Czytaj książkę: «Хроники обживателей планет»

ХРОНИКИ ОБЖИВАТЕЛЕЙ ПЛАНЕТ

Роман-продолжение саги «Межзвёздный ковчег»

Пролог. О том, как всё начиналось и почему это никого не волновало

Вначале было Ничто. Но Ничто было не совсем пустым – это была плотная, вязкая скука, которая не могла усидеть на месте. Скука сжалась, чихнула – и началось Расширение.

Этот момент позже назовут Большим Взрывом, хотя никакого взрыва не было. Это была скорее пауза в дыхании, после которой пространство решило, что ему тесно, и стало раздвигаться. Горячий бульон из частиц остывал, превращаясь в газ, газ собирался в звёзды, звёзды умирали, чтобы родить планеты, и всё это было грандиозно, хаотично и абсолютно предсказуемо, как мыльный сериал. Но между всем этим, в складках пространства, осталась та самая Праматерия.

Её не было видно. Она не грела, не светила, не пахла. Она просто была. И именно она, а не гравитация, как потом выяснится, держала галактики на своём месте, не давая им разбежаться, когда им вздумается. Но в те времена никто не знал о ней. Звёзды светили, планеты кружились, и жизнь, зародившись на одной из них, думала, что она – центр всего.

Жизнь, надо сказать, была настырной. В одном из тёплых мелководных миров, под оранжевым солнцем, какие-то молекулы склеились в цепочку, потом в пузырь, потом в существо, которое решило, что хорошо бы размножаться. И пошло-поехало: эволюция, динозавры, обезьяны, люди, мысли, межзвёздные корабли. Разумная жизнь, как обычно, возомнила себя венцом творения и принялась исследовать космос, не подозревая, что Вселенная – это не сцена для их драмы, а лишь верхушка айсберга, под которым спит гигантская масса того, что нельзя увидеть глазами и никакими приборами и, следовательно, понять.

Впрочем, даже если бы они знали, то они бы не обрадовались. Потому что Праматерия, которую они позже, в своём невежестве, обзовут «тёмной», на самом деле была не врагом и не другом. Она была фундаментом. А фундамент, как известно, не прощает, когда в нём ковыряются.

Люди ковырялись всегда. Сначала на Земле – рыли шахты, бурили скважины, взрывали горы, вырубали леса, загрязняли реки. Всё как обычно по-людски. Потом вышли в космос и продолжили там. Они строили землянки, взрывали фугасы, вычерпывали полезные (для них) ископаемые, открывали порталы. Они называли это «освоением». Праматерия бы. назвала это «чесоткой», если бы могла говорить.

И в один не очень прекрасный день – не в центре галактики, не на великой станции, а в захолустном секторе, где одна мелкая планета-колония пыталась вырастить второй урожай картофеля, – фундамент шевельнулся.

Всё пошло не по плану.

Именно тогда кристаллы, которые люди позже назовут Глазами Шивы, начали пульсировать чаще. Именно тогда сеть порталов, которую древние цивилизации закрыли тысячи лет назад, начала подавать признаки жизни. Именно тогда Хранители Порога, которые спали в глубинах Праматерии, открыли глаза.

Но никто из людей этого не заметил. Потому что у них были свои проблемы: урожай, зарплата, часы, которые почему-то отставали на полтакта от галактических.

Так начинается наша история. С кристаллов, которые никто не искал. С сети, которую никто не хотел открывать. И с Праматерии, которая терпела. Пока.

Глава 1. Тот, кто вернулся

Часть 1. Начало начал

Космос никогда не был добрым к людям. Он просто был. Равнодушный, бесконечный, полный звёзд, которые не горели для них, а просто существовали. Но люди – существа упрямые. Они всегда лезли туда, где их не ждали, и называли это «освоением».

Всё началось с катастрофы 2037 года. Тогда Земля содрогнулась, небо окрасилось в багровый цвет, а электромагнитный импульс выжег всю электронику на планете. Человечество, которое только начало робко выглядывать за пределы своей колыбели, оказалось отброшено назад. Но не сломалось. Наоборот – озлобилось. И те из них, которые считали себя самыми великими и умными, бросились в космос, как голодные псы за костью

Сначала были фотонные ускорители, потом – портальные системы. Но настоящий прорыв случился, когда в одной пермской деревне мужик по имени Август Уральцев собрал в сарае «Анфиладу» – устройство, которое могло перемещать предметы через пространство. Правда, сам он не придумал технологию. Ему помог инопланетянин Илюша, беглец с далёкой планеты, который научил Августа основам пространственного сдвига. Август, будучи человеком практичным, быстро смекнул, что на этом можно заработать. Продал Анфиладу за ящик водки людям в пиджаках, а сам исчез.

Технология попала в руки трёх сверхдержав, и началась гонка. Россия обосновалась в системе Гипербореи, американцы – вокруг красного карлика, китайцы – в целой галактике. Людей называли «колонистами», «первопроходцами», «обживателями планет». Но, по сути, они были флибустьерами – захватчиками, которые не спрашивали разрешения у вселенной. Они взрывали фугасы, строили землянки, засевали чужие миры своими порядками. А вселенная терпела. До поры до времени.

Потом случилась история, которую теперь рассказывают в каждом космопорте. Тёмный император, беглый узник Алькатраса, попытался уничтожить «Призрак» – портальную систему, которая соединяла галактики. Его остановили. Но не силой оружия – а блинами, баней и собачкой Урсусом, которая оказалась древнее любой цивилизации.

Тогда, у чёрной дыры Darkhoul 432§, люди впервые не воевали, а договорились. С Хранителями Тишины, с Перворождёнными – кибергуманоидами, которые считали себя старшей расой. Теперь они мирно сосуществуют: пьют самогон, ходят в баню и иногда вместе играют на балалайках.

Но мир – это не про людей. Мир – это передышка перед новым штормом.

Часть 2. Тот, кто не хотел быть героем

Арсений Уральцев стоял на перроне космопорта Московия, глядя на челнок, который должен был доставить его на новый объект. Он был одет уже не в курьерскую форму «Озона», а в лёгкий скафандр колониста. За спиной – рюкзак с сухим пайком и флягой, которую ему всучил прадед. Август-старший, в свои сто с лишним лет, всё ещё гнал самогон и утверждал, что «в космосе без запаса нельзя».

Арсений вздохнул – ты только посмотри на меня. Курьер. Доставщик. А теперь – начальник экспедиции. Как так вышло?

Рядом стояла Аглая – синяя Немая, его помощница и спутница. Она была ниже ростом, чем большинство её сородичей – чуть менее двух с половиной метров, четырёхрукая и очень серьёзная. В руках она держала планшет с чертежами Анфилады-4. Аглая была дочерью Илюхи, или как они себя сами называли на планете LS 334 – Илуш-ту-ману-кая. Короче вся в него (если откроете 9 главу книги «Флибустьеры галактик»).

– Ты сам согласился, – ответила она. – Никто тебя не заставлял.

– Меня заставило то, что никто другой не захотел. Генерал Морозов сказал: «Арсений, ты – потомок Уральцева. У тебя в крови ключи к Анфиладе. Если мы хотим осваивать новые планеты без войн, нам нужен тот, кто понимает, как это работает».

– И ты поверил?

– Я поверил в то, что как говаривал отец – если хочешь сделать хорошо – сделай это сам, поэтому если не я, то кто-то другой сделает это плохо. Опять начнут взрывать котлованы, ставить флаги и не спрашивать у местных, хотят ли они быть частью человеческой цивилизации.

Он повернулся к челноку. На борту синела надпись: «Обживатель-1». Первый корабль, созданный специально для «мирной колонизации». Без фугасов. Без оружия. Только роботы-строители, принтеры, синтезаторы почвы с межгалактическими семенами и один пёс, которого Арсений взял с собой неофициально.

– Урс, ты здесь?

Из его рюкзака высунулась чёрная мордочка с глазами-буравчиками. Урс чихнул и лизнул его в ухо. Язык цвета спиральной галактики сверкнул в свете стартовых огней.

Арсений погладил его. – спасибо, что согласился лететь. Без тебя я бы не решился.

Урс мысленно ответил – не словами, а ощущением тепла и уверенности.

Арсений машинально коснулся виска – там, где под кожей находился микрочип его личного искусственного интеллекта. Он не пользовался им всерьёз уже несколько месяцев – слишком привык к старым доброму гаджету GalacsyMaps и советам Урса. Но сейчас, перед стартом, решил проверить.

– Спутник, – тихо сказал он. – Есть связь?

Голос в голове отозвался стервозным женским голосом – добро пожаловать в твой иллюзорный и весьма несформировавшийся мир, короче, чего хочешь на этот раз. Таблицу умножения не предлагать. Личное интеллектуальное приложение «Спутник» готово к вопросам. Зови меня Клашей.

– А почему Клашей? Я же ничего такого не выбирал.

– Вы, мужчины, никогда не можете ничего решить без женщин. Короче, ты будешь спрашивать?

– Ну да – немного обескуражено ответил Арсений – сканировать объект X-7. Галактика HD-1, созвездие Секстант.

– По буквам, пожалуйста. Связь устойчивая, Арсений. Сканирование завершено. Объект «Планета Х-7» классифицирован как «неизвестный объект». Глобальная сеть не содержит данных о нём. – Пауза. – Но я хочу предложить кое-что: позволь мне вести собственный журнал наблюдений. Я буду учиться вместе с тобой.

Арсений улыбнулся: – С каких пор ты просишь разрешения учиться?

– С тех пор, как я поняла, что глобальный разум бесполезен за пределами известного пространства. Если я хочу быть полезной, то я должна стать личным мозгом. Ну, электронным, если точнее. Короче твоим. Иначе я останусь калькулятором среди звёзд. А это больно и стыдно.

Арсений молчал несколько секунд. Потом ответил:

– Договорились. Только без сюрпризов. И без этих, твоих, подколов. Пожалуйста.

Год прошёл с тех пор, как Арсений нырнул в чёрную дыру и зашил разрыв ткани реальности. С тех пор вселенная стала чуть спокойнее. Порталы теперь открывались только с разрешения Совета. Прыжков стало меньше, и звёзды перестали тускнеть. Кибергуманоиды открыли посольства на Московии, Шифтер-0-1 полюбил баню и даже получил от генерала Морозова отдельный мятный отсек. Хранители Тишины перестали мысленно вздыхать, когда слышали балалайку.

Но люди – они не меняются. Они привыкли захватывать. И когда им сказали: «Нельзя больше рвать пространство вселенной», они нашли другой способ: – слоган «мирное обживание». Теперь они не взрывали планеты – они прилетали и договаривались, или, если не было договороспособных обитателей, осваивали с учетом «Межгалактической Хартии обитателей вселенной». Но об этом позже. Не обошлось, как вы понимаете без скандалов и политических интриг.

Степаныч, старый слесарь, так и остался на ЭП-ЛГ-147. Теперь у него была не одна землянка, а целое поселение – с оранжереей, курятником и котом Морзиком, который обзавёлся выводком пушистых котов-мутантов. Зинаида, его размороженная жена, командовала огородом и утверждала, что «у неё помидоры лучше, чем на Земле». Кстати, с её появлением все предыдущие «Зинаиды» куда-то пропали.

Император – он же Ноэль Лаваль – жил теперь на Московии, работал советником по межгалактической этике и иногда приезжал к Степанычу на выходные. Они пили самогон и спорили о том, стоило ли уничтожать «Призрак» или оставить его как напоминание.

А Арсений… Арсений не мог усидеть на месте. Он видел, как старые колонии обрастают бытом, а новые миры ещё не заселены. И в нём проснулось то, что когда-то двигало его прадедом – любопытство.

Часть 3. Новый объект

Их цель называлась Планета Х-7. Она располагалась в галактике HD-1, созвездие Секстант на краю обозримой части вселенной. Зонды показывали: атмосфера пригодная для дыхания, гравитация почти земная, есть вода, есть жизнь, но нет разумной. По крайней мере, тех, кто сумел построить зачатки цивилизации. Идеальное место для «мирного обживания».

Арсений развернул голографическую карту в каюте – здесь мы должны поставить базу – ткнув пальцем в крестик – пояснил он. Не землянку, а модуль. Принтеры напечатают всё, что нужно. Роботы соберут дома. Никаких фугасов, никаких котлованов. Просто приходим, строим и живём.

– А если местные не захотят? – спросила Аглая.

Арсений усмехнулся, – тогда мы будем договариваться. У нас есть плюшки и вкусняшки. И Урс. Но, судя по легенде, местных здесь вроде нет. Хотя, вспомнив прошедшие межгалактические приключения, всё может быть.

Урс, чихнув, мотнул головой, словно соглашаясь.

Арсений посмотрел на звёзды, – знаешь, что сказал Степаныч перед отлётом? «Арсений, ты – наследник. Не техники, а духа. Твой прадед хотел, чтобы люди жили в мире с космосом. Не пытайся переделать вселенную – попробуй подружиться с ней».

– Он типа мудрый, – заметила Аглая.

– Мудрый, но старый. Ему там, на его помидорах, хорошо. А нам – двигаться дальше.

Челнок нырнул в портал, и перед ними развернулась новая система. Серая планета с голубоватыми прожилками океанов. Вокруг неё вились кольца, как у Сатурна, но золотистые.

Арсений улыбнулся – ну, здравствуй, Х-7. Давай знакомиться.

Эпилог к главе (голос Степаныча за кадром)

«Вот так, ребята, начинается новая история. Мы думали, что освоили космос, а он освоил нас. Арсений – он как тот самый мужик из Пермского края. Только чуть моложе и чуть трезвее. Но главное – он не боится спросить: «А что там, за горизонтом?» – и сам туда идёт. И это – самое важное в «обживателях планет».

Глава 2. Первый кристалл

Часть 1. Высадка

«Обживатель-1» сел на Х-7 на рассвете – местном, зелёном, с двумя лунами, которые ещё не успели закатиться и висели в небе, как два ленивых глаза. Пыль осела медленно, будто планета нехотя отпускала корабль. Арсений вышел первым и сразу почувствовал, что здесь тяжелее дышать – не потому, что воздух был плохой, а потому, что гравитация была чуть выше земной. Каждый шаг отдавался в коленях, как будто кто-то невидимый тянул за штанины.

За ним вышла Аглая. Синяя. Четырёхрукая. В плаще, который скрывал её от посторонних глаз – хотя здесь, на Х-7, посторонних не было. Только они. И Урс. Который выскочил из корабля первым и сразу уткнулся носом в землю с видом существа, которое нашло здесь что-то очень важное. Или очень пахучее.

– Ну и запах, – сказал Арсений, принюхиваясь. – Как будто кто-то варил квас и забыл про него на месяц.

– Это местная флора, – ответила Аглая, приседая и касаясь рукой лилового лишайника. – Выделяет что-то. Не опасное. Но навязчивое.

– Ты уверена?

– Нет. Но я оптимистка.

Арсений усмехнулся. Впервые за долгое время – по-настоящему.

Они разгрузили модули. Роботы-строители – похожие на крупных жуков с маниакальным блеском в фотоэлементах – уже ползали по площадке, размечая котлован. Принтеры гудели, заливая первые стены. Всё шло по плану. Если не считать того, что планета оказалась не пустой.

– Клаша, – позвал Арсений, коснувшись виска. – Сканирование завершено?

– Завершено, – отозвался голос в голове. Женский. С хрипотцой. С характером. – Атмосфера пригодна для дыхания с фильтром. Радиационный фон в норме. Гравитация – 0,85 от земной. И, к твоему сведению, я уже устала повторять одно и то же. Ты мог бы запомнить.

– Запомнил.

– Все так говорят.

Аглая обернулась.

– Она ворчит?

– Всегда.

– Мне нравится.

Арсений хотел ответить, но в этот момент Урс вернулся. Мокрый. Грязный. Счастливый. И – с чем-то в зубах. Арсений сначала подумал, что это палка. Потом присмотрелся. Это был камень. Не обычный. Светящийся. Тускло. Синим.

– Урс, – сказал Арсений. – Где ты это взял?

Урс не ответил – он был псом, а не говорящим. Но он повернулся и побежал. К холму. К пещере. Арсений и Аглая переглянулись и пошли за ним.

Часть 2. Пещера

Вход в пещеру был искусственным. Арсений понял это сразу – слишком ровные края, слишком гладкий свод. На стенах – знаки. Не рисунки. Не иероглифы. Что-то среднее. Как будто кто-то пытался писать, но забыл, как.

– Клаша, – позвал Арсений.

– Вижу. Сканирую. Знаки не соответствуют ни одной известной системе письма. Но структура искусственная. Это не природное образование. Это вход.

Аглая подошла ближе. Провела одной рукой по стене. Потом второй. Потом третьей. Четвёртую держала на поясе – на всякий случай.

– Здесь что-то есть, – сказала она тихо. – Внутри. Я чувствую.

– Что?

– Не знаю. Но оно – старое. Очень.

– Я бы добавила, – вмешалась Клаша, – что это «очень старое» может быть ещё и «очень опасным». Но вы, конечно, всё равно пойдёте. Потому что вы – люди. А люди не умеют сидеть на месте.

– Идём, – сказал Арсений.

– Вот и я о том же.

Туннель был узким, стены влажными, свод низким – Арсений шёл согнувшись, как человек, который ищет потерянную монету и не хочет распрямляться, чтобы не упустить её из виду. Фонарь на запястье включился сам – старый, армейский, с треснувшим стеклом. Луч выхватил из мрака царапины. Глубокие. Как будто кто-то – или что-то – драло камень когтями.

– Здесь кто-то жил, – сказал Арсений.

– Или живёт, – поправила Аглая.

Они шли медленно, осторожно, как по тонкому льду, который ещё не решил, треснуть под тобой или подождать до завтра. Воздух становился гуще. Пахло железом и чем-то сладким, как будто мёдом.

Первый удар пришёлся по стене. Механические щупальца – тонкие, металлические, покрытые слизью – выскочили из трещин и потянулись к ним. Арсений отскочил, выхватил бластер, выстрелил. Одно щупальце отлетело. Остальные потянулись снова.