Czytaj książkę: «Повелитель дронов – 3»

Глава 1

Где-то на окраине Многомерной Вселенной

Механический Пастырь ошибся.

Эта простая холодная мысль, лишённая эмоций, пронзила его вычислительные ядра. Он, чьё существование было построено на безупречных расчётах и абсолютной уверенности, допустил ошибку. Надежда, этот иррациональный, присущий органике баг в системе, оказалась ловушкой.

Шанса не было. Была лишь новая, непонятная ему тактика врага.

Пастырь бросал свои железные легионы в бой снова и снова, уверенный, что замеченная им слабость врага – это трещина в обороне, которую нужно лишь расширить.

Сталь билась о сталь в безмолвии космоса, где не было места ни крикам, ни стонам – только вспышки взрывов и сухой треск разрываемых корпусов.

Его механические колоссы – несокрушимые Титаны – огромные, как малые луны, космические корабли – схлёстывались с жужжащим Роем вражеских дронов-убийц. И неумолимое продвижение его войск раз за разом останавливали юркие, почти незаметные атомные торпедоносцы.

Эти мелкие незаметные машины смерти разваливали все его грандиозные планы, находя уязвимые места в броне, превращая мощь его флота в бесполезную груду металла.

На поверхностях планет разворачивалось не менее жестокое побоище. Его безупречная механическая пехота, марширующая идеальными, выверенными до миллиметра шеренгами, превращалась в искорёженный металл под натиском безликих дронов-камикадзе. Эти безумные твари, лишённые инстинкта самосохранения, просто бросались в гущу его войск, взрываясь и унося с собой десятки его безупречных воинов.

Механический Пастырь снова и снова терпел поражение. Его легионы отбрасывали назад, планы рушились, а ресурсы, которые он считал бесконечными, таяли с пугающей скоростью.

То, что он сперва принял за слабость врага, оказалось лишь новым безжалостно эффективным алгоритмом. Проанализировав сотни бесконечных массивов боевых данных, Механический Пастырь наконец идентифицировал его. Враг не отступал и не был слаб. Рой дронов перешёл в режим, который его собственные аналитические системы классифицировали как «Протокол „Удержание“».

Враг занял глухую оборону, экономя силы и энергию, и не давал себя обойти. Он превратился в несокрушимую стену из стали и огня, о которую разбивались все атаки Пастыря.

Он понял – ему не пробиться. Не так. Не сейчас.

Отчаяние – ещё один органический рудимент, но Пастырь ощутил нечто похожее. В порыве ярости он сам повёл свои лучшие армии в бой, надеясь личным присутствием переломить ход битвы. И потерпел унизительное, сокрушительное поражение. Его флагман был повреждён, авангард – практически уничтожен. Отступая под шквальным огнём, он вдруг почувствовал это…

Странное и нелогичное ощущение пустоты. Там, где раньше ощущалось всепроникающее присутствие вражеского разума – холодного и чуждого, но несомненно живого, – теперь была лишь пустота.

Вернувшись в свой командный центр, Механический Пастырь погрузился в анализ. Триллионы массивов данных, отчёты сенсоров, записи с камер уничтоженных машин… Он прогонял симуляцию боя снова и снова, пока не нашёл аномалию. Ту самую переменную, которой не хватало для полного уравнения.

Да, Рой по-прежнему сражался, но его действия стали другими. Более предсказуемыми. Лишёнными той дьявольской изобретательности, которая отличала его раньше.

А всё потому, что у врага исчез его гениальный живой предводитель. Феликса там не было.

И в этот миг для Пастыря всё встало на свои места. Его первоначальная догадка оказалась верна, но он сделал из неё неправильный вывод. Рой действительно был лишён своего господина. Он был автономен. Но он не ослаб, а просто перешёл в другой режим, действовал по заложенным в него директивам.

А раз весь Рой здесь, на этом фронте… значит, у Феликса сейчас Роя нет. Он где-то там, в глубинах Многомерной Вселенной. Одинокий и уязвимый.

Вот он – настоящий шанс. Не прорвать оборону здесь, а нанести удар в самое сердце. Найти и уничтожить Феликса, пока он слаб, пока отрезан от своей несокрушимой армии. А без своего создателя Рой будет обречен…

Механический Пастырь помнил их единственную личную встречу. Тот разговор, который определил ход этой войны. И он запомнил его. Не только слова. Он запомнил его сигнатуру – уникальный энергетический отпечаток, который невозможно подделать или скрыть.

Он начал ритуал – акт технологии. Вся мощь его планеты-крепости была направлена на одну-единственную цель. Целые процессорные блоки, размером с города, сгорали, перенаправляя энергию в главный передатчик. Жертвуя частью своих вычислительных мощностей, он соткал гигантский поисковый луч, способный пронзить пространство и время. Он искал ту самую, единственную сигнатуру.

И нашёл.

Феликс сбежал. Укрылся на далёкой, заштатной планете в каком-то захолустье Многомерной.

На остатках энергии, пока поисковый луч ещё не угас, Механический Пастырь сделал последний ход. Он разорвал ткань реальности, создав прямой нестабильный телепорт – червоточину, ведущую точно к цели. И отправил туда одного из своих лучших бойцов.

Железного убийцу, затянутого в выращенную в лаборатории человеческую кожу, неотличимую от настоящей.

Антропоморфный робот нового поколения, серия 800 – сокращённо А-РН800. В его родной Вселенной, модели этой серии использовались для ликвидации лагерей повстанцев. Те, кому не посчастливилось с ним встретиться, но посчастливилось выжить, чтобы рассказать об этом, дали ему простое и страшное прозвище.

Они называли его «Арни».

⁂

Я стоял у подножия башни, задрав голову, и с удовольствием разглядывал её кривой силуэт, вонзающийся в ясное небо. Солнце припекало, воздух был чистым, и настроение у меня было превосходное.

– Повелитель, – раздался рядом голос Сириуса, – я провёл окончательные расчёты. У нас по-прежнему нет дронов-рабочих, чтобы выровнять эту конструкцию. А местные технологии, согласно моим расчётам, чрезвычайно сомнительны, дороги и потребуют не менее трёх лет для реализации проекта. И это при условии идеального финансирования.

– Ага, – кивнул я, не отрывая взгляда от накренившейся громадины.

– Следовательно, мы не сможем быстро и качественно это исправить.

– Ага, – снова кивнул я, и моя улыбка стала шире.

– Простите, Повелитель… – Сириус явно сбился, его аналитические модули пытались найти логику в моём поведении. – А чему именно вы улыбаетесь?

– Как чему? – я наконец опустил голову и посмотрел на него. – Погода классная, солнышко светит, птички поют. Разве этого мало для хорошего настроения?

– Но башня…

– А что с ней?

– ОНА КРИВАЯ! – не выдержал Сириус. В его синтезированном голосе прозвучали нотки отчаяния, как у перфекциониста, увидевшего криво повешенную картину.

Я расхохотался.

– Спасибо, я вижу. Дело в том, мой механический друг, что мы пока не будем её выпрямлять. Более того! Это сейчас абсолютно не нужно.

– Но это же нарушает все мыслимые строительные нормы! Это неэффективно с точки зрения статической и динамической устойчивости! Да это просто… эстетически неправильно! Если сюда прилетят Архитекторы, они умрут от смеха, увидев это! Её нужно немедленно выровнять, укрепить и покрасить в правильный умиротворяющий цвет…

– Я же не ошибаюсь, – прервал я его праведный гнев, – в своём нынешнем состоянии эта башня может стоять вечно?

– Ну да, – после короткой паузы, видимо, для перепроверки расчётов, подтвердил Сириус. – Конструкция прочная. Опасность обрушения возникнет только в том случае, если начинать возводить внутренние перегородки, навешивать внешнюю обшивку, монтировать крышу, прокладывать коммуникации, устанавливать лестничные пролёты и, разумеется, лифты…

– Вот именно, если увеличивать массу конструкции, – снова перебил я его. – Но зачем нам всё это? Лифты, лестницы…

– Чтобы люди могли попасть наверх, очевидно же!

– Какие люди? – я хитро улыбнулся.

Сириус замер. Я почти физически ощущал, как в его «мозгах» с бешеной скоростью закрутились «шестерёнки». Оптический сенсор несколько раз моргнул.

– Подождите… Вы хотите сказать… вы не планируете, чтобы здесь находились посторонние органические формы жизни?

– Именно! – рассмеялся я. – Нет, когда-нибудь мы эту башню отстроим, выпрямим, украсим. Будет просто конфетка, лучшее здание в этом мире. Но это будет тогда, когда у нас появятся нужные технологии и дроны-работники. А пока… Что нам действительно нужно для функционирования нашей первой базы?

– Пара ретрансляторов для усиления связи. Зарядные станции для дежурных дронов-патрульных… Возможно, небольшая комната для оператора и аналитического центра…

– Ага. И грузовой дрон, который сможет перемещать как минимум одного человека вместо лифта. Плюс, таскать наверх еду и прочие ништяки.

– Хм-м-м, – Сириус задумчиво качнул корпусом. – Признаю, Повелитель, это элегантное решение. Максимальная эффективность при минимальных затратах.

– А то! Так что перво-наперво нам нужно сделать грузового дрона. А потом уже будем исследовать и прикидывать, что к чему.

И тут Сириус замер. Его корпус напрягся, а из одного из отсеков выдвинулся дополнительный сканер.

– Повелитель, в нашу сторону движется конвой из четырёх автомобилей. На головной машине – правительственные номера и герб мэра. Похоже, это его кортеж. Разрешите приготовиться к обороне?

Я покачал головой.

– Нет. Зови Дылду.

Через пару минут примчался мой верный водитель. Он подбежал, тяжело дыша, и вытянулся по струнке.

– Командир, вызывал?

– Вызывал. Сейчас сюда приедут очень важные дяди на дорогих машинах. Будут тут траву искать.

– Какую траву? – искренне удивился Дылда. – Марихуану, что ли? Да у нас тут такое не растёт вроде. Но, если надо…

Я приложил ладонь ко лбу. Иногда мне отчаянно хотелось иметь возможность проапгрейдить человеческий мозг так же легко, как процессорный блок у дрона. Просто добавить пару модулей логики и оперативной памяти.

– Да нет, дурень. Волшебную траву. С жемчужными лепестками.

– А-а-а… А она тут есть?

– Нету тут ничего! – я уже начинал терять терпение. – Но они думают, что есть.

Я быстренько изложил Дылде план. Тот слушал, широко раскрыв глаза, и его лицо постепенно приобретало выражение ужаса.

– …так вот, ты будешь их встречать. Ты – представитель компании «Филин» – полноправного владельца этой земли. Будь вежлив, но настойчив. Ясно?

Дылда нервно сглотнул.

– Я… я понял, командир. Но… они же меня…

– Мы будем рядом. Прикроем, если что. Не ссы, – я ободряюще хлопнул его по плечу. – Ну и раз уж так совпало, то ты у нас теперь не просто водитель. С этого дня ты – коммерческий директор компании «Филин».

Нижняя челюсть Дылды совершила героическую попытку отделиться от остальной головы и упасть на землю.

– Я?.. Директор?..

– Ага. Как тебя по батюшке звать-величать?

– Валерий я… Анатольевич.

– Ну вот! Поздравляю, Валерий Анатольевич! Встречайте гостей.

– Командир, но я же не знаю, что говорить! Что делать-то надо?

– Всё очень просто. Твоя должностная инструкция на сегодня состоит из трёх пунктов. Пункт первый: стоишь здесь с самым важным и тупым видом, на какой способен. Пункт второй: всем, кто приедет, говоришь, что это частная собственность и тут теперь картошку сажают. Пункт третий: если будут сильно быковать – улыбайся и предлагай визитку. Справишься?

Дылда несколько секунд переваривал информацию, затем его лицо озарила улыбка.

– Так это… это я умею, командир. Это я всю жизнь делал, только мне за это раньше не платили. А это… у меня кабинет будет? С секретаршей?

– Обязательно, Валерий Анатольевич, – совершенно серьёзно ответил я. – Вон тот большой камень – это ваш временный кабинет. А секретаршу пока заменяет вон та берёзка. Можете надиктовывать ей приказы. Только негромко, а то спугнёте.

Дылда посмотрел на камень, потом на берёзку, и, кажется, всё понял. Он снова откашлялся, заложил руки за спину, как большой начальник, и начал мерить шагами пятачок земли, бормоча под нос: «Частная собственность… Картофель элитных сортов… Просьба не беспокоить, идёт производственный процесс…»

Я оставил его переваривать свой новый статус, а сам повернулся к Сириусу.

– Давай. Тащи меня наверх.

– Повелитель, я вынужден напомнить, что моя конструкция не оптимизирована для транспортировки органических грузов вашей весовой категории, – с нотками оскорблённого достоинства произнёс дрон. – Моя официальная классификация – «Тактический ассистент высшего класса». А не «Межэтажный транспорт для органических форм жизни»! Это не входит в мои функции! Вероятность повреждения манипуляторов составляет…

– Ой, короче, хватит нудить, – отмахнулся я. – Просто представь, что я очень важный и очень тяжёлый чемодан с деньгами. Цепляйся вон за ремень и полетели. А то пропустим всё веселье.

Сириус что-то недовольно пробурчал про нарушение протоколов и эксплуатацию высокотехнологичного оборудования не по назначению, но послушно подлетел, выпустив два манипулятора.

Через минуту мы уже были на самой вершине кривой башни. Ветер свистел в балках, а внизу, у подножия, как игрушечные, останавливались чёрные автомобили губернаторского кортежа. Шоу начиналось.

Уссурийск, Российская Империя

Гостиница «Империал»

Сергей Петрович Литвинов, мэр города Уссурийска, ненавидел свою работу. Он ненавидел её всей душой в те редкие моменты, когда она мешала ему жить. А сейчас был именно такой момент.

Он лежал на огромной кровати в роскошных апартаментах, которые снимал для своей молоденькой любовницы, и пытался унять бешено колотящееся сердце. Ещё минуту назад всё было идеально. Приглушённый свет, дорогое шампанское, шёлковые простыни и, самое главное, – редкое, почти забытое чувство мужской силы, которое снизошло на него впервые за долгие месяцы.

В его шестьдесят два года, с вечными стрессами, проблемами с давлением и простатитом, такие моменты «вдохновения» были на вес золота. Он уже почти достиг вершины блаженства, когда зазвонил его личный, защищённый телефон.

Любовница недовольно вздохнула. А у Сергея Петровича от неожиданности всё опало так стремительно, что он почувствовал себя старым, дряхлым и абсолютно беспомощным.

– Да вашу мать… – прошипел он, нашаривая на полу штаны.

На экране высветился номер губернатора.

– Да, ваше превосходительство, – просипел мэр в трубку, пытаясь придать голосу бодрости.

– КАКОГО ХЕРА ТЫ ТАМ ПРОХЛАЖДАЕШЬСЯ, ЛИТВИНОВ?! – заорал в трубке губернатор таким голосом, что у мэра заложило ухо. – У ТЕБЯ ПОД НОСОМ ТАКИЕ ДЕЛА ТВОРЯТСЯ, А ТЫ СПИШЬ?!

Сергей Петрович похолодел. Губернатор, обычно спокойный и вальяжный, был в ярости. А это могло означать только одно – ему самому только что вставил пистон тот, кого боялись все в этой губернии. Князь Трофимов.

– Я сейчас же…

– «СЕЙЧАС ЖЕ» ТЫ ПОДНИМЕШЬ СВОЮ ЖИРНУЮ ЗАДНИЦУ, ВОЗЬМЁШЬ ОХРАНУ И ПОЕДЕШЬ ВОТ ПО ЭТИМ КООРДИНАТАМ! – губернатор продиктовал адрес за городом. – Там, на землях «Нефти Сибири», какие-то ушлые хрены нашли поляну с травой. Той самой! А ты, сука, сидишь и в ус не дуешь!

Мэр слушал, и его злость на прерванный акт любви сменилась липким страхом. Трава. На землях «Нефти Сибири» – давних врагов князя. Это была катастрофа!

– Чтобы через час был на месте! И доложил мне лично! Если там хоть один лепесток пропадёт, я тебя в асфальт закатаю! Понял?!

Не дожидаясь ответа, губернатор бросил трубку.

Сергей Петрович медленно опустил телефон. Любовница, закутавшись в одеяло, испуганно смотрела на него.

– Серёженька, что-то случилось?

– Ничего, – буркнул Литвинов, натягивая рубашку. – Мне пора. Дела.

Через пятнадцать минут кортеж из трёх чёрных седанов и одного бронированного джипа с бойцами спецназа уже мчался по улицам, выезжая из города. Мэр сидел на заднем сиденье, злой, как тысяча чертей. Настроение было испорчено окончательно. Какая, к чёрту, любовница! Он уже чувствовал, как разнылась простата и подкатывала мигрень.

Когда они подъехали к указанному месту, первое, что бросилось в глаза, был большой информационный щит у въезда на территорию, где раньше красовался логотип «Нефти Сибири» и пафосные лозунги о покорении Дальнего Востока. Теперь там жирными, кривыми буквами, нанесёнными из баллончика с чёрной краской, было выведено:

«ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. ПРИНАДЛЕЖИТ ООО “ФИЛИН”. ВХОД И ВЪЕЗД ЗАПРЕЩЁН».

– Это что ещё за херня? – пробормотал Литвинов. – Какой ещё, к чёрту, «Филин»?

– Похоже на самозахват, господин мэр, – предположил его помощник.

– Да плевать! Ворота настежь. Поехали.

Кортеж въехал на территорию. Посреди заброшенной стройплощадки, рядом с кривой башней, стоял одинокий внедорожник, а рядом с ним – молодой парень в грязном рабочем комбинезоне. Увидев их, он лениво почесал короткостриженную макушку и пошёл навстречу.

– Так-так, а вы кто такие будете? – спросил он с такой наглой ухмылкой, что у мэра задёргался глаз. – Я коммерческий директор организации «Филин».

Говоривший был вылитым гопником с района, даже зубов передних, кажется, не хватало.

Литвинов вышел из машины, всем своим видом излучая власть и презрение.

– Ты знаешь, кто я такой, щенок?! – прорычал он. – Я мэр этого города! А вы что тут, охренели совсем?! Траву от властей скрывать вздумали?!

Парень удивлённо вскинул брови и расплылся в щербатой улыбке.

– Какую траву, начальник? Нет тут никакой травы. Картошка есть. Хочешь, отсыплю пару мешков? Свежая, только сегодня окучивал.

– ОБЫСКАТЬ ВСЁ! – заорал мэр своим бойцам.

Силовики тут же рассыпались по территории. Они прочесали каждый куст, заглянули в каждый овраг. Через десять минут они вернулись с пустыми руками.

– Ничего нет, Сергей Петрович, – виновато доложил старший. – Только… картошка.

– Что?!

– Картошка, – повторил тот. – Ровными такими рядками растёт. И окучена так красиво, что любо-дорого посмотреть.

Мэр побагровел от злости. Он подошёл к парню вплотную.

– Я повторяю вопрос. Кто вы такие, и как сюда попали?! Это собственность корпорации «Нефть Сибири»!

– Было ваше – стало наше, – пожал плечами тот. – Купили.

– Что «купили»?!

– Ну, землю эту. С башней. Документов у меня, конечно, с собой нема, но вы посмотрите в этих своих… архивах или как там у вас? Всё законно.

Мэр бросил взгляд на своего помощника. Тот тут же достал телефон и начал что-то быстро проверять.

Через минуту он поднял на начальника испуганные глаза.

– Всё так, Сергей Петрович… Он не врёт. Сделка зарегистрирована. Полностью легально. Новый владелец – ООО «Филин».

Литвинов в шоке уставился на парня. Это был какой-то сюрреалистический бред.

– Так а вы кто такие, бляха-муха, вообще?! Откуда свалились?!

«Директор» полез в карман своего комбинезона и вытащил оттуда помятый кусочек картона, который с гордостью протянул мэру.

Это была визитка. Дешёвая, напечатанная на самом тонком картоне, с кривовато обрезанными краями. В углу красовалось пиксельное изображение совы, очевидно, скачанное из интернета. Под ним жирным шрифтом было выведено:

ООО «Филин»

«Ваша тачка под нашим зорким оком!»

Телефона или адреса на визитке не было, только QR-код.

– Мы фирма «Филин», – с гордостью произнёс он. – Услуги охраны машин предоставляем. Вот, возьмите визиточку, если что. Скидку сделаем, как представителю власти.

Литвинов тупо смотрел на картонный прямоугольник, потом на наглую рожу этого гопника. В голове не укладывалось. Какая-то шарашкина контора, охраняющая машины, отжала у нефтяной корпорации целый небоскрёб?

Он вдруг почувствовал себя невероятно уставшим. Вся эта ситуация была настолько абсурдной, что ему всё это на хрен не сдалось. Ни эта башня, ни этот тупой гопник с его картошкой. Где-то там, в тёплой постели, его ждала молодая любовница. И, может быть, если он поторопится, «вдохновение» вернётся. Шанс ещё был.

Он махнул рукой.

– Поехали отсюда.

– А как же… – начал было помощник.

– Передай все видео и фото губернатору, – отрезал Литвинов, забираясь в машину. – Скажи, что это какая-то афера. Информация о траве не соответствует действительности. Кроме картошки, тут ни хера нет. Похоже, эта контора «Филин» просто обманула нефтяников и отжала у них землю. Пусть сами разбираются.

Он захлопнул дверь. Кортеж, развернувшись, покатил обратно в город. А Сергей Петрович откинулся на мягкое сиденье и с надеждой подумал, что, возможно, этот день ещё не совсем потерян.

Глава 2

Я только что закончил готовить новую партию товара. На полу в квартире-мастерской аккуратными рядами стояли двенадцать туго набитых спортивных сумок.

В башню въезжать было ещё рано. Мои дроны уже начали работу, но всё шло мучительно медленно. Вчера Сириус показывал мне трансляцию: дроны таскали к подножию башни мешки с цементом, песком и ещё какими-то стройматериалами. Всё это было куплено на наши деньги моими верными «дружинниками» и оставлено в условленном месте. Дальше дроны потихоньку перетаскивали всё на объект.

Конечно, когда-нибудь я соберу полноценных дронов-строителей. Они за пару дней выпрямят эту кривую хреновину, укрепят фундамент и достроят всё, что нужно. Но на это требовалось время. И, что самое главное, деньги. А деньги сейчас были нужны на всё и сразу.

Поэтому я снова и снова возвращался к этому простому, но стабильному источнику дохода. Мой покупатель, Тян, уже начал задаваться вопросом, не нашёл ли я где-то подпольный оружейный завод. Пусть задаётся. Главное, чтобы платил исправно.

Я мог бы, конечно, отправить на сделку Дылду или Михича, но нет. Тян был не просто скупщиком краденого. Он был частью чего-то большего, и вести диалог с такими людьми лучше напрямую. Тем более, я знал, что его искренне удивляет, почему у меня никак не заканчивается оружие. А удивлять потенциальных партнёров – полезно.

Я как раз заканчивал укладывать последний автомат, когда в мастерскую заглянула Фурия.

– Я тут несколько идей набросала, – сказала она. – Нам нужна акция.

Я отложил обойму и удивлённо посмотрел на неё.

– Какая ещё акция? – не понял я. – К чему вообще акция?

– Ну, бизнес же, – пожала она плечами.

– Ну, бизнес. И что?

– Мне было скучно, я сидела и придумала…

– Не-не, подожди, – остановил я её, поднимая руку. – Ты программист – вот и программируй. Зачем сразу в бизнес лезть?

– Да фигня вопрос, – отмахнулась она. – Ты выслушай, а потом, если что, бросайся тапками.

Я вздохнул. Не то чтобы я сомневался в её способностях – иногда даже самые безумные идеи оказывались гениальными. Но её прошлое… Официантка в придорожной забегаловке, которая умудрилась вляпаться в такие неприятности, что её искали все, кому не лень. Не самый лучший бэкграунд для бизнес-консультанта. Но ладно, пусть повеселится. Хорошему специалисту иногда нужно давать высказаться.

– Ну ладно, давай. Удиви меня.

Ольга просияла и тут же принялась излагать свой план.

– Итак, слушай. Нам нужна акция для «Филина». Назовём её, условно, «10 счастливчиков». Мы выбираем десять случайных клиентов из нашей базы, чьи машины должны пострадать.

Я на мгновение замер, обдумывая новаторскую идею, а потом медленно, с сарказмом в каждом движении, захлопал в ладоши.

– Браво, молодец! Гениально. Просто гениально! А теперь иди программируй. Можешь дальше не рассказывать.

Она нахмурилась, её энтузиазм заметно поубавился.

– Нет, Феликс, но ты послушай дальше! В этом-то и вся фишка! Когда у десятерых машины пострадают, мы напишем им сообщение: «Ай-ай-ай, не уследили, простите, извините, вот вам компенсация». Повреждения будут мелкими – царапины, лёгкие вмятины. А мы каждому выплатим по сто, нет, по двести рублей! Как и обещали в рекламе.

Я снова захлопал, на этот раз ещё громче.

– Тебе ещё раз похлопать, или ты сама поймёшь, какую чушь несёшь? Мы только что запустили бизнес, а ты предлагаешь его угробить на корню!

– Да понимаю я, но слушай дальше! – не унималась она. – Суть в том, что это отлично повлияет на репутацию! Понимаешь? Царапины-то мелкие, а по сто пятьдесят рублей они получат. Это же сарафанное радио! Они всем расскажут! «Прикинь, мне тачку царапнули, а мне двести рублей заплатили!» Это сподвигнет остальных на покупку! Они могут подумать: «Буду оставлять машину в опасных местах или сам что-то с ней сделаю, чтобы срубить бабла». Но ты же говорил, что с этим проблем нету. Даже если человек сам попытается навредить своему транспорту, твои дроны вмешаются.

– Я не думаю, что люди начнут массово ради такой халявы бежать и покупать абонементы. Это же бред. Ну, десять человек… скольким они расскажут? Двадцати, тридцати? Понимаю, если бы сотне, но…

– Нет! Если угробишь сотню машин – ты угробишь репутацию. Все решат, что твоя система – дерьмо. А тут именно десять. Избранные. Счастливчики. И сумма небольшая, всего-то два косаря.

– Хрена себе небольшая, – пробормотал я, мысленно прикидывая, сколько мне сейчас нужно денег на мифриловые сплавы для Сириуса, на новые двигатели для грузовых дронов, на…

Я замолчал и посмотрел на Ольгу. В её глазах горел такой азарт, такая уверенность, что я невольно улыбнулся. Она была хорошим специалистом. А хорошим специалистам иногда нужно давать шанс блеснуть, даже если их идеи кажутся безумными. Это мотивирует.

– А знаешь, – сказал я после долгой паузы. – Давай попробуем. Считай, что я даю твоей идее шанс.

Она улыбнулась.

– Серьёзно?!

– Серьёзно. Поручаю всё это тебе. Свяжись с Сириусом, пусть он организует нужные царапины и всё остальное. Только чтобы повреждения были разными. У одной – царапина, у другой – лёгкая вмятинка на крыле, у третьей – зеркало свернули. Ну, ты поняла.

Она радостно кивнула и пулей вылетела из мастерской. Я проводил её взглядом и покачал головой. Женщины…

После этого ко мне пришли сёстры. Вид у них был озадаченный и слегка расстроенный.

– Не, ну как это так? – начала Эльвира, протягивая мне свой телефон. – Вот скажи, Феликс, как это, блин, работает?

Я посмотрел на экран. На фотографии, сделанной в ресторане, мы все вместе сидели в том самом ресторане. Вот только вместо моего лица на фото был какой-то совершенно незнакомый мне мужчина. Симпатичный, но определённо не я.

– А вот ещё! – Маргарита показала мне свой планшет, где был открыт какой-то новостной портал.

Заголовок гласил: «Феликс Бездушный жив? Наследника опального рода видели в ресторане в компании сестёр!»

Ниже шёл текст, полный слухов и домыслов. Кто-то писал, что видел, как он расплачивался старой фамильной кредиткой, которая должна была быть заблокирована. Кто-то утверждал, что слышал, как он обсуждал с сёстрами планы по возрождению рода.

– Мы же знаем, что это был ты, – сказала Эльвира. – Но на всех фотографиях…

– Это специальная голограмма, – пояснил я. – Разработка, которую Сириус адаптировал под местные условия. Она работает только на записывающие устройства. Камеры, телефоны, системы видеонаблюдения – все они видят не моё настоящее лицо, а проекцию. Но для человеческого глаза я остаюсь собой.

– Но зачем? – не поняла Маргарита.

– Смысл в хаосе. Исподтишка нас постоянно фотографировали, скидывали кому-то с подписью: «Смотри, Бездушный сидит, Феликс!». А им отвечали: «Ты что, дурак? Это же не он». В итоге у врага нет чёткого подтверждения. Одни говорят, что видели меня, другие, глядя на фото, крутят пальцем у виска. Свидетели выглядят как сумасшедшие, а у нас есть время и пространство для манёвра.

Сёстры переглянулись. Кажется, до них начал доходить масштаб игры, которую я затеял.

– Получается… – медленно протянула Эльвира. – Весь этот цирк в ресторане… это была не просто проверка для нас. Это была часть… чего-то большего?

– Именно, – кивнул я. – Добро пожаловать в мир информационных войн, сёстры. Здесь правда – это то, во что верят, а не то, что есть на самом деле. И наша задача – заставить их поверить в то, что нам выгодно.

⁂

Деловая рутина, как оказалось, затягивает. Особенно когда она приносит стабильный и постоянно растущий доход. Продажа очередной партии оружия Тяну прошла быстро и без лишних слов. Он уже перестал удивляться, откуда у меня столько товара, а просто молча отсчитал деньги.

Получив на руки увесистую пачку купюр, я не стал сразу уходить. Вместо этого отправился бродить по самым дальним рядам рынка, где торговали не просто хламом, а хламом в квадрате – вещами, на которые нормальный человек даже не посмотрел бы. Но я искал не то, что блестит, а то, что скрыто.

Мой взгляд Техноса просеивал этот мусор, как сито. И находил.

Вот, например, на пыльном брезенте, среди ржавых подков и обломков каких-то сельскохозяйственных инструментов, лежало простое кольцо из тёмного металла. Продавец, беззубый старик в выцветшей тельняшке, уверял меня, что это «настоящий орочий трофей, зуб даю!».

– Видишь, оно тёплое, – говорил он, протягивая мне кольцо. – Они их носят, чтобы зимой руки не мёрзли.

Я взял кольцо. Действительно, тёплое. Но я видел то, чего не видел старик. Внутрь металла была вплетена простенькая, но рабочая руническая вязь. Артефакт. Примитивный, но артефакт.

– И почём такое сокровище? – с деланным безразличием спросил я.

– Пятьсот рэ, и по рукам! – тут же оживился старик.

Я мысленно связался с Сириусом.

«Сириус, пробей по базам. Артефактные кольца с функцией согревания. Рыночная стоимость».

«Анализирую, Повелитель, – тут же отозвался дрон. – Аналогичные артефакты в закрытых сегментах сети продаются по цене от двух до трёх с половиной тысяч рублей, в зависимости от чистоты исполнения и мощности. Данный экземпляр можно оценить примерно в две с половиной».

– Возьму, – сказал я старику, отсчитывая деньги.

Так я побродил ещё с час, потратив в общей сложности около семи тысяч. Мой улов был неплох. Ещё одно кольцо, на этот раз человеческое, с едва заметным плетением, незначительно повышающим выносливость. Старый, потемневший от времени охотничий нож, лезвие которого, как я увидел, было зачаровано на самозаточку. Пара тусклых камней, оказавшихся на поверку низкоуровневыми накопителями маны. Для меня – мусор, но на местном рынке – вполне ходовой товар.

Вернувшись домой, я тут же пошёл к Фурии.

– У меня для тебя работа.

Она оторвалась от своего ноутбука, где, судя по всему, в очередной раз отбивала атаку на наши серверы.

– Слушаю, начальник.

– Создай нам аккаунт на всех крупных аукционных площадках этого мира. И выстави на продажу вот это.

Я передал ей список артефактов, которые только что приобрёл.

– Ого, – присвистнула она, пробежав глазами по описаниям. – А ты времени зря не теряешь. Где ты всё это нарыл?

– Это неважно. Важно то, как мы это будем продавать. Мне нужен максимальный ажиотаж.

– Поняла, – кивнула она. – Сделаем красивые фотографии, напишем продающие тексты… Кстати, есть идея по доставке.

– Какая?

– Давай напишем, что у нас «портальная доставка». В любую точку Российской Империи, прямо в руки.

Я удивлённо поднял бровь.

– Какая ещё портальная?

– Ну не писать же, что наш летающий пылесос прилетит и сбросит посылку, – усмехнулась она. – Представь: человек сидит у себя дома, и тут прямо из воздуха перед ним падает его покупка. Эффектно же!

Я на мгновение задумался, представив эту картину. Дрон подлетает в режиме невидимости, открывает грузовой отсек, сбрасывает посылку и так же незаметно улетает. А покупатель сидит с отвисшей челюстью, уверенный, что стал свидетелем настоящего чуда.

Интересные у неё подходы, конечно. Какие-то слишком нерациональные, театральные. Но… в этом что-то есть.

– Ладно. Если уверена – делай. Всегда можно будет всё переиграть.

Оставив её заниматься новым интернет-магазином, я вызвал Дылду. Пора было немного размяться.

Ощущение было странным. Я ехал на очередную «охоту» не с напряжением и готовностью к бою, а с чувством лёгкой скуки, как на какое-нибудь сафари.

Мои дроны-разведчики уже давно прочесали все окрестные леса. Я знал о каждом звере, о каждом ручейке, о каждой банде орков, которая шаталась по этим дебрям. И сейчас, когда Дылда вёз меня по разбитой лесной дороге, Сириус уже вывел передо мной тактическую карту с несколькими вариантами для «развлечения».

«Повелитель, на ваш выбор пять потенциальных целей, – доложил он. – Группа китайских сборщиков травы, патруль гвардии Трофимова, прочёсывающих лес, и три лагеря орков разной численности».

Я выбрал самый интересный вариант. Небольшой лагерь орков, которые, судя по данным разведки, держали в плену восемь человек.

Когда мы добрались до места, я вышел из машины.

– Жди здесь. И будь готов сваливать в любой момент.

Дылда лишь молча кивнул.

Я не стал красться или прятаться. Просто пошёл вперёд, на шум голосов и треск костра. Когда вышел на поляну, орки, сидевшие у огня, сначала даже не обратили на меня внимания. Лишь один из часовых лениво повернул голову и что-то прорычал.

Я остановился в центре их лагеря и громко, на чистейшем орочьем диалекте, который мои дроны успели изучить до мельчайших нюансов, спросил:

– Пожрать есть чего?

На поляне повисла гробовая тишина. Орки замерли, уставившись на меня, как на привидение. Их примитивные мозги отказывались обрабатывать происходящее.

Человек. Один. Зашёл в их лагерь. И на идеальном орочьем просит пожрать.

Оцепенение длилось недолго. Первым опомнился их вожак – огромный одноглазый орк с зазубренной секирой. С диким рёвом он бросился на меня.

Остальные тут же последовали его примеру.

– Ну ладно, – вздохнул я.

Это была разминка. Проверка возможностей этого тела. Я уворачивался, блокировал, наносил удары. Орки падали один за другим. Но их было слишком много, и они лезли со всех сторон, не давая передышки.

«Можно я вмешаюсь?» – раздался в голове взволнованный голос Сириуса.

«Нет».

«Ну, можно я вмешаюсь?»

«Нет, блин! Что непонятно?!».

Я уложил ещё двоих, но почувствовал, как начинаю выдыхаться. Один из орков зашёл мне за спину, занося дубину.

– Сириус…

Но мой дрон воспринял это как общую команду.

– СЛУШАЮСЬ!

В следующую секунду над поляной пронёсся жужжащий ураган. То, что произошло дальше, было просто бойней. Невидимая сила подбрасывала орков в воздух, ломала им кости, сворачивала шеи. Шесть тел рухнули на землю, даже не успев понять, что их убило.

– Сириус, – сказал я, переводя дух. – Я хотел сказать: облети округу и посмотри, что там есть интересного.

– Упс, – виновато пискнул дрон.

Я покачал головой. Ладно, проехали.

Я активировал голограмму. Моё лицо на мгновение подёрнулось рябью, и я превратился в точную копию своего «отца» – Эдуарда Бездушного.

Затем подошёл к яме, где сидели перепуганные пленники, и одним движением разбил цепи.

– Вы свободны, – сказал я им голосом покойного графа.

Они смотрели на меня с суеверным ужасом, не веря своим глазам. Кто-то крестился, кто-то падал на колени.

– Ваше сиятельство… вы же…

– Идите, – сказал я, не вдаваясь в объяснения. – И расскажите всем, кого встретите, что род Бездушных ещё не уничтожен.

Пусть теперь ломают головы, что это было – призрак, чудо или массовая галлюцинация. Хаос в информационном поле – это всегда полезно.

Когда пленники, спотыкаясь, скрылись в лесу, я повернулся к трупам.

– Теперь разбирайте.

Мои дроны тут же материализовались из воздуха и, как стая саранчи, набросились на добычу, за считаные секунды обчищая трупы до нитки.

«Повелитель, – доложил Сириус, когда работа была закончена. – Разведка обнаружила ещё один лагерь. Крупнее. Примерно в трёх километрах отсюда. Хотите отправиться туда?»

– Хочу, но нет времени, есть ещё работа. Однако… – я усмехнулся. – Никто не мешает тебе и твоим мелким прилететь в тот лагерь и выкрасть всё оружие и артефакты. Необязательно мне приходить и всех валить. А если у них всё забрать, то им и сражаться будет нечем.

– Слушаюсь, Повелитель, – с довольным жужжанием ответил Сириус.

Кажется, ему эта новая тактика понравилась даже больше, чем простая резня.

Лесной лагерь орков, Приморская губерния

Гром'кар, вожак клана Рваное Ухо, с наслаждением втянул ноздрями влажный, пахнущий прелой листвой и чужой землёй воздух. Этот мир был другим. Диким, сочным и полным жизни. Идеальное место для охоты.

За его спиной, у разгорающегося костра, гомонили его воины. Двадцать пять отборных глоток, закалённых в десятках набегов. Матёрые и сильные, жаждущие крови и добычи. Они только что прошли через мерцающий разрыв в ткани реальности, оставив позади выжженные пустоши своего родного мира, и теперь были готовы рвать и метать. Мотивация зашкаливала.

– Кровь! – прорычал один из молодых, вскидывая зазубренный топор.

– Плоть! – подхватил второй, ударяя кулаком в окованный железом щит.

– Добыча! – хором взревела вся банда.

Гром'кар удовлетворённо хмыкнул. Дух был что надо. Он заслужил право вести за собой этих бойцов, вырвав его в кровавом поединке у предыдущего вождя. И сейчас он приведёт их к славе.

– Разведка вернётся, и мы пойдём, – пророкотал он. – Найдём их селения. Возьмём их самок. Заберём всё, что блестит. А потом найдём сильного противника и умрём в славной битве!

– ДА-А-А! – снова взревели орки.

Он как раз собирался добавить ещё пару слов о том, как славно будут смотреться человеческие черепа на их знамёнах, когда из леса вышли двое их разведчиков. Они шли, понурив головы, и выглядели так, будто только что проиграли бой Белкусам.

Гром'кар нахмурился.

– Что за кислые рожи? И… – он на мгновение замолчал, прищурившись. – Где ваши топоры?

Разведчики вздрогнули и вжали головы в плечи.

– Мы это… вождь… – промямлил один из них.

– Говори! – рявкнул Гром'кар. – Или я вырву твой язык и скормлю его лесным зверям! Вы что, головой об дуб ударились? Забыли, что у орка в руке должен быть топор?!

– Мы не забыли, вождь, – торопливо заговорил второй. – Мы просто… отвернулись. Поставили топоры под деревцо, чтобы отлить. Обернулись – а ничего уже нету.

На поляне повисла гробовая тишина. А потом кто-то не выдержал и прыснул со смеху. Через секунду уже хохотала вся банда. Даже Гром'кар не удержался и издал утробный, похожий на рык смех.

– Поставили… под деревцо? – переспросил он, вытирая выступившую слезу. – Вы что, девки красные, на пикник пришли?

Он отсмеялся и снова стал серьёзным.

– Нет топора – нет воина, – отчеканил он. – Раз у вас в руках не нашлось места для оружия, значит, найдётся для поварёшки. С этого момента вы – наши повара. Будете готовить на весь лагерь. И если хоть раз мясо подгорит – я сдеру с вас шкуру и сделаю из неё новые ножны для своего топора.

Разведчики побледнели, но спорить не посмели. Под новый взрыв хохота они понуро побрели к костру и принялись потрошить пойманного кабана.

Прошло несколько часов. Лагерь жил своей жизнью. Кто-то точил оружие, кто-то латал прохудившуюся броню. И тут из леса снова вышли двое. Те, что стояли в карауле на дальней тропе. И тоже с пустыми руками.

– И вы туда же? – спросил Гром'кар, уже без особого удивления.

История повторилась почти дословно. Отлучились на минуту, оставили топоры у дерева, вернулись – пусто. Командир снова посмеялся, но на этот раз смех его был коротким и злым.

– Ладно. С вами разберёмся, когда вернёмся. Будете две недели пасти стадо. Вместо безбородых пастухов.

Наказав и этих двоих, он ушёл в свой шатёр. Настроение было испорчено.

«Что за херня здесь происходит?» – думал он, расхаживая по тесному пространству. Четверо орков из двадцати пяти потеряли своё оружие. За один вечер! Да у них в племени за год если один такой случай будет, и то чудо. Это не просто невезение. Это какой-то злой дух шутит.

Гром'кар сел на походную лавку и сжал в руке рукоять своего верного топора. «Череполом». Он был с ним с самой юности. Он чувствовал его вес, ощущал баланс, знал каждую зазубрину на лезвии.

«Как вообще можно потерять своё оружие? – он с презрением подумал о наказанных. – Каким надо быть деби…»

Мысль оборвалась на полуслове. Что-то щекотнуло в носу. Он попытался сдержаться, но не смог.

– А-А-А-ПЧХИ!!!

Громкий, сочный чих сотряс весь шатёр. Гром'кар моргнул, вытирая выступившие слёзы. И замер.

Рука была пуста.

Он удивлённо посмотрел на свою ладонь. Потом на другую. Потом пошарил под лавкой под собой. Ничего.

Топора не было.

«Череполом» просто исчез.

В этот самый момент полог шатра дёрнулся.

– Вождь! Вождь, ты нам нужен! – раздался снаружи голос одного из его воинов. – Выходи, есть дело, надо поговорить!

Кровь отхлынула от лица Гром'кара. Выйти? Сейчас? Без топора? После того, как он только что прилюдно унизил четверых своих бойцов за то же самое? Да его же на смех поднимут! Его авторитет рухнет в один миг. Он, вождь, окажется таким же раззявой, как и те недотёпы-разведчики.

– ПОШЛИ НА ХЕР! – заорал он в ответ, стараясь придать голосу как можно больше ярости и властности. – Я ДУМАЮ! НЕ МЕШАТЬ!

Снаружи послышались торопливые шаги удаляющихся орков.

Гром'кар остался один. Он лихорадочно шарил по всему шатру, заглядывая под шкуры, пиная мешки с провизией.

Пусто.

Он сел на лавку, обхватив голову руками.

«Где топор? – билась в его черепе паническая мысль. – Как я его потерял?!»

Главное имение рода Трофимовых

Князь Трофимов с плохо скрываемым раздражением смотрел на своего начальника службы безопасности. Леон Демьянов мямлил свой доклад.

– …таким образом, ваше сиятельство, корпорация «Нефть Сибири» полностью сворачивает свою деятельность в регионе. Они отзывают всех своих людей и замораживают оставшиеся активы.

Трофимов лениво отмахнулся, давая понять, что эта новость его ничуть не трогает.

«Ну и хрен с ними», – подумал он. Старый утырок Калмыков и его нефтяники были как выжатый лимон. За последние годы их «потрясли» так основательно, что больше с них взять было нечего. Они давно уже не пытались лезть в его дела, смирившись со своей участью. Так что их уход – событие предсказуемое и совершенно неинтересное.

– Что по башне? – глухо спросил князь, отхлебывая из бокала дорогой коньяк.

Демьянов прокашлялся, явно радуясь смене темы.

– А вот тут, ваша светлость, самое интересное. Её выкупила та самая организация – ООО «Филин».

Трофимов на мгновение замер, а потом тихо рассмеялся.

– «Филин»? Эти клоуны, что ли? Купили? Ну и идиоты.

Когда-то эта башня была лакомым куском. Перспективный проект, идеальное место для нового офисного центра. Трофимов уже почти прибрал её к рукам, когда выяснилось, что земля под ней – сплошное болото. Фундамент поплыл, сама конструкция накренилась.

Восстанавливать её было дороже, чем построить три новые. Проект заморозили, а башня так и осталась висеть на балансе нефтяников мёртвым грузом, напоминая всем о грандиозном провале. Теперь она была ему на хрен не нужна.

– И что, они действительно её отжали? – с насмешкой спросил князь.

– Похоже на то, – кивнул Демьянов. – Сделка прошла абсолютно легально. Но там никаких реальных имён, никаких зацепок.

– А что, так можно было? – удивился Трофимов.

– К сожалению, да, ваше сиятельство. В Империи разрешено создавать такие анонимные компании. Официально – для защиты молодых и перспективных предпринимателей от недобросовестной конкуренции. Мол, чтобы их не придушили на взлёте более крупные игроки. Но на деле, как вы понимаете…

– Понимаю, – кивнул Трофимов. – Лазейка для всякого сброда. Но ведь должна же быть какая-то управа.

– Только через Имперскую Канцелярию. По прямому запросу оттуда они обязаны раскрыть всех владельцев. Но для этого нужны очень веские основания и связи на самом верху.

Князь поморщился. Связи у него, конечно, были. Но дёргать столичных чиновников из-за какой-то кривой развалюхи и шарашкиной конторы? Слишком много шума из ничего.

– И чем ещё знаменит этот «Филин»? – спросил он, уже теряя интерес.

– Они запустили новый бизнес, – Демьянов едва сдержал улыбку. – Предлагают услуги по охране автомобилей. Расклеивают по району листовки, на машины своих клиентов лепят наклейки – сова такая, с большими глазами. Мол, «объект под защитой».

Трофимов снова рассмеялся.

«Какой детский сад… Какой бред», – подумал он, отставляя бокал. Но смех его быстро угас. Он посмотрел на своего начальника службы безопасности уже без тени веселья.

Да, это всё выглядело как ребячество. Но этот «Филин» каким-то образом влез в его зону интересов. Он обставил его людей с нефтяниками. Он отжал башню, на которую у князя когда-то были свои планы. Мелочь, конечно, но неприятно. Как назойливая муха, которая жужжит над ухом и мешает отдыхать. А самое главное – этот «Филин» не пришёл к нему на поклон. Не попросил разрешения работать на его территории. А это было нарушением всех неписаных правил.

– Сожгите им весь бизнес, – лениво бросил Трофимов, отворачиваясь к окну.

Демьянов на мгновение замер, не совсем поняв приказ.

– Каким образом, ваша светлость?

Князь посмотрел на него как на полного идиота.

– В смысле, каким, Демьян? Я вот иногда смотрю на тебя и удивляюсь – то ли ты дебил, то ли я слишком умный. Сожгите им все машины, которые они охраняют. Вот и всё.

– Принято. Всё будет сделано, – козырнул начальник службы безопасности и, развернувшись, вышел из кабинета.

Трофимов проводил его взглядом и снова посмотрел на огни ночного города. Он даже не стал вникать в детали. Этот «Филин» был слишком мелкой и неинтересной проблемой, чтобы тратить на неё своё драгоценное время. Он просто отдал приказ, как отдавал их сотни раз до этого. Простой, эффективный и окончательный. Если кто-то мешает – его нужно убрать. И точка.

Раз «Филин» не пришёл к нему на поклон, значит, он здесь не нужен.

Глава 3

Я лежал в полудрёме на старом диване в своей мастерской, наслаждаясь редкими минутами покоя. Казалось, я наконец-то остался один и никого не трогал, как вдруг тишину нарушил грохот распахнувшейся двери.

В комнату ворвался Сириус.

– Война! – заорал он. – Это война! Мы их всех уничтожим! Как они посмели посягнуть на бизнес Повелителя?! Я лично их уничтожу!

Он подлетел к стене, где в специально оборудованных нишах хранились его запасы: кассеты с парализующими дротиками, дополнительные модули питания, несколько трофейных гранат…

Сириус лихорадочно принялся открывать отсеки, что-то быстро забрасывая внутрь своего корпуса. Раздался характерный звук загрузки боевых систем. Он уже собирался вылететь из комнаты, но я успел его остановить.

– Постой. А теперь спокойно и по порядку расскажи, что случилось.

Сириус на секунду замер, а затем быстро ввёл меня в курс дела, транслируя мыслеобразы прямо мне в мозг.

Оказалось, что тридцать автомобилей, находившихся под нашей охраной, попали под плотное наблюдение. Прямо сейчас несколько групп неизвестных готовились их уничтожить.

– Это война, – повторил он. – Наши машины под угрозой.

– И кто эти идиоты? – спросил я, хотя уже догадывался.

– Непонятно, Повелитель. Какая-то банда, организация… или что-то ещё. Судя по тому, что мне удалось рассмотреть, там сборная солянка. Примерно десять человек работают на Трофимова. Ещё десять – из какой-то банды. Остальные – вольные наёмники, разнорабочие, которых, видимо, привлекли для массовки. Они связаны и с Трофимовым, и с бандитами, но ни к какой конкретной организации не принадлежат.

Я нахмурился. Значит, они решили в отместку за башню уничтожить наш бизнес. Интересно…

– Они обсуждают, как лучше это сделать, – добавил Сириус. – Планируют поджоги.

Я мысленно пробежался по списку своих дронов, выбирая тех, кто лучше всего подойдёт для этой работы.

– Первый, второй, четвёртый, пятый, седьмой, девятый, тринадцатый, шестнадцатый… Ко мне.

Из скрытых панелей в стенах вылетели восемь дронов и зависли передо мной, ожидая приказа.

Я протянул руки, и мои пальцы заплясали в воздухе, сплетая невидимые нити заклинаний техномагии. Я усиливал их щиты, улучшал сенсоры, накладывал маскировку – «баффал», как сказал бы Сириус, используя терминологию этого мира.

Один за другим дроны получали свою порцию силы, их корпуса на мгновение окутывало голубоватое сияние. Наконец, я коснулся корпуса самого Сириуса, вливая в него остатки энергии.

– Теперь вперёд. Командуй операцией. И найди мне тех, кто там самый отмороженный.

– Как их найти? – уточнил Сириус.

– Это будут те, кто получает от происходящего удовольствие. Кто будет жестить больше других. А ещё я хочу знать, есть ли там те, кто просто выполняет приказ без особого желания.

Через несколько минут я получил ответ. Таких не было. Все нападавшие веселились, улыбались, смеялись… Они предвкушали безнаказанное разрушение. Среди них был даже сильный Одарённый.

Я начал одеваться, собираясь спуститься вниз, чтобы увидеть своими глазами.

Тем временем операция уже началась. Один из нападавших с канистрой в руках подбежал к машине, явно намереваясь её поджечь. Он только-только открутил крышку, как вдруг свалился на землю. В затылок ему прилетел один из моих дронов, до этого момента искусно маскировавшийся под кирпич в стене.

Другие хотели разбить стёкла и забросать салоны коктейлями с горючей смесью. Но и их постигла та же участь. Никого не убивали. Кого-то усыпили дротиком, кого-то оглушили разрядом шокера. Главное было действовать настолько быстро, чтобы они даже не поняли, что произошло.

Только с одним чуть не вышла ошибка. Оглушённый наёмник, падая, выронил бутылку с зажигательной смесью. Та разбилась, и жидкость вспыхнула, угрожая перекинуться на машину. Но ближайший дрон, оснащённый компактным огнетушителем на основе углекислого газа, мгновенно активировал его. Зависнув над пламенем, он выпустил струю газа под высоким давлением, которая вытеснила кислород и погасила огонь, не дав ему распространиться.

На парковке остался всего один противник – сильный Одарённый, что управлял стихией воздуха. Он стоял рядом с внедорожником, а воздух вокруг него сгущался, готовый по его приказу разрезать металл мощными потоками ветра, как бумагу.

Я окликнул его.

– Эй, мужик. Что ты делаешь возле моей тачки?

На моём лице играла голограмма, скрывая истинную внешность. Мужчина обернулся.

– Твоя тачка? Зря ты выбрал эту охранную фирму. Они фуфлыжники. А теперь не мешай.

– Слышь, отойди от машины, – спокойно попросил я. – Я тебя предупреждаю.

Он вскинул руки, и два острых воздушных лезвия со свистом полетели ко мне. Он даже не смотрел, разрежут они меня или нет – настолько был уверен в своей силе.

Но лезвия врезались в невидимую преграду в шаге от меня. Передо мной вспыхнула и погасла энергетическая стена, испещрённая бегущими цифрами, символами и рунами. Воздушные клинки вошли в неё, как в воду, прогнули структуру и бесследно растворились. Это была моя защитная сетка – невероятно мощное и гибкое заклинание. Подобными сетями я когда-то в космосе ловил астероиды для добычи ресурсов. Правда, энергии они жрали немерено.

Мужчина удивлённо уставился на меня. Он снова атаковал, но я, прошептав код активации, снова возвёл сетку, на этот раз сделав её невидимой и ещё более прочной. Его атака снова провалилась.

– Ну и ветер, – протянул я, подавая мысленный приказ одному из дронов.

Дрон подлетел ко мне сзади и создал порыв ветра, который откинул мои волосы назад.

– Ты серьёзно собираешься этим мне угрожать? – спросил я с улыбкой. – Я тебе сейчас голову оторву за свою машину. Ты знаешь, сколько я на неё копил?

– Что за херня… – пробормотал он и в ярости послал в меня сразу десяток лезвий.

Все они без следа исчезли в моей защите.

– Нет, ты точно дурачок какой-то, да? Ладно-ладно, успокойся. На самом деле, это не моя машина. Я просто увидел, что ты тут околачиваешься занимаешься, и решил посмотреть, что ты делаешь.

Он недоверчиво посмотрел на меня.

– Эх… Странный ты свидетель.

– О, да! Знал бы ты, насколько. Но не переживай.

Я решил немного его разыграть.

– В этом городе, конечно, интересные дела творятся. Но, уверяю тебя, скоро здесь всё поменяется. И твой Трофимов охренеет, когда я вернусь в столицу и напишу все отчёты, которые должен.

Услышав слово «столица», он напрягся.

– Ага, представляешь? Моё ведомство расследует тут одно похищение. Вот меня и прислали разобраться.

Я «достал» из кармана и продемонстрировал ему голографическую корочку.

– И, знаешь, я тут столько всякой срани увидел, что, мне кажется, там, в столице, точно обо всём этом не знают. Но ничего. Узнают.

– Выходит, мне придётся тебя завалить.

– Ой, я тебя прошу, – отмахнулся я. – Не с твоей силой.

– Не с моей? Я, на минуточку, пробужденный ученик, почти что мастер! И это я тебя бил самой слабой техникой. Хочешь, по-настоящему что-то прикольное покажу?

– Поверь, мужик. Вон там есть бар. И я там сейчас сижу. Отдыхаю после тяжёлого рабочего дня. И я вот вообще не собираюсь смотреть на твои слабые техники.

– А придётся!

Я прекрасно видел, что у него в ухе наушник и он с кем-то общается. Вся информация, что я ему наговорил, – про столицу, расследование, – была услышана. Ему, очевидно, уже отдали приказ.

– Ладно, давай лучше я тебе кое-что покажу, – я щёлкнул пальцами. – А теперь спать.

В этот момент Сириус, невидимкой зависший над Одарённым, обрушил на него мощнейший электрический разряд. В воздухе запахло палёным. Одежду разряд не тронул, а вот кожа под ней почернела и обуглилась. Мужчина упал на асфальт.

– Сириус, твою мать! Что ж ты за дрон такой? Почему нельзя не убивать тех, кого я кормлю дезинформацией?

– Я его не убил, он живой…

– И надолго? Ладно, уколи его.

– Переводить на него лекарство?

– Коли, давай!

Сириус ввёл мужчине инъекцию. Кожа на глазах начала восстанавливаться. Лекарство было, конечно, очень мощное. Да и повреждения, несмотря на жуткий вид, оказались не такими серьёзными.

– Сириус, сколько ты вложил энергии в этот разряд?

– У меня было всего четыре процента запаса, когда я вылетел на задание.

– А какого хрена ты летаешь с таким маленьким запасом?! Зарядиться не мог?

– Если два раза за день в городе на несколько часов пропадёт свет, они точно начнут выяснять причину…

Я вспомнил, как он не так давно «повеселился» с орками, а потом ещё и с китайским отрядом, который проходил мимо. У них было какое-то интересное оборудование, и Сириус решил его «позаимствовать». Они его заметили и открыли огонь.

Сириус тогда обиделся и хотел вступить в бой, но я запретил. В итоге он всё же умудрился стащить у них специальный планшет, но те активировали детонацию. Видимо, после истории с дронами они поменяли тактику.

В следующий раз я буду готов. Просто сначала полное обесточивание всей их техники, а потом уже всё остальное.

– А теперь, давай, – скомандовал я Сириусу.

– Без проблем, Повелитель.

Сириус притащил небольшой огнемёт и начал палить машину Одарённого, на которой он приехал.

Откуда у нас огнемёт? Нет, я его не делал. Дроны нашли. Какой-то мутный тип собирался ограбить ларёк. После того, как за прошлые две недели мои дроны уже забрали у него два обреза и четыре карабина, шесть ножей и два мачете, он откуда-то достал себе… огнемёт. Наверное, надеялся, что хотя бы его не отберут. Наивный.

Уссурийск. Парковка в Заводском районе

Он очнулся на холодном шершавом асфальте. В голове гудело, будто по ней всю ночь били кувалдой, а во рту стоял мерзкий привкус гари и чего-то металлического.

«Вот это я вчера прибухнул», – была его первая мысль.

Он попытался сесть, опираясь на руки, и мир тут же заходил ходуном, грозясь снова поглотить его тьмой.

Стоп…

Какое, к чёрту, «прибухнул»? Он не пил уже… Сколько? Лет семь. Да, так и есть – семь долгих «сухих» лет. С тех самых пор, когда князь Трофимов вытащил его из сточной канавы, в которую он сам себя загнал, и дал второй шанс.

Память возвращалась неохотно. Кажется, он был не на пьянке, а на деле.

Он сел, осматриваясь. Тускло освещённая парковка. Вокруг – ни души. Автоматом он похлопал себя по карманам. Пусто. Телефона нет. Гарнитура, через которую он получал приказы, исчезла. Денег ни копейки.

Он опустил взгляд на свои ноги. Босые ступни. Даже кроссовки сняли, уроды.

Рядом, там, где он оставил машину, догорал дымящийся остов. От его служебного внедорожника, бронированного и напичканного дорогостоящей электроникой, остался только почерневший скелет.

Память начала услужливо подкидывать образы. Странный человек со спокойным, почти скучающим голосом. Щелчок пальцев. И фраза, брошенная с ленивым безразличием: «А теперь спать».

И он, неслабый Одарённый, один из лучших боевых магов воздуха на службе у князя, просто… выключился.

Ему стало по-настояшему страшно. Он уже раньше сталкивался с менталистами, даже с очень сильными. И всегда он хоть немного что-то ощущал: давление на сознание, чужое присутствие, попытку проломить его ментальные щиты… А тут – ничего. Пустота. А потом – темнота.

Этот человек обладал такой силой, что смог просто проникнуть в его сознание и дёрнуть рубильник. Без усилий и борьбы. Как будто выключил свет в комнате.

В голове прояснилось окончательно. Он вспомнил всё. Этот ублюдок забрал его документы. А зачем ему было их прятать? Он шёл на простое дело – спалить десяток машин какой-то «Васянской конторы».

Он – капитан полиции, прикомандированный к личной гвардии князя. Для него это была не работа, а так, лёгкая разминка. Он даже не стал скрываться, приехал на своей рабочей машине, с полным кошельком и всеми документами в кармане. Зачем ему было скрываться в городе, где его босс был буквально богом?

А теперь… Его собственный автомобиль сгорел до тла. А он сам ограблен и опозорен.

Возвращаться к Трофимову или…

На мгновение мелькнула мысль – бежать. Залечь на дно в какой-нибудь глуши, чтобы исчезнуть. Но он тут же отогнал её. Бежать в Российской Империи некуда. От князя не сбежишь. Его найдут. И тогда будет гораздо хуже.

Выбора не оставалось.

Он с трудом поднялся на ноги. Босые ступни неприятно холодил асфальт. Голова гудела, тело ломило, но он шёл. Шёл, чтобы доложить.

Пусть кураторы сами разбираются. Пусть ломают головы, кого это он встретил. Кто решил так дерзко и показательно копнуть под самого князя Трофимова.

Его дело – доложить. А дальше будь что будет. Потому что сегодня он столкнулся с чем-то, что было ему не по зубам. А может, даже не по зубам самому князю.

И от этой мысли становилось ещё страшнее.

Главное имение рода Трофимовых

– …таким образом, ваше сиятельство, вся группа была нейтрализована, – докладывал Леон Демьянов, стоя перед князем. – Потерь среди гражданских нет. Но наш человек… он в тяжёлом состоянии.

Трофимов медленно поднял на него тяжёлый взгляд.

– Сильный Одарённый? Из столицы? Отключил нашего человека одним щелчком пальцев? – уточнил он. – Что за бред ты мне несёшь, Леон?

– Это не бред, ваша светлость. Наш человек написал подробный отчёт, когда его нашли. Он столкнулся с кем-то, кто представился сотрудником одного из столичных ведомств и продемонстрировал удостоверение. Он обладал невероятной силой. Наш боец, Одарённый среднего ранга, ветеран, не смог ему ничего противопоставить. Его просто… выключили.

– И что, это была официальная операция? Канцелярия сунула свой нос в мои дела?

– Скорее всего, это его личная инициатива. Его не посылали, – поспешно добавил начальник СБ. – Похоже, какой-то ретивый служака решил проявить себя, покопаться в делах на периферии.

Трофимов побарабанил пальцами по столу ещё несколько секунд, обдумывая услышанное.

– Инициатива… – прошипел он. – Найдите мне его. Можете использовать любые средства. Найдите и прикопайте где-нибудь в лесу. Ненавижу, мать его, инициативных людей! Вечно лезут туда, куда их не просят.

Демьянов молча кивнул и, получив разрешение, торопливо вышел из кабинета.

Оставшись один, Трофимов подошёл к огромному панорамному окну. Внизу расстилались его владения – идеально стриженные газоны, фонтаны, античные статуи… Его маленькое королевство.

Конечно, он не боялся. Какой-то залётный агент из столицы? Пфф, мелочь! В Петербурге у него были свои люди и договорённости с такими же некоронованными королями, которые в своих губерниях были такими же царями и богами, как и он здесь. Один звонок – и этого «инициативного» зароют так глубоко, что его не найдут и через сто лет.

Но сама тенденция… сам факт того, что его планы так нагло и последовательно нарушают, ему не нравился.

Ещё и эти идиоты до сих пор не отчитались по машинам. Он прекрасно знал своих людей: если они где-то накосячат, то потом морозятся и не сообщают до последнего, надеясь, что всё как-нибудь рассосётся. Но ему было дико интересно, как, чёрт возьми, можно было накосячить в таком простом приказе, как спалить десяток обычных гражданских машин? Это же задача для дебила!

Сначала провал с зачисткой Бездушных. Потом – унизительный побег девчонок из-под носа Воропаева. Затем – полный разгром двух его элитных отрядов, уничтоженных непонятно кем и как. И вот теперь – этот столичный выскочка и провал с поджогом.

Все эти события, на первый взгляд не связанные, складывались в какую-то нелогичную мозаику. Появлялось стойкое ощущение, что происходит что-то, чего он не понимает. И это его напрягало. Он, один из умнейших людей в этом городе, не любил сюрпризов.

Он привык всё контролировать и просчитывать на десять ходов вперёд. А сейчас в его идеальной шахматной партии появилась какая-то неизвестная фигура, которая двигалась не по правилам, сметая его пешки и угрожая королю.

Князь Трофимов снова усмехнулся, но на этот раз – холодно и без тени веселья.

В конце концов, не каждый мог похвастаться тем, что ему за три прожитые жизни стукнуло шестьсот пятьдесят лет. Он видел падение империй и рождение новых. Он пережил десятки войн, сотни интриг и тысячи предательств. Он знал этот мир, как свои пять пальцев. И он не позволит какому-то выскочке, кем бы он ни был, разрушить то, что он строил веками.

⁂

На следующее утро я сидел за столом и с аппетитом уплетал свой завтрак.

Сёстры, уже привыкшие к моему режиму, молча составляли мне компанию, попивая чай. Кот Уголёк с довольным мурлыканьем устроился у меня на коленях.

Я как раз доедал яичницу, когда на кухню, как маленький ураган, влетела Фурия. Вид у неё был такой, будто она только что взломала защитные системы Американской Конфедерации и теперь пришла за своей наградой.

– Ну что?! – выпалила она с порога.

– Сириус, ей тоже яичницу с тостами, – сказал я, почёсывая кота за ухом.

– Нет, я не об этом! Где?! – не унималась она, подлетая к столу и опираясь на него руками.

– Где что?

– Где моя похвала? Вы что, не смотрели?

– Куда?

После ночных событий – засады на людей Трофимова, допроса и последующей утилизации – я вернулся домой выжатый как лимон и сразу завалился спать. Мне было совершенно не до проверки чего бы то ни было.

– На свой бизнес! – Ольга уже начинала терять терпение. Она вытащила телефон, быстро ввела пароль и ткнула экраном мне в лицо. – Да посмотрите же!

Я скосил глаза на экран. И поперхнулся недожёванным тостом.

На дисплее светилось количество активных подписок на услуги «Филина».

– Да ладно… Ты хочешь сказать, что эта акция привела сто пятьдесят человек в первый же день?

Фурия довольно кивнула, скрестив руки на груди.

Сто пятьдесят! Всего за один день! И это при том, что акция была запущена только вчера вечером.

– Что не так с этими людьми? У них же инстинкт самосохранения напрочь отсутствует. Или жажда халявы настолько сильнее?

– Повелитель, – вмешался Сириус. – Анализ поведенческих моделей показывает, что иррациональное стремление к получению выгоды при минимальных затратах является одной из ключевых движущих сил для органических форм жизни. В данном случае, акция была воспринята как возможность гарантированного заработка.

– Это я уже понял. Спасибо, кэп.

– В связи с этим, – продолжил Сириус, – я бы советовал увеличить количество охранных дронов.

– Думаешь, не справимся?

– С таким количеством – уверен, не справимся. Но задачу усложняет то, что все эти сто пятьдесят человек теперь будут всеми силами пытаться повредить или уничтожить свой же транспорт. А нам, согласно условиям договора, нужно будет всяческим образом им в этом помешать.

– Правда, – согласился я. – И где же взять столько дронов?

Я задумался, прокручивая в голове все доступные варианты. Собирать новых из мусора – долго. На имеющиеся у нас деньги много деталей не купишь. Ресурсов не хватало катастрофически. И тут же нашёл единственно возможное решение в этой ситуации.

– Ладно. Пора использовать китайские.

Я не хотел их трогать. Эти трофейные дроны – мощные, технологичные, почти не уступающие моим базовым моделям, – я держал для одной особенной акции. Мне чертовски нравилась идея, чтобы в один прекрасный момент на какую-нибудь китайскую военную базу напали их же собственные, слегка модифицированные дроны. Это был бы красивый, изящный и очень болезненный удар. Прямо в их технологическую гордость.

Но, видимо, придётся задействовать их раньше. Что ж, момент ещё найдётся. А пока – бизнес превыше всего.

Глава 4

Человеческая фантазия, как я в очередной раз убедился, была безграничной, а порой и безжалостной в своей изобретательности. С каждой новой уловкой, с каждой попыткой обмануть мою систему я убеждался в этом всё сильнее. С другой стороны, я уже столько раз проходил через подобное в десятках миров, что удивить меня было сложно. Скорее, забавляло.

Мошенники, пытавшиеся выудить компенсацию за якобы повреждённые автомобили, не переводились. Особенно меня позабавил один мужичок, который взял чёрный фломастер и просто разрисовал капот и дверь своей старенькой машины, имитируя глубокие трещины и царапины. Сделав несколько фотографий «повреждений» с разных ракурсов, он тут же отправил их в службу поддержки с гневным сообщением, требуя немедленного возмещения.

Вот только один из моих дронов, невидимкой зависший под крышей соседнего дома, зафиксировал весь процесс. Вскоре мужчине пришёл ответ. Это было короткое видео, снятое будто бы из окна квартиры напротив, на котором он сам, высунув от усердия язык, увлечённо «портил» своё имущество.

Столкнувшись с неопровержимыми доказательствами, он до последнего пытался отрицать свою вину, строча в ответ что-то про «Голливудский монтаж» и «провокацию». Но в конце концов сдался и лишь робко попросил:

«Верните хотя бы десять рублей».

Я усмехнулся. Мы вернули ему его десять рублей. А затем отменили подписку и навсегда внесли в чёрный список. Бизнес есть бизнес.

Но был и другой случай, поразивший своей дотошностью. Человек, судя по всему, оказавшийся художником, подошёл к делу с невероятным усердием. Он загнал свою машину в гараж и там, в уединении, творил. Взяв настоящие автомобильные краски, он с поразительным мастерством изобразил на кузове сложнейшие повреждения: глубокие вмятины с игрой света и тени, сколы до «металла», рваные царапины… Получилась целая картина, настоящее произведение искусства, которое он и представил в качестве доказательства.

Но и здесь обман был раскрыт. Дрон-«паучок», проникший в гараж через вентиляцию, всё заснял. Записи подтвердили, что автомобиль ни на секунду не покидал пределов гаража и не подвергался никаким внешним воздействиям, кроме кисти художника.

Мужчина, получив видеоотчёт, не стал спорить. Он уважительно общался со службой поддержки, писал, что всё понимает, и с надеждой спрашивал:

«Может, хоть полтинник я могу получить? А то смотрите, какие повреждения… Я всю ночь не спал, старался».

Было видно, что он не был жадным человеком – ему было скорее неловко и стыдно за свою неудавшуюся аферу.

Я оценил его старания и талант. Вместо наказания отправил ему четыре бонусных дня подписки. Тот ещё раз извинился, написав, что вышло не специально, просто «так сложилась ситуация». Деньги возвращать не просил и от услуг не отписался. Что ж, талант нужно поощрять.

Тем временем система продолжала расти. Ещё сорок человек подключились к подписке, и это становилось не только интересно, но и проблематично. Я понимал, что мне критически не хватает сильных дронов. Мелочи было много, но для решения серьёзных проблем, особенно с сильными Одарёнными, требовались юниты, способные реагировать мгновенно и наносить сокрушительный урон.

Сидя в своей мастерской, я творил нового бойца. Сириус, наблюдавший за процессом, недовольно бухтел, что я трачу драгоценные трофейные компоненты на «непроверенный прототип». Но в итоге работа была завершена.

Новый дрон открыл «глаза» – две узкие, раскосые прорези оптических сенсоров, придававших ему азиатское выражение. Его корпус, отливавший глубоким изумрудно-зелёным цветом, получился мощным и крупным, а с «головы» свисали два тонких, изящных усика-антенны.

– Нарекаю тебя Нефритовым Императором, – сказал я, любуясь своим творением.

Дрон качнул корпусом и что-то проговорил на чистом китайском.

– Нормально давай, по-русски.

Дрон немного пожужжал, обрабатывая запрос, и уже через секунду выдал:

– Я рад служить вам, мой повелитель. Будут ли приказания?

– Будут. Лети по координатам, которые передаст тебе Сириус. Проверь, получится ли у тебя разобраться с нелегалами, которые пробираются через забор и собирают траву в том районе.

Нефритовый Император качнул корпусом, имитируя глубокий поклон, и вылетел в окно.

– Повелитель, я тоже вам кланялся всегда! – тут же подал голос ревнующий Сириус. – Вы сами сказали не тратить на это время!

Вскоре от Нефритового Императора пришло донесение. Картина была интересная: группа китайских нелегалов-сборщиков обустраивала в лесу лёжки, выкапывая землянки для ночлега. Дрон, оставаясь невидимым, спикировал к ним и, используя внешние динамики, на чистом китайском проревел:

– Расстрелять всех! Предатели императора!

Нелегалы, услышав грозный глас с небес, с дикими воплями бросились врассыпную, побросав свои лопаты и мешки.

Меня это позабавило. Было просто интересно, сработает ли такой подход. Не всегда же с ними воевать. Со временем Нефритовый Император мог стать местной легендой – призраком, блуждающим по лесам и карающим нарушителей. На его создание ушло четырнадцать трофейных китайских дронов – всё, что оставалось в запасе, – и около десяти обычных. Получился достаточно сильный юнит с отличной бронёй и хорошей невидимостью, хоть и уступающей Сириусу. Упор был сделан именно на защищённость и незаметность.

Пока дрон выполнял задание, я прогуливался по рынку в поисках новых артефактов. Нашёл интересный короткий меч с эфесом в виде головы грифона. А ещё пару тусклых камней, оказавшихся, после сканирования Глазом Техноса, артефактами слабой силы. Один незначительно усиливал регенерацию металла, идеально для ремонта дронов. А второй мог генерировать слабое поле невидимости, но только для мелких объектов. Не шедевры, но за копейки – почему нет?

И в этот момент Сириус вывел на мой мысленный взор изображение.

– Повелитель, есть новая информация, вам будет интересно.

На экране Нефритовый Император летел над лесом, неся в своих мощных манипуляторах большой брезентовый мешок.

– Мы украли мешок, – с гордостью сообщил Сириус.

– Зашибись, – хмыкнул я. – Достойное дело для дрона, который стоит миллионов пятнадцать-двадцать…

– Вы не поняли! Это полный мешок чудо-травы!

Оказалось, дрон обнаружил поляну, где китайцы под присмотром двух вооружённых надзирателей собирали ценную траву. Когда целый мешок был наполнен, а люди отошли на короткий отдых, Нефритовый Император просто спикировал и унёс его. Надзиратели, увлечённые разговором, со своей задачей явно не справились.

В этот момент на браслете вспыхнул сигнал тревоги, и в ухе раздался взволнованный голос Эльвиры:

– Феликс! Помоги!

Я бросил все дела и помчался в их квартиру.

Уссурийск. Съёмная квартира в Заводском районе

Ничего не предвещало беды.

Эльвира и Маргарита сидели на диване в просторной гостиной, лениво листая соцсети в своих телефонах и обсуждая недавнее «задание» от Феликса. Он отправил их вместе в ночной лес, приказав просто ждать. Они пробродили там до шести утра, вздрагивая от каждого шороха, ожидая чего угодно – нападения орков, гвардейцев Трофимова или даже самого дьявола из преисподней.

Они были уверены: раз их послали вдвоём, значит, проблема будет серьёзной. Но ничего не произошло.

Когда они, злые и уставшие, вернулись на рассвете, Феликс лишь молча показал им запись с их браслетов-телохранителей, где отображались показатели: зашкаливающий пульс, дикие скачки адреналина, постоянное мышечное напряжение…

– Вы должны быть спокойны в любой ситуации, – объяснил он тогда. – А вы сами себя накрутили. Ожидали нападения и поэтому не мыслили трезво. Пропустили все ловушки и приманки, которые я для вас приготовил. Провалили тест.

Эта отповедь всё ещё звенела у Эльвиры в ушах.

– Он прав, конечно, – вздохнула она, откладывая телефон. – Мы вели себя как две перепуганные курицы. Но как тут, к чёрту, сохранять спокойствие, когда знаешь, что в любой момент из-за куста может выскочить какая-нибудь тварь с топором?

– Они говорят, это приходит с опытом, – пожала плечами Маргарита, не отрывая взгляда от экрана.

– Кто, опять «они»? – устало спросила Эльвира.

– А-А-А-А-А!!!

Вместо ответа Маргарита вдруг издала дикий, нечеловеческий крик. Её тело выгнулось дугой, телефон выпал из ослабевших пальцев. Её начало трясти, она забилась в страшных конвульсиях, выкрикивая какие-то нечленораздельные, гортанные слова.

Таких сильных припадков у неё не было уже очень давно. Раньше, когда случалось подобное, родители всегда были рядом. Они знали, какие травы заварить, какие настойки дать, чтобы успокоить её. Но сейчас их не было.

– Марго! – Эльвира бросилась к сестре, пытаясь удержать её, но та была неестественно сильна. – Феликс! Помоги!

Она лихорадочно нажала тревожную кнопку на браслете. В соседней комнате, где за своим новым ноутбуком сидела Фурия, послышался грохот опрокинутого стула. Через секунду она уже была в гостиной. Увидев бьющуюся в судорогах Маргариту, она замерла в нерешительности.

– Охренеть… – только и смогла сказать она.

– Помоги мне! – взмолилась Эльвира.

Фурия растерянно огляделась, а потом, словно вспомнив что-то, начала вслух считать:

– Десять… девять… восемь…

– Ты что делаешь?! – не поняла Эльвира.

– Семь… шесть… пять…

На счёте «один» входная дверь распахнулась, и в комнату вошёл Феликс.

– Вот, – с видимым облегчением выдохнула Фурия. – Помогла чем смогла. Десять секунд до спасения. Моя психика слишком слаба для такого.

И она, не говоря больше ни слова, вышла из комнаты.

Феликс опустился на колени рядом с Маргаритой. Его руки засветились, заплясали в воздухе, сплетая невидимые нити заклинаний.

– Маргарита, посмотри на меня, – твёрдо сказал он корчившейся на полу сестре.

Но она не реагировала, её взгляд был пуст и направлен в потолок.

– Посмотри на меня! – повторил он громче, запуская в голос стальные нотки.

Наконец она повернула голову. Но это был не её взгляд. Зрачки расширились, затопив радужку почти полностью, превратив глаза в два чёрных колодца. Её тело изогнулось, и она, как змея, поползла к нему.

– Авальсис Морта, – произнёс Феликс два странных слова, и девушка замерла, застыв в нескольких сантиметрах от него.

Её лицо исказила жуткая неестественная улыбка, а комнату наполнил едва слышный шёпот множества голосов, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно.

– Не человеку нам указывать, как поступать, – прозвучал из уст Маргариты чужой многослойный голос, сотканный из десятков шёпотов одновременно.

– Да ладно? – усмехнулся Феликс. – А последствий не боитесь? Ваша сила здесь не поможет.

– Мы за гранью твоего влияния…

Феликс смотрел, как её тело снова начинает подёргиваться, а потом вдруг рассмеялся. Спокойно и уверенно.

– А теперь скажите это Авалону. Розейту. Викарию. Андрагону… – он назвал ещё несколько имён, от которых у Эльвиры по спине пробежал холодок. Они звучали древними, как сама Вселенная. – Скажите им, что вы не в их зоне контроля. Хотите проверить?

Шёпот в комнате мгновенно сменил тональность, стал паническим и сбивчивым.

– А теперь прочь от неё! – приказал Феликс, и его голос наполнился силой, от которой задрожали стёкла в окнах. – Она ещё недостаточно окрепла, чтобы быть вашим транслятором. Если это будет продолжаться, я найду способ и дам своим команду проредить тонкий эфир. Рано или поздно я выберусь с этой планеты и сожгу весь эфир… вместе с вами всеми.

В тот же миг Маргариту отпустило. Она обмякла, её тело перестало биться в конвульсиях. Она тяжело задышала, жадно глотая воздух, и медленно пришла в себя, сев на полу.

– У-ух… вот это было жёстко… Чего они хотели? – спросила она, переводя дух и потирая виски.

– Да ничего, – спокойно ответил Феликс, поднимаясь на ноги. Он бросил взгляд на ошеломлённую Эльвиру, которая до сих пор стояла, прижав руки ко рту. – Им скучно стало, вот и решили пообщаться, пока ты ослаблена. Ничего страшного.

Он думал о том, какой же уникальный и смертельно опасный дар достался его сестре. Она была не просто Одарённой. Она была Проводником. Каналом, через который в этот мир могли прорваться сущности, способные одним своим присутствием сводить с ума целые континенты. Её сила была необузданной. И без должного контроля абсолютно разрушительной.

Такие, как она, редко доживали даже до тридцати, сгорая в пламени собственного дара.

Но ничего. Он ей поможет. Научит её контролировать эту силу. Или, по крайней мере, выживать с ней.

⁂

Я откинулся на спинку скрипучего стула и с удовольствием отхлебнул ароматный кофе. Моя новая кофеварка была, пожалуй, лучшим приобретением за последнее время. Она не просто варила кофе, а создавала иллюзию «нормальности» в этом хаосе, который я сам же и устроил.

Работа по башне уже началась. Пока, конечно, в основном на бумаге – то есть, на экране планшета. Я часами просиживал над чертежами, прорабатывая план переоборудования этого кривого уродца в мой будущий командный центр. Но для реализации даже самых скромных задумок требовались материалы. И рабочие руки, чтобы их таскать.

Мои «дружинники» для этой роли подходили идеально. Я набросал в телефоне подробный список: мешки с цементом, несколько видов шпаклёвки, грунтовка, мотки проводов, ящики с гвоздями, саморезами и, конечно, самые простые инструменты – молотки, шпатели, валики для краски. Отправив список Михичу с короткой инструкцией: «Мне нужно вот это», я вернулся к своим схемам.

Они появились через несколько часов, когда я как раз заканчивал расчёты по укреплению фундамента. Шум в подъезде заставил меня оторваться от планшета. Я открыл дверь своей мастерской и на мгновение замер, не веря своим глазам.

На пороге стояла моя «бригада». И выглядели они… колоритно.

Все четверо были одеты в разномастные, заляпанные какой-то грязью рабочие робы. На ногах – стоптанные кроссовки и ботинки. Они выглядели как настоящая бригада гастарбайтеров, только что вернувшаяся с тяжёлой смены на стройке.

– Командир, принимай работу! – бодро отрапортовал Михич, опуская на пол два тяжёлых мешка с цементом.

За ним парни начали затаскивать в квартиру пакеты и ящики.

– Это ещё что за маскарад? – я удивлённо поднял бровь, оглядывая их с ног до головы.

– Так это… – замялся Дылда, ставя на пол ведро со шпаклёвкой. – Мы это… по форме.

– В смысле, по форме?

– Ну, ты же сам попросил купить строительные инструменты, – вступил в разговор Пухлый, протирая потное лицо тыльной стороной ладони. – Молотки, шпатели, всё такое… Мы и подумали, раз у командира ремонт намечается, надо помочь. Мы же не безрукие.

– Ага, – подхватил Щербатый, с гордостью демонстрируя новенький шпатель, торчавший у него из нагрудного кармана. – Мы подрабатывали на стройках, шабашили. Знаем, как стены ровнять да обои клеить. Так что, командир, говори, что делать надо. Мы готовы.

Они стояли передо мной с таким искренним энтузиазмом в глазах, что я невольно улыбнулся. Эти простые парни, ещё недавно промышлявшие мелким воровством на районе, сейчас были готовы по первому моему слову месить бетон и таскать кирпичи. Просто потому, что я их «командир».

– Кажется, вы немного переработали, бойцы.

Я достал из кармана пачку денег, отсчитал несколько купюр и протянул Михичу.

– Вот, возьмите. Это вам за доставку и за… энтузиазм. А на сегодня у вас выходной.

Они растерянно переглянулись.

– В смысле, выходной? – не понял Дылда. – А ремонт?

– Идите в бар, отдохните, развейтесь, – сказал я, забирая у Щербатого пакет с молотками. – А то работа на вас как-то плохо влияет. Становитесь слишком… правильными.

Они ещё немного постояли, помялись, но вид денег и прямой приказ командира сделали своё дело.

– Ну… раз такое дело… – протянул Михич, пряча деньги. – Тогда мы пошли. Если что, командир, ты зови! Мы мигом!

Когда они ушли, я остался один посреди коридора, заставленного мешками, вёдрами и ящиками с инструментами. Я взял в руки один из молотков, повертел его. Тяжёлый, грубый инструмент для грубой работы.

Смешно.

Они даже не догадывались, что пока они, изображая из себя строителей, таскали эти мешки на пятый этаж, моя настоящая строительная бригада уже вовсю готовилась к работе.

Бар «У Вазгена»

Уссурийск, Российская Империя

В баре «У Вазгена» было шумно, душно, но весело. Из хрипящих колонок неслось что-то бодрое и танцевальное, в дальнем углу назревала классическая пьяная драка из-за неосторожно брошенного слова, а в воздухе висел густой туман из сигаретного дыма и запаха пережаренного масла.

Но за столиком у окна сидела компания, которая в эту атмосферу вписывалась слабо. Михич, Дылда, Щербатый и Пухлый – вся их небольшая, но уже сплочённая дружина – молча тянули из запотевших кружек пиво. Безалкогольное.

– Знаете, пацаны, а мне кажется, мы изменились, – задумчиво произнёс Щербатый, кивнув в сторону заварушки в углу. – Раньше я бы уже там участвовал. Просто по приколу, чтобы мышцы размять. А сейчас смотрю и понимаю – как-то не по статусу, что ли. Мы на такого серьёзного человека работаем, чтобы просто так кому-то морду бить.

– Да, – согласился Дылда. – Я вот тоже, когда мне пиво с огромной шапкой пены принесли, хотел было возмутиться. Ну, типа, не долили, все дела. А потом подумал: из-за каких-то копеек шум поднимать? Ещё подумают, что я лошара какой-то, за каждую мелочь трясусь.

– Ага, – вставил Пухлый. – А если ещё учесть, на каких машинах мы сюда приехали, так вообще стрёмно из-за пены быковать.

– А вас, блин, не смущает, что мы вообще безалкогольное сидим пьём? – хмыкнул Михич, и все на мгновение замолчали, осознавая всю иронию ситуации.

Их философские размышления прервал громкий женский крик.

У барной стойки разворачивалась некрасивая сцена. Здоровенный мужик с бычьей шеей и татуировками, вылезавшими из-под воротника рубашки, настойчиво тащил за руку молоденькую официантку, которая отчаянно пыталась вырваться.

– Да пойдём, говорю, посидишь со мной! – рычал он.

Весь бар, ещё секунду назад гудевший, как улей, внезапно притих. Все, как по команде, отвели взгляды. Мужика этого в районе знали все. Матёрый уголовник по кличке Бурый, отсидевший не один срок. Связываться с ним было себе дороже.

Михич посмотрел на своих парней. Дылда едва заметно кивнул. Щербатый сжал кулаки. Пухлый тяжело вздохнул. Они поняли друг друга без слов.

Михич спокойно поднялся из-за стола, подошёл к Бурому и положил ему руку на плечо.

– Слышь, братан, – тихонько сказал он. – Не стоит так делать. Это не по понятиям.

Бурый медленно обернулся. Его мутные от хмеля глаза с трудом сфокусировались на Михиче.

– Ты чё сказал, щенок? Да ты знаешь, кто я такой?! Да я с таким молокососом, как ты…

Он отшвырнул девушку в сторону и с размаху ударил Михича. Но тот увернулся, и кулак Бурого со всей дури врезался в бетонную колонну. Раздался хруст костей и дикий рёв.

И в этот момент бар взорвался.

Дылда, Щербатый и Пухлый уже были рядом. На них тут же набросились дружки Бурого, сидевшие за соседним столом. Но в баре нашлись и те, кто знал парней как ровных пацанов, которые никогда не беспредельничали.

– Э, вы чего на наших?! – крикнул кто-то из-за дальнего столика, и в воздух полетел стул.

Началось настоящее побоище. Грохот опрокинутых столов, звон разбитой посуды, глухие удары и отборный мат.

Дылда, используя свой рост, размахивал тяжёлой дубовой скамьёй, как дубиной, раскидывая противников.

Пухлый, неповоротливый с виду, двигался с удивительной ловкостью, проводя борцовские приёмы и укладывая на пол одного за другим.

Щербатый и Михич работали в паре, прикрывая друг друга.

Летали бутылки, осколки стекла хрустели под ногами. А Вазген, хозяин заведения, с криком «Ай, вай, мля!» пытался спасти кассовый аппарат.

Закончилось всё так же внезапно, как и началось. Ворвавшиеся в бар полицейские сработали быстро и жёстко. Вот только крутили они почему-то только одну сторону – Михича и его парней. Бурый и его компания, воспользовавшись суматохой, успели выскользнуть через чёрный ход.

Сидя в тёмной, холодной камере, они молчали. Настроение было паршивым. Следователь, который их допрашивал, уже прозрачно намекнул, что на них могут повесить не только эту драку, но и пару «висяков» – угон машин, например.

Звонить командиру было стыдно. Он просил их не светиться, не создавать проблем, а они устроили такое…

Вдруг лязгнул замок, и тяжёлая дверь камеры со скрипом открылась. На пороге, в свете тусклой коридорной лампочки, стоял Феликс.

– Ну что, бойцы? – спросил он, обводя их взглядом. – Отдохнули, да?

Парни виновато опустили головы.

– Извини, начальник, – тихо произнёс Михич. – Стыдно.

– Да, – подхватил Дылда. – Мы виноваты, но мне не стыдно. Мы по-другому поступить не могли.

Феликс немного помолчал, а затем произнёс:

– Я был бы разочарован, если бы вы не вмешались. Всё правильно сделали, молодцы.

Они удивлённо подняли на него глаза.

– А теперь – на выход, – кивнул Феликс. – Сириус, завози пациента.

Они вышли в коридор и ошарашенно замерли. Невидимый Сириус, материализовавшись из воздуха, бесцеремонно втаскивал в освободившуюся камеру избитого до полусмерти Бурого. Тот мычал, пытался сопротивляться, но стальные манипуляторы дрона держали его мёртвой хваткой.

– Пусть этот посидит вместо вас, – сказал Феликс, глядя, как Сириус швыряет уголовника на нары. – Камеры я уже подтёр, документы подделал. Всё будет нормально.