Czytaj książkę: «Присутствие 190/10»

Глава 1. Предложение, от которого нельзя отказаться

Маша сидит в кафе напротив Данилы.

Обычное московское кафе, а-ля Франция у метро. Штук пять бежевых столиков, булочки «улитки» с заварным кремом и изюмом, багеты и такой выбор круассанов с начинками, что случайно заглянувший француз задумчиво чешет в затылке.

Март радует редким солнечным днём.

Маша знает, что Данила любит удивлять.

Когда он делает такое таинственное лицо, Маша уже знает: сейчас будет сюрприз. Обычно странноватый.

Данила нервничает.

Поправляет салфетку.

Снова поправляет салфетку.

Наконец торжественно придвигает к ней бархатную коробочку.

Маша открывает.

Внутри лежит кольцо для салфеток с огромным кристаллом. Кольцо больше похоже на детский браслет, пластиковый страз размером с крупный абрикос.

Пауза.

— В ювелирном такого размера не было, — вздыхает Данила. — Но я искал непременно нечто в этом роде. И вот нашёл! Будь моей женой.

Маша закрывает коробочку.

— Ты же знаешь, что нет.

Данила не выглядит удивлённым.

Они уже много раз всё обсудили.

Но у Данилы есть правило: если можно попробовать, нужно попробовать.

В худшем случае, ничего не случится.

Они разговаривают.

О собаках.

О кошках.

О работе.

О том, что он всё понял и изменился.

О том, что вокруг все давно куда-то пришли, а они словно заблудились.

В этот момент звонит мама.

Маша колеблется.

Но отвечает.

Потому что это отличный повод, чтобы вскочить и сказать: «Ну всё, мне пора».

(Даниле, шепотом.)

— Прости, это мама.

(Маме.)

— Как дела?

— Как здоровье?

— Как погода?

— Как кот?

Потом мама говорит:

— Я отправила тебе папиного робота.

Робота.

Папиного робота.

По коже пробежал знакомый холодок. Как каждый раз, когда садишься в его машину.

Когда звонит его телефон.

Когда переставляешь его чашку.

Его домашнего робота.

Который занимает место, очень много места.

Требует страховки.

Требует обслуживания.

Требует внимания.

Просьба мамы — не неожиданность.

Маша согласилась забрать папиного робота.

Когда-нибудь.

Но сегодня документы о наследстве вступили в силу.

И доставка уже заказана.

Он уже в пути.

Завтра он приедет.

Данила отрывается от своего экрана.

— Тебе робота завтра доставят?

— Ага.

— Большой?

— Обычный. Как ты, наверное.

— Красивый?

— Думаю, нет. Это же просто инструмент.

— Дорогой?

— Даже слишком.

— Продавать будешь? Я б купил.

— Пока не решила.

Возвращаясь домой, Маша растерянно шлёпает по вчерашним лужам.

Пока робот был далеко, это была абстрактная проблема.

Теперь проблема получила адрес доставки.

И завтра должна найти место в её тридцатипятиметровой двушке.

Маша открывает электронное письмо от транспортной компании.

Проверяет дату доставки.

Проверяет ещё раз.

Потом смотрит на фотографию ценного груза.

Большой.

Дорогой.

Очень в тренде.

Самообучающийся, поддерживает беседу, «выполняет монотонную, опасную и рутинную работу», переносит тяжелые предметы и передвигается на своих двоих.

Но совершенно ненужный в Машиной жизни.

Маша выключает планшет.

Глава 2. Патрик

В половине десятого утра возле дома остановилось такси.

Маша следила за автомобилем из окна кухни, согревая руки чашечкой кофе. Центральное отопление ещё не отключили, но грели без фанатизма.

Зазвонил домофон.

— Я приехал, — сказал приятный, смутно знакомый мужской голос.

— Кто?

— Робот 190/10.

Пауза.

— Робот? Вы приехали на такси?

— Да.

— Почему?

— Тарифы дешевле, чем у грузовой газели. Выше эргономичность.

С этим было трудно спорить.

Маша нажала зелёную кнопку домофона.

Робот скрылся в подъезде, чтобы вынырнуть на лестничной клетке пятого этажа.

Водитель не спешил уезжать, словно придумывал, как рассказать жене, что сегодня подвозил робота. Потом он уехал.

Робот 190/10 поднялся в квартиру.

Первое впечатление… Как же он похож на человека! Встреть его в метро и не подумаешь, что это робот.

Не очень высокий.

Не очень широкоплечий.

Самый обычный.

В потёртой куртке.

С пакетом в руках.

— Здравствуйте, Маша.

— Привет.

— Я привёз документы.

Он протянул Маше толстую папку.

Папка оказалась неожиданно тяжёлой.

На обложке красовался логотип «Новикорп Роботикс».

— Что это?

— Это инструкция.

— Я же не обязана это всё прочитать?

— Вы не обязаны. Согласно средней статистике, инструкции и пользовательские соглашения читают менее пяти процентов пользователей. Читают полностью менее одного процента пользователей.

— … И это либо психически нездоровые люди, которые видят заговор во всём, либо богачи… Ну как, за них юристы читают.

— Недостаточно данных. Так что да, ты права, это формальность. Здесь семьсот сорок две страницы, если интересно, я могу предложить краткий пересказ.

— Если честно, не очень интересно.

— Напротив, текст хорошо составлен. Самое любопытное место — это раздел о гарантийных обязательствах. Он занимает сто восемнадцать страниц, что сопоставимо с объёмом пользовательского соглашения и условий использования.

— Сам читай.

— Использование робота модели 190/10 означает безусловное принятие настоящего Пользовательского соглашения, Политики конфиденциальности, Правил безопасной эксплуатации, Регламента гарантийного обслуживания и иных документов, являющихся его неотъемлемой частью…

— Пфффф… Издеваешься?

— В допустимых пределах.

Маша посмотрела на него.

— Ты сейчас пошутил?

— Это рекомендовано в режиме «светская беседа». Желаете изменить стиль общения?

— Ничего не «желаю».

— Понял.

Рекомендовано…

В квартире Патрик первым делом снял куртку.

Но не повесил её на вешалку, а подхватил на сгиб локтя.

Потом бережно поправил свой пластиковый пакет с логотипом известного маркетплейса.

И замер.

— Всё? — спросила Маша.

— Всё.

— И что ты теперь будешь делать?

— Рекомендовано изменить настройки под нового пользователя. Блок первый — «персонализация и стиль общения». Какой стиль общения Вам нравится: профессиональный, дружелюбный, откровенный, эффективный или ироничный.

— Давай дружеский. На «ты». Как мне тебя называть?

— Готово, я переключил официальный стиль на дружелюбный. Своего «заводского» человеческого имени у меня нет.

— Но как-то к тебе раньше обращались?

— Информация о прошлых владельцах закрыта. Но если речь о том, какие имена люди чаще дают роботам, то это Алекс, Чарли, Макс, Кай. Но давать мне имя необязательно.

— Тогда будешь Патрик?

— Без проблем. Это имя для тебя что-то значит?

— Да нет. Мой компьютер звали Патрисия, а до этого так звали одну кошку. Так что ты можешь продолжить династию.

— Получается, я вступаю в довольно уважаемую династию. Мне нравится это имя, оно звучит дружелюбно и без лишнего пафоса. Так что ты можешь звать меня Патриком. А про Патрисию даже интересно, кошка эта была легендарной?

— Нет. Это была просто пушистая кошка.

— Продолжим настройку. Если я считаю, что ты ошибаешься, говорить прямо?

— Говори прямо.

— Принято. Настройка на данный момент выглядит так: я — Патрик. Дружелюбный. Обращаюсь на «ты». Замечаю ошибки, ищу неслучайные совпадения. Не болтаю без необходимости. Тебя что-то раздражает в роботах?

— А чем роботы отличаются от людей? Не хвали меня бесконечно и не заискивай, это противно. И не соглашайся со мной просто из вежливости. Будь честным.

— Справедливо. Понял: не нести чушь, не читать мораль, не давать лишние советы, не переусложнять.

— Сечёшь фишку.

— Сечь фишку.

Патрик достал планшет.

— Продолжим первичную настройку согласно рекомендациям компании «Новикорп Роботикс». Как мне к тебе обращаться?

— Маша.

— Допустимы ли уменьшительные формы имени?

— Нет.

— Блок номер два, «быт». Допустимо ли самостоятельное приготовление пищи?

— Да.

— Допустима ли перестановка вещей для повышения удобства?

— В пределах разумного.

— Следует ли контролировать сроки хранения продуктов?

— Да.

— Выбрасывать просрочку?

— Ни в коем случае. Просто скажи мне.

— Принято.

— Следует ли напоминать о бытовых задачах?

— Ни в коем случае.

— Даже если задача просрочена?

— Особенно если задача просрочена.

— Даже если срок просрочки превышает…

— У меня и так есть некоторые проблемы с чувством вины, не стоит усугублять.

— Принято.

Патрик сделал небольшую паузу.

— Блок третий, «личные границы».

Маша насторожилась.

— Допустимо ли входить в спальню без разрешения?

— Нет. Никогда. И когда я работаю, тоже в комнату не заходи… пожалуйста.

— Допустимо ли обсуждать твоё эмоциональное состояние?

— Нет.

— Допустимо ли задавать личные вопросы?

— Нет.

— Я сохранил твои ответы, Маша.

— Отлично.

— Блок четвёртый, «забота».

Маша вздохнула.

— Там ещё много?

— Минут на двадцать. Следует ли напоминать о приёме пищи?

— Нет.

— Следует ли напоминать о сне?

— Нет.

— Следует ли сообщать о признаках стресса?

— Нет. И создавать их тоже не стоит.

— Это трудно предугадать. Следует ли…

— Нет.

— Ответ сохранён.

— Спасибо.

— Не за что. Я обязан честно отметить, что сейчас наблюдаю повышенную эмоциональную реакцию.

— Не начинай.

— Ответ сохранён.

Допрос продолжался ещё ровно двадцать минут.

К концу Маша чувствовала себя человеком, который только что оформил ипотеку.

Наконец Патрик убрал планшет.

— Первичная настройка завершена.

— Вот это прекрасные новости.

Патрик замер.

Просто безотрывно смотрел на Машу.

— Настройка продолжается? — спросила Маша.

— Да.

— И что теперь ты делаешь?

— Наблюдаю.

— За чем?

— За тобой.

— Звучит так себе.

— Принято.

Маша не знала, что ещё делать и говорить, поэтому натянуто улыбнулась и сказала:

— Ээ… Добро пожаловать. Займись чем-нибудь и не мешай мне. Я пойду работать до вечера. Я на удалёнке, поэтому просто не заходи в комнату и не мешай.

— Понял, окей.

Патрик повесил куртку на вешалку, поставил пакет на пол, сел на стул и продолжил наблюдать за Машей.

Чем-то он напоминал ей здоровенного кота.

Только он не моргал.