Czytaj książkę: «Не разбей меня»
Посвящается всем тем,
кто борется за свободу…
От автора
Дорогой читатель!
Я очень рада, что ты взял эту книгу в свои руки и следующие несколько часов или дней проведешь в мире Шейлы и Арчи, главных героев этой истории. Надеюсь, что она не оставит тебя равнодушным. Предупреждаю, что это дилогия, а в руках у тебя сейчас ее первая часть.
Настоятельно рекомендую сначала познакомиться с историей друзей Шейлы и Арчи в книге «Приглашение», иначе здесь вы можете поймать некоторые спойлеры.
А также предупреждаю, что в истории «Не разбей меня» поднимаются темы, которые могут быть неприемлемыми и болезненными для тебя:
– половой акт по принуждению;
– нецензурная лексика;
– жестокое обращение с женщиной;
– использование огнестрельного и холодного оружия;
– упоминание наркотических средств, но не их использование;
– подробное описание сексуальных сцен.
Представленное художественное произведение является вымыслом, любые совпадения случайны, а поведение некоторых героев никак не может являться образцом для подражания.
Спасибо за внимание и приятного чтения!
Пролог
Неделю назад
– Зачем ты это делаешь? Ты совсем из ума выжил? – не в силах сдерживаться кричу, трясясь всем телом от страха.
– Мне скучно.
– Скучно? Да ты больной, Киран! Я живой человек, а не мишень!
– Одно и то же, – Киран звучит крайне равнодушно, как будто ему действительно до смерти скучно, и то, что происходит сейчас – это всего лишь его очередной способ развлечься!
Но как бы не так! Мне совсем от таких методов не весело, мне впервые по-настоящему страшно находиться в этом доме, который по праву мой уже шесть лет и рядом с этим мужчиной, который по закону мой муж эти же гребанные шесть лет. Но вот по сердцу ли? Давно как НЕТ!
– Боже…да что я сделала тебе? – кричу до появления хрипоты в горле.
– Ты до сих пор не поняла? – голос с ленивыми нотками заставляет меня ощутить тошнотворный ком, который застревает в глотке стоит еще одной стреле вонзиться в дерево в паре сантиметров от моего уха.
Я взвизгиваю и крепко зажмуриваю глаза в надежде, что, когда открою их, все это окажется сном и я проснусь, будучи не замужем за этим монстром.
– Ты ослушалась меня. Сразу же после свадьбы. И продолжаешь делать это сейчас. Я устал.
– Это было шесть лет назад, ненормальный! И я тебе все объяснила тогда. И сейчас это всего лишь твои догадки и бредовый вымысел! Твои проблемы, что ты не веришь. Смысл держать меня рядом? Давай разведемся? И найдёшь себе новую девочку для метания стрел, – выдаю в очередной надежде свое истинное желание.
– Я не хочу новую, не хочу другую. Я хочу тебя. И люблю тебя, – вдалбливает в меня эти фразы с такой же меткостью и резвостью, как стрелы вокруг моего трясущегося тела.
– Ты совсем идиот? По-твоему, это любовь? Ты в меня в прямом смысле метаешь стрелы из лука. Да я скоро обделаюсь от страха! Это кретинизм, а не любовь! Прекрати! Сейчас же! – требую я, пытаясь окрасить свой тон уверенностью, которой во мне осталось…так, дайте подумаю…ага, поняла. Ни грамма во мне этой уверенности нет!
Раздается холодный металлический смех, от которого кровь в жилах стынет, и задняя поверхность шеи покрывается неприятными, колючими мурашками страха.
Но надо же! Хоть на какие-то эмоции пробило этот кусок камня!
– Из нас двоих указывать могу только я. Уясни это наконец. И никакого развода я тебе не дам. Ты столько раз об этом просила. Но нет. Запомни – нет! Н-И-К-О-Г-Д-А, – Киран отправляет в полет последнюю стрелу, которая врезается в податливую древесину прямо над моей макушкой, разворачивается и уходит в дом, даже не оглянувшись, чтобы проверить не убил ли меня.
Спросите меня чем я заслужила такое? Почему мой якобы любящий меня муж захотел поразвлекаться стрелами, сделав меня мишенью?
Ответ прост – после работы до дома меня подвез коллега, с которым я задержалась на неприличные, по мнению моего же мужа, пять минут в машине и вышла из нее подозрительно счастливая. Зайдя в дом, меня практически пришибло к двери волной его зверского взгляда. И слова мне не сказав, он грубо схватил меня за локоть и потащил на задний двор, где установлены мишени для стрельбы из лука. Хобби у него такое. Только в этот раз мишенью стала я. Его взгляд пропитывал меня смертоносным ядом, когда, подойдя ко мне вплотную он яростно зашипел у самого моего уха:
– Нализалась там с ним? Сейчас посмотрим, как быстро потухнет этот блядский блеск в твоих глазах. Да и мне как раз что-то скучно стало. Постреляем? – на его губах заиграла дьявольская улыбка, давая мне понять, что он совсем не шутит. Я инстинктивно сжалась и замерла, когда он провел своим влажным и мерзким языком по моей щеке.
Сейчас же я стекаю вниз по деревянной стене-мишени и даю волю слезам и удушливым рыданиям. Уверена, он слышит меня, да меня, наверное, полгорода слышит. Но плевать! Я устала сдерживаться, контролировать эмоции и свой язык. Только не после этого!
Пусть весь мир узнает о том, что я скрываю долгих шесть лет. О том, о чем не могла рассказать ни единой душе до сегодняшнего дня. О том, о чем молчала и тем самым травила все свои внутренности. О том, о чем в приличном обществе не говорят. О том, за что по закону жестоко наказывают.
О том, что мой муж убил все, что было дорого мне, и теперь я – заключенная в тюрьме ненавистного мне брака!
Глава 1
Шейла
Облака плавно сменяют друг друга за окном иллюминатора и погружают меня в воспоминания, в то время, когда все в моей жизни напоминало сказку про Золушку. Когда мой муж, на то время еще жених, был тем самым чудесным принцем, что вытащил бедняжку из нищеты и сделал своей принцессой, что подарил защиту и окутал любовью. Но стоило только дверям замка закрыться за последним свадебным гостем, как прекрасный принц превратился в монстра без возможности отката к настройкам первого.
Да, когда-то я души не чаяла в своем муже. До сих пор я помню свои ощущения от того дня, когда состоялось наше знакомство.
Шесть лет назад
Раннее утро первого учебного дня на четвертом, последнем году обучения в университете. Мы с моей лучшей подругой Элсени торопимся на занятия, как обычно опаздываем, потому что всю ночь вместо того, чтобы спать, мы делились своими мечтами и целями на грядущий год. Я всего месяц как рассталась со своим на тот момент парнем, у Эл с этим вообще все плохо, и она от мужиков шарахается, как от огня. И потому мы обе на этот год поставили себе одну из целей – это встретить свою вторую половинку. И кто бы мог подумать, что моя судьба уже через несколько часов столкнется со мной на территории университетского кампуса и разнесет вихрем в пух и прах мое сердце и учебники, кстати говоря, которые я несла не в сумке, а в своих руках.
Мы с моей «участью» в прямом смысле банально сталкиваемся, да так сильно, что меня отбрасывает назад на пару шагов и я смачно так шлепаюсь на задницу, отбив ее не на шутку. Мои книги сначала подлетели в воздух, а затем приземлились на асфальт по разные стороны от меня, создав хаос из обложек и страниц. Эл тем временем стоит с разинутым ртом и не знает, что делать, то ли меня поднимать, то ли книги, то ли разбираться с тем, кто меня так нагло опрокинул. Ее глаза только и успевают, что бегать от меня к книгам, к незнакомцу и обратно.
– А-а-ай, больно, бли-и-ин, – завопила я, как только ощутила весь спектр боли на моей пятой точке, вмиг разозлившись на этого амбала, что чуть не пришиб меня. – Ты что слепой? Мы тут идем вообще-то! Точнее шли.
– Прости, гномик, но ты сама шла и не смотрела вперед, – прозвучал до невозможности приятный на грани с хрипотой голос.
Я замечаю боковым зрением, что мужчина присаживается на корточки и протягивает ко мне свои огромные ручищи, на одной поблескивают, кажется, с кожаным ремешком часы, а на другой какой-то необычный стальной браслет с гравировкой разных непонятных и ранее нигде не встречавшихся мне символов. Я стряхиваю первое наваждение от этих магнетических рук и возвращаюсь в реальность, где я все еще рассиживаю задницей на земле.
– Что? Как ты меня назвал? Гномик? – я наконец подняла свой взгляд на незнакомца и в прямом смысле обомлела. Видимо наваждение не удалось стряхнуть полностью и вот теперь-то я попала.
Мужчина, в тот миг, когда я подняла на него взгляд, показался мне богом, спустившимся с Олимпа. Его руки – это еще ничего. Сам он, о-о-о, это просто без комментариев. Белая рубашка обтягивает внушительные мышцы на груди и руках. Мне кажется, что я даже кубики пресса там вижу, а он сидит, между прочим. Синие джинсы облегают массивные ноги и кажется, что еще мгновение и они разойдутся по швам. Обувь – это вообще выше всех похвал. Я просто обожаю, когда мужчины носят красивую и подходящую по стилю обувь. У него было что-то среднее между классикой и спортом, идеально сочетающиеся ботинки с его образом то ли офисного работника, то ли начальника какого-то.
Поднявшись глазами выше, я встречаюсь с невероятным взглядом этого красавчика. Я такого еще ни у кого не встречала. Глаза у него темные, почти черные, в них будто сама тьма поселилась. Жутко и завораживающе одновременно. Я обомлела уже в третий раз. Вижу, как его тонкие, но четко очерченные губы, особенно верхняя с ее чувственной и глубокой аркой купидона, шевелятся, но не могу разобрать слов. Ведь читать по губам я не умею, а слух…слух вышел из строя. Все мои системы посбивались, стоило мне встретиться с глазами этого мужчины.
Почувствовав на своем плече чью-то маленькую ручку и легкое потряхивание всего тела, поворачиваю голову в сторону, где, как мне кажется, находится тот, кто меня пытается привести в чувства и сталкиваюсь с обеспокоенным взглядом подруги. До моего сознания, наконец, пробиваются ее слова:
– Э-э-эй, Шей, ты в порядке? Ты головой не ударилась? Может скорую вызвать?
– Для чего? Чтоб все там попялились на мою синюю задницу? Ведь очевидно же, что там теперь будет невероятных размеров синяк. Ну спасибо тебе, Зевс! – злость вернулась ко мне, стоило только переместить фокус внимания на кого-то другого.
– Кто-кто? Зевс? Это еще почему? – засмеялся инкогнито.
– А я почему гномик? – мой взгляд метал искры, и я уверена, он это заметил. На секунду он принял серьезное выражение лица и опустил свои руки на колени, а затем вновь обнажил белоснежные зубы в очаровательной улыбке.
– Ну а кто ты? Маленькая, кудрявенькая, злючая, – щурясь, проговаривает олимпийский бог.
– Я не…Так, а ну поднял меня. Или сил хватает только ронять тут всех вокруг? – ворчу я и протягиваю ему руку в надежде получить помощь. Он тут же обхватывает своей лапищей мою маленькую ладошку и в секунду приводит меня в вертикальное положение, но руку отнимать не торопится. С усилием высвобождаю свою ладонь из его горячего плена пальцев, не прекращая свои ворчания: – И книги мои собери. Да-да, ты, собирай, – указательным пальцем тыкаю сначала в него, а потом на свои разбросанные вещи.
Незнакомец явно обескуражен, но, покачав головой, он все же наклоняется и собирает все мои книги и пару блокнотов на кольцах. Укладывает все это добро в ровную стопочку и протягивает мне, со словами:
– Вы довольны, повелительница всех разъяренных гномов?
Эл прыскает от смеха и я обращаю на нее свой гневный взгляд с немым приказом не высовываться тут.
– Так, ладно. Вы тут сами разбирайтесь, чувствую это надолго. Я на пары. Тебя отмажу, – указывает на меня подруга. – А Вы, – теперь поворачивается в сторону незнакомца и строго ему выдает: – Напоите этого яростного гнома кофе. Двойным. Без молока. И с ванилью. А то она всех перекусает сегодня, – заканчивает свой монолог улыбкой, я же открываю от удивления рот. – Ах, да. Это я, пожалуй, заберу с собой, – выхватывает мои книги, разворачивается и уходит в сторону здания учебного корпуса, пока я стою и тупо хлопаю глазами.
– Хорошая у тебя подруга, – отмечает незнакомец и прочищает горло, будто ему стало неловко.
– Ага, замечательная.
– У тебя все джинсы испачканы, ты сама или я помо…
– Боже, я сама справлюсь, – фыркаю я и шлепаю его по рукам, которые он уже успел протянуть ко мне с целью избавиться от пыли на брюках. – Полапать меня решил? Ты откуда взялся вообще? Тебя сам спортзал родил? Люди не могут делать таких, как ты, – почему-то я не могу закрыть свой рот и перестать тарахтеть и бурчать.
Моё настроение действительно оставляет желать лучшего. Я не выспалась, опаздываю, не зарядила свой организм порцией любимого кофе и оттого готова была убивать. Всю дорогу до универа я пилила мозг подруге, но она технично свалила, оставив меня с этим бугаем. Он огромный, правда. Хотя по сравнению со мной будет огромен любой среднестатистический мужчина. Мой рост едва дотягивает до ста шестидесяти сантиметров, вес тоже небольшой. Я сама по себе какая-то маленькая. Блин, а он прав, реально гном. Что ж, есть повод попилить мозг ему. Тем более он похоже не против.
– Таких – это каких? – доносится до меня до жути приятный тембр его голоса.
– Ты себя в зеркало видел? Ты ж огромный.
И тут тишину студенческого городка нарушает его раскатистый смех.
– Я? Огромный? Боже, – делает вид, что переводит дыхание. – Ну ты и насмешила. Я самый обычный, это просто ты мелкая.
Я вновь хмурюсь и выдаю из себя то, чего совсем не ожидала.
– Я не поняла, ты меня пойдешь кофе поить или нет? Что я тут стою-то?
Мужчина аж поперхнулся и вновь залился смехом, сгибаясь пополам и упирая кисти в свои колени. Ну хоть кому-то хорошо. А вот если я кофе не выпью, то скоро всем станет очень плохо. Особенно ему. Смеётся надо мной.
– Пошли, пошли. Вижу у тебя уже голова вон дымится от злости и негодования, по всей видимости. Пойдем, дитя, будет тебе кофе.
– Ты уж определись кто я – гном, повелительница или дитя…
Наши дни
С того дня каждое мое утро начиналось с него. Он встречал меня на том самом месте, где мы столкнулись впервые, держа в руках бумажный стаканчик с моим любимым напитком. Однажды, он принес мне круассан, но после того, как я чуть не запихала ему его весь в рот за раз, так как я терпеть не могу еду утром, меня всю выворачивает только от вида чего-то съестного, он перестал таскать выпечку, ограничившись только кофе.
Моя жизнь круто изменилась с его появлением. Я была по-настоящему и глубоко счастлива. Я влюбилась почти мгновенно, но не сознавалась на протяжении месяца, а он добивался. Красиво ухаживал, запоминал всякие мелочи обо мне. Он был на тринадцать лет меня старше, но я совсем не чувствовала этой разницы. Мне было с ним так хорошо, и я сдалась. Около года я парила в облаках, сама себе не верила. Он превратил меня в принцессу, одаривал подарками, пусть я этого и не просила и по началу мне было очень неловко их принимать. Он сделал красивое предложение руки и сердца – в Париже посреди улицы с танцующими парами, которые после того, как я сказала «да», зааплодировали и восторженно заулюлюкали. Весь мой досуг заполнял собой. Исполнял любые прихоти и желания, касающиеся свадьбы. Он делал все, чтобы я была счастлива. И как же, оказывается, короток был этот блаженный период.
Встряхиваю головой, пытаясь выкинуть воспоминания прочь. Сейчас это всего лишь вспышки, словно и не в этой жизни это все происходило и не со мной.
На борту самолета было настолько тихо будто я сидела в салоне совсем одна. Но это не так. И я чувствую это по тому, как меня резко кто-то хватает за локоть, стискивает кожу чуть ли не до скрипа (точно будут синяки) и поднимает с кресла. Погрязнув в воспоминаниях, я и не заметила, как самолет приземлился в аэропорту Сан-Франциско.
– Куда ты меня тащишь, Киран? – едва успеваю перебирать ногами на высоких каблуках. – И мне больно.
– Я устал и хочу домой, – сталью в голосе он заставляет меня поежиться. – А это, – кивает в сторону моей руки, что он сжал до побеления кожи, – лишь малое из того, что я на самом деле хочу с тобой сделать.
– Что это значит? – мне становится страшно, я пытаюсь оглянуться на ходу, чтоб увидеть Арчи и подать знак о помощи, но его нигде нет. Трап у самолёта пустой, Арчи будто испарился, хотя весь путь от Лос-Анджелеса сидел напротив меня и не отводил взгляд.
Сердце заходится в бешеном ритме. Я не понимаю, что происходит сейчас и что меня ждёт дальше. Несколько дней назад муж уже показал на что способен и мне не очень-то хочется проверять все его способности.
– Что на тебя нашло?
– Натрахалась со своим дружком?
Я аж остановилась, но лишь на мгновение, ведь Киран крепко держал меня и буквально заставлял передвигать ногами.
– Ты…о чем ты? Мы с похорон прилетели…как ты…Боже, да остановись! – кричу я и пытаюсь застопориться и высвободить свою руку, не в силах больше поддерживать эту гонку.
Киран же ещё сильнее смыкает пальцы на моем локте, отчего из меня вырывается писк на грани со скулежом и рывком притягивает к себе, в самые губы злобно шипя:
– Заткнулась. Дома поговорим, – открывает дверь, только что подъехавшей машины и запихивает меня туда, будто я не человек, а мешок с поношенными вещами и путь мне на помойку.
Сам садится с другой стороны, отдает приказ водителю везти нас домой до особняка, одну ладонь властно кладет мне на бедро, отчего я вся съеживаюсь, а второй рукой набирает кому-то и тут же начинает вести свои рабочие переговоры. Периодически он сильно сжимает пальцы на моей ноге, зная, что причиняет мне боль и опасно ухмыляется.
Мы едем домой. Но для меня это слово давно стало синонимом слова тюрьма, и то, что ждёт меня сегодня, заставляет мое сердце все чаще пропускать удары, а разум погружаться в страх.
Глава 2
Арчи
Пока самолет выруливал по полосам в аэропорту, мне успело поступить с десяток звонков. Я буквально не успевал дух перевести от одного разговора, как тут же телефон настойчиво сообщал об еще одном желающем поболтать. И ладно бы это были задушевные беседы с друзьями, но нет. За время моего отсутствия в Сан-Франциско тут творилось что-то невероятное, судя по всему. На мой клуб свалилось сразу несколько проверок (Откуда, черт возьми?!) и ребята старались справиться без меня и не беспокоили, пока я был рядом со своей подругой и утешал ее и поддерживал в тяжелое для нее время. Она потеряла отца несколько дней назад. Именно по этой причине мы в итоге и оказались в этом самолете, сначала на пути в Лос-Анджелес, а теперь назад в Сан-Франциско.
Но сегодня испытания, свалившиеся на мой клуб, достигли максимума и ребята не вывозят сами. За попытками разрулить все дистанционно я и не заметил, как самолет остановился, а салон опустел. Во время всего полета я сидел напротив Шейлы и не сводил с нее глаз. Впервые за все время, что мы знакомы, в эти три дня в наших взаимоотношениях произошло потепление. И если бы не ее муж, стало бы вообще горячо. Она мне доверилась, рассказала то, о чем вообще никто не знает, кое в чем призналась. И это просто не может оставить меня равнодушным. Я решил во что бы то ни стало помочь ей, стать для нее спасением, ведь и она для меня – шанс по-настоящему, полноценно зажить.
Опомнившись, я с лету хватаю свои вещи со столика в салоне и выбегаю к трапу. Успеваю заметить, что Шейла и ее муж куда-то спешат. Точнее он ее тащит за собой, а она едва успевает перебирать ногами и пытается не свалиться со своих высоченных каблуков. Но его крепкая хватка на ее локте вряд ли даст ей упасть, а вот парочку синяков точно оставит. В груди начинает печь от злости. Я стискиваю челюсти и собираюсь уже спуститься по трапу, как один из бортпроводников хватает меня за плечо и резко разворачивает к себе.
– Что за…
– Мистер Долхоу приказал осмотреть Вас, – безэмоционально выдает парень, словно он робот, а не человек.
– Какого черта? Что за осмотр? Какого ху…, – не успеваю закончить фразу, как он припечатывает меня к стенке и начинает ощупывать, словно я преступник, а он коп. – Да убери ты от меня руки! Что происходит? – я выхожу из себя, повышаю голос и скидываю с себя руки работника Кирана.
Я бы хотел, конечно, чтоб меня полапали, но не парень же. Та, чьи руки, я бы хотел почувствовать на своем теле, сейчас пытается вырваться из цепкого захвата своего мужа. Боковым зрением успеваю заметить, что к ним подъезжает машина, Киран открывает дверцу и запихивает туда Шей словно груду ненужных вещей. Как только машина трогается с места, бортпроводник тире коп отпускает меня со словами:
– Свободны, мистер Фергюсон. Можете ехать. Всего доброго!
– Да уж, доброго, – ворчу и, отряхиваясь, привожу себя в порядок. – Что это было? Что, по-твоему, я мог тут украсть? Крыло самолета? – теперь уже я накидываюсь на парня, но тот невозмутимо делает шаг назад и выдает холодный, как видимо и его сердце, ответ:
– Ничего личного. Действую по приказу, – разворачивается и уходит вглубь салона, скрываемого бежевой ширмой.
– По приказу. Задержать меня хотел, с-с-сука, – злобно цежу и впечатываю свой кулак в ближайшую вертикальную поверхность.
Наконец, спускаюсь по трапу и пытаюсь дозвониться до Шей, но абонент не абонент. Тут же вызваниваю своего водителя, который должен был ждать меня у самолета, но и он трубку не берет.
– Да что, блять, происходит? – я начинаю нервничать и злиться еще больше.
Шейла явно не в порядке. Зная теперь на что способен Киран, я реально боюсь за девчонку. Она кажется такой хрупкой рядом с ним…и сломленной. Мне кровь из носу нужно к ней.
С этими мыслями пытаюсь быстро сообразить у кого бы узнать ее адрес. Эл не ответит, так как Нейтон увез ее куда-то без телефона. Других близких людей девушки я не знаю и даже не уверен, а есть ли они вообще. Остается вариант с редакцией. Звоню нашему администратору, благо она еще не спит, и за считанные секунды узнаю необходимые мне данные. Остается один момент – мне нужна машина и желательно моя. Снова набираю своему водителю и, о боги, он берет в этот раз трубку, сразу же начиная извиняться и объясняться, мол его задержали на досмотре при въезде в аэропорт. Якобы поступило уведомление о подозрительной машине и, конечно же, именно моя машина ею и оказалась. Битый час ее осматривали, проверяли каждый сантиметр и заглядывали туда, куда даже я никогда не совался. А ведь эта машина служит мне уже пять лет. В голову закралась мысль, что вместо досмотра в нее наоборот что-то подсунули, но я тут же отмел эти бредни, надеясь, что Киран не совсем кретин и здравый смысл все же превалирует в его черепной коробке.
Еще с полчаса я жду, когда водитель доедет до меня. Это частный аэропорт Долхоу, поэтому ожидаю своего четырехколесного друга я прямиком на посадочно-взлетной полосе, рядом с самолетом. Да, как во всех фильмах про американских богачей. Но для меня это не в новинку, ведь помимо такого влиятельного Кирана, у меня еще и своя семейка имеется и тоже не из простых. Но об этом как-нибудь в другой раз.
Со скоростью пули залетаю на переднее сидение автомобиля со словами:
– Езжай как можно быстрее по этому адресу, Джефф, – и забиваю в навигатор место назначения.
– Что-то срочное? – тут же тронувшись с места интересуется водитель, даже не взглянув толком, куда ехать.
Нравится мне эта черта в нем. Беспрекословно выполнять мои поручения.
– Срочнее не бывает, поэтому выдави из этой малышки все, на что она способна. Вопрос жизни и смерти, – быстро отвечаю, нервно постукивая телефоном по собственному бедру.
– Никогда не видел Вас таким взволнованным.
– А я никогда таким и не был, – слежу за стрелкой спидометра, которую Джефф, кажется, хочет положить у максимально возможной отметки, а в голове начинаю продумывать ход своих действий, как только окажусь у особняка Долхоу.
Пытаюсь снова и снова набрать Шейле, но телефон недоступен. Мне кажется, я впервые в жизни начал перебирать в голове всевозможные молитвы, а, вероятно, и придумывать новые, ведь если быть честным, я ни одной толком не знаю, но при этом отношу себя к верующим людям.
Почему я это делаю? Да потому, что сейчас обратиться за помощью мне больше не к кому, я единственный, кто в силах что-то сделать, и оттого остается только у Бога просить покровительства и защиты.
И почему мы вспоминаем про нашего создателя только тогда, когда все критически хреново? Почему не думаем о нем, когда нам неимоверно хорошо? Почему не благодарим его за то лучшее, что имеем? Но при первой же возможности сетуем на него, когда что-то выходит из-под нашего контроля? Риторические вопросы бьются о стенки моего черепа, заставляя каждую извилину работать.
Эта философско-религиозная дискуссия, проходящая в моем мозгу, также позволяет мне немного отвлечься и в какой-то степени собраться с мыслями и понять, что мне делать, обдумать план.
Остановившись у ворот нужного мне дома, водитель спрашивает:
– Мне ждать Вас, мистер Фергюсон?
Полностью игнорируя его вопрос, задаю свой:
– У тебя есть запасной телефон?
– У Вас есть запасной телефон, – с улыбкой отозвался Джефф.
– Не понял.
– Около месяца назад какая-то девушка оставила свой телефон здесь, Вы, наверное, уже забыли, – кивком указывает на бардачок, куда я тут же лезу и достаю то, что мне так нужно для осуществления своего замысла.
– И почему он до сих пор здесь? – помахиваю им в воздухе, оборачиваясь на парня.
– Это Вам лучше у самого себя спросить, – Джефф смущённо потирает свой подбородок и отводит взгляд в сторону.
– Джефф! – одной моей строгой интонации достаточно, чтоб стереть с лица водителя и намек на улыбку.
– Когда я ей его привез по вашей просьбе, она отказалась его принимать, – как на допросе четко и ясно доносит свои мысли Джефф.
– Почему?
– Эмм…сказала, что то, что вы оба с этим телефоном делали, просто не позволяет ей его забрать, – говоря это Джефф выглядит крайне неловко. Он растерянно почесывает переносицу и прячет взгляд. – Распсиховалась, раскраснелась и улетела в свой кабинет со скоростью света. Не расскажете, что такое вы делали, что она не захотела забрать собственный телефон, да ещё последней модели?
Я понял. Точнее я вспомнил, что это за телефон. Девушку помню смутно, а вот глядя на металлический корпус девайса, очень яркие картинки того, что мы делали, то и дело вспыхивают перед глазами. Эта сумасшедшая, имени я уже тоже не вспомню, решила повеселиться с моим «другом» пока я был за рулём. Она включила максимальную вибрацию на своем телефоне и засунула его прямо мне в трусы. Честно, я не ожидал ничего из того, что последовало дальше. Также как и не думал, что мой член отреагирует на это своеволие. Но он очень даже резво отозвался, учитывая тот факт, что девушка знала, как всем этим управлять. Затем она решила, видимо, показать весь свой потенциал и одним ловким движением руки освободила мой член от штанов и трусов, а сама резко наклонилась и заглотила «товарища», да простит меня Господь, по самые гланды. При этом телефон эта дама все также держала на моих яйцах, отчего они поджимались через каждые три секунды. На самом деле неудивительно, что она не захотела забирать свой чудо-агрегат. После того, как он искупался в моем семени, я б им тоже пользоваться не стал.
Так, но сейчас не время для лирических воспоминаний. Поэтому смахнув их, вновь набираю скорость в движениях и уже наполовину вылетев из машины, бросаю Джеффу:
– Потом как-нибудь расскажу тебе эту забавную историю. Только извини, но контактами не поделюсь.
– Больно надо, – усмехнулся парень.
– Поверь, тебе будет надо, когда ты услышишь, что же она им делала, – верчу телефон в руке, подмигиваю и улыбаюсь одним уголком губ. Огибаю машину и тут же слышу:
– Я знаю, где она работает. Так Вас ждать?
– Да, – успеваю ответить через смех, ведь передо мной уже открываются ворота и как только щель становится достаточно широкой, чтоб я мог проскользнуть, я скрываюсь за металлическими дверьми.
Меня тут же встречают двое охранников, одним только своим видом давая понять, что дружелюбно они со мной беседовать не настроены. Как же не хочется, чтоб весь мой план обломился на корню в самом начале этой долбанной спецоперации.
– Парни, я тут из-за вашей хозяйки, – вру как дышу я двум амбалам в черных костюмах. Если бы не фонари на территории дома, я бы их и не увидел. Хорошая конспирация, кстати, враг не пройдет. Поднимаю руки, уведомляя парней, что я пришел с миром и продолжаю стелить: – Ваша хозяйка телефон в самолёте забыла. Зная, как она будет волноваться, ведь телефон – это ее все, я решил приехать и отдать его. Позволите войти? Я абсолютно безопасен, ребят, – пользуюсь своим всегда действующим оружием – ослепительной улыбкой во все тридцать два, но это не срабатывает.
Ну да, а что ты хотел, Арчи? Это не две красотки в баре, готовые за твою улыбку раздвинуть ноги, даже не обменявшись именами.
– Как Вас зовут? – звучит голос одного из них и мне вдруг начинает казаться, что это еще один киборг Кирана. Все они без единой эмоции, без лишних движений, даже как-то не по себе становится. Запрограммированная армия.
– Кларк, – безбожно лгу я.
– Кто вы такой, Кларк? – спрашивает второй, но я не слышу разницы. Либо их клонировали, либо Киран учит их говорить все, как один.
– Мы летали вместе на похороны. Я друг семьи ее подруги. А вот и телефон, могу я зайти? – я начинаю нервничать не на шутку, когда до меня доносятся отголоски криков из дома и я понимаю, что один голос принадлежит Шей, а второй – ее гадкому мужу.
Эти двое даже не обращают внимания на это, из чего я делаю вывод, что подобное общение между супругами здесь считается нормой. У меня же сердце уже в горле начинает биться, и я на грани того, чтобы просто-напросто рвануть в дом, невзирая на этих двух церберов.
– Можете войти. Мистер и миссис Долхоу были в кабинете. Это на втором этаже, по коридору направо, вторая дверь.
– Спасибо, ребят, – продолжая казаться добродушным, я улыбаюсь и киваю каждому из них. При этом со всех сил держусь, чтоб не перейти на бег.
Войдя в дом, тихонько прикрываю за собой дверь, чтоб хозяин не услышал и оглядываюсь. Хоромы так хоромы. Все здесь буквально пахнет деньгами. Я не удивлюсь, если все это золотистое свечение и есть золото на самом деле. Медового цвета перила лестницы прямо передо мной, уходящие спиралью наверх, рамы картин, которых тут столько, что ощущаешь себя в картинной галерее, не меньше, подлокотники и ножки мебели, камин. Все кричит о довольно-таки приличном финансовом положении семьи.
Еще раз оглядываю холл и все комнаты, попадающие в поле моего зрения. Качаю головой от излишней помпезности декора и, сорвавшись с места, скрипя при этом подошвой обуви об глянцевый мрамор напольного покрытия, влетаю, наконец, по лестнице на второй этаж. Быстро нахожу нужную мне комнату и дверь и застываю в ступоре от слов, что таранят мой мозг без препятствий и без сомнений заставляют сжаться в комок мою Шей:
