Czytaj książkę: «Падение Диссы»

© Ткач Олег, 2026

© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2026

Пророчество Тьюссалей

 
Когда безумство королей
Затопит кровью города,
Распалит жертвенный костер
В угоду призрачным богам,
Из тьмы веков явится то,
Что мир пожрет огнем чумы,
Закрутит смерти хоровод,
И вековая ночь придет.
Спаситель будет глух и слеп
К мольбам сжираемых тленом душ.
И замки превратятся в склеп.
Свет тьме уступит наконец.
 

Глава 1

Атаковали стремительно. Первая волна стрел и дротиков разбилась о защитные заклинания мэйров, а за ней тут же последовала вторая. Разбойники бросились вперед и быстро сократили расстояние – завязалась рукопашная, в которой у магов не было шансов.

Кэрик прошел мимо своих людей, хладнокровно добивающих охрану, сел на черный песок и стал ждать. Старый мэйр не ошибся: как только беглец приблизился к границе Мертвого леса, пробудился дар прикосновения – крохи полученной в качестве аванса силы, которой его когда-то лишили.

Он с жадностью бросился разумом вперед, забыв о предосторожности. Поток видений, мыслей и эмоций захлестнул сознание в бешеном водовороте. Перед внутренним взором мелькали, сливаясь в размытое пятно, молочно-белые стволы мракодеревьев. Кэрик почувствовал липкий страх перед неминуемой смертью, боль и отчаянное желание выбраться. Погоня приближалась.

Кэрик испуганно дернулся, отшатнулся и вырвался из чужого разума. Он повалился на бок, и чьи-то руки вовремя подхватили его онемевшее тело, осторожно опустив на землю. Открыв глаза, он увидел испуганное лицо Шейлы, его правой руки.

– Лекарь… – прошептал он едва слышно. Во рту стоял металлический привкус крови.

Через мгновение к нему подбежал еще один человек. Теплая ладонь легла на лоб, и по коже прокатилась целительная волна магии.

Потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя и встать. Выпрямившись, он повел плечами и осмотрелся по сторонам, возвышаясь над замершими вокруг людьми на добрый локоть, как громадный горный медведь, вылезший из пещеры. Длинная иссиня-черная борода только усиливала сходство.

Разбойники из банды столпились вокруг и ждали приказов. В десятке шагов бесформенной кучей лежали окровавленные и изуродованные тела. Кэрик усмехнулся. Он не одобрял чрезмерную жестокость, но в случае дархумовых солханцев ничего против не имел. Проклятых выродков-островитян ненавидели многие – и он не был исключением.

Чуть в стороне на коленях стоял единственный оставленный в живых пленник. Рядом с ним замерли двое мужчин с мечами наготове. Затравленный взгляд метался между Кэриком и телами убитых. Его запястья обхватывали тонкие металлические браслеты, соединенные друг с другом короткой цепью. Судя по цвету одежды, солханец принадлежал к боевому ордену.

«Совсем юнец, – подумал Кэрик, смерив пленника мрачным взглядом, – а уже мэйр».

Но даже этот сопляк, будь у него возможность, запросто бы разнес голову любому из банды какой-нибудь магической дрянью.

Разбойники отступили в сторону, стоило только Кэрику сделать пару шагов к пленнику. Он подошел к юноше и положил на голову ладонь. Она была такой широкой, что перекошенное от ужаса лицо почти исчезло под ней.

– Надо отдать должное вашей смекалке, идея с трубой не нова – слышал, подобное уже делали… В ход шла сталь, камень, дерево, даже зачарованные шкуры. Но погорное железо? Очень умно.

Кэрик на мгновение ослабил хватку, обходя пленника по кругу, и вновь сжал пальцы, упираясь запястьем в затылок солханца, заставляя того смотреть прямо.

Впереди, в десятке шагов, дрожала и слабо гудела серая пелена – граница Мертвого леса, через которую не мог пройти ни один человек. Любого, кто касался тумана, ждала мучительная смерть. Даже стальной меч мог исчезнуть на глазах за минуту, коснись его кончик пелены. Поговаривали, что защиту приказал создать один из темных богов. Но до сих пор находились смельчаки, что пытались попасть в Мертвый лес ради баснословно дорогих и опасных артефактов. Серая хмарь, так прозвали дымку на границе Мертвого леса, была первым испытанием на их пути, а иногда и последним.

Кэрик слышал множество историй о людях, пытающихся попасть в Мертвый лес, о том, к каким уловкам они прибегали, чтобы проскользнуть внутрь. Но погорное железо? Это казалось невероятным и расточительным, даже для солханцев. Слишком редкий и дорогой ресурс. Его добывали подземные жители в недрах Великих гор, но ходили слухи, что все жилы истощились еще лет триста назад. Цепочка, скрепляющая браслеты на руках пленного мэйра, была из того же металла. Он легко поглощал любую магию, неважно в каком количестве.

– Где вы взяли столько? – вновь обратился Кэрик к солханцу. – Кто вам помогает?

Он взглянул на широкую трубу – не толще листка кожаного пояса. Но это не имело значения – Серая хмарь не могла справиться с загадочным металлом. Он уже видел жадное возбуждение в блеске глаз своих людей. Чувствовал их нетерпение.

– Я ничего вам… не скажу, – хрипя, выдавил пленник.

Рука на его голове сжалась, и мэйр зажмурил залитые кровью глаза, уже понимая, какая судьба его ждет.

– Что с лагерем? – спросил Кэрик у Шейлы, не оборачиваясь. – Не заметили нас?

– Ничего не подозревают. Все прошло чисто, – ответила женщина. – Смена на закате. У нас есть пара часов.

Тогда вперед выступил лысый мужчина. Его лицо было тщательно скрыто за тканью шарфа. Он назвался Эрриданом, заключив контракт с Кэриком в Диссе, и с тех пор отвечал в их банде, «Волчьей глотке», за магию.

– Ключи к защите мэйров оказались точными. – Голос мага был крепким, хоть и немного хриплым от волнения. – Нас заметили слишком поздно. Послать сигнал бедствия они не могли, я проследил.

Кэрик одобрительно кивнул. Он и не сомневался в информации, которую передал им старик. Как и в том, что Эрридан скрывал шарфом не только безобразные шрамы, но и пару мощных амулетов.

– Он бежит. Если все пойдет по плану, появится до заката. – Пальцы сильнее сжались на голове пленника, и тот замычал от боли. Ладонь резко крутанулась в сторону, раздался сухой треск ломающейся шеи. Мэйр дернулся всем телом и обмяк.

Кэрик продолжил как ни в чем не бывало:

– Шейла с Лекарем останутся со мной. Остальные – спускайтесь в лагерь и убейте всех, кого найдете. По карманам долго не шарить – нас ждет награда гораздо большая, помните об этом. Шакал за старшего.

Услышав кличку, вперед вышел низенький коренастый мужчина с короткими кривыми ногами и поросячьими глазками, которые все время находились в беспокойном движении. Ему пришлось задрать голову, чтобы заглянуть в лицо главаря.

– А ты ничего не забыл сказать? Или ты не знаешь, что на воде стоит корабль? – Шакал говорил нарочито спокойным голосом, но в каждом слове ощущались вызов и угроза. – Солханский, спали его Всеединый, корабль! Что, если нас заметят? Сивонна бачча! Да он одним заклинанием превратит нас в кровавый фарш! Не лучше ли дождаться ночи и тихонько прирезать спящих ублюдков, сожри их свиньи?!

Кэрик не говорил банде о корабле до последнего. Его люди были обычными грабителями и убийцами. Даже после удачного налета на охрану мэйров они продолжали бояться. Шакал уже наверняка продумывал план побега, и его можно было понять: одно дело – грабить загулявших ночью горожан, другое – драться с магами. Но откуда он узнал про корабль? На разведку ходили только двое: Шейла и Эрридан.

– Кто тебе напел про корабль? – грубо спросил Кэрик. – Ты слишком туп, чтобы связаться с солханцами и работать на них.

Краем глаза он заметил, как несколько рук медленно потянулись к мечам. Шакал дернулся, уязвленный не столько обвинением, сколько презрительным тоном. Он уже открыл рот, чтобы выругаться, но его опередил Эрридан.

– Это я рассказал ему, – виновато просипел маг.

Кэрик смерил его холодным взглядом.

– Почему ты сразу не сказал нам о корабле? – вновь вмешался Шакал, и не думая отступать. Почувствовав, что слова мага перевесили невидимую чашу весов в его сторону, он поспешил этим воспользоваться. – Или мы не достойны знать весь твой план?

– Твоего ума хватает только на то, чтобы засесть в засаде и ждать, пока остальные мэйры явятся за нами? – пренебрежительно спросил Кэрик.

Он осознавал, насколько опасен солханский корабль, но приказы не обсуждались. Тем, кто не согласен, в «Волчьей глотке» не место. Единственное, что сдерживало Кэрика от немедленной расправы над Шакалом, – неписаные законы, по которым он не мог убить своего компаньона без весомых причин.

– До ночи придет смена к нашим покойничкам, – тут же вставила свое слово Шейла, пользуясь тем, что она была правой рукой. – Они могут заметить и поднять шум.

Шакал резко повернулся к женщине и смерил ее красноречивым взглядом. Кэрик был уверен, что только высокое положение Шейлы в «Волчьей глотке» помешало дважды уязвленному убийце пустить в ход мозолистые кулаки.

– Да насрать, пусть приходят! Всех под нож пустим, – хрюкнул он и широко улыбнулся, демонстрируя острые подпиленные зубы.

Главарь шагнул навстречу Шакалу, но тот даже не шелохнулся.

– Схватите еще одного солханца живым, и, как только покончим с делом, я выставлю его против тебя, Шакал. Без браслетов. Посмотрим, сумеешь ли ты пустить его под нож.

Шакал заметно смутился.

– Ты стал много трепаться и мало делать, – холодно бросил Кэрик. – Будем действовать по моему плану.

Он заметил, как взгляд Шакала заметался по остальным членам «Волчьей глотки», но доводы оказались слишком убедительны, и почти вся банда поддержала главаря согласным молчанием. А идти против всех было бы самоубийственной глупостью.

– Кораблем займется Эрридан, как только сломает защиту лагеря. – Голос стал спокойным, но от этого казался еще более зловещим. Шакал перестал натянуто улыбаться и отошел в сторону, принимая поражение. – Корабль опутан сложной сетью магии. Стоит сотворить определенное заклинание, как от него не останется и следа. Наши наниматели позаботились и об этом. Не теряйте времени. Идите и выполняйте свою работу.

Когда разбойники направились в сторону моря, ведомые Шакалом, Кэрик снова уселся на черный песок и позволил дару унести разум в Мертвый лес.

В этот раз он был гораздо осторожнее.

* * *

Погоня приближалась.

Маринсу не нужно было оборачиваться, чтобы понять это. Острый тренированный слух легко выхватывал в липкой обманчивой тишине Мертвого леса отголоски звуков: топот ног и прерывистое дыхание. Пульсирующая боль в пораненной стопе с каждой минутой становилась сильнее, и скорость, с которой он несся мимо могучих стволов мракодеревьев, постепенно снижалась.

Он запретил себе думать о том, что будет, если его догонят. За спиной то и дело мелькали зловещие силуэты преследователей. В него бросали копья и стреляли из луков, но всякий раз мазали. Хвала темным богам, что амулет старого мэйра еще не разрядился.

К окраине деревья стали прямыми и ровными. Их раскидистые кроны наваливались друг на друга высоко в небе, в извечной борьбе за солнечный свет, который едва пробивался сквозь багровый навес листьев. Маринс вдоволь насладился мрачным великолепием леса еще по пути к цели. Один из его спутников, Ренди, самый старший в группе, поделился, что рядом с мракодеревьями не растет ничего из-за плотной кроны и безжизненной почвы.

Вспомнив о Ренди-малыше, Маринс внутренне содрогнулся. В сознании возник образ: пронзенный стрелами стражей, Ренди перекрыл вход в подземную крипту и подарил им несколько мгновений для подготовки к защите… Усилием воли он отогнал жуткие мысли и крепче сжал пальцы левой руки, словно пытаясь убедиться, что ключ к свободе все еще у него. Небольшой кожаный цилиндр-футляр скрывал то, что они нашли в крипте на развалинах древнего города Кираэля.

Дно оврага под ногами плавно поползло вверх. Еще немного, и он окажется у сторожевой крепости, где они делали первый привал. Грохочущее, словно кусок металла на наковальне, сердце тронула слабая надежда. Это был самый короткий путь назад. Свернуть с него – встретить быструю смерть. Маринс принялся молиться всем известным богам, чтобы взор хоть одного из небожителей упал на это проклятое место и даровал ему удачу. В ней беглец нуждался как никогда.

Но боги сегодня были неблагосклонны.

Когда до развалин оставалось совсем чуть-чуть, тени разом выскочили на просеку. Взор Маринса прояснился, и он увидел пять стоящих среди камней стражей. Они выстроились полукругом, с зажатыми в руках копьями. Посередине замер самый высокий, с отведенным в сторону мечом.

Внезапно беглец почувствовал чье-то присутствие, так, словно кто-то наблюдал за ним. Проклятые мэйры! С запозданием Маринс понял, что бежит прямо на главного стража. Он попытался резко изменить направление – думал проскочить мимо засады и, обогнув по дуге развалины, вернуться к начальному пути, но не смог. Неведомая сила не дала ему этого сделать. Растерявшись, он приоткрыл рот, но так и не успел вскрикнуть.

Страж шагнул навстречу и широко замахнулся. Амулет на груди обжег кожу огнем. Не понимая, что делать, Маринс прыгнул вперед, подставляясь под удар описывающего дугу меча, и зажмурился, с ужасом ожидая, когда острие перерубит его живот и ребра. Но вместо этого он со всей силы ударился коленями о каменное крошево и перекатился через спину, вновь оказавшись на ногах. Глаза выхватили молочную белизну стволов и петляющую между ними просеку.

Он уже бежал дальше, закусив губу от боли, когда в него полетело очередное копье. Оно воткнулось в дерево. Следующий бросок был более точным. На сей раз амулет не сработал: удар пришелся в правое плечо, по касательной, острие разрезало мышцы и связки. Вспышка боли ослепила. Чудом он сохранил равновесие, перехватив футляр левой.

«А где мой кинжал?» – мелькнула и пропала мысль. Неважно. Он бы все равно бросил его, освобождая оставшуюся здоровую руку, чтобы подхватить футляр.

Погоня немного отстала, а значит, нужно было выжать из временной передышки все возможное. Маринс понимал, что обречен, но упорно бежал дальше. Стоило преодолеть последний отрезок, и он окажется у Серой хмари, за которую стражи не смогут ступить. По крайней мере, он на это надеялся. А еще на то, что мэйры не обманули и труба из погорного железа лежит на том же месте.

«Глупая мысль», – одернул себя беглец. Мэйрам нужен артефакт, оставлять Маринса в Мертвом лесу бессмысленно. Однако кэльв, наученный горьким опытом, знал, что от мэйров можно ожидать любой хитрости и подлости.

«Если трубы нет – буду прыгать!» – мрачно решил мужчина, представляя, что с ним будет после. Пусть он неминуемо умрет, но выполнит условия сделки.

В убийственной магии он не сомневался. Когда они только готовились войти в Мертвый лес, мэйры заставили других пленных кэльвов-смертников проложить трубу через магическую границу. Что могло быть проще: урони трубу сквозь дымку и выровняй по длине. Тем не менее двое все же задели Хмарь. Крики несчастных оборвали смертельные хладнокровные удары магии. К счастью, когда пришлось лезть в трубу, его группа преодолела ее без потерь.

Впереди показалась поляна – небольшой пригорок пустой мертвой земли. Именно здесь началась их вылазка в Мертвый лес, здесь и должна была завершиться. Внутреннее ликование быстро сменилось леденящим ужасом. Погоня снова дышала ему в затылок. Счет пошел на минуты.

Маринс выскочил на поляну и тут же отпрыгнул чуть левее, направляясь к металлическому зеву. Острый слух уловил жуткое потрескивание Серой хмари и чьи-то крики, доносящиеся по другую сторону преграды.

«Я успею!» – облегченно подумал кэльв.

В следующую секунду безжизненный амулет на его груди слабо моргнул синим светом. Маринс не заметил, как замер. Всего на мгновение, которого хватило стражам для следующего прицельного броска. Раздался мерзкий треск – острие сломало кость, попав точно в бедро. Маринса крутануло на месте и отшвырнуло к чернеющему отверстию, едва не зацепив за серую дымку.

«Почему я не чувствую боли? – Первая мысль, полная изумления, сменилась холодной и расчетливой: – Вытащить! С копьем я не пролезу!»

Он сунул футляр за пазуху и, стиснув зубы, вырвал зазубренное острие копья из ноги вместе с куском собственной плоти.

«Мне конец!» – понял он, увидев раскуроченную рану. Кровь толчками заливала обрывки одежды.

Маринс резко перекатился в сторону, едва не потеряв сознание от вспыхнувшей в голове боли, извернулся и полез в трубу так быстро, как позволяли раны. В место, где он только что лежал, воткнулись новые копья.

Он почти залез целиком, когда в ободранную ногу, залитую кровью, впилась стрела, пробив икру. Маринса рслепила новая вспышка боли. Чужая рука схватила за растерзанную ногу и потянула назад. Маринс взвыл от ужаса и, не обращая внимания на боль, стал пинать второй ногой по руке, стараясь уползти вперед. Но его жалкие попытки удержаться в трубе были тщетны. Пальцы судорожно шарили по холодному скользкому металлу в поисках малейшей щербинки или трещинки. Крик отчаяния вырвался из окровавленного рта, переходя в обреченный стон. Все было напрасно. Он не справился, не успел.

– Да чтоб тебя свиньи сожрали! – неожиданно рявкнул незнакомый голос у самого уха, а в следующую секунду его схватили за плечи две волосатые ручищи. – Тащите нас, дархум вам в задницы!

Маринс ожидал увидеть кого-то из мэйров, но багровое от напряжения лицо было ему незнакомо.

– Сильнее, сивонна бачча! – орал незнакомец до хрипоты. – Его назад тянут!

Резкий рывок отозвался в теле испепеляющей болью. Стражи и не думали отпускать добычу на свободу. Ответный рывок заставил безбородого спасителя испуганно вытаращить глаза. Маринс был готов поклясться, что незнакомец едва не отпустил его, но крик снаружи, больше похожий на рев смертельно раненного медведя, помешал.

– Не вздумай отпустить его, ублюдок! Или я тебя следом за ним отправлю!

– Отдай, что нашел, приятель! – прохрипел мужчина. – Они тебя не отпустят! Отдай!

– Пошел ты, шабилло! – еле слышно ругнулся Маринс, понимая, что мужик прав. Он не жилец, а так… находка попадет к мэйрам, и жертвы не будут напрасны.

Кэльв уже собирался достать из-за пазухи футляр, но в этот миг труба вздрогнула, и ему показалось, что их волочит вперед, к спасению, прямо с ней. Хватка на ногах тут же ослабла. Кажется, Серая хмарь коснулась стражей и разъела им руки. Незнакомец что-то радостно кричал, но Маринс уже не слышал. Пелена беспамятства упала на его искалеченное тело и увлекла с собой.

Все же у него получилось!

* * *

Кэрик вернулся к реальности, выворачиваемый от дикой боли и резких переходов. Лекарь стоял наготове. К тому времени банда уже вернулась из разгромленного лагеря мэйров, успешно завершив операцию. Эрридан не подвел: разобрался с кораблем и всеми, кто на нем был. Черный дым и отблески пожара красноречиво говорили об этом.

– Нужно пролезть внутрь и встретить его. – Кэрик старался говорить уверенно. – Риск велик, за солханским ублюдком гонятся стражи, но, если мы не получим артефакт, смысла в наших стараниях, – он выразительно махнул в сторону моря, – никакого. Договор есть договор!

Второй раз за день разбойники взбунтовались. Первым, конечно же, вышел Шакал.

– Ну уж нет! Хрена с два мы туда полезем! – рявкнул старый головорез, вперив в Кэрика глазки-бусинки. – Пусть сам выбирается! Верно я говорю, ребята?

Его поддержали одобрительным гулом. Лекарь и Шейла промолчали, наблюдая за разгорающимся недовольством, которое грозилось перерасти в потасовку…

Кэрик быстро взвесил в уме все шансы и молча выругался. Драка могла затянуться, за это время от беглеца и мокрого места не останется. Шейла, стоя за его спиной, легким движением руки вытянула кинжал из рукава.

«Может ли она ударить меня ради своего спасения?» – внезапно подумал Кэрик, чувствуя усиливающееся возбуждение от возможной стычки.

– Я слышал про стражей, – немного заикаясь от волнения, затараторил один из разбойников. – Мужик, с которым я пил в таверне, рассказывал, как его знакомые поперлись в Мертвый лес. Только один спасся. Стражи сражаются словно демоны.

– Знамо дело! – вставил дружок Шакала по прозвищу Режь-Руби. – Иди-ка ты с такими приказами!

– Я на такое не подписывался! – поддакнул кто-то из толпы.

– И то дело! – выкрикнул радостно похрюкивающий Шакал. – Лезь сам, коли так надо! А мы прикроем! Верно, братва?

Положение спас Эрридан, который обычно оставался в стороне.

– Мы связаны контрактом, – спокойно напомнил он разбойникам. – Кэрик заключил сделку на крови как главарь «Волчьей глотки». Это касается всех. Нужно вытащить беглеца и передать предмет покупателю. Конечно, если никто из вас не придумал способа избежать последствий…

Сказать, что Кэрик был удивлен, все равно, что назвать боевой меч кухонным ножом. Эрридан, как единственный, кто смыслил в магии и присутствовал на сделке с мэйрами, точно знал, что условия затрагивали только Кэрика. И то лишь частично – он всего лишь не получит свой дар обратно, если солханец останется в Мертвом лесу.

Как и ожидалось, слова блефовавшего мага возымели впечатляющий эффект. Наемники знали о последствиях сделок, скрепленных дархумом. Но страх перед Мертвым лесом и его жуткими обитателями был куда сильнее. Кэрик, мысленно проклиная банду за трусость, понял, что должен уступить. Еще раз.

– Один полезет в трубу и поможет вытянуть беглеца, – холодно сказал он не терпящим возражения тоном. Он внимательно следил за реакцией и, не заметив в их глазах былой искры, немного успокоился.

– А если ублюдок сдохнет? – спросил Шакал. – Что тогда?

– У него при себе кожаный чехол. – Голос главаря был ровным и властным. – Солханец мне ни к чему. Отдаст – можете выпихнуть его обратно, не отдаст – придется вытащить.

– И то дело! – все же согласился Шакал. – Тянем жребий!

– Быстро, он уже рядом! – рявкнул Кэрик, остро и ясно почувствовавший приближение кэльва. – Не подведите!

Он сел на песок и погрузился в сознание беглеца как раз в тот момент, когда тот выскочил на широкую поляну. Кэрик не увидел, как слепой жребий пал на Обрубка – младшего брата Шакала.

– Я полезу! – хмуро буркнул тот, грубо отталкивая брата в сторону плечом. – С одной рукой ты там много не вытянешь.

Люди смолчали – все прекрасно понимали, что Шакал пытался отгородить младшего брата от опасности. Вытяни жребий кто-то другой, он бы посоветовал калеке покрепче ухватить беглеца зубами и не обосраться со страху. Однако даже его благородный порыв не смог уберечь Обрубка от неминуемой судьбы.

Когда стражи дернули беглеца назад, утаскивая в лес вместе с Шакалом, Обрубок первым вцепился в ногу брата и тащил изо всех сил, как и Висельник, прибившийся к банде пару недель назад. Это сгубило обоих. Обрубок ткнулся в Серую хмарь увечной рукой, а Висельник приложился ухом. Оба с истошными воплями отскочили в стороны, но было поздно – зловещая магия принялась за дело.

К тому времени подоспел пришедший в сознание Кэрик. Он бросился вперед, ухватился за выемки по краям трубы и с резким выдохом потянул ее на себя, едва не прибив крутящегося под ногами Лекаря. Вопли с другого конца были гораздо громче и страшнее тех, что издавал катающийся по земле Висельник. Ему оставалось недолго, как и Обрубку, который, виновато улыбаясь, с тихими проклятиями отошел в сторону и опустился на колени.

– Сивонна бачча! – Упав задницей на черный песок, Кэрик судорожно содрал с себя высокие сапоги и тут же отшвырнул их в сторону, стараясь держаться при этом за самые края голенищ. Дархумова Серая хмарь коснулась носков его сапог! Его любимых сапог!

Рядом на корточки присела Шейла и без лишних слов сдернула обмотки со стоп.

– Все в порядке, – с облегчением выдохнула женщина, внимательно осмотрев его ноги.

Повезло. Успей магия коснуться кожи, он был бы обречен.

Кэрик резко встал и шагнул обратно к трубе, наполовину высунутой из Хмари. Рядом с ней уже лежал окровавленный незнакомец, над телом которого склонился Лекарь.

– Все тела убитых мэйров в Хмарь! – приказал Кэрик, морщась от боли в руках. – Трубу закопать, вернемся за ней позже – сейчас нам ее не унести.

Разбойники засуетились, выполняя приказ. Они старались игнорировать выползшего из трубы Шакала, с ужасом смотрящего на брата, чья плоть таяла на глазах.

Тем временем Эрридан принялся внимательно изучать оставленные на песке сапоги. Его взгляд замер на железных набивках на носках. Маг вынул из ножен длинный кинжал и с осторожностью ткнул острием ту, что была на правом сапоге, готовый в любой момент отбросить оружие.

– Что ты делаешь? – тихо спросила подошедшая Шейла.

– Откуда они у него? – спросил он хриплым голосом, игнорируя вопрос.

– Не знаю, – пожала плечами женщина с деланым безразличием. – Спроси сам, если так интересно.

– Отдай их ему, – отмахнулся маг. – Наверное, показалось, что их коснулась Хмарь.

Эрридан уверенно подхватил сапоги за голенища и протянул помощнице. На секунду женщина замешкалась, но затем вытянула руку и забрала тяжелую ношу.

– Да, – кивнула Шейла. – Наверное, показалось.

* * *

Сознание резко вернулось в тело Маринса. Рот судорожно открылся в беззвучном крике. Боль, казалось, пропитала каждую частицу тела.

«Я жив?!» – подумал он, безуспешно борясь с сумасшедшим круговоротом в голове.

– Пришел в себя. – Голос показался далеким. – Мы незнакомы, – сказал человек густым басом, – но у тебя есть то, что мне нужно. Отдай, и все закончится быстро.

Маринс открыл глаза и попытался сфокусироваться. Над ним склонился огромный бородатый мужик с черными, как уголь, глазами.

«Не может быть!» – ужас узнавания охватил Маринса. Даже находясь в полушаге от смерти, он бы не спутал этого человека ни с кем другим.

Мужчина заметил реакцию кэльва и удивленно усмехнулся. Эта нагоняющая страх ухмылка пробудила в нем давно забытые воспоминания: много лет назад с той же ухмылкой ублюдок насадил его напарника на меч и едва не лишил Маринса руки.

– Стало быть, знаешь меня? – Мужчина внимательно осмотрел лицо беглеца, словно пытаясь понять, видел ли его прежде. – Откуда?

– Я был в порту Алой цитадели в ту ночь, – просипел кэльв. Казалось невозможным встретить этого монстра снова, да еще в таком месте.

– И ты не боишься признаться в этом? – На этот раз Кэрик не смог скрыть удивления.

– Какой смысл? Сделка выполнена – камень попадет к мэйрам, наши семьи получат свободу. Я не жилец. – Маринс повернул голову в сторону Лекаря, прекрасно понимая, что находится в сознании до сих пор, видимо, только благодаря силе, которую тот без остановки вливал в его растерзанное тело. – Передайте Вальдену, что мы выполнили нашу часть уговора. Теперь…

– Темные боги! Ты думаешь, что я послан ими?! – Гнев в голосе заставил людей из банды, с интересом прислушивающихся к разговору, благоразумно отступить.

– Разве нет? – Голос беглеца слабел. – Или проклятый Таном Орбизом убийца случайно оказался здесь?

– Дархум меня разорви! – внезапно хохотнул Кэрик. – Проклятый убийца?! Слышать такие звания из уст солханской псины – это забавно!

Затем он склонился к уху кэльва и прошептал:

– Ты прав лишь наполовину. Я оказался тут неслучайно, но служу только себе.

Кэрик ухватил кэльва за ворот оборванного комбинезона и выпрямился.

– Не дай ему сдохнуть, пока я не скажу, – бросил он Лекарю и потащил Маринса в сторону небольшого пригорка, с которого открывался вид на море.

Лекарь с трудом поспевал следом. На ходу он изловчился опустошить две магические сферы, вынутые из наплечной сумки. Еще одну ему украдкой сунул подоспевший вовремя Эрридан.

– Смотри, солханец! По-твоему, я служу им? – Главарь остановился и отпустил тихо охнувшего беглеца на землю.

Маринс с трудом поднял голову и замер, не веря глазам. С пригорка открывался прекрасный вид на бухту, в которой мэйры разбили лагерь. Только лагеря больше не было, на его месте зияло огромное пепелище: палатки перевернуты, шатры опрокинуты. Он с трудом перевел взгляд на воду, где на якоре должен был стоять солханский корабль; тот почти полностью ушел на дно.

– Я никому не служу, солханская шестерка! – Горячий шепот Кэрика прозвучал у самого уха. – Тем более мэйрам! Я заключил сделку и должен получить кожаный футляр. Но, зная вашу ублюдскую сущность, допускаю, что ты соорудил какую-нибудь защиту, чтобы у тебя не могли забрать его силой. Поэтому, господин ищейка, отдай артефакт и проваливай к темным богам. Эти ублюдки тебя заждались.

Маринс не слышал его слов. Он неотрывно смотрел на остовы мачт и молился за упокой своей семьи и семей остальных погибших в Мертвом лесу кэльвов.

Глава 2

Порыв холодного соленого воздуха ворвался в распахнутое окно башни Алой цитадели. Остров, на котором стоял солханский замок, возвышался над окружающими водами, словно гора со срезанной под наклоном верхушкой. После войны с погорцами мало что сохранилось. Со временем вернуть первозданный вид цитадели так и не получилось: новостройки обваливались, несмотря на огромное количество защитных и укрепляющих заклинаний, и вскоре мэйры махнули на это рукой. Единственную уцелевшую башню занял правитель Солха, превратив ее в защищенную резиденцию.

Дор-мэйр Фэндал вдохнул полной грудью ночной воздух, который немного остудил вспышку ярости. Ночное солнце, или Тан Орбиз, как его прозвали солханцы в честь Верховного, спряталось за тучами, и остров погрузился во влажную и холодную черноту. Небрежно щелкнув пальцами, Фэндал отошел от окна, и высокие створки тут же бесшумно закрылись. Он шагнул к внушительному камину, в котором потрескивал огонь, и протянул к яростному пламени крепкие ухоженные руки, несколько мгновений наблюдая, как его языки жадно лижут ладони.

Мэйр убрал руки от огня и провел по затылку, приглаживая длинные черные волосы, удерживаемые изящным ободком с драгоценными камнями. На его задумчивом лице плясали кривые тени, еще сильнее заостряя черты, отчего в тусклом свете оно походило на голову хищной птицы.

От вспышки гнева не осталось и следа.

«Старик сбежал, – рассуждал дор-мэйр, с отвращением косясь на изуродованное тело у двери, еще мгновение назад бывшее живым человеком, – значит, он знал о моих людях. А ведь они были сильными мэйрами. Кто ему помог? И что еще мог знать Вальден?»

Фэндал слегка поморщился, уловив тошнотворный запах паленого мяса. Он вернулся к огромному рабочему столу, присел на край и не глядя подхватил рукой высокий хрустальный кубок, отделанный розовыми бриллиантами. От прикосновения чаша тут же наполнилась самальским золотым вином, сказочно дорогим и столь же редким. Пряный аромат перебил вонь, и Фэндал опустошил кубок на треть.

Вальден мог знать, как пройти защиту, отвлечь мэйров иллюзией. В конце концов, мог атаковать их, наплевав на скрепленный дархумом договор, который они заключили на корабле. Но ему также были нужны мечи. В преддверии войны найти отчаянных людей несложно. Как же он все успел?

В глубине души дор-мэйр ожидал чего-то подобного от старого пройдохи, но был вынужден пойти на риск. Только у Вальдена, с его фанатичной одержимостью, получилось узнать, где находится один из ключей. Второй был недосягаем.

Фэндал едва заметно вздрогнул, вспомнив о глухой и липкой черноте подземных переходов и тоннелей погорцев, и сразу отогнал от себя тревожные видения. Та тьма была совершенно другой, не той, что безгранично разливалась по ночам за его окном. Нет, уж лучше рискнуть с полусумасшедшим мэйром в Мертвом лесу, чем в логове погорцев.

«Что мы имеем в сухом остатке? – спросил себя мэйр. – Вальден сбежал с ключом». В том, что артефакт у старика, Фэндал не сомневался ни на миг, он слишком хорошо знал главу ордена Тихих надзирателей, способного искусно манипулировать людьми.

«Бывшего главу ордена Тихих надзирателей», – поправил себя дор-мэйр. Как только старик «тайно» покинул Солх, Фэндал отдал приказ, и орден получил нового главу, верного и преданного господину.

Знал ли Вальден о своей роли в его плане? Вряд ли. Старик был умен и осторожен, но не настолько. Он хотел провести обряд, не догадываясь, что это его и погубит. Кто бы ни открыл дверь, Хозяин будет благодарен лишь ему, услышавшему зов.

При мысли о том, ради кого была затеяна авантюра, у Фэндала по спине пробежал холодок. Дор-мэйр не спеша подошел к телу гонца, одного из прислуживающих кэльвов. Лежащий в луже крови мальчишка даже не успел понять, что его убило. Молния вмиг разнесла голову и прожгла дыру в половину груди. Осторожный Милс, преданный помощник Фэндала, догадывался о реакции на новость, поэтому снова послал юнца.

«Прекрасный удар», – похвалил он себя, а затем ругнулся и брезгливо отступил, заметив капли крови на стене и двери. В следующий раз он заранее побеспокоится о последствиях своего гнева. Может, вмуровать в пол перед дверью железную плиту с углублением? Чтобы было проще с пятнами. Губы Фэндала тронула легкая улыбка. Нет, это было бы слишком.

«Если Вальден хочет провести обряд сам, – дор-мэйр резко вернулся к своим размышлениям, – то ему нужен сильный узел грэнов». Перед глазами пронеслась карта северных стран. Ближайший находился в Диссе, следующий – в Кразоре, но к церковникам мэйр точно не сунется. Не стоило уповать на хрупкое перемирие – колдующего на их земле мэйра кразорцы вмиг пустят на костер. Значит, Дисса.

– Милс! – громко позвал Фэндал, зная, что помощник наверняка ожидает за дверью.

В кабинет вошел человек в черной сутане. Глубокий капюшон, накинутый на голову, скрывал уродство его лица, к которому дор-мэйр когда-то приложил руку.

– Отличный удар, дор-мэйр! – отметил Милс, перешагнув останки кэльва, и низко поклонился.

– Думаешь? – с напускным равнодушием переспросил глава Алой цитадели.

– Еще бы! Голову снесло начисто!

Незамысловатое подхалимство не раздражало, напротив, его это даже позабавило. Впрочем, ненадолго.

– Тан Орбиз! Ты лично подбирал людей в сопровождение. – Слова прозвучали как упрек, но помощник не уловил в них и тени угрозы, поэтому просто молча пожал плечами. – Вина в этом лежит на тебе.

– Ваша милость… – Хриплый голос, режущий слух, был отвратителен. – Ему помогли. Перед тем как мэйры и их артефакты были уничтожены, нам поступил сигнал. Один из Следящих засек ауру того самого беглеца.

Он ожидал всплеска ярости и магического удара, ради которого и надел под сутану свой сильнейший защитный амулет. Можно было вынести любое наказание за то, что он не сообщил об уничтожении экспедиции, а подослал служку. Но насчет таинственного беглеца, которым в свое время так сильно интересовался дор-мэйр, имелись четкие указания: в строжайшей тайне докладывать лично, если слепок ауры совпадет с исходным.

Удара, к немалому облегчению и удивлению Милса, не последовало. Фэндал отошел к столу и в два глотка прикончил вино. Затем кубок наполнился вновь.

– Сама судьба сводит меня с ублюдком, – криво усмехнувшись, сказал дор-мэйр так, что стоящий у двери Милс его не услышал. – Ты уверен, что аура совпала? Это не могла быть ошибка?

Фэндал повернулся к помощнику, мысленно прикидывая, не было ли это иллюзией-обманкой Вальдена.

– Дор-мэйр, артефакт Следящего не мог ошибиться, – ответил Милс. – Если только Вальден…

Глава цитадели оборвал его резким взмахом руки.

– Скажи мне, Милс, – заговорил Фэндал; с каждым словом его тон становился резче и злее, – если беглец все еще в Даворе, почему я узнаю об этом только сейчас?

– Я передам ваше недовольство нашим людям в Даворе, – спокойно ответил Милс. – Поиски прекратились, когда беглец исчез. Они заплатят за свою ошибку.

Закончив, Милс поклонился. Он знал, что последняя группа ищеек не вернулась. Солханским шпионам сообщили, что беглец мертв, как и его преследователи. Проверить правдивость слов, исходящих от главы Ночной гильдии, у мэйров не было возможности. А после нескольких серьезных зачисток в Даворе не осталось ни одного мэйра, как бы тщательно они ни прятались, лишь обычные люди – доносчики и разведчики, которых можно было обмануть или купить. Знал это и Фэндал.

– Когда в последний раз пытались внедрить в Диссу шпиона-мэйра? – спросил глава цитадели, успокаиваясь.

– Около месяца назад, ваша милость, – ответил Милс, не поднимая головы, – его схватили через два дня.

Фэндал поджал губы. Стоило отдать должное этой курсорской службе Давора, работать они научились быстро. На этот раз нужно послать кого-то посильнее.

И все-таки это судьба. Снова этот живучий выродок! Чем же Вальден его заинтересовал? Вопросов становилось все больше.

«Забавно получается», – подумал Фэндал, а вслух сказал:

– Сообщи о старике нашим людям в Даворе, пусть ждут его в Диссе. Намекни местным. Пусть и хваленые курсоры узнают о нем. Вальден мне больше не нужен живым, а вот артефакты, что окажутся при нем, напротив, очень, – мэйр сделал акцент на слове, – ценны для меня. Беглеца пока что не трогать. Комнату для ритуала держать наготове.

– Дор-мэйр… – осторожно сказал Милс. Было еще кое-что, о чем хозяин должен знать.

– Слушаю. – Фэндал отошел к окну и, заложив руки за спину, всмотрелся в черноту Алого моря.

– Наши люди приносят настораживающие новости о делах внутри цитадели.

– Темные боги! – Фэндал раздраженно закатил глаза и вскинул руки. – Давай без словесного мусора, говори как есть!

– Глава Златоглавого ордена, Лур Мидэль, активно вербует наших людей, дор-мэйр. Он уже добился перевеса в Совете орденов и не думает останавливаться.

– Хочет бросить мне вызов? – хищно усмехнулся дор-мэйр. – Так ты считаешь?

– Он слишком хитер и осторожен. Не пойдет на открытый конфликт.

– И правильно. Пусть плетет заговоры столько, сколько я ему позволю. Его жалкие попытки не стоят моего внимания. Иди, ты свободен. И прихвати это с собой. – Фэндал небрежно ткнул рукой в сторону трупа.

Милс покорно выскользнул за дверь, решив придержать оставшиеся доводы при себе. Вскоре по его приказу в кабинет вошли двое кэльвов и утащили останки несчастного служки, стерев магией кровь с каменного пола. Наконец Фэндал остался наедине со своими беспокойными мыслями. То, что беглец обнаружился в Даворе, тревожило дор-мэйра. У него появилось ощущение, что там происходило что-то еще. То, чего он не знал.

«А так ли ты продумал свой план? – спросил голос в глубине сознания, очень похожий на тот, что доносился из-за двери, где был заперт Хозяин. – Вдруг изворотливый старик обставит тебя?»

Фэндал снова пригладил волосы и повернулся к камину.

– Все слышала? – задал он вопрос, глядя на огонь.

Дор-мэйр искусно контролировал магией сложнейшее заклинание тишины, включая и выключая его, когда считал нужным. Иной раз он давал подслушивать разговоры шпиону того самого Лур Мидэля; тот даже не догадывался, что его водят вокруг пальца. Но сегодня он приоткрыл завесу своей любовнице и помощнице.

– Да, господин, – ответил приятный женский голос. – Даже на другой стороне Алого моря Вальден исхитряется подкидывать проблем.

– Предсказуемо, но другого выхода нет. – Дор-мэйр провел пальцами в воздухе. – Не везти же старика в погорном железе с ножом у шеи в Мертвый лес?

Перед его рукой появилось высокое зеркало в роскошной оправе, откуда на него смотрела белокурая женщина в легкой полупрозрачной сорочке. Она сидела на черных шелковых простынях. У изящных ног красавицы, прямо на полу, замерла девушка. Ее запястья и лодыжки оплетал тонкий шнурок, который, благодаря заклинанию удержания, не смогли бы порвать и две лошади, пусти их в разные стороны. В ее раскосых глазах застыли слезы и страх.

Фэндал смерил обеих восхищенным взглядом.

– Алиесса, сообщи нашим друзьям в Кразоре, что на днях у них будет возможность форсировать реку и ступить на земли Давора с минимальными потерями, как мы и договаривались. – Голос мэйра был тверд, но блеск в глазах выдавал его настоящее состояние, и это не укрылось от любовницы.

– Я соскучилась, господин дор-мэйр! – капризно поджала пухлые губки Алиесса, продолжая их маленькую игру. Ее грудь мерно поднималась и опускалась с каждым глубоким вдохом. – Вы уже несколько недель не покидаете кабинета, впуская только глупого Милса. Мне не хватает наших развлечений.

– Тан Орбиз! Я не могу сейчас отвлекаться, успех всего дела… – сказал Фэндал дрогнувшим голосом, наблюдая за тем, как белокожая красавица достает из-за спины острый кинжал и медленно разрезает ткань сорочки. – Ты же знаешь! Все должно решиться в ближайшие дни.

Алиесса взяла пленницу за длинные светлые волосы и потянула к себе. Глаза девушки расширились от ужаса, когда мэйра подвела к ее горлу кинжал и слегка надавила. Представление началось.

– Помимо Кразора, – Фэндал судорожно сглотнул, не сводя жадного взгляда с шеи пленницы, – тебе нужно будет…

Тонкая струйка алой крови потекла по лезвию. Капли упали, точно на снег, расцветая на коже алыми бутонами. Мэйра склонилась к уху пленницы и лизнула мочку.

– Твои демоны еще не проснулись? – одними губами прошептала Алиесса.

Тогда Фэндал не выдержал, вихрем выскочил из кабинета и побежал вниз по ступенькам, в Солнечный чертог, к единственной в мире женщине, которая могла удовлетворить все его прихоти.

* * *

Покои мэйры Алиессы, верной соратницы дор-мэйра Фэндала и главы ордена Разящего льда, всегда были предметом восхищения и зависти обитателей Алой цитадели. Залитая светом комната, потолок которой украшала невероятно правдоподобная иллюзия безоблачного неба, утопала в цветах и диковинных растениях, собранных следопытами со всех уголков света. Десятки маленьких птиц, не больше мизинца, перелетали с ветки на ветку с веселым щебетом и свистом. Но главной гордостью хозяйки был огромный теплый бассейн, на дне которого, меж настоящих водорослей, проплывали стайки рыбок разных цветов и размеров.

Поддержание этой красоты требовало большого количества магии и стоило огромных затрат, от одного упоминания которых у Фэндала начинала болеть голова. Но что не сделаешь для любимой женщины, которая к тому же была главой боевых мэйров.

Алиесса со вздохом спрыгнула с кровати и, потянувшись, направилась к бассейну. При помощи магии она стерла с кожи маленькие засохшие пятна крови, оставшиеся на теле после ночных утех, и нырнула под воду. Ее стройное тело заскользило по дну, едва касаясь красивых ракушек.

Когда мэйра вынырнула, перед ее лицом оказалась хитрая улыбка Селиссы, ее юной ученицы, помощницы и подруги. Селисса поцеловала наставницу в мокрый лоб и поднялась, нависая над водой. Алиесса всегда восхищалась ее красотой: густыми рыжими волосами, столь редкими для Солха, пухлыми губами и ослепительно-белыми зубами. Ее зеленые глаза и стройная фигура свели с ума не один десяток мэйров. Но красота скрывала жестокий характер, которым, впрочем, обладали все, кто прошел хоть одну ступень обучения в Училище Алой цитадели.

Будучи сиротой, украденной с материка ищейками, Селисса не принадлежала ни к одному правящему клану или ордену. Покровительство Алиессы обеспечило ей безопасность, а уроки магии подарили уверенность в собственных силах. Она понимала, чего стоила такая протекция, и преданно служила покровительнице.

– Простите, госпожа, с вами желает поговорить тот мерзкий старикашка из Кразора. – Во взгляде плясали озорные искорки.

– Это епископ Кламион, дорогая, – со вздохом напомнила Алиесса, плеснув на помощницу водой. – Он очень важный человек. Союз с ним нельзя недооценивать. Старайся даже думать о таких людях уважительно.

Селисса недовольно поджала губки, чем вызвала смех наставницы.

– Мерзкий старикашка, как всегда, вовремя, – вздохнула Алиесса и сделала нетерпеливый жест рукой.

Два мальчика-кэльва тут же бросились выполнять ее молчаливый приказ. Они подтащили к бассейну зеркало в тяжелой бронзовой оправе, после чего поспешили покинуть покои.

– Может, стоит надеть то полупрозрачное платье с золотой вышивкой? – с улыбкой спросила Селисса.

– У тебя хороший вкус. – Предложение понравилось Алиессе: платье могло здорово подразнить проповедующего о целомудрии, но втайне щедро кормящего темных демонов епископа. – Но у меня есть идея получше.

Обнаженная мэйра произнесла слово-ключ, и отражение дрогнуло. Мгновением позже в нем появился седовласый старик. Он тоже сидел перед зеркалом.

– Приветствую вас, уважаемый епископ, – поздоровалась она.

Старик, говоривший с кем-то невидимым для Алиессы, повернулся, одаривая собеседницу хмурым взглядом из-под больших кустистых бровей, и тут же покраснел от представшей перед ним картины: прозрачная вода бассейна колыхалась, открывая взору сочную упругую грудь.

«После такого представления он наверняка принесет в жертву нескольких грешников, – подумала Алиесса, ожидая ответа первого лица кразорской церкви, – чтобы очиститься в глазах своего кровожадного бога».

Селисса, стоящая позади зеркала, еле сдержала смех. Она приложила кулак к низу живота и оттопырила мизинец, изображая реакцию Кламиона. Надо было отдать епископу должное – тот быстро взял себя в руки.

– Приветствую вас, госпожа Алиесса. Не могли бы вы принять более достойный вид, чтобы мы могли обсудить наши проблемы? – Властный тон Кламиона давал понять, что шутки кончились.

– Разве мой вид не достоин вашего взора? – обиженно фыркнула мэйра, высунувшись по пояс из воды. Епископ вцепился морщинистыми руками в подлокотники, но его лицо осталось непроницаемым.

– Вы знаете о правилах и законах святой церкви, госпожа Алиесса, – все тем же тоном ответил Кламион. – Относитесь к ним с уважением!

Мэйра внутренне одернула себя: не стоило забывать, кем на самом деле был этот немощный на вид старикашка, по одному взмаху руки которого бесчисленные толпы кразорских паладинов шли вперед.

– Простите мое настроение, епископ, – кивнула глава Разящих. – Одну минуту.

Алиесса повернулась и в два широких гребка оказалась у ступеней. Она почувствовала спиной испепеляющий взгляд и, усмехнувшись, накинула протянутый Селиссой халат.

– Итак, Кламион, что вы хотели обсудить? – Сев напротив зеркала в придвинутое магией кресло, мэйра приняла серьезный вид. От былого легкомыслия не осталось и следа.

Едва заметный румянец спал с морщинистых щек.

– Мы стянули войска к границе Давора, но это слишком опасно. Если мы начнем форсировать реку сейчас – потеряем треть войск как минимум. Если останемся – начнется голод. Мы уже обнажили тыл перед Шериданом. Вы обещали нам помощь. Уверяли, что можете облегчить переправу. Но мои источники доложили, что в вашем порту не подготавливается ни одно боевое судно!

Алиесса мысленно кивнула. Кламион не сказал ничего нового. Она хотела напомнить старику, что не Фэндал загнал его войска к границе с Давором, но передумала. Церковники сами поставили себя в неудобное положение.

– Наши намерения не менее серьезные, чем ваши, епископ. Вам не стоит пока опасаться Шеридана – наивные глупцы ищут союза с нами и Басугом. Но делают это так неумело и заносчиво, как могут только погорцы. Мы не торопимся с ответом, тянем для вас время.

– Приятно это слышать. – Старик с кислой миной поджал тонкие губы и спросил напрямую: – А что вам мешает сговориться за нашей спиной с Шериданом?

Алиесса вспомнила слова Фэндала:

– Месть. – Мэйра послушно повторила все слово в слово. – Солх желает уничтожения Давора. У вас такая же цель, а у Шеридана – нет.

Ее ответ понравился Кламиону; старик слабо кивнул и снова постучал пальцами о подлокотник.

– Что же касается кораблей… – задумчиво протянула Алиесса, накручивая кончик пряди на длинный тонкий палец. – Вам не стоит забывать, что в Алой цитадели есть не только ваши источники. Ни к чему привлекать лишнее внимание врага. Приказ о сборах будет отдан сегодня вечером.

– И сколько нам еще ждать? Каждый день промедления смертельно опасен!

Недовольный тон Кламиона ей не понравился. Он означал, что церковники нуждались в солханцах меньше, чем солханцы в церковниках. Или же старик изо всех сил изображал такое положение дел.

– Два дня, не считая сегодняшнего, – сухо ответила Алиесса после недолгого раздумья. – За это время наш флот подготовится и достигнет побережья Давора, затем войдет в устье реки Криллы и подавит пограничные гарнизоны.

– Два дня, – протянул Кламион, – не считая сегодняшнего…

– То есть три, – подвела итог мэйра.

– У вас будут значительные жертвы, – вздохнул Кламион с преувеличенным сожалением в голосе. Тень усмешки коснулась сухих губ. – Лутер – крепкий орешек. По сведениям моих шпионов, город готов к обороне. В том числе и с воды.

– У нас боевой флот, а не торговый, – улыбнулась Алиесса. – Жертв не избежать. Но Лутер будет ждать небольшой сюрприз. Смею заверить, он им не понравится.

– Когда падет Давор, вы примете участие в войне с Шериданом на нашей стороне?

«Вот ведь шабилло! – мысленно взвилась мэйра, сдерживая волну возмущения от бестактности собеседника. – Неужели он думал поймать меня на такой мелочи?»

– Я не вправе обсуждать это, господин Кламион, – равнодушно пожала плечами Алиесса. – Думаю, Фэндал обратится к вам со встречным вопросом. Шеридан фактически выполняет волю погорцев, а с ними у нас давние счеты.

Старик поерзал в кресле и скрестил руки на животе. Алиесса напряглась в ожидании нового удара и не ошиблась.

– До нас дошли слухи, что вторая часть плана под угрозой.

«Мерзкий вездесущий старикашка, сожри твою душу Темный Орбиз! – выругалась про себя Алиесса, даря Кламиону очередную обворожительную улыбку. – Не зря твои шпионы получают свой кусок хлеба».

– Мы планировали устроить взрыв во дворце Трейдоров с помощью артефакта из Мертвого леса. Дело пройдет гораздо проще, чем в Вамуте. Предусмотрена каждая мелочь.

– Мне достаточно вашего слова. – Кламион взмахнул рукой. Это принесло облегчение.

– Эта часть плана будет выполнена, – кивнула она головой. – Стоит ли нам сомневаться в вашей помощи, обещанной при штурме Лутера?

– Нет, госпожа Алиесса, сомневаться не стоит. Все будет именно так, как мы обсуждали с дор-мэйром. Как только ваши корабли будут готовы к атаке, мои люди, спаси Святой Ваал их души, начнут переправу, чтобы отвлечь от вас внимание.

– Превосходно, господин епископ, я рада, что мы смогли развеять наши сомнения друг в друге.

– Да. Я передам ваши слова Первому собору Церкви. – Кламион сложил ладони и поднес их к губам, словно собираясь произнести молитву. – У нас жестокие методы, но благие цели, ибо свет дается нелегко.

– Третье вознесение святого Ваала? – спросила Алиесса, услышав знакомые слова.

Из-за этого союза ей пришлось изучить немало книг о вере кразорцев, проведя несколько ночей в библиотеке Алой цитадели. Чтение манускриптов о жизни братьев Ваала и Лорха, которым поклонялись церковники, было сущим мучением, и она частенько засыпала над объемными трудами.

– Похвально, дитя мое, – сухо кивнул Кламион.

Зеркало мигнуло, и отражение епископа пропало. Селисса с помощью магии легко переместила тяжелое зеркало к стене и прикрыла тонким покрывалом. Она обошла Алиессу сзади и опустила свои загорелые руки на белоснежные плечи наставницы, массируя напряженные мышцы.

– Будь я мужчиной, – заметила Селисса шутливым тоном, – влюбилась в тебя без оглядки.

– Будь ты мужчиной, не мэйром, – ответила Алиесса, сделав акцент на последнем слове, – я бы потребовала детей.

– Неужели дор-мэйр не может?..

– Ты не хуже меня знаешь, что есть вещи, которые не под силу и дор-мэйру, – ответила Алиесса и с грустью улыбнулась, быстро сменив тему: – Сели, ты немедленно отправляешься в Диссу. Это приказ дор-мэйра. Он хочет подстраховаться, и я разделяю его опасения. Твоя задача – найти Вальдена и проследить, чтобы ритуал был исполнен.

– Но ведь, – Селисса растерянно отдернула руки, – Кламион сказал… и вы подтвердили, что будет взрыв?

Алиесса встала напротив. Девочка была сообразительна, иногда даже чересчур.

– Глупышка, я бы не послала тебя на смерть! – Голос Алиессы был нежным, как и ее объятия; она старалась звучать искренне. – Это другое. К тому же дор-мэйр лично сделал маскирующий амулет; в нем также спрятан слепок ауры одного человека. Его нужно обязательно найти. Помни, если Вальден не выполнит ритуал, ты должна забрать артефакт и доставить его Фэндалу. В порту будет ждать маленькая быстроходная шхуна «Соленый вихрь». Она доставит тебя ближе к материку, где ты пересядешь на даворский корабль. Вот это, – Алиесса мягко отстранилась и указала пальцем на стол, где лежал мешочек из плотной ткани, – ты отдашь капитану даворского корабля как плату за его услугу. Он же вывезет тебя обратно, когда ты выполнишь задание. «Соленый вихрь» подберет тебя на том же месте. Будь осторожна в Диссе, никто не должен понять, кто ты на самом деле.

– Я все поняла.

– Отлично. – Алиесса не смогла сдержать улыбки. – А теперь, пока у нас еще есть время, я хочу поплавать.

Мэйра скинула халат и, направившись к бассейну, со слабым плеском скрылась под водой. Ловко выскользнув из платья, Селисса беспрекословно последовала за ней.