Czytaj książkę: «Большая книга велосипедов»

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.)

Научно-популярное издание

Для среднего школьного возраста

Перевод с нидерландского: Александра Шитикова

Издано при содействии ООО «Спортмастер»

Главный редактор «Альпина. Дети»: Лана Богомаз

Руководитель проекта: Ирина Останина

Художественный редактор: Аля Щедрина

Литературный редактор: Ольга Дергачева

Корректор: Анна Гасюкова

Компьютерная верстка: Ольга Макаренко

Леттеринг: Аля Щедрина, Илль Кривалева

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© 2020, Lannoo Publishers, For the original edition.

Original title: Het fietboek.

Alles over de beste uitvinding ooit.

Translated from the Dutch language www.lannoo.com

© ООО «Альпина Паблишер», 2024

* * *

МОСКВА И МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ

В Москве и Подмосковье найдется множество интересных и живописных маршрутов на любой вкус и уровень подготовки. Можно прокатиться по центральным паркам и набережным столицы. А можно забраться подальше и устроить велопрогулку по лесному массиву Лосиный Остров. Или покататься в окрестностях Звенигорода – среди пейзажей, которые вдохновляли художника Исаака Левитана и писателя Михаила Пришвина, живших здесь. За красоту видов эти места называют «подмосковной Швейцарией». Маршрут проходит от деревни Барвиха до Саввино-Сторожевского монастыря в Звенигороде. Общая протяженность – 41 км, но каждый волен выбрать интересный отрезок себе по силам. Среди новейших подмосковных маршрутов – благоустроенный участок вдоль канала имени Москвы: 56 км от Яхромы до Дубны. Он входит в «Вело1» – строящуюся велотрассу между Москвой и Санкт-Петербургом.

С МОРСКИМ ВЕТЕРКОМ

Финский залив или Балтийское море? И то и другое! Побережье отлично подходит для комфортной езды, особенно в жаркий летний день. Первый вариант – петербургский: от Финляндского вокзала до станции Курорт, а дальше – по одному из прекраснейших веломаршрутов вдоль Финского залива. Можно закончить в любом населенном пункте и вернуться электричкой. Второй вариант – калининградский: или по Балтийской косе, или по велодорожке от Зеленоградска до Светлогорска. Бóльшая часть пути лежит вдоль моря.

Предисловие

Лучшее изобретение в истории человечества

Многие изобретения могут побороться за титул лучшего в истории. Колесо, например. И очки. И карандаш. Мороженое в вафельном стаканчике. Смартфон. Видеопленка. Стул. Плюшевый мишка. Подгузники. Школа. Что? Да-да, она самая. Компьютерные игры. Лампа. Интернет. Книга. Список бесконечен. Тут, конечно, есть о чем поспорить. Но зачем, если существует одно изобретение, которое уверенно выйдет в победители? Это велосипед. Когда в 1817 году появилась первая его версия, люди распахнули от удивления рты – и с тех пор так и не закрывали. Ведь прежде никто и подумать не мог о том, чтобы вот так, друг за другом, катиться на двух колесах! Причем катиться очень быстро благодаря силе мышц. И к тому же преодолеть гравитацию и добиться удивительного равновесия. Велосипед наполнил нашу жизнь новым смыслом, задал ритм и направление: вперед, вперед!

Стоит освоить езду на велосипеде – и ты уже никогда не разучишься это делать. Ему не нужно топливо. Он не загрязняет природу, почти не занимает места и будет с нами, пока существуют круглые колеса. Или даже овальные. Велосипед дает своему наезднику чувство невесомости. Без дорожного шума и заторов позволяет доехать до книжного магазинчика у перекрестка, а то и до самых отдаленных уголков, где можно отдохнуть в тени раскидистого дерева, опустить ноги в быструю речку или вздремнуть на свежем воздухе. Или, сидя под голубым куполом неба, почитать книгу – о велосипедах, конечно. Согласитесь, в списке изобретений книга – на втором месте. А что у нее общего с велосипедом? Они помогают человеку путешествовать и делают его счастливым.

Полцарства за коня на двух колесах

В XIX веке фабрики в Англии появлялись в бешеном темпе, одна за другой. Машины гудели и тарахтели без остановки. Требовалось все больше людей, чтобы их обслуживать. Города росли, как грибы после дождя, а перенаселенные пригороды чуть не лопались, как почки по весне. Куда ни глянь, везде люди, дома, улицы. Расстояния между жилыми и рабочими кварталами увеличивались. Работники добирались до предприятий пешком – в любую погоду, зимой и летом, без нормальной одежды и удобной обуви. У многих дорога занимала час, два, а то и больше. Фабриканты злились: на всю эту ходьбу тратилось ценное время, а рабочие в пути уставали и не могли трудиться в полную силу. Нужно было что-то менять. Причем не завтра и не послезавтра, а прямо сейчас.

Выдать каждому работнику по лошади? Нет, ерунда! Страшно подумать, сколько навоза будут оставлять животные. А как их прокормить? Где взять зерно и сено? И где держать столько лошадей – парковать их рядом с домами? Вздор! Может, использовать поезда и трамваи? Но тогда нужно проложить рельсы повсюду, а это безумно дорого и совсем непрактично.

В кузницах, седельных и оружейных мастерских, на пыльных чердаках и в маленьких цехах люди с самым разным образованием и опытом бились над решением этой проблемы. Как добираться до работы и обратно дешево, достаточно быстро и на транспортном средстве, которое не займет много места? Задача невероятных масштабов и невероятной сложности!

И тут барону Карлу Фридриху Кристиану Людвигу Фрайхерру Дрезу фон Зауэрбронну пришла в голову мысль создать стройного коня на двух колесах. Такого, чтобы легко возил человека, не ел, стоил недорого, помещался в небольшое «стойло» и двигался быстрее пешехода.

Так зародилась идея велосипеда. «Железному коню» было пора увидеть свет.

Подделки и выдумки

О первых велосипедах ходит множество легенд и фантастических историй. Например, в 1974 году один итальянский профессор заявил, что в дневниках Леонардо да Винчи (1452–1519) есть чертеж двухколесного транспортного средства со спицами, педалями, цепью и рулем. По словам ученого, первое в истории изображение велосипеда так долго оставалось неизвестным, потому что листок с ним застрял между двумя склеенными страничками. Исследователи рассмотрели чертеж под микроскопом и пришли к неутешительному выводу: рисунок сделал в 1960-е годы итальянский монах, который реставрировал книгу. Видимо, его манила карьера шутника.

Судя по витражу церквушки в Сток-Поджес – это день езды на велосипеде от Лондона, – сам Господь передал нам «железного коня» с курьером-ангелом. Жители этой деревни твердо верят в правдивость картины на цветном стекле: велосипед – это дар Божий.

В ответ ученые только смеются. Витраж древний – это правда. И в лучах солнца ясно виден посланник небес на чем-то вроде велосипеда. Вот только тут нет ничего поразительного! Дело в том, что витраж пострадал во время Второй мировой войны и его пришлось собирать по осколочкам. Стекольщики кропотливо воссоздавали средневековые изображения, но удалось восстановить не всё. Так что «велосипедист» – это просто фрагмент большой картины, которая, увы, утрачена.

А что насчет утверждений французского журналиста Луи Бодри де Соньера? Он приписывал изобретение велосипеда графу де Сивраку. По словам журналиста, еще в 1771 году граф катался на своем драконоподобном двухколесном «селерифере» по парижским паркам. Но в этой истории нет и крупицы правды. Граф Сиврак действительно запатентовал транспортное средство – но четырехколесное и на лошадиной тяге.

Практика, практика, практика!

Мы думаем, что велосипед – это легко. Ездить просто. Забираться в седло и спускаться удобно. Многие полюбили велосипед после того, как его колеса стали меньше и он приобрел более или менее современный вид. И всё же раньше взрослым приходилось посещать специальную школу, где они учились кататься – совсем как нынешние дети.

Первым этапом была выработка привычки к велосипеду. Люди садились на него, слезали, двигали руль, прикасались к велосипеду, осматривали его – в общем, знакомились с машиной.

На втором этапе ученик ездил без педалей. Просто отталкивался правой и левой ногами поочередно, двигаясь по прямой. Потом велосипед разворачивали и продолжали движение в противоположном направлении. Вперед и назад, туда и обратно.

На третьем этапе можно было использовать педали. Теперь человек учился управлять велосипедом при помощи руля. В этом ему помогали родители, братья, сестры или даже соседи, которые шли рядом и поддерживали ученика.

На четвертом этапе начиналась езда. Ну а затем – практика, практика и еще раз практика! Ведь только так можно добиться совершенства.

Нельзя разучиться ездить на велосипеде

Один опытный спортсмен однажды переделал свой велосипед так: повернешь руль направо – едешь влево, а повернешь налево – едешь вправо. Спортсмен постоянно падал, тренировался восемь месяцев и наконец научился безупречно водить свою модель с обратным управлением. Потом он пересел на велосипед с привычным рулем, где право – это право, а лево – это лево. И снова начал падать, раз за разом, но… Всего через час он ездил так же уверенно, как раньше. То, чему наш мозг учится в раннем возрасте, остается в памяти навсегда. Навыки, которые мы приобретаем позже, усваиваются более поверхностно. Так что велосипед учит нас тому, что знание не означает понимание, а понимание не означает умение. Вся сила – в повторении.

Злые духи и дьявол

Велосипед всегда производил сильное впечатление. Когда во Франции появился первый двухколесный «конь» – «дрезина», названная по имени изобретателя, – люди не верили своим глазам. На конструкции всего с двумя колесами сидит человек, не теряя баланса? Тут явно не обошлось без нечистой силы! Ведь такая езда нарушает божественные законы равновесия. И если бы только это! Чтобы сохранять вертикальное положение, человек поворачивал руль влево, когда начинал заваливаться вправо. И наоборот: подкручивал руль влево, когда падал направо. Очевидно, что это работа не просто злых духов, но самого дьявола!

Ускорение в четыре (или пять) этапов

Всю историю велосипеда можно разделить на четыре этапа. Первый – с 1814 по 1880 год. Это эпоха беспедального велосипеда, события которой разворачивались прежде всего во Франции.

С 1880 по 1914 год царил бисиклет во всех разнообразных формах и невероятных видах. Это было время удивительных открытий и инноваций: был изобретен «безопасный велосипед» и появилась цепь.

Эпоха современного велосипеда длилась с Первой мировой войны примерно до 1970 года. Рули и педали перешли из рук (и ног!) аристократов и энтузиастов в руки (и, конечно, ноги) простых людей.

На четвертом, и пока последнем, этапе развернулась битва между велосипедом и автомобилем. Двухколесный транспорт чуть не проиграл сражение, но устоял и постепенно отвоевывает позиции. Именно в этот период увидели свет новые виды велосипедов: горный, лигерад (лежачий), складной, городской и туристический.

Сейчас говорят о наступлении новой, пятой, эпохи – эпохи электровелосипеда. И эту тему мы тоже обязательно обсудим.

Глава 1
Верхом на беговой машине

БЕЖИМ, БЕЖИМ СМОТРЕТЬ – ВОН ЕДЕТ БЕГОВАЯ МАШИНА!

Уже в двадцать лет барон Карл фрайгерр Дрез фон Зауэрбронн точно знал: он найдет способ передвигаться быстрее и легче, чем на двух ногах. В этом ему должны были помочь аристократическое происхождение и ученые степени в математике и физике. Решению задачи он посвящал свободное от работы лесничим время.

Одну за другой барон собирал машины, которые отличались степенью бесполезности. Первой была четырехколесная колесница, где коня заменял человек – точнее, его ноги. Конечно же, это изобретение осмеяли. Но барон не сдался, а лишь укрепился в своей решимости.

Вскоре он представил публике свою Laufmachine – беговую машину с колесами примерно равного размера спереди и сзади, с искривленным брусом вместо седла. На этот же брус крепились оба колеса. Конструкция выглядела простой настолько же, насколько и странной. Барон долго думал, каким сделать руль, и в итоге придал ему форму арбалета со «стрелой», направленной на ездока.

Тормоза не требовались. Для этой цели отлично подходили каблуки и подошвы обуви. Педалей у транспортного средства тоже не имелось.

Начать поездку было проще простого. Наездник перекидывал ногу через центральный брус, садился на седло и начинал перебирать ногами. Отталкиваясь то правой, то левой, он разгонялся, а устав, мог поднять ноги – и машина сама двигалась вперед по инерции.

Машина для бега, а не для смеха

У нового изобретения были и существенные недостатки: неудобство, высокая цена и целых 45 кг веса. Никакого тебе комфортного седла – вместо него какая-то жесткая полка. Забираться в гору на такой машине было намного труднее, чем передвигаться по ровной поверхности. Спуск тоже давался с трудом. Если уклон был небольшим, ездок вытягивал ноги вперед. Сзади развевались черные полы фрака. Наверное, окружающим казалось, что над землей летит огромная ласточка. Ну а настоящее веселье начиналось на крутой горке. И все же «беговая машина» приобрела огромную популярность. Каждый, у кого хватало денег, стремился ее купить.

ДЕМОН СКОРОСТИ

12 июня 1817 года барон Дрез проехал 9 миль (14,4 км) между Мангеймом и почтамтом Шветцингена всего за час. Он с гордостью рассказывал о великом успехе, показывая всем патент на изобретение. О саднящих синяках на попе барон предпочел умолчать, только потирал ушибленное место.

Спасите! Вулкан!

На дворе апрель 1815 года – время непростое. В Индонезии начинается чудовищное извержение вулкана Тамбора. К небу поднимаются столбы пепла. Потоки лавы растекаются во все стороны на 40 км от жерла. По всему миру весенние дни превращаются в осенние ночи, а лето напоминает чуть теплую зиму. Земля остывает. Растения чахнут, урожая почти нет, торговля остановилась. Во всех краях царят болезни, смерть и разрушение. Проповедники трубят о скором конце света и Судном дне. На лошадей жаль смотреть: ребра так и торчат. Животные гибнут – в конюшнях, на улицах. Людям срочно нужен новый транспорт, удобный и экономичный, чтобы заменить конную тягу и возродить экономику. В этой удручающей ситуации барон Дрез фон Зауэрбронн объявляет себя спасителем: «Не бойся, человечество, я иду на помощь!»

Учимся у конькобежцев

Барон Дрез многое позаимствовал у конькобежцев. Он наблюдал, как они спускаются с ледяной горки на завидной скорости – причем на двух ногах. Передвижение на коньках было намного быстрее бега по твердой земле. Барон начал подсчеты. Скорость, как ему казалось, определялась сочетанием льда, конька, позы, мышечной силы и инерции. Что, если создать машину, приводить в движение которую будет мышечная сила – ноги человека? Барон понял, что нужно сделать, и немедля взялся за работу.

Обезьяны в костюмах

7 апреля 1818 года господин Дрез представил свою беговую машину французской публике в Люксембургском саду в Париже. Три тысячи зевак были впечатлены настолько, что по французской столице поползли слухи о настоящем железном скакуне. Смельчаки, не боящиеся сломать язык, окрестили новое изобретение «дрезиной» и «велосипедом».

Англичане сразу же увидели выгоду в новинке, но были убеждены, что существенно улучшат машину. А как не улучшить, если ее изобрели на континенте, да еще и конструктор – какой-то немец? Не бывало такого, чтобы немцы придумали что-то дельное.

В народе машину звали «причудливой лошадкой», конем для богатеньких бездельников. Упрямые немцы предпочитали именовать ее «железным ослом». А люди, говорящие на нидерландском, остановились на названии «железный конь». Неудивительно, что им понравилось и словосочетание «железная дорога» – потом, когда ее проложили.

Словно полет в космос

Железная лошадка стоила дорого. Позволить ее себе могли лишь те, у кого было состояние, а вдобавок – кипучая страсть к приключениям. Потому-то простые люди презирали техническую новинку: богачам деньги девать некуда, вот и тратятся на всякую ерунду. Еще бы, по тем временам беговая машина стоила примерно как билет для космического туриста в наши дни.

Искусство равновесия

Беговая машина не очень-то хорошо держала равновесие. Когда она разгонялась, поддерживать баланс было легко. А вот на невысоких скоростях или при торможении возникали проблемы. Многие наездники не могли овладеть техникой движения как следует. Они забывали ставить ноги на землю и постоянно падали.

ВЕЛИКИЕ СЛОВА

Гениальный физик Альберт Эйнштейн как-то сказал: «Жизнь как езда на велосипеде: нужно двигаться, чтобы не потерять равновесие». А нидерландский писатель Виллем Фредерик Херманс заметил: «Велосипед не стоит, когда на нем не сидят, и не падает, если на нем едут».

Манежи для велосипедистов

Велосипедов становилось все больше, и пришло время провести первые соревнования. Однако велосипедисты-первопроходцы состязались не друг с другом – такие гонки появились позже. Они соперничали со своими главными конкурентами – лошадьми. Двуногие существа на двухколесных машинах против четырехногих подкованных животных. Сама судьба так распорядилась. Ведь велосипед – это железный конь. А укрощать его люди учились в специальных велосипедных школах, получивших название манежей.

В 1891 году конники преодолели расстояние в 582 км между Веной и Берлином со средней скоростью в 8 км/ч. Все путешествие заняло 72 часа. Спустя два года, в 1893 году, та же дистанция была пройдена в 2,3 раза быстрее – уже на велосипедах. Поездка длилась сутки и 7 часов, а средняя скорость составила 19 км/ч. Еще какое-то время после гонки тридцать лошадей страдали от истощения. Зато велосипедисты просто сияли здоровьем, так что они победили сразу по двум параметрам.

Велосипед или конь

Лошади, конечно, не упрямые ослики, но тоже бывают с норовом. Им нужно пастись на лугу, иногда вдали от дома. Им нужно место в конюшне – много места. А велосипеды послушные, всегда готовы к поездке, им не требуются тонны овса и сена. Их легко хранить, им не нужен конюх, который скреб бы их щеткой каждый день. Они не болеют, так что вызывать ветеринара не придется. Какие еще могут быть сомнения? Производители велосипедов при любом удобном случае нахваливали свои машины. Цены на лошадей упали до исторического минимума. Конный рынок обвалился. Коннозаводчики отчаянно хватались за соломинку, но все же вылетели в трубу.

Навозный кризис

В Нью-Йорке в 1800 году проживало около 80 тысяч людей. В 1900 году их было уже 3,5 миллиона! Большинство жителей передвигались по городу на экипажах и конных автобусах. В связи с этим росло и число лошадей. Когда оно достигло 100 тысяч, ситуация стала критической.

Одна лошадь ежедневно производит литр мочи и 7–15 кг навоза. А теперь умножьте все это на 100 000! В газетах начали писать, что «Большое яблоко» (так называют Нью-Йорк) протухло, раз оно так жутко воняет. Чудовищный запах исходил от конского навоза – и не только. Каждый день от истощения гибло не меньше 40 лошадей, а уборщики оставляли туши разлагаться на улице, чтобы потом их легче было разрубить.

Атмосфера была не менее гнетущей и в крупных европейских городах – в Париже и Лондоне. «Еще 50 лет, и Лондон будет погребен под кучей навоза», – писал один журналист в 1894 году.

Здоровье населения оказалось под угрозой. В 1898 году прошла десятидневная международная конференция, посвященная навозному кризису. Проблема буквально витала в воздухе, и участники встречи сами не раз увязали в ней. Сидя в плюшевых креслах, депутаты рванули с места в карьер, но легкого решения так и не нашли.

Велосипеда без колес не бывает

Нашей Вселенной около 13,5 миллиарда лет, а планете Земля – 4,5 миллиарда. Первое колесо появилось всего 5500 лет назад: цельное, вытесанное из камня, тяжеленное, как свинец. Пользовались им для изготовления керамики, а не для езды. Появилось оно на Востоке примерно в то же время, когда человек приручил лошадь.

Спустя тысячу лет человек изобрел деревянное колесо, тоже цельное. Конечно, полегче каменного прародителя, но подставлять под него пальцы явно не стоило. Людям так оно понравилось, что мысль о каких-либо улучшениях или доработках долго не приходила им в голову. Прошла еще тысяча лет, пока безымянный умелец не изготовил деревянное колесо со спицами. Чтобы обод меньше изнашивался, его начали обивать тонкой полоской железа. Эта версия колеса оказалась настоящим хитом. Ею пользовались несколько тысячелетий.

Около 1800 года кто-то снял с колеса металлический обод и заменил его резиновой шиной. Еще через 50 лет некто Роберт Уильям Томпсон решил наполнить ее воздухом. Вместе с пневматической шиной Томпсон изобрел и проколотую шину – правда, не сразу это осознал.

Глава 2
Приветствуем рыцарей педалей!

ВЕЛОСИПЕДНЫЕ ПЕДАЛИ

Парижский шляпник Брюнель как-то обратился к отцу и сыну Мишо с просьбой починить его беговую машину, которая некстати сломалась. Они же умелые кузницы и колесники, правда? И хорошо бы поспешить, ведь ему очень нужен транспорт. Говоря об этом, он указал на большую коробку сзади машины – там он держал шляпы, которые быстро и бережно доставлял своим покупателям. А без беговой машины доставка остановилась. Так что починка – дело первостепенной важности!

«Конечно-конечно», – закивали мастера. Сын Эрнест сразу же склонился над машиной: стучал молотком, подкручивал – и закончил работу тест-драйвом по городу. «Фантастическая поездка! – воскликнул он, вернувшись в мастерскую. – Но какая же пытка! Мой зад! Мои кости! Моя спина! И ноги затекли из-за того, что приходилось держать их в воздухе. С этим надо что-то делать!»

За работу принялся отец Пьер. «А ведь на передней вилке можно разместить перекладину для ног», – заявил он. Едва сын развел огонь в кузнице, как отцу пришла в голову другая идея: «Если поставить перекладину на переднюю ось и приделать пару подставок, мы убьем двух зайцев! Можно и ногам дать отдых, и двигаться, нажимая на педали». Так была придумана новая деталь, а вместе с ней появились рыцари – рыцари педалей.

Кузнечная мастерская

Для лучшего баланса отец и сын Мишо поместили металлические пластины в основание педалей и, пока железо горячо, приделали к велосипеду рычаг. Стоило за него потянуть – и машина останавливалась, оставляя за собой хвост из искр. Весила она 22 кг и мчалась с невероятной скоростью. Все бы хорошо, не будь дороги в 1861 году такими неровными. Потому-то англичане и придумали обидное прозвище «костотряс».

ВЕЛОСИПЕДИСТ ИЛИ ВЕЛОЦИРАПТОР?

Гремящая на ходу машина Мишо ездила быстро. Именно скорости она обязана своим официальным названием – «велосипед»: от латинских слов velox («быстрый») и pes («ноги»). А наездника стали именовать велосипедистом – «быстроногим». Не путай с велоцираптором – хищным динозавром, который жил на территории нынешней Монголии и разгонялся до 64 км/ч.

Ноги на земле

Изобретение педалей словно дало велосипеду крылья. Теперь ездоки быстрее добирались до пункта назначения и могли поберечь ноги, в том числе и от жесткого торможения. Успех Мишо превзошел все ожидания. В 1867 году отец и сын с легкостью продали тысячу машин.

Участие обоих Мишо во Всемирной выставке в Париже подстегнуло международный спрос на их велосипед. На горизонте уже маячили золотые горы, но, увы, война с Германией стала той самой палкой, которую вставляют в колеса. Огонь французской кузницы погас, а разработкой идеального двухколесника занялись в Британии. «Что? Велосипед изобрели французы? Забудьте об этом!» – фыркали англичане. И весь мир забыл.

Колумбово яйцо

Отец и сын Мишо – создатели педали, верно? «Ну уж нет», – решил их слуга Пьер Лаллеман. С началом Франко-прусской войны процветающее семейное предприятие обанкротилось. Пьер и Эрнест умерли почти в одно время. Лаллеман же пересек океан, чтобы попытать удачи в Америке. Там он выдал педаль за собственное изобретение. Американцы были поражены. «Почему никто раньше не придумал такое простое и элегантное решение? Прямо-таки колумбово яйцо!» – восклицали все. Лаллеман купался в лучах славы. «Да-да, идея лежала на поверхности», – небрежно бросал он в ответ на восторженные возгласы.

В англосаксонском мире Лаллемана до сих пор считают изобретателем велосипедной педали. Бедные отец и сын Мишо! Сначала в их планы вмешалась война, а после смерти их лишили заслуженного признания и права первооткрывателей.

ДЕТСКАЯ ЗАБАВА

Целых 40 лет никто и не думал совершенствовать конструкцию беговой машины. До момента, пока отец и сын Мишо не разработали первый педальный велосипед. Беговой машине пришлось покинуть сцену истории.

Казалось, битва с прогрессом была проиграна. А вот и нет! Беговая машина вернулась к нам под названием «беговел». Это идеальный тренажер для малышей, помогающий развивать чувство равновесия и готовиться к езде на большом велосипеде. По сравнению со своим предком нынешний беговел гораздо меньше и легче.

Дьявол скорости

Отец и сын Мишо создали и велосипед, считавшийся гоночным. У него было колесо со свободным вращением (наездник мог удерживать педали в неподвижном положении), подшипники (маленькие шарики, которые снижают трение между движущимися частями разных механизмов), колеса со спицами и резиновые шины. Для своего времени это был практически болид «Формулы-1».

Глава 3
Технологии на высоком уровне

СО СВИСТОМ НА ПЕННИ-ФАРТИНГЕ

Несмотря на успех французского колесного велосипеда, английские кузнецы и изобретатели не сдавались. Вместе они вынашивали хитрые планы по созданию машины, с которой можно было бы легко обойти французских конкурентов.

До сих пор остается тайной, какой гений в итоге придумал пенни-фартинг. Исследователи утверждают, что высокий велосипед появился около 1870 года и стал результатом множества переработок и модификаций, внедренных самыми разными кузнецами изо всех уголков Великобритании. Очевидно одно: созданию этой модели помогли наработки из мира швейных машинок.

Пенни-фартинг был воплощением передовых технологий своей эпохи, хотя выглядел, мягко говоря, безумно. С этим соглашались и его современники. Взять хотя бы разницу в размерах колес. Конструкция напоминала мышку, которая преследует слона, крича: «А ведь мы бежим вместе, правда?» Именно из-за колес модель получила свое название (пенни – большая монета, фартинг – маленькая).

Кузнецы установили педали на огромное переднее колесо. Потому и сиденье находилось в верхней части изогнутой рамы. Наезднику нужно было дотягиваться до педалей – так, чтобы при этом ноги не мешали поворачивать вправо и влево. Ездить было непросто, но те, кто овладел навыком, гоняли на полной скорости и в свое удовольствие.

Норовистый красавчик

В первых моделях пенни-фартинга руль крепился прямо на вилку, которая соединялась с передним колесом под прямым углом. В результате управление было весьма чувствительным. Стоило чуть потянуть руль справа, как велосипед резко вилял в ту же сторону. Легкое давление слева – и переднее колесо поворачивалось в том же направлении. В более поздних моделях вилка была отклонена назад, чтобы заднее колесо оказалось чуть дальше. Благодаря этому управлять велосипедом стало не столь опасно.

ВЕСЕЛЬЧАК

В пенни-фартингах было нечто заразительно веселое, радостное и величественное. Во-первых, наездник сидел высоко. Во-вторых, руль мог быть каким угодно: плоским, или похожим на бычьи рога, или изогнутым, словно усы щеголя. Какой бы ни была его форма, со стороны казалось, что человек мчится над городской суетой с широкой улыбкой на лице – рискуя при этом жизнью. Да-да, рискуя!

Чем больше было переднее колесо, тем быстрее ездил велосипед. Но тут крылась и проблема. Ведь в мире существует такая штука, как гравитация. Если центр тяжести велосипеда и наездника располагался не в самой середине конструкции, падение было неизбежным. И если переднее колесо увеличивалось в размерах, заднему приходилось уменьшаться. Конечно же, так и происходило: одно росло и росло, а другое таяло. Появились модели, у которых диаметр переднего колеса достигал 3 метров! Или 300 сантиметров! Или 3000 миллиметров! Черт подери! Да они просто летали по дорогам!

Поездка в облаках

На пенни-фартинге седоку казалось, что он едет по облакам. К сожалению, нередко случалось и спускаться с небес на землю. Резкое торможение или яма на дороге могли отправить наездника на несколько метров вперед – в канаву или кусты. И хорошо, если обходилось без серьезных травм вроде переломов. Оставалось только надеяться, что кто-нибудь найдет стонущего от боли беднягу и поможет ему.

ПРОСТО ГРЕХ ИЛИ СМЕРТНЫЙ ГРЕХ

Если водитель велосипеда наехал на протестантского священника – это обычный грех или смертный? Вопрос серьезный, но ответа на него не было. А за ним следовал другой вопрос, еще серьезнее: что будет с таким велосипедистом? Ждет ли этого грешника адское пламя?

Спуск с горки и вовсе был жутким аттракционом. Наезднику полагалось ставить ноги на подставки, чтобы невредимым спрыгнуть на землю, если что-то пойдет не так. Даже не верится, что одно из опаснейших транспортных средств в истории человечества было невероятно популярным и производилось массово. В последней трети XIX века пенни-фартинг был самым технологичным «железным конем», изобретенным двуногими жителями Земли. Поездки на нем вошли в моду. Он считался стильным, инновационным, привлекательным. Гран-би так часто встречался на городских улицах, что вскоре его окрестили «обычным велосипедом».

Без тормозов

Если диаметр переднего колеса был равен 2 м, то наездник проезжал 2 м, нажав на педаль всего один раз. С 3-метровым колесом одно движение ноги посылало велосипед уже на 3 м вперед. Досадная деталь: у пенни-фартинга отсутствовали тормоза. Чтобы остановиться, велосипедисту нужно было встать на педали и удерживать их ногами. Однако на спуске педали крутились так, что давить на них не получалось. Наездник срывался, описывал дугу в воздухе и в итоге бесславно плюхался на землю.

НА ДОРОГЕ

Более 2000 лет назад древние римляне изобрели шоссе – длинную мощеную дорогу. В 1834 году шотландец Джон Макадам представил первую дорогу-макадам из мелкого щебня. И лишь в 1923 году была построена первая асфальтовая дорога. Честь ее построить выпала Амстердаму. Никто не щадил первых велосипедистов. Бедные их кости!

Женщины и дети – последними

Езда на пенни-фартинге была уделом безумцев, храбрецов, акробатов, авантюристов и людей, склонных к самоубийству. Чтобы забраться на велосипед, нужны были гибкость, смелость и неплохое чувство равновесия. Поездка по тогдашним дорогам – сплошь ямы да кочки – требовала завидного внимания. А с ловкостью лавировать среди лошадей, карет и пешеходов могли только самые опытные велосипедисты.

Чтобы начать движение, ездок разбегался, одной ногой запрыгивал на подставку у заднего колеса, вторую ставил на крутящуюся педаль и затем подтягивался до сиденья, ухватившись за руль. Детям от этого гран-би не было никакого толку. И для женщин он совсем не годился: попробуй покататься на таком в длинной юбке.

В атаку!

Интерес к стальному коню рос с каждым днем. Двухколесное транспортное средство движется быстрее лошади и может доставить ездока куда угодно! Мысль о нем заставляла сердца людей биться чаще. Биться и за, и против нового изобретения.

Сопротивление было особенно ожесточенным в сельской местности. Ведь езда на велосипеде – это что-то противоестественное. Явно здесь не обошлось без козней дьявола. Как человек может ехать на двух колесах с такой скоростью и не падать? Коровы пугались нового двухколесного существа. Рыба переставала клевать, куры не неслись, а у кроликов опадали ушки. Фермеры же угощали велосипедистов недобрыми словами и камнями. Рыбаки совали удочки в колеса, а порой не боялись стаскивать велосипедистов с седла и швырять велосипеды в озера, каналы и реки. Женщинам-велосипедисткам доставалось особенно. Ведь они носили брюки! Прямо как мужчины! Безобразие!

Была история, когда один дворянин схватил ружье и выстрелил велосипедисту в голову. Католики и протестанты нападали на «этих распутных двухколесных негодяев» при любом случае – ишь, раскатывают в воскресенье после церковной службы! В проповедях священники убеждали прихожан уничтожать дьявольские машины, призывая кары небесные на головы велосипедистов. С алтарей и амвонов звучали грозные слова, удерживающие паству от поездок.

Трубка мира

Первой церковью, сменившей свое отношение к велосипедам, стала католическая. Однако лояльность давалась священникам с трудом. Ведь они годами порицали езду на «железных конях». И что же – вот так, сразу, поменять отношение? Проще сказать, чем сделать. Но все получилось – благодаря удобству велосипедов. В конце XIX века сельские священники и сами с удовольствием колесили по окрестностям. Подолы сутан развевались и хлопали на ветру, когда пасторы пролетали на своих велосипедах мимо ферм, по полям и сельским дорогам, чтобы напомнить верующим об обязанностях, исповедовать их, совершить последнее таинство или присоединиться к трапезе.

Церковное одобрение придало велосипеду новый импульс – езда на нем даже получила название «католический спорт». Протестанты присоединились к католикам намного позже – но присоединились же!

СВЕРХУ – ЗНАЧИТ СВЫСОКА

Пенни-фартинг был дорогой игрушкой. Позволить его себе могли лишь аристократы. Богачи в буквальном смысле смотрели свысока на бедных пешеходов и делали то, что умели лучше всего, – чванились.

Глава 4
Велосипед на всех языках

ДВУХКОЛЕСНАЯ КРУГОСВЕТКА

Американец британского происхождения Томас Стивенс решил доказать любой ценой, что пенни-фартинг – не только чудо инженерной мысли, но и надежный компаньон. 22 апреля 1884 года он забрался на свой велосипед. Из багажа взял с собой огромный плащ, который мог служить палаткой и спальным мешком. В карманах лежали носки и револьвер. С таким грузом Стивенс решил пересечь Америку с запада на восток – и, не откладывая дело в долгий ящик, отправился в путь.

За 104 дня Стивенс проехал 4000 км. Без продвижения он провел всего 21 день, когда был слишком измучен или подводила погода. Но дух приключений не отпускал героя – и вскоре он со своим верным велосипедом отправился в Западную Европу. В Ливерпуле зеваки провожали его, подбрасывая в воздух шляпы. Он проехал по Ирану и Афганистану, пересек Индию и Китай, а потом сел на корабль в Японию. В Стране восходящего солнца он снова забрался в седло и двинулся в Йокогаму.

«Я проехал 22 тысячи километров!» – воскликнул Стивенс, вернувшись домой. Свои приключения он описал в книге «Вокруг света на велосипеде». Это путевой дневник в двух частях: тысяча страниц, полных велорадости и веловосторга. Там есть незабываемые встречи и захватывающие дух пейзажи, замечательные люди и диковинные животные. Томас и не думал покорять мир – он открывал его и получал новые впечатления.

Опережая время

В нидерландском языке «велосипед» – это «фитс». Профессор де Бул из бельгийского Гента предположил, что это слово произошло от немецкого Vize-Pferd: «вице-» означает «вместо, взамен» (вице-министр, например), а «пферд» – «лошадь». Выходит, велосипед – заместитель лошади. Со временем от этого выражения осталось только vize.

Многоязычные велосипеды

Существительные vélo и bicyclette («велó» и «бисиклет») до сих пор используются во Франции. Выражение faire du vélo («фэр дю вело») означает езду на велосипеде. Как ты ездишь в школу? À vélo! Мы что, уже уезжаем? Monte à bicyclette («монт а бисиклет»)!

В англосаксонских странах слово bicycle («байсикл») не меняется уже много лет. Ездить на велосипеде будет to bike («байк»). А на чем? На своем bike. Все очень просто.

Испанцы называют эту машину bici («биси»). Уже почти никто не помнит, что bicyclette и bicycle происходят от греческого bicykel («би» значит два, а «киклос» – круг или колесо). В языке африкаанс велосипед – fiets («фитс»), а в индонезийском – pit («пит»). В Финляндии велосипед называется polkupyörä («полкупьёра» – буквально «дорожное колесо»), а в Германии – Fahrrad («фарат»). Езда на велосипеде по-немецки Fahrrad fahren («фарат фарен») Чтобы произнести слово «велосипед» на исландском, придется просунуть язык между зубами: reiðhjól («рейфьоль»). Глагол, описывающий езду, звучит еще сложнее: hjólreiðar («шьольревар»). Французы иногда называют велосипед Petite Reine («пётит рен») – «маленькая королева». От большой любви!