Czytaj książkę: «Притворщица»
Глава 1
— Тань! — Оля заглянула в комнату, с осуждением смотря на меня.
Да. Я лежу. Снова. Больше делать было нечего от слова совсем. Телефон под запретом. Выход на улицу практически под запретом. Нет, само собой, покидать квартиру я могу, но…
А куда мне здесь ходить? Друзей в столице у меня почти нет. А те, с кем я общалась когда-то… нет. Даже если бы папа оставил мне мой мобильный, сомневаюсь, что я начала обзванивать старых знакомых.
Все давным-давно живут своими проблемами, семьями, детьми... Вот, как Ольга. Стоит, сопит хмуро, даже руки на груди скрестила.
— Ты так на работе только не делай, — улыбнулась я, перекатываясь со спины на живот. — Пузико видно.
— Чёрт! — выкрикнула сестра, подбегая к напольному зеркалу и начала перед ним крутиться, проверяя, достаточно ли пиджак свободного кроя скрывает её интересное положение.
В целом – да. Когда руки она держала опущенными.
— Может пора признаться? — предложила я. Раз в сотый, наверное, за последние две недели моего нахождения в квартире сестры.
— Ерунду не говори, — отмахнулась Оля, повернувшись к зеркалу боком и рассматривая себя.
— Тебя скоро оверсайз не спасёт, — напомнила я.
— Буду тянуть столько, сколько это возможно, — сестра расстегнула пиджак и погладила животик.
Я лишь покачала головой. Не понимала её тягу к работе и отчаянное желание сохранить за собой место. Подумаешь, фирма крупная. И что? В столице их полно. Тем более, что должность не руководящая. Помощник начальника юридического отдела. Мало того, что скука смертная, так ещё и перспектив никаких нет. Повышение на должность босса не светит, когда он сын генерального директора.
— Если ты в нашу маму, то…
— До шестого месяца почти не будет живота, а потом станет расти как дрожжах, — закончила она за меня излюбленную мамину фразу. — У меня двадцать первая неделя.
— Пять с половиной месяцев? — уточнила я, быстро разделив озвученную сестрой цифру на четыре. — Признайся начальнику. Хоть перестанет тебя нагружать всякой ерундой.
— Моя работа – не ерунда! — тут же насупилась Оля.
— И в кого ты такая упрямая? — протянула я, перекатываясь с живота на спину.
— Кто бы говорил, — фыркнула сестра. — Напомнить, почему ты помираешь от скуки уже который день?
— Не стоит, — поморщилась я, понимая её правоту.
Да, если бы не моё упрямое желание доказать Олегу, кто из нас настоящий журналист…
Но теперь жалеть о содеянном было поздно. Что есть, то есть.
— Помочь с волосами? — решила я перевести тему, но вставать с кровати не торопилась.
— Сама справлюсь, — отмахнулась Олька, застёгивая пиджак и бросая взгляд на часы. — Чёрт! Опаздываю!
— У тебя рабочий день начинается в десять, — напомнила я поднимаясь, и потягиваясь потопала в прихожую, наблюдая за шустрыми сборами сестры на работу.
— Нужно в химчистку заскочить, забрать рубашки Станислава Григорьевича, — начала перечислять Оля, перерывая обувницу в поисках туфель. — Затем в кофейню…
— У вас в офисе даже кофемашины нет? — лениво поинтересовалась я у неё.
— Есть, но он любит по утрам пить нечто более представительное…
— Какая цаца, — усмехнулась я, уточняя: — А с каких пор в обязанности помощника начальника юридического отдела входит беготня по дорогущим кофейням и доставка чистого бельишка? Попахивает превышением должностных полномочий…
— Если ты встала на путь нового журналистского расследования, — повысила голос Оля, всунув ноги в найденные балетки. — То хочу напомнить, что ты ещё с последствиями прошлого не разобралась.
— Разбирается папа, — поправила я её. — А я…
— А ты сидишь тут, — с нажимом произнесла сестра, чмокнув меня в щёку. — Я люблю свою работу и меня всё устраивает. Поверь, лучше таскать ему два раза в неделю рубашки, чем… впрочем, не важно. Володя ушёл на сутки, так что вечером жди только меня. Еда в холодильнике. Не скучай.
Глава 2
— Не скучай, — буркнула я, стоило сестре выйти из квартиры и закрыть за собой дверь.
Это Оля никогда не сидела без дела, всегда находя то, чем себя можно занять. То готовила, то убирала, то шила или вышивала. Я же не отличалась подобной усидчивостью.
Да, при абсолютно внешнем сходстве мы были тотальными противоположностями. Но при этом всегда были близки. Правда, сколько не пытались, так и не смогли почувствовать друг друга на расстоянии. Врут про подобную связь близнецов. Я как-то сотрясение получила, так Олька не то, что не почувствовала… у неё даже голова не чесалась в тот день, не говоря о мигрени и прочем.
Так что, моя идея написать на эту тему захватывающую статью с достоверной доказательной базой оказалась провальной. Как и большинство следующих идей.
— Журналистское расследование на тему превышения должностных полномочий – это скучно, — взяв в руки ноутбук и прихватив с собой яблоко с кухни, я прошла в гостиную, устраиваясь в кресле. — А вот разгромная статья на тему харассмента… совсем другое дело. Она ведь это имела в виду, когда сказала «не важно»?..
Смачно куснув яблоко, я вбила в поиск название фирмы и перешла на сайт компании, в которой работала сестра.
— Так, так, так, — продолжая чавкать, я пыталась найти раздел с нужным отделом и фотографиями сотрудников.
Сайт выглядел очень представительно. И, хвала богам самолюбования и тщеславия, фото сотрудников действительно имелись. Победно кликнув в надпись: «Юридический отдел», я не сдержала вздох разочарования.
Вместо фотографии Снежинского Станислава Григорьевича я созерцала серый прямоугольник. Зато остальные снимки меня порадовали. В составе их отдела было семнадцать человек и из них только трое являлись мужчинами. Остальные были вполне себе красивыми женщинами.
— Совпадение? Не думаю, — хохотнула я, отложив в сторону яблочный огрызок.
По всему выходит, что Станислав Григорьевич использует юристов не по назначению. Пользуется своим положением, в лице папочки генерального, и злоупотребляет властью. Иначе зачем ему столько девушек? Мужики юристы перевелись? Или он считает женщин умнее и ответственнее? Даже звучит смешно! И пусть это действительно правда, те, кто звенит в штанах причиндалами, женские навыки всегда принижают. Так что…
— Ларина Татьяна Константиновна начинает своё разгромное расследование, — прошептала я в экран ноутбука, вытерев руки об пижамные штаны и принялась собирать информацию.
Начать решила с фотографии похотливого начальника сестрёнки.
Наверняка ничего стоящего из себя не представляет. Уверенные в себе мужики не устраивают из своего рабочего места личный гарем. И не заставляют замужних и тех, кто ему отказывают, батрачить вне офиса.
— Ладно, беру свои слова назад, — выдохнула я, найдя фото Станислава Снежинского в сети.
На хлипкого заморыша с папиной кредиткой он не тянул.
Высоченный качок с красивым лицом. Аристократично прямой нос, красиво очерченные губы, пронзительный взгляд…
Признаться честно, я даже засмотрелась. Что поделать, нравились мне такие мужчины. Такие, с которыми чувствуешь себя женщиной. Которые не будут с тобой драться в ванной за полочку, потому что их крема не помещаются…
И самое ужасное, что Снежинский был хорош и в костюме, и в обычной одежде.
— Значит размер финтифлюшки подвёл, — сделала я вывод, продолжая обличать босса сестры в харассменте.
Иначе к чему ему самоутверждаться за счёт своих подчинённых?
В том-то и дело…
Вот только сколько я не ползала на просторах интернета, так и не смогла найти ни единого упоминания о том, что Станислава обвиняли хоть в чём-то подобном. Оно и понятно, с таким папочкой… Сто процентов все грязные хвосты за своим сыночком подчищает регулярно.
А значит, мне нужно как-то проникнуть в офис, чтобы найти доказательства своих выводов.
Осталось решить, как именно это сделать.
Глава 3
Весь день я продумывала план по проникновению в офис, где трудилась моя сестра. Нет, я прекрасно понимала, что могу просто приехать туда и войти как все нормальные люди – через гостевой пропуск.
Но что мне это даст? Разовое посещение этой компании – не тот вариант, что мне нужен. Что я успею? Или увидев близняшек, этот Станислав Пополапович, тут же затащит нас с Олькой в кабинет для незамедлительного проведения оргии? Было бы неплохо, конечно, заполучить такой материал для статьи, но… я очень сомневалась, что босс сестры настолько глуп. Как не обидно было это признавать, но на его лощёной мордахе читался явный интеллект.
Ещё можно было бы устроиться туда, вот только…
Во-первых, мне сейчас не желательно светить своим паспортом. Во-вторых, я настолько далека от юриспруденции, насколько это вообще возможно! Нет, какие-то базовые знания у меня имелись. Не зря же как-то несколько месяцев подряд залипала на ток-шоу «Встать! Судья идёт!». О, некоторые подробности жизни подсудимых и стороны обвинения, которые вытаскивал на всеобщее обозрение адвокат защиты, даже и не снились раскрученным сериалам!
Но, боюсь, с такими познаниями меня не возьмут даже стажёром.
Хорошо бы на чистоту поговорить на эту тему с Ольгой. Осторожно выяснить, что там и как… Правда, я только сейчас поняла, что все разговоры про своего босса она сворачивает сразу же.
— И как я раньше этого не поняла? — прошептала я, пораженная догадкой.
Этот урод приставал к ней! Не просто намекал, а конкретно…
И теперь отыгрывается, гоняя её по своим мелочным поручениям! А она терпит, потому что…
— Поверь, лучше таскать ему два раза в неделю рубашки, чем, — повторила я слова Ольги. — Вот ведь козлина!
Теперь мне в большей степени стало понятно нежелание Ольги рассказывать ему про свою беременность. И пусть она прикрывалась своим сомнительным желанием не терять хорошее место с высокой зарплатой, теперь я поняла всё… Более или менее.
А я всё голову ломала, что у неё в договоре за пункт такой, что в течение трёх лет она обязуется не обзаводиться детьми! Теперь ясно, с таким козлиной начальником по другому и быть не могло! Вот если бы на её месте была я…
А ведь это идея!
С трудом дождавшись, когда Оля вернётся с работы, я начала приводить свой гениальный план в жизнь.
— Как прошёл день? — начала я с рутинной фразы, когда мы сели за стол ужинать.
— Как обычно, — привычно отозвалась сестра, заливая жаркое майонезом.
Вот, что с людьми гормоны делают. Раньше она его на дух не переносила. А теперь всё есть с мазиком. Вообще всё. Мне кажется, будь её воля, она бы его и в кофе добавляла вместо молока! Но тут повезло. Кофе ей врач запретил.
— Ты чем занималась? — уточнила Олька, отправляя ложку в рот и едва ли не щурясь от удовольствия. — Вкуснятина!
Скосив глаза на полупустую пачку майонеза, я пожала плечами:
— Телевизор смотрела. Сериал новый вышел, там героиня беременной притворялась.
— Зачем? — с интересом уточнила Оля, с аппетитом отправляя в рот ложку за ложкой. — Мужика на себе женить?
— Круче, — усмехнулась я, с опаской смотря на то, как сестра добавляет себе в тарелку майонеза. — Чтобы её не уволили. Так себе она была сотрудником, — мило улыбнувшись, я понизила голос, доверительно ей сообщая: — Но её коллеги быстро раскусили. Она шарик вместо живота подкладывала.
— Это она зря, — рассмеялась Олька. — Проще было бы накладной живот купить. И надёжнее.
— Это точно, — поддержала я её, начиная закидывать ей первую пищу для размышлений. — Просто я смотрела и думала о тебе. Ты тоже с людьми работаешь. Вдруг… — замолчав, я выдержала небольшую паузу. — Начнут спрашивать, почему ты носишь такие объёмные вещи.
— Да уже спрашивают, — нехотя призналась сестра. — Приходится ссылаться на моду.
— Ну а что тебе ещё делать? — улыбнулась я, поднимаясь из-за стола и беря в руки свою тарелку. — Не меня же вместо себя на работу отправить в обтягивающем платье, — «пошутила» я и, поставив тарелку в раковину, рассмеялась. — Я же не смыслю ничего в юриспруденции. Или ты мне через гарнитуру в ухе будешь подсказывать, что говорить? — я подавала всё в виде шуток, смотря на вялую улыбку сестры. — Или так: ты работаешь дистанционно, скидывая мне документы на почту, а я всем демонстрирую идеально ровный живот! — посмеиваясь, я направилась в комнату, на ходу добавляя: — Пойду полежу немного. Насмешила ты меня, конечно, Оль.
— Да, насмешила, — тихо отозвалась сестра.
Ну всё. Теперь мне остаётся подождать, когда «шутки» улягутся в окутанной гормонами голове сестрёнки и она придёт ко мне с «гениальной идеей».
Лишь бы так оно и вышло!
Глава 4
Следующие несколько дней для меня наполнились невыносимым ожиданием. Я специально больше не поднимала тему Ольгиной беременности и работы, давая сестре время всё обдумать.
Часто я ловила на себе её задумчивый пристальный взгляд. Несколько раз слышала, как она с Володей шушукается о чём-то… хорошим знаком было то, что в этих разговорах фигурировало моё имя. Я сомневалась, что муж сестры одобрит идею с нашей рокировкой. С другой же стороны, Володя часто просил супругу перестать «таскаться на работу». Даже примеры приводил из своей практики, к чему её упорство может привести. Работая фельдшером скорой помощи он ни раз становился свидетелем того, с чем могут столкнуться не жалеющие себя будущие мамочки.
Вот только Олька была непреклонна. И на каждый аргумент Володи заверяла, что нигде она не перетруждается, и вообще…
— Гормоны, — как-то пожаловался мне шурин. — Бесполезно пытаться ей что-то объяснить сейчас.
— И что ты будешь делать? — спросила я тогда у него в ответ, пользуясь тем, что сестра была в душе и не слышала наш разговор.
— Подожду, когда она не сможет спрятать живот от коллег, — спокойно ответил Вова.
В план сестры «незаметно родить» он не верил так же, как и я. Как и не был согласен с идеей отпустить жену на работу сразу после родов, а самому сидеть дома с малышом.
— Здесь ведь дело не в том, что я буду бить себя пяткой в грудь и орать, что декрет – не мужское дело, и всё отсюда вытекающее, — доверительно пояснял мне Володя. — Оля сама не захочет оставлять малыша на весь день. Осталось дождаться того момента, когда она сама это поймёт.
Вот только понимания у сестры не было никакого.
И пока Вовка смотрел на всё через призму медицинской закалки, списывая всё на игры гормонов, я как-то под шумок позвонила маме, уточнить, а нормально ли это… или сестру стоит показать хорошему психологу…
Всё же, пункт в договоре, конечно, аргумент, но не настолько, чтоб прятать ребёнка...
— Тань, всё хорошо, — рассмеялась на мои вопросы родительница. — Я, когда с вами ходила, постоянно ловила себя на мыслях о ремонте. Папа на работе пропадал, а я стены красила раз по пять за месяц. И не потому, что цвет выбрать не могла, а просто запах нравился. Да и потом, боясь, что вас сглазят, то к бабкам рвалась, заговорами вас защитить. То из дома выходить побаивалась... и это месяце на восьмом! После родов я только успокоилась. И Ольга угомонится. Вот увидишь!
В общем, решив, что раз никто не паникует, то и я сильно переживать не буду, наблюдая за бзиками сестры.
Тем более, что мои манипуляции начали давать положительные результаты…
— Тань, можно? — на четвёртый день после того нашего разговора, Олька, кажется, созрела.
— Конечно, — улыбнулась я, смотря на замершую в дверном проёме сестру. — Что-то случилось?
— Я сегодня на работе слышала, как девочки шептались о том, что я… живот скрываю, — призналась она, проходя в комнату и присаживаясь рядом со мной на кровать.
— Шила в мешке не утаить, — авторитетно заявила я ей, покачивая головой. — Ты и сама понимала, что беременность…
— Вообще-то, они считают меня просто толстой. Мол, разнесло, вот и… скрываю, нося палатки вместо нормальной одежды, — поморщилась Оля, резюмирую то, что она думает о своих коллегах: — Дуры.
— Вот именно, — поддакнула я ей, внутренне замерев, ожидая слов, которые я жаждала услышать от сестры. — Не обращай на этих куриц внимания.
— Да я и не обращаю, — Олька закусила губу, отводя взгляд в сторону. — Просто я всё думаю о том сериале. Помнишь, ты рассказывала?
— Каком? — «задумалась» я, совершенно «не понимая», о чём она говорит.
— Про лже-беременную, — напомнила мне сестра. — Точнее, о том, что ты сказала после.
— Не совсем тебя понимаю.
Знала бы ты, Оля, как тяжело мне сейчас давалось сдержать ликование!
— Тань, — сестра схватила меня за руку, посмотрев так, как ни одному голодному котику и не снилось. — Выйди, пожалуйста, вместо меня в понедельник на работу!
Бинго!
Ну всё, Станислав Пополапович, тебе кранты! После моей статьи ни один папочка не отмажет. И будут тебя ждать судебные тяжбы и разбирательства...
А меня ждёт Пулитцеровская премия.
Глава 5
— Оль, что ты такое говоришь? — выдохнула я, изображая удивление на грани шока.
— Я прошу тебя выйти вместо меня на работу, — повторила сестра, начиная тараторить. — Ничего сложного! Посидишь там, в моём любимом платье, покажешь всем фигуру, без намёка на пузико… один день, Тань!
— Но я же ничего не понимаю в твоей работе! — возмутилась я, тщательно скрывая победную улыбку.
— Я всё продумала! — начала уговаривать меня Олька. — В понедельник ничего из срочного нет – всё доделывается в пятницу. Тебе лишь нужно будет посидеть на планёрке. Даже записывать ничего не нужно! Просто позвонишь мне перед тем, как войти в кабинет, убрав телефон в карман, и я сама всё нужное зафиксирую…
— Мне не нравится это идея, — замотала я головой. — Я не знаю твоих коллег и…
— Я всё подготовила! — с готовностью отозвалась сестра, выкрикивая в сторону двери: — Вов! Принеси планшет!
— А зачем нам планшет? — тихо спросила, наблюдая как шурин приносит гаджет и отдаёт его Ольге.
Судя по его лицу, он едва сдерживался от того, чтобы не закатить глаза.
— Я же говорю: я всё подготовила, — повторила Ольга, открывая файл. — Смотри, здесь фотографии и краткая информация о тех, с кем я работаю в отделе. Здесь схема посадки этих людей в офисе, а тут…
— Подожди! — я даже на ноги встала, возмущённо взмахнув руками. — Ты так говоришь, будто я уже согласилась, а я…
— Тань, я тебя очень прошу! — отложив планшет, Оля тоже поднялась с кровати, сложив руки в просящем жесте. — Один день. Максимум два. Просто, чтоб все увидели, что я в хорошей форме, и без намёка на беременность!
— Ну не знаю, — покачала я головой.
Главное было не переборщить с возражениями. И не выдать себя так и рвущимся наружу победным криком: «Ю-у-у-ху-у!».
— Тебе даже делать ничего не придётся – всю текучку я беру на себя! — продолжала уговаривать сестра, понятия не имея о том, что в душе я уже репетировала речь на вручении премии и перечисляла тех, кого обязательно нужно поблагодарить. — Документы буду делать я и пересылать тебе. Просто распечатаешь и на подпись к Станиславу Григорьевичу. На звонки отвечаешь… там ничего сложного, просто переключишь. Номера внутренних добавочных я тебе дам!
— Звучит всё просто, — сделала я вид, что начинаю сдаваться. — А часто придётся бегать к твоему боссу?
— Нет, — как-то неуверенно ответила Ольга, опустив глаза. — Раз пять. Десять. Может чуть больше…
— Оля, — протянула я, делая себе мысленную пометку зарядить диктофон. Ещё бы скрытки где взять, чтобы в кабинете этого распутника всё завесить...
— Ну, может кофе попросит принести, — печально выдохнула сестра. — Или отчёт какой. Или… но там правда ничего сложного! Я тебе всё подробно расскажу!
— Расскажу, покажу, нарисую, — хмыкнула я, замечая в глазах Оли слёзы. — Ты чего?..
— Тань, поможешь? — шмыгнув носом, она смотрела на меня с мольбой. — Пожалуйста. Помоги.
— Да помогу я, помогу, — поспешила я её успокоить.
То ли я чуть-чуть перегнула с игрой в «отказ». То ли Оля манипулятор не меньше, чем я…
И, кажется, верным оказался второй вариант.
— Отлично! — сморгнув наигранные слёзы, сестра вернулась на кровать и взяла в руки планшет. — Садись. Придётся много запоминать! Надеюсь твоя хваленая фотографическая память осталась при тебе, и ты никого не перепутаешь. И ничего…
— Очень постараюсь, — присаживаясь рядом с ней, я позволила себе улыбку.
Ай да я. Ай да молодец!
Но это ещё не победа. Главная битва ждёт меня в понедельник.
