороде у Нины чего только не росло, даже шпинат, брокколи, кейл и виноград. На дворе сентябрь месяц, а тут все растет и зеленеет. Чудеса да и только.

Зверье мое уже совсем отошло от сухого корма и прекрасно питалось вековым кормом для хищных животных, мясом. Не знаю, где Нина раздобыла его, но морозилке свежего замороженного мяса было в достатке накормить дюжину собак в течении месяца.

Легли спать мы очень рано, усталость все таки взяла верх. Как же было волшебно спать на кровати, казалось это поистине королевское ложе. Мягкая подушка, теплое одеяло, в и меру жесткий матрас. От постельного белья веяло свежестью и теплом.

Утро выдалось солнечным, проспали мы довольно долго, солнце уже билось в окно. Но я без промедление встала и выпустила Рикка во двор погулять. Там он свои дела делать отказался и пришлось одеться и выйти в лес для прогулки.

Было довольно прохладно и свежо, сон в мгновение улетучился.

А настроение только улучшилось. Мы вернулись в дом. Все еще спали. Я прошла на кухню и затеяла блины. Было сложно ориентироваться на чужой кухне, надеюсь хозяйка мне это простит, просто очень хотелось сделать блины самой.

Вкусные, сладкие с вареньем и чем-нибудь ещё. Первый блин у меня не удался, да и второй тоже как-то не пошел. А вот потом стали просто отскакивать от сковородки.

На запах пришли мама с Ниной.

О, у нас блины.

Да, что ты Саша, я бы сама приготовила.

Мне просто очень захотелось сделать их, ну и съесть конечно же.

Мы сели за стол. Нина приготовила свой чай. У нее в кладовой столько всяких заготовок было к чаю. И когда она всё это успевает собирать, сушить и хранить. Я тоже так хочу. Вот так бы и прожила всю жизнь здесь, вдали от всего и всех.

Но это же неправильно будет по отношению к многим. А в первую очень по отношению к моей дочери. Я должна показать ей мир. Во всех его красках, с горестями и радостями.

За окном барабанил дождь, полчаса назад на небе не было и облачка, а сейчас шел такой сильный и громкий. Большие капли ударяясь об уже образовавшиеся лужи превращались в пузыри. Большие и маленькие. С каждой секундой дождь усиливался, а капли становились меньше и меньше.

Я смотрела на дождь и пила чай с блинами. Бесконечная история, но как и всякая история она закончилась. С последним выпитым глотком чая дождь закончился.

Ну, девоньки идем сегодня в лес? На домик посмотреть. Стоит он, как будто только что построенный. Не берут его годы. Даже красить его не надо. Что за чудесный дом и откуда он появился все пытаюсь разгадать. Но мне это не удается.

А пойдемте прямо сейчас, – мне не терпелось его увидеть. Действительно ли он не изменился. Для меня это было совсем недавно, а для Нины прошло столько лет.

Пусть хоть немного просохнет. А то после такого дождя. Грязь месить только.

Да, он же быстрый был и уже прошел. Вон смотрите и солнце уже и радуга какая большая и видна вся.

Хорошо, уговорила. Но идем в резиновых сапогах. У меня как раз для вас найдуться подходящие.

Нина ты прямо как старик Хоттабыч.

Да, ладно тебе Саша, скажешь тоже. Ну, у меня часто внуки в гостях бывают летом. Вот и припасены сапоги различных размеров.

Нет, ты все же необычайная женщина. Как хорошо, что ты у нас есть.

Нина немного постояла, махнула на нас и пошла в сени. А через минуту она принесла пару резиновых сапог.

Может мне показалось, но они были совершенно новые. Наверное она их моет хорошо.

Вот держите, доедайте завтрак и пойдем, раз вам так не терпиться. Я и сама там уже месяц не была. Тянет меня к этому дому, потом уходить не хочется.

А почему тебе не остаться там жить? Ты столько лет ухаживаешь за этим домом. Ты так и не говорила, как ты его нашла.

Мне и мой дом нравится. Собирайтесь скорей, по дороге расскажу.

Мы уже были готовы, Йотти высказал свое желание идти первому и возглавлять нас. Рыжик и Рикки тоже не хотели оставаться дома.

На небе светило солнце и лужи под его лучами быстро высыхали. Резиновые сапоги мы надели зря, земля не успела пропитаться дождем.

Мы медленно шли и болтали, так ни о чем. Солнце пробивалось сквозь деревья и согревало землю. Так незаметно мы дошли до дома.

Он поразил своим величием. Я же жила здесь, но сейчас он предстал совершенно другим. Он как будто поменялся под веяние эпохи. Это уже был не тот дом в котором я жила несколько месяцев назад.

Нина, как тебе удалось его изменить.

Что ты я ничего не меня это все тот же дом.

Но как, он совершенно другой. Он новый, он современный, да он выше на несколько этажей.

Да, брось ты, ничего он не менялся.

На миг мне показалось, что дом мне подмигнул. Нет, но он же совершенно изменился. Надо срочно посмотреть какой он внутри.

И я зашагала к дому. Мне хотелось проверить, что изменилось внутри. Толкаю дверь, которая с легкостью открывается. В холле сразу загорается свет и становиться очень светло. Так этого точно раньше не было. Мы пользовались для освещения свечами и керосиновой лампой. А тут так светло как в тех пещерах, которые мы посещали. Я почесала руку, и пошла дальше на кухню. Комнат точно стало больше. Современной техники не было, но и на 50-е года интерьер точно не тянул. Все было современной, пожалуй даже обогнало время.

Полный минимализм, лаконичность и простота. Практически все было белым, и несколько акцентов сделано на красный. Красный диван, ковер и занавески. Картины на стенах были репродукциями известный художников России. Почти Третьяковская галерея.

Раньше здесь было все деревянное, в темных тонах. Никаких картин и диванов.

Кухня была без современной техники, но плита имелась, сковороды, кастрюли, вазы с цветами, водопровод.

В центре стоял круглый стол и двенадцать стульев. Все белое. У стульев на спинках была вырезана буква А.

Не хватало только жильцов, и кошки на окне. Хотя вот они мы жильцы и Рыжик.

Оставив Нину и маму внизу, я поднялась наверх. Ступеньки были так расположены, что по ним было удобно подниматься, и совершенно не скрипели, как раньше.

И комнат наверху было больше. Тогда было столько, чтобы мы все поместились.

Я обошла все комнаты, и везде заглянула своим любопытным носом.

Здесь будет здорово растить мою дочь. Только зачем такое количество комнат. Мне кажется или дом ждет гостей.

Я зашла в самую большую комнату. Она была практически похожа на все остальные комнаты, белые стены, посередине кровать, заправленная красным покрывалом. Куча подушек и детская кроватка у окна. Комната ждала меня, да вообще весь дом меня ждал.

Я легла на кровать, закрыла глаза, и моментально уснула глубоким, крепким сном. Когда я открыла глаза, было темно, неужели я проспала весь день. На небе уже взошла луна, круглая, большая.

Сколько же я проспала, и меня никто не пришел будить.

Спускаюсь вниз на кухню, пахнет вкусной едой. На кухне никого, но весь стол завален едой, а к пирожкам прикреплена записка.

“Дорогая, не стали тебя будить, наготовили тебе еды и ушли к себе домой. Отдыхай, не будем тебя беспокоить. Мне показалось, что тебе надо побыть одной, набраться сил. Йотти тоже ушёл с нами. Рыжик и Рикки остались. В гриле лежит вегетарианская шаурма, знаю как ты ее любишь. С фалафельками. Если надо приходи к нам. Вообщем сама решай. Думаю здесь ты в безопасности.”

Ничего себе, они все за меня решили. Деловые какие. Ну, и ладно, мне и одной хорошо. Тем более столько еды. И когда они успели за всем этим сходить, мы же ничего с собой не брали. Если я так крепко уснула, что ничего не слышала, отдых мне действительно нужен.

Ко мне подошел Рыжик и начал обтираться об ноги.

Мяу, – сказал многозначительно он.

Да, живем теперь тут, пойдем дальше спать?

Мур – мяу, – ответил он мне.

Мы с тобой понимаем друг друга с полуслова.

И Рыжик подмигнул мне. Интересно он заметил перемены в доме, или ему все равно.

Ну, что ребята пойдемте дом обследуем, много тут интересного появилось. И я думаю, что это не просто так. Все не зря на свете происходит.

И мы начали с первого этажа. Кухню я уже хорошо изучила. Тут вроде бы ничего значительного и важного нет. Оставалась ещё гостинная, что-то похожее на кладовку. Раньше не было подвала, может сейчас появился. Правда на что здесь подвал, прятаться от кого.

Я зашла в кладовую. Чего здесь только не было, неужели это Нина столько запасов сделала. На полках вдоль всех стен были расставлены банки с разными соленьями и вареньями, висели сушеные грибы. Все было систематизировано и никакой пыли.

Подо Мной скрипнул пол, а вот чего полы то такие старые и скрипят. Неувязочка какая-то. Смотрю на пол, и немного шевелю ногами. Половицы так хорошо скрипят. А одна как будто отходит, я с легкостью ее убираю, а за ней еще несколько. Под ними, пустота и темнота. Кажется, что дна нету совсем. Страшно просунуть туда руку, но я все же это делаю. Глубоко, очень глубоко, нащупываю, что-то мягкое, и достаю. Это очень старое детское одеялко, точно не мое, я свое помню, мама его сохранила и все время показывала мне его. А это очень старое, и как оно еще целое осталось. В нем замотаны детские вещи. Деревянная игрушка лошадка, пустышка и крестик.

Я замотала все обратно и положила на место, потом спрошу у Нины, может она, что знает.

Здесь в кладовой мне стало душно и закружилась голова, и я быстренько вышла во двор. За мной следом пришли Рыжик и Рикки. Стояла ночь, но видно вокруг было очень хорошо из-за яркой луны. На дереве мне даже удалось разглядеть сову, мне показалось что она смотрела прямо на меня.

Ладно, ребят подышали воздухом, пошли в дом, спать. Время сна, несмотря на то что мы столько проспали.

Сон долго не шел, но все же через полчаса мне удалось заснуть.

Утро меня разбудило солнцем, которое светило прямо мне в лицо. Это ж сколько я опять проспала.

Видимо беременность, гормоны сказываться. Ох уж этот женский организм. Малышка пнула меня в ответ несколько раз, видимо слышит мои мысли и отзывается. “Да, это я, нас сейчас двое, поэтому и спать мы будем как двое”.

Октябрь 2019

1 октября пришло быстро и незаметно. Я не с кем не общалась. Просто жила, гуляла, готовила и проводила ревизию дома. Который с каждым днем открывался мне все больше и больше.

Дом менялся на глазах, каждое утро. И моя татуировка мне это сигнализировала. Подходя к какому-либо участку дома, я начинала ощущать свой кипрей. Он то чесался, то горел, то светился.

Мне не очень хотелось в это все верить, и казалось все не взаправду и сказкой. Но если учесть все мои приключение, то уже возможно все, что происходит.

В доме появилась стиральная машина, некоторые бытовые приборы, телевизор и компьютер. Это не мог кто-либо принести. Каждый вечер я обходила дом, и закрывала все двери.

Надеюсь дом не позовёт мне не прошенных гостей. Зачем в нем столько комнат для меня одной. А дому нравилось, что я здесь живу, он подстраивался именно под меня.

Погода с каждым днем ухудшалась и становилось холоднее.

Нина с мамой не торопились ко мне. Может они вообще про меня забыли. Но мне не хотелось идти к ним. Настолько хорошо мне было здесь с Рикком и Рыжиком. Мы жили в своем ритме.

Я несколько раз пыталась отыскать тот дом, где провела в заточении почти месяц. Но каждый раз приходила не туда.

Пещеры тоже не встречались на моем пути. Ничего похожего на то что было в 1953 году. Даже развалин никаких. Казалось даже лес другой какой-то

Неужели так все изменилось, должно же что-то остаться или тут поработали смотрители. Им то оно зачем.

Это утро было солнечным и мы проснулись только, когда солнце взошло уже высоко. Я стала больше спать, даже днем меня клонило вздремнуть.

Еда мне настолько наскучила, что готовить не хотелось. Тянуло на бургеры и газировку. Всего этого у меня в наличии не было. Что-то подобие бургеров я могла сделать, а уж газировку никак.

Может все таки сгоняем к нашим в поселок, а ребят?

Рыжик потянулся, взглянул на меня и пошел по своим делам. А Рикку было не до моих слов, ему не терпелось побыстрей погулять.

Я не стала завтракать, но напекла блинов, заварила какао и перелила его в термос, и мы с Рикком направились в с гости к маме и Нине.

Середина октября, а было еще очень тепло и солнечно. Хотелось свернуть горы, ну или сделать, что-то такое эдакое, безумное.

Вот в таком расположении духа мы и пришли в поселок. Как-то было очень тихо, может быть все жители уехали на работу.

Мы подошли к дому и постучали, можно было конечно и так войти, но я по привычки все же постучала.

За дверью ничего не было слышно. Спят что-ли ещё, сколько можно. Наверное все же в город уехали. И что нам теперь делать, устроили понимаешь ли сюрприз.

Давай, дружок, тогда завтракать. Не будет им блинов, сами съедим.

И мы разместились на лавочке у дома, и от души наелись.

Прошло уже часа два, а никто так и не появился.

Ладно придем после обеда, пошли домой. Что здесь сидеть бестолку.

И мы зашагали к лесу, под ногами треснула ветка и переломилась, Я отскочила от нее как от змеи, и посмотрела на дом.

Нет, Рикки все таки я загляну в дом и посмотрю, так просто для успокоения совести. Пошли, мы просто на минуточку войдем. В конце-концов Нина мне как родная, я думаю ругаться она точно не будет.

Я зашла к дому со стороны двора, калитка туда была всегда открыта. И направилась к погребу примыкаемому прямо к дому. Как-то мы с Ниной туда спускались и там была дверь ведущая в дом, она никогда не замыкалась.

В погребе горел свет, и я спустилась туда по уже довольно обветшалой лестницы.

Как бы мне тут не навернуться со своим животом. И зачем я сюда лезу. Сидела бы у себя в домике и открывала его загадки, так нет же поперлась сюда. Все у них хорошо, уехали наверное в город за продуктами. Так все нормально, успокойся, дыши глубже, надо проверить, что все хорошо. Ничего с тобой не случится, если бы было суждено случиться уже давно бы случилось. Иди, иди, вот она дверь. Так, а почему она закрыта.

Дергаю сильнее, но дверь и не думает поддаваться. Ну, же давай, ты должна быть открыта. Еще и еще, и наконец она приоткрывается, и еще несколько усилий и она открывается достаточно, чтобы я могла пролезть.

Впереди витая лестница, и кто тут такое настроил. Поднимаюсь по ней, опять дверь, но на этот раз она поддалась быстрее, чем первая.

И я наконец-то в доме. Все убрано и чисто, захожу в комнату. Мама и Нина лежат на своих кроватях и как будто спят. Подхожу к маме, и пытаюсь её разбудить. На лице никакой реакции безмятежность и спокойствие, дыхание слабое, но есть. Я тормошу ее сильнее, но ответа нет, она также продолжает спать. Рикки начинает гавкать, как бы помогая мне их разбудить. Подхожу к Нине, там ситуация такая же.

Они живы, но не просыпаются.

Иду на кухню, там ничего такого, что мне бы дало ответы на это все. Посуда помыта, мусора нет. Все чисто. Что они тут генеральную уборку, что ли делали. Так все блестит и сверкает, ничего лишнего.

Рикки заскулил, и начал рыть лапами около холодильника.

Рик, перестань, хватит нервничать, что с тобой?

Но он не унимался и продолжал рыть.

Что ты тут нашел? А? Тут же нет ничего.

Из под холодильника, что-то сверкнуло. Просовываю руку и достаю кольцо, очень знакомое кольцо. То самое с которого все и началось. Я уже и не помню как оно исчезло.

Татуировка сначала зачесалась, а потом заболела, как будто от раскаленного железа. От боли я выронил кольцо, а Рикки подхватил его и понес в комнату, где лежали мама и Нина.

Я побежала за ним, чтобы отнять кольцо. А он положил его рядом с кроватью мамы, и заскулил.

Через секунду мама зашевелилась. А Рикки взял кольцо и отнес к кровати Нины, та тоже через несколько секунд начала приходить в себя. Мама уже в это время сидела на кровати, и смотрела по сторонам, ища на чем бы остановить свой взгляд.

Мам, все хорошо? Что произошло? Почему вы не просыпались?

А мы не просыпались? Ты что-то путаешь. Мы легли спать как обычно и проснулись вот сейчас. Меня как будто что-то вытолкнуло из сна, и сейчас я немного дезориентирована. Что ты тут делаешь?

Я решила вас проведать. Узнать как вы. Прихожу, стучу, а вы не отзываетесь. Хотела уйти, подумала, что вы куда-то уехали. Но вернулась и нашла вас здесь спящими. Вы не просыпались. А Рикки нашел на кухне вот это кольцо. Как только он принес его вам вы сразу зашевелились и проснулись.

Да, быть такого не може, – Нина тоже начала приходить в себя, и не могла поверить в случившееся.

Ну, если бы у меня был телефон я бы вам записала и показала, все что тут происходило. Знаете не так просто было попасть в дом. И почему погреб был закрыт?

Мы начали его в последнее время закрывать, оттуда звуки исходили странные и мы не могли заснуть. Вот и стали закрывать. Хотя вчера я помню его не закрыла.

И я помню, что не закрывали мы вчера, так устали, что ничего делать не хотелось. И мы рано легли спать, даже посуду не помыли.

Да? А на кухне все чисто, и вообще везде чисто и прибрано.

Быть, такого не может, – мама вскочила с кровати, и пошла на кухню. – Нина ты только посмотри, мы же вчера тут такой бардак оставили. Хлеб пекли для всей станицы, к нам теперь все за хлебом ходят. Магазинный никто покупать теперь не хочет.

Ну, вы тут и раскрутились, я погляжу. Пока мне там дом раскрывался.

В каком смысле раскрывался?

А вы разве не замечаете, как он все время меняется? – не дожидаясь ответа я рассказала обо всем, что сама замечала.

Мне кажется это видишь только ты, потому что я не могу вспомнить, какой он был до, только то что вижу сейчас. Хотя сейчас понимаю не мог он так выглядеть в пятидесятые года, но вспомнить как было не могу.

А я его увидела только месяц назад, – подхватила мама, – поэтому вообще ничего сказать об этом не могу.

Да, и я давно замечаю, что моя случайная татуировка, часто меня предупреждает и вроде как оберегает. Но я не успеваю и нарываюсь на проблемы. Срабатывала бы она чуть раньше.

А где кольцо? Дай мне его посмотреть. Очень любопытно.

Сейчас, – я же точно положила его в карман. – Сейчас-сейчас. Это кольцо еще матери Николая. Оно мне попалось в тот день, когда я перенеслась в 1952 год.

Я точно положила его в карман брюк, но сейчас там была только небольшая дырка, которой раньше не было. Нет, я конечно могу долго ходить с дырками в карманах, но этой дыры точно не было. Я стала смотреть на полу в кухне, потом пошла в комнату, благо она здесь одна. Но ничего не было, как сквозь землю провалилось. Отодвигания мебели тоже не помогло. Я даже вышла в коридор, хотя там не была, но там тоже ничего. Вообще на полу ничего не лежало.

Говорите прибираетесь редко, а у вас вон кругом какая чистота, но кольца все равно нигде нет. То кольцо, то татуировка, то дом. Что еще, тут даже кто не верит в чудеса, начнет сомневаться.

Я очень даже верю, – Нина посмотрела на меня, и вздохнула. – только со мной они не так часто случаются как с тобой.

Мы еще все вместе поискали кольцо, но безрезультатно.

Может вы переберетесь жить ко мне? Так будет более безопасно. А то теперь я за вас волнуюсь. Что бы было если бы я не пришла? Вы бы так и лежали здесь как спящие красавицы.

Нет, – сказала мама, и поставила чайник на плиту. – Нам надо остаться здесь, ничего с нами не случится. А тебе надо быть там. Я думаю дом тебя оберегает, пока ты там никто не тронет тебя.

Я же вам блинов принесла, совсем забыла. Они остыли уже.

Давай я их с апельсинами на сковороде сделаю, как ты любишь, – и мама взяла два крупных апельсина, почистила, сняла с них белую пленку, и порезала. С блинами она расправилась еще быстрее, сложила их треугольниками. Разогрела сковороду, насыпала сахар, как только он растопился выложила блины и они начали карамелизоваться. По кухне пошел сладкий аромат.

Может у вас еще и мороженое найдется?

А помоему еще осталось, – спохватилась Нина. – вот точно, как раз нам хватит.

У нас получается праздничный завтрак, – сказала я и зачерпнула побольше мороженого. – какое мороженое вкусное, а апельсиновые блины, жалко мало я испекла. Но мне уже не лезет, а глаза хотят. Рикки, держи и тебе один блинчик, ешь. Ладно, пойду я спасибо вам, а нас дома Рыжик ждет. Он наверное проголодался, с нами не пошел, спать остался, а сейчас наверное рыщет по всему дому в поисках еды.

Давай мы с Ниной тебя проводим.

И мы все вместе пошли в лес, уже было далеко не утро. Солнце ярко светило над головой, и было так тепло, что сложно было поверить дате календаря.

Чудь зайдя в лес я распрощалась с мамой и Ниной, и зашагала к себе домой. Я не боялась, что меня кто-нибудь выследит, я знала, дом меня защитит.

Ноябрь 2019

Проваливаюсь в пустоту. Так уже было и меня это не пугает. Только обстоятельства изменились. И я не знаю, где очнусь. Раньше я тоже не знала.

Я на хожусь в пустоте и в вакууме, ничего не слышно и не видно, не могу пошевелиться. Темнота и тишина. Не чувствую свое тело. Так происходит вечность или одно мгновение.

Я слышу свое дыхание. Вдох – выдох, вдох – выдох.

И меня засасывает в воронку, и в миг вокруг меня образуется комната. Пытаюсь понять я знаю ее или нет, и в каком времени я нахожусь.

Точно не в двадцать первом веке. Но 1953 это год или нет, не известно.

Рядом только кровать, застеленная стареньким местами рваным покрывалом, стул и стол. Все ветхое и кажется сейчас рассыпется. Пол деревянный и грязный. Окно испачкано в сажей, и из него не видно, что там на улице.

Дверь, из всего здесь выделялась дверь. Мощная, мне даже на мгновение показалось, что она железная.

Подхожу к ней и поворачиваю ручку, дверь не открывается, она заперта. В надежде, я дергаю еще раз от себя и к себе, но она не поддается.

Так и что мне теперь здесь делать, глубоко беременной женщине, в запертой комнате, непонятно в какое время, стране и у кого я в гостях.

Подхожу к окну оно тоже наглухо закрыто, а что находиться за ним рассмотреть не возможно.

Я не долго думая хватаю стул и разбиваю окно, быстро отскакивая в сторону, чтобы осколки не попали в меня. Оно разбивается на тысячи мелких осколков, а в комнату прорываются лучи света.

Так значит сейчас день, что уже хорошо. Надеясь, что стул меня выдержит встаю на него и вылезаю в окно. Очень холодно, значит ноябрь все же продолжается. Почему нельзя попасть куда-нибудь в теплое время.

Одета я конечно совсем не по погоде. Спасибо хоть дождя нет и светит солнце, которое совершенно не греет.

Вокруг сплошной лес, и лес мне очень знаком, это мой дом в котором я сейчас и живу. Только выглядит он совершенно иначе и очень обветшал.

Он не похож на тот в котором я была до этого, но без сомнения дом тот же. Он опять изменился, но стоит на том же месте.

Обхожу его, и захожу в дверь, она открыта. Мне хочется узнать, какой сейчас год. Но во всем доме нет ни календаря, ни газеты, где можно было бы это узнать.

Ну, что ж дом загадка, пойду я пока узнаю, где я сейчас, а ты пока сюда никого не пускай. Договорились?

Моя татуировка сильно зачесалась, а за спиной скрипнула половица. Я резко оглянулась, но там никого не было.

Значит договорились! И кто тебя довел до такого состояния. Может подскажешь? – за спиной опять, что-то скрипнуло.

Я резко оглянулась, но там никого не было, теперь скрипнуло прямо у меня под ногами. Иду по скрипучей доске, и она заметно приподнимается. Не долго думая, я наклоняюсь, и доска на удивление с легкостью убирается. Просовываю руку, там достаточно глубоко, но моя рука натыкается на что-то бархатистое и мягкое. Достаю, это оказывается шкатулка завернутая в бархат. Она закрыта, а ключа нет.

Пытаюсь найти механизм с помощью которого его можно открыть, но тщетно.

Шкатулка тоже сама бархатистая, на вид очень старая, и потрепанная, кое-где бархат стерт до дерева. И там внутри определенно, что-то есть. Точно не драгоценности, по звукам издающимся из нее при тряске, бумаги или книги. Очень хочется открыть.

Моя татуировка перестала чесаться, а по руке пошло приятное тепло и расслабление. Мне стало так хорошо и спокойно, я дома, это мой дом, он всегда был моим. Моя малышка зашевелилась, да, она тоже чувствует, что это наш дом. Он принимает нас, а мы принимаем его. Мы можем быть здесь в безопасности и защищенности.

Нас здесь никто не найдет и не потревожит.

Улыбка расползается по моему лицу, я прям чувствую ее, шкатулка до сих пор у меня в руках. И она стала такая тяжелая, что мне просто ее не удержать и я ставлю ее на стол.

Блин, как же холодно здесь. И этот противный пол скрипит. Что это было, когда я держала шкатулку в руках?

Татуировка снова зачесалась, и стало еще холоднее. Выхожу во двор, там лето, лето в ноябре, солнце печет дай боже. А в доме мне казалось так холодно.

И так в какой год я попала на этот раз. Беременна я здесь до сих пор, вот только перспектива рожать неизвестно где меня не радовала. Дом старый, вещи в нем тоже старые, ничего похожего на 20 век нет, электричества тоже не имеется. Не могло же меня так далеко занести. И вокруг ничего нет, даже дороги. Как может дом стоять и к нему нет дороги, как-то же его строили, и кто-то же тут жил. И человек этот явно состоятельный был.

Внешне дом напоминал дворец возвышающийся посреди леса. Деревья вокруг были такие высокие, что они закрывали дом, а он и сам по себе был высоким.

Вокруг никакого забора, никаких других построек, только этот дом. Он не выглядел опустевшим, обветшалым, наоборот свеж, и как будто построен совсем недавно.

Я зашла обратно внутрь, там все так же было холодно, наверное его специально так построили, чтобы не было жарко летом.

Вот только сейчас конец осени.

Внутри хотя и старинные вещи были, но они отнюдь не выглядели старыми. Везде лежали ковры, и я все же разулась и пошла обследовать дом босиком. Мои ноги стали на такие мягкие и пушистые ковры, что мне казалось, что пола вообще нет.

Нигде никакого скрипа половиц, здесь можно прыгать и никто не услышит. Нет замков на дверях. Камины в каждой комнате, но их как никогда не разжигали.

Дом сдан в эксплуатацию, но не заселен. Такое вообще бывает. Боже, да чему я вообще удивляюсь, я тут путешествую во времени просто так, а мне видите ли дом кажется странным.

Но как же тут холодно.

Долго я здесь не выдерживаю и иду во двор. Тёплый воздух сразу окутывает и согревает. Запах здесь навевает воспоминания о прошлом. Все практически также. Как долго я пробуду в этом месте не известно, и что делать тоже. Но по моему я тут надолго. Это даже неплохо, здесь тепло, скорой зимы не чувствуется, правда в доме прям ледник, но с этим тоже можно справиться.

На втором этаже теплее, по-видимому дом сверху прогревается солнечным теплом. Опять скрипит пол, но не у меня под ногами, а внизу.

Крысы, животные или там кто-то ходит более крупный – человек. И главное это кто-то знает о том, что я здесь.

Скрип усиливается, значит этот кто-то ходит именно по тому месту откуда я достала шкатулку, может это его. Так она же там стоит, пусть берет если его, чего скрипеть.

Иду к лестнице, чтобы все выяснить, терять мне все равно нечего.

Внизу двое мужчин. Одеты в костюмы с галстуками. Такие что сложно понять откуда они. Все выглажено, безупречно. Волосы у них уложены, лица гладко выбриты. Разговаривают по русски, только я разобрать не могу.

Ну была не была, улыбаюсь и спускаюсь вниз.

Приветствую! Как жизнь? Я тут вот обитаю уже три часа. А вы кто?

Эти двое посмотрели на меня так, что мне захотелось провалиться или бежать куда подальше. Продолжаю улыбаться.

Гражданка, что вы здесь делаете, вы не можете здесь находиться. Это невозможно, – на вид мужчины были одинаковыми, но некоторые отличия все же бросались в глаза. Этот был повыше, слегка располневший с маленькими глазками, которые смотрели на меня в упор.

А что тут за место такое секретное, что нельзя быть. База военная?

Вы не можете здесь находиться, – заговорил второй, он был пониже, стройнее, но с такими же маленькими глазками, смотрел он по другому. Но так же в упор. Я старалась не сводит с них глаз и не показать, что мне страшно.

Ну, так вот получилось, раз и я с здесь. Со мной такое бывает. Ничего поделать не могу, от меня это не зависит. Может все таки расскажите, где я.

Это невозможно, – опять заладили они.

Да, что вы, хватит, возможно раз я здесь. Какой сейчас год?

Ты забыла, который год? Может ты еще и не знаешь где находишься?

Представьте себе не знаю. У меня так бывает и это не провалы в памяти.

А что тогда?

Не важно. Вам будет сложно это понять.

Ну, уж постарайся объяснить. Мы никуда не торопимся.

Я вообще-то первая начала задавать вопросы.

2020 Калужская область.

Как? – это единственное что мне удалось сказать. Они конечно не могли ответить на этот вопрос. Да и я тоже. Как и зачем я сюда перенеслась. Что мне тут делать.

Что как? – спросил тот что повыше, – мы не знаем как. Василий ты же не знаешь как?

Я нет, – ответил тот, что по видимому Василий.

А что это за дом? И что вы здесь делаете?

Ээ, нет, теперь ты отвечай на наши вопросы, – сказал тот другой.

Вам это сложно будет понять.

Мы постараемся, – ответили они хором.

Ну, окей, только долгий рассказ получится. Вкратце не расскажешь.

А мы никуда не торопимся, – ответил Василий и посмотрел на приятеля.

Ладно, сами напросились, и я им рассказал все события в моей жизни последние 1,5 года, почти со всеми подробностями. Они молча слушали меня и не разу не перебили и не задавали вопросов. Я уже начала подозревать , что они меня не понимают, и я разговариваю не известном им языке.

Кажется все. Ребят, все хорошо? Мой монолог окончен, можно выдохнуть.

Они продолжали на меня смотреть не моргая. Водичкой их облить что ли. Потом они все таки зашевелились.

В это все как-то с трудом верится, вы не писательница случайно? Тогда бы это все легко можно было объяснить.

Нет, я не писательница. Хотя вышла бы неплохая книга наверное. Основанная на реальных событиях.

Мы продолжали смотреть друг на друга. Лица у них такие как будто их в жизни никогда ничего не удивляло.

Ну, что ж тогда вам надо пройти с нами.

Никуда я с вами идти не собираюсь. Вы вообще кто такие? А?

Мы хранители.

Какие еще хранители? Что вы мне ерунду говорите. Ладно еще полиция, органы и такие всякие люди. А тут хранители.

Вы же верите в то, что рассказали. А почему не в хранителей.

Потому что я не знаю, что вы делаете.

Они переглянулись. Я делаю вдох и длинный выдох, надеюсь они этого не заметили. В доме становится как-то тепло, из ледяной избушки он превращается в уютный теплый терем. Подготавливаюсь и жду изменений, сейчас я раз-два и вернусь к себе. Мир кажется остановился. Эти двое продолжают смотреть на меня. И я стою на месте.

Все больше не могу выдерживать эту тишину.

Ребят, вы чего молчите?

Они продолжают смотреть, но так же молчат. Мир почти остановился. Я говорю, а на сколько меня слышат непонятно. Хочется, чтоб это все прекратилось, но и чтобы иногда бывало тоже. Но только иногда. А в моей жизни, что-то слишком часто, это иногда.

Я думаю, вам стоит проехать с нами Александра.

Заговорил один из этих. Все таки время не остановилось и они просто долго соображали, что сказать.

Это почему вдруг вы так решили. Никуда я с вами не собираюсь. Мне и здесь хорошо.

Здесь оставаться нельзя, этот дом постоянно меняется, неизвестно где вы окажетесь в следующий раз.

Так, а вот здесь поподробнее.

Нам нельзя разглашать секретную информацию, – опомнился один из них, и начал смотреть куда-то в стену. Не удивлюсь, если от его взгляда, в стене образуется дыра в другое измерение.

Да, вы уже, вон все рассказали. Ну миленькие, давайте рассказывайте. Я год уже кручусь в этом всем. Хоть что-то я должна узнать. И некоторыми хранителями я была хорошо знакома.

А вы знаете, я вас узнал, – сказал, тот что смотрел в стену, – про вас много слухов всяких ходит, вроде как еще с 1952 года. Только не знаю как все это происходит. Если вы были в 1952, сейчас вам должно быть много лет.

Так я же вам сейчас все рассказала, вы что забыли.

Не забыли, – отозвался другой, – просто понять пытаемся. Вы это действительно или нет. Знаете, тут такие вещи творятся, что во всем приходится сомневаться. Надо бы вас как-то проверить. Но вот с той Александрой мне бы очень хотелось встретиться. Столько слухов и легенд про нее ходит вот уже почти семьдесят лет. Еще мой дедушка, про нее много рассказывал.

Что за дедушка?

Ой, да я хранитель уже в пятом поколении. И мой дед был лично знаком с ней.

В пятом поколении, а подробности можно. Я знала что хранители, когда становятся хранителями, не стареют и живут долго, а потом передают это другим, когда время приходит. А что еще и поколения бывают не слышала. Да, конечно я многое упустила.

Давай, все же покинем этот дом, а мы вас отвезем в наш штаб.

Ну, Ок. Раз уж вы так хотите, давайте, поедим в этот ваш штаб. Что мне уже терять. Здесь все равно ужасно холодно.

Мы ходим из дома и подъезжает зеленый большой фургон и надписью “Мороженое”. Двери фургона открываются автоматически и туда заскакивает один из этих парней, тот что повыше, закрывается там, слышна речь, но не понятно о чем говорят. Проходит минута или две дверь открывается и мне предлагают пройти в фургон. Внутри он выглядит как в фантастическом крутом блокбастере, все напичкано техникой, и горят различные лампочки, несколько мониторов, которые что-то показывают. Перед мониторами расположились еще такая же парочка парней, очень похожих на вот этих моих. Они поздоровались и продолжили смотреть в свои мониторы. Фургон медленно поехал по пустой дороге.

И почему они не могут раз вот так и переместится, хранители называется, а ездят на машинах, да еще так медленно. Это же какое-то издевательство.

Мы выехали из леса, и ехали по пустынной дороги, вокруг были одни заброшенные поля. Через минут двадцать показалось на горизонте очертание домов и города. А еще через десять минут мы подъехали к двухэтажному дому, на вид ему было больше ста лет. Перед нами высокая лестница без перил, а кто делает такие лестницы, это разве красиво или удобно. Хорошо, что я не одна и могу спокойно подняться по этой лестнице.

Снаружи дом выглядел небольшим, а внутри оказался просто огромным. И опять лестницы. Лучше бы лифт поставили.

Мы поднялись на второй этаж и прошлись по длинном коридору до большой комнаты, наверное используемой для переговоров. Никаких стеклянных перегородок, все очень масштабно и солидно. Садимся в большие зеленые кресла и кого-то ждем. Все уж очень молчаливы, да, и мне особо не хочется разговаривать. Сейчас послушаю, что они мне расскажут. Может, что интересно наконец-то узнаю. Прошло минут пять никто не появился, мне уже немного это стало раздражать. Но как только я решила об этом сказать, одна из дверей открылась и вошли двое, мужчина и женщина, одинакового роста и практически одинокой одежде. Может это у них униформа тут такая.

Приветствую! – сказала женщина, поставила кружку с кофе на стол и села в кресло. Мужчина ничего не сказала, всем кивнул и стал позади кресла женщины. – Я так понимаю, вы заявляете, что вы та самая женщина из пятидесятых годов, которая появилась, а потом опять исчезла?

Ничего я не заявляю. Я просто рассказала этим двоим свою историю. Они спросили, я сказала. Я не на что не претендую. Я это я. И мне как-то не очень важно, что вы думаете.

Понятно, – она взяла кофе, сделала глоток и поставила обратно. Посмотрела на всех, поджала губы и продолжила, – как вы появились в этом доме? Вы первый раз там? Вы знаете, что это за дом?

Что-то вы много задаете вопросов. Я что преступница и на допросе? Я вам и так много рассказала, а вы как-то не торопитесь рассказать мне. Тогда я не успела у таких как вы узнать более. А сейчас я хочу, чтобы вы мне рассказали, про то как все это устроено.

Простите, – ее взгляд изменился, она опустила голову, потом снова подняла, – Но все же ответьте на мои вопросы. Для нас это важно. Я заведую сейчас этим центром, и хочу обеспечить безопасность моим сотрудникам и вам.

А мне зачем? Я сама по себе. За меня не беспокойтесь, справлюсь как-нибудь.

Мы хранители, как вы уже знаете, и призваны обеспечивать безопасность всех живущих на земле.

Что-то это не очень заметно. Сколько на на нашей земле всего происходит, воины, катастрофы, и всякое такое. Где же здесь безопасность. Я по крайней мере ее не ощущаю.

На это мы не можем влиять. Мы охраняем мир от других вторжений. Не совсем естественного происхождения.

Все с вами ясно, спасибо, я пошла.

Куда вы собираетесь?

Не ваше дело.

Лицо у нее вытянулось, а губы сжались и их практически не было видно. Мне даже показалось, что она интенсивно задышала.

Мы не можем вас вот так отпустить.

Как так? Я свободный человек.

Да, безусловно. Но мы можем вам помочь.

Скажите пожалуйста, и как же и зачем?

Ну, вы же не знаете как вернуться обратно. А мы можем разобраться и помочь это сделать.

И как вы это сделаете? Может в следующую секунду я и сама вернусь.

Не вернетесь.

Вы уверены? – так это уже становится невыносимо и интересно. Может это они и виноваты в этом скачке и моем появлении здесь. Вообще не пойми где. Какая-то параллельная реальность. Господи что со мной происходит. Может быть я сошла с ума и мне все это только кажется, а я себе спокойно лежу в какой-нибудь психиатрической больнице, мне там нос вытирают, у меня слюни капают. И все это только в моем воображении. И так пауза затянулась, что я за это время успела о стольком подумать.

Да, я уверена. Понимаете, – ее голос вырвал меня из моих мыслей, у меня даже голова закружилась. – Понимаете.. Тут у нас кое-что произошло, и возможно это мы виноваты, в скачке во времени, и что мир немного исказился. Вы наверное сейчас не очень понимаете, и думаете, что вы в каком-нибудь параллельном измерении, но это не так.

Она встала и включила монитор на стене. На нем начали быстро меняться картинки. Потом на экране появилось фото домика в лесу. Фото тех событий которые происходили после возвращения из прошлого, потом фото того периода который я жила в прошлом.

Как это возможно? Откуда?

Ну, понимаете, мы хранители. И вот … мы так можем. И еще когда на Земле случаются магнитные бури, то происходят пока необъяснимые явления. Я подчеркну, что только пока, мы работаем над этим. Вот такие как например ваши перемещения во времени и пространстве. Это происходит далеко не всегда, не совсеми, и не так заметно. На это влияют и другие обстоятельства. Вот сейчас вы не перенеслись во времени, а только в пространстве, но и пространство изменилось. Через какое-то время все станет как раньше, правда это время всегда разное.

Знаете, еще год назад я могла бы сказать, что вы несете полную чушь. Но сейчас я склонна вам верить. Как вы это узнали?

Все просто и сложно, физика, химия, вычисления. Долгие годы наблюдения. Правда в этот раз как-то все не так. Но эти процессы все время отличаются. И почти без какой-либо систематичности.

Как думаете, надолго это сейчас?

Мы так не предполагаем, но все же мы хотим вас переправить, по возможности в то место, где вы были перед тем как началась магнитная буря. Вы можете нам описать это место, возможно оно сейчас не так называется и выглядит не так.

Давайте я покажу на карте.

Через пять минут мне принесли карту, как-то непривычно пользоваться бумажной картой, когда есть компьютер, смартфоны и прочие гаджеты. Но как мне сообщили в целях безопасности они редко прибегают к таким устройствам. Карта не только была бумажной, но еще очень странная, потребовалось полчаса, чтобы с ней разобраться, а потом и найти нужное место.

У хранителей оказался свой аэродром и несколько самолетов, на одном из которых мы и полетели до моего дома в лесу. Он был совершенно другой, даже трава и деревья другие. Не новые и не старые, просто, необычные и другие. Как это ему удается, и много ли таких домов в мире.

А вы не выясняли откуда появились эти дома.

Пробовали, но пока безрезультатно. Они существуют очень давно, много веков, еще до появления хранителей. Если бы мы встретились с вами в другое время, я могла бы вам показать нашу летопись, более правдивую, чем та история которая изучается в школе.

Тогда я надеюсь найти вас как только вернусь обратно.

Было бы не плохо. Очень хотелось бы с вами посотрудничать и узнать больше про тот год, когда вы были в прошлом.

После этого разговора мы обе замолчали, и в основном всю дорогу не разговаривали. Самолет доставил нас в ближайший аэропорт, а дальше нас ждала машина и мы доехали до моего дома. Точнее доехали до лесу, а дальше машина проехать не могла и мы пошли пешком.

Дом сейчас не выглядел большим и помпезным как раньше, а был маленьким и почти развалившимся. Внутри все было опутанно паутиной, казалось что пауки просто огромного размера.

Мы не знаем как происходит перемещение и когда, в ближайшие сутки будет очередная магнитная буря.

Вы можете ехать по своим делам, думаю я справлюсь здесь и сама.

Вы уверены? Как-то тут мрачноватенько.

Да, все в порядке. Этот дом особенный для меня. Когда по вашим прогнозам будет магнитная буря?

Завтра в пять утра. Все может произойти в пик активности, а на спаде. Это по нашим прогнозам.

Там, значит еще у меня есть двенадцать часов времени или около того, просто замечательно. Осталось только выдворить этих восвояси и можно даже передохнуть и поспать. Кровать здесь конечно так себе, но я могу проснуться уже в своей, или еще где конечно. Так Саша не надо пессимизма, все просто замечательно. Вон ты сколько всего узнала.

Ну, мы тогда пойдем. Раз вы считаете, что справитесь сами.

Да, спасибо вам огромное за все!

Они ушли. Я пошла на кухню, если это помещение можно назвать кухней. Там не было ни плиты, и ни раковины, но посередине стоял круглый стол и пара стульев. Была бы тут хотя бы скатерть самобранка, раз и тебе блинчики сами появились, есть очень хочется. Надо было попросить у этих хранителей, но уже поздно.

Дом был деревянный, и на вид очень старый, но ни одна половица не скрипела. Можно было топать как слон, а звука не было. Все очень чисто, хотя и выглядит старым. Даже подобие дивана, который стоял в углу, был без пыли и грязи. Жил ли здесь кто-нибудь. Или этот супер-пупер дом так все искусно меняет, или это вообще все галлюцинации.

Меня начало клонить в сон, и этот диван, как нельзя лучше подходил для того чтобы прилечь. Нет еды, так хотя бы посплю хорошенько. Подушек, одеяло или постельного белья в доме тоже не оказалось. Хорошо что хотя бы тепло, и я проваливаюсь в пустоту, почти как при перемещении, наверное я настолько устала сегодня, что сон меня просто спасает.

Резкий толчок и я подпрыгивают на диване, я же только легла, что меня могло так резко выбросить из сонного плена.

Сижу я уже не на диване, а на своей кровати в прежнем доме, как и день назад. О боже, что так быстро и просто. Я же только легла и магнитная буря должна была быть только утром.

Часы показывали восемь утра. Так я же не могла проспать столько. Вчера было только шесть вечера.

За окном раздался стук, ветки деревьев бились в окно, там был настоящий ураган. Еще позавчера был теплый ноябрь, а сейчас буря, снег и холодно. Выйти на улицу не представлялось возможности. Самое время напечь блинов и заварить чаю. Благо Нина мне его всякого наготовила. В холодильнике у меня оказалась даже сметана.

Приготовление блинов заняло два часа, часть блинов я завернула с картофелем и грибами, а часть с тофу и изюмом.

Декабрь 2019

Ноябрь пролетел без происшествий. Зима окончательно утвердила свои права. Как выпал снег, так и больше не сходил, что не характерно для юга России. Хорошо дом был теплый и хорошо отапливался. Правда, я все чаще стала ночевать у Нины с мамой, тяжело стало справляться одной в лесу.

А к середине декабря я и вовсе переехала к ним, пока не родится малышка не хотелось рисковать.

Мы во всю начали готовиться к новому году. В станице намечалось большое празднование, а потом еще и Рождество.

Дни летели незаметно. Казалось на Земле нет проблем, а я живу в зимней сказке. Единственное что бывает тревожит это сны, от которых я резко просыпаюсь и больше не могу уснуть. Я их даже начала записывать, чтобы понять и найти в них смысл.

***

“Я спускаюсь с вокзала в туннель, раньше он был не такой. Появилось много новых разветвлений, там потолки низкие и трудно идти. Везде, что-то продают, стены туннеля разрисованы граффити. Вот наконец я нахожу выход, но выбраться не так просто, все огорожено и надо пробираться через небольшую щель.”

“Растения продолжало выстреливать в меня свои иголки. Они были повсюду на моем теле. Как только я шевелилась, я получала новый заряд игл, и не успевала их удалять.

Наконец я выбралась из этого куста и начала все это вытаскивать. Боже как же больно было.

Чтоб я ещё раз, да никогда в жизни.”

***

После этих неоконченных снов засыпать уже не хотелось. Я вставала и начинала писать, сначала о том годе, когда я прожила в прошлом, потом в так называемом настоящем. Потом начала записывать все истории, которые когда-либо слышала. С каждым днем я писала все больше и больше. Мне уже не надо было увидеть непонятный сон, чтобы встать и писать. Я забросила йогу и зарядку, холодный душ по утрам, а все время писала.

Январь 2020

Она ворвалась в нашу жизнь стремительно и без поворотно. Четко поставив себя в этом мире. С первых секунд ее рождения она сказала этому миру, что она здесь. И здесь её ждали. Маленькая и розовая она кричала пока ее не приложили к груди. Наша пуповина ещё пульсировала. Она была такая чумазенькая и славная. На улице в это время продолжал бушевать буран. Где-то заметало снегом, а где-то все выдуло, и оставалась голая земля. 1 января. Новый год. 2020. Мы в маленьком поселке, где даже фельдшера не нашлось. Но мы справились и она родилась. Моя дочь. Эмили.

Мы практически не расстаемся с ней, у меня все хорошо. Я быстро восстанавливаюсь.

А Эмили хорошо кушает и крепко спит.

Я наслышана про первые дни месяцы после рождения ребенка, но у меня все по другому.

Откуда-то столько сил и энергии. Эмили практически не беспокоит, крепко спит всю ночь и никаких кормлений ночью. Весь январь мы только, что и делали, как гуляли и спали, ели. Зима начала переходить в весну, при том что был только январь.

В поселке нас уже знали и угощали местной едой, ее было так много, что ходить в магазин практически не надо было.

Я наслаждалась каждой минутой, поэтому сложно было сказать дни летят или тянуться. Эти просто были, день за днем.

Февраль 2020

С первых чисел февраля уже во всю была весна. Снег растаял, и везде было много грязи. Но это было незабываемо. Хотелось так жить вечно.

Мы стали иногда выезжать в город. И там гулять.

Каждую субботу здесь организовывали рынок товаров со всех станиц, не только продовольственных, но и изделий ручной работы.

Мама научилась вязать и продавала свои работы.

Местной газете понравились мои рассказы, и они предложили мне вести колонку в еженедельной газете. После пары публикаций меня уже стали узнавать на улице и спрашивать, когда же будет продолжение.

Получалось писать по главе в неделю. Как раз этого хватало для каждого выпуска газеты.

****

Просыпаюсь как обычно в свое время. Все еще спят, а я сажусь за печатную машинку. Купить ноутбук у меня пока нет возможности, а соседка мне отыскала на чердаке старинную немецкую машинку, с русским шрифтом. Вот так в детстве я мечтала писать свои книги.

Она так здорово стучит своими клавишами, надеюсь я никого не разбужу и у меня будет время, написать все, что вертится у меня в голове. Немного изменяя и приукрашая, наверное, я пишу свою историю.

Доброе утро!

О мама, привет, Доброе утро! Ты чего так рано встала.

Да, спина, что-то болит, проснулась и не могу уснуть. А ты пиши-пиши, не буду тебя отвлекать.

Да, ты не отвлекаешь. Все нормально. Хочу записать свой сон в качестве одной из главы.

Что за сон? К тебе вернулись сны?

Да, уже неделю снится один сон, но каждый раз концовка разная. Или обрывается ни на чем.

И тебя он тревожит?

Нет, просто так. Ничего не вызывает. Но мне хочется ложится спать, чтобы досмотреть его. А он не кончается.

Может допишешь его сама? Он и кончится?

Как-то он не очень вписывается в мою историю. И не про меня он.

Саш, пиши давай. Меньше раздумывай, уже б написала и дело с концом.

Ладно, ладно. Сейчас попробую написать. Все хорошо. Мам, иди тогда.

Ушла уже. А ты пиши.

Ох, уж эти мамы. Пиши им видетели. Думают это так просто, раз и написал.

Сон действительно не выходил у меня из головы. Мне давно не снились сны, тем более такой, в деталях, с неизвестными мне людьми. Раньше после таких снов всегда что-то происходило. Не совсем так как во сне, но отражало сон. Сейчас я начинаю думать, что может быть это был и не сон совсем, а я опять проваливалась в какое-то время. Может я уже не разделяю, где я и все как во сне. Но я точно каждый вечер ложилась спать и просыпалась на каком-нибудь участке сна.

Во сне я маленькая, мы с мамой идем в цирк зимой, много снега, дорога уже утоптана и прекратилась в каток, но мы идем, скользко, а идти еще далеко. Мы подходим к зданию, впереди лестница, вся блестит, и мы поднимаемся по ней, а я не могу дальше идти, у меня ступор от страха. А мама поднимается дальше и идет без меня. Иногда во сне я спускаю обратно вниз, иногда так и стою, мама никогда не оглядывается, а идет дальше. Как только мой страх достигает предела я просыпаюсь.

И так практически каждую ночь.

Март 2020

Утро началось с плача. Эмили проснулась в 4 утра, и плакала без остановки. Я попробовала ее покормить, она умолкала на пару секунд, а потом продолжила свой плачь. Все возможные рекомендации в этих случаях не помогали. Она затихала, как будто прислушивалась и продолжала плакать.

Я вынесла ее на улицу, свежий весенний ветерок немного начал успокаивать ее, и она уснула. Я присела с ней на качели, и так мы вместе с ней опять заснули.

Первой проснулась я, когда солнце уже давно взошло и начало бить в глаза. Мы зашли в дом, я положила Эмили в ее корзинку на кухне, а сама принялась готовить завтрак.

Эмили недолго думая проснулась, и мы присели с ней в кресло кормиться. Через пятнадцать минут, она довольная отвалилась и заулыбалась.

А я положила ее в корзинку, и принялась за свой завтрак.

У нас сегодня много дел с Эмили. Она конечно сама не будет ничего делать, но надеюсь она будет поддерживать маму.

Апрель 2020

Сегодняшнее утро было сырым и холодным как будто осень пришла, а не весна. Вставать не хотелось. Но я все же встала и села писать. Как быстро это стало для меня медитацией и радостью. Я даже боялась потерять эти утренние часы, когда я могу просто сесть и писать. Следить как за словами появляются предложения, а потом абзацы, главы и рождается целая история. Я давно не путешествовала во времени. И моя татуировка молчала.

Можно было радоваться, а меня это тревожило. Все это я переносила на бумагу.

Май 2020

Май выдался таким жарким. Мы с Эмили каждое утро вставали рано и шли в лес к реке. Пока она кушала я сидела на берегу и просто смотрела как бурлит поток реки. Не смотря на теплую погоду, вода в реке была очень холодная.

Там проходило около получаса и мы возвращались обратно в дом.

Я снова садилась за написание своей книги. Это уже не просто главы в газете. Это история. Моя история.

Сегодня было как раз такое утро. Теплое, солнечное и весеннее. Давно мы не пекли блинов и первая мысль у меня была хочу блинов с маслом.

Но только сделать их самой, как раньше. Боже, я наверное блины не ела больше года. Это было когда-то в той жизни и не со мной. Аппетит у меня уже разыгрался, и я чувствовала запах блинов, и вкус.

Как только первый блин разлился по сковородке, в кухню вошла мама.

Чем это так вкусно пахнет? Ты чего встала, я бы сама приготовила.

Я сама хочу. Прям, проснулась утром с мыслью хочу блинов.

Соседка как раз вчера принесла сливочное масло.

Круто, блинное утро начинается.

Июнь 2020

Он появился так внезапно, что было ничего не сделать. Убежать некуда, помощь тоже не попросить. Я бегала от него почти год. Но убежать так и не удалось. Он просто открыл дверь и вошел.

Здравствуй!

Привет!

Покажи мне ее, – он смотрел на меня, и мне показалось, что это тот самый мой Николай, которого я знала.

Еще чего, иди туда откуда пришел. Ты нам не нужен. И забудь про нее.

Ты не понимаешь.

Чего я должна понимать, то что ты хочешь нас уничтожить. А мы хотим жить.

Я никогда не хотел вас уничтожать. Все совсем не так.

И как же? Скажи мне!

А ты хочешь услышать, – он не смотрел на меня, а озирался по сторонам и казалось осматривал помещение. Он что-то не договаривает, пытается соврать, или просто не может смотреть на меня. Хотелось бы второе.

Я очень хочу услышать. Услышать все, чтобы все эти годы, как ты жил, как стал таким. Что у тебя на уме. Мы когда-то любили друг друга. Если ты помнишь.

Сейчас ты меня не любишь?

Я оставлю этот вопрос без ответа. Прошу тебя не спрашивай меня.

Она очень красивая, наша дочь. Если бы я все эти годы знал, знал с самого начала. Все могло бы быть совсем иначе. Хотя я бы возможно и не дожил и вообще бы тебя не нашёл. Мы же не можем знать, да? Что было бы если. А очень хочется.

Николай, это еще ты?

Тут он наконец-то посмотрела на меня. Эти глаза, лицо, волосы.

Не знаю, что-то наверное осталось. Я не могу рассказать тебе всего, ты не поймешь. Когда ты исчезла…

Прям, как в мелодрамах. Я такой весь таинственный, я не могу сказать. Но ты должна мне верить и понять.

Я не прошу тебя мне верить и понять. Я нашел тебя не для этого. Мне надо попрощаться с тобой. Меня скоро не станет. И я хотел увидеть тебя и малышку в последний раз.

Что с тобой? Ты болен?

Не совсем. – он не смотрит на меня, а куда-то в сторону. Что мне еще от него ждать. Какие уловки он придумает в этот раз.

Эмили заплакала, и он подошел к кроватке. Берет ее на руки. И она прекращает плакать. Они смотрят друг, ее взгляд такой осознанный. Он кладёт ее обратно в кроватку, и она засыпает.

Ты все когда-нибудь узнаешь. Прощайте. Я не буду больше вас преследовать. Да и это уже не возможно.

В одночасье ничего не стало видно, клубы дыма все закрывали и было невозможно ни встать ни увидеть.

От отчаяния я закричала:

Эмили!

Конечно же полугодовалый ребенок не мог мне ответить и найти меня. А я кричала и кричала.

С трудом слыша свой голос, где слышался шум вертолетов и вой полицейских машин. И непонятный гул, доносившийся со стороны леса.

Мне послышался плач, плач Эмили. Нет, он мне не послышался, я его слышу.

Эмили!

Плач стал более четким. Жива. Она жива, значит все хорошо. Моя девочка жива. Тут я вспомнила про маму и Нину. Их я не слышала.

Мама, Нина вы как? Где вы?

Вокруг наступала тишина и пустота. Татуировка и с кипреем начинает сильно чесаться, и переходит в боль. Я проваливаюсь в пустоту, уже такую привычную пустоту, слышу плач Эмили, она рядом со мной. Значит мы вместе, в прошлом, или в будущем уже не важно, главное вместе.

Закрываю глаза и наслаждаюсь этим моментом, когда я их открываю я лежу на кровати в маленькой комнате рядом детская кроватка в которой лежит Эмили.

Кажется я не могу пошевелиться, но через пару минут, силы возвращаются ко мне и я встаю с кровати. Подхожу к Эмили, она спокойно спит в своей кровати. Понимаю, что неизбежно я опять в 1952 году.

Все начинается с начала, или опять переписывается история.

С каждым разом становиться интересней, что же будет в этот раз.

Июль 1953

Завтра день, когда я попала в этот мир, мир прошлого. Интересно как бы всё сложилось если бы это не произошло. Всё же меняется мир в будущем если попадаешь в прошлое. А может в прошлом всё так было и задумано.

Тепло июльское утро. Жарю блины.