Czytaj książkę: «Ключ Соломона»

Пролог. Бури и вестники

Давать всегда приятней, чем получать.

Золотое правило бокса

Андрас сидел на подоконнике и пытался не уснуть. Делу не помогала ни растущая возле него гора пивных банок, ни уже похожая на ежа пепельница, новые окурки в которую больше не помещались. Очередное задание Центра, выданное ему три дня назад, было настолько скучным, насколько в принципе может быть скучным задание полевого агента с лицензией на убийство, разбой и некромантию. Последнее – совсем чуть-чуть и при условии, что никто не заметит. Это, впрочем, совсем не расстраивало: некромантия никогда не была его епархией, этой дрянью всегда занимался Бабаэль – когда-то по указанию Велиала, а теперь – для всех желающих и за деньги. Андрас невольно усмехнулся своим мыслям.

Жизнь ангелов и демонов в этом мире за последние пару столетий изменилась до неузнаваемости. Предвечные существа, тысячелетиями развлекавшиеся разве что мордобоем и дележкой сфер влияния между собой и не особо отвлекавшиеся на дела то и дело меняющихся смертных, сначала в один прекрасный момент обнаружили, что ими больше никто не руководит. Первыми, как позднее утверждали оставшиеся в живых очевидцы и те, у кого получалось достаточно красиво врать, заволновались ангелы во главе с Гавриилом, переставшим получать привычные ему прямые трансляции божественной воли. Потом уже и владыки Ада соизволили удивиться длительному молчанию их начальства. Паниковать все предпочитали как можно тише, и какое-то время все даже шло по-старому: демонов продолжали удерживать в пекле ангельские легионы, сами же демоны привычно плевали на это с высокой башни и занимались традиционной внутренней грызней и совращением смертных. Постепенно свар между и так-то не слишком подконтрольными демонами и лишенными руководства ангелами происходило все больше, стычки случались все чаще и становились все кровавее, так что очередная война стала лишь вопросом времени, но руки до нее у противоборствующих сторон так и не дошли, потому что грянул Армагеддон. Или это был не он, а что-то очень на него похожее – толком до сих пор так никто и не понял. Просто в один прекрасный миг все население ада и рая вышвырнуло в мир смертных. В мгновение ока не стало ни вечных узников ада, ни желающих их сторожить. Толпы ангелов и демонов хлынули в мир людей, не умея и не зная ничего, кроме вечной войны. Так бы и передохли, благо что по дороге потеряли большую часть своих сил, но умение адаптироваться и выживать оказалось присуще не только крысам и людям. Многие уцелели и смогли приспособиться. Ангелов, как догадывался Андрас, спасла привычка подчиняться приказам: часть архангелов уцелела при перемещении и без лишних разговоров прибрала к рукам бразды кризисного правления.

Что же касается его демонической братии, то этим, пожалуй, просто повезло. Да еще как повезло-то: после двух мировых войн и аферы с Гитлером ангелы так перепугались последствий для смертных, которых по привычке старались оберегать, что заключили безоговорочный мир и отказались от всяких поползновений на уничтожение демонов, а потом и вовсе кинулись договариваться о сотрудничестве и интеграции в людское сообщество. И он, Андрас, сидящий сейчас на подоконнике очередной конспиративной квартиры, был прямым следствием этих самых договоренностей. Как только очередной ангел или демон сходил с ума (а в случае с демоном вернее было бы сказать – сходил с ума больше обычного) и начинал своими действиями генерировать слишком много зарезанных, разорванных, обескровленных или высушенных до состояния мумий проблем, именно ему приходилось разбираться с последствиями этих художеств и в первую очередь – с их авторами. Сам Андрас к такому досугу в своей жизни никогда не стремился, но вот поди ж ты, подфартило! Все благодарности в сторону ныне отсутствующего напарника, чтоб ему… доброго здоровья и семь футов под килем! Или как там смертные говорят?

Знакомство Андраса и Уриила было отдельной страницей их истории и – если интересоваться мнением демона – страницей очень печальной. Вообще ангел из Уриила был странный. Встречаться с ним в бою Андрасу не доводилось, спасибо папе-маме и профилактическому заключению в пекле на восемьсот лет – он все военные увеселения, предшествовавшие схождению на Землю, благополучно пропустил, а сам Уриил, хоть и был явно не последним в небесной иерархии, о своих подвигах особо не распространялся. Но вот множество шрамов по всему телу, отсутствие половины левого уха и два боевых меча, по иерархии полагавшихся исключительно полководцам небесного воинства, говорили за него более чем красноречиво. Да и по характеру Ури на хрестоматийного херувима с арфой и облаком из задницы походил мало.

Познакомились они в каком-то подпольном баре, где Андрас коротал ночи в перерывах между привычными для всякого демона халтурами, заключавшимися в «подай, принеси, избавься от тела, не мешайся». Появившийся в ту ночь в дверях бара Уриил был ниже демона на полторы головы, в два раза уже того же демона в плечах, имел характерно блондинистые волосы до плеч, общий вид шестнадцатилетнего подростка и улыбку из рекламы жевательной резинки. Надетый на него мешковатый спортивный костюм и натянутый на белобрысую голову капюшон можно было бы посчитать удачной маскировкой только в самом извращенном смысле этого слова. Разумеется, такое явление не могло не вызвать ажиотажа среди инициативной группы из числа местной публики, которая в тот день состояла из пары молохов и заезжего суккуба, догонявшихся с самого утра за общим столиком чем-то, что при других обстоятельствах сошло бы за топливо для истребителя.

Подвалившую к нему делегацию ангел, не меняя улыбки, принудил к миру за две минуты, усыпив последнего молоха по голове пивной кружкой, которую успел к тому моменту выхватить из рук Андраса. Поскольку от столкновения с более твердым и тупым предметом кружка практически аннигилировала, ангел тут же предложил демону вернуть долг и поставил перед ним новую. И еще одну, а в течение следующего часа – еще шесть. Сам того не заметив, к концу второго часа их с ангелом беседы Андрас уже знал Уриила по имени, был его лучшим другом и не мог сосчитать собственные пальцы на руках. Видя столь бедственное положение демона, ангел, как его теперь уже лучший друг, оттащил его в туалет, расстегнул ему ширинку и трахнул прямо в кабинке. Андрас, будучи демоном, да еще и в полуобморочном состоянии, особо не возражал, но удивился. Уриил не растерялся – и повторил. Несколько раз, до тех пор, пока, очнувшись наутро в своей панельной берлоге, демон не обнаружил у себя в голове дикую головную боль от похмелья, а в руках – сопящее белобрысое нечто, которое не только не собиралось исчезать, но и, проснувшись, потребовало себе кофе и круассанов. Кофе у Андраса кончился еще в прошлом месяце, а произнесенное вслух слово круассан в состоянии, в котором пребывал демон, рисковало потянуть за собой все выпитое накануне. Но, несмотря на все это, уже через сорок минут демон гнева и ярости, бывший повелитель тридцати адских легионов и прочая-прочая-прочая топтался в магазине около дома с корзиной, заполненной кофе, выпечкой и еще кучей всякого добра из составленного ангелом списка.

На вполне очевидный вопрос Андраса, который он впоследствии не единожды задавал – зачем все это самому Уриилу? – тот только пожимал плечами, видимо, не мог сформулировать ответ и сам. Андрас же в их непонятных отношениях был то ли скалой и образцом незыблемого спокойствия, то ли попросту бревном, но факт оставался фактом – от однажды прилипшего как банный лист ангела отвязаться сначала не удалось, а потом уже как-то и не хотелось. Так и повелось: Андрас продолжал мотаться по различной степени паскудности заданиям, только теперь к головной боли с выполнением заказов добавилась необходимость следить за увивающимся следом ангелом. Тот хоть и мог сам за себя постоять и вообще действовал по собственной инициативе, но… В общем, узнать, что с ним вдруг что-то случилось, демон почему-то не хотел. И заранее был готов набить морду любому, кто попытался бы выяснить подоплеку этого нехотения.

А несколько месяцев спустя Уриил умудрился спасти ему жизнь. В тот раз Андрас работал над устранением главы человеческого наркокартеля, затеявшего распространять свою продукцию не только среди людей, но и среди демонов. Резонно рассудив, что демоны и без дополнительных стимулов являются достаточно неприятными личностями, излишне ретивого дельца заказали аж с двух сторон сразу, так что Андрас рассчитывал поиметь на этом заказе изрядную незапланированную прибыль, и уж на что он точно не рассчитывал, так это наткнуться на склад, полный вооруженной охраны и енохианских ловушек, в одну из которых он в конце концов и угодил спустя буквально несколько секунд после того, как оторвал наконец голову нужному наркоторговцу. Но под предназначавшиеся демону пять серебряных пуль вдруг подставил спину ангел, а после того, как вырвавшийся из ловушки Андрас в ярости посшибал как кегли остальную охрану, признался демону в любви, сделав тем самым его жизнь куда более веселой, чем та была еще ровно пять секунд назад.

Такое признание автоматически означало потерю белобрысым придурком крыльев, а с падшими с самой зари времен, мягко говоря, не слишком-то церемонились. Единственным возможным вариантом для Андраса было немедленное бегство из той точки пространства, в которой демон в данный момент находился, в любую другую точку, максимально удаленную от первой. Выбор в этой ситуации состоял лишь в том, бежать ли в одиночку или вместе с находящимся при смерти ангелом. Логика и здравый смысл в один голос подсказывали, что бежать надо одному и прямо сейчас, но их слушать как обычно никто не стал. Поэтому пришлось тащить потерявшего сознание Уриила на руках к себе домой, где… Где их обоих уже ждали. И, в обмен на лечение и возможность не прятаться до конца жизни по чердакам и сараям как тараканы, предложили немного поработать на государство, что означало борьбу с угрозами куда более внушительными, чем наркоторговцы или готовый в любой момент пойти вразнос падший ангел.

Пару недель спустя подлатанный Уриил и все еще не находивший себе места Андрас узнали про Центр – законспирированную по самое «не могу» межгосударственную организацию, взявшую на себя обязанность хранить мир между людьми, ангелами и демонами и предпочитавшую для своих целей использовать как раз такие вот разновидовые пары агентов. Считалось, что ангелу из такой боевой двойки будет в случае необходимости проще пойти против своих же соплеменников, а демон, которому от природы все равно, против кого воевать, может несколько поумерить пыл и станет чуть меньшей – против обычного – скотиной. Но в этом пункте идеологии Центра все было очень неточно. Новоявленных агентов, получивших свежие документы и статус стажеров, запихнули в самолет и отправили в – из одной только вежливости нанесенный на карту – город Российской Федерации, где им и предстояло в дальнейшем с частью нести и героически не посрамлять вплоть до окончания стажировки.

Встретивший их в аэропорту грузный, вечно потеющий мужик лет пятидесяти, в залысинах, одышке и повадках которого с трудом угадывался бывший купидон, с ходу предложил называть себя боссом и рассказал, что является руководителем ячейки Центра в этой отдельно взятой и слегка припорошенной снегом жопе мира. После чего выдал ключи от временного жилья, некоторое количество денег и папку с заданием, призванным проверить навыки новоявленных спецагентов.

Андрас вздохнул, выходя из транса собственных мыслей и возвращаясь к действительности. Это – уже шестое по счету – задание, выданное ему боссом три дня назад на их к тому моменту ставшем традиционным месте встречи в придорожном мотеле для дальнобойщиков с остроумным названием «Дорога», было все еще из числа тестовых, то есть заранее суливших невероятную скуку на следующие несколько дней. К тому же, работать предстояло опять без Уриила. Но здесь босс ясно дал понять, что, несмотря на все имеющиеся мнения и пожелания вышестоящего начальства, он их всех видел вышележащими в гробу, и нестабильного ангела с неустаканенными силами и мозгами до боевых заданий не допустит и на пушечный выстрел. Это было несомненно правильно, но все равно раздражало – Андрас-то к белобрысой помехе уже успел привыкнуть.

Новое задание мало чем отличалось от всех предыдущих. Очередной демон, на этот раз – инкуб, практикующий старые искусства. Звучало романтично, а на деле же сулило горы трупов и свихнувшегося от проведенных ритуалов демона, готового разорвать все, до чего сумеет дотянуться. Так себе искусство. Первые два дня Андрас провел, выслеживая подозреваемого, и быстро вышел на нужного инкуба, в данный момент претворяющегося подростком-одиннадцатиклассником в одной из местных школ. В классе, в котором «учился» демон, за два месяца пропало уже пятеро учениц, а тел до сих пор так и не нашли. Для инкуба, которому для получения жизненной энергии жертвы требовалось ее полное согласие, такое количество нападений было нехарактерным. Обычно эти демоны тратили на обхаживание потенциальных клиенток по несколько недель, да и, высосав их досуха, не нуждались потом в питании еще пару месяцев. Из всего этого можно было сделать вывод, что искомый инкуб каким-то образом обошел «добровольность» передачи энергии и вместо того, чтобы питаться своими жертвами, накачивает их жизненной силой какой-то артефакт. И как раз сегодня должен был состояться очередной сеанс «подзарядки». Поэтому-то Андрас был вынужден проторчать полдня на подоконнике, наблюдая за подъездом соседнего дома и ожидая свою жертву. Соваться к инкубу домой было бы крайне недальновидно – неизвестно, какими ловушками нашпиговал свое убежище артефактор-самоучка, да и мечом в ограниченном помещении квартиры особо не помашешь.

Андрас почти нежно провел по рукояти рунического клинка. Как-никак последний и единственный подарок его папаши. Ну как подарок? Сам-то родственничек насчет добровольности такого щедрого дара мог бы и поспорить, но та подкопченная мумия, что осталась от него после сошествия демонов на Землю, возразить уже ничего не могла. С сошествием-то повезло далеко не всем, и остальные члены семейки Андраса оказались в числе невезучих, о чем иной раз было очень приятно вспомнить.

Наконец в нужной квартире в доме напротив погас свет, вынуждая Андраса убрать меч, превратив тот в полоску рунической вязи по всей длине правой руки, и, приоткрыв окно, бесшумно спрыгнуть с пятого этажа. Его цель – по виду обычный подросток лет восемнадцати – показалась в дверном проеме подъезда спустя несколько минут, когда Андрас уже успел окопаться в кустах под домом, от души благословляя стремительно сгущающиеся сумерки, делавшие слежку чем дальше, тем проще. Суккуб же, лишенный роскоши ночного зрения, пару раз нервно оглянулся по сторонам и, набросив на голову капюшон, направился в сторону бывших заводских ангаров, ныне заброшенных или сдаваемых в аренду коммерческим фирмам. Андрасу пришлось проследить за инкубом всю дорогу до нужного ангара, занявшую примерно минут пятнадцать. Действовать он решил сразу, как только инкуб остановился у закрытой на навесной замок двери и принялся возиться с ключами. Преодолев разделявшее их расстояние одной короткой перебежкой, демон перешел в полуформу, добавившую к его обычному виду вертикальные зрачки, небольшие рога на лбу, загибающиеся к затылку, и когти, которыми можно было крошить бетон, и приготовился к прыжку. Все же инкуб успел что-то почувствовать, потому что за считанные мгновения до того, как рука Анраса схватила его за шею, успел отпрыгнуть вбок и вскинул в сторону противника ладонь с каким-то предметом в ней, напоминавшим по виду моток толстой медной проволоки и испускавшим слабое красное свечение. Поданную в столь невежливом жесте конечность меч Андраса, повинуясь желанию владельца и перетекая из татуировки ему в ладонь, немедленно отрубил. Дальнейшая схватка заняла еще меньше времени, после чего, не успевшее издать ни звука туловище, бывшее некогда демоном сладострастия, с разорванным горлом осело у двери ангара. Андрас обыденным до скуки жестом вытер от крови ладонь о куртку инкуба и распахнул отпертую тем, но так и не открытую, дверь.

Внутри помещения горел дежурный свет и витал застоялый запах крови и гниения. Посреди ангара стояло грубое подобие клетки с лежащей в ней девушкой – последняя из пропавших учениц одиннадцатого «А». Демон, полагаясь на свои чувства, мог точно сказать, что лежащая перед ним без сознания школьница была жутко напугана и не ела ничего как минимум дня три, но в остальном была полностью здорова. Поэтому, небрежно сорвав с клетки замок и оглядев сваленные в дальнем конце ангара еще четыре такие же клетки с высохшими, как при запекании, останками менее везучих одноклассниц девушки, Андрас решил, что та, как только придет в себя, с побегом из заточения справится и самостоятельно, а ему бы стоило озаботиться судьбой оставленного снаружи артефакта, которым на поверку действительно оказался моток проволоки на цепочке с небольшим клочком бумаги в центре. Андрасу, уже принявшему человеческий облик, оставалось только усмехнуться: такая невзрачная хреновина, а могла бы разровнять в пыль половину заводской территории. Или снести башку отдельно взятому князю тьмы в отставке.

Впрочем, дело сделано, труп инкуба превратится в горстку пепла минут через десять, а созданный этим придурком амулет еще предстояло довезти и сбросить в заранее условленном месте, где его подберут и обезвредят уже другие спецы из числа оккультистов. А после надо бы еще заглянуть в круглосуточный магазин и купить картошки, мяса и, будь оно трижды неладно, перец, лук, помидоры и специи. Потому что, видите ли, то, что готовит один гребаный демон, в порядочном обществе даже за помои не примут – с этими мыслями Андрас уже направлялся в сторону центра города.

Глава 1. Ангел бездны

Проблемы любят тех, кто умеет их решать.

Гарри Трумэн

Кафе «Толстуха Мэрри» удачно расположилось на неудачном перекрестке совсем уж неудачного города. В сущности, тот и городом-то являлся исключительно потому, что миль на двести вокруг него во всех возможных направлениях не нашлось ничего более достойного оного наименования. Хотя, быть может, парочка окрестных коровников вполне бы могли, пожелай они, составить конкуренцию в борьбе за гордый статус. Основными посетителями заведения, помимо заезжих дальнобойщиков, вечно доставляющих больше проблем, чем выручки, да их боевых подруг, на вид более попользованных, чем иной грузовик, были местные старожилы того сорта, каких после очередной кружки разбавленного до консистенции желтой воды пива почти наверняка не пустят в дом ночевать. Впрочем, в иные дни, как, например, сегодня, посетителей как будто медом приманивало, так что в работе худого как жердь, с кучей прыщей и в вечно заляпанном фартуке повара Ронни, способного с похмелья перепутать губку с котлетой для бургера, даже был какой-то смысл.

Теперь, когда время уже неуклонно двигалось к вечеру, в кафе потихоньку воцарялся унылый полумрак. Солнце, весь день выливавшее свой жар на асфальт по ту сторону дверей, добилось того, что воздух за столиками забегаловки был гуще подаваемого здесь же супа и явно напрашивался на то, чтобы повесить на него соответствующий ценник.

Малоактивные в это время дня посетители из последних сил копошились в своих тарелках и пивных бокалах и все как один мечтали о снежной буре и сугробах по колено, которых в этой части страны никогда не бывало, а значит и об их существовании в природе могли догадываться очень немногие. Меж рядов столиков уже даже не ходила, а скорее плыла молодая, чуть полноватая официантка с ульем из рыжих волос на голове и вселенской тоской в глазах. В самом дальнем углу, бессовестно отжав у достопочтенного сообщества единственный столик под потолочным вентилятором, сидел молодой мужчина в деловом костюме и ел распаренную овсянку. Весь его экстерьер, от потрепанного саквояжа, стоящего у ног, до круглых очков в невзрачной серой оправе и чудовищных кулинарных пристрастий, кричал о том, что проявлять к нему интерес абсолютно бессмысленно, и даже мысли официантки о том, как бы половчее не обращать внимание на странного клиента, совершенно не гармонирующего со здешним окружением, и когда, черт возьми, у нее уже наступят месячные (наверняка ведь в самый неподходящий момент! Если, конечно, эта паскуда Рон не расстарался, но об этом даже думать не хотелось!) – были бы куда занятнее для изучения тому, у кого нашлись бы способности и желание их изучить. Публика была благосклонна, напрочь игнорируя единоличного властелина источника горячего, но циркулирующего воздуха, позволяя тому заниматься привычным ему, хоть и незапланированным ожиданием.

О да, к ожиданию ему было не привыкать! Сам себе он иногда напоминал паука, уснувшего в собственной паутине. Впрочем, в данном случае это было даже полезно, поскольку позволяло хоть немного подготовиться к предстоящим событиям, которые, как предполагал мужчина, начнут развиваться такими путями, каких меньше всего от них будут ожидать их непосредственные участники. Можно сказать, уже именно так и развивались, иначе бы он здесь не сидел.

Наконец дверь в кафе распахнулась, заставив его метнуть короткий взгляд от тарелки в сторону входа. Вошедший в зал и отвлекший на себя внимание присутствующих мужчина был высок, худощав, черноволос и необъяснимо неприятен. Ни его рост и пятидневная щетина, ни возраст «что-то около сорока», ни байкерский прикид, состоящий из кожаных штанов, небрежно наброшенной на левое плечо кожаной куртки (в такую-то жару!) и нескольких килограммов шипов, заклепок и побрякушек в самых неожиданных местах – не производили в отдельности такого впечатления, какое складывалось при соединении всех этих составляющих в одного индивидуума. Смотрящим на него хотелось немедленно отвернуться, а потом еще пойти в сортир и промыть глаза с мылом.

Но отвернуться означало бы упустить, возможно, единственное за весь день стоящее событие, а то, чего доброго, еще и не узнать одним из первых ценную сплетню, которую потом будут обсуждать до конца недели все, кому не лень, поэтому десять пар глаз невольных, но заинтересованных зрителей могли в конечном счете заметить, что мужчина был до некоторой степени красив; еще более внимательный и отчаянный в своих выводах зевака, пожалуй, сказал бы, что тот выглядел напряженным и каким-то больным. А еще, во что совсем уж верилось с трудом, немного напуганным. Окинув зал нечитаемым взглядом, байкер явно заметил то, что ему было нужно, и дергано – словно с непривычки – лавируя по залу, двинулся в сторону дальнего столика. После чего замер в странном оцепенении, не дойдя до него около полуметра.

Пауза затягивалась, в тарелке с кашей несколько раз жалобно звякнула мельхиоровая ложка, вынужденная заполнять неловкую тишину, медленно расползавшуюся по всему залу. Сидящий за столом человек воспользовался затянувшимся молчанием для того, чтобы как следует рассмотреть потенциального собеседника, а рассмотрев – постараться сохранить серьезное лицо. Для него оставалось непостижимой загадкой, почему представители организации, один из которых сейчас топтался у него перед носом, предпочитали представать перед обывателями карикатурой на самих себя. Для полноты образа не хватало бы, разве что, ирокеза и татуировки пентаграммы во всю спину. Хотя, как знать, может, она и была.

Сам же представитель мог быть удостоен отдельного описания. Мужчина смутно помнил его по их имевшейся в прошлом, но крайне мимолетной встрече. Он с каким-то затаенным удовольствием вспоминал те не то переговоры, не то ритуальные обнюхивания, в чем, откровенно говоря, не было большой разницы. Тогда крупного мордобоя удалось избежать лишь с помощью вороха поддельных документов, пары заказных убийств, раздачи взяток всем, у кого имелись руки, чтобы их унести, и одной свальной попойки, переросшей в безобразно оргию и, как следствие, тонны компромата на всех и вся, которого оказалось так много, что еще пару лет его некуда было даже складывать. Классическая дипломатия в своем лучшем виде. Мужчина подобные сборища очень ценил: один такой бардак мог в одночасье столкнуть лбами сильных мира сего или же парой слов, сказанных нужным тоном в нужное время, снять угрозу очередной войны. Впрочем, все меняется до неузнаваемости, и от имевшейся когда-то ауры безграничной власти и могущества стоящего перед ним существа не осталось даже воспоминаний. Теперь его визави напоминал какого-нибудь припадочного ветерана боевых действий, которого выворачивает наизнанку от одного вида бумажного пореза. Дополняла впечатление общая нескладность движений и мимики: казалось, что ни одна из мышц в теле этого человека не подчиняется ему до конца и все норовит заняться какими-то своими делами, не озадачившись по этому поводу мнением владельца. Без сомнения, это же наверняка видели и пялившиеся сейчас на них посетители кафе, но человек в очках просто лучше всех знал, на что надо смотреть. Короче говоря, от предыдущего образа стоило оставить хотя бы смокинг, раз уж все остальные его составляющие постигла столь печальная участь.

– Анукорт¹, – внезапно выдал сидящий за столом, откладывая в сторону измученный столовый прибор. Стоящий около его стола мужчина принял такой же удивленный вид, какой до этого имелся только у всех прочих посетителей. – Местное лекарство, Бади. Должно помочь, если ты не в состоянии сесть за чертов стол.

– Смелый! – Не сказал, а скорее тихо прорычал «Бади», делая последний шаг к столу и сжимая кулаки. – Не боишься меня?

Сидящий за столиком небрежно махнул в сторону уже отодвинутого стула.

– Не вижу причин. Твой личный приезд на мои похороны был бы слишком претенциозен даже по твоим меркам. Да и потом, тут ведь и не эшафот вовсе, а исповедальня? – Последняя фраза явно выбила стоящего у стола из равновесия. Тот то ли не ожидал такой реакции собеседника, то ли просто с трудом владел собой.

– Так что, я думаю, ты пришел поговорить. Вероятно, даже попросить о чем-то? Если тебе так будет проще, можешь начать с «простите меня, святой отец, ибо я согрешил…». Ради тебя я даже в рясу переоденусь! – Словесный поток был прерван плохо сдерживаемым рыком. – Нет? Тогда, может, что-нибудь закажешь? Тут неплохая кухня. Не поручусь, правда, за то, что на ней готовят.

Отрицательно мотнув головой и нервно швырнув куртку на спинку стула, «байкер» наконец уселся. Это действие возымело силу выстрела из стартового пистолета – все присутствующие в кафе вдруг вновь обрели возможность и непреодолимое желание заняться своими делами; возобновились прерванные разговоры, кто-то послал официантку за очередной батареей пивных бокалов.

– Мне требуется… одолжение, – последним сказанным словом можно было по неосторожности порезаться. Или перерезать кому-нибудь глотку. В глазах за очками за секунду пронеслась буря эмоций: сарказм шел в атаку на раздражение, осторожность и удивление обходили с флангов. Вся эта встреча не укладывалась ни в один типовой сценарий хотя бы потому, что никто все еще не бил никому морду, а здание кафе все еще не потеряло структурной целостности, хотя уж оно-то явно не выдержало бы первым. И пусть сидящий перед ним производил довольно жалкое впечатление, в его способности доставлять бесконечное количество проблем, пока не накроется крышкой гроба, можно было не сомневаться. Наконец внутренняя борьба завершилась очевидной победой любопытства, и его собеседник принял чуть более серьезный вид.

– Это официальный запрос, Абаддон?

– Нет… – Байкера внезапно прошибла заметная дрожь, на мгновение могло показаться, что еще немного, и все кончится припадком, но уже через несколько секунд тот продолжил: – никто не знает. Мне нужно, чтобы ты защитил падшего, – глухо проговорил он, вперившись глазами в стол.

– Какого-то конкретного? – За очками вновь можно было уловить намек на насмешку. – Или любой подойдет?

–Уриил. Его зовут Уриил, ясно?! – Рявкнул собеседник. Посыл еле сдерживаемых эмоций был неочевиден, но уши от него закладывало будь здоров.

– Не шуми, людей распугаешь, а новым тут взяться неоткуда, – человек в очках задумчиво побарабанил пальцами по тарелке с застывающей в ней кашей. – Припоминаю такого. Но у него ведь и так весьма удачно имеется нянька из ваших. Что, не справляется? Или с поводка соскочила? – На лице фальшивого байкера, который и так очевидно не был образцом ни единой горней благодетели, проступила гримаса брезгливой ярости.

– Ему… У него не получится… – Медленно выдавил тот.

– И не боишься одолжиться у конкурентов, Бади? – Вновь взгляд на мужчину, который теперь, сверля глазами явно ненавистное лицо собеседника, упирался двумя руками в край стола и, казалось, в очередной раз без каких-либо причин успел опустошить весь невеликий резерв своего терпения.

– Маникюр попортишь, – небрежный кивок в сторону побелевших от напряжения пальцев, и молодой мужчина полез в свой саквояж, извлекая оттуда на свет блокнот и ручку. – И вообще, съездить бы тебе… в санаторий!

Смотреть на перекошенное ненавистью лицо перед собой было на удивление забавно, но стоило все же удостовериться, что бульдог, в которого он последние пять минут тыкает палкой, не планирует сорваться с цепи.

– Ладно, пиши адрес, загляну.

Спустя несколько секунд, забирая блокнот и мельком просматривая написанные странным рваным почерком строчки, он не удержался и хмыкнул:

– О, знакомые места? Сколько лет я на малой родине не бывал! – И секунду спустя вопросительно глянул на собеседника: – это все?

Дождавшись кивка, он встал, закрыл саквояж и, едва заметно наклонив голову, неторопливо направился к выходу.

Спустя полчаса Мэри, наконец выпроводив разношерстную компанию местных работяг, неожиданно обратила внимание, что двенадцатый столик оказался не убран. Она не помнила, чтобы там кто-то сидел за последние пару часов, а уж то, откуда на столе взялась странная и явно недешевая посуда, а в ней – остатки какой-то каши, которую Ронни не только что никогда не готовил, а даже в глаза бы не узнал, – было вдвойне необычно. Еще одним открытием стало то, что неведомый посетитель, очевидно, был здесь со своим ручным бенгальским тигром – иначе как еще объяснить восемь борозд от когтей, которые теперь красовались на столе? Впрочем, найденные под тарелкой двести долларов чаевых резко притупили интерес ко всем прочим открытиям. А местные столы, решила Мэри, видывали и много чего хуже бенгальского тигра.

Глава 2. Обжигатель горшков

Тот, кто не доверяется случаю,

не многое сделает плохо,

но и не многое сделает.

Маркиз Галифакс

Молодой мужчина в очках уже минут десять стоял в центре небольшой квартиры явно советской постройки и, судя по его виду, был занят напряженным мыслительным процессом. Ну или спал стоя. С момента этой странной встречи в бургерной посреди ничего, называемого невадской пустыней, прошло всего шесть часов, а количество вопросов без ответа успело к этому времени уйти за горизонт и прислать оттуда пару открыток с местными видами. Ничего из того, что случилось, не могло произойти так, как оно произошло: не мог Абаддон, бессмертный, по местным меркам практически всесильный и уж точно всегда предсказуемый во всех своих действиях, как кусок базальта, – от похода в туалет до рутинного геноцида жителей какого-нибудь континента – назначить встречу с представителем его ведомства. Не мог и заявиться на нее, краснея и истеря, как пьяная институтка перед ВДВэшником. И уж точно не мог добровольно попросить помощи в защите какого-то падшего, которых в здешних краях с недавних пор сыпалось больше, чем по осени желудей с дуба. Даром что этот был известен поболее всех прочих.

А значит, либо этот короткий и бедный на информацию разговор ему приснился, либо еще не известный кто-то затеял еще не известную, но уже осязаемую в воздухе мерзость. Лунатиком мужчина себя не ощущал, следовательно ситуация просто-таки напрашивалась, чтобы ее усугубили романтическими поворотами сюжета и беспорядочным героизмом действующих лиц.

Сосредоточенность мужчины прервала внезапно начавшаяся возня на расположенной неподалеку двуспальной кровати: один из двух парней, лежащих на ней, попытался, не приходя в сознание, отвоевать одеяло в свою полную безраздельную собственность. Второй очевидно сопротивлялся.

Мужчина коротко вздохнул и поправил очки. Найти это место оказалось на удивление несложно. Добраться до цели – и того проще. Целью оказалась однокомнатная – очевидно съемная – квартира на третьем этаже в доме постройки времен позднего социализма в типовом спальном районе не менее типового провинциального города. Внутреннее убранство включало в себя микроскопическую кухню, коричневую плиту с засаленной духовкой, сервант с хрусталем, явно оставшимся от владельцев квартиры. Еще в наличии имелись выцветшие обои с неподдающимся идентификации цветочным рисунком, отдельный туалет типа «зашел и сел», такая же ванная с синим кафелем на полу и прихожая с антресолью. Очевидно, чтобы жить в подобных условиях, требовалось невероятное жизнелюбие. Блондин, окончательно к этому моменту отвоевавший одеяло и соорудивший из него странное подобие кокона в основном в районе головы, несомненно этим жизнелюбием обладал в достатке. По крайней мере, острых лезвий, пеньковой веревки и других подходящий для немедленного сведения счетов с жизнью предметов на обозримой территории не наблюдалось. Мужчина вновь переключил свое внимание на затухающую баталию: брюнет, потерпевший разгромное поражение в битве за одеяло, ограничился лишь тем, что накрыл ладонью оставшуюся за пределами «кокона» задницу блондина. Такой расклад, судя по всему, устраивал обоих, так что возня в скором времени окончательно стихла. Несмотря на откровенно интимный характер развернувшейся перед ним сцены, мужчина себя нарушителем частной жизни не ощущал. Его вообще мало что могло смутить, а здесь он – ко всему прочему – был все же по делу. Неспешно пройдя в дальний угол комнаты, он обратил внимание на вторую по значимости деталь квартиры – местную библиотеку. Книг было много: часть из них была заботливо отсортирована и разложена по стеллажам, большая же часть оказалась сложена в стоящих тут же коробках, а то и вовсе валялась небрежными стопками на полу. Мужчина пробежал глазами по корешкам уже отсортированных книг – медицина, биохимия, классическая литература и целый набор наукообразных справочников по детской психологии и психиатрии.

Мужчина негромко хмыкнул. По его ощущениям, жильцы квартиры проснутся где-то через полчаса, а значит стоило поторопиться и лишить себя сомнительного удовольствия объяснять всем и каждому, как именно он тут оказался. Подойдя к двустворчатому окну, он сделал глубокий вдох, после чего выдохнул на стекло, добившись того, что оно в достаточной степени запотело. Проделав эту процедуру еще несколько раз, он принялся сосредоточенно чертить пальцем на окне ряд ветвистых загогулин. Спустя несколько минут довольный собой мужчина отошел от окна и протер очки краем пиджака. Этого должно было хватить на какое-то время. Вот только – пришла ему в голову запоздалая мысль – покинуть квартиру тем же способом, каким он в нее попал, – сквозь граничащую с лестничной клеткой стену – не получится, не повредив при этом охранные плетения. Мужчина негромко выругался. Всегда с этой магией больше заморочек, чем толку. Несколько секунд повздыхав о несовершенстве мира, он подхватил саквояж и, распахнув окно, начал спускаться по карнизам вниз, негромко чертыхаясь и цепляясь за все попадающиеся под руку выступы. Зато стало понятно, почему владельцы жилплощади должны проснуться через полчаса – снаружи он окно не закроет, даже если очень захочет, а нежный весенний сквознячок посреди ночи в состоянии проморозить до костей кого угодно.

***

Уриил проснулся. Это был уже седьмой раз за ночь. В горле по ощущениям поселился недовольный размером жилплощади хорек, нос отказывался дышать, глаза – воспринимать окружающую действительность. Издав невнятный хрип и пнув ногой лежащее рядом туловище, ангел с трудом приподнялся на локтях и предпринял попытку встать с кровати. Комнату ощутимо штормило.

Ури, сгорбившись и злобно посматривая на сопящего демона, нога за ногу поплелся в сторону ванной, лелея надежды добраться до умывальника и прочистить хотя бы одно воздухопроводящее отверстие. До сих пор ни одна попытка успехом не увенчалась.

Ангел с грустью подумал, насколько иронично смерть от удушья соплями будет смотреться в конце длинного списка его героических подвигов. Впрочем, и подвигов в последнее время поубавилось. С момента потери крыльев, о которой ангел хоть и не жалел, но предпочитал особо не думать, прошло уже восемь месяцев, а заняться все это время было решительно нечем. Из приюта, в который он последние пару лет повадился ходить на занятия с трудными подростками, пришлось свалить до тех пор, пока Уриил не перестанет представлять опасность для себя и окружающих, то есть в перспективе навсегда. Так что воспитание подрастающего с замашками грабителей и насильников поколения теперь откладывалось на неопределенный срок; вместо этого по указу нового «босса» пришлось спешно собирать вещи и отваливать в близлежащий поселок городского типа, гордо именующий себя региональным центром. Не делало это чести ни региону, ни его центру, справедливо рассудил ангел. К слову, даже новая работа на сверхъестественный аналог ФСБ оказалась на удивление рутинной: пяток слежек, один выезд на задержание какого-то мелкого инкуба – вот и все достижения, где уж тут разгуляться с новыми способностями? Его хоть официально никто до дела не допускал, но захоти он, что бы его остановило? Уриил догадывался, что – или кто – именно бы его остановил, но мысль эту упорно игнорировал.

Ах, да, еще эти способности, черт бы их побрал! Мысли Ури резко скакнули в сторону второго больного вопроса: ангельских трюков в его арсенале после союза с демоном резко поубавилось, зато добавились какие-то новые, не все из которых ангелу были по душе: к примеру, читать чужие эмоции, как он это не раз проделывал раньше, практически не получалось, доносились только какие-то отголоски, похожие на эхо. Зато Уриэль легко мог услышать сердцебиение каждого жильца во всем чертовом доме, а потом и понять, как эффективнее всего это самое сердцебиение прекратить. Вот за два лестничных пролета от него лежит дряхлый старик с атеросклерозом, жить которому при самом оптимистичном подсчете осталось не больше недели, а вот на седьмом этаже вздрогнула девочка лет семи. Обычный мононуклеоз уже начал переходить в анемию, которая ничем хорошим не закончится, если спящая в соседней комнате мамаша не догадается отвезти ребенка в больницу. Ангел поморщился: нет, эти свои новые «таланты» он пока развивать не готов, несмотря на настойчивые увещевания Андраса, пусть утрется!

Ангел вздохнул, снова предпринял попытку высморкаться и, так ничего и не добившись, пошел обратно с твердым намерением отвесить демону еще один пинок. Вот тоже новость: хваленая демоническая регенерация в нем явно не прижилась – Уриил заболевал от каждого чиха в его сторону, а этот храпящий придурок два дня назад к тому же забыл закрыть окно в комнате, отморозив ангелу все имеющиеся части тела. Сам Андрас, конечно, утверждал, что ничего он не открывал и все два дня бегал за ангелом с чаем и аспирином наперевес, но на прощение пока не заработал. Пусть побегает, раз на нем все как на кобеле заживает!

Дойдя до кровати, ангел с тоской подумал, что и заснуть теперь тоже не удастся: времени было только пять утра, а на улице неторопливо занимался рассвет. Поэтому, плюхнувшись на кровать и ткнув под ребра спящего демона, Уриил провозгласил: – Хочу кофе!

– Мать твою в дышло! – немедленно сообщили ему в ответ.

Проснувшийся демон резко подскочил, частично приняв боевую форму, и принялся ошалело таращиться по сторонам: – Ури, какого хрена происходит?

– Вселенная расширяется, Земля имеет форму шара, на дворе утро, а я хочу кофе! А еще у тебя лицо сползло… – пожимая плечами, прогнусавил ангел, – Поэтому метнись и обеспечь!

– А через пару часов не судьба? – раздраженно поинтересовался демон, наблюдая, как постепенно втягиваются когти на руке. – И я из-за тебя одеяло порвал!

– Ничего не знаю, не за чем было так нервничать… – ангел дернул плечами. – Так кофе будет?

Обреченно рыкнув на несовершенство мироздания, насоздававшего на его голову некоторых крылатых придурков, Андрас нацепил штаны и потащился на кухню заваривать воду, а десять минут спустя, отнеся чашку ангелу, был вновь отправлен туда же с наказом порубить салат, на ходу размышляя, насколько смертельна для ангелов человеческая простуда и не стоит ли уже сейчас озаботиться изготовлением надгробия? Возможно, даже привезти его сюда и установить прямо на голову Уриила, не дожидаясь естественного хода событий. Впрочем, идя на кухню в третий раз (на сей раз за пирожками), демон решил, что какой бы короткой не оказалась жизнь ангела, его, Андраса, существование все равно будет еще короче. Пернатая скотина успеет его со свету сжить!

Набрав на тарелку всевозможной сдобы, конфет и вафель (чтобы в четвертый раз не тащиться!), Андрас как раз собирался идти обратно, как вдруг пол под его ногами ощутимо тряхнуло. Из комнаты донесся низкий рокот, резко оборвавшийся спустя всего полсекунды. В наступившей за этим тишине раздался одинокий звон упавшей на пол чашки. Побросав все из рук, демон одним прыжком оказался у порога кухни и замер, увидев очумело застывшего на кровати ангела, не мигая смотрящего на книжные полки в дальнем конце комнаты. А посмотреть там было на что: весь стеллаж, который Андрас по указанию все того же ангела пару месяцев назад крепил на стену, был разворочен, большую часть книг снесло с полок и разметало по всей комнате. Вопреки всяким законам физики книги и фанерные обломки не упали на пол, а будто бы зависли в пространстве спустя всего несколько мгновений после взрыва, который тоже не спешил продолжиться. Стене за полками досталось на порядок больше: бетонная плита раскололась на несколько кусков, повисших в воздухе, по всему потолку поползли трещины в руку толщиной. Но самое странное виднелось за бетонным крошевом – сквозь прорехи в стене и зависшую в воздухе серую пыль проглядывало багрово-красное марево, постепенно усиливающееся и по миллиметру наползающее вглубь комнаты.

– Ты что натворил! – переведя взгляд на появившегося в дверном проеме Андраса, взвизгнул ошалевший ангел.

Поняв, что мозги ангела безнадежно закоротило несостоявшимся катаклизмом, Андрас молча двинулся вглубь комнаты, на ходу просчитывая, что, собственно, могло произойти и как теперь с этим жить. Из квартиры, безусловно, надо валить, взять любую подходящую машину и рвануть в сторону области. А там можно и до схрона добраться и временно сменить континентальную прописку на островную – он к такому варианту готовился. Его лихорадочные размышления прервал чудовищно громкий в создавшейся тишине стук в дверь. Андрас взглянул на Ури и, поменяв траекторию, двинулся в сторону прихожей. Следы разрушения были и здесь: по всей стене протянулись извилистые трещины, старую деревянную дверь с темно-коричневой дерматиновой обивкой перекосило в раме и явно заклинило. Видимо поняв тщетность ожидания реакции со стороны владельцев квартиры, стоявший снаружи решил пробираться своими силами. Раздался удар и громкий треск отламываемой фанеры. Затем еще раз и еще. Андрас стоял в коридоре и с каким-то отупением наблюдал процесс раскурочивания входной двери их жилплощади. Все происходящее отказывалось умещаться у него в голове. Вот в частично разобранном дверном проеме показалась рука, выламывающая очередные доски, а вслед за этим в получившуюся щель протиснулось и остальное туловище настырного гостя, который лишь мельком глянул на оцепеневшего демона, тряхнул головой, подняв вокруг себя небольшое облачко штукатурки, и принялся остервенело протирать стекла очков полой пиджака.

Закончив с этими манипуляциями, он язвительно осклабился в сторону демона и рявкнул:

– Вольно, боец! Разрешаю ожить и предпринять меры к тактическому отступлению на заранее подготовленные позиции. Хлеб-соль в честь дорогого гостя, так и быть, оставь врагам.

– Чего? – мозг Андраса окончательно капитулировал перед напором незнакомца.

– Я говорю, взял в охапку второго и стройными рядами двинул на выход! Шевелись давай, страж такими темпами долго не протянет! – Четкие команды возымели свое действие, и так ничего и не понявший демон рванул к сидящему на кровати ангелу: – Ури, пойдем, нам надо уходить!

– А? – ангел перевел осоловевший взгляд со стены на тормошащего его демона.

– Вставай, пошли! – Демон, неуверенно приобняв Ури за плечи, потащил его к выходу, где нетерпеливо стоял их непрошенный гость, приготовившийся выталкивать ошалевших жильцов через щель между стеной и останками двери. Разрушения на лестничном пролете, на который выходила дверь квартиры, были еще более впечатляющими и такими же застывшими во времени, но благодаря постоянным окрикам и пинкам со стороны незнакомца, налюбоваться на них Андрас и Уриил не успели. Зато в кратчайшие сроки оказались на первом этаже, где их спутник вырвался вперед и, взмахом руки призывая следовать за собой, спешно рванул к выходу. Вывалившиеся следом за ним ангел и демон старались не отставать, и скоро все трое были рядом с вырвиглазно-оранжевого цвета детской горкой, крайне необходимой, как считали муниципальные чиновники, для гармоничного развития подрастающего поколения.

– Значит так… – снова принялся командовать деятельный незнакомец. – Сейчас быстро и молча суетим копытами в сторону соседних домов! По моим расчетам, стазис протянет еще минуты две, так что все вопросы зададите потом, если будет чем и кому! – рявкнув все это скороговоркой, человек развернулся и побежал через внутренний двор в сторону от дома. Уриил с Андрасом, вяло переглянувшись, рванули за ним. Они почти успели добежать до дома напротив, но дальше продвинуться им не дали. За несколько метров до выхода из «колодца» домов, призванного, по гениальному решению советский архитекторов, в случае вторжения врага выполнять роль естественной линии обороны, бегунов осветила яркая красная вспышка, жар от которой ощущался спиной и на таком расстоянии, а секунду спустя рявкнул взрыв, швырнув всех троих на тротуар и через несколько секунд забросав сверху мелким строительным мусором.

Поднявшись с земли, их попутчик застыл, словно бы в нерешительности глядя на взвившиеся в небо клубы пыли и дыма и пытаясь прийти к какому-то одному ему известному решению. – Все живы?

Его попутчики медленно поднялись, поддерживая один другого, и утвердительно кивнули.

– Прекрасно. А теперь аттракцион невиданного идиотизма. Возвращаемся обратно!

Две пары глаз уставились на мужчину. Андрас тишком потащил ангела в сторону, начиная подозревать, что не у него одного тут с мозгами не все в порядке. Ничем иным желание вернуться на место только что рухнувшей и продолжающей осыпаться хрущевки он объяснить не мог.

– Стоять! – рявкнул человек и, пресекая их побег, ухватил ангела за волосы. Андрас, будто проснувшись, зарычал и начал заносить руку для удара, но наглый человечек предпочел его проигнорировать, подтащив лицо Ури к своему и вперившись в него взглядом – Значит так, ограниченно пернатый, мне сейчас взять и поделить на то, в каком ты состоянии, где находится твой низкокалорийный мозг и что он обо всем этом думает, усек? В данный момент мне от тебя требуются твои невидимые невооруженным глазом таланты, о которых ты сам еще не догадываешься. И ты мне их выдашь, даже если мне для этого придется отжать тебя на соковыжималке! Поэтому сейчас мы с тобой и твоей нервной наседкой идем обратно, и ты делаешь все, что я тебе скажу и так, как я скажу это делать! Иначе я не поленюсь и сам зарою вас обоих под ближайшей уцелевшей клумбой, благо противопоставить мне сейчас вы не можете ничего вообще. Кивни, если понял! – Ури, неожиданно для Андраса, сдавленно кивнул под утвердительный хмык ослабившего хватку человека.

Демон действительно не был уверен, что смог бы сейчас хоть кому-то противостоять: голова была как будто обложена ватой и убрана на антресоль до нового года. Сил хватало только на то, чтобы идти вперед и кое-как смотреть по сторонам. В силу этого обратная дорога заняла больше времени раз эдак в десять. Масштабы разрушений, с трудом различимые сквозь пыльное облако, демона впечатлили до дрожи: все подступы к теперь уже бывшему жилому дому были завалены обломками стен, рухнувшими перекрытиями и фрагментами быта жильцов пятиэтажки. Весь правый пролет здания, где на третьем этаже полчаса назад располагалась их с Уриилом квартира, обвалился полностью. В центральном пролете на уровне второго и третьего этажа разрушилось несколько перекрытий, и теперь в проемах можно было различить куски шведской стенки, диван и невесть как уцелевший ковер на стене. Общая угнетающая картина дополнялась чьими-то криками и воем сигнализаций, которые до этого Андрас почему-то не слышал, а может, не обратил внимания. Подведя своих спутников максимально близко к выщербленной пасти кое-где еще дымящихся руин, мужчина опять развернулся к ангелу: – Хорошо, дальше втроем не полезем. Теперь вот что: мне нужно, чтобы ты закрыл глаза и сосредоточился на моем голосе. Делай пять вдохов носом, пять выдохов ртом… – дождавшись от ангела завершения описанных действий, незнакомец продолжил:

– Хорошо. Мне нужно, чтобы ты полностью абстрагировался. Мы не на руинах, а на курорте. Вокруг орут не люди, а кричат чайки, слышишь? Прекрасно! – Уриэль на какой-то момент действительно сумел отрешиться и почувствовал себя до странного спокойным. Что-то в этом состоянии пугало своей нереальностью, но он решил пока об этом не думать – так было проще.

– Едем дальше. Потянись к остаткам аур всех людей, каких сумеешь почувствовать. Когда-то ты это умел, сейчас справишься тем более!

– Но… – ангел все же попытался что-то возразить.

– Тише… Знаю, все знаю! Знаю даже то, о чем ты и не догадываешься. Например, что падшим ауры живых считывать гораздо сложнее, но живых тут больше нет, Уриил. Зато есть свежие жмуры, с которыми все должно выйти легче, значительно легче! Достаточно просто попробовать. – Голос человека звучал уверенно и монотонно, убаюкивая сознание ангела. – Поэтому действуй, маэстро, а то скоро зрители подтянутся, а у меня боязнь сцены. Мне нужно, чтобы ты нашел одну ауру. Она будет очень необычной, непохожей на остальные. Она будет очень молодой, и она будет сиять. Найди ее. Найди ее и запомни хорошенько, слышишь? Запомни все, что сможешь увидеть.

Уриил, все еще ощущая себя набитой ватой марионеткой и пытаясь подавить страх, всколыхнувшийся от необходимости контактировать с разумом только что умерших существ, все же покорно прислушался к собственным ощущениям. На удивление, сейчас проделать это оказалось проще, чем все восемь месяцев до того. Ангел быстро нащупал следы бывших уже людей – приступ ужаса, короткая вспышка боли и оборванные нити затухающего сознания. Обрывки аур погибших ощущались в нескольких местах под завалами, но, как ни странно, их было совсем немного. Уриилу казалось, что погибших жильцов должно быть больше, гораздо больше!

Подавив вздох и проигнорировав эти неприятные размышления, ангел принялся искать дальше. Вот еще одна аура, но нет никаких признаков боли – мужчина умер во сне, так и не проснувшись. Еще следы двух человек – пожилая пара, муж и жена. Их он, кажется, видел несколько раз выходящими на прогулку вдоль аллеи. А вот совсем недалеко обнаружилось что-то очень необычное – Уриил непроизвольно вздрогнул. Страх, ненависть, обида, безысходность. Уриил кожей ощущал липкие щупальца все еще очень ярких мыслей погибшего, от которых хотелось заорать и зарыться головой в землю. И было что-то странное в этой сияющей синим и зеленым ауре, но Уриил так и не сумел разобрать, что именно. Будто бы она принадлежала одновременно и старику, и подростку. Впрочем, это сейчас важным и не было, ангел догадывался, что именно это и хотел найти их таинственный спаситель. – Вот там! – Уриил указал на одну из поваленных бетонных плит.

– Очень глубоко? – человек начал пробираться к указанному ангелом месту.

– Не уверен… – Уриил на секунду задумался. – Глубоко. Метра три, не меньше!

– Ладно, понял, – буркнул мужчина, – Последите пока, чтобы сюда волонтеров из местных не нанесло, а я постараюсь быстро.

Сказав это, человек принялся карабкаться вверх по остову здания, старательно огибая торчащую отовсюду арматуру и совсем уж непроходимые участки. Дойдя до места, указанного ангелом, он неожиданно юркнул куда-то вниз. Демону показалось, что мужчина провалился прямо сквозь бетон, а может просто нашел лаз, невидимый с того места, где стоял Андрас. Спустя минуты три мучительного и непонятного ожидания человек наконец появился, вынырнув из-под обломков и зажав в зубах небольшой диск, сверкнувший в пробивающихся лучах солнца металлической вспышкой. Подтянувшись на руках, мужчина отряхнул ладони, запихнул свою находку в карман брюк и оглядел начавших собираться зевак и суетящуюся с другой стороны здания пожарную команду, которая одной из первых добралась до места происшествия, после чего с максимальной скоростью направился к своим попутчикам:

– А теперь очередная смена парадигмы: быстро приходим в себя и так же быстро валим! Пока нас тут самих на сувениры не растащили.

Обратную дорогу все трое проделали тем же путем под недоуменные возгласы из толпы. Кажется, их пыталась остановить парочка самых шустрых спасателей, огораживающих образовавшиеся завалы, но утренний гость молча пронесся мимо ошалевших мужиков, ни на кого не взглянув, и ангелу с демоном не осталось ничего, кроме как последовать за ним. Добежав таким образом до дороги, он махнул в сторону припаркованной рядом серой Тойоты:

– В машину!

Запихнув попутчиков на заднее сиденье, он шустро завел мотор и повел взвизгнувший от резкого разворота автомобиль в сторону центра города. Ехали быстро и молча. До начала утренних дорожных заторов было еще около часа, так что основными участниками движения оказались пожарные грузовики и кареты скорой помощи, несущиеся туда, откуда троица только что так поспешно свалила.

***

Сидя в машине, Андрас наконец ощутил, что окончательно пришел в себя. Стремительно просветлевшая голова принялась трещать по швам. Волны осознания того, что еще меньше часа назад им при чудовищно странных обстоятельствах на голову рухнул их собственный дом, сменились офигением от собственных поступков. Демон не понимал, почему действовал так нерасторопно и невпопад, самому себе напоминая зеленого новичка на первом боевом задании. Еще больше его раздражало поведение их «шофера»: за одну только свою выходу с Уриилом он заслужил увидеть свои кишки, намотанными на арматуру. То, что Андрас этого почему-то не сделал, демона сильно смущало. Красочные картины гипотетической расправы слегка успокаивали.

Хотя, отстраненно подумал он, поведение мгновенно уснувшего у него на плече ангела было ничуть не лучше – позволить какому-то человеку оттаскать себя за волосы и сохранить после этого конечность – было не в натуре белобрысого. Андрас вздохнул, мысленно откладывая внутренние метания на потом. Опасности в их попутчике он не ощущал, хоть и не мог быть теперь уверен в надежности собственных инстинктов, но на время поездки мысли об активных действиях можно было отложить.

– Куда мы едем? – хрипло спросил демон. В горле пересохло, в голове стучали барабаны, и общее состояние вновь стремительно скатывалось до уровня «после двухнедельного запоя».

– В одно местное кафе, – Андрас поймал на себе внимательный взгляд в зеркале заднего вида. – Там же познакомимся и подлечим твой с белобрысым отходняк. Сейчас постарайся уснуть – полегчает.

Демон благодарно закрыл глаза и провалился в бессильное небытие вслед за ангелом. Но долго пробыть в этом состоянии ему с Уриилом не дали. Через полчаса, подведя машину к двери в какой-то невзрачный полуподвальный кабак, их водитель выскочил и принялся обмениваться короткими фразами со стоявшим рядом со входом двухметровым верзилой, который со своей всклокоченной бородой и в монументального вида кожаной куртке больше смахивал на медведя. Видимо, получив всю нужную информацию, он распахнул заднюю дверь и жестом пригласил сидящих к выходу:

– Просыпайтесь, приехали.

Спихнув с плеча голову уже успевшего напускать слюней ангела, Андрас, жмурясь после своего сонного обморока, вытащил его и себя из салона автомобиля, после чего все трое начали спускаться по узкой выщербленной лестнице до входа в кафе. «Медведь», мимоходом отметил Андрас, с ними не пошел, продолжив ошиваться у входа. Зайдя в полутемное помещение на восемь столов и одну барную стойку, компания застала там сонную официантку и полное отсутствие в столь ранний час даже намека на посетителей. На ходу сделав заказ (минералку, пиво и три омлета), зашедший первым мужчина резво уселся за один из столов и жестом пригласил Уриила и Андраса последовать его примеру. Подошедшая почти сразу официантка принесла бокал с темным пивом и два графина воды. Какое-то время ангел и демон молча глушили воду под пристальным взглядом по-прежнему безымянного незнакомца: Уриил с каждым заходом переливал жидкость в стакан, а Андрас плюнул и присосался прямо к графину, за раз вылакав больше половины. Отдышавшись, он решил хотя бы теперь рассмотреть их непрошенного спасителя. Смотреть было особо не на что: ростом чуть ниже демона, но выше ангела, коротко стриженные темные волосы, ровные, ничем особо не выдающиеся черты лица, очки в тонкой круглой оправе, делавшие владельца слегка смахивающим то ли на мудрую сову, то ли на выпускника физфака. А вот взгляд был необычный: жесткий и цепкий, как у самого Андраса. Закончив на этом сеанс физиогномики, демон принялся ждать начала разговора, который не замедлил последовать.

– Ну что ж, судя по всему, положение стабилизировалось – больной чувствует себя, поэтому можем начать. Разрешите представиться, зовут меня… ну, скажем, Альфред. Можно Ал.

– И что же все это, «Скажем Альфред», означает? – улучшившееся самочувствие ангела позволило тому начать плеваться ядом. Ал развел руками.

– На вас было покушение. Кем и почему – не имею представления. Я лишь слегка поспособствовал его провалу. Сойдет за объяснение? Если это утешит, могу сказать, что все пошло совсем не так, как я это себе видел, но вот вы сидите здесь живые, а значит в целом начало дня можно считать успешным, не так ли?

– А с чего же вас, Алик, так заинтересовало наше благополучие? И что, собственно, произошло у нас дома?.. С нашим домом! – подал голос демон.

– А меня оно и не сильно интересовало. За вас попросили. Точнее вот за этого, – кивок в сторону ангела. – А касаемо того, что произошло, то тут все относительно просто: пару дней назад я был неподалеку и повесил на вашу квартиру защиту. – Уриил нахмурился. Судя по всему, сидящий перед ним человек – да и человек ли? – успел побывать в их квартире и основательно там наследить. Да еще и умудрился остаться при этом никем не замеченным.

– Кстати, вот тут готов взять часть вины на себя: одна из функций стража жилища – помимо защиты от атак извне – поддерживать жизнь подопечных сколь возможно долго, в том числе при воздействии яда и в случае сильной кровопотери. Так что причиной тому, что вы с утра тупили как студенты на экзамене по философии, был замедленный метаболизм. Ну, частично, по крайней мере. В остальном – ваши личные таланты, – Альфред ухмыльнулся. – Не самый приятный эффект, согласен. Но я, признаюсь, как-то и не ожидал, что вас будет решено убрать с такими спецэффектами. Я бы, к примеру, траванул – и всех делов.

– Вот спасибо-то! Не перестарались ли вы с нашей «защитой», Алик? – Уриил скорчил скептичную рожу, глядя на гримасу Альфреда. Тот как раз успел пожалеть, что назвался позывным, у которого имелось так много дебильных вариантов сокращения и приготовился выслушать их все до единого.

– Подорваться на гранате, конечно, не самое приятное начало дня, но ни меня, ни вот его, – Уриил ткнул пальцем в Андраса. – таким способом не прикончишь.

– Согласен, те же демоны вообще как тараканы – выживут и после ядерного взрыва. Но здесь мы переходим к самой интересной части моего рассказа. – Альфред потянулся и достал из кармана виденную ими блямбу из белого металла, которая при ближайшем рассмотрении оказалась круглым амулетом с барельефом кусающей себя за хвост ящерицы. Работа выглядела так тонко, что ангел даже залюбовался: на ящерице можно было разглядеть каждую чешуйку, а глаза, сделанные из двух черных камешков, и вовсе выглядели почти живыми. По краям амулета виднелись какие-то зубчики и шестеренки. – Взрывать вас собирались вот этим. И если бы не сработала защита – шашлык вышел бы отменный!

– А что это такое? – Уриил бережно взял и принялся рассматривать амулет со всех сторон.

– Это сосуд драконьего огня. Редкая штука, в здешних краях не представленная по причине того, что и с драконами очевидный дефицит. Но сработало бы выше всяких похвал: такой заряд выжигает всю магию в радиусе пятидесяти метров. Так что от вас, как ни крути, остались бы только две скорбные кучки пепла. Три, если считать вашего подрывника. – Уриил и Андрас вопросительно уставились на Альфреда. – Привести в действие такое устройство можно только вручную и только добровольно. А в добавок еще и очень хотеть кого-нибудь прикончить, иначе не сработает. Кстати, ты ауру камикадзе хорошо запомнил? Что про него скажешь?

Пытающийся тайком ото всех высморкаться в десяток салфеток сразу и подумывающий, как бы стырить еще с соседних столов, Уриил нехотя прервал свое занятие и сосредоточился на воспоминаниях. Восстанавливать в памяти остатки сознания их неудавшегося убийцы не хотелось совершенно.

– Совсем немного: очень злился, очень кого-то ненавидел. Нас, как я теперь догадываюсь. Или меня персонально. Хотя почему – не могу понять, он мне знакомым уж точно не показался, так что личная месть вроде отпадает. А сознание очень странное…

– Подробнее! – Ал хмурился, выслушивая сумбурные выкладки Ури.

– Вообще там была такая каша и так мало уцелело, что подробнее просто некуда. Сам же говоришь – магию выжгло. Да и страж этот твой постарался! У меня самого голова до сих пор как чайник с носиком. Так что, если чего не увидел – прощенья просим, зайдите на недельке. В общем ощущение было такое… ну как от подростка, которого засунули в тело дряхлого старика.

– И ничего не старика, скажешь тоже, вполне обычный эльф. Лет пятидесяти… – небрежно обронил очевидно довольный услышанным Альфред, после чего оглядел вытянувшиеся рожи ангела и демона, наслаждаясь произведенным эффектом. Первым не выдержал Андрас.

– Так, стоп, задрало! Какие к чертям эльфы, стражи и драконий огонь? Откуда здесь это все на нашу голову? Откуда ты нас знаешь? И кто ты, Гэндальф сраный, вообще такой?! – внезапную гневную отповедь пришлось прервать из-за официантки, без единого слова притащившей на весу три тарелки с омлетом. Напряженную тишину вновь прервал Альфред, заговорив преувеличенно спокойным тоном.

– Мда… Начнем с конца. Кто я такой, вы, думаю, и сами примерно догадались… Я прав? – Ал вопросительно выгнул бровь и замолчал.

– Очередное начальство из Центра? Одного свиноборова с крылышками нам было мало? – первым рискнул Уриил, нарушив тишину своей догадкой. Альфред кинул на него задумчивый взгляд, кивнул в подтверждение и продолжил: – Что там было дальше? Ах, да! Сам я, разумеется, не маг, но на нашей работе и не таких фокусов можно нахвататься. Это, полагаю, тоже пояснять не нужно. А вот касаемо того, откуда на нас свалилось все это счастье – это вопрос открытый. Технически забросить сюда эльфа или десяток магических артефактов – задача, посильная любому контрабандисту, подвизающемуся в межмировых перебросках. Вот только товар уж больно необычный: эльф, как я сказал, был несовершеннолетний, по человеческим меркам и вовсе подросток – лет шестнадцать, не больше, а весь молодняк у эльфов всегда на учете и под охраной старейшин, так что сам собой бы он сюда загулять точно не мог. А это как минимум означает, что у местной контрабанды хорошая крыша и большие возможности. Но все же не безграничные, судя по тому, что для попытки угробить вас им пришлось использовать такую дорогую игрушку.

– Это ты сейчас о чем? – Андрас непонимающе мотнул головой, пытаясь переключиться с яростного желания раскроить кому-нибудь башку на анализ обрушенной на него валом информации.

– А о том, мой нервный рогатый друг, что подорвавшийся на магической мине эльф гарантированно вызовет подозрение в мире, где сроду ни того, ни другого не было. А значит, покушение на вас готовили второпях и из подручных средств, поскольку, будь у организаторов чуть больше времени, они бы наверняка выбрали гораздо менее заметный способ от вас избавиться.

– Кстати! – Уриил, до этого занятый варварскими набегами на соседние столики в поисках гигиенических средств, вдруг вспомнил, что так не давало ему покоя с момента покушения – А почему под завалами я обнаружил так мало следов погибших? Не могло же на весь подъезд быть всего десяток жильцов?

– Повезло, я полагаю, – пожал плечами Альфред. – Дачники уже неделю как ботву полют, кого-то мы успели эвакуировать, а остальные… ну, у этих выдался неудачный день…

– Ааа… Чхи!

– Чего? – Альфред прервал свои размышления, уставившись на Ури, свившего себе гнездо из добытых по всему кафе салфеток.

– Он болеет, – ответил за друга Андрас. – Будь здоров!

– Чхи! Ой, спасииибо, Андри! Чхи!

– Будь здоров! Тебе еще салфеток принести?

– Да, благодарю! Чхи!

– Будь здоров!

В воздухе кружилось облако из скомканной белой бумаги, поднятое безостановочно чихающим ангелом и суетящимся вокруг него, как наседка, Андрасом. Альфред поморщился, вяло ковыряя вилкой остывающий омлет. По его мнению, ангел начихал себе уже на третью молодость, а теперь эти двое еще и решили разыграть перед ним всю сцену семейной идиллии. Андрас к этому моменту успел сбегать на местную кухню и притащить оттуда чашку травяного чая и почти был отправлен в аптеку за ментоловым карандашом. Ожидание все затягивалось.

– Кстати, а кто, ты говоришь, за меня просил? – вдруг задал вопрос резко переставший строить из себя кисейную барышню Уриил. Альфред невольно восхитился разыгранным спектаклем. Ему сразу показалось странным, что никто из этих двоих не зацепился за брошенную им фразу, а тут вон как оказывается, ждали момента и пытались расслабить собеседника.

– А вот это, мой пернатый друг, относится к категории вопросов «не твоего ума дело» за тысячу. Так что давайте сразу перейдем к тому, что мне от вас, лишенцев, потребуется!

– А, то есть бескорыстного героизма не планировалось? – поняв, что их маневр не удался, ангел снова взялся разыгрывать детский сад.

– Нет в жизни счастья! Сплошное своекорыстие при полном отсутствии народовластия! И это в наш век просвещенного плюрализма единственно верного мнения партии! —дурным голосом завывал ангел. – Андри, подтверди!

Демон напряженно кивнул. Ему, как заметил Ал, истинные эмоции, в силу природного темперамента, удавалось скрывать значительно хуже. Ну ничего, нахватается еще приемчиков у малахольного «коллеги».

– Нет, ты словами подтверди!

– Лучше не надо… – Альфред преувеличенно официальным тоном попытался прервать льющийся на него поток красноречия. – Уриил, соблаговоли слезть с броневика! Могу уверить, что ваша ответная услуга пойдет на пользу всем присутствующим.

– Да говори, что надо?! – рыкнул включившийся в разговор демон.

– Сущие пустяки! В ближайшие пару недель поработаете на меня. Причем поработаете оба, хватит из себя Рапунцель изображать. С вашим предыдущим куратором я договорюсь, он в обиде не будет.

– Ууу, опять работа… – несмотря на посерьезневший вид и загоревшиеся от перспективы хоть какого-то дела глаза, Уриил явно был не намерен так легко отказываться от идеи побесить собеседника. – Мы, между прочим, очень дорогая наемная сила!

– Вот только безработная, насколько я помню. И пару часов как бездомная и на нелегальном положении, – Альфред решил пройтись сразу по всем болевым точкам. – И даже если у вас где-нибудь на опушке припасен схрон с запасными документами, то добираться до него вам придется пешком, потому что денег и транспорта у вас тоже нет!

Говоря все это, Альфред ни на секунду не сомневался, что положение парочки и в половину не столь безнадежно. Ни один полевой агент не сунется на задание без пары-тройки заначек на черный день. А уж добраться до них – при желании дело плевое, но давать слишком долго ломать комедию уже практически согласному ангелу не хотелось. Времени на традиционные в таких случаях расшаркивания было в действительности очень немного.

– Так что, согласны? – Андрас задумчиво посмотрел на Ури и с выдохом кивнул: – Согласны! Говори, что делать.

– Очень просто, найдите мне виновных! Мне нужно, чтобы вы отследили всю цепочку контрабанды и под конец расследования могли пальцем ткнуть в каждого, кто хотя бы раз имел несчастье икнуть рядом с эльфом!

– Чего ж ты сам не берешься, раз все так просто? – оскалился демон.

– Этот городишко был и остается вашей зоной ответственности! И нахрен вы нужны, если не будете заниматься своим прямым делом? Кроме того, это не меня час назад пытались подорвать! – поспешил в отместку съязвить человек. – Да и потом… эльфийская проституция – не мой профиль.

– Чего? Какая проституция?

– Обычная, за деньги… И это в лучшем случае, – пожал плечами Ал. – По крайней мере, нарваться на какого-нибудь престарелого извращенца – это самое безобидное, на что может рассчитывать залетевший в здешние края лопоухий. Но и во всякой изощренной косметологии их органы тоже в большом ходу…

Уриил поморщился. Ему пару раз доводилось сталкиваться с подпольными фабриками всевозможных панацей от старости, импотенции, морщин и шут знает, чего еще. И память о том, какие «ингредиенты» порой шли в ход у местных производителей, вызывала желание пустить самих ублюдков на припарки от геморроя. В чем ангел себе ни разу и не отказал.

– Ладно, хрен с тобой! Еще напутственные пожелания будут? – оставаться в спокойном состоянии дольше пяти минут у Андраса, видимо, не получалось.

– Не облажаться? Хотя, одна догадка у меня для вас есть: без твоих сородичей в этом деле явно не обошлось, Андри! – последнее слово было произнесено с интонацией, которую можно было бы добавлять в пирожки вместо повидла.

Андрас глухо зарычал и почти вознамерился врезать слишком наглому человечишке, но был удержан за руку лихорадочно что-то обдумывающим ангелом. – Сородич… Это из-за портала, так ведь?

– О, слышу речь не мальчика кровавого в глазах. Догадался ты верно. Парни, портал для переброски живого существа мог, конечно, и ангел смастерить, но хрен вы где найдете такого, который бы согласился подшабашить на работорговцев. Впрочем, его могли и обмануть, так что все эти соображения пока что – суть игра воображения. – Альфред со вздохом откинулся на спинке стула. – Ладно, господа, не позволяйте мне и далее отнимать ваше драгоценное время! Все вопросы материального обеспечения решите с моим помощником, он вас ждет на выходе и уже в курсе.

– О, так, стало быть, вопрос о нашей помощи другого ответа не предполагал?

– Ну почему же? Еще у него в запасе есть два мешка для трупов. Поди еще расстроится, что не пригодились!

Альфред в последний раз окинул взглядом хихикающего ангела и не в тон ему мрачного как туча демона, направлявшихся к выходу, и залпом допил остатки пива в бокале.

Глава 3. Земля

Все к лучшему, но не всегда к нашему.

Народная мудрость

На выходе из бара новоиспеченные двойные агенты были обласканы неприветливым взглядом уже знакомого им угрюмого детины. Ничуть не смутившись от такого приветствия, ангел внаглую принялся в ответ рассматривать сей примечательный образчик питекантропа. Выглядел тот так, будто последние пару лет провел в лесах Амазонки, скрываясь от цивилизации. Ростом великан и впрямь было под два метра, определить возраст не представлялось возможным из-за иссиня-черной всклокоченной бороды, переходящий в спутанную шевелюру, а оттуда, как подозревал ангел, в шерсть на спине. Короче, дать ему можно было как тридцать, так и шестьдесят пять, в зависимости от освещения, расстояния и щедрости оценщика. Картину дополняли красные, все в полопавшихся капиллярах, глаза в качестве единственно заметного декоративного элемента на лице, мускулы на всех обозримых частях тела и лапищи размером с ковш экскаватора. Закончив осмотр, Уриил решил взять на себя инициативу, внезапно поклонившись в пояс:

– А и здрав буди, добрый молодец, Алешенька! Послал нас к тебе злой Кащей на подвиг ратный! Он послал, а мы пошли, аки дитяти неразумные. Ты уж подсоби нам в нашем горе-кручине, растолкуй, как жить-то нам дальше? – Так и не дождавшись явной реакции, Уриил не разгибаясь глянул на амбала и стал набирать воздуху для очередной тирады.

Предчувствуя такой поворот событий, тот нервно мотнул головой в сторону машины и сам побрел на водительское место. Ангела дважды упрашивать было не нужно, и он, подхватив за руку демона, вприпрыжку отправился следом. Усевшись на сиденье, он решил предпринять еще одну попытку штурма:

– Так и молви уж нам слова заветные, добрый молодец, как тебя звать-величать? А то ведь так и нареку тебя Алешенькой!

Прочувствовав весь ужас такой перспективы, водитель нехотя буркнул:

– Скугга!

– Ух ты, грозно как! Давай я буду звать тебя Скуби? Кстати, а ты любишь снэки?

– Скугга! – еще раз рявкнул водитель, с силой саданув руками по рулю.

– Ой, ладно-ладно, – поспешил ретироваться Уриил, примирительно вскидывая руки. – Только без нервов! Их нам за сегодня уже сделали предостаточно. А то мы так первый же придорожный столб приобнимем. Кстати, а это ничего, что мы у твоего начальника машину экспроприируем? Не заблудится? – все вопросы так и остались без ответа.

Дальнейший путь проделали в грозовой тишине необъявленных военных действий. Правда, долго удерживать серьезный вид у ангела не вышло, и через пять минут он уже оживленно копошился и ерзал, поудобнее устраиваясь под боком у демона, который, казалось, тоже сумел расслабиться и возражать не планировал. Ехать? как выяснилось, совсем недалеко, и через двадцать минут Тойота затормозила возле одной из сохранившихся в городе купеческих усадеб постройки конца 19 века. На фронтоне сложенного из красного кирпича здания красовалась старательно отреставрированная надпись 1898. Вместе с обилием зелени вокруг и выкрашенными белой краской наличниками и торцами дом смотрелся празднично, как тульский пряник.

Заехав во двор, затененный раскинувшимися где-то над головой тополями, и припарковав машину прямо напротив единственной парадной двери, Скугга вытянул из-под водительского кресла небольшую черную сумку и, развернувшись вполоборота к своим пассажирам, принялся за инструктаж. Вначале из сумки был извлечен пухлый коричневый конверт, который Скугга небрежно бросил в сторону демона. Того, впрочем, такой фокус ничуть не удивил, и конверт был пойман на лету, не успев приземлиться.

– Это деньги. На первое время. Запасные документы есть? – Скугга вопросительно зыркнул на парочку и, дождавшись утвердительных кивков, продолжил копаться в сумке: – Считайте, что нету. При случае – избавьтесь. Неизвестно, кто их будет пасти. Новые заберете завтра из почтового ящика, до этого в городе не светиться!

Вынув из сумки два одинаковых смартфона в защитных кожухах, верзила передал устройства собеседникам. Андрас, едва взглянув, сунул свой аппарат в карман, а Уриил тут же с увлечением принялся изучать меню в поисках установленных игр.

– Это экстренная связь. В памяти забит контактный телефон связного. При себе иметь всегда, но для обычных звонков использовать в самом крайнем случае! – Скугга продолжал выдавать советы односложно, явно отдавая предпочтение императивам. – Вот ключи от квартиры. В квартире еда, одежда и все необходимое. Вопросы?

– А что, вы с нас уже и мерки сняли для одежды? – принимая ключи поинтересовался Уриил первым, что пришло в голову.

– Стандартный набор нескольких размеров. Что-нибудь да подойдет. Все остальное купите завтра сами. – Немногословный провожатый развернулся, кладя руки на руль и показывая тем самым, что с его стороны разговор окончен.

Не придумав, чего бы еще спросить, демон ткнул локтем в ребра своего друга и со вздохом полез наружу. Стоило им обоим покинуть салон, как машина тут же рванула с парковочного места и через несколько секунд скрылась за поворотом.

Домофон в подъезде мерзким переливчатым писком оповестил всех желающих его послушать о прибытии новых квартирантов. Поднявшись на второй этаж и отперев входную дверь, Андрас почувствовал, что из него словно выпустили весь воздух. Все события этого дня, все переживания, беспокойство за Ури и новое, будь оно трижды проклято, задание – все это разом восстало в памяти и словно гранатой рвануло где-то внутри черепной коробки. Поэтому, оказавшись в помещении, Андрас обессиленно застыл на пороге, в то время как ангел ринулся вперед, изучая их новые владения. Квартира оказалась крошечной и больше напоминала камеру временного заключения, за тем исключением, что в последней, пожалуй, деталей было бы побольше: в единственной комнате ютился шкаф, рабочий стол с парой деревянных табуреток и раскладной диван, раздвинуть который можно было только избавившись предварительно от всех остальных предметов мебели. В углу, справа от входа, расположилась мини-кухня с плиткой на две конфорки, мойкой и несколькими полками с посудой. За тонкой фанерной перегородкой позади кухни была спрятана ванная комната, в которой душевой кран оказался привинчен прямо над унитазом. Уриил присвистнул, глядя на этот образчик сурового минимализма. Единственное, что удерживало его от приступа клаустрофобии, это выходящие на две стороны дома и расположенные под прямым углом друг к другу окна и высоченные потолки под три метра. Глянув в окно, ангел сразу догадался, почему для явочной квартиры был тем не менее выбран именно этот скворечник. Подобраться к дому незамеченным, при наличии внимательного наблюдателя, было практически невозможно: в окна легко просматривались обе улицы во всех возможных направлениях. Но этим список удобств, пожалуй, и ограничивался. Зато порадовало содержимое шкафа: там аккуратно по полочкам были расставлены все предметы первой необходимости, от зубных щеток и шампуня до письменных принадлежностей. Нашелся даже аккуратно завернутый в полиэтиленовую пленку – явно новый – ноутбук. Из одежды на выбор было несколько деловых костюмов разных размеров, пара комплектов спортивной одежды «унисекс», футболки, шляпы, кеды и даже несколько пар женских туфель. Видимо, набор оказался действительно стандартный и был специально подобран так, чтобы квартирой в любой момент мог воспользоваться кто угодно.

Закончив инспекцию, Уриил натолкнулся глазами на расфокусированный взгляд Андраса, до сих пор тупо стоящего на пороге комнаты. Уриил хмыкнул и принялся тормошить застывшего демона. В конце концов, когда щекотка, дергание за уши и прочие в меру негуманные методы не принесли результата, Уриил просто запрыгнул на Андраса как на пальму и впился в него поцелуем. Это наконец возымело эффект и, покрепче обхватив ангела за поясницу, демон отступил несколько шагов от двери и яростно ответил на поцелуй. Через пару минут, оторвавшись от губ партнера и отклонив голову, Уриил смог внимательно вглядеться тому в лицо:

– Отпустило?

– Угу. Чего делать будем?

– Лично я в душ! Иначе точно кого-нибудь убью. А ты, если силы остались, глянь, чего там найдется из припасов. Жрать-то что-то надо, раз уж нам до завтра вылезать в город запретили.

Андрас кивнул и, проследив, как Уриил скрывается за тонким слоем гипсокартона, полез осматривать полки и холодильник. Сосредоточиться на чем-нибудь простом, не требующим интеллектуальных затрат, было сейчас хорошей идеей. И поиски еды в этом плане подходили как нельзя лучше. Внезапно для себя Андрас почувствовал приступ раздражения. Подумать только, расклеился из-за какого-то покушения! Как будто это первый раз, когда его пытаются взорвать, пусть и какой-то непонятной магической дрянью. С другой стороны, он ведь много веков торчит на Земле, а не дома в аду, где даже поход в туалет мог стать смертельно опасным приключением, особенно учитывая любовь копродемонов и прочей дряни, которая, к его тихой радости, почти вся передохла при схождении, нападать из засады, а такое без последствий не проходит. Многое приходилось выучивать заново, привыкать к ограничению тела, которое стало более человеческим, быстрее уставало и не могло месяцами обходиться без сна и еды как когда-то. Размышляя над всем этим, Андрас успел вскипятить на плите воду и всыпать в них пачку найденных на одной из полок спагетти, после чего принялся замешивать соус из консервированной томатной пасты, непонятной смеси из десятка разных специй и сушеного соевого мяса, пакет которого он нашел в одном из ящиков. Демон боялся даже предположить, какой эта бурда окажется на вкус, но все найденные им продукты явно предполагали длительное хранение, поэтому особого разнообразия ожидать не приходилось. Единственное, что утешало, так это входящие в «стандартный пакет» две бутылки водки в холодильнике, которые, по замыслу Андраса, должны были сгладить любые неприятные впечатление даже от самой омерзительной готовки.

Ангел, меж тем, матерясь на всех известных ему языках, пытался принять душ под пыточной конструкцией, которая по всем внешним признакам была именно для этого предназначена. Вода из вмонтированной намертво в стену душевой лейки шарашила куда-то в сторону сливного бачка, и Уриил, склонившись над унитазом, как тополь в грозу, пытался подставить под струю то одну, то другую часть тела, но очень скоро сдался, поняв, что единственным разумным способом оказаться под водой целиком будет оседлать санфаянсовое изделие на манер племенного скакуна. Наконец, расположившись таким образом с относительным комфортом, Уриил с кряхтением потянулся к установленному на противоположной стене умывальнику за одноразовым пузырьком с шампунем, но, не доведя руки, замер, уставившись на висевшее чуть выше зеркало. Там отражалась его спина с двумя бугристыми белесыми полосами шрамов, идущих, чуть сужаясь, от шеи вниз до лопаток. Рука, протянутая к умывальнику, дрожала.

Заканчивая раскладывать по тарелкам спагетти и соус, Андрас вдруг напрягся, услышав глухой звук удара в стену и звон бьющегося стекла. Звуки доносились из ванной. Особой опасности демон не ощущал и, догадываясь, что произошло, решил просто подождать появления ангела. Тот появился спустя пару минут, замотанный в полотенце и кутающий левую руку в окровавленную домашнюю майку с пандами, в которой ему пришлось пережить все свалившиеся на них сегодня приключения. Матернувшись, Андрас опрометью кинулся к шкафу, вытащил оттуда аптечку с набором первой помощи, и, разодрав упаковку, принялся искать бинты и антисептик. Полминуты спустя он уже сдирал с шипящего ангела импровизированную повязку и обрабатывал порезы перекисью. Закончив с этим занятием и обмотав руку Ури бинтом, он вопросительно уставился на него, ожидая комментариев:

– Ну?

– Зеркало разбилось, – буркнул ангел, но, посмотрев на перекошенную рожу демона, добавил: – Забей. Все в норме. Не более хуево, чем обычно.

– Ты…

– Забей! И иди мыться, еда остынет!

– Ладно, я быстро! – Демон только махнул рукой.

Уриил, выдохнув и прислушавшись к звуку льющейся из душа воды, уселся на одну из табуреток и принялся разливать по стаканам стоящую на столе водку. Спустя несколько минут из ванной донесся мат и скрежет металла, заставивший Ури рассмеяться. Еще через пару минут из-за ширмы вылетел встрепанный и злой демон. Не обращая внимание на стекающую с него ручьями воду, он в два шага оказался возле стола и залпом выхлестал сразу оба стакана, вызвав у Ури еще один приступ дикого хохота. Отсмеявшись и по второму разу разливая по стаканам содержимое бутылки, тот наконец смог поинтересоваться:

– Чего ты?

– Душ… тоже сломался! – не глядя на него, рыкнул демон. – Давай жрать уже!

Ели молча до момента окончания первой бутылки. Слегка осоловевший ангел начал первым:

– Ну и что ты об этом думаешь?

– О чем?

– О жи-и-изни, Андри! О жи-и-изни! – Ангел попытался ласково погладить демона по голове, но, промахнувшись, опрокинул пустую бутылку. – Упс! Про приключения наши есть мысли?

– Полно… И все как одна хреновые! Ну не знаю я, кто нас заказать мог! Меня порешить желающих-то целый вагон, хоть абонементы продавай, только никто из этих паскуд не знает, где меня последний год носило. Да и метили-то вроде, как в тебя, а не в меня.

– Это еще – ик! – почему? – От пьяного возмущения Уриил принялся икать.

– А то, что Альфреда этого именно тебя спасти просили, забыл?

– Ик! Забыл. Тогда вообще херня какая-то выходит. Всем моим на меня уж тем более насрать, я для них и так все равно что сдох…

– Да не грузись. Кстати, про работодателя нашего что скажешь?

– Темнит и недоговаривает. Ик! Нестыковки в его рассказе заметил?

– Эвакуация?

Уриил хмуро икнул в знак согласия и, казалось, на секунду внезапно протрезвел:

– Именно. Ик! Взрыва он, значит, не ждал, а людей из дома повытаскивать успел. Да и не похоже, что ему наша помощь так уж нужна. Про эльфа этого он уже заранее знал и меня в его ауру носом ткнул, следовательно и с остальной головоломкой мог бы разобраться. Ик! Еще этот благодетель неизвестный… Может, Альфред про него вообще наврал? Сам все организовал, убийцу подослал, а потом спасать явился и сам себя найти потребовал! Вроде как цирк выходит полный, но схрена ли мы ему-то верить должны? – Уриил ухмыльнулся без намека на веселье. – Впрочем, найти ту паскуду, что нас заказала, я бы так и так не отказался. Ик! Киллер этот детсадовский, кем бы он ни был, помирать явно не сам пришел! Так что побеседовать с тем, кто пареньку так башку задурил, мне бы очень хотелось! – Андрасу оставалось только кивнуть в ответ.

– Есть у меня на этот счет одна идейка. Помнишь мое последнее задание?

– Инкуб-инноватор?

– Он самый. Первой частью задания было оторвать ему башку до того, как он еще кого-нибудь прикончит, а второй – передать его поделки на экспертизу.

– Ну и?

– Ну и не тупи! Ты же не думаешь, что я с этой цацкой прям в офис Центра заявился? Мол, распишитесь за приемку и на чаевые не жлобитесь? Нет конечно! Я эту дрянь по инструкции начальства (которого у нас уже как тараканов расплодилось!) отвез за двадцать километров в соседний поселок и там какому-то хмырю в местной автомастерской сгрузил.

– Чо за хмырь?

– Человек. То ли Алексей, то ли Александр, точно не помню. Но есть у меня предположение, что он с контрабандой вполне себе связан. Или хотя бы знает, у кого о ней можно поинтересоваться.

– А с чего бы он о контрабанде знал?

– А ты думаешь, Центр тут диппочтой пользуется? Они же все на полуподпольном положении! Спорить готов, что амулет ушел по тем же каналам, что и эта эльфийская хрень! Черный рынок же потому и существует, что все им пользуются, в том числе и те, кто с ним вроде как бороться должен.

– Да ты… Ик! голова… За это надо выпить! Разливай вторую!

– Развезет ведь…

– Ик! Развезет!

Глава 4. Семена

Кто съел – тот и хищник,

кого съели – тот и дичь.

Народная мудрость

Сбыв с рук невесть отчего раздражающую его парочку, мужчина сел в салон арендованной тойоты, кинул бряцнувшую металлоломом кожаную куртку на заднее сиденье и завел мотор. Ехать предстояло в местный «деловой район», где пару лет назад с большой помпой отгрохали самое высокое здание в городе, состоящее почти целиком из стекла и сомнительного качества металлоконструкций. Заоблачная стоимость аренды, протекающая крыша и регулярно выходящая из строя канализация в целом довершали образ места, где он, по указанию шефа, неделю назад снял офисное помещение под будущий «полевой штаб». Свою прихоть в выборе шеф снизошел объяснить, продекламировав какой-то стишок. Точно смысл сказанного телохранитель не помнил, но было там что-то про отсутствие обзора с балкона. Спорить с очевидной отговоркой смысла не было, наверняка у шефа было с десяток далеко идущих планов, требовавших от них торчать непременно на последнем этаже этого промозглого убожества.

Дорога с унылыми размышлениями показалась на удивление короткой. Очнулся водитель уже возле въезда на подземный паркинг бизнес-центра. Показав сонному охраннику удостоверение, он заехал в арку тоннеля (шлагбаум поднялся, разумеется, лишь с третьего раза) и направил машину к персональному парковочному месту.

Припарковавшись, он вызвал лифт и нажал кнопку тридцать седьмого этажа. Такая не по фэн-шую выполненная этажность, вспомнил телохранитель почерпнутые с форума местных жителей сплетни, получилась по причине того, что у застройщика сорокапятиэтажного – по изначальному плану – здания где-то в районе тридцать седьмого кончились деньги на строительство, зато появилось неодолимое желание путешествовать в другие страны. Но непременно такие, с которыми нет договоренностей о выдаче уголовно осужденных. Стройку же пришлось срочно сворачивать, удовлетворившись единожды взятой высотой. Это почему-то смешило.

Поднявшись на нужный этаж, он прошел по тускло освещенному коридору до просторного зала, где и застал шефа, сидящим на письменном столе и лениво наблюдающим за двумя рабочими, разобравшими на части протекающий потолок и занимающимися починкой вышедшего из строя освещения. Еще одна бригада из трех человек сомнительной трезвости и квалификации, вызванная для того, чтобы занести мебель и офисное оборудование их свежеорганизованного «финансового стартапа», неловко толпилась у входа. Разогнав руками перегар и его носителей, мужчина прошел к успевшему оказаться на своем месте пухлому дивану с обивкой из белой кожи и, кивнув шефу, уселся с намерением убить время при помощи прихваченной по дороге газеты. Разговаривать о делах в такой толпе – пусть и безвредных работяг – не представлялось возможным, оставалось ждать.

Зато уже через пару минут ожидания мужчине стало понятно, почему его начальник предпочел дивану стол, на котором в данный момент с безмятежным видом сидел и наблюдал за сражением с потолочным покрытием. Омерзительная обивка липла к рукам и грела в самых неподходящих местах. А уж ему, с его от рождения повышенной температурой тела, пыточный образчик офисной мебели доставлял особо широкую гамму отрицательных эмоций. Телохранитель припомнил, что такие вот диванчики шеф всегда выставлял в приемной для ожидающих его посетителей, которым требовалось основательно пропотеть и заблаговременно лишиться душевного равновесия перед «высокой аудиенцией». Сдавшись, мужчина свернул газету и, оставив ее на месте экзекуции, немой тенью примостился у выхода из офиса, словив на себе насмешливый взгляд начальства.

Наконец, спустя мучительно долгое время потолок принял первоначальный вид, работяги в пять пар нетвердых рук затащили в офисный опенспейс оставшиеся столы, стулья и оргтехнику, после чего радостно отбыли опохмеляться. Офису еще предстояло придать жилой вид, подключить всевозможную машинерию и создать ощущение кипучей деятельности, но этим в дальнейшем предстоит заниматься ассистентам. В задачу этой особой породы работников их ведомства как раз и входили мелкие бытовые поручения, показная симуляция бурной деятельности для случайных зрителей и умение держать язык за зубами касательно всего того, чего им слышать и знать не полагалось. По мнению телохранителя, труд совершенно мозгоиссушающий, но на это шли, причем шли как правило жены и боевые подруги полевых стаци (так часто называли стационарных агентов), охочие до шпионской романтики и надеющиеся хотя бы таким образом видеть своих возлюбленных чаще, чем раз в три года по случаю увольнительной.

– Ну что, Ску? – Телохранителя выдернули из раздумий.

– Все штатно, шеф, – со вздохом ответил великан. Сокращенный вариант своего имени Скугга на дух не переносил. Хоть и минуло уже столько лет, но традиции того народа и того мира, из которого Ску происходил, засели в его мозгу намертво, как кривые гвозди. Поэтому для всех он был Скугга, для избранных, посвященных в тайну его рода – Скугга ден Варга и только в устах шефа он позволял себе быть просто Ску, поскольку тому, в отличие от остальных, был обязан всем, в том числе и – неоднократно – жизнью.

– Вопрос?

– Валяй, – за период их совместной работы они научились понимать друг друга с первого слова, а иногда и с пары незаметных окружающим жестов.

– Зачем это все?

– Мобилизация ангельско-демонических сил на ратный подвиг?

– Угу.

– Ну а что все только нам достается? Пусть ребята развлекутся! – Ску терпеливо дожидался, когда шеф перестанет зубоскалить и перейдет к делу. – Ты же не будешь отрицать, что ребята явно кого-то заинтересовали?

– Не спорю… О, напомнил! Ты как про Центр узнал? Ни в одном отчете этого не было, они ж шифруются почище контрразведки!

– А вот ты не поверишь – никак! Догадывался, что просто так бы им бегать не дали, но вот к кому их занесло – понятия не имел. Повезло, что у ангела с опохмела язык без костей – иначе б дольше пришлось комедию ломать. Но мне пригодилось все, что я знал из их досье, и будем надеяться, что они не заметили мелких нестыковок в моей версии. Но есть ведь и плюсы! Раз их Центр вербанул – нам ли с тобой нос воротить?

– Зеленые же еще, а ты на них всю операцию свалил!

– Друг мой, в нашем случае это самый лучший вариант из всех самых хреновых. Как ты знаешь, носорог подслеповат, но это, в целом, не его проблема. Так что пусть набьют себе все шишки, до каких смогут дотянуться!

– А разгребать? Нам?

– Ну а что ты предлагаешь? Завалиться татарской ордой на местную малину, всем лежать, остальным строиться, трамваям бежать справа? – Ску явно нарвался на тщательно подготовленную речь. – И что это даст? Мелочь всякую мы выловим, не спорю, кого-нибудь даже показательно сошлем инвентаризировать песок в Сахаре, а дальше? Пойми, большая часть наших врагов… или не, помнишь, как там недавно выразился наша главная аналитичка Бенуа? «Коллег с несовпадающей с общепринятой точкой зрения на социокультурную динамику», так, вроде? Вот ведь мудак мудаком, а как красиво изъебнулся! Короче, вся эта шобла возмутительно бессмертна, и им ни черта не стоит затаиться лет на триста, а потом отыграться на нас в роли того самого жареного петуха! – Ску слушал шефа и с сожалением понимал, что тот выходил во всем прав. Это бесило. В основном тем, что, вместо сто лет назад запланированного отпуска и хоть каких-то поползновений на обустройство личной жизни или хотя бы ее отдаленного подобия, опять придется заниматься выпасом крупного рогатого… В общем крупного рогатого и того, второго! – Так что, раз уж нам выпала в этой пьесе роль ведомых, дадим ребятам отличиться, а сами будем вести себя так тупо, как от нас этого, по всей видимости, ожидают, пока не сможем уцепить за бороду непосредственного организатора.

– Ладно, шеф, сглупил. Извини.

– Брось. Но и оставлять наших подопечных не годится, так что мне твой лучший друг человека понадобится. Одолжишь?

– Ну так, спрашиваешь! – Ску заулыбался в предвкушении. – Плотно обложить или так, издалека?

– Плотнее некуда, чтобы дел не натворили. И еще одна просьба к тебе будет, – Альфред на минуту задумался. – Надо бы, раз уж мы в это дело по локоть влезли, с начальством двух наших бравых комиссаров действительно договориться. Так что я по своим каналам подробности об этом персонаже выясню, а ты уж не сочти за труд его уломать.

– Не-е-е, шеф, ты лучше сразу поясни, тебе его уговорить или реально уломать? – великан широко ухмыльнулся, красноречиво намекая на спектр своих возможностей.

– Так, Ску, давай без лирики! Что хочешь с ним делай, хоть на пляж вези купаться… Но если он начнет пускать пузыри – проследи, чтобы не всплыл!

– Ладно, босс, понял! Тогда я к себе на пару часов, а вечером двину в город – осмотреться.

Дождавшись утвердительного кивка, мужчина вышел, оставляя начальника разбираться с бумагами и донесениями агентуры. Ночь обоим предстояла длинная.

***

– Напила-а-а-ася я пья-а-аной…

– Ури, да уймись уже, зараза!

– И не подумаю! Не дойду-у-у я до до-о-ома-а…

– Прекрати, сказал! Мы здесь должны отсиживаться, а не балаган на весь дом устраивать!

– А ты меня не подавляй! Лучше еще плесни, во!

– Нечего плескать, ты последнее пять минут назад прямо из бутылки всосал!

– Чего-о-о? Предатель, скотина, тварь последняя! О, а пошли, еще купим!

– Чего мы купим? Ночь на дворе!

– А-а-а тогда в бар! Андр… Андр… Тьфу! Андрас, пошли в бар?

– Куда пошли? Ты забыл, что нам сказали до завтрашнего утра из квартиры не выходить? – Ангел на секунду задумался.

– О, а тогда давай через окно вылезем? Нам же только через дверь нельзя! И только выходить, а не вылезать!

– Как? Куда? Совсем сдурел, что ли?

– Почему сдурел? Второй этаж всего. Вылезем на карниз, до первого этажа спустимся по наличнику – там бортик есть, я видел!

– Угу, а дальше как?

– Дальше? Ик! Пешком… Да там невысоко совсем! Ну, А-а-андри, ну дава-а-ай…

Уриил продолжал свое веселое буйство, а Андрас, глядя на него, все больше мрачнел. За прошедшие восемь месяцев он уже успел как следует изучить своего напарника. Ангел и раньше не отличался последовательностью в своем поведении, чередуя неуемный пыл и внезапные ласки с приступами раздражительности и мелкими бытовыми истериками, а после потери крыльев ситуация ожидаемо усугубилась. Теперь у Ури случались приступы практически неконтролируемого «веселья», сопровождавшиеся не менее жестким отходняком. И чем разгульнее была первая часть, тем мощнее и неотвратимей за ней следовала вторая. Андрас тайком даже купил пару книг по психиатрии, в которых быстро нашел сведения про биполярное расстройство личности, очень уж подходящее под симптомы, но на этом удача и закончилась. Шанс, что человеческие лекарства подействуют на ангела и вызовут хоть какой-то эффект, сильнее отрыжки, был минимален. Ну а про предложенные в той же статье методы поведенческой терапии и контроля эмоций Андрас с Уриилом, проведя столько столетий в различных войнах и будучи полевыми агентами, сами могли по паре книг написать. Толку-то от этого с их работой? Нет, Уриил держался и даже вроде изменился не так сильно, но все его состояние выглядело как-то… шатко. В итоге, оставалось лишь ждать и надеяться, что хоть что-то сдвинет Ури с мертвой точки, причем желательно в сторону от маячившей впереди пропасти. Так что, когда на них свалилось это покушение, а затем и чудик Альфред со своим заданием, Андрас был готов согласиться на все, не раздумывая, лишь бы было чем занять его белобрысый моральный груз.

Впрочем, сейчас все эти мысли затуманенный мозг Андраса посещать не решались, а засела там только одна-единственная, что так хорошо ему и пернатому уже давно не было, а если еще и вылазку в бар сделать, то есть все шансы, что до депрессняка ангел сегодня не дотянет – вырубится! Еще, правда, мучило подозрение, что просьба не выходить из квартиры наверняка распространялась и на окна тоже, но его уже уцепившийся руками за карниз Андрас предпочел игнорировать. К тому же ползущий следом ангел здравым рассуждениям не содействовал, норовя своими копытами наступить демону то на руку, то на голову.

Оба продолжали ползти по карнизу, пытаясь на ощупь найти пригодный для использования спуск вниз. Вдруг ангел, в очередной раз ощутив правой ногой выступ в стене, перенес на него вес, запоздало осознавая, что обычный кирпич не может считать Уриила тупорылым бараном и уж точно не должен высказываться об этом вслух. Успокоив таким образом свою совесть, Уриил принялся размахивать руками в попытке заново обрести равновесие, а не найдя его, ухватился одной рукой за Андраса, а второй с корнем выворотил из старой кладки один из кирпичей и кулем рухнул вниз.

Первая мысль Андраса после падения вслед за малахольным ангелом была о том, что обычно организм на реактивное сближение с асфальтом реагирует гораздо острее.

– Ах ты ж блядь!

Второй мыслью промелькнуло, что и асфальт не должен в ответ на столкновение начинать пьяным голосом материться на всю улицу.

Из-под лежащих пластом Ури и Андраса, отряхиваясь, начали выбираться три шатающихся тулова, по степени нетрезвости готовые составить конкуренцию ангелу и демону вместе взятым.

– Неправда, мы не такие! – контуженный после падения ангел попытался въехать в суть предъявленных ему претензий. – Андри вот вообще верный, как лебедь. Правда, милый?

На Ури уставилось три пары осоловелых глаз.

– Э-э-э… Вы чо, пидоры, что ли?

– Не, мы десант! Голубые береты.

– Чего-о-о? Это чо, ты тут из десанта?

– Ага, я и мой брат, кирпич!

– Да ты чего вякнул, сука! – один из амбалов взвился, незамедлительно приходя в ярость. – Я Кирпича двадцать лет знаю, а ты его в пидоры записал? Эй, Вовчик, давай-ка поучим эту падлу как на десантуру залупаться!

В руках у ночных знакомых подозрительно быстро блеснула пара кастетов и короткий нож.

– Ой, да вы не трудитесь, я это и так умею!

Слушая ответ Ури, Андрас с грустью подумал, что избежать столкновения с этими тремя смертниками явно не удастся, и приготовился отрастить когти, чтобы решить все дипломатические сложности побыстрее. Не то чтобы он возражал против мордобоя, но ведь хотели же день тихо пересидеть!

Один из парней как раз двинулся в их сторону, намереваясь заехать Андрасу кулаком в челюсть, как вдруг со стороны темного проулка между домами до участников стихийной баталии донеслось низкое утробное рычание, а еще через несколько секунд первый нападавший скрылся из виду, заслоненный косматой тушей огромного черного пса.

Псина, не дав никому опомниться, вцепилась ему в руку и, повалив на землю, с довольным рыком принялась тормошить свою добычу. Удостоверившись, что жертва больше не предпринимает попыток защищаться, а только тихо поскуливает, придерживая располосованную конечность, волкодав оскалился на оставшихся двух парней, находящихся в тихой пьяной панике, и ринулся в их сторону, ни в кого конкретно, однако, не целясь. Это его жертв деморализовало окончательно: что делать с людьми, те еще худо-бедно представляли, а вот наличие косматой угрозы в их миропорядок явно не помещалось.

Погоняв качков еще какое-то время и дождавшись, пока те догадаются подобрать раненого товарища и свалить, пес с рычанием развернулся в сторону молчаливо наблюдавшими за боевыми действиями ангела и демона. Из ощеренной пасти на асфальт закапала слюна и кровь незадачливого гопника. Зрелище получилось жутковатым.

– Андри, похоже, наш спаситель настроен как-то недружелюбно. Может, ну его этот бар, пошли домой?

Демон согласно кивнул, пристально глядя на приближающегося хищника. Убивать пса не хотелось, только даром грязь разводить, но выбора могло и не представиться.

– Да. И через дверь на сей раз. Давай, медленно отходи во двор, старайся спиной к этой твари не поворачиваться – бросится.

– Ага, отличный план. Только это…

– Чего еще?

– Я ключи в квартире оставил.

– Ури, твою ж…

Спустя десять минут оба, матерясь, оскальзываясь и периодически оглядываясь на маячившую внизу псину, ввалились в окно явочной квартиры и, доползя до так и не разложенного дивана, рухнули друг на друга и провалились в сон. Пару раз беззлобно тявкнув и махнув хвостом, пес заспешил обратно в подворотню.

***

По безлюдным окраинам города осторожно передвигалась чья-то почти неосязаемая в ночных сумерках тень. Редкие тусклые фонари своим светом изредка выхватывали из тьмы то плечи и спину неизвестного, то его искаженное брезгливостью лицо. Боже, как он ненавидел этот город со всей его мразью и нечистотами. Не мог выносить вид и запах копошащихся в нем людишек. Хотя здесь, на окраинах, заполненных в основном пылью, руинами и заброшенными остовами бывших заводов, было даже немного легче. Но как она умудрялась любить все это? Получать удовольствие от существ, населяющих все эти дома-муравейники. Любить толчею по утрам, любить общественный транспорт с потными и пьяными со вчерашнего вечера пассажирами… А как она могла любить его? Будто бы это было в ее натуре, и будто бы он был этого достоин! Было похоже, что для заключения их союза им пришлось поменяться душами и всем своим естеством! И ведь она действительно любила, он знал это. Любила, и потому не давала любить себя. Только не так, как он хотел. Все из-за предназначения. Бездна, будь оно проклято!

Но он тоже ее подвел. Все должно было выйти совсем иначе! Но пришлось торопиться, еще немного – и даже этот мизерный шанс стал бы недоступен. Взрыв, хоть и не достиг тогда цели, выиграл ему немного времени на новую попытку. Но теперь все опять ползло по швам и еще больше запутывалось… Откуда взялись эти неизвестные доброжелатели? Проклятые людишки – а он был уверен, что это именно они – посмели предложить ему «взаимовыгодный союз». А потом еще и имели наглость попросить предоплату за свои услуги! Гнилые отродья! Но они ведь знали, что у него нет выбора. Откуда? Теперь уже неважно. Важно было то, что вот он, проглотив свою гордость и сдерживая распаляющееся внутри бешенство, как червяк ползает по горам мусора и кирпичей, столь любимым местными контрабандистами. Он и сам частенько оставлял здесь передачи своим связным: найти их было невозможно, если точно не знать, где искать.

Вскоре он обнаружил описанное ему место и принялся копошиться в обрывках полиэтилена и обломках старой черепицы. Вот, наконец, послание для него было найдено – маленький черный сундучок с лакированной крышкой, а внутри – напечатанное машинным шрифтом письмо и маленький хрустальный фиал в форме капли с затейливой серебряной окантовкой. Решив, что позже выяснит предназначение сосуда, он углубился в чтение, но через минуту в ярости отбросил от себя лист бумаги и заметался по нагромождениям строительного хлама. Дьявольщина! Как эти твари посмели?! О, с каким наслаждением он своими собственными руками выпотрошит каждого из них! Будет отгрызать кусок за куском, а они будут жить и чувствовать все каждое мгновение оставшейся им жизни, уж это-то он им гарантирует!

На то, чтобы успокоиться, понадобилось некоторое время, но все же он справился со своим порывом и принялся ожесточенно обдумывать ситуацию. Подумать только, они потребовали от него дать им кровь светлого в качестве предоплаты. Это не укладывалось в голове! Зато становилось понятно, зачем нужны были все эти игры с тайниками и подворотнями – в городе такой обмен незамеченным уж точно не совершить. Он еще раз медленно взглянул на ларец с хрустальным сосудом в нем, так и лежащий открытым на горе кирпичей. Оплату предлагалось произвести немедленно и оставить в том же тайнике. Он рвано выдохнул и потянулся рукой к небольшому ножу с вороненым лезвием, спрятанному в незаметной кобуре под мышкой. Терять уже нечего. Пусть так. Он пойдет на все, чтобы достать ключ и стать наконец свободным!

Глава 5. Всходы

Охота – это когда охота. А когда неохота, то кому это надо.

Охотник из «Красной Шапочки»

Утреннее мироздание встретило Андраса немым укором, отлитым из чугуна и, судя по ощущениям, сброшенным прямо ему на темечко. С трудом отпихнув от себя Ури, который мешком опилок провалялся на нем всю ночь, он с трудом доплелся до умывальника и, с усилием восстановив в памяти принцип действия смесителя, минут на пять сунул голову под холодную воду. Отмороженный мозг на какое-то время перестал болеть и подал владельцу идею спуститься на первый этаж, где к этому времени уже должны были оказаться их новые документы.

Эта идея была ничем не хуже других, поэтому, убедившись в недобудимости ангела и потратив минут пять на поиски ключей, Андрас направился к почтовым ящикам. Характерный коричневый конверт оказался на месте, а в нем обнаружились паспорта, водительские удостоверения и даже медицинские полисы на имя Андрея Свиридова для Андраса и Юрия Лившица для Ури. Демон хмыкнул – что ж, в пунктуальности их новому начальству отказать было невозможно.

Поднявшись обратно в квартиру, Андрас заварил две чашки кофе, надеясь, что запах пробудит к жизни еще пребывающего в коме Ури. В противном случае, подумал демон, этот обжигающе-горячий напиток можно будет влить ангелу за шиворот. Последний, словно предчувствуя готовую свершиться расправу, открыл глаза и со стоном приподнялся на локтях.

Уриил проснулся и с настроением посмотрел на белый свет. Настроение было мерзким, свет мутным, а жажда убивать все живое с каждой минутой все более материальной. Ее прибывало все больше вместе с головной болью, которая, казалось, сдерживалась и копила силы всю ночь и дожидалась пробуждения владельца эпицентра страданий для того, чтобы испытать на нем все свои возможности.

Пробурчав что-то нечленораздельное в адрес вселенной, ангел было решил обрушить на нее все громы и молнии, или хотя бы обрушиться самому, как неведомая сила пихнула ему под нос стакан с какой-то шипящей жидкостью. Уриил собрался зашипеть в ответ, но наткнулся на хмурую рожу Андраса и передумал.

– Чо вчера было?

– Скорее, чего вчера не было. Пей, это аспирин. На столе кофе и бутерброды.

– С-спасибо! – ангел жадно присосался к протянутому стакану.

– Ты как, работать вообще сможешь? А то наша новая легенда с утра уже подоспела, можно и делом заняться, – Андрас взглядом указал на лежащий на столе конверт.

– Смогу. Через пять минут…

Спустя полтора часа, во время которых Уриил дважды успел уснуть, один раз практически стоя, они в результате вывалились из квартиры и, наполняя коридор молодецким перегаром, двинулись вниз по лестнице.

– Ехать далеко?

– Не особо, – Андрас замедлился, припоминая детали своего предыдущего визита: – Но это за городом, так что сначала придется попутный транспорт искать.

– Зачем? Сейчас такси вызову, подожди минуту.

– А ты что, помнишь наизусть номера всех окрестных таксопарков?

– Через приложение, Андри! – Уриил помахал перед носом демона одним из подаренных им накануне телефонов. – Я иногда тебе удивляюсь: ты на Земле, вроде, не первый год, так как ты умудряешься уворачиваться от всех достижений технического прогресса человечества?

– А зачем мне? – Андрас хмыкнул. – У меня на то личный пернатый референт есть. Которому я крайне дорог, и бить он меня ни в коем случае не буде-е-е-ет! – Последнюю фразу демон выкрикивал уже скатываясь кубарем с лестницы и прячась от взбешенного ангела за входной дверью, в которую тот немедленно принялся колотить двумя руками.

В такой возне оба, на ходу пытаясь отряхнуться и перевести дух, пыльными мешками вывалились из подъезда, где Андрас со всего размаху влетел в спину застывшего столбом Ури. Собравшись высказать ангелу все о его грации и пластике, Андрас вдруг почувствовал, что замер тот не просто так: на газоне прямо перед их подъездом сидело косматое чудовище с огромными черными глазами, в котором демон не узнал, а, скорее, почувствовал их вчерашнего непрошенного защитника.

– Ой, собачка! – Ангел, припомнив вчерашний боевой оскал «собачки», инстинктивно отполз за спину Андрасу. – А ты же не собираешься нас доедать?

Демон только усмехнулся: притворный испуг способного покрошить в капусту целую армию ангела серьезности ситуации не добавлял, да и животное, хоть и выглядело при дневном свете еще страхолюднее, чем ночью, нападать, судя по всему, не собиралось. Вместо этого пес принялся активно мести хвостом пыль и умильно склонил голову набок, рассматривая осмелевшего ангела, который потихоньку начал подбираться к своей цели с намерением затискать ту до смерти.

– Уриил, вот скажи, тебе что, в жизни так не хватает индивидуумов, кусающих тебя за задницу? Куда ты опять полез?

– Андрас, ты черствый сухарь! А еще сволочь! Правда, он сволочь? – Ури запустил ручонки в косматую гриву псины, которая теперь млела от восторга, растекаясь по газону довольной, но при этом все равно очень волосатой лужей. – А у меня, между прочим, большое и доброе сердце!

– Чье оно, кем был несчастный? – За свою фразу Андрас был удостоен с большой буквы Взгляда, призванного испепелить адресата и избавить мироздание от язвительных комментариев, направленных в его, ангела, сторону. Но развившего приличный иммунитет демона заткнуть было не так-то просто. – Учти, если ты решишь уподобиться Симеону Столпнику² и натащить к нам в дом блох для пропитания их святой кровью, то ночевать будешь под дверью на коврике!

– Ух ты, и откуда ж у тебя столько познаний из жизни святых великомучеников? – Ангел даже на секунду забыл, что должен был бы обидеться.

– А кто, как ты думаешь, его на это надоумил?

Придумать достойный ответ на эту подколку Уриилу помешала желтая машина такси, вырулившая на стоянку перед домом и своим прибытием разрушившая наступившую идиллию. Следующие пару минут Андрас был вынужден потратить на общение с таксистом, уточнение маршрута, жалобы на отдаленность пункта назначения в частности и нелегкую долю простого среднеазиатского таксиста в целом и только после этого смог усесться на заднее сиденье, дожидаясь Ури и прикидывая, как бы половчее выкинуть в окно набор ароматических елочек, висящих сбоку от его места.

Закончив тискать псину, Уриил, наконец, соизволил плюхнуться на сиденье, радостно глядя на Андраса, корчившего ему брезгливые гримасы. Такси вскоре оказалось за городом и направилось вдоль лесополосы. Весь путь до окраины города прошел без заметных приключений. Ремонтная мастерская обнаружилась возле съезда с федеральной трассы. Как понял Андрас, в основном здесь оказывались дальнобойщики, которые по каким-то причинам не смогли сами справиться с ремонтом своих фур или же банально хотели отоспаться под благовидным предлогом поломки. Более удобного прикрытия для промежуточного пункта переправки контрабанды вообразить было сложно. Водитель такси высадил их прямо на обочине и, получив в оплату пару купюр, поспешил выехать к следующим заказам.

Андрас быстро оглядел знакомый ему по предыдущему визиту барак с тремя гаражными створками и уверенно двинулся мимо ярко-красного щита с двумя конусообразными ведерками в сторону заднего двора. Дойдя до обшарпанной металлической двери, через которую предполагалось попадать на работу сотрудникам мастерской, он потянул ручку на себя и оказался в облаке горюче-смазочных, протирочных, а иногда и, чего уж греха таить, горячительных материалов. Все здание внутри было залито белым медицинским светом, позволяющим как следует рассмотреть стоящий прямо по центру внедорожник. Валяющиеся рядом с автомобилем пустые ведра из-под краски, скрученные номера и две уголовного вида рожи местных «левшей», заподозрить которых в умении что-либо отремонтировать мог бы только самый безнадежный оптимист, довершали общую картину. «Мастера» попытались было возмутиться неурочному вторжению, но, увидев Андраса, благоразумно передумали и постарались не отсвечивать.

Демон, мельком отследив наличие ангела позади себя и напрочь проигнорировав немое удивление «ремонтников», широким шагом направился в дальний конец шараги, где за еще одной дверью располагалась местная штаб-квартира. Офис встретил ангела и демона настоянным запахом перегара и табака, а также письменным столом со стратегически расположенным на нем спящим туловищем и калейдоскопом разномастных и подозрительно пустых бутылок.

Дождавшись, когда Уриил прикроет дверь, Андрас с тяжким вздохом подошел к спящему и, взяв за шиворот, несколько раз резко встряхнул над столом. Убедившись, что владелец офиса пришел в сознание, демон отошел на пару шагов назад и, скрестив руки на груди, принялся ждать отложенного эффекта. Наконец, до сидящего за столом человека дошло, что его сон пошел по незапланированному маршруту, и он резко вздернул голову, явив всем желающим свой гордый, хоть и помятый от длительного лежания, профиль. Профиль был продолжительное время небрит, лысоват, одутловат, коротко подстрижен и обладал всеми отрицательными и ни единой положительной чертой человека, разменявшего четвертый десяток по самому невыгодному курсу. Сам же владелец профиля представлял собой образец классического братка из девяностых, слегка оплывшего со времени бурной молодости и сменившего малиновый пиджак на более привычный прикид пролетария, состоящий из застиранной футболки и спортивных штанов с традиционными тремя полосами. Глаза сидящего метались по кабинету, тщетно пытаясь объяснить своему владельцу суть с ним происходящего. Ангел с удовольствием наблюдал, как на лице человека попеременно отражался гнев, недоумение, прискорбный уровень интеллекта, а при взгляде на хмурое лицо Андраса – еще и панический ужас.

– Че? – Нервы забулдыги за столом наконец не выдержали.

– Да ты, Леха, не нервничай! – Ангел расплылся в хищной улыбке: – Мы к тебе всего на пару вопросов. И, при правильных ответах, это будет совсем не больно!

– Че?

– О, кажется, наметился диалог! Куда дел золото партии?

– Че?!

– Так, Юрий Александрович… – Демон закатил глаза и, отодвинув ангела, наконец решил вмешаться. – Я рискну поднять интеллектуальный уровень вашей беседы на недосягаемую высоту.

С этими словами Андрас подошел к слабо дернувшемуся мужчине и ухватил его за волосы. Пахнуло озоном, по комнате прокатилась волна раскаленного воздуха, поднявшая температуру сразу на пару градусов, а рядом с довольно оскалившимся Андрасом оказался слегка дымящийся, но абсолютно трезвый владелец мастерской.

– Ловко! Где научился? – Демон пожал плечами на вопрос ангела.

– Попал бы на одну из наших вечеринок – и не такому бы научился. Ну что, попробуем все сначала? – Последняя фраза была обращена уже к владельцу кабинета.

– Ага. Вы кто?

– А мы, Леша, с некоторых пор твои самые лучшие друзья! Меня зовут Юрий, а вот ту улыбчивую фею-крестную с косой саженью в плечах – Андрей.

– И что вы, клоуны, тут забыли? – Мужчина, придя в себя и заново обретя присущую ему наглость, попытался встать из-за стола, но был вовремя остановлен рукой Андраса, до хруста костей сжавшей его плечо. – Ах ты ж, сука!

– Ну вот, не представился, не поздоровался. Теперь еще и оскорбил. А мы всего-то поболтать хотели.

– Пусти, бля! – Демон, не реагируя на вопли, продолжал медленно сжимать пальцы на плече извивающегося владельца мастерской. – Убью, сука!

– Егор Андреевич, кажется, нам здесь не рады. – Уриил подал Андрасу знак ослабить хватку и выжидающе уставился на скрюченного мужчину. – А мы ведь так и не познакомились!

– Алексей я! – Взвизгнул владелец офиса и, видимо, не найдя путей к отступлению, придушенно прохрипел: – Чего надо?

– Сущие пустяки! – Ангел достал из заднего кармана эльфийский амулет и кинул его на стол, заставив мужчину дернуться так, будто он увидел перед собой гремучую змею. – Расскажи все, что знаешь о местной контрабанде и, в частности, вот об этом.

– Ничего не знаю! Ничего! – Мужчину затрясло. – И вообще, у меня права есть!

– Так это только пока, милый! Я тебе сейчас твои права по одному выдергивать буду, если ты нам все не расскажешь. Начнем с права на свободное передвижение, а там и до права на самоопределение дойдем…

– Чего? – К удивленному взгляду допрашиваемого добавился такой же от Андраса.

– Ноги, говорю, повыдергаю и в задницу обратной стороной затолкаю! Так понятнее стало? – Ангел выдал еще один свой фирменный оскал.

– А я вас помню, кстати. Вот его точно! – Внезапно выдал Алексей и нервно покосился на Андраса. – Это же ты какие-то блестяшки для Корнелии, мать ее волшебницу, приносил?

– Корнелия? Это еще кто? – Ангел с интересом рассматривал их невольного осведомителя. Тот на удивление быстро умудрялся перейти от состояния пьяной свиньи до буйного гопника и далее стремительно превращался в опытного дельца, готового, по мере необходимости, сдать всех, кого надо. И если с первой метаморфозой ему помог Андрас, то вторую он осилил сам, и в самые рекордные сроки.

– По паспорту она Неля Стицюк если что. А Корнелией заделалась лет пять назад, для солидности – когда бордель в центре города под крыло взяла. Только я-то точно слышал, как она по малолетке за кражу трусов на рынке залетела! – Мужчина нервно дернул плечами. – В общем, весь ваш антиквариат драный через нее идет. Так что с ней и разбирайтесь! А я пас, мне последнего раза на всю оставшуюся жизнь хватит!

– О как! Стало быть, есть все же в городе бордель, не обманул очкарик! – Уриил, казалось, неподдельно удивился этому факту. Демон мрачно пожал плечами:

– Так ловко догадался, либо так и знал с самого начала.

– Э-э-это как раз понятно, наш работодатель давно уже требует себя протереть – больно мутный, сволочь! Но сейчас не об этом! – Уриил вновь широко улыбнулся и переключил все свое внимание на Алексея:

– Так что у нас было в этот самый последний раз?

– Фургон приехал, – Алексей тяжело вздохнул, словно готовясь нырнуть под воду, и продолжил: – Все, как бы, как обычно было, только разгружались они в этот раз сами – внутрь никого не подпустили. Ну да, вроде как, не наше дело, правда? Выгрузили они часть барахла в схрон – там всегда все добро хранится, пока Нелька с покупателей аванс не вытрясет.

– Дальше что? – Казалось, ангел и демон произнесли эту фразу одновременно.

– А дальше, пока рядом никого не было, черт меня дернул в фургон полезть. Вот как нашептал кто! Ну я и заглянул на свою шею, а там – пять деревянных ящиков в два ряда: натурально, как гробы, только с дырками! – Алексей все больше распалялся, беспорядочно махая руками и уже не обращая внимания на хмуро переглядывающихся дознавателей. – Полазил я там, но без толку: такую домовину пальцами не больно-то поковыряешь. Зато стоны я оттуда точно слышал! Решил, что нахер такие фокусы – проще за монтировкой в гараж сходить, а если кого в этих ящиках найду, то этой же монтировкой уебкам, которые их привезли, бошки поотшибаю! Вылетел из фургона – и чуть мордой не вписался в того хрена, что у них разгрузкой командовал. Я, еще когда они приехали, подумал, что больно он деловой, только что не во фраке. Он на меня только раз зыркнул – и пиздец, я аж как дышать забыл. – Мужчина снова мелко затрясся. – Я ж, вроде, не из пугливых, да и в войну на кишки по стенам насмотрелся, но тут… Я, блять, более безумного взгляда в жизни своей не видел! Верите, нет – от одной игры в гляделки чуть не обделался! Хотя, чего бы вам не верить, – сами-то из той же обоймы!

Алексей нервно покосился на внимательно наблюдающего за ним Андраса.

– Одним словом, не знаю, что это за дерьмо было, может, мне вообще все померещилось! А может, Нелька на старости лет совсем с глузду двинулась и решила свой отряд элитных проституток пополнить, а может, органы нынче в цене, только я не для того пол-Чечни на пузе прополз, чтобы работорговцем заделаться! – Алексей с размаху саданул кулаком по столу, заставив вздрогнуть Ури и весь набор стеклотары вокруг себя. – Так что постоял я перед этим упырем, даже сказать ему ни хрена не смог! Так и стоял пнем, пока они не уехали. А с тех пор вот…

Мужчина махнул рукой в сторону пустых бутылок, более чем красноречиво намекая на весь спектр своих дальнейших занятий, а потом уставился на Ури тоскливым взглядом, в котором в равной мере смешалось отчаяние, стыд и какое-то звериное упрямство. Ангелу такое сочетание показалось если и не правильным, то, по крайней мере, достойным уважения. Да и сам человек, сидящий перед ним, несмотря на сомнительный способ заработка, на статус распоследнего ублюдка не тянул.

– Весело, однако… – мрачный тон Андраса явно намекал на все, кроме, собственно, веселья. – Ладно, думаю, мы не сильно потратимся, если заедем к этим вашим почтальонам на вежливую беседу. Известно, куда они дальше поехали?

– Чего, реально полезете туда, что ли? – Алексей оторопело и с затаенной надеждой уставился на демона. – Куда поехали – без понятия, но Нелька сто процентов в курсе! А, и кстати, про цацку-то эту я еще не рассказал! – Мужчина кивком указал на брошенный ангелом амулет. – Я, когда по фургону ползал, в углу деревянный сундук заметил. Шкатулку даже, но явно старинную: уж очень много вензелей для дешевки. Еще про себя подумал, мол, какой идиот решил антикварную хреновину без упаковки прям на полу перевозить. В общем, внутрь я не заглядывал, но на крышке точь-в-точь такая же ящерица вырезана была!

Уриил негромко присвистнул. Он даже предположить не мог, что первая же беседа даст им такое количество информации. Все это требовало скорейшего осмысления, вот только те самые пресловутые пять ящиков намекали на то, что роскоши времени у них как раз и не было – кто бы сомневался!

– Ладно, Алексей, – Уриил для разнообразия решил перейти на серьезный тон, – нам от вас будет нужен адрес этой Корнелии…

Мужчина, не дав ангелу договорить, принялся лихорадочно шарить по ящикам стола, пытаясь найти бумагу и ручку, после чего дрожащими руками стал записывать требуемое, а закончив, сунул скомканный клочок бумаги в подсохших коньячных разводах в руки Андрасу.

– И это… – Алексей замолчал, явно пытаясь подобрать нужные слова. – Я там телефон свой написал. Если от нас с ребятами какая помощь понадобится…

Андрас молча кивнул, с серьезным лицом убирая в карман бумажку с адресом и эльфийский амулет, и уже порывался двинуть на выход, но заметил Ури, успевшего сменить серьезное выражение лица обратно на ухмылку, традиционно означающую, что ее адресату не грозило в ближайшем будущем ничего хорошего.

– Кстати, о помощи… Алик, а чья это там машина стояла свежеокрашенная?

– Дайте угадаю… Ммм, ваша? – Алексей невесело усмехнулся, демонстрируя чудеса прозорливости.

– И что, прям-таки и отдадите?

– А мне-то что? Это Михея зверь. А его самого месяц назад за груз паленой водки приняли – так ему теперь личный транспорт в ближайшие пару лет без надобности.

– Ух ты, неужто наши доблестные органы работают и бдят?

– А как же! Если паленое пойло брать не у сыночка местного губера, то бдят аж в две смены! – Ангел укоризненно покачал головой. – Так и быть, джип забирайте, не жалко! А уж если вы с этими мудаками разобраться сумеете, так я вам еще и должен буду.

Хозяин кабинета с кряхтением встал из-за стола и, потеснив Абигора, направился к порогу. – Сейчас ребятам скажу. Кстати, а как я так протрезветь умудрился, что аж ни в одном глазу? Целый ящик же выжрал… – И, качая головой и явно не ожидая ответа на свой вопрос, вышел к напряженно ожидающим его у джипа работникам.

Спустя сорок минут, в которые уместилось представления Уриила и Абигора как старых друзей Алексея, прикручивание новых номеров на подсохший после покраски лендровер, братания, прощания и заверения в вечной дружбе, сидящий за рулем Абигор плавно вырулил на дорогу и повел автомобиль в сторону города.

– Ну что, домой или сразу в этот их дом терпимости удовольствий?

– Давай по адресу, пока светло, – Уриил явно был настроен решительно. – Кстати, нам далеко?

– Приречная набережная, дом шесть. Клуб «Сирена». Элитное местечко, – Андрас сверился с благоухающей коньячным перегаром визиткой. – С поправкой на географию, конечно, сам понимаешь. Время обеденное, так что по пробкам доедем минут за сорок. Ты в этом клубе был, кстати?

На обращенный к нему вопрос Уриил состроил ангельски-невинное выражение лица.

– А то я не знаю, где ты в мое отсутствие шляешься! – Андрас откровенно ржал, глядя на нахохлившегося на соседнем сиденье ангела.

– То есть ты за мной следил? – Уриил, видимо, решил, что лучшей оборотной будет нападение.

– А не должен был?

– А мне, значит, решил не говорить? И попросить этого не делать тоже нельзя было?

– Это ты мне сейчас так твою нравственность блюсти предложил?

– Еще раз ответишь вопросом на вопрос, я из тебя самого фалафель скручу! – На этих словах Уриила Андрас неожиданно утратил всякую веселость и ответил абсолютно серьезно.

– Не следил, беспокоился. Не стоило? – В последней сказанной фразе слышался рык, заставивший ангела медленно выдохнуть. На самом деле потребовать от Уриила прекратить его ночные загулы демону хотелось до зуда в руках, хотя никаких разумных доводов к этому у него не имелось. Но, в конце концов, он решил на ангела, который и так, по милости их начальства, был посажен, как герань в кадку, лишний раз не давить, а просто вести дистанционный учет его перемещений.

– Стоило. Извини. – Вспышка прошла, Уриил поспешил перейти к делу. – В этом клубе не был. И если нашей запойной канарейке спьяну ничего не приглючилось, и под его вывеской действительно работает бордель, то с попаданием внутрь у нас будут явные проблемы. Пропуска у нас нет, а рожи протокольные есть.

– Не думаю, что это такая проблема. Город маленький, любое совсем уж закрытое заведение выглядело бы подозрительно и привлекало слишком много внимания. Так что в сам клуб мы, допустим, попадем. А вот дальше интереснее: плана здания нет, никого своего внутри тоже. Силовой вариант исключен, особенно если тот, кого мы ищем – демон. Тогда быстро и без крови точно не получится.

– Удивительно, демон рассуждает о сопутствующем уроне. Но я согласен. Есть предложения?

– Найти внутри эту Корнелию и попробовать договориться. В крайнем случае – ее одну запугать проще, чем всю ее охрану и клиентов, да еще и демона до кучи.

– Может, тогда заявитьcя туда прямо сейчас? Середина дня, клиентов нет, да и клуб не работает.

– Вот именно. И выглядеть мы там будем как два клоуна на канате! А если за клубом следят, об этом не подумал? – Андрас раздраженно нахмурился. – Нас с тобой срисуют сразу же, как только мы вообще в его сторону посмотрим!

– Ладно-ладно, согласен. Тогда паркуйся где-нибудь в стороне, и устроим внеурочный променад по городу.

Глава 6. Урожай

Нет оружия более коварного, чем правда,

сказанная в нужное время в нужном месте.

Лорд Сен-Джон Болингброк

Спустя пару часов и несколько осторожных прогулок мимо дверей клуба стало понятно, что эффекта от подобной разведки будет немного. Да, у заведения имелась вывеска в виде силуэта какой-то русалки на фиолетовом фоне, а под вывеской вход, открывавшийся для посетителей с восьми вечера. Других способов попасть на территорию либо не существовало, что представлялось маловероятным, либо они были как следует запрятаны. В конечном счете Уриил предложил положиться на местный авось и дождаться открытия, а оставшиеся четыре часа провести, пополняя запасы их временного обиталища. В процессе массовой скупки продуктов Андрасу пришла в голову мысль, что заявиться на дискотеку в казенной униформе, шедшей в комплекте с их квартирой, будет не самой умной идеей и предложил затариться еще и одеждой. Ангел воспринял эту идею на ура, и в следующие два часа их арсенал пополнился новыми брюками, рубашками, свитерами и черт знает чем еще. Уриил, пытавшийся вначале выбрать себе новый гардероб по стилю, в конце концов сдался под напором Андраса и вместе с ним сгреб все, что примерно подходило по цвету и размеру. К двадцати двум оба стояли как штык под козырьком ночного вертепа в полной боевой готовности.

Андрас, не меняя привычки, зачесал волосы назад и вырядился в черную кожаную куртку, черную шелковую рубашку и брюки, став похожим на летучую мышь-переростка. Уриил же изобразил из своих кудряшек подобие ирокеза и вырядился в какую-то блядскую майку и штаны ниже ватерлинии, которые Андрасу хотелось содрать и то ли выпороть ангела, то ли трахнуть. Ей-богу, если бы демон не знал, что Уриил пришел с ним, он бы решил, что тот – работник борделя. Видимо, так же решила и охрана на входе, поскольку Уриила пропустили почти сразу. Андрас был награжден парой подозрительных взглядов, но в конце концов тоже допущен внутрь.

Клуб оказался… ну, клубом. Большое подвальное помещение, расположенное на уровне пары этажей вниз от гардероба, и забитое трясущимися под музыку людьми, табачным дымом и яркими вспышками лазеров. Над центральным танцполом располагался балкон, с ведущими на него двумя полукруглыми лестницами. По периметру танцпола располагались штук десять ниш с занавесками, о происходящем за которыми можно было лишь догадываться. Впрочем, заподозрить заведение в чем-то непотребном не представлялось возможным: с виду все было вполне невинно, насколько это было возможно для ночного такого рода места. Продравшись сквозь танцующую толпу в центр зала, Уриил толкнул Андраса локтем в бок и кивком указал на балкон.

– Ну что, как думаешь, стоит поискать начальство наверху, или пока что просто понаблюдаем?

К чему-то старательно принюхивающийся демон покачал головой и молча направился к барной стойке. Заказав себе и подошедшему следом Уриилу выпивку, он развернулся спиной к бармену и внимательно оглядел толпу. После чего наклонился к самому уху Уриила:

– Следов другого демона я не чувствую, хотя что-то здесь определенно есть. Ты сам как?

– Жив. И если не понадобится применять мои благоприобретенные таланты в такой толпе, то буду еще и здоров. Что ты почувствовал?

Андрас вздохнул. По историям, которые он старательно узнавал все последнее время, падшие ангелы могли улавливать чувства и эмоции других людей, используя эту способность для поиска новых жертв. Тем-то они и были опаснее демонов, которые могли лишь откликнуться на призыв смертного, желающего распрощаться со своей душой за возможность напакостить недругу, получить новый автомобиль или, как это нередко было в далеком прошлом, корзину репы. Толкать Уриила на такое Андрас, конечно, не планировал, но вот его поисковые таланты действительно могли бы пригодиться. Впрочем, это явно стоило отложить до более подходящего времени, поэтому демон подавил очередной вздох и принялся в который раз осматривать зал с конвульсивно дергавшейся толпой. Впечатление было неутешительное, а их затея все больше напоминала неумелую авантюру. Наконец, вынырнув из размышлений, Андрас понял, что от него все еще ожидают ответа, и торопливо пожал плечами:

– Что-то есть, но ничего конкретного. И я не чувствую присутствия другого демона. Так что, если он и существует в природе, то здесь его точно не было.

– А спрятаться он не мог?

– От меня? Только высший. Но в этом случае наше с тобой невезение можно будет увидеть невооруженным глазом из космоса, – ангел криво усмехнулся. За несколько дней пережить магическое покушение, заполучить новое задание из серии «пойди туда, не знаю куда» и заиметь в качестве противника высшего демона – было бы действительно перебором даже по его стандартам. Впрочем, за сегодня их пока что ни разу не попытались уничтожить, так что выводы делать было рано. Внезапно внимание Уриила привлекла женщина, выходящая из одного из альковов. Она была уже не молода и в своем узком платье-пенале и с забранными в тугой пучок волосами смотрелась удивительно органично сама по себе, но совершенно инородно среди разношерстной клубной публики. Женщина плавно направилась в их сторону, и ангел как раз было собрался в очередной раз ткнуть Андраса локтем и привлечь его внимание, как заметил, что тот тоже, не мигая, уставился в нужную сторону и как-то излишне напрягся, уперевшись спиной и руками в барную стойку.

– У нас проблемы? – Уриил на всякий случай подобрался, ища глазами пути отхода. Сомневаться в чутье Андраса, в отсутствие собственного, ему даже в голову не пришло.

– Я понял, что меня беспокоило. И да, могу поклясться, что эта женщина и есть Корнелия! И еще кое-что…

Что еще, Уриилу так узнать и не удалось, поскольку подошедшая к ним дама – другого слова и не подберешь – молча поманила их за собой и, не дожидаясь реакции, направилась в сторону ближайшей, ведущей на балкон, лестницы. Ангелу и демону ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. На балконе, заполненном мягкими диванами и отдыхающими на них в уже более откровенно виде, чем танцующие внизу, посетителями, они не задержались, пройдя вслед за хозяйкой заведения вглубь по незаметному коридору, и через несколько мгновений оказались в уютном кабинете, выходящем окнами во внутренний двор здания клуба. Так же молча указав на два из трех имевшихся в кабинете кресел, женщина прошла к своему месту и, глядя в упор на Андраса, наконец прервала нависшую тишину.

– Вы ведь демон, милый мой, не так ли? – Голос у женщины оказался под стать ее внешнему виду: строгий, но какой-то располагающий. У Уриила возникла идея, что такой голос больше подошел бы учительнице, а не хозяйке подпольного борделя и пункта переправки контрабанды. Андрас на заданный вопрос только мрачно кивнул, но затем счел нужным продолжить, скорее утверждая, чем спрашивая:

– А вы Корнелия? И еще… Вы заключили договор, я прав?

– Чего?! – Мигом вскинувшийся ангел почувствовал, что мимо него прошла незамеченной какая-то важная информация. Или от него ее нагло скрыли!

– Это то, что мне показалось странным, когда мы зашли. Договор… Ощущается, но не так, как присутствие демона. Особенно, если это договор с высшим. – Андрас вздернул бровь и вопросительно уставился на хозяйку кабинета. Та же лишь мягко улыбнулась, подтверждая слова демона.

– Да, ваш друг совершенно прав. Я действительно заключила договор и именно поэтому почти сразу почувствовала ваше с ним присутствие, а чуть позже сумела понять, кто вы. Сделка с дьяволом все же дает некоторое преимущество, – Корнелия позволила себе еще одну мимолетную улыбку.

– Как давно? Этот демон был здесь? – Андрас определенно не был настроен на светскую беседу. Корнелию, впрочем, это не сильно смутило.

– О, что вы, мой дорогой, моя сделка состоялась много лет назад. Сто пятьдесят, если вы планируете задавать даме бестактные вопросы. И демон, с которым был заключен мой договор, никогда в этих краях не появлялся.

– Астарот? – Вопрос Андраса был вновь задан с утвердительными интонациями.

– Все верно. Полагаю, никто из нас в тот день не был особо оригинален. Я хотела от него красоты и вечной жизни, Астароту… Что ж, ему, скорее всего, была нужна прислуга. – В голосе женщины можно было уловить горечь: – Может, когда-то он и планировал на мой счет что-то совсем другое, но это ваше схождение упростило очень многие вещи.

– Вы были вместе?

– Какое-то время, да. Это все давно в прошлом, разумеется. Поэтому вот уже больше века я являюсь управляющей принадлежащих ему увеселительных заведений, в одном из которых мы и находимся.

– Я сожалею. – На эти слова Андраса мадам только покачала головой.

– Не стоит, молодой человек. Все случилось, как случилось, и я совсем не уверена, что разрыв союза с демоном – это действительно стоящий повод для сожалений.

– Удивительно, что вы так охотно нам об этом рассказываете. – Уриил решил вмешаться в разговор.

– Чему научили меня почти двести лет моей жизни, так это выживанию, дорогой мой. Так что, когда в моем доме появляется демон на пару с ангелом, лучше сразу дать им то, что им нужно, не правда ли?

Ангелу оставалось только кивнуть. Второй раз за день в его присутствии люди проявляли поразительное благоразумие – это смущало и выбивалось из привычной статистики.

– Что ж, тогда, мадам Корнелия…

– Ох, перестаньте! – Женщина раздраженно махнула рукой. – Зовите меня Нелли, если угодно. Так у меня будет шанс хоть ненадолго ощутить себя не музейным экспонатом. Вы ведь, несмотря на ваш вид, намного старше меня, не так ли? – Уриил медленно кивнул.

– Значительно. Кстати, Корнелия – ваше настоящее имя?

– Для разнообразия да. Я в России совсем недавно, здесь меня никто не знает. Почему бы не использовать имя, данное мне при рождении? Остальное, как вы понимаете, выдумка. Могу я узнать и ваши имена?

Демон на секунду напрягся, размышляя, выдавать ли их настоящие имена, или стоит ограничиться выдуманными, но спустя мгновение решил, что хуже не будет. Откровенность Корнелии подкупала. Видимо, так же решил и ангел, вскочивший со своего кресла и отвесивший галантный поклон, чем вызвал еще одну улыбку Корнелии:

– Уриил к вашим услугам. А эта неотесанная чушка справа от меня – Андрас.

– Хах, прекрасно, мой милый! Что ж, раз мы познакомились, не желаете ли выпить? Или сразу перейдем к делу?

– Выпить – это всегда неплохо. – Ангел дождался, пока Корнелия разольет по заранее приготовленным бокалам коньяк и передаст их ему и Андрасу. – Особенно в свете того, что нас интересует. Что вы знаете об эльфах?

На лице Корнелии не отразилось ни одной эмоции, только едва заметно сжалась рука, державшая бокал. А потом женщина, выдохнув, сгорбилась в своем кресле и словно бы постарела разом лет на семьдесят.

– Что ж, полагаю, этого следовало ожидать. Их привезли девять дней назад, трое юношей и две девушки. Красивые, разумеется, но знаете… какой-то совершенно нечеловеческой красотой. – Корнелия замолчала, отпив из бокала и какое-то время собираясь с мыслями. После чего продолжила рассказ, говоря короткими нервными фразами. – Их доставили в ящиках, как каких-то животных. В очень плохом состоянии! Мне… – Руки женщины явственно дрожали. – Мне было предложено выставить их для клиентов. Мерзость полнейшая, к тому же такая глупая! В городе живет не так уж много людей, которые знают о том мире, в котором мы с вами живем. И даже если они являются клиентами моего заведения, их все устраивает и без подобной экзотики! Я согласилась – лишь на словах, безусловно. Поселила их в одной из комнат и поручила паре своих девочек, из тех, кому можно такое доверить, следить за ними. Все было, можно сказать, неплохо, но потом…

Корнелия покачала головой и, допив свой бокал, решительно встала из кресла.

– Это проще показать, чем объяснить. Идемте!

Женщина стремительно вышла из кабинета и направилась в противоположную от основных помещений клуба сторону. Уриил с Андрасом, переглянувшись, последовали за ней. В этот раз они снова спускались по лестнице, но в технической части здания, выглядевшей куда менее презентабельно: по потолку расплывались желтоватые разводы от былых протечек, со стен тут и там лохмотьями сползала штукатурка. Спустившись до подвального этажа, Корнелия открыла ржавую металлическую дверь и, перед тем как спускаться по очередной лестнице, оглянулась на своих спутников:

– Это очень старое здание. Здесь есть выход в катакомбы под городом. – Уриил хмыкнул.

– С каждым днем узнаю об этом городе все больше и больше. И все меньше и меньше мне это нравится.

Дальнейший спуск занял еще несколько минут, после чего все трое оказались в полутемном, выложенном кирпичом тоннеле. По стенам и под ногами текла вода. Из света была всего одна лампа в зарешеченном коробе, расположенная над последними ступенями лестницы. Корнелия, проявляя удивительную для своего возраста расторопность, продолжила двигаться вперед и через пару десятков метров свернула в боковое ответвление тоннеля. Ангел и демон догнали ее через минуту, оказавшись в некоем подобии комнаты, отгороженной от коридора хлипкой деревянной дверью, установленной, судя по ее виду, наспех и совсем недавно. Внутри было сухо, тепло и до некоторой степени уютно. С потолка свисали на проводах две лампочки, давая достаточно света, чтобы оценить обстановку в комнате: в дальнем конце были расположены четыре три металлические кровати и стойки с капельницами. А на кроватях рядком лежали… эльфы. Всамделишние: острые уши, неземная, какая-то не очень даже приятная красота и общий вид покойников. Хотя последнее, судя по всему, выбивалось из стандартного набора.

– Это случилось три дня назад. Заболели все сразу, кроме одного из них – его у меня забрали накануне. Надеюсь, что с ним не произошло ничего плохого.

Ангел криво оскалился, что в неровном свете комнаты смотрелось жутковато.

– Ну, он уже один раз сдох, так что больше ничего плохого с ним случиться действительно не должно!

Корнелия в испуге прикрыла рот и, подобно марионетке, у которой разом обрезали все нитки, резко опустилась на край одной из кроватей, где лежала бледная как полотно эльфийка. Но разозленного Уриила этим уже было не остановить:

– А что, хотите сказать, вам не плевать?!

– Уриил, послушайте… – Корнелия попыталась было вставить слово, но Ангел, заряженный высокооктановой моралью, тормозить не собирался.

– Да вам же их привезли как новых блядей для клиентов! Кому какое дело, что с ними будет? Сдохнут – тем лучше, только меньше проблем. Так что можете радоваться, от одного из них даже пепла не осталось!

– Нет, Уриил, не смейте! – на удивление Андраса, наблюдавшего за тем, как глаза ангела, по мере того, как тот все больше расходился, начинают светиться красным, Корнелию эта отповедь не особо проняла. А демон-то уже на ходу прикидывал, куда бы половчее сгрузить играющих в дрова эльфов, чтоб осколками не зацепило. – Я в своей жизни была много кем, и да, я руковожу борделем – не самым образцовым заведением сферы услуг. Но я никогда!.. – Женщина в ярости саданула рукой по спинке кровати. – Никогда и никого к этому не принуждала, ясно?! И каждый, кто вынужден здесь работать, может уйти в любой момент! И неужели вы думаете, мой светлый рыцарь, что я способна так издеваться над этими детьми? – Ее голос понизился до шепота. – Они ведь совсем дети, не так ли? Я не знаю их языка, да они почти и не говорили, всего несколько фраз – слишком ослабли и испугались, но интонации… Я не знаю, может быть, они взрослеют не так, как люди, но они явно выглядят старше, чем есть на самом деле?

Уриил молча кивнул. Андрас про себя отметил, что выглядит тот опустошенным, но успокоившимся; алое свечение в его глазах медленно гасло. Неожиданно ангел подался вперед и обнял сжавшуюся в его руках женщину. Так они стояли несколько минут. Демон, до которого все это время доносились всхлипы плачущей Корнелии, особого участия не испытывал, но, из уважения, не лез, неторопливо пересчитывая металлические прутья на спинках кроватей. Наконец, Уриил отстранился, на его лице отразилось непонятная решимость.

– Нелли, вы не могли бы ненадолго выйти? – Нервно вздрагивающая женщина пару секунд всматривалась в его лицо.

– Что вы хотите сделать, Уриил?

– Я… я не уверен, что получится. Но попробую что-нибудь для них сделать. Вы позволите?

– Да! Да, безусловно. – Женщина стиснула его руку так, что побелели пальцы, и поспешила выйти, на ходу утирая глаза. Пару секунд спустя ангел остался наедине с напряженным Андрасом.

– Что ты задумал? – Демон попытался положить руку на плечо прямого, как струна, Уриила, но тот увернулся.

– Она не врала, понимаешь? Не знаю уж как, но я это почувствовал. Долбанные новые способности, наверное, – ангел истерично хихикнул и был вторично сграбастан демоном. Правда, на сей раз решил не вырываться. – Но я знаю, что все, что она сказала, – правда до последней гребаной запятой! Она действительно пыталась помочь этим ублюдкам! И кем буду я, если сам не попробую сделать то же самое?

– Хорошо, действуй. Есть идеи, что с ними? – Андрас разжал руки и отошел на несколько шагов в сторону выхода. – Может, тоже какая-то эльфийская дрянь?

Уриил пожал плечами.

– Без понятия. Я и существованием самих эльфов никогда особо не озадачивался. Ровно до вчерашнего дня, когда один из них попытался меня укокошить. Так что экспертом мне не быть, как ни крути. Но ты прав, пока что все дерьмо, что сыпалось нам на голову, было эльфийского производства. Включая самих эльфов!

Демон внимательно вглядывался в лицо застывшего, как восковая статуя, ангела. Андрас примерно представлял, какие мысли обуревали голову его напарника, но и выбора в конце концов не было: либо Уриил рано или поздно примирится со случившимся с ним и попытается обуздать свои видоизмененные таланты, либо жизнь их будет чем дальше, тем более увлекательной, но вряд ли счастливой или продолжительной. Наконец, ангел прекратил внутреннюю борьбу и кивнул: – Ладно, понеслась…

Ощущения были непривычными, несмотря на то, что заниматься лечением ему было не привыкать. Потоки целебной силы, холодом проходящие через все тело и вырывающиеся из пальцев были знакомы ему столетиями. Теперь же все было иначе: он словно ощущал липкие щупальца яда, распространившиеся по телам лежащих перед ним существ, чувствовал слабое биение их сердец и замедленный ток крови. И сквозь все это он улавливал слабое биение душ, уже почти отделившихся от своих бренных оболочек и грозящих улететь в небытие. Нет! Уриил чувствовал, что нельзя этого допустить, и, не иначе как по наитию, принялся хвататься за ускользающие нити, заново привязывая их к отмирающим оболочкам, заставляя их сердца биться быстрее и разгоняя в венах скопившуюся там черную мерзость пополам с кровью. Андрас, наблюдая за процессом, только отступил дальше, когда вокруг его напарника начало разгораться слабое алое сияние, такое же, каким до этого светились его глаза. Тела эльфов на больничных койках принялись корчиться и выгибаться в немых конвульсиях. Демон не понимал, что происходит, но чувствовал, что приятным этот процесс уж точно не был ни для кого из его участников. Спустя несколько мучительных секунд беззвучной боли, судороги, как по команде, прекратились, а свечение вокруг его ослабевшего напарника померкло, а сам он, потеряв ориентацию, начал заваливаться вперед. Андрас едва успел подхватить Ури, прижимая к себе и заглядывая ему в лицо.

– И что это было, позволь узнать?

– Н-не знаю… – ангел тяжело и рвано дышал, пытаясь прийти в себя. – У них души уже оторвались почти, а я их обратно затолкал… и кровь им вскипятил! Это… больно, Андрас.

– Знаю, сам видел. И, кажется, догадываюсь, что это было.

– Просветишь? – Андрас со вздохом поставил ангела на ноги и на некоторое время задумался, видимо, решая, каким образом лучше подступиться к объяснению.

– Высшие демоны, как ты знаешь, могут себя лечить, только нам для этого требуется заемная сила. По сути, любой из нас может исцелиться, выкачав энергию из всего, что есть поблизости. Кровь живых существ для этого подходит лучше всего, как ты понимаешь, поэтому сам ритуал называется кровавый заем. Но ты ни из кого ничего не выкачивал, да и лечил не себя, а их. Так что точно тебе сказать, что произошло, я не смогу.

– Даже демон из меня дефектный получился… – Уриил смущенно улыбнулся. – Только им-то это, судя по всему, не особо помогло. – Ангел кивнул в сторону по-прежнему неподвижно лежащих эльфов.

– Думаю, что помогло. Кровавый заем ускоряет регенерацию, а если, как ты говоришь, они уже почти отбросили все мирское, включая копыта, то сразу не очнутся. Дня через три – может быть. Или через сто лет. Поди знай этих эльфов!

– Утешил, – Уриил к этому моменту смог твердо встать на ноги и, опираясь на Андраса, решительно направился к выходу. – Ладно, давай дадим указания нашей сиделке, наведем все наводящие вопросы и свалим отсюда!

Выйдя в коридор, они застали Корнелию нервно прохаживающейся вдоль стены и с искусанными от ожидания губами. Завидев Уриила, она метнулась к нему, не сказав при этом ни слова.

– Ну, я попробовал. И, как утверждает мой коллега, возможно, что-то даже получилось. Вы сможете их спрятать, когда они очнутся? – Корнелия судорожно выдохнула.

– Не уверена. Моих возможностей хватило, чтобы укрыть их здесь и обеспечить некоторый уход, но я мало кого знаю в городе…

– Так, понятно. Андри, что думаешь, не подрядить ли нам на это дело нашего нового знакомого, уж коли он так рвался побыть героем без страха, упрека и многих других полезных качеств? – Демон, согласно кивнул и повернулся в сторону Корнелии.

– Нелли, вы знаете что-нибудь об Алексее? С его слов, вы с ним как минимум пересекались.

– Владелец мастерской? Да, конечно, – лицо Корнелии приобрело деловой вид. – Бывший военный. Много пьет, и, если я могу позволить себе такое наблюдение, находится совершенно не на своем месте. Но мне всегда казалось, что ему можно доверять.

– Ну что ж, раз и вам так показалось, тогда стоит рискнуть. Как только эльфы очнутся и станут пригодны к транспортировке – звоните ему. Пусть увозит их хоть к себе на дачу, хоть к черту на блины.

– Вы уверены?

– Как в себе, – Уриил усмехнулся, но вышло кривовато: – То есть совершенно нет. Но и ничего лучше у нас нет. И теперь самый главный вопрос, Корнелия. Скажите нам имя того демона, который это все организовал. Вам ведь оно известно?

– Разумеется, мой дорогой, – женщина замялась, прежде чем продолжить: – Только почему вы так уверены, что тот, кто вам нужен, демон? Это был ангел, мой мальчик, такой же, как и вы.

На этих словах Андрасу пришлось отодвинуть застывшего с отвисшей челюстью Уриила в сторону и вступить в разговор вместо него:

– Кхм, Корнелия, вы уверены?

– Ну, разумеется, я уверена! – В этот момент Нелли стала как никогда похожа на оскорбленную в лучших чувствах учительницу: – Его настоящего имени мне никто не сообщал, как вы понимаете, но несколько раз я слышала, как к нему обращались по имени Сергей Викторович. Не знаю, насколько это вам поможет…

– Не сильно. А способы связи? Может быть, он будет в клубе в ближайшие дни?

– О своих визитах он никогда не сообщает. Есть номер мобильного телефона, но он всегда звонит сам и никогда не отвечает на входящие звонки.

– Все же лучше, чем ничего. Диктуйте номер! – Демон достал наконец-то пригодившийся казенный смартфон из заднего кармана брюк и приготовился записывать.

– Хмм, Нелли… – Вбив номер в память телефона, Андрас на секунду задумался, пытаясь ухватить мысль, бившуюся где-то на краю сознания: – Еще одно. Пару недель назад вам должна была прийти одна вещь… Амулет, похожий на моток проволоки с куском пергамента внутри. Где он теперь?

– Амулет из проволоки? Да, припоминаю такой! Мерзкая вещица. Обожгла ладони двум моим девочкам!

– Бедняжки? – усомнился демон.

– Дуры! – подтвердила Корнелия. – Лезут куда не надо! – После чего продолжила:

– Я передала его, как и все остальное, в руки этому Сергею, конечно. Он всегда забирает такие вещи лично.

– Очень интере-е-есно. – Андрас под конец перешел практически на урчание, как кот. Картинка складывалась чрезвычайно занятная, хотя, пока что все их расследование напоминало ему попытку сложить паззл безоблачного голубого неба из пары тысяч фрагментов. – Благодарю вас, Корнелия! Вы очень помогли. Будем надеяться, что не только нам, но и своим подопечным.

Дальнейшие прощания Андрас постарался, в меру своих ораторских талантов, поскорее свернуть и увести все еще слегка прибитого пыльным мешком Уриила куда-нибудь на воздух. Корнелия показала им запасной выход, действительно имевшийся в клубе и позволявший с относительным достоинством покинуть здание, пройдя метров пятьдесят по осклизлым кирпичам до металлической лестницы, ведущей в трансформаторную будку, вплотную примыкающую к стене соседнего здания. Напоследок Корнелия записала их контактные данные, пообещав держать их в курсе относительно эльфов и заочно известного им ангела, после чего попрощалась с Андрасом и Уриилом куда теплее, чем можно было ожидать, учитывая обстоятельства их знакомства.

Выбравшись наружу, Андрас первым делом встряхнул поникшего ангела.

– Эй, ты как?

– Не хочу пока даже думать об этом. Но при встрече выщипаю этому уебку все перья! – О ком Уриил вел речь, сомневаться не приходилось, равно как и в радикальности намерений ангела, особенно учитывая скорость, с которой тот поспешил сменить тему: – Кстати, еще там в кабинете хотел спросить, как ты узнал про Астарота?

– Из-за метки. Метку высшего демона ни с чем не спутаешь. А уж чем воняет метка демона похоти – тебе лучше даже и не знать. А дальше все элементарно, Асмодей с людьми не путается, они для него еда, не более. А вот про двухвековой давности интрижку Астарота со смертной в свое время не чесали языками только ленивые и мертвые. Так что всего лишь сложил два и два.

– Там что, все было так серьезно?

– Сложно судить, может быть. Точно могу тебе сказать, что продавшие Астароту душу себя так хорошо, как правило, не чувствуют.

– Забавно… – Уриил пожал плечами и не торопясь направился в сторону двора, где они бросили свою машину, чтобы лишний раз не светиться перед входом в ночной клуб. – А что за история с амулетом?

– О, это очень интересно! – Андрас довольно осклабился: – Помнишь ублюдыша, которого я порвал на последнем задании? Именно этой штукой он мне пытался голову отдельно от туловища в полет отправить. Меня заинтересовал дальнейший путь этой посылки: по словам босса, ее должны были передать другим сотрудникам Центра для изучения и обезвреживания. Скажи, здорово?

– То-о-о е-е-есть… – Уриил встал как вкопанный и уставился на демона: – Ты хочешь сказать, что сейчас мы, два сотрудника Центра, по заданию еще одного сотрудника Центра вышли на след другого сотрудника Центра, действующего по приказу нашего начальника из Центра? Правильно ли я все это выговорил и не многовато ли нас тут стало для одного вшивого городишки?

– Варианта два: нас либо используют втемную, либо это какая-то операция службы внутренних расследований…

– В которой нас используют втемную! – закончил вместо него ангел. – Кстати, а у Центра вообще есть эта самая служба внутренних расследований?

– Почему бы и нет? У всех ведомств такая есть, наверняка и у этих что-то подобное существует.

– Ну что ж, примем как рабочую версию, за неимением никакой информации об альтернативах. И поехали уже домой, я жрать хочу! – Ангел опять ринулся к машине, но остановился и уставился куда-то в район гаражей. – О Анри, смотри-ка, кто здесь!

Насторожившийся было демон только закатил глаза, как только увидел давешнего пса, сосредоточенно раскапывающего что-то в местной помойке. Пес был немедленно отловлен и в очередной раз затискан ангелом, которого Андрасу теперь хотелось протереть антисептиком и прокипятить в биксе в течение двадцати минут. На предложение присоединиться к почесыванию блохастого пылесборника демон только брезгливо скривился.

– Ну Арни, ну ты чего? Это же наш новый дру-у-уг, правда ведь? А как мы тебя назовем? Хочешь тоже быть Анри? – За спиной ангела послышалась предупреждающее рычание.

– Только попробуй, и я из этой груды меха ковер сделаю! И вообще, мы, кажется, домой собирались?

– Собирались, но передумали! Садись за руль, я знаю, что нам дальше делать.

– Просветишь?

– Будем выяснять все о нашем новом крылатом друге! Съездим к одному моему знакомому, он наверняка еще не спит.

– В три часа ночи?

–О-о-о, ты удивишься! Поехали, тут недалеко.

***

Семен Вениаминович чувствовал себя глубоко несчастным ангелом. Нет, ну правда, мало того, что он был купидоном, а значит, ангелом наиболее активно неуважаемым среди прочих, и купидонствовать ему приходилось с подагрой, лысиной и преизрядным пузом, в борьбе с которым не помогала никакая диета – Семен Вениаминович, к слову сказать, ни одной на себе не испытывал, но в их бесполезности твердо был убежден, – так, ко всему этому, и работа ему досталась самая подлючая из возможных. Нет, безусловно, он допускал, что кому-то при схождении повезло еще меньше, иные вон и вовсе превратились в обугленные головешки – не минула эта участь даже некоторых архангелов – но эти хотя бы отмучились, что, по мнению Семена Вениаминовича, было куда лучше той ситуации, в которой оказался он сам.

Ну да, конечно, он идеально подходил на должность куратора в городе, где и существ-то никаких, кроме людей, не было. Поначалу и сам он думал, что возможность осесть и перестать бегать с луком и стрелами за придурошными смертным может быть хорошей идеей – хоть колени отдохнут. Но когда ему так везло? Разумеется, уже через пару лет его службы какие-то ушлые ребята организовали в городе коридор для контрабанды, да такой, что теперь половина всей дряни – магической, запрещенной, а иногда и живой – шла в столицу и из нее через закрепленный за ним участок. И вот он уже не заштатный сотрудник Центра, сидящий на заднице за скромное жалование и обязанный раз в неделю обходить десяток ведомственных квартир, нужных на случай чрезвычайных ситуаций, а руководитель крупной ячейки и начальник целой агентурной сети, стоящей на страже мира и спокойствия смертных. На зарплату это, разумеется, никак не повлияло.

Но к демонам все, он бы и это перетерпел, но надо же было случиться так, что именно его агенты умудрились подорваться на непонятно как к ним пропавшей магической мине. Да еще и на одной из ведомственных квартир, да еще и так, что до сих пор было непонятно, живы они или мертвы, потому что от тел не осталось даже пепла. В общем, новость о взрыве стала основной темой для обсуждения на местном телевидении всего сутки назад, а с несчастного купидона сняли уже три шкуры, требуя личных и ежечасных отчетов по каждому поводу и угрожая спустить на него комиссию с проверкой, а самого ангела отправить в отдел корреспонденции на должность главного ответственного по учету и вывозу голубиного помета. А что он, спрашивается, мог сделать? Сослать бригаду оракулов на место преступления в четвертый раз? Но взрывом в округе по каким-то причинам выжгло все следы магии, и парни из бригады повадились невежливо крутить пальцем у виска на просьбы «пойти и еще что-нибудь поискать». Остальные агенты сутки как с ног сбились в поисках хоть каких-то зацепок, но толку от этого все еще не было никакого, а взыскания от начальства уже лежали на столе так и не распечатанными пачками.

Купидон устало стащил с лица очки и зажмурился. На часах было за полночь, а слезать с его шеи так никто и не планировал. Нет, к демонам в пасть все эти отчеты. Ничего нового он в них не скажет, а если уж попрут, то напоследок надо хоть отдохнуть как следует. Решение было принято решительно и очевидным большинством голосов, и уже через пятнадцать минут под зданием, в котором располагался офис Семена Вениаминовича, стоял служебный автомобиль, готовый отвезти начальника в любую точку на карте города. Закинув портфель и вальяжно усевшись следом сам, купидон похлопал рукой по водительскому креслу и, который раз внутренне решившись послать всех к черту, торжественно произнес:

– В клуб, Сереженька.

Названный Сереженькой водитель, может, и хотел что-то возразить, но субординацию нарушать не рискнул, поэтому, не сказав ни слова, вырулил с офисной парковки и отправился по давно знакомому маршруту. У дверей ночного клуба Семен Вениаминович оказался спустя ровно сорок минут и, небрежно махнув узнавшим его охранникам, последовал по лестнице вниз, а оттуда – прямиком к барной стойке.

Заказав пару стаканов самого дорогого виски, он, наконец, смог блаженно расслабиться и принялся ждать хозяйку заведения. Постоянных и важных клиентов она всегда встречала лично, чтобы тем ненароком не пришлось лишний раз обращаться за помощью к менее осведомленным работникам заведения. Но в этот раз вся вселенная явно была против купидона, потому что, докончив уже четвертую порцию виски, он так никого и не дождался, после чего решил действовать самостоятельно. Поднявшись по лестнице, он быстро нашел взглядом одну из девочек, выполняющих у Корнелии роль администратора, и решительно направился к ней.

– Лизонька, здравствуй! – Купидон на ходу перешел на тон, лишь ему одному казавшийся обольстительным, и запричитал слегка обиженно: – А что же меня никто не встречает?

Администратор, сегодня отчего-то напряженная больше обычного, дернулась при звуке собственного имени, но быстро поняв, кто перед ней, взяла себя в руки и расцвела в улыбке, в искренности которой не смог бы усомниться самый чуткий детектор лжи:

– Ох, Семен Вениаминович, приношу свои извинения! Мне пришлось ненадолго отучиться. Вы к нам отдохнуть? – Улыбка купидона стала благостней.

– Лизонька, для тебя просто Сема, ты же знаешь! Да вот, решил заглянуть. А что, Нелли нет в зале?

– Ох, нет, она отошла буквально полчаса назад. Какие-то проблемы с бумагами, но ничего серьезного. Вам ваш обычный кабинет?

В голове Семена Вениаминовича, который хоть и был насквозь купидоном, все же являлся начальником разведки, успела мелькнуть мысль, что из-за проблем с бумагами, да еще и не серьезными, хозяйка заведения из зала никогда бы не ушла. Но та, будучи уже не первой, проигнорированной за сегодня мыслью, отправилась вслед за караваном остальных домыслов и подозрений.

– Да, Лизонька, будь добра, – администратор пропустила его вперед, и они вместе направились в закрытую часть клуба. Дождавшись, пока они отдалятся от остальных посетителей, купидон продолжил:

– Мне сегодня, пожалуй, двух девочек и двух мальчиков. И бутылочку вашего лучшего виски, непременно. Кстати, Пашенька сегодня работает?

– Да, Семен Вениаминович. О вас спрашивал! Сейчас же все организуем.

Спустя десять минут успевший ополоснуться в душе купидон получил возможность облачиться в фиолетовый махровый халат и вольготно расположиться в отдельном номере, включавшем, помимо ванной с джакузи, огромную кровать, мини-бар с напитками и несколько стеллажей с лубрикантами, игрушками и всем, что могло бы понадобиться привилегированному посетителю. Налив себе еще одну порцию виски, купидон принялся ждать. Работники Корнелии, помимо того, что были экспертами в том, как доставить наслаждение даже самому взыскательному клиенту, всегда отличались еще и пунктуальностью. Семен Вениаминович в очередной раз отпил из бокала и блаженно прикрыл глаза. Скоро наконец можно будет расслабиться, и наплевать на все мнения и слухи о нем. В Центре о его увлечениях, разумеется, знали – и не одобряли, конечно же, но купидонская сущность требовала выхода, а кроме того, все в офисе давно были в курсе, что Вениаминыч больше любит наблюдать, чем участвовать.

Наконец раздался деликатный стук в дверь. Купидон вальяжно дал разрешение войти и замер в предвкушении. Но в открывшемся проеме оказались не местные нимфы, и даже не Пашенька – самый крупный из мальчиков Корнелии. Вошедший в комнату детина был под два метра ростом, косматый и с такими жуткими глазами, что у купидона мгновенно пересохло во рту. В руках незнакомец держал рулон армированного скотча – пожалуй, единственный предмет, отсутствовавший в богатом арсенале на стеллажах кабинета. Рывком преодолев разделявшее их расстояние, незнакомец оказался вплотную к купидону и, схватив за отворот халата, один раз с силой приложил головой о деревянную спинку кровати. Необходимость предпринимать какие-либо действия покинула Семена Вениаминовича – он отключился.

Глава 7. Жатва

Либо вы часть проблемы, либо вы часть ее решения.

Элдридж Кливер

Было далеко. Вообще, до места, в которое ткнул на навигаторе Уриил, ехать пришлось почти на самую окраину, где совсем недавно закончили строить огромный, современный – и оттого абсолютно бессмысленный – микрорайон, красовавшийся теперь однотипными фасадами, раскрашенными в веселенькие цвета, как в дурдоме. Подъехав к нужному дому, Андрас минут десять, матерясь, пытался найти подходящее место для парковки, остановив в конце концов свой выбор на детской песочнице – та как раз была нужного размера.

Без проблем преодолев неработающий домофон, ангел с демоном поднялись на мучительно неторопливом лифте на двенадцатый этаж и остановились перед нужной квартирой, после чего ангел принялся проводить инструктаж:

– Значит так, парня, к которому мы идем, зовут Йен. Он кореец, в местный институт приперся пару лет назад по обмену программирование постигать. На черта оно ему надо было – даже спрашивать не вздумай, а то до утра про романтику местных березок слушать придется. Я его от гопников местных отбил, когда те ему пытались принудительно кругозор расширить, а я им вместо этого дальновидность поднял на недосягаемую высоту.

– Это как?

– По башке дал и на дерево зашвырнул. Ты еще, когда в новостях это увидел, ржал как конь минут пятнадцать. В общем, пацан про то, кто мы такие, – ни сном ни духом, так что когти не распускай и старайся вести себя максимально естественно. Хотя нет, в жопу этот совет! Короче, по обстоятельствам действуй. И прекрати скалиться, как дебил!

Демон попытался скрыть улыбку, но получилось плохо. Ему с трудом верилось в то, насколько сильно преобразился Уриил, почувствовав хоть минимальную ответственность за кого-то. Теперь демон понимал, что не пускать ангела на боевые задания было самой большой глупостью, какую только можно было сделать. Они ж, блять, не выпускницы института благородных девиц, а два существа, проведшие в постоянных войнах и коротких передышках между ними не одно тысячелетие. Для них, кто бы что об этом ни думал, мордобой с применением огнестрельного, холодного и дробящего – привычный и, очевидно, единственно возможный способ прийти в себя и привести мысли в порядок.

Подтвердив Уриилу свои исключительно добрые и мирные намерения, Андрас отправил того звонить в дверь, а сам встал чуть позади, предполагая, что его кубатура в дверном глазке гарантированно будет смотреться недобро и немирно. Открыл им, спустя пять минут непрерывного названивания, всклокоченный черноволосый парень в безразмерной толстовке и пижамных штанах с покемонами. Увидев, кто перед ним, он сначала выпучил глаза, а потом принялся забрасывать Уриила нескончаемым шквалом вопросов и восклицательных интонаций:

– Ой, Юр, это ты? А чего ты так поздно? А кто это с тобой? Да вы заходите, чего на пороге стоять! Чай будете? У меня вареники есть! Вы есть хотите? Или салат? У меня, вроде, оставался! Я сейчас посмотрю! Ой, вам же тапки надо дать.

Андрас прошел в прихожую.

– А вы откуда приехали? Вы на машине? Ой, а у вас машина новая?

Демон уставился на стену и постарался лишний раз не думать.

– Юр, а ты меня покатаешь? А ты сам водишь или твой друг? А он хорошо водит?

Стена казалась такой привлекательно твердой, о нее до странного сильно хотелось приложиться головой.

Ангелу пришлось отвечать на нагромождение вопросов в одиночку. Демон же оказался полностью деморализован подобным напором и тупо нацепил на физиономию максимально похожую на настоящую улыбку, дожидаясь в прихожей, пока хозяин выделит им тапки, один за другим извлекаемые из шифоньера. Все четыре оказались разного цвета и формы. Проходя в небольшую, достаточно уютную, но какую-то нежилую гостиную, демон, выражение лица которого за прошедшие несколько минут не изменилось ни на миллиметр, успел ткнуть ангела в бок и прошипеть ему на ухо:

– Не знаю, Ури, что тобой двигало, когда ты решил умолчать о своем новом знакомом, но я тебе за это чертовски благодарен. У меня сейчас голова взорвется! – Ангел театрально закатил глаза.

– Терпи, оно того стоит!

Через несколько минут блаженной тишины в комнату ввалился гостеприимный хозяин, неся на подносе стаканы с чаем, конфеты, блюдо с яблоками и несколько пачек печенья разного вида. Сгрузив это все на журнальный столик, Йен перестал мельтешить и уселся на диван, ни на секунду не переставая говорить:

– Ну вот! Кто что будет? Ой, а мы же еще не познакомились! Меня Йен зовут! А вас? Юру-то я уже знаю, он меня спас! Он вам рассказывал? Они ко мне такие: «ты чо здесь забыл, узкорылый?», а Юра мимо шел и как бац их самого главного в морду, а они как на него!..

– Андрей… меня зовут! – Андрас попытался прервать поток льющегося на него бреда. – Очень рад знакомству.

– Ой, Андрей, очень приятно! А вы с Юрой друзья? Давно друг друга знаете? – Йен на секунду отвлекся, отпивая чай из чашки, хотя демон не поручился бы, что парень в этот момент действительно молчал. – А расскажите что-нибудь о себе! Вы вместе работаете? А чем вы занимаетесь?

– Юр, а давай действительно расскажем Йену, чем мы занимаемся? – Демон сжал кулаки и выдал самую душераздирающую из своих улыбок. Повисла раскаленная тишина, чай в кружках вроде бы вскипел повторно.

– Так, брейк! – Уриил поспешил вмешаться. – Да, Йен, у нас к тебе и впрямь дело. По твоему профилю. Сможешь помочь?

– Вы оба по делу? – Парень как-то особо выделил интонацией в своем вопросе числительное, ангел поспешил заверить:

– Да, Йен, оба.

Вмиг посерьезневший студент на секунду умолк и выдал совершенно другим тоном, резко контрастирующим с его предыдущим щебетом:

– Что ж вы сразу не сказали? Раз вы по делу, то бросайте всю эту херню и пойдем!

Йен мгновенно вскочил и махнул рукой в направлении двери в соседнюю с гостиной комнату, до этого наглухо закрытую. Зайдя в неизведанную доселе часть жилья, Андрас с ходу оценил, что обстановка здесь разительно отличалась от остальной квартиры: не было ни показного уюта, ни уродливых картин на стенах, зато вся доступная поверхность оказалась завалена электроникой разной степени разобранности, микросхемами и проводами неизвестного назначения, а среди всего этого стояли в ряд шесть работающих мониторов с кучей графиков, схем и непрерывно меняющимися рядами цифр на них. Демон скептически присвистнул:

– Занятно. А зачем весь этот концерт сейчас был?

– А хуй знает, кто ты такой! – Йен, не оборачиваясь, пожал плечами и пошел в сторону своего кресла. – Юрика я знаю, он парень свой. А что ты за хрен – мне не докладывались. Может, он не по своей воле тебя сюда притащил? Так что пока я пиздел на все лады, он тебя раз пять мог по башке приложить. Или я – вас обоих.

Андрас готов был взять все свои слова обратно – этот парень ему определенно нравился.

– Забавный у тебя метод.

– Главное – действенный! – Йен самодовольно усмехнулся. – Я так одного своего киллера заговорил до того, что он сам от меня свалил!

– Что, прям взял и ушел?

– Ну, допустим, не ушел, а выпал… из окна. Но, согласно решению суда, сделал он это по своей доброй воле. А раз суд постановил, значит так и было, согласен?

– Уважаю! – Андрас хлопнул Уриила по плечу. – Хорошего ты себе друга нашел.

– Это ты еще не знаешь, что его те гопники хотели избить за то, что он с камер видеонаблюдения скачал запись, как эти ребята местным детдомовцам пытались дурь толкнуть, и все их художества слил папаше того, кто у них там за главного.

– И что родственничек?

– А «родственничек» – генерал-майор ФСБ.

– Идейный?

– Даже храпит с прописанными в уставе промежутками.

– Понял, дальше можешь не объяснять.

– Ладно, хорош трепаться, давайте к делу. Чего там у вас? – Йен вопросительно посмотрел на Уриила, тот без слов протянул парню телефон с отображенными на нем цифрами.

– Вот. Нужно узнать о владельце номера все, что можно. В идеале – заполучить карту его метаний по городу. Сумеешь? – Йен впал в некоторую задумчивость.

– Интересный у тебя идеал, Юрец. На кого номерок зарегистрирован – я б тебе за пять секунд пробил, а вот историю перемещения – уже веселее. Базу данных оператора ломать придется. Ну и точность будет – метров триста в радиусе действия вышки сотовой связи – точнее не узнать.

– Метров триста – это все равно лучше, чем наш нынешний маршрут «хрен знает куда» на навигаторе.

– Понятно. Тогда вон, садитесь пока, – Йен мотнул головой в дальний угол комнаты, где примостился старый продавленный диван, на котором, судя по всему, владелец квартиры и предпочитал отсыпаться. – Делайте, что хотите, только не отсвечивайте там особо и меня не дергайте – это надолго.

Ангел с благодарностью кивнул и, забрав из рук усевшегося за работу Йена свой мобильник, направился к выделенному им койко-месту, на котором успел полулежа примоститься демон. Едва слышный постороннему зрителю разговор зашел сам собой.

– Как думаешь, что нас ждет, если мы найдем этого урода?

Демон задумчиво почесал щетину на подбородке.

– Исходя из того, что мы сейчас знаем? Все что угодно, как я понимаю: сбрендивший с ума ангел; сбрендивший с ума ангел и его напарник; сбрендившие с ума ангел с напарником…

– Так, подожди… Что за чушь и какой, на хрен, напарник?

Андрас хмыкнул:

– Ну или напарница, это же демон. – В ответ на ошалелый взгляд ангела пришлось пояснять: – Ну что ты удивляешься? Я снова сложил два и два. В уме. Сам! Короче, если мы и впрямь имеем дело с полевыми агентами Центра, то это почти наверняка будет такая же боевая двойка, как и мы с тобой. Допускаю, что демон там будет поплоше, а у ангела не будет такой клевой задницы, как у тебя, но принцип ты понял? – Недовольное сопение под боком Андрас решил проигнорировать. – Ну и второй довод в пользу моей версии – слова Альфреда. Он нам прямым текстом сказал, что в деле может быть замешан кто-то из моих.

– Ладно, признаю, вариант интересный. Слушай… А демон может как-нибудь подчинить себе ангела?

– Чем-то, помимо врожденного обаяния? Ай, не пинайся! Что, не веришь, что наш пернатый урод-сутенер действительно настолько урод?

– Честно? Что дурак – верю, а что такая сука – нет! Это ж тогда получается, что тот пацан, который нас взрывать пришел, – его рук дело. Вот и еще доказательство, кстати – кто-то же эльфенышу мозг промыл!

– А ангел такого сделать не мог?

– Так – нет! Внушить обожание или радость, даже привить определенные моральные нормы – это запросто. Только вот обожанием от него тогда и не пахло, а злобой и безумием – за километр.

– Ну если так судить, то суккуб, пожалуй, провернуть такое смог бы. Но только с эльфом, об ангела бы зубы обломал. Если тот, безусловно, сам защиту не снял…

– А с чего б ему?

– Если наш гипотетический демон – суккуб, то у них, знаешь ли, свои методы есть! – Андрас криво усмехнулся и незаметно ущипнул сидящего рядом ангела за ягодицу, немедленно получив в ответ локтем в челюсть.

– Хмм… а что, складно выходит!

– Складно, только недоказуемо. Эх, расспросить бы сейчас с пристрастием кого-нибудь из наших боссов! Но они ведь законспирированы похлеще тех, на кого мы охоту ведем.

– А что, у тебя на этого твоего купидона вообще выходов никаких?

– Ни одного! Звонил всегда с разных номеров, на встречи приходил пешком, – так что ни номеров, ни марки машины.

– А проследить ты за ним не пытался, что ли? Вот уж не поверю! Как ты среди демонов выжил с такими розовыми очками на всю рожу?

– Ну ты поговори еще! Это ж купидон… Вреда от него, как от дерьма на подошве, но уж если он от тебя спрятаться захочет – хрен ты его когда достанешь!..

– Значит, голяк. Ладно, будем считать, что нам и без него неплохо живется. Можно, конечно, набрать тот номерок, что нам любезно Альфред предоставил, но лично я бы пока к нему не совался – противопоставить ему нам совершенно нечего.

– Считаешь, он опасен?

– А страж этот его тебя не убедил? Он на полном ходу небольшой такой армагеддец тормознул, а до этого по хате нашей как по бульвару прогулялся. И кто знает, какие у него еще козыри в рукаве?

***

– Ну здравствуй, тиндер с перегаром! – Пробуждение купидона было болезненным и крайне обидным. Ангел любви ощутил себя связанным по рукам и ногам и лежащим боком на холодном полу в каком-то темном подвале. Башка трещала, но это хотя бы косвенно свидетельствовало о том, что она еще в наличии. Поскольку из одежды на нем был лишь тот самый халат, который он нацепил на себя в доме удовольствий, Семен Вениаминович ощутимо закоченел. Из-за скудного света он не мог видеть лица своего похитителя, но судя по комплекции, это был уже не тот верзила, что совсем недавно так неласково приложил его головой.

– Итак, друг мой, ты меня не знаешь, но в остальном тебе неслыханно повезло! – вновь взял слово похититель. – Сейчас мы с тобой будем играть в викторину. И за каждый правильный ответ на мой вопрос я не буду отрезать тебе палец. Так что на твоем месте я бы надеялся, что у меня хватит вопросов, а у тебя – правильных ответов на весь твой арсенал конечностей. Правила понятны?

У купидона хватило сил исключительно на то, чтобы кивнуть.

– Молодец. Заработал себе один целый палец. Едем дальше. Имя?

– Семен… – Голос ангела дрожал.

– Друг мой, ты себе не помогаешь. И явно планируешь покинуть это место по частям. Давай еще раз, имя?

– А… Акриил! – Да, с небесным именем купидону тоже не повезло. Вдруг отчаянно захотелось разрыдаться.

– М-да, звучит излишне красочно, но я тебе верю! – Незнакомец наконец подошел ближе, но его лицо, как оказалось, было надежно скрыто под маской, поэтому все, что удалось рассмотреть Акриилу, —стального цвета глаза в прорезях, смотревшие на него отстраненно и равнодушно. – Что ж, поднимем ставки, как считаешь? Уриил. Насчет ангела тебе поступили специфические рекомендации, это так?

– Н-не… Нет! – Акриил попытался приподнять голову и почти проскулил: – И он же помер!

Лицо незнакомца вдруг оказалось невероятно близко, а от его шепота спину Акриила, которой тот вжался в бетонную стену позади себя, пробрал озноб.

– Очень плохо, маленький купидон! – Голос похитителя был едва слышен, заглушаемый стучащим в ушах пульсом. – Не его судьба сейчас должна тебя беспокоить!

Последнее, что запомнил Акриил, – это глаза незнакомца, из стального ставшие вдруг пронзительно синими; безымянного пальца правой руки коснулось что-то холодное и металлическое. Купидон заорал.

***

Разговор с Уриилом незаметно перетек в сон, и очнулся Андрас, когда в единственное на всю комнату окно, занавешенное тяжелой непрозрачной тканью, сумели каким-то чудом пробиться первые лучи солнца. Демон аккуратно вывернулся из-под сопящего ему в ухо Уриила и принялся разминать затекшие от неудобной позы конечности. Йен, по-видимому, проработал всю ночь и сейчас все так же методично стучал по клавишам и только слегка вздрогнул от несильного похлопывания по плечу, после чего, освободив одно ухо от наушника, из которого неслись непонятные Андрасу немецкие вопли, повернул голову в сторону неожиданной помехи.

– Проснулись? Потупите еще пока, я почти закончил.

– Да мы не торопимся. – Андрас выдал одну из своих «хрен ты меня выгонишь» улыбок и скрестил руки на груди. – Я так, решил на всякий случай уточнить, жив ли ты тут или уже оцифровался.

– Не дождешься! Кстати, хотел спросить… – Судя по напряженной спине, ответ на еще незаданный вопрос парня очень интересовал. – А вы с Юркой что, это… Того?

Андрас, предчувствовавший надвигающееся веселье, едва удержался от хохота.

– Ага! И того, и этого! И стоя, и лежа. Тут вот только решили не экспериментировать – исключительно из уважения к почтенному возрасту твоего дивана! Побоялись, что развалится от избытка впечатлений.

– Вот уж спасибо! – Судя по покрасневшему уху и слегка истеричным интонациям, подколка демона достигла цели на все сто. – Ладно, ну вас на хрен, извращенцы! Иди лучше чай завари, в горле сушняк адский! Хотя… еще вопрос можно?

– Рискни.

– Я краем уха слышал… Все эти вот демоны, ангелы, эльфы – это вообще что за херня?

– Интересные у тебя вопросы, малыш, – Демон практически мурлыкнул Йену в ухо, заставив того отшатнуться. – И слух хороший! Можешь считать, что это позывные в нашем кружке реконструкторов. Но я бы на твоем месте притворился, что вообще ничего из этого не слышал, понятно?

– Понял, не дурак! – Йен обиженно шмыгнул. – Я-то сначала подумал, что это у вас, у извращенцев, код какой-то. Может, вы там рога к башке себе приматываете, а потом друг за другом по лесу с плетками бегаете, почем мне знать?

Демон на секунду завис, уйдя с головой в свои мысли. Не, Уриил-то был тем еще извращенцем, но вот в полной демонической форме Андрас с ним трахаться, несмотря на все уговоры, категорически отказывался, справедливо опасаясь, что в итоге попросту распополамит Ури и окажется в кровати с двумя ангелами поменьше, но вдвое же более невыносимыми. Кроме того, причиндалы демона в истинной форме были снабжены изрядным количеством шипов, роговых наростов и чешуи – все для того, чтобы как можно лучше зафиксировать жертву демонической любви и убедиться, что владельцу не откусят башку во время процесса.

Поспешно свернув мыслительный процесс, демон хмыкнул и отвесил Йену несильный подзатыльник.

– Ну и фантазия у тебя, малыш! Кто еще из нас извращенец? Ладно, если вопросов больше нет, будет тебе сейчас чай.

После того, как Андрас на кухне накипятил воды, распихал по чашкам чайные пакетики и притащил результат своего труда в комнату, прихватив попутно наконец пригодившееся печенье, они в четыре руки растолкали Уриила, и все вместе уселись на диван, разглядывая принесенные отчаянно зевающим Йеном распечатки.

– Значит так, пришлось, как видите, повозиться, но список вышек, к которым подключался этот номер телефона, я достал. Вам относительно повезло: у вашего клиента скучная жизнь и небогатая география перемещений. Хотя развлекаться он все же умеет…

– С чего ты так решил?

– Из-за первого адреса в списке. Приречная набережная. Там он, скорее всего, таскается в ночной клуб.

Андрас удивленно посмотрел на парня:

– В «Сирену»? Поясни, с чего ты так решил.

– Поясняю: после того, как телефон оказывался в зоне действия этой вышки, он через некоторое время всегда отключался. А клуб как раз в подвале – там сеть не ловит. Кстати, после таких вот отключений сигнал потом восстанавливался в самых разных частях города. Но не думаю, что это важно. Может, просто телефон отключен был.

– Или его владелец вылез через катакомбы, – встрял ангел. – В «Сирене» есть проход в старые коммуникационные тоннели.

– Серьезно? Ахренеть! Интересное местечко. И вы, судя по всему, о нем уже в курсе? Тогда едем дальше. Следующая зона – спальный район. Вообще ничего примечательного, кроме торгового центра, на котором вышка и установлена. Так что там ваша цель, вероятнее, живет. Так что все жилые дома в радиусе трехсот метров от торгового центра – ваша потенциальная зона поиска.

– Это уже интереснее! – Ангел на ходу чавкал печеньем и забивал адреса в навигатор телефона.

– А это, собственно, и все, что там есть интересного. Пару раз в месяц сигнал уходит куда-то в сторону области, но там поля и территории заброшенных заводов: ни вышек, ни связи. – Йен начал собирать разбросанные им самим в процессе объяснений листы.

– Ясно, но примерные направления я все же отмечу. И еще вопрос: сейчас этот сигнал где-нибудь регистрируется?

– Нет. Последний раз был в сети в районе центра города, и уже вторые сутки как тишина.

– Не удивился. – Уриил закончил переписывать информацию и развернулся к Андрасу: – Ну что, устроим догонялки?

– Непременно. Йен, спасибо, очень выручил!

– Не за что. – Парень душераздирающе зевнул. – Валите отсюда, я спать буду. С тебя, Юрец, в качестве благодарности – рассказ о том, с какого хрена вы тут решили в шпионов поиграть.

Кивнув, Ангел встал и, спустя пять минут, подгоняемый пинками и окриками владельца жилплощади, оказался на лестничной клетке на пару с демоном. Андрас заговорил первым:

– Какой у нас план?

– Пожрать! – Уриил прислушался к руладам, доносящимся со стороны его желудка. – А потом будем жилые дома обыскивать.

– Есть идеи, как это сделать?

– Ну ты, как я понимаю, там не помощник?

– Зона поиска радиусом в шестьсот метров на открытом воздухе? Я ни черта не почувствую, даже если они прятаться не будут. Мое чутье, скорее, как нюх, и работает примерно так же.

– Понятно. Значит, попробую воспользоваться своими темными силами, будь они неладны!

– А я тогда буду сардонически хохотать и кусать прохожих.

– Это еще зачем?

– Для настроения. Чтоб тебе нужный антураж создать. Жалко, девственницы нет – в жертву приносить некого.

– Продолжишь трепаться – я тебе яйца откручу! Сойдет за ритуал поклонения Йот-Сототу!

***

В следующий раз Акриил пришел в себя после ведра ледяной воды, вылитой ему на лицо. Времени, судя по всему, прошло не так много, и вокруг ничего не успело измениться: он все еще лежал в той же позе, привалившись спиной к стене все того же подвала. Акриил с какой-то отупелой отстраненностью отметил, что его колотит: от холода это или от адреналина – понять было невозможно. Правая рука пульсировала болью. Силой заставив себя приподняться и посмотреть вниз, купидон увидел собственные связанные и окровавленные руки. Из того места, где совсем недавно был его палец, медленно текла кровь. Акриил не знал, сколько минут успело пролететь, и как много крови он потерял: сознание то расплывалось нечеткой картинкой, то вновь возвращалось в подобие нормы. Сам неровно отрезанный – хотя, скорее, оторванный – палец лежал рядом, делая ситуацию еще более дикой. Акриил ненавидел боль и старательно всю свою жизнь ее избегал. Да, он был ангелом, а значит мог, при желании, отрастить даже новую руку, пусть и потратил бы на это раз в пять больше времени, чем другие. Но все это было настолько омерзительно, что всевозможным военным вылазкам и причитающимся за них почету и славе купидон сознательно предпочел работу со смертными, и ни разу об этом не пожалел.

Сейчас, лежа в подвале и готовясь к полной неизвестности, он вдруг осознал, что выберет скорее смерть, чем перспективу лишиться еще нескольких пальцев. Но смерти он все же попробует избежать, ведь ему кое-что известно, а значит, скоро он расскажет этому существу с синими глазами все, а чего не будет знать – то придумает. И к демонам его обязательства и ответственность. Ему плевать, кого он подставит, и кто в итоге пострадает от его признания – сам он об ответственности никогда не просил и, как он догадывался, за него бы никто не стал терпеть даже боль от заусенца. Видимо, что-то подобное отразилось у него на лице, поскольку его мучитель, стоящий неподалеку и все это время наблюдавший за ним, неторопливо протирая руки какой-то тряпкой, заговорил неожиданно мягко:

– Что ж, друг мой, кажется, пора попробовать еще раз, не так ли? Мы остановились на том, что ты хотел рассказать мне, какие именно указания были выданы тебе по поводу ангела по имени Уриил, но по моему недосмотру потерял сознание. Попробуй еще раз.

Купидон попытался выдать что-то похожее на согласие, но из пересохшего горла, несмотря на все старания, удалось выдавить только хрип. Видя затруднения Акриила, его пленитель ненадолго куда-то ушел, после чего вернулся и поднес ему ко рту кружку с водой, – похоже, ту самую, из которой облил его всего пару минут назад, – вызвав у купидона приступ неконтролируемой паники. Пересилив себя и заставив сделать пару глотков ледяной воды, резанувшей по горлу, словно ножом, Акриил смог наконец продолжить:

– Д-да, я скажу! Ангела запретили брать на задания и велели следить…

– Уж не из-за беспокойства за его моральное состояние, следует полагать? – Допрашивающий под своей маской явно усмехался.

– Нет. Ангел… – Акриил попытался сглотнуть образовавшуюся во рту горечь. – Ангел не должен был восстановить свои способности или… или же пойти вразнос. В этом случае был приказ взять его живым и держать у нас, пока за ним не приедут. – Под конец столь долгого монолога у купидона почти иссякли силы, и он чуть было снова не потерял сознание.

– Какая прелесть. И, дай угадаю, ты не знаешь имя того, кто приехал бы забирать столь ценный подарок?

– Нет, но у меня… – Акриил почувствовал, будто падает в колодец, но это оказался всего лишь его похититель, успевший вздернуть его и усадить, вновь прислонив спиной к бетону.

– Ну же, Акри, ты почти стал полезен. Не стоит сходить с финишной прямой, когда ты в шаге от джекпота!

– У меня есть… есть номер телефона. На него надо было позвонить… позвонить, если что-то… Я могу его продиктовать!

– Не стоит так себя напрягать, это лишнее. Ну ладно, а что насчет его партнера? О демоне были распоряжения?

– Нет. Его было приказано отправлять… отправлять на обычные задания, как и остальных новичков.

– Замечательно. Ты даже не представляешь, насколько ценны твои сведения. Теперь осталось самое главное: скажи мне, дружище, ты очень хочешь жить? – Ангел ожесточенно закивал головой, ударяясь затылком о стену, но его тюремщик не обратил на это никакого внимания, продолжая: – Я бы мог, пожалуй, вколоть тебе обезболивающее и кроветворное, после чего отпустить, но за это мне понадобится от тебя ма-а-аленькая услуга. Что скажешь?

– Да! Да, я все сделаю…

– Замечательно. Тогда слушай и запоминай: мне нужно, чтобы ты добрался до своего офиса и вышел на контакт с тем, кому сможешь дозвониться по этому своему номеру. Расскажи о взрыве и постарайся запомнить, какой будет реакция на той стороне. Запомни все хорошенько – потом мне расскажешь. Думаю, в моей способности достать тебя откуда угодно у тебя сомнений не осталось. О нашей встрече никому ни слова, сам понимаешь.

– А… а – Акриил попытался что-то сказать, но потом лишь приподнял связанные в запястьях руки. Его собеседник отмахнулся:

– За палец не беспокойся. Если кто спросит – скажи, что порезался, когда брился. Важнее другое: постарайся убедить свое начальство и вообще всех, кто будет интересоваться, что ангел с демоном – покойники. Думаю, с изобилием отсутствующих у вас улик сделать это будет несложно. Все запомнил? Отлично! Займешься всем этим, как только снова придешь в себя после обморока.

Акриил уже хотел было поинтересоваться, с чего ему терять сознание, но тут его снова приложили головой о стену. Обидно.

Глава 8. Отголоски и тени

Чтобы сохранить доверие людей,

их приходится все время обманывать.

Балтазар де Ла Косса, Папа Иоанн XXIII

Удивительно, но до очередного спального муравейника доехать удалось без приключений. Когда выходили из кафе, Андрасу на миг показалось, что он увидел в проулке силуэт подозрительно знакомой им псины, но видение исчезло так же быстро, как и появилось, поэтому демон списал все на недосып.

Остановившись в машине около супермаркета, являющегося градообразующим для этого района города, парочка некоторое время осматривала тоскливые окрестности. Первым не выдержал демон:

– Ну что, попробуешь поискать? Или мне все же организовать ритуальные танцы?

– Организуй! – Ангел прищурился. – Причем в голом виде. Хоть какое-то развлечение. Ладно, сделаем так: заводи еще раз мотор и готовься ехать, куда скажу. А я поработаю спиритическим навигатором.

– Заметано! Врубай свой астрал, кудряшка!

Андрас увернулся от очередного пинка и повернул ключ в замке зажигания. Уриил закрыл глаза и несколько секунд сидел без движения. Сначала ни хрена не выходило, потом у ангела зачесалось под лопаткой, следом начал зудеть нос. Ангел уже было подумал, что теперь его невнятные сверхспособности решили переключиться целиком на вызов чесотки у своего владельца, но пара ударов кулаком по бардачку сделала свое дело, и ангел наконец смог сосредоточиться. Знакомое состояние опустошения накрыло резко и как-то всеобъемлюще, так что поначалу он слегка испугался, что задохнется. Первыми поступили люди. Уриил еще раз поразился тому, как странно они теперь ощущались: если раньше, когда он был полноценным светлым, люди виделись ему как сгустки тепла разных цветов, у которых он мог улавливать мысли и стремления, то теперь это было все равно что смотреть на бифштекс с кровью и некоторым количеством мазута вместо соуса. Рядом с ним ходили бесформенные, осклизлые куски бьющегося в такт своих сердец мяса, вымазанные в собственной похоти, жадности и зависти. Особенно дело было плохо из-за близости торгового центра, который, видимо, служил катализатором всех этих эмоций. Уриил не выдержал и вскрикнул, после чего был резко вздернут за плечи обеспокоенным Андрасом:

– Эй, ты живой?

– Д-да… кажется.

– А орал чего?

– Извини, слишком много людей. Никак не могу привыкнуть. Очень странные ощущения: будто, когда был светлым, я видел одну половину людской сущности, а теперь вижу только другую, состоящую сплошь из мерзости. Скажи, ты… ты это так же ощущаешь?

– Ты меня когда-то уже спрашивал об этом. Я ощущаю земных обитателей более физиологически, чем те же ангелы, со всеми этими вашими аурами, помыслами, светом души и прочей дребеденью. Для демонов они в какой-то мере напоминают зверей, и ощущаем мы именно их звериные инстинкты. Жажду, как правило… Жажду обладать, трахаться, убить своего врага и так далее. Но то, как это описываешь ты… Мне порой кажется, что ты, перестав быть ангелом, стал бо́льшим демоном, чем сами демоны.

– Может быть. Было бы логично: чем сильнее откат, тем мощнее ощущения. Вероятно, именно поэтому падшие всегда считались опаснее: мы, по сути, эдакий ваш концентрат.

– Ладно, Спиноза, хорош тут свою припадочную философию разводить. Ты лучше скажи, будешь еще раз пробовать или пойдем и вручную переворошим каждый встречный скворечник?

– Попробую… Да. Дай мне минуту.

Во второй раз сосредоточиться получилось быстрее. Ангел подавил в себе чувство, словно он руками по локоть влез в землю с копошащимися в ней личинками, и принялся расширять круг поиска. На первых порах он не видел ничего нового: обычные дома, обычные обитатели в них, но в какой-то момент ему вдруг показалось, будто по всем пяти его чувствам полоснули скальпелем. Уриил вздрогнул и открыл глаза, столкнувшись с внимательным взглядом Андраса:

– Что?

– Тебя колотило. Уже думал, стоит ли тебя вырубить, пока слюни пускать не начал. Почувствовал что-нибудь?

– Не знаю. Что-то. Боль, вспышку, а потом… запах? – Демон нахмурился.

– Чем пахло?

– Дай подумать… Ментол, дождь. Потом ржавчина, запах костра и что-то душное, приторное. Мед? Нет, скорее цветочная пыльца…

– Хмм, очень интересно.

– Что-то знакомое?

– Да. Похоже на остаточный след суккуба и-и-и…

– И?

– Дохлый ангел. Место запомнил, сможешь показать?

– Значит, опоздали! – Уриил на мгновение зажмурился. – Да, запомнил, поехали.

Какое-то время они петляли по дворам под редкие направляющие реплики Уриила. В конце концов железного коня пришлось бросить на первом попавшемся парковочном месте и идти пешком. Ангел ломанулся прямо по пожухлым газонам и потрепанного вида клумбам, еще не засаженным после зимы положенными по ГОСТу грядками из маргариток, аргументируя это тем, что так ему проще вспоминать направление. Демон топал следом и не возражал. Наконец, после пары кругов по одним и тем же проулкам, дом был найден, и ангел принялся искать нужный этаж. Это оказалось чуть сложнее: этаж был шестым. Или пятым. Ну, может быть, одиннадцатым. В крайнем случае – третьим. Наконец, на пятнадцатом (последнем) демон, уже планировавший осматривать соседние подъезды и – в перспективе – города, неожиданно остановился.

– Подожди, я что-то почувствовал.

– Какая из дверей?

– Вон та, – демон указал на одно из металлических чудовищ, призванных остановить собою все, вплоть до ядерного взрыва и зомби-апокалипсиса. – Будем заходить или сначала постучим?

– Я живых с той стороны не чувствую…

– Я тоже, тогда заходим!

Некоторое время ушло на манипуляции с преграждающим им путь многослойным стальным монстром, но в конце концов, Андрас, устав ковыряться когтем в замке, просто вырвал его с мясом из двери и отшвырнул в сторону. Соседей эта возня, что удивительно, не заинтересовала.

Темная, заставленная до потолка книгами, тубусами со свитками и чертежами, какими-то коробками и грудами хлама, квартира приветствовала ангела и демона тишиной и затхлостью не проветриваемого в течение нескольких дней помещения. Уриил, соткав из воздуха два парных ангельских клинка, светившихся в темноте коридора слабым голубоватым светом, пошел вперед. Андрас, решив ограничиться одними когтями и ночным зрением, держался чуть сзади. На осмотр тесной двухкомнатной берлоги времени ушло не слишком много: кухня, совмещенная с туалетом ванная и спальня с большой двуспальной кроватью – все оказалось абсолютно стандартным и непримечательным. Сюрприз ожидал в гостиной, в которую визитеры попали в последнюю очередь: все ее стены были завешаны картами, какими-то вырезками, распечатками странных символов, по виду напоминавших печати. По центру комнаты амфитеатром стоял диван и два продавленных кресла из темно-коричневой кожи, а напротив – резной деревянный стол с массивными витыми ножками и лежащим на нем ноутбуком и грудой сваленных неаккуратными стопками бумаг. Демон негромко присвистнул, глядя на открывшееся великолепие, Ангел же поморщился – беспокоивший его до этого запах гари и металла в комнате только усилился.

– Вонь чувствуешь? – Андрас принюхался.

– Да, где-то тут нашего ангела и прибили. Посмотри пока бумаги и компьютер – не похоже, чтобы там что-то было уничтожено. А я проверю все остальное.

Уриил коротко кивнул и, развеяв мечи, направился к столу. Демон же двинулся вдоль стен, рассматривая закрепленные на них листы. Зайдя за одно из кресел, демон хмыкнул: рядом с ним на полу и, частично, на спинке багровело засохшее пятно крови. Тела не было, следовательно квартиру суккуб все же покидал не в спешке – успел избавиться от трупа, который за такое время и при такой температуре стал бы большой проблемой – тела ангелов не разлагались после смерти так быстро, как тела демонов.

– Ну вот и наше место преступления. Мисс Марпл, хочешь взглянуть? – Ангел к этому моменту уже сидел за столом и что-то печатал на ноутбуке.

– А есть, на что? Я тут немного занят.

– Не особо. Пятно крови в наличии. Засохло, я бы сказал, пару дней назад. В остальном ничего интересного: трупа нет, орудия убийства нет, каких-то следов я тоже не вижу и не чувствую. У тебя что?

– Ноут запаролен, но это я сейчас поправлю – кое-чего у Йена нахватался. Хуже будет, если его подчистили – тогда восстанавливать информацию придется долго и вряд ли успешно. И да, по убийству мне тоже сказать нечего: ауры я не чувствую, остаточных эмоциональных следов тоже: либо его убили не здесь, либо сумели скрыть следы.

– Согласен. А учитывая, какое количество артефактов попадало в руки этой двойки, – даже представить не берусь, что с их помощью можно было сделать. По всем этим художествам пока ничего? – Андрас махнул рукой в сторону изображений, висящих на стене позади него.

– Пока-а-а… Нет. То есть, да! Я внутри. – Уриил победно улыбнулся, нетерпеливо ерзая перед монитором. – Сейчас посмотрим, что нам оставили наши коллеги, м-м-мать их.

Демон поднялся из-за кресла и пересел на диван, наблюдая за лихорадочной работой увлеченного ангела. Тот стучал по клавиатуре и щелкал мышкой с такой скоростью, что ноутбуку грозило не дожить до конца осмотра с пристрастием.

– Ахренеть!

– Что-то нашел? – Андрас подался вперед всем телом и через миг оказался напротив Уриила.

– Ты будешь смеяться, но да. Нас!

– В смысле?

– Досье Центра. На тебя, меня и целую кучу народу в придачу. Сам посмотри, тут вообще все: где мы жили, когда были завербованы, только что не указано, по какому расписанию мы срать ходим! – Демон обалделым взглядом смотрел в монитор, наблюдая за тем, как ангел проматывает все новые и новые страницы личных дел. Досье были впечатляющими: кроме списков агентуры в России, были также агенты из Франции, Германии, Испании и десятка других стран. Похоже, что в архиве содержались данные на всю европейскую агентуру Центра. – О, а вот и про меня заметочка. «Крайне нестабилен, непригоден для оперативной работы». Суки, кто еще из нас непригоден? Интересно, это у меня или у них весь гребаный список шпионов лежит на ноутбуке в какой-то жопе мира в безответственно незашифрованном виде? Я вот гадаю, этот перечень каждому сотруднику в библиотеке Центра выдают на почитать, и только нам не повезло, или эти ребята избранные?

– Зато теперь понятно, как они узнали наши личности, и где мы живем. Осталось понять, как удалось подослать к нам эльфа и зачем все это было нужно.

– О, хочешь еще прикол? Помнишь того хрена, который нас в Центр затащил?

– Его забудешь. А что?

– Я нашел его упоминание в наших с тобой досье. Нас вербовал куратор всего европейского отделения Центра, аж сам Эйден Зорка. Гордись!

– Уже. А что нам это дает?

– Да ничего, просто забавный факт. – Ангел еще какое-то время просматривал список досье. – Стоп, а вот это ценно. Смотри сюда.

В двух открытых ангелом досье красовались, как догадался демон, их коллеги, в убежище которых они сейчас и находились. Ангела звали Сироэль. Обычный боевик, насколько мог судить Андрас. Специализировался на разведке, тайном проникновении, диверсиях и промышленном шпионаже. С его напарницей, с другой стороны, все оказалось куда интереснее. Суккуб по имени Марууна когда-то была ведущим специалистом не без труда организованной демонической академии и признанным гением в области истории и летописей ангелов и демонов. По крайней мере, той части истории и летописей, что уцелела после схождения. Закончилось для нее все, правда, не столь гениально. Последнюю опубликованную ею работу по анализу возможных причин катастрофы по силе воздействия можно было сравнить только с исследуемыми в ней событиями, в основном потому, что виновными во всем, по ее версии, выходили ангелы. Андрас краем уха слышал эту историю: тогда исследовательницу благополучно затравили сразу обе партии, вновь проявив несвойственную ангелам и демонам способность решительно быстро договариваться между собой, когда дело касалось попытки нарушить их уютное, покрытое мхом существование: одна из сторон была возмущена тем, что ее выставили организатором конца света, а вторая не рискнула поставить под удар с таким трудом достигнутые мирные договоренности. После этого случая карьера суккуба была предрешена, ее с позором лишили всех регалий и вытурили из академии, а сама она исчезла с радаров лет на семьдесят, и вот, поди ж ты, где всплыла.

– Интересная тетенька, не находишь?

Андрас кивнул:

– Решила, что историю проще творить, чем изучать?

– Трудно сказать, но вряд ли она прекратила свою научную деятельность. На диске я нашел целый раздел с ее исследованиями. И вот там как раз все зашифровано так, что мне и не подобраться. Я смог прочитать лишь последнюю ее работу. Совсем свежую, кстати.

– Было интересно?

– Еще как! Работа называется «Предсказание и предиспозиция исторических событий» – простенько и со вкусом.

– Ну, хорошо, я проникся важностью научного момента. И что в ней?

– Не так быстро, я еще читаю, погуляй пока по комнате, картинки посмотри… Думаю, парочка из них подойдет тебе в качестве татуировок! Я давно хотел, чтобы ты сделал одну на пояснице. – Андраса подмывало съязвить что-нибудь в ответ, но он решил проявить чудеса благоразумия и воздержался, молча отойдя от стола и снова вернул свое внимание стенам. Внимательно осмотрел карты, развешанные то тут, то там на разной высоте. Среди них нашлась старая карта Ада, испещренная какими-то пометками: схема была максимально неточной, как и все сведения, касающиеся географии их постоянно видоизменяющегося мира. Бывшего мира, поправил себя Андрас. На других был изображен Эдем, каким тот был пару-тройку тысячелетий назад, нашлась карта Земли и еще пара совершенно незнакомых демону мест. Решив, что надо принести хоть какую-то пользу их расследованию, он достал телефон и принялся методично перефотографировать все, что видел. Ангел все это время во что-то яростно вчитывался, шевеля губами и делая какие-то пометки на лежащих рядом с ним бумагах. Наконец терпение демона кончилось:

– Слушай, ты там хоть что-нибудь понимаешь или так, буквы знакомые нашел? Кроме того, я не очень просекаю, каким образом эпистолярные пристрастия нашей маньячки имеют к нам хоть какое-то отношение?

– И очень зря! – отбрил ангел. – Из того, что я смог разобрать, эта последняя работа имеет к случившемуся с нами самое непосредственное отношение!

– Серьезно? Диктуйте, профессор, я записываю!

– В общем, повторюсь, я разобрал не все, но из того, что уловил, в последнее время она занималась изучением магических печатей, созданных царем Соломоном. Ты о нем что-нибудь знаешь?

– Ну, он был человеком, я полагаю? Стало быть, родился, вырос и умер.

– Ты просто гений, тебе это мама в детстве не говорила?

– Нет, зато каждый день отправляла в школу через лес ночных ужасов, причем каждый раз разными маршрутами. Но я всегда умудрялся возвращаться.

– Эмм… Интересная у тебя была семейка!

– Ты себе даже не представляешь. Так что там с его величеством?

– В общем, этот самый царь Соломон, живший на Земле еще до того, как сюда попали мы, зачем-то создал несколько магических печатей, позволяющих манипулировать временем и пространством. Как ему разрешили это сделать, и как вообще это возможно – оставим за кадром. Судя по всему, ангельскую службу разведки стоило скинуть на Землю уже тогда, хотя бы для того, чтобы они растрясли свои задницы и обратили внимание на то, что здесь происходит. Но сейчас не об этом: конкретно в этой статье она изучает всего две печати, а их, как я успел понять, хренова туча. Практически швейцарский нож вселенского масштаба и на все случаи жизни.

– Ладно, я понял. Что важного именно в этих печатях? Ты ведь не из спортивного интереса мне тут лекцию читаешь?

– Ничуть. Первая печать интересна сама по себе, но не слишком важна для нас. Или же я пока не понимаю ее важности. Короче, это печать предсказания событий.

– Эм, наша профессор решила подзаработать у трех вокзалов? Кому надо ручку позолотить, чтобы это работало?

– Нет, ты не понял, это работает несколько не так. И, по всей видимости, действительно работает. Упрощая, ты создаешь печать с необходимым тебе условием, придаешь ей энергию, а она взамен выдает тебе вероятность, с которой то или иное событие произойдет в определенный промежуток времени. Эдакий магический квантовый компьютер, за секунды анализирующий миллиарды возможных вероятностей.

– Интересно. И действительно почти наверняка никак нам не помогает. Что дальше?

– Дальше следующая печать. И с ней все гораздо хуже: это печать предиспозиции, то есть позволяющая разместить определенные события на временной шкале в будущем.

– Э-э-это ты сейчас хорошо мне объяснил. Давай медленнее и еще раз: чем она отличается от предыдущей?

– Ммм, проще говоря, если первая позволяет предсказать вероятность определенного происшествия в будущем, то эта дает возможность гвоздями прибить нужное тебе событие с тем, чтобы оно непременно произошло. В своей статье она пишет, что эта печать никогда не использовалась, потому что, в отличие от остальных, требует какого-то невероятного количества энергии для своей работы. Неудивительно, учитывая, что она по сути является точкой опоры, позволяющей развернуть целую вселенную в нужную тебе сторону. Вообще, она там пишет, что все эти печати создавались для поиска и управления некой Ипостасью. Что это такое, я так и не понял, но, судя по тексту, этот самый Соломон посвятил ей всю свою жизнь.

– Так, ты сейчас повысил айкью всего квартала своим последним монологом, но я все еще не понимаю, как это помогает нам.

– Ладно, ладно. В тебе совершенно нет академической жилки! – Ангел на минуту надулся от такого пренебрежения его научными выкладками, но соизволил перейти к делу: – У меня есть версия… Только версия, что Марууне удалось применить вторую печать и с ее помощью направить к нам эльфа-камикадзе. – Ангел посмотрел на оторопело стоящего рядом демона. – Имеет смысл, если подумать. Любое другое магическое вмешательство я бы в мозгах эльфа распознал сразу, но такое… Это ведь даже не зомбирование, понимаешь? Единственное, чего я не догоняю, это откуда она взяла столько энергии, и почему такой всплеск, если он был, никто не заметил. – Андрас с минуту молчал, после чего с протяжным стоном закрыл глаза. – Ты чего?

– Не обращай внимания, всего лишь болезненные ощущения от работы мозга. Я понял, представляешь? Гребаные артефакты!

– Что?

– Артефакты, которые мы, как придурки, несли прямо им в руки! С их помощью реально запитать что угодно, хоть еще один Армагеддон. И всплеск никто бы не заметил, потому что в этом мире есть портал в эльфийскую деревушку, где можно провести какой угодно ритуал и не бояться быть на этом пойманным. Единственная странность, что исполнителя выбрали тоже из эльфов. Но это легко списать на приколы той магической дряни: не исключено, что печать действует лишь в определенном радиусе, а может, срабатывает только на того, кто находится в одном с ней мире. Или он не вовремя шел мимо с корзинкой пирожков.

– Пиздец! – Рожа ангела выражала ровно одну эмоцию, высказанную им вслух. – То есть, давай утрясем по пунктам: первым делом Марууна находит сведения о древнем оружии массового поражения. Как и когда – вопросы на миллион. Затем, как и всякий уважающий себя исследователь, нашедший на заднем дворе своего дома ядерную бомбу, начинает ковырять в ней отверткой и помогать себе молотком. Где-то на этом этапе подчиняет себе своего напарника, у которого могли возникнуть резонные сомнения насчет здравости ее рассудка. Допускаю, что тут она обошлась своими врожденными силами суккуба. Это дает ей доступ к целой куче конфискованного магического дерьма. Используя его, она открывает портал в другую реальность, проводит там ритуал и организует покушение на нас с тобой. Ты видишь пробелы в моих выкладках?

– Вагон. Первое и самое очевидное: зачем она в принципе пыталась нас убить? Зачем надо было убивать Сироэля, раз уж он был полностью в ее власти? Ну и самое интересное, почему покушение не удалось? Если, как ты говоришь, печать способна сделать некое событие в будущем абсолютно неотвратимым, то как-то не слишком гладко все прошло, не находишь?

– Согласен. И, думаю, именно это заставило ее задергаться. Представь, ты проводишь ритуал, который должен с гарантией уничтожить твоих врагов. Опустим пока, что сами враги вообще о тебе ни сном ни духом, и вернемся к этому позже. Но ритуал проваливается, ты в дерьме по макушку, на тебя вот-вот начнут охоту… Твои действия?

– Убрать лишних свидетелей. Да, убийство ангела этим можно объяснить. А остальное?

– Без понятия. Но она сама пишет, что этой печатью никто никогда не пользовался. Так что ритуал мог быть испорчен по тысяче различных причин. Могла она напортачить, могло энергии не хватить, могла муха пролететь не в том месте – это мы можем узнать, только спросив ее лично, а можем и не узнать вовсе.

– И еще вопрос дня. Где ее теперь искать? За те два дня, что мы в этом ковыряемся, она могла уже на другой конец света сбежать.

– Ты прав, но я, кажется, знаю, у кого мы сможем это узнать. Видишь ли, куда интереснее того, что мы нашли в ее ноутбуке, это то, чего мы здесь не нашли!

– А именно?

– Нашего друга Альфреда. Его нет в списках агентов Центра, его нет в списках кураторов. Такого существа вообще нет в природе, если верить базе данных. Так что, либо эта сука так законспирирована, что его не существует даже в базе данных, где мы нашли информацию о руководстве Центра, либо он играет какую-то свою игру во всем этом деле. И у меня есть идея, как нанести ему визит, не ставя его об этом в известность.

– Одобряю. Ты с компьютером закончил?

– Сейчас перекачаю все к себе на телефон и запущу очистку диска. Что-то не думаю я, что такую информацию стоит оставлять после себя в свободном доступе. Еще как минимум минут двадцать. – Уриил встал из-за стола, подошел к окну и, распахнув створку, некоторое время высматривал что-то в дворе дома.

– Понятно. Кофе?

– Серьезно? Здесь?

– Сам же сказал, что еще двадцать минут.

***

Которое по счету пробуждение встретило Акриила адской головной болью и незнакомым ему видом. Купидон очнулся в каком-то непонятном проулке и некоторое время прислушивался к себе. Голова раскалывалась, но это было как раз предсказуемо. Он полусидел, прислоненный к мусорному баку, из чего следовало несколько выводов. Первый – и самый, пожалуй, приятный – он был жив! Второй – он находился на улице, а значит, его действительно отпустили. Третий вывод, вытекающий из того, что сейчас была ранняя весна, а ему, сидящему на улице у помойки, не было холодно, состоял в том, что его одели, прежде чем отпустить. На дворе был день, так что без сознания он пробыл как минимум часов шесть-восемь. Принявшись проводить ревизию своего внешнего вида, купидон мельком глянул на правую руку и еле удержался от вскрика: палец – его палец! – был на месте! Единственным напоминанием о том, что все произошедшее в подвале не привиделось ему в кошмаре, был бледный неровный шрам в месте отреза. Согнув и разогнув ладонь на пробу, Акриил рвано выдохнул и постарался подняться на ноги. Когда это предприятие увенчалось успехом, он принялся оглядывать и охлопывать себя: его обрядили в серый шерстяной свитер, синюю офисную рубашку и джинсы. Все было явно новым и слегка не подходило по размеру, но ходить в этом было вполне можно. В кармане джинсов нашлось небольшое количество денег, получается, до офиса, куда он решил добраться первым делом, выйдет доехать на такси.

Закончив таким образом ревизию, купидон направился к выходу из проулка, и через пять минут вышел к незнакомому ему, базарного вида торговому центру, у дверей которого в ожидании возможных клиентов удачно припарковалась пара такси. Усевшись в салон и уточнив у водителя стоимость поездки – оказалось, что он был не так уж далеко от офиса, – Акриил слегка расслабился и откинулся на спинку сиденья. В дороге он все не мог до конца успокоиться и несколько раз нервно заглядывал в зеркала заднего вида, но слежки не было, зато, благодаря включенному радио, он узнал, что на дворе был все еще четверг, а значит, с момента его похищения прошло никак не больше двенадцати часов.

Через четверть часа езды такси вырулило на до боли знакомую парковку бизнес-центра, и Акриил, расплатившись, ринулся ко входу, преодолел пункт охраны и, на ходу проигнорировав удивленное приветствие секретарши Тамары Васильевны, практически вбежал в свой кабинет, спешно запирая дверь. Найти нужный номер, записанный на обратной стороне конверта в одной из папок для важных бумаг, оказалось делом пяти минут, а уже через семь, отрапортовав по телефону всю необходимую информацию и удостоившись от мужчины на том конце всего лишь приветствия и пожелания всего наилучшего, Акриил смог дрожащими руками достать из нижнего ящика стола наполовину початую бутылку виски и с блаженным стоном приложиться прямо к горлышку.

***

Скугга сидел в засаде битый час, и это начинало надоедать. Его деятельная натура требовала немедленного развития событий. Каких угодно, хоть бы муху прибить. Но приходилось сидеть смирно и терпеливо ждать появления объекта слежки. Отчасти в борьбе со скукой и монотонностью помогала весенняя погода, подмораживающая то одни, то другие части тела, но на четвертый час сидения на карачках, все, что могло, уже отмерзло. Можно было бы встать и хотя бы пробежаться, но, если что-то пойдет не так, шеф с него потом шкуру спустит. Еще стоило бы выбрать более цивильную точку для наблюдения, но Ску не без причин опасался, что один раз его уже могли заметить в неподходящий момент, а с его-то внешностью – это не то, что объект слежки сможет так просто забыть, поэтому удобствами пришлось пожертвовать в угоду незаметности. Вообще, будучи начальником боевой группы и отвечая за силовые операции, Скугга для оперативного наблюдения подходил примерно как ездовой слон для скрытного перемещения по городской площади в ярмарочный день, и обычно такие задания выдавались ему исключительно в качестве наказания. Однажды, после особо разухабистой пирушки, с которой Ску умудрился отправиться на боевой выезд без патронов и практически без сознания, шеф на две недели отправил его в одно из графств Британии для скрытого наблюдения за деятельностью дома престарелых. После четырнадцати суток непрерывного созерцания вывязывающих затейливые шерстяные салфетки старушек, Ску еще пару месяцев не мог без дрожи смотреть на чай и фарфоровые чашки, которые каждое утро непременно обнаруживал на своем столе в качестве подарков от радушных коллег. Но в этот раз шеф решил, что их операция будет проходить с минимальным привлечением ресурсов. С чем это связано, Ску не знал, но не спорил – себе дороже. Вместо этого приходилось морозить задницу в очередных кустах, изнывая от отсутствия хоть какого-то действа.

Физиология, разделявшая с ним его темперамент, тоже требовала к себе пристального внимания. Ску с усмешкой подумал, что еще немного такого целибата, что образовался у него за все время, что он здесь изображает из себя человека-оркестр, и он уже на шефа кидаться начнет. Правда, тут все гарантированно выйдет как у земных богомолов, только голову ему откусят не сразу после, а задолго до – при первом же поползновении.

Скуггу-то пол возможного партнера волновал, прямо скажем, не сильно: все-таки он был не совсем человеком, и, как следствие, отличался гораздо менее щепетильным подходом в подобных вопросах. Как однажды обронил по этому поводу шеф, «не пингвин – и ладно». А вот начальник его в последние лет триста амурными интрижками не увлекался, предпочитая заниматься исключительно агентурной работой, и изменял ей лишь с классической музыкой, от которой фанател неизбывно. Об этом увлечения шефа Ску узнал случайно, завалившись однажды на одну из явочных квартир и застав там свое руководство в благодушном подпитии по случаю очередного великосветского приема, после чего был немедленно взят в оборот и принужден прослушать аллегро из какого-то произведения Вивальди, название которого Скугга забыл сразу после того, как его ему сказали, в исполнении пятидесяти различных оркестров всех эпох и поколений с такими подробными комментариями шефа, будто тот лично присутствовал во время репетиции каждой версии.

Впрочем, и это было возможно, поскольку возраст начальника Ску себе представлял смутно. Еще когда, будучи желторотым юнцом шести лет, по неизвестной причине подобранным шефом на выжженных руинах его родного поселения, Ску поступил из распределителя в подготовительный центр для агентов специального назначения, его спаситель уже прочно обосновался в пантеоне небожителей их ведомства. Выспрашивать детали биографии было невежливо и не принято, никаких открытых данных о его послужном списке не существовало в природе, а на папку с личным делом шефа, в которую Ску как-то раз тайком все же удалось подсмотреть, можно было с чистой совестью поставить пудовую гирю с надписью «засекречено» и даже не трудиться ее открывать. Короче говоря, шли годы, менялись поколения сотрудников, а шеф… Ну, шеф просто был.

Да и что там говорить, даже подсчет своего возраста для Ску, с учетом постоянного мотания в различные сопредельные миры, представлялся задачей весьма заковыристой. Как сумел понять телохранитель из пространных разъяснений штатных яйцеголовых, время в параллельных пространствах текло очень неоднородно, тут и там замедляясь и ускоряясь, иногда двигаясь вспять, а то и вовсе заворачиваясь в спирали и водовороты, формируя целые цепочки замкнутых событий, попав в которые можно было легко намотать на личный счетчик лет четыреста.

В чувство его привела затекшая левая нога. Скугга попытался как можно тише размять конечность, ругая себя за то, что все-таки отвлекся на лишние мысли и потерял концентрацию. Но, кажется, ничего значительного за ту пару минут, что он витал в облаках, не случилось. Ску еще не успел как следует додумать эту мысль, как чья-то рука крепко ухватила его за шиворот и с нечеловеческой силой рванула из его импровизированного убежища.

***

На выходе из дома Уриил на секунду притормозил и неожиданно метнулся в сторону от выхода, прячась на корточках за припаркованными здесь машинами. Андрас, лишь на секунду усомнившись в психологическом здоровье своего напарника, последовал за ним, скрючившись возле бампера какой-то иномарки рядом с ангелом.

– Мы от кого-то прячемся?

– Тс-с! Я же говорил, что у меня есть идея, как добраться до Альфреда без его ведома? Сейчас мы именно это и сделаем. Посиди тут минутку, я сейчас! – С этими словами Уриил скользнул вдоль сплошного ряда автомобилей и скрылся где-то за резервацией мусорных баков.

С минуту стояла абсолютная тишина, затем за помойкой послышалась какая-то возня и чье-то поскуливание, а в следующее мгновение перед Андрасом снова возник ангел, удерживающий за шкирку успевшего им примелькаться лохматого пса. Морда вяло сопротивлявшегося животного выражала полнейшее ошаление от происходящих с ним событий.

– И это твоя идея? Привлечь к поискам активистов Гринписа? – Демон скептически оглядел находку Уриила, а про себя отметил, что ангелу потом все же стоит измерить температуру.

– Что, тебе тоже нравится? – Уриил попытался невинно поморгать ресницами, но быстро сдался и продолжил, еще крепче хватая вырывающееся животное: – Ты знаешь, Андри, у нас сегодня день открытий, поэтому я тут подумал, раз уж наши подзащитные – эльфы, наше орудие покушения – пердеж дракона, а наш подозреваемый – гребаная фея Моргана, то почему бы тут не оказаться заодно и оборотням, правда, Лэсси? – Ангел свободной рукой весело потрепал косматую гриву. – И либо мы с тобой сейчас идем делать мне новый пояс из собачьей шерсти, либо ты ведешь нас к своему хозяину и не совершаешь при этом глупостей! Скажи гав, если согласен.

Неожиданно для Андраса в глазах пса проступило несвойственное его породе понимание ситуации, после чего он принялся жалобно скулить, пытаясь отгрести лапами подальше от белокурой угрозы. Но ангел был на стреме, тотчас резко дернув лохматую морду в свою сторону:

– Ну? Я не слышу правильного ответа. И либо я его сейчас получаю, либо мы идем к палатке с шаурмой сдавать тебя на кулинарные опыты!

Псина еще секунд пятнадцать играла с ангелом в гляделки, после чего, видимо, придя к какому-то решению, тихонько гавкнула и понурила голову.

– Вот сразу бы так! Ну что, Андри, кажется, у нас есть проводник и новый маршрут для прогулки. Пойдем?

Андрасу оставалось только кивнуть, до лучших времен затолкать поглубже рвущиеся наружу вопросы и направиться вслед удаляющейся спине Уриила и нервно дергающему хвостом собачьему заду.

Глава 9. Пожинатель бурь

Жизнь – сложная штука,

но открывается она просто, как ящик.

О. Бендер

Идти, правда, долго не пришлось. Пес привел к их собственному внедорожнику и принялся скрестись в переднюю дверь, намекая, что пешком он никому ничего показывать не будет. Андрас только успел порадоваться, что мохнатая зверюга не уселась за руль и молча щелкнул замком, запустив всех пассажиров в салон. Пес быстро расположился на сиденье, заляпав лапищами все доступные ему поверхности, вызвав злобный рык со стороны демона:

– Ури, вот ты мне скажи, раз уж этот недобитый плод союза медведя и аллигатора – оборотень, то какого хрена он не может сесть в машину по-человечески?

Со стороны пса послышался очередной жалобный скулеж, а развалившийся на заднем сиденье ангел ехидно хихикнул:

– Ой, дай угадаю, на улице дубак, а наш соглядатай после перевоплощения окажется не при галстуке. Да еще и по уши в хмм… маскировке. – Андрас вторично злобно оглядел пса.

– Насколько я вижу, в нее как минимум входит кожура от банана – ей бы и прикрылся! Ладно, я надеюсь, что в человеческом обличии у него есть деньги на химчистку салона. Кстати, Ури, как ты догадался? – Вид у пса был не менее заинтересованный, чем у демона.

– Да мелькал он возле нас слишком часто. И ты разве не замечаешь фамильного сходства с нашим Скуби Ду, который нас от Альфреда подвозил? Такой же приветливый!

– Угу, одно лицо. Тогда так: я поеду медленно, а ты, навигатор шерстяной, маши башкой в нужные стороны!

Спустя полчаса такой специфической езды пес был раз пять обложен забористым трехэтажным недовольством Андраса, и в конце концов показывал нужные повороты, периодически высовывая голову из-под кресла, куда забился в надежде переждать град упреков в излишней лохматости, крайней вонючести, неумеренной слюнявости, неумении нормально показать дорогу и «там же кирпич висит, придурок, как я туда поеду?». Ангел какое-то время пытался поддерживать мир в салоне, но под конец поездки лишь тихонько ржал, лежа на сиденье.

В результате они заехали на парковку высотного бизнес-центра, и пес неспешно потрусил вперед, изредка оглядываясь на своих спутников. Подъем на лифте занял минут десять. Занял бы меньше, если бы не пришлось нужный этаж определять с помощью собачьего лая. Из-за то и дело вставлявшего свои ремарки ангела, Андрас сбивался со счета трижды. Наконец, вывалившись из открывшихся дверей, псина гордо прошествовала через какой-то офис, полный работающих сотрудников, которые их присутствия никак не отметили. Ангел хмыкнул:

– Что-то от появления на пороге чудовища в ужасе никто не бьется. Да и собака тоже никого особо не смущает… – Демон молча отвесил резвящейся заразе затрещину.

Наконец, их присутствие заметила секретарша – женщина средних лет в строгом костюме и с лицом следователя, прокурора и палача одновременно. Хмуро посмотрев на всех троих, она покачала головой и обратилась, как ни странно, к собаке, указывая на матовую стеклянную створку сбоку от своей стратегической точки наблюдения:

– Проходите, ждет.

Затравленно оглянувшись на своих спутников, псина затрусила вперед и, толкнув лапой дверь, скользнула внутрь. Его попутчики решили не отставать. Зайдя в кабинет, Уриил оглядел панорамные окна, огромный черный стол в центре и его владельца, занятого перелистыванием каких-то бумаг и не выказывающим ни малейшего беспокойства, связанного с их присутствием. Единственной, помимо документов, выбивающейся из общего ряда деталью были лежащие на столешнице перед хозяином кабинета клещи. Пришлось прикрыть дверь и начинать первым:

– Ой, Алик! Ты тут скучаешь? А мы как раз к тебе, хотели познакомиться поближе!

– Мне выбирать ресторан? – Альфред соизволил отложить бумаги и окинул взглядом вторгнувшуюся к нему делегацию. – Ску, пройди в соседнюю комнату, там все приготовлено. – Ал указал на незаметный ход справа от своего стола, и пес, радостно гавкнув, унесся в указанном направлении, едва не снеся с петель дверь. – Что ж, – мужчина наконец обратился к ожидающему его ответа Уриилу, – полагаю, вы узнали много нового и пришли поделиться своими впечатлениями?

– Именно. А также в грубой физической форме выразить свое восхищение твоей работой! Рискнешь ответить на пару вопросов?

– Охотно. – Голос Альфреда был на удивление спокоен и даже миролюбив. – Да вы присаживайтесь, разговор при любом раскладе будет долгий. – Дождавшись, пока все рассядутся, он продолжил: – Хорошо, начнем с того, кто я такой, вы ведь это хотели узнать? Я возглавлял организацию, охраняющую границы между мирами. Задача нехитрая: по большей части мы следим за тем, чтобы все, что находится внутри параллельных пространств, там же и оставалось.

– Никогда о такой не слышал! – Ангел тут же влез с комментарием, окинув Ала скептическим взором.

– Потому что о нас никогда и не говорят! Мы не вмешиваемся во внутренние дела миров, и нас в целом устраивает, что о нас никто не знает.

– Ну хорошо, а название-то у этой вашей организации есть? – Демон подал голос.

– Что-нибудь более остроумное, чем Центр? – Альфред хмыкнул. – Что ж, когда-то давным-давно все началось с кучки полоумных монахов, живших в горах, охранявших камни и называвших себя Орденом Хранителей Равновесия. Так что можете пользоваться этим названием, если челюсть от пафоса не сведет. В основном же нас для краткости называют Таможней.

– Допустим. Но ты говоришь, что этот ваш орден таможенного равновесия… – Уриил послал полный радостного ехидства взгляд на сидящего перед ним человека. – Короче, что вы не вмешиваетесь во внутренние дела миров. Почему сейчас, что такого происходит в этом мире?

– Поправка: мы не вмешиваемся, когда внутренние дела одной вселенной не касаются всех остальных. В данный момент же ситуация как минимум грозит разразиться дипломатическим скандалом из-за пропажи пяти эльфов, один из которых, напомню, уже пару дней как в Вальхалле. Или куда там должны отправляться эльфы? Но ведь и это, как вы могли понять, лишь верхушка айсберга. Вы только еще не знаете, что это за айсберг и почему он имеет форму задницы, и именно поэтому мы все сейчас и здесь.

– Скажем, мы поверили… – Нахмурившись, Уриил оглянулся на Андраса, ища поддержки. – А почему нам сказал, что работаешь в Центре?

– А я и не говорил. – Ал вернул ангелу ехидную ухмылку. – Ты предложил – я согласился.

Ангел задумчиво зашевелил губами, вспоминая их первый разговор.

– Сука, – резюмировал он несколько секунд спустя. Альфред радостно развел руками:

– Допускаю. Но теперь моя очередь спрашивать: вам ли я обязан вынести благодарность за то, что два часа назад вся база европейского отделения Центра оказалась слита в интернет? Потому что вариантов в сущности немного: либо это сделали вы, либо за вас это сделала ваша глупость!

– Это не мы! – Ангел и демон умудрились выдать ответ хором.

– Похвальное единодушие. Стало быть, все-таки глупость. – Мужчина немного устало вздохнул и помассировал переносицу. – Что ж, это, безусловно, досадно, но по сути ничего не меняет. Кстати, техники просили передать вам особую благодарность за уничтоженные данные на ноутбуке. Им их теперь неделю восстанавливать, не меньше.

Уриил нетерпеливо отмахнулся:

– Скажи, что я потом куплю им кофе! Какого хрена архив Центра ничего не значит? Ты представляешь, сколько у этой организации врагов? Там же куча народу под удар попадет! И как вообще эта информация попала в сеть?

– Насчет «как» могу предположить – троян в ноутбуке: пока вы копались в данных, база благополучно утекала в интернет. Вариация на тему «мертвой руки»³ или что-то подобное. Касаемо же твоих переживаний скажу, что все это, конечно, печально, но ожидаемо. И к тому же совершенно не наша проблема. Ты уж прости, Центр – хоть и секретная организация, но ставку делает в основном на силовые методы, так что ее законспирированных по самые зубы агентов по степени незаметности можно сравнить разве что с БелАЗом, брошенным на васильковом поле. Все, кто хотел о них узнать, – давно это сделали. Ну и потом, внештатные ситуации и выживание в них – их работа. Вот пусть ею и займутся.

– Ладно, я понял, спасение утопающих в тарифный план не входит. Но чем в таком случае планируешь заниматься ты?

– Я планирую предотвратить использование печатей и, как следствие, очередную глобальную катастрофу. А это потребует от меня ввести вас наконец в курс дела. – Альфред печально покачал головой. – Но перед тем, как я обреку себя на это безнадежное предприятие, вы вкратце мне обрисуете, что именно вам уже известно. Кто начнет первым?

После подробного – в два голоса – пересказа добытой за прошедшие сутки информации, во время которого Уриил сознательно умолчал некоторые детали, вроде скачанного на телефон архива исследований Марууны, а свежевымытый Скугга, щеголяя белым халатом и разовыми отельными тапочками, покинул подсобку и застыл немой тенью в дверном проеме, Андрас смог, взяв финальное слово, подвести итог:

– Так что мы точно можем сказать, что Сироэля укокошила его напарница, после чего подалась в бега. Но вот зачем ей понадобилось все это устраивать – все еще такая же загадка, какой была в начале расследования.

– Ну что ж, версия у вас выходит складная. И кое-что из того, во что я планировал вас посвятить, вы уже узнали сами. – Альфред задумчиво побарабанил пальцами по подбородку. – Перед тем, как продолжим, кто-то что-то хочет? Чай, кофе, коньяк?

Короткие дебаты привели к уверенной победе коньяка, который не замедлил появиться, торжественно несомый беззвучно возникшей в кабинете секретаршей. Когда дверь за ней закрылась, Альфред заговорил дальше:

– Итак, то, что я собираюсь вам рассказать, известно лишь единицам, верят в это и того меньше, а точно знают, что это правда, пожалуй, лишь я, да еще пара человек во всем мире. Так вот, из статьи Марууны вы уже смогли кое-что узнать про Ипостась. Пусть немного, но даже это больше того, что известно большинству.

Андрас хмыкнул:

– Дай угадаю, ты сейчас тоже начнешь рассказывать все, что успело случиться со времен сотворения мира?

– Именно! Тем более, что как раз в сотворении все и дело. Вообще, скажите-ка мне, что вы знаете о Боге? О том самом, с большой буквой «б» в названии, всемогуществом в резюме и замашками отъявленного садиста в анамнезе? Тебя, Андрас, не спрашиваю, твоя конкурирующая организация аудиенций не удостаивалась. – Ангел некоторое время молчал, прежде чем ответить:

– Думаю, для тебя не секрет, что после сошествия память у тех, кто остался в живых, сохранилась лишь обрывками: мы восстанавливали свою историю по уцелевшим летописям, демоны тоже, поэтому знаю я такую же версию, что и остальные: Бог создал ангелов и поставил восьмерых из них, позже названных архангелами, управлять остальными. Я был среди этих управляющих, чего, как можно догадаться, не помню. Со временем первый из божьих архангелов, Люцифер, восстал против своего создателя и был низвергнут вторым его сыном, Михаилом, в Ад, где создал расу демонов. Потом Творец перестал отвечать на зов ангелов, а спустя некоторое время после этого мы все оказались здесь. Это все.

– Ага, как я и ожидал, хрестоматийная версия для дошкольников и классов коррекции! – Альфред ехидно хихикнул. – Ну, сейчас мне придется твое мировоззрение слегка подрихтовать: видишь ли, есть много теорий, объясняющих появление ангелов и демонов, но все они сходятся лишь в том, что никто, помимо самого Создателя, не обладал силой творения. Тем не менее у мятежного Люцифера получилось, как ты сказал, соорудить целую новую расу. Логично вытекающий из этого вопрос: каким образом ему это удалось?

– Без понятия. – Ангел пожал плечами. – И какое это все имеет отношение к нашему делу или хотя бы к этому тысячелетию? Я чувствую, с твоими объяснениями одной бутылки коньяка не хватит.

– Вот это-то мы сейчас и выясним. И да, за коньяк не беспокойся, как раз на такой случай у меня где-то здесь припасен целый ящик.

***

Сила никогда не спала и не исчезала из мира. Так могло показаться лишь тому, кто не был в состоянии постичь ее суть. Сила искала постоянно. Она желала творить и в страсти своей пыталась обрести идеальный для этого инструмент. Когда-то она создавала целые вселенные, но затем все прошло и осело пылью и прахом на остовах некогда живых планет: ее хозяин покинул этот мир, и сила, ведомая своим предназначением, принялась искать нового. Вслед за поисками последовал успех: сила нашла достойного и одарила того частицей своей мощи. Так появилась Ипостась.

Достойный желал познания и в стремлении своем нуждался в помощниках, что облегчили бы ему его изыскания. Сила услышала и помогла тому вдохнуть жизнь в существ из солнца и глины. Так появились ангелы.

Тысячи лет пришло и, заскучав, сила принялась за поиски новой цели. Вскоре та была найдена: достойный искал баланса и выживания. И сила вновь помогла тому в его чаяниях, дав существование созданиям из тьмы и камня. Так появились демоны.

Время неслось вперед неумолимо, и Сила, почувствовав, что достойный слабеет, покинула его, посчитав, что достаточно помогла на его пути. Сила отправилась скитаться в других мирах и искать себе новое применение. Так Сила нашла людей. Люди были слабы и несчастны. Сила пыталась найти среди них подходящее для себя вместилище, но люди оказались слишком хрупкими и не могли принять Ипостась. Сила пробовала снова и снова найти подходящий сосуд, но всякий раз тот не выдерживал и разлетался тысячей осколков. Лишь раз Силе удалось образовать союз с одним из этих немощных существ. Тот был царем над другими людьми и желал созидать, но воспротивился Силе, считая ту не даром, но проклятием. Пытаясь защититься от того, что считал злом, царь захотел изобрести способ возобладать над Силой. И та подчинилась его зову, поскольку существовала единственно, чтобы творить. Так появились печати.

Но человек, сознание которого было затуманено присутствием Ипостаси, не верил даже самому себе. Разум его порождал голоса, а те искушали его, соблазняя использовать силу демона, заключенного в нем. Страшась происков голосов, царь пожелал создать то, что помешает использовать силу демона ему самому и другим смертным. Так появился ключ, что мог переписывать и уничтожать печати.

Глава 10. Оттенки и грани

Если бы наши солдаты понимали, из-за чего

мы воюем, нельзя было бы вести ни одной войны.

Фридрих II Великий

После того, как Альфред закончил, в кабинете минут на пять воцарилась мертвая тишина. Первым голос рискнул подать ангел:

– Эмм… И что это было?

Ал невозмутимо пожал плечами:

– Сказка, разумеется. Одна из многих, которую вы, ангелы, забыли. Эта, в частности, была записана Метатроном.

– Часть ангельских летописей? – Удивлению ангела не было предела. Ясное дело, о разбросанных по всей планете скрижалях святого сказителя знали все, как и о том, сколько они стоили на различной степени подпольности аукционах, и как много народу гонялось за этим призраком легкой наживы в надежде до неприличия разбогатеть как минимум на пару ближайших столетий. Летописи являлись, пожалуй, единственным, хоть и неточным, малопонятным, а подчас и просто непереводимым источником знаний о жизни ангелов и их соперников демонов до случившегося с ними катаклизма. Рогатые наверняка и сами вели какие-то записи, но им уцелеть не посчастливилось, как и самому Метатрону, который, судя по всему, был весьма экстравагантен в своей работе, поскольку большая часть его наследия оказалась зашифрованной, туманно-иносказательной или вовсе не поддающейся переводу. Некоторые маловеры откровенно намекали, что под конец жизни почтенный летописец окончательно свихнулся и записывал полную околесицу.

– Неопубликованная, да. Точнее, тщательно скрытая ото всех любопытных. Однако правды в ней больше, чем ты думаешь. В обитаемых мирах, с момента их появления, действительно существовала некая сущность, время от времени переходящая от одного живого существа к другому, и дающая своему обладателю силу творения. Именно эту сущность, соединенную со своим носителем, и называют Ипостасью…

Демон встрепенулся:

– То есть нечто вроде самонаводящейся инструкции по управлению вселенной?

– Вроде того. Ипостась – это воплощенное созидание, обладающее ограниченной волей и перемещающееся от носителя к носителю. Известно, что в разные эпохи она существовала в симбиозе с самыми разными существами, однажды – с тем, кого вы называете Богом. Нечто вроде детской игры со стульями: кто остался стоять, тот и Создатель всего сущего.

Андрас задумчиво почесал подбородок:

– Звучит забавно. Уж точно ничуть не хуже любого другого варианта. И примерно так же бесполезно. Может, уже к сути перейдешь?

– Еще нет, но скоро. Я пока что не закончил выгонять в ступор твоего крылатого товарища. – Альфред ткнул пальцем в находящегося в легкой прострации ангела. – Так вот, как я сказал, сама эта сила, насколько можно судить, собственной моралью не обладает и во всех действиях полностью полагается на решения носителя. Так что Ипостасью может стать любая, самая первостатейная сволочь. Да что уж там, одно время даже Люциферу подфартило! – Уриил вышел из своей летаргии и вытаращился на Ала:

– Чего? Люц-ц… Люцифер был Творцом? Это про него говорилось в твоей легенде?

– Безусловно. Ни один архангел, будь у него хоть три нимба на башке, не смог бы сотворить жизнь, а у Люци на сдачу целую толпу демонов заделать получилось.

– Нет! – Уриил хлопнул ладонью по столу и чуть не расплескал коньяк из стоящего на столе стакана. В том месте, где ангел приложился кистью, остался обугленный и слегка дымящийся отпечаток его пятерни. – Это невозможно! – Альфред проигнорировал огнеопасное состояние собеседника и снисходительно улыбнулся:

– Мотивируй. Ты видишь в том, что я рассказываю, какие-то противоречия?

– Нет, но… – Ангел запнулся, лихорадочно переводя взгляд на присутствующих в кабинете и пытаясь подобрать слова.

– Но этого быть не может, потому что этого не может быть никогда, так? – Альфред чуть снисходительно улыбнулся. – Послушай, мне плевать, насколько сильно это переворачивает твое мировоззрение, но факт остается фактом: Люцифер длительный промежуток времени был носителем Ипостаси, и ответственен за очень многое из того, что сейчас происходит, хоть и далеко не за все. Большую часть херни натворили уже после того, как Ипостась его покинула. Если тебе так хочется, можешь считать, что Ипостась – отдельное божество, которое к Люци не имело никакого отношения и действовало исключительно самостоятельно, а он просто рядом покурить вышел. И прекрати, пожалуйста, плавить мой стол – он мне дорог как память! Если ни у кого нет вопросов к докладчику, то я продолжу.

Альфред какое-то время смотрел на сидящую перед ним парочку и, убедившись, что никто из них с комментариями влезать не собирается, заговорил дальше:

– Продолжу я, пожалуй, издалека. Когда мир был молод, а по земле ходили мамонты… Нет, это даже для меня слишком издалека… Тогда так: жил был на свете один царь, и звали его Соломон. И был он как раз тем самым Соломоном, чей исторический прообраз, как водится, отражает реальность не лучше, чем чертеж сливного бачка способен передать устройство вселенной. Так вот, как-то раз этот царь вдруг проснулся и ощутил себя Ипостасью. Замечу – то был первый и единственный задокументированный случай, когда ипостасью смог стать человек. И не просто стать, но и не превратиться при этом в барельеф самого себя на стене. И так он от этого обрадовался, что немедленно и бесповоротно свихнулся, а свихнувшись, посчитал себя одержимым бесом, засевшим у него в голове, – что до некоторой степени даже можно считать правдой. Сам уж он это решил или же ему кто-то посоветовал – история умалчивает. Но Соломону удалось создать несколько печатей, влияющих на демона в собственном сознании. Одна из печатей давала возможность изгнать демона или лишить его силы, другая – навсегда запереть в носителе и не дать вырваться в мир. И так далее, всего семь печатей. К беде или к счастью, Соломон не доверял голосам у себя в голове, поэтому ограничил полномасштабное применение своего изобретение ключом – символом разрушения, способным уничтожать и переписывать печати. Таким нехитрым образом мудрый царь избавился от своего демона и подарил вселенной очередную кнопку судного дня, как будто их кому-то когда-то не доставало.

– Кстати, – Андрас решил встрять в разговор, – допустим, что так оно все и есть. Тогда по этой логике Ипостась должна существовать и сейчас, так?

– В правильном направлении мыслишь, купи себе медаль в галантерее. Нынешней Ипостасью является твой, Андрас, сородич – Абаддон! – Настала очередь демона ловить руками челюсть. Демон войн и раздоров за последние два столетия основательно закрепился на пьедестале иерархии демонов, традиционно презирающих любую субординацию, то есть, по сути, был наибольшей головной болью для всех своих врагов и союзников. Но вот заподозрить того в обладании божественной мощи Андрас бы ни за что не догадался. – А как, ты думаешь, иначе демонам удалось бы за последние столетия так лихо добиться паритета с ангелами, устроив за один век две мировые войны, десяток революций, взрастить по всей планете поколение диктаторов, а в Европе понаоткрывать диснейлендов для евреев? Все это – присущие Абаддону способности, помноженные на возможности Ипостаси. Может, управляет он ими и не слишком талантливо, но, когда в руке дубина – мастерство фехтования отходит на второй план. И именно наличие у демонов такой силы, а не беспокойство за безопасность людей, заставило тогда Рафаила подписать мирный договор, который на деле – практически капитуляция. Он-то, разумеется, был в курсе, почему это делает, а вот твой коллега, призывавший тогда к продолжению войны, а сейчас поджигающий стол в моем кабинете – нет. За что и поплатился увольнением без выходного пособия. Не так ли, Уриил?

Андрас с тревогой покосился на ангела, тот сидел, не шевелясь, и смотрел в одну точку. И только по подрагивающим, сжатым в кулаки ладоням и напряженной, как струна, спине можно было понять, каких нечеловеческих усилий ему стоило сдержаться. Демон осторожно положил руку на плечо Уриила. С минуту тот никак не реагировал, после чего медленно выдохнул, разжимая кулаки и расслабляясь. Кинув едва уловимый благодарный взгляд на демона, Ури заговорил:

– Рафаил и вправду знал все это?

– Поверь мне, если б он и не был в курсе, я бы его непременно просветил: полномасштабная война ангелов и демонов с участием Ипостаси не может быть хорошей идеей ни для кого. Впрочем, ангельских летописей уцелело вполне достаточно, а Рафаил, ставший неформальным лидером ангелов после исчезновения Михаила, засекретил большую их часть. Так что информации на самом деле не так уж мало – можно было сделать все необходимые выводы.

– Кстати, ты-то откуда обо всем этом знаешь?

– Ты сейчас задал этот вопрос главе целого разведывательного корпуса? Это моя работа. За перемещениями Ипостаси я слежу очень давно. И именно мои наблюдения привели к тому, что я наконец решил вмешаться.

– Поясни? – Демон на мгновение отвлекся от созерцания Уриила.

– Понимаешь, вы, демоны, хоть и считаете себя умнее всех на свете, но, когда я узнал про скандал, случившийся с выдающейся исследовательницей, уважаемым специалистом и просто душкой Марууной, то сразу понял, какая информация оказалась в ее руках, и откуда та к ней попала. Правящая верхушка демонов уже давно изучает способы контролировать Ипостась. Видишь ли, есть предположение, что для продолжительного симбиоза той нужен идеально совместимый сосуд, а найти такой – задача нетривиальная, если вообще выполнимая, поэтому в обычном случае Ипостась просто уходит, не успев причинить своему носителю существенного вреда. Но демоны решили пойти дальше, и налепили на Абаддона соломонову печать сдерживания, не позволяющую Ипостаси переместиться в нового носителя. Уж очень сильно их привлекала идея удержать ее в своих лапах – и не без причин, замечу: с пернатыми на равных в войнушку поиграли, потом на выгодных для себя условиях мир заключили… Теперь ведь демонов никто мордой по хоругвиям не возит только за факт их существования, а если и наказывают, то по суду и, как правило, без развоплощения. Так что тут я копытных понимаю, от такой страховки добровольно не отказываются. Но сейчас, если Ипостась попытается покинуть Абаддона…

– Стоп! – Уриил, пытаясь собрать в кучу разбредающиеся мысли, ухватился за самую, как ему показалось, очевидную проблему: – А она что, пытается?

– Скорее всего… – Альфред развел руками, демонстрируя таким образом некоторую зыбкость собственных домыслов: – Когда я видел Аббадона в последний раз, он уже начал проявлять первые признаки. Ипостась жрет его изнутри и скоро вновь окажется на свободе, да не просто так, а, что называется, с мясом, через смерть своего носителя. После этого незаинтересованных партий, считай, не останется. Каждому охота на следующие пару тысячелетий заручиться эдакой персональной скатертью-самобранкой. А с печатями на столе эти мечты обретают вполне реальные формы.

– Что ж… – Андрас залпом выпил свой коньяк, налил себе новую порцию и, скрестив руки на груди, продолжил: – Давай подведем промежуточный итог: во вселенной существует некая блуждающая сила, участвовавшая в большинстве заметных исторических событий; какой-то лунатик больше тысячи лет назад придумал способ ею управлять, а теперь старший демон и по совместительству нынешний владелец этой силы скоро двинет кони из-за того, что попытался ее удержать дольше положенного. А после этого случится… Что? Новая война?

Уриил кивнул:

– По всей видимости. Ты, кстати, на удивление спокойно это все воспринял, с чего бы?

Настал черед Демона пожать плечами:

– Были слухи. Абаддон ведь даже не высший, но во время войны успел возвыситься так, что другие лишь диву давались. Все ведь фактически признали завершение войны и заключение мирного договора его единоличным достижением, в том числе и герцоги, которые до этого в его сторону и глядели-то через раз. Так что наличие такого подспорья для него очень многое бы объяснило. Как и то, что последние полгода Абаддон больше не появляется на публике – все публичные заявления за него делает Велиал. – Андрас на секунду уткнулся взглядом в стену, размышляя, после чего обратился с вопросом к до того внимательно слушавшему его рассказ Алу: – Каким образом проявляется эта его болезнь?

– Поверь мне, увидишь – не ошибешься! – Альфред в очередной раз побарабанил пальцами по бумагам перед ним. – Но теперь мы переходим к самому главному вопросу: каким боком ко всей этой истории относитесь вы. С тем, что такое печати, у вас, полагаю, вопросов не осталось?

Ангел кивнул:

– Дорожные знаки божественного назначения, да-да. Туда не ходи – сюда ходи.

– Если уж использовать твой колхозный вокабулярий, – Мужчина поморщился, – то печати – это, скорее, двери. Ключ же позволяет переписывать уже созданные печати и создавать новые.

– Одно кольцо, чтоб всем владеть… – Андрас нервно заржал.

– Совершенно неуместная в нашем случае фэнтезийная аналогия, но суть ты уловил верно. Так вот, по каким-то причинам демонская верхушка решила, что этот самый ключ принадлежит тебе, Уриил.

– Мне?! – Ангел выпучил глаза.

– Именно! И это самое загадочное в данной истории. Получив донесения об этом, я тебя проверил в первую же очередь. И – ничего! Ты совершенно обычный. Рядовой, я бы даже сказал – тривиальный!

– Сейчас в морду получишь! – Уриил на миг забыл, о чем вообще изначально шла речь, и твердо вознамерился пересчитать Альфреду зубы, держа их при этом у себя в руках.

– Ну уж извини! – По лицу Ала ни не секунду нельзя было подумать, что тот действительно сожалеет. – Я, конечно же, слегка подстраховался, повесил охранку на вашу квартиру и успокоился. А через пару дней вас чуть не взорвали. Стало понятно, что Абаддон совсем плох, и демоны решили перейти к активным действиям: убить тебя и забрать ключ, чтобы снять печать со своего лидера и сделать вид, что все всегда было хорошо. План разумный… Мог бы быть таковым, по крайней мере, если бы меня не предупредили о готовящемся покушении.

– Да кто тебя предупредил, можешь сказать наконец? И нет у меня никакого ключа. – Казалось, еще немного, и Уриила раздует от возмущения и вынесет сквозняком в открытую створку. – Поверь на слово, если не готов лезть мне в задницу с поисковой бригадой!

– Сказать не могу. Точнее не хочу. С этим тебе придется жить. Что же касается поисковой бригады, то в ней пока что нет необходимости, если ты сам не настаиваешь. Ключ же… Предположим в порядке бреда, что он может быть у тебя и без твоего ведома. Он вообще может столь же нематериален, как и сама Ипостась, и передается от носителя к носителю навроде герпеса. Шанс, не находишь? Его ведь никто никогда не видел, а у тебя меж тем – более чем богатая биография.

– Это ты сейчас на что-то намекнул, или мне еще рано бить тебе рожу? Можешь хоть объяснить, почему не говоришь, кто нас спасал?

– Легко. Вы сразу полезете везде со своим мнением, и вам немедленно обломают за него рога.

– Ха, а у меня нет рогов! – Ангел победно ткнул пальцем в сторону Альфреда. Тот решил в долгу не оставаться:

– Уверен? Демон-то у тебя в самом соку!

– Нет, я все-таки сейчас набью ему морду!

– Погоди, Ури. – Необходимость анализировать столь дикий поток абсолютно новой информации привел к неочевидным последствиям для всех участвующих: разговор неуклонно скатывался в базар. Положение спас Андрас, придержав ерепенящегося ангела за запястье и снова повернувшись к ожидающему продолжения Алу: – С твоих слов выходит, что Марууна все это время работала на демонов и покушение организовала по их заказу?

– С очевидностью! Половину данных из ее исследований знали лишь главы демонских каст. Так что повязана она с ними руками и ногами – можешь не сомневаться. Еще вопросы?

– Легко! – Уриил вскочил и нервно забегал по кабинету, окончательно разбудив тем самым Скуггу, до того успевшего мирно задремать прямо в дверном проеме: – Например, правильно ли я догадался, что Марууна для нашего убийства воспользовалась одной из этих пресловутых печатей? И если это так, то почему ее план не сработал?

– Скорее всего… – Альфред откинулся на кресле и вальяжно закинул ногу на ногу, развернувшись к столу боком, чтобы мельтешащий ангел не так сильно рябил в глазах. – Видишь ли, Марууна умная девочка, но вряд ли до конца понимает, с чем связалась. С помощью печати она навязала эльфу судьбу отправиться в ваш дом и активировать амулет. Это не так уж сложно, и вполне могло быть проделано и без печатей. Хватило бы тривиальных угроз и парочки родственников в заложниках. Чтобы действовать наверняка, ей пришлось бы проводить ритуал в этом мире и наложить печать на само мироздание – только так можно было гарантированно обречь вас на смерть. Но на такие фокусы не хватит сил ни у кого из ныне живущих: мироздание – неповоротливая штука и не терпит, когда к нему лезут с советами.

– Хорошо… Так что ты от нас-то хочешь?

– Того же, что и раньше, друг мой. Найдите Марууну – хорошо бы захватить ее живой и узнать, что ее натолкнуло на мысль, что ты – их основная цель. Потом неплохо бы вернуть эльфов в их края и избежать таким образом войны еще и с ними. Ну а после… – Альфред на секунду задумался. – Зависит, пожалуй. Сумеем ли мы сами найти этот ключ? Если да, то, возможно, стоит отдать его демонам и не допустить смерти Абаддона. Если же мы не успеем, что ж, тогда жизнь наша станет значительно веселее, но нам не привыкать, не так ли?

Все трое какое-то время напряженно смотрели друг на друга. В конце концов Уриил медленно кивнул:

– Хорошо, будь по-твоему. Я не могу сказать, что верю и в половину из всего того, что ты здесь наговорил, но действия Марууны стоят того, чтобы ее отыскать. Только вот этого, – Ангел ткнул пальцем в Скуггу, все еще маячившего в проходе, – к нам больше не подпускай! Зачем вообще понадобилась эти детсадовская слежка? Думал, что мы не догадаемся, что твой бобик может оказаться оборотнем?

Со стороны Скугги донесся сдавленный рык, но Альфред с ухмылкой его проигнорировал, предпочитая ответить на вопрос:

– Почему же? Я подумал, что так у вас будет дополнительный соблазн нанести мне визит, когда у вас появится на руках достаточное количество вопросов без ответа.

– То есть, ты для этого все так подстроил?! – Руки Уриила в очередной раз сжались в кулаки, а в глазах начало разгораться уже знакомое Андрасу красноватое свечение – в этот раз ангел так просто успокаиваться явно не планировал: – Хотел проверить, побежим ли мы, как крысы по лабиринту?

По стене кабинета поползла сеть трещин, а Скугга на секунду скрылся в подсобке и возник оттуда мгновением позже, держа в руках пистолет. Положение спас Альфред, резко вставший из-за стола и подошедший вплотную к Уриилу. С минуту эти двое играли в гляделки, после чего ангел разжал кулаки и пошатнулся, заставив готового к обороне Андраса дернуться к нему, чтобы подхватить слабеющее тело напарника. Ал невозмутимо отошел к окну и обратился к демону:

– Прошу прощения. У твоего друга небольшое нервное истощение – к ментальным поединкам он пока что не готов. Советую отвести его на воздух – скоро ему станет лучше. Слежки за вами больше не будет и какого-либо вмешательства в ваши дела тоже – в этом я даю тебе слово.

Демон сдержанно кивнул, внутренне удивляясь собственной выдержке и надеясь, что та оправдана, и под пристальным взглядом телохранителя повел спотыкающегося на ходу ангела к выходу из кабинета.

Глава 11. Ключи и двери

Если вам кажется, что дела идут хуже некуда,

– не волнуйтесь, в скором будущем они пойдут еще хуже.

Закон Мерфи

Если вам кажется, что дела пошли лучше,

значит, вы чего-то не заметили…

Первое следствие закона Мерфи

На воздухе Уриил действительно довольно быстро пришел в себя. Они с Андрасом стояли, прислонившись к забору неподалеку от центрального входа в бизнес-центр. Спустя пару минут какого-то обессиленного молчания демон рискнул возобновить разговор:

– Пришел в себя?

– Более-менее. – Ангел на пробу потряс головой. – Да, вроде еще работает. – Демон ухмыльнулся. – Прости, что психанул, нельзя было. Но этот мудак меня допек.

– Не объясняй, сам еле сдержался. Что это было, кстати? Там, наверху.

– Без понятия. Когда разозлился, у меня чуть мозг не вскипел – думал, расплавлюсь. А следом этот подошел – и мне башку как будто в ледяную ванну запихнули. Так себе контрастный душ, могу тебе сказать!

– Представляю. – Демон поежился. – Ну а в остальном что думаешь? Все эти творцы, ипостаси, цари с печатями…

– Да ты знаешь… Я мало кому рассказывал, но, когда очутился на Земле, не мог вспомнить вообще ничего. Некоторые сохранили память о своих друзьях, близких, о том, чем занимались и как жили до схождения. Я же не помнил ни шиша. Мне и имя-то смогли восстановить по свидетельствам очевидцев и описанию в летописях. И я старался, веришь? Как же, ангельский полководец, один из архангелов! Меня даже в высшее руководство допустили. Липово, ясен пень, – никто бы мне и ложкой с кашей самостоятельно управлять не дал, но все равно было… понятно, что ли? Была цель и соратники. А потом, когда война шарахнула…

– Ты, кстати, об этом тоже никогда не рассказывал.

– А что там говорить? Дела давно минувшие. Я тогда еще пытался что-то вспомнить. Старался быть тем великим полководцем, которого описывали летописи. А когда меня вытурили, как зарвавшегося котенка, понял, что все это херня. Та жизнь, если когда-то и была, давно закончилась, понимаешь? Плюнул на все и всех и свалил. Отправился путешествовать – где меня только не носило! А потом вот на тебя наткнулся и решил, чего бы не поэкспериментировать… – Ангел смущенно хихикнул. Демон вопросительно поднял бровь:

– И как, еще не наэкспериментировался?

– Не-е-е. У меня столько идей, на двести лет вперед хватит!

– Не сомневаюсь. – Андрас довольно осклабился.

– И правильно делаешь! А по поводу рассказов Альфреда, ну что тут скажешь… Все, что я знаю – это старые басни мертвого мира. И если нынешние ангелы хоть немного похожи на тех, прежних, то веры этим рассказам нет никакой. Так что мне по большому счету плевать, верить ли в их версию или в ту, что нам поведал Ал. И не скрою, кое-что из его слов и впрямь неплохо объясняет некоторые события нашей истории: и перемирие, и Абаддона, и даже события в хрониках неплохо уживаются с существованием Ипостаси.

– Например?

– Молчание Творца, восстание Люцифера. Если предположить, что нечто позволило Ему создать ангелов, а затем покинуло и перешло к Люциферу, становится понятна и эта их ссора, и последующее Его молчание. У Него наверняка на тот момент хватало дел и помимо своих творений.

– Кстати, насколько мне известно, Люцифер за некоторое время до начала схождения тоже на зов демонов отвечать перестал. Не исключено, что это банальное совпадение, конечно.

– А вот скажи, сам-то ты что можешь сказать про все эти уроки альтернативной истории? Я у тебя к ним особого интереса как-то не заметил.

– Я демон, мы более примитивно устроены. Да и Ад учит выживать, а не думать. Кроме того, я из своей прошлой жизни помню только то, что последние восемьсот лет провел в заключении по указу отца, да еще, что у того был фамильный меч, который на земле достался мне. Вот и вся моя история. – Андрас задумчиво пожал плечами. – К слову, всегда считал, что уж вы-то, ангелы, своего Творца в глаза видели. Или нет?

– Честно? Не уверен. Рафаил бы за такое полез меня сейчас мечом кромсать, но лично я думаю, что это как у людей с их богом: один ангел слышал, как другой ангел говорил, что один архангел рассказывал, как при нем Творец лично из нужника выходил. – Демон ухмыльнулся, мысленно представив себе подобный диалог, а ангел, передернув плечами, продолжил: – В общем, суета это все, и никто уже давным-давно ничего не знает, даже если делает вид. Так что может Альфред с Марууной и все причастные – чохом с ума посходили, раз верят в эту их Ипостась, но так мы хотя бы можем понять, что ими движет и из каких соображений они будут действовать. Что, кстати, снова возвращает нас к этой чокнутой бабенке. Есть идеи, где ее искать? Я все еще имею сказать ей пару слов, в частности, насчет пятерых несчастных ублюдков, один из которых по ее милости уже кормит червей, а остальные четверо скоро за ним последуют!

Демон удивленно покачал головой:

– Ты же этих эльфов вроде подлатал слегка.

– Подлатал… – Уриил досадливо поморщился. – Только ни ты, ни я не знаем, что именно я с ними сделал и как им это поможет! Ты вот гарантию дашь?

– Нет, извини. – Андрасу возразить было действительно нечего. Кровавый заем в модифицированном исполнении Уриила неплохо бы помог при физическом ранении, но как он сочетался с невесть чьей магией, предсказать было невозможно. А в случае с некоторыми хитро действующими ядами, внезапно дошло до демона, заем бы и вовсе мог стать смертным приговором: увеличенная регенерации напрочь сожгла бы все резервы организма отравленных, ничего не сделав с самой отравой. Впрочем, ангелу об этих своих логических выкладках он говорить не решился. Тот бы опять распсиховался и обвинил себя во всех грехах, когда же единственный их шанс сейчас состоял совсем в другом: – Но ты прав, Марууну обязательно надо найти! Кстати, она наверняка сможет дополнить историю, рассказанную Альфредом.

– Есть соображения? – Уриил заинтересованно посмотрел на демона.

– Да, пока мы в кабинете сидели, одна мысль появилась. Если Марууна работала на демонскую верхушку, то в этом мире она остаться не может – ее рано или поздно найдут, под каким бы камнем она не спряталась. Так что выход у нее ровно один…

– Портал! – Уриил дернулся, пораженный собственным озарением.

– Именно. И что-то мне подсказывает, что так уж далеко она от него уходить не будет, скорее затаится и выждет, пока шум уляжется.

– Это ты с чего взял? Ее тут больше ничего не держит, насколько я могу судить. Заказ на наши персоны в жареном виде она ведь провалила. Могла бы спокойно себе у эльфов осесть и не дергаться, пока все про нее не забудут.

– А вот тут я не согласен. Альфред правильно сказал: если Абаддон умрет, а Ипостась вырвется на свободу, желающих получить такое могущество выстроится целая очередь. И ты думаешь, что такое существо, как Марууна, имела в планах на себя что-то меньшее, чем мировое господство? Я почти уверен, что она согласилась работать на демонов, которые до того предали ее, унизили и разрушили карьеру, лишь затем, чтобы иметь шанс продолжить исследования печатей и в какой-то момент попытаться заполучить Ипостась себе.

– Черт! Невеселая перспектива выходит. Особенно, если учитывать, что из всех претендентов Марууна пока что продвинулась дальше всех: на ее счету как минимум один проведенный ритуал. Пусть и не совсем успешный, но все же…

– Вот именно. Так что если эту бой-бабу не остановили семьдесят лет ссылки, то такая мелочь, как невозможность убить нас и демоны на хвосте, ее точно не остановят. Поэтому давай-ка прокатимся и посмотрим на этот портал своими глазами.

– Ты что, знаешь, где он?

– Еще не точно…

– А что тогда? Примерное место?

– Ну, не совсем.

– Что-то нашел в ее записях?

– Да не особо.

– Заебал! – Уриил недобро сощурился, уже прикидывая, куда бы побольнее пнуть зловредную рогатую скотину, которая явно над ним издевалась.

– Ладно, не злись. На одной из карт в их квартире была отмечена территория каких-то заброшенных заводских складов. Расположены они за городом на той же трассе, что и автомастерская Алексея. Подумал, что стоит рискнуть и рвануть туда. Если эльфов не перевозили какими-то козьими тропами, велик шанс, что именно это место нам и нужно.

– Что ж, план ничем не хуже остальных. Не очень здорово соваться туда ночью, но времени у нас в обрез. Стало быть, двинули?

Демон кивнул и, отлепившись от забора, направился в сторону парковки.

***

Скугга уже минут пять сидел за столом шефа и допивал оставшийся после предыдущей беседы коньяк. Сам владелец кабинета задумчиво листал какие-то очередные донесения, принесенные ему секретаршей, и разговор возобновлять не торопился. Ску пользовался этим временем, чтобы еще раз оглядеть обстановку в комнате. Самого этого помещения два дня тому назад и в помине не существовало – его в рекордные сроки отделили от основной зоны офиса гипсокартоном и пятью слоями шумоизоляции спецы из отдела техобеспечения. Получилось на удивление уютно, а уж комната отдыха, которую Ску довелось опробовать на себе, вообще оказалась выше всяких похвал. К его приходу там, к слову, обнаружился легкий обед, сменный комплект одежды его размера и шампунь от блох для крупных пород собак – следствие специфического юмора кого-то из отдела обеспечения. Наводящие вопросы о такой готовности грозили вот-вот сорваться с языка, но Скугга стоически терпел. А впоследствии и вовсе пожалел, что остался в кабинете, поскольку шеф, закрыв очередную папку, решил начать первым:

– Занятная вышла история, Ску… Тут вот в донесении говорится, что один из наших агентов попался на задании, будучи под прикрытием, а в придачу привел потенциальную угрозу к нам на чердак. Показывая им дорогу… – Шеф на секунду бросил взгляд на распечатку, словно что-то уточняя. – Из-под сиденья внедорожника?

Ску всерьез расстроился из-за того факта, что панорамные стекла в кабинете ударопрочные, а летать он не умеет.

– Извини, шеф. Но ты ведь сам попросил подставиться.

– Попросил, не без того… – Альфред в который раз оглядел донесение и с деланным укором покачал головой. – Однако не ожидал, что мне агента приведут не только прожаренного, но еще и в поводке, и ленточках.

А вот это уже было по-настоящему обидно. Прожаркой в их работе называлась перевербовка противником, и Скугга бы на такое никогда не согласился. И ленточек не носил!

– Сам же знаешь. Гребаные собачьи инстинкты! – Последнюю фразу великан практически выплюнул. Он терпеть не мог эту часть своей натуры, но животные гены порой оказывались сильнее: псина внутри него требовала наличия пары, а таковой на горизонте не появлялось давным-давно. Так что предположить, кого та в следующий момент воспримет в качестве хозяина, заставив своего владельца вести себя как слюнявая болонка, не представлялось возможным. Поэтому-то и в зверином обличии Скугга старался бывать как можно реже: не хотелось в очередной раз позориться, а потом еще месяц находить в личном шкафчике бантики и собачье печенье.

– Ладно, проехали. – Альфред нахмурился, пытаясь скрыть ухмылку. – Я только надеюсь, что хвостом ты не вилял – такого надругательства над собой наш кодекс чести не стерпит. – Ску буркнул на очередную подколку нечто нечленораздельное. – Ну хорошо, давай дальше работать. Что нужно сделать, помнишь? Только держись на расстоянии. А то вконец привяжешься еще – задание завалишь.

– Шеф! – Стакан с коньяком жалобно звякнул, подскочив от удара по столу.

– Да ладно-ладно, я ж просто переживаю. – Альфред поднял руки в примирительном жесте, после чего откровенно заржал: – И у меня сахарных косточек больше, так и знай!

– Шеф, сейчас на ринг пойдем! У меня в запасе полчаса есть! Да, насчет твоего поручения – ты уверен, что так надо?

– Все-все, молчу. Уверен. – Тон Альфреда стал жестче. – Пояснять не буду, уж извини. Воспользуюсь правом старшего по званию и просто прикажу.

– Ладно, понял. – Скугга задумчиво поскреб бороду, выпятив вперед подбородок, затем мотнул головой, на мгновение став невероятно похожим на свой звериный прообраз, и поднялся с кресла. – Тогда до встречи через пару дней.

– Удачи.

– Да кому она нужна?

– Им, безусловно. Должны ж они против тебя хоть какие-то шансы иметь.

На мгновение в глазах начальника мелькнула какая-то не совсем уместна по статусу забота и вроде даже тревога, но Ску решил, что ему от усталости показалось и, молча кивнув, пошел к выходу. Не дойдя до двери пару шагов, он на секунду притормозил:

– Кстати, а почему чердак?

– Без понятия. – Альфред, уже успевший вернуться к своим бумагам, отвлекся и пожал плечами. – Кто-то из техников предложил – и зацепилось. Теперь во всех сводка фигурирует.

***

На месте они оказались ближе к восьми вечера, когда над дорогой начали потихоньку сгущаться первые сумерки. Свернув с трассы примерно в том районе, который был отмечен на карте в доме Марууны и Сироэля, Андрас повел машину по проселочной дороге, практически заросшей кустарником и сухой травой, в это время года больше похожей на солому. Вскоре за лесопосадками показались остовы бывших складских помещений. Местность казалась совершенно безжизненной и заброшенной столетия назад. Когда они подъехали к покосившейся от времени двери одного из заводских цехов, демон легонько потеребил зависающего в телефоне ангела за плечо:

– Все, дальше не поедем. Лучше идти пешком, иначе наделаем шума.

– Согласен. Я тут почитал форумы местных фанатов заброшек. Они пишут, что в этих местах есть сеть подземных тоннелей: бывшее заводское бомбоубежище, склады и даже несколько цехов. Полагаю, на тот случай, если бы пришлось работать под артобстрелом. Все по большей части затоплено, но в парочку тоннелей можно спуститься.

– Думаешь, портал находится там?

– Шансы есть. Для его открытия нужна плоская поверхность: чем ровнее, тем устойчивее будет линза. Так что есть смысл искать в цехах и в этой вот подземке.

– Ладно, пойдем. И постарайся что-нибудь почувствовать, иначе мы здесь застрянем до лета.

Они осторожно пошли вперед, периодически останавливаясь и оглядывая следы бывшего заводского быта. Осмотрев пару складов и не найдя ничего, кроме дыр в крыше и голубиных гнезд с обеспокоенными обитателями в них, Андрас махнул рукой Уриилу и указал на высящуюся впереди громадину одного из цехов. Здание было в очень плохом состоянии: вертикальные окна, начинавшиеся на уровне второго этажа и доходящие до самой крыши, были выбиты, в нескольких местах в стенах зияли проломы, ощерившиеся проржавевшей арматурой. Подойдя к одному из таких ходов, демон принюхался и жестом подозвал к себе ангела.

– Чувствуешь?

Уриил сосредоточился на своих ощущениях и, перейдя на шепот, подтвердил:

– Суккуб и еще что-то странное. Не разберу…

– Я тоже. – Андрас кивнул и снова принялся разглядывать открывающийся из пролома вид на внутренности цеха. – Но след старый, как минимум пара дней. Что ж, по крайней мере, мы на правильном пути.

Внутри остова здания обнаружились ржавые скелеты какой-то техники, груды обломков и полное отсутствие кого-либо живого. В конце концов Андрасово чутье привело обоих к полузасыпанному лазу с вертикальной лестницей, разглядеть который в потемках удалось далеко не сразу. Откинув кусок полусгнившей фанеры, которой был прикрыт темный вход в подземную часть завода, Андрас опять принюхался и жестом пригласил ангела следовать первым:

– Ну что, только после вас! След ведет вниз, значит, и нам туда.

– Чудесно! А фигли я первый? Ты хоть в темноте видишь!

– Ага! – Андрас демонстративно скрестил руки на груди. – И мне это сильно поможет, когда я задницей вперед полезу в эту дыру.

– А в чем смысл мне лезть первому?

– Ну-у-у… – Демон на момент задумался, но уже через секунду выдвинул новый довод: – Если тебя там внизу убьют, я увижу того, кто это сделает! И жестоко отомщу – не сомневайся.

– Охренительная перспектива! Нет уж, лезь первый! – Уриил практически пинками затолкал упирающегося демона в колодец, а полминуты спустя, кряхтя и чертыхаясь, полез туда сам.

Вопреки ожиданиям внизу ждала не засада, а сырость, вонь плесени и гнили и ледяная вода, доходящая демону до колен. Андрас постарался как можно внимательней осмотреть помещение, в котором оказался: это был выполненный из бетона узкий коридор, ведущий от тупика с лестницей, по которой он только что спустился, куда-то вперед с небольшим скруглением, так что нельзя было рассмотреть, чем он заканчивается.

В тоннеле стояла абсолютная темень, так что демону приходилось до предела напрягать свое ночное зрение, используя те крохи света, что все-таки проникали сюда через лаз в потолке. Наконец его рекогносцировку прервал ангел, свалившийся ему на голову неграциозным мешком. Тяжкий моральный груз пришлось слегка встряхнуть, задушить в нем зарождающиеся претензии к сложившейся ситуации и, взяв под руку, вести за собой, как слепого котенка. Таким образом они прошли метров пятьдесят и вскоре вышли в расположенный на небольшом подъеме куполообразный зал с потолком высотой в два человеческих роста. Под самым куполом виднелся небольшой зарешеченный колодец воздуховода, из которого на пол помещения падал блеклый лунный свет.

Помимо того хода, из которого вышли напарники, можно было разглядеть еще три, уходивших под уклон куда вглубь подземного комплекса.

Пару минут посверяв собственные ощущения, демон и следующий за ним след в след ангел направились в центральный коридор, миновав по дороге остов короба, когда-то бывший частью гермодвери, давно оторванной и, вероятно, распиленной местными ценителями старины на металлолом. Путь полого уходил вниз, влажно хлюпая под ногами.

Спустя непродолжительное время продвижения вперед, тоннель все больше стал походить на обитаемый: на стенах тут и там стали появляться лампы освещения, источающие вокруг себя тусклый мерцающий свет и установленные, по всей видимости, совсем недавно.

Коридор в конце концов завершился еще одним шлюзом – на сей раз вполне рабочим на вид, но раскрытым нараспашку. Миновав его, Андрас сразу насторожился: в освещаемом всего несколькими фонарями, но относительно сухом прямоугольном помещении, больше похожем на какой-то склад, утыканный через равные промежутки бетонными колоннами, отчетливо ощущалась вонь суккуба.

Уриил, видимо, тоже это почувствовал, потому что, положив руку демону на плечо, указал на одну из колонн по левой стороне в самом дальнем конце склада, рядом с которой валялись какие-то мешки и непонятное тряпье.

Стараясь издавать как можно меньше шорохов, что в гулком темном помещении было практически бесполезно, оба приблизились к странному скоплению ветоши, в центре которого обнаружился матрац, а на нем – в ворохе одеял и каких-то сомнительно пахнущих и выглядящих пледов – спящая женщина, или, быть может, девушка.

Подошедший чуть раньше, да и видевший гораздо лучше Андрас по достоинству оценил внешний вид суккуба: даже без своих чар, которые подобные демоны в обычных случаях во сне не поддерживали для экономии сил, выглядела та потрясающе: худая до болезненности, тонкие кисти рук, сложенные поверх покрывал, раскосый разрез глаз на чуть восточном лице, пухлые губы, слегка приоткрытые во сне, иссиня-черные брови и какая-то модная стрижка на голове, попорченная, впрочем, явным отсутствием ухода. В носу у демонессы поблескивало небольшое золотое колечко.

Демон уже видел ее фотографию в досье и сейчас мог с точностью сказать, что суккуб пребывала не в лучшей форме: лицо даже в таком свете выглядело землисто-серым, а под глазами спящей залегли глубокие тени. Тем не менее вид женщины впечатлял и сейчас, так что Андрас, не удержавшись, присвистнул, вызвав тем самым череду событий, состоящую из затрещины от мигом оценившего ситуацию Уриила, его же злобного бухтения и пробуждения суккуба, которая от всей вышеперечисленной возни успела проснуться и, в ужасе отпрянув в сторону от очевидной угрозы в виде еще одного демона, приложилась головой о колонну. Ангелу на миг показалось, что он успел увидеть искры, после чего суккуб перед ними вновь лишилась сознания.

– Ну и что это было? – Андрас кинул скептический взгляд на буянящего ангела.

– Это я тебя хочу спросить! – От ядовитого шепота Уриила со стен полезла штукатурка. – Какого хрена ты на нее пялишься?

– Как будто ты этого не делал! – Демон хмыкнул. – К тому же выбор целей тут небольшой. Так что лучше помоги мне привести ее в чувство. – Андрас присел на корточки рядом с бессознательным телом суккуба, но сразу же получил пинок от все еще дувшегося ангела, и предпочел отойти на пару шагов назад. – Тогда давай сам. Но, прошу, постарайся обойтись без тяжких телесных повреждений.

– Ничего не обещаю! – Уриил для порядка пометал злобные взгляды, но скоро решил, что в темноте эффект совсем не тот, поэтому все же склонился над бессознательной девушкой и положил руку ей на лоб. Пару мгновений ничего не происходило, однако вскоре суккуба выгнуло дугой, а у Андраса чуть не заложило уши от ее крика. Вакханалия продлилась полминуты, после чего все стихло. Как только демон удостоверился, что снова в состоянии слышать собственный голос, пришло время поинтересоваться у коллеги:

– Что ты с ней сделал?

– Без понятия. – Отступив назад, ангел скрестил руки на груди и равнодушно пожал плечами. – Я этот способ испытывал только на тех полудохлых эльфах, если помнишь. А они впечатлениями не делились, потому что были, ну… полудохлыми!

– Жестоко, падший… – Андрасу показалось, что прозвучавший шепот больше похож на скрип телеги – видимо, от крика суккуб сорвала голосовые связки, но в сознание все же пришла. – Это ведь ты, да?

– Да я популярен как никогда! – Уриил в преувеличенной радости всплеснул руками. – Впору платные автографы раздавать! Теперь моя очередь угадывать: ты та, кто пытался нас прикончить? – Демон решил перестраховаться и подошел поближе к ангелу на случай, если тот решит перейти от обычного допроса к допросу с пристрастием.

– Да, это так, – голос Марууны дрожал. – И теперь вы здесь, чтобы потребовать объяснений? Ваше право, я полагаю. Все это зашло слишком далеко!

– Дальше-то уже и некуда! Только не слишком ли поздно ты спохватилась? Может, стоило пораскинуть мозгами до того, как пришила собственного напарника?

– Сироэль… мертв? – Глаза суккуба внезапно блеснули. Женщина попыталась подняться с покрывал, и с некоторым трудом ей это удалось, после чего она, прислонившись спиной к колонне и слегка пошатываясь, не мигая уставилась в глаза ангелу. – Откуда вам известно? Вы видели тело?

Андрас удивленно вздернул бровь:

– Хотите сказать, что это не ваших рук дело? И нет, тела не было, только кровь в вашей с ним квартире.

– Нет… Тогда не то. – Плечи суккуба судорожно дернулись, и та немного расслабилась. – Послушайте, мне придется многое вам рассказать, но времени у нас очень мало! Во-первых, Сироэль, скорее всего, жив…

Уриил патетично вскинул руки:

– Прелесть какая… Да ты продолжай! Я скажу, когда лапша с ушей падать начнет!

Марууна чуть печально улыбнулась:

– Когда вы были в нашей квартире… Твой напарник ведь не почувствовал, кто его убил, только запах смерти? Полагаю, это было что-то из арсенала эльфов. У них есть травы с подходящим запахом: если не знать точно – можно обмануть даже демона!

Андрас выругался:

– Выходит, все же подстава. Твою мать, знал же, что пятно это слишком уж аккуратное.

– Какое пятно? – Уриил на секунду перешел на деловой тон.

– Кровь в их квартире! – Андрас повернул голову в сторону ангела и досадливо махнул рукой. – Там, кроме запаха смерти и крови, больше ничего не было, а такого почти никогда со свежими трупами не бывает. Да и с любыми не бывает. На каждом убитом остается отпечаток эмоций убийцы.

– То есть ты что, уже ей поверил?! – Уриил чуть не захлебнулся возмущением. – Она нам тут сейчас какую угодно телегу толкнет!

– А сам ты что чувствуешь? Ты же из нас двоих ходячий детектор лжи!

– С чего бы это?

– А кто заливал, что Корнелия нам не лгала? Вряд ли обессиленного суккуба прочитать сложнее, чем смертную. Так что, врет или нет? – Андрас ткнул пальцем в Марууну, Уриил в ответ некоторое время недовольно пыхтел, после чего прикрыл глаза и неохотно буркнул:

– Не похоже… Кстати, а как же Альфред? Он ведь нашу с тобой версию подтвердил!

– А ни хрена он не подтвердил! Он сказал, что она у нас складная – это нихрена ни о чем не говорит. Да и с чего ты так уверен, что ему известно больше нашего?

– Что за Альфред? – суккуб неожиданно подала голос. Уриил некоторое время скептически смотрел на женщину, но все же снизошел до ответа:

– Худой, высокий, черные волосы, возраст – лет тридцать пять, носит очки в круглой оправе. И да, именно он спас нас от вашего остроухого гостинца! Что-нибудь знакомое?

– Нет. – Марууна покачала головой. – Я его не знаю.

– Ладно, тогда что ты там хотела рассказать?

Дождавшись внимания обоих собеседников, уже более твердо стоящая на ногах демонесса кивнула и продолжила:

– Я постараюсь вспомнить все, что знаю. Это… Это в моих же интересах, не сомневайтесь. И мне известно, что падшие ангелы могут чувствовать ложь, как и скрытые помыслы других живых существ. Так что соврать мне не удастся.

– Хмм… – Андрас было заинтересовался, но потом одернул сам себя: – Ладно, к возможностям падших вернемся чуть позже, хоть тема и интересная. Расскажите лучше, зачем понадобилось убивать нас?

– Если позволите, я начну со дня моего знакомства с Сироэлем. Мы пересеклись довольно давно, но работать вместе стали лишь лет двадцать назад, мне тогда предложили поработать на одного из союзников Абаддона в Оттаве. Выполнить для него некоторые исследовательские работы…

– Так, сразу стоп! – Ангел для пущей наглядности продемонстрировал озвученное требование ладонями. – Вас же разжаловали, если мне память не изменяет? – Марууна кивнула.

– Официально да. Публикацию моих исследований отозвали, а меня саму лишили всех званий и возможностей. Даже арестовали. Но неофициально мои исследования были слишком ценными, чтобы от них отказываться, поэтому мне разрешили продолжить, скажем так… без записей. К тому же… Я оказала одну весьма значительную услугу самому Абаддону. – Женщина на миг задумалась, взгляд ее стал мечтательным, как будто она вспомнила о чем-то приятном: – Что вы знаете о печатях Соломона?

– Кое-что. – Демон пожал плечами. – Часть информации из ваших статей и то, с чем нами поделились наши информаторы.

– Хорошо. Тогда для вас не будет новостью, что всего их существует семь. Одну из них – печать сокрытия – я успешно применила на самом Абаддоне, чтобы не дать Ипостаси покинуть своего хозяина. Одно из моих самых выдающихся достижений!

– Так это вам мы обязаны нынешним концом света? – Уриил решил вновь переключиться на сарказм. – Приятно слышать, разрешите поблагодарить!

– Вы можете меня обвинять, но я считала, что поступаю правильно! – Марууна нервно дернула подбородком, словно отметая все обвинения в свой адрес. – Такое положение позволило заключить мирный договор между воюющими, остановить кровопролитие! Я считала, что подобный шаг – лишь незначительная жертва в сравнении с возможными выгодами. – Голос женщины, несмотря на хриплость, окреп. И сама она, невзирая на слабость, словно превратилась в туго сжатую пружину. – Разумеется, после моего успеха я стала чем-то вроде придворного исследователя – избавиться от меня просто так не могли. Так вот, Сироэль, который на тот момент уже работал на Центр, был моим… тюремщиком. Нам обоим предложили войти в элитное подразделение Центра. Чистильщики – кажется, так они себя называли. Мне мало было о них известно, я знала только, что эта группировка считается одной из самых законспирированных. Как позже нам рассказали, именно им удалось раздобыть ранее неизвестные сведения о печатях Соломона, которые я к тому времени изучала уже много лет.

Андрас перебил:

– Новые печати?

– Да. Одни из самых мощных: печать прозрения и указания. Это был шанс, от которого невозможно отказаться! Сироэль вместе со мной согласился перейти в их команду, чтобы продолжить начатые мной исследования, и я, с одобрения Абаддона, согласилась. В дальнейшем мне удалось выяснить, что печати можно перенастроить не только для управления и получения информации об Ипостаси, но и для чего угодно еще. Что-то похожее на язык программирования: достаточно лишь правильно выставить условие и программа будет работать с любой информацией.

– Звучит занятно, спору нет… – Уриил задумчиво почесал затылок. – Но давайте вернемся к тому, как вы пытались нас убить!

– Да, разумеется, я уже почти дошла до этой части. – Марууна рвано выдохнула и, чуть расслабившись, продолжила: – Чуть больше года назад нам стало известно, что Ипостась пытается покинуть Абаддона. Как выяснилось, длительное ее сдерживание ведет к чрезвычайно неприятным побочным эффектам: чудовищные боли, резкие смены поведения, приступы неконтролируемого бешенства. Абаддон стал практически неуправляем. Не представляю, какой ценой его соратникам удается сейчас его сдерживать. Нам приказали сделать все возможное для того, чтобы спасти жизнь Абаддону и не допустить нарушения достигнутого равновесия…

– Ядерное сдерживание, мать его! – Андрас раздраженно мотнул головой.

– Увы! Тогда нам казалось, что сохранить Ипостась у Абаддона – наилучший выход из ситуации. Я и до сих пор так считаю! – Марууна вновь начала расходиться, но, увидев недобро сверкающие красным зрачки Уриила, осеклась и поспешила продолжить: – Было решено попытаться найти соломонов ключ – единственное средство, позволяющее видоизменить или снять полностью действие печати. Для этого пришлось воспользоваться еще одной печатью – прозрения. На подготовку ушло больше полугода и все артефакты, на какие мы только могли наложить руки, чтобы зарядить систему.

– Так вы использовали все эти побрякушки по указу Центра? Мне положительно начинает нравиться лицемерие этих ребят! – Глаза ангела метали молнии, почти различимые в темноте подземелья. – И что же показал этот ваш спиритический сеанс с термоядерным приводом?

– Немногое. – Суккуб покачала головой. – Несмотря на все приготовления, нам не хватило энергии завершить ритуал. Но мы получили время и место, в котором должен появиться ключ, а когда туда прибыли оперативники Центра, то обнаружили там вас.

– О как. Все веселее. И?

– Пришлось действовать по обстоятельствам. Вас решили завербовать и установить наблюдение. – Марууна нервно дернула рукой, словно досадуя от собственных воспоминаний. – Поймите, никто не знает, что такое ключ и как им пользоваться! Нам катастрофически не хватало информации! Мы не нашли при вас ничего подозрительного, а сами вы были пусть и весьма необычной парой, но явно не обладали тем, на что мы надеялись.

Видя, что Уриил все больше закипает, Андрас решил взять дальнейшее ведение допроса на себя:

– Все это просто потрясающе. Только пока совершенно никак не объясняет, какого хрена для получения информации вам понадобилось нас прикончить!

– Это… Это была инициатива Сироэля. Пару месяцев назад мы крупно поссорились…

– По причине?

– Это… Это личное. Если возможно, я предпочла бы об этом не говорить. Поверьте, к нашей истории это не имеет никакого отношения.

Ангел дернулся, как от удара электрическим током, и саркастично покачал головой:

– Дзынь! Первое вранье за сегодня! А как хорошо справлялась…

Марууна на секунду застыла, после чего нервно закусила губу и кивнула:

– Да, вы правы, Уриил. Тогда, с вашего позволения, я вернусь к этому чуть позже. – Дождавшись согласия ангела, демонесса продолжила: – Так или иначе, Сироэль сбежал, прихватив часть моих заметок, и не появлялся некоторое время. А потом… Потом я услышала о произошедшем с вами. Каким-то образом он получил доступ в мир эльфов, договорился с одним из местных старейшин и с помощью их магии сумел зарядить печать указания, попытавшись с ее помощью убить вас. Видимо, после этого он рассчитывал как-то заполучить ключ. Мне, к сожалению, ничего не известно о сути его плана.

– Потрясающе. Кстати, дамочка, а сами-то вы здесь как оказались?

– Я искала Сироэля. Попыталась восстановить хронологию событий и нашла упоминания об этом месте в его записях, именно тут он открывал портал в другой мир. Я решила дожидаться поблизости. Его появление у портала было неизбежным, на мой взгляд.

Ангела на секунду пробрало какое-то странное чувство, но через мгновение все уже прошло, заставив тем не менее Уриила поежиться, перед тем, как продолжить:

– Хорошо, что вам известно про отравление эльфов, находящихся у Корнелии?

– Почти ничего! – Марууна решительно мотнула головой. – Я знаю Корнелию некоторое время и не допускаю, что та могла совершить нечто подобное. Можете описать симптомы?

– Внешне они просто уснули или впали в кому. – Ангел попытался поточнее припомнить свои ощущения от контакта с разумом несчастных бедолаг. – А вот души оказались будто оторванными от тел. Не знаю, как объяснить точнее…

– Не похоже на действие артефакта. Возможно, какая-то мерзость из мира эльфов…

– Кажется, ваш напарник пытался замести следы. – Лицо суккуба при этих словах потемнело.

– Ему… удалось?

– Без понятия! Корнелия заботилась о них, как могла, но лучше им не становилось. – Уриил пожал плечами. – Я сделал все, что мог… Что-то. Сам до сих пор не знаю, что, но вот он, – Ангел ткнул пальцем в бицепс скрестившего руки на груди демона, – утверждает, что это могло помочь. У вас есть идеи получше?

– Может быть… Вы на самом деле так хотите их спасти?

Ангел решительно кивнул:

– Я предпочту хотя бы попытаться, прежде чем развести руками!

– Хорошо, возможно, я смогу помочь. Мне известно, как открывается портал и, пожалуй, хватит сил на то, чтобы это проделать. Если хотите, я могу отправить вас на ту сторону. Вполне вероятно, что там вы сумеете отыскать противоядие или того, кто будет знать об этом больше меня.

– Ага, например, этого вашего Сироэля! Как думаете?

– Не уверена. Мне не известно, где он находится в данный момент. – Марууна вновь покачала головой. – Но все может быть. Я бы на вашем месте попробовала отыскать того самого эльфийского старейшину. Его имя Асцель Латис, может быть, это поможет. Что скажете?

Демон, ведомый какими-то своими соображениями, решительно подался вперед и безапелляционно заявил, вызвав легкое удивление ангела:

– Мы согласны, открывайте портал! Нам нужно что-то делать?

Марууна, тоже слегка обескураженная такой решимостью, секунду молчала, после чего лишь покачала головой:

– Нет. Просто помогите мне дойти до стены и отойдите в сторону.

Подхватив женщину под руки, Андрас и Уриил подвели ее к дальней стене бункера и, повинуясь ее указаниям, отошли назад на несколько шагов.

– Дальше! – Голос Марууны возражений не допускал. – Выброс будет достаточно сильный, вас может зацепить.

Переглянувшись, напарники сделали еще пять шагов назад, готовясь к возможным неожиданностям и ожидая дальнейших действий демонессы. Та секунду стояла, не шевелясь, после чего вытянула руки вперед и затянула какой-то монотонный речитатив. Через некоторое время вокруг ее ладоней начало зарождаться фиолетово-зеленое сияние. Сгусток света становился все шире и разгорался ярче. В руках суккуба возникла ослепительная, абсолютно бесшумная вспышка, которая, переливаясь всеми цветами радуги, стала медленно расползаться по стене. Картина была абсолютно сюрреалистичная и завораживающая. Радужная вспышка постепенно перекинулась на всю стену, покрыв ту, будто пленка, и образовав огромную колышущуюся поверхность портала. Из-за скудности освещения в бункере, вспышка на секунду ослепила привыкших к темноте ангела и демона. Последнему с его чутким ночным зрением пришлось хуже всего.

Перед тем, как окончательно ослепнуть, Андрас успел заметить гибкую фигуру Марууны, метнувшуюся к одному из боковых ходов. В свете от портала мелькнул длинный чешуйчатый хвост, похожий на змеиный.

– С-сука! Твою ж мать! – Андрас попытался рвануть наперерез, но запнулся о стоящего на пути Уриила, свалив его и рухнув следом. – Эта тварь сбежала!

– Куда? – Слепо шаривший руками по воздуху ангел, пытаясь подняться на ноги, лихорадочно заозирался.

– В один из боковых ходов! Обернулась в истинную форму и рванула, как будто ей тут задницу подпалили! Блять! Нельзя ее упустить!

Уриил, у которого перед глазами все еще плавали зеленые круги, нащупал плечо демона и смог наконец принять вертикальное положение и слегка проморгаться.

– Сможешь ее догнать? – Андрас на секунду задумался и вдруг, к вящему удивлению ангела, принялся стягивать с себя одежду. – Э… Эй, я спросил, сможешь ли ты ее догнать? А ты что собрался с ней делать?

Андрас в ответ раздраженно рыкнул, лихорадочно расстегивая ремень и пытаясь стянуть с себя брюки вместе с обувью:

– Мне нужно обернуться, дубина! Она ушла в истинной форме, но долго в ней не протянет – силенок не хватит, но на двух ногах я ее точно не догоню. А так мне и зрение не понадобится – по одному з-з-запаху найду-у-у. – Последние слова демон практически проскулил, начав трансформацию. Метаморфоза была такой резкой, что ангел даже отпрыгнул: вмиг Андрас стал на добрые четыре головы выше и раздался в плечах на полметра. Его кожа приобрела серо-черный оттенок, глаза зажглись двумя углями, а на лбу выросли два длинных витых рога, загибающихся назад и достающих демону до поясницы. Лицо Андраса стало больше похоже на волчью пасть, а руки – на звериные лапы. Торчащие из нижней челюсти клыки, когти размером сантиметров в двадцать и грива из жесткой лоснящейся шерсти только дополняли ощущение. Передвигаться на четырех лапах в таком виде демону действительно было сподручнее, а вот говорить – не очень, поэтому Андрас перешел на рубленные фразы, которые скорее рычал, чем произносил:

– Я в тоннели! Следи за пор-р-рталом! Не пр-р-ропус-скай никого!

– Н-но… – Ангел попытался было что-то возразить, но увидев прямо перед носом рычащую пасть Андраса, восхищенно заткнулся, с интересом рассматривая рога демона, который, отметив про себя, что Уриил еще больший извращенец, чем ему казалось, принялся рычать указания дальше:

– Мы не знаем, что там! Сир-р-роэль вполне мог устроить зас-с-саду с-с той с-стор-р-роны!

– Но Марууна же сказала, что не знает, где Сироэль. И не врала – я бы почувствовал!

– Увер-р-рен? – Морда демона продемонстрировала впечатляющий оскал. – Она с-сказала, что не знает, где он в данный момент. Закрой глаз-с-са и не совр-р-решь, с-сказав, что не знаеш-шь, где я нахожус-сь.

– Не, все равно узнаю. От тебя воняет! Ладно, я понял. – Ангел наконец отвлекся от созерцания демона и привычным жестом выхватил из воздуха свои мечи, давая понять, что уяснил поставленную перед ним задачу.

Андрас удовлетворенно мотнул рогатой башкой, для порядка еще раз обрычал Уриила и ринулся в темный проем тоннеля.

***

Он двигался по темному лабиринту катакомб, ориентируясь почти в абсолютной темноте. За последнее время он изучил это место досконально, зная на ощупь каждый поросший плесенью камень. Теперь он ясно видел свою цель и точно знал, как добраться до нее, пока не станет слишком поздно. Наконец, он увидел, как чья-то едва заметная тень мелькнула в коридоре справа, после чего раздался топот ног и звук падения тела. Он направился туда. В тусклом свете единственной на весь коридор лампы, испускающей бледный медицинский свет, виднелся силуэт женщины. Неслышно подойдя ближе, он получил возможность рассмотреть ее получше: женщина полулежала на земле, обессилив от долгого бега, руки были стерты до крови, а хриплое дыхание разносилось гулким эхом на весь коридор. Единственная деталь – короткие кожистые крылья за спиной, вздрагивающие в такт биения сердца – выдавали нечеловеческую сущность лежащего перед ним существа. То, что должно было произойти, не имело оправдания, но было необходимо. В конце концов, у него не было выбора! Женщина, несмотря на плачевное состояние, заметила его и попыталась улыбнуться:

– Т-ты все же пришел! Я… Я выиграла нам время, открыв портал, но нужно с… спешить! Что?! Что ты…

Холодным металлическим светом блеснул выхваченный из-за спины клинок, до этого момента укрытый плотной черной тканью. Одним рывком достигнув своей жертвы, он ухватил ее за волосы и резко дернул на себя. Металл окрасился в красный, в глазах женщины на секунду мелькнула гримаса ужаса напополам с испугом и непониманием – и так и застыла навсегда. Ее голова мягко осела в медленно расползающуюся под ней багровую лужу.

Дело было сделано. Теперь стоило поторопиться. Демонская ищейка, идущая по следу женщины, наверняка его учует. Запах ангела, причинившего вред живому существу, не перепутаешь ни с чем – в этом он не сомневался. Но он заранее все продумал и был готов. Вновь обмотав меч тряпкой, он сунул его за спину и опрометью кинулся в боковой коридор. Времени почти не осталось. Налево, направо, еще раз налево, по прямой до центра катакомб.

Впереди маячила чья-то фигура… Ангел. Враг!

Сосредоточиться… Его не заметили. Рывок, удар, второй! Оглушенное тело сползает на пол…

Подхватить! Связать руки, закинуть безвольное тело на плечо. Вдох, шаг в портал.

Выдох. Получилось!

Глава 12. Новый мир

Опоздавший к битве редко бывает прав,

но чаще остается жив.

Маршал Эммануэль Груши

Андрас продвигался вперед, костеря себя на чем свет. Он сейчас с точностью не мог сказать, кого бы больше хотел приложить башкой о стену: Марууну за то, что сбежала, или себя, за то, что поддался эмоциям и не уследил. Он действительно слишком уж поспешил согласиться с планом суккуба, пойдя на поводу у собственных переживаний за судьбу Уриила, который наверняка бы принял возможную смерть коматозных эльфов на свой счет. Последствия этого Андрас воображать не хотел вовсе: на ушастых ему по большому счету было плевать – не они первые, но вот те отношения, которые сложились у него с ангелом и в которых он ни черта не разбирался, постоянно опасаясь наломать дров и все испортить, демон терять не желал!

Здравый смысл подсказывал, что стоило заранее высказать Уриилу свои опасения, а то и вовсе запретить что-либо делать с эльфами, доверив заботу о них тому же Альфреду, который в этом и без того был, как позже выяснилось, заинтересован. В ответ на подобные инсинуации, Андрас, проносившийся сейчас по темным лабиринтам завода, на ходу врезаясь в стены и загребая лапами на поворотах, напоминал здравому, мать его, смыслу, что со своими советами тот основательно припозднился, а теперь их единственным шансом на исправление ситуации было поймать Марууну и вытрясти противоядие из соплеменников их остроухой проблемы, живущих по ту сторону портала.

Додумывая эту мысль, Андрас выскочил в очередной коридор, ничем не отличавшийся от всех предыдущих, куда его привел резкий запах страха, распространяемый убегающим суккубом. Здесь, ко внезапному удивлению демона, к привычной вони плесени, пыли и демонессы добавилась новая, но до боли знакомая. Демон резко притормозил, раздувая ноздри и пытаясь вспомнить, где он уже сталкивался с этим запахом. Озарение пришло мгновение спустя: кожаный диван, стены, завешанные непонятными знаками, и кровь на полу… Сироэль! Значит, чертов ублюдок действительно жив и очень торопится избавиться от свидетелей! Он ощущал все то же специфическое амбре, состоящее из смерти и ангельской крови, но к нему добавилось что-то новое, то, что приходило к Андрасу в самых глубоких снах, врезавшись в память тысячелетия назад. Смрад от создания Творца, опустившегося до убийства.

Лапы демона пришли в движение, высекая когтями искры из бетонного пола. Какой-то частью сознания Андрас понимал, что опоздал, но некое предчувствие гнало его вперед, заставляя забыть об осторожности. Тело, лежащее у стены под единственным на весь проход фонарем, он увидел буквально за следующим же поворотом: запах в стоячем воздухе расползался очень медленно. Подбежав ближе, Андрас заметил, что Марууна перед смертью успела перейти в полуформу. Вероятно, как он и предполагал, сил на полную трансформацию у той едва хватило для осуществления побега. Осторожно отведя одним когтем правое крыло демонессы, которым, словно покрывалом, была прикрыта ее голова, демон увидел зияющую рану от ангельского клинка на шее, из которой все еще продолжала струиться кровь. Было очевидно, что убили Марууну буквально пару минут назад. Запах ее убийцы терялся где-то в боковом ответвлении тоннелей, куда Андрас и направился: тут он помочь уже был не в силах.

Дальнейшее петляние по лабиринту подземного комплекса привело его в точную копию склада, в котором они встретили Марууну. Единственной разницей было то, что это помещение было расположено уровнем ниже, отчего бо́льшая его часть ушла под воду. Кроме того, из-за подтопления в нескольких местах просел потолок, разрушив поддерживающие его колонны и устлав весь пол бетонными осколками. Преодолевать эту преграду пришлось вплавь, задержав дыхание и едва ориентируясь в пространстве без единого проблеска света. К счастью, Сироэль даже не думал маскироваться, видимо, рассчитывая исключительно на скорость, так что заново учуять его след не составило никакого труда. Отряхнувшись от ледяной воды и пару раз нервно царапнув когтями стену, Андрас продолжил погоню.

Наконец, спустя еще несколько поворотов и одну лестницу, Андрас вылетел в знакомый зал с порталом. Предчувствие сразу кольнула подозрительная тишина: кроме мерцающей линзы портала, внутри больше никого и ничего не было, равно как не наблюдалось и следов боя. Демон в который раз принюхался: след обоих ангелов вел к порталу, так что либо Уриил отправился следом за вылетевшим на него Сироэлем, либо… Взревев, Андрас на миг зажмурился и ринулся в портал.

Вылетев с той стороны межпространственного коридора, Андрас мгновенно затормозил, пытаясь прийти в себя и на ходу разобраться в окружающей обстановке. Вокруг было… живописно. В мире эльфов только занимался новый день. Судя по жаре, здесь уже успело наступить лето, либо и вовсе не прекращалось никогда. Выход из портала с этой стороны располагался в высоком скальном гроте, одна из стен которого, используемая в качестве поверхности для открытия прохода, была выскоблена до почти что идеальной гладкости и украшена по периметру затейливым растительным орнаментом.

Сам грот располагался в какой-то роще, наполнявший воздух вокруг щебетом птиц и умиротворяющим запахом цветов. Сквозь прорехи в потолке внутрь попадал рассеянный солнечный свет, освещая небогатое внутреннее убранство: помимо отполированной задней стены, в пещере имелись две колонны, вырезанные прямо в камне и символизирующие собой дверной проем.

Осмотрев все это, Андрас на мгновение прислушался к своим ощущениям и с удивлением отметил, что от усталости, вызванной длительным пребыванием в истинной форме, не осталось и следа. Там, на Земле, магии было так мало, что приходилось задействовать внутренние резервы организма, за счет которых он бы, к примеру, смог продержаться в своем нынешнем виде еще минут пятнадцать, после чего неминуемо вернулся бы в человеческий облик и отлеживался после этого моргающим бревном следующие пару недель. Здесь же магия буквально пронизывала воздух, наполняя кровь бурлящей энергией. С наслаждением размяв мышцы, Андрас, чуть не урча от удовольствия, осторожно направился к выходу из грота.

Дойдя до колонн, он снова втянул носом воздух и, определив направление, двинулся в сторону ближайших деревьев. Вдруг между до того ничем не примечательных каменных колонн проскочил золотистый разряд, прошивший правую руку демона жуткой болью и заставив отшатнуться от выхода. Чуть придя в себя после непонятного катаклизма, Андрас краем глаза увидел, как на его предплечье проступают ожоги в форме хорошо знакомой ему рунической татуировки.

Секунду подумав, демон мысленно отдал приказ мечу материализоваться у него в ладони и, зажав лезвие когтями, которые сами по себе являлись безупречным образчиком холодного оружия, вытянул руку, медленно поднося клинок к выходу из пещеры во второй раз. Очередной разряд раскалил металл лезвия добела, заставив Андраса разжать ладонь и выронить фамильную ценность на пол. Очевидно, какая-то созданная эльфами или кем-то еще защита была предназначена не пускать чуждую магию наружу. Лихорадочно ища решение, демон когтем откинул все еще горячий клинок вглубь грота и, неуклюже присыпав его сухой землей, дабы тот нельзя было заметить, стоя снаружи, с опаской посмотрел в сторону резных монолитов по бокам от выхода: сейчас ему хватит сил справиться с любым соперником и без меча, но вот пропустит ли его самого охранная магия эльфов?

Наконец, успокоившись, Андрас решительно подошел к скальному проему и, когда до колонн оставалось идти меньше полуметра, резко рванул вперед, мгновение спустя больно приложившись головой о ствол дерева, растущего прямо напротив входа в пещеру. Каменные стражи никак не отреагировали, но вот птичий клекот у него над головой – в этом демон мог бы поклясться – зазвучал с издевательскими интонациями. Мотнув головой, Андрас на четырех лапах затрусил между стволами туда, где был виден выходу из рощи на открытое пространство.

Небольшой перелесок, в котором оказался демон, состоял в основном из раскидистых лиственных, отбрасывающих своими кронами ажурную тень на землю под собой и каким-то мерзким колючим кустарником с мелкими красными цветками, от которого у Андраса саднили и зудели исцарапанные бока и просыпалась тяга к геноциду. К счастью, роща вскоре кончилась пологим спуском с возвышенности, на которой и произрастала. С возвышенности демону открылся вид на широкий, мощенный булыжником тракт, петляющий между холмами и уводящий куда-то в сторону леса, упоминать который хотелось исключительно шепотом и с заглавной буквы. Размеры его поражали даже отсюда: деревья, которые там росли, достигали в высоту, по прикидкам Андраса, метров сто и напоминали земные секвойи. Лесное море неспешно колыхалось в такт порывам ветра и занимало собой весь горизонт, доминируя в открывающемся пейзаже. Несмотря на кристально-ясный день вокруг, в прогалинах между деревьями-исполинами клубился туман, придавая гигантской лесной гряде крайне зловещий вид. На этом фоне роща, из которой только что вылез демон, казалась ему не более чем горшком с геранью на подоконнике.

Закончив любоваться величественными окрестностями, Андрас заметил более насущную деталь: там, где тракт, петляя, заворачивал за один из холмов, стремясь достигнуть леса с наименьшим сопротивлением, на земле виделось чье-то тело. Демон лишний раз повел носом, удостоверившись, что следы ведут в ту же сторону, поспешил вниз. Дойдя до нужного места, Андрас принялся, морщась, осматривать поле, как при ближайшем рассмотрении стало понятно, недавней схватки. В траве рядом с дорогой обнаружились тела трех эльфов в легких кожаных доспехах, которые демон не видел уже целую вечность. По разнообразию и количеству рваных ран на трупах можно было сказать, что от разгневанного ангела – а раны были нанесены именно им, Андрас это чувствовал – те помогают не слишком хорошо: у двоих были вспороты животы, а еще одному недоставало глаза и практически оторвало руку, державшуюся теперь на ошметках кожи и сухожилий.

Тела покойных были в видимой спешке свалены в сторону от дороги и прикрыты травой и ветками, чтобы не бросаться в глаза случайным путникам. Андрас и заметить-то их смог лишь потому, что у него, в отличие от едущих по тракту, был обзор с холма. Рассматривая следы крови на земле и камнях, убрать которые, разумеется, никто не трудился, демон прикинул, что Уриила поначалу доставили именно сюда, после чего тот или пришел в сознание, или каким-то образом сумел вырваться, успев поблагодарить встречающих за радушный прием и выдающееся гостеприимство. Это, как и тот факт, что трупа неуемного ангела в окрестных буераках не обнаружилось, немного вселяло надежду. Что произошло после учиненного ангелом дебоша, демон сказать затруднялся. Запахи были сильно перемешаны, а обнюхивая землю, Андрас в один момент чуть и вовсе не лишился обоняния, наткнувшись между валунов на осколки какого-то флакона. В нос ударила горечь такая сильная, что у демона заслезились глаза, и он несколько раз непроизвольно чихнул.

Было очевидно, что далеко его противники, предположительно обремененные телом в очередной раз бессознательного Уриила, уйти не могли. Смущал лишь тот факт, что среди всей какофонии запахов Сироэля Андрас больше не ощущал. Тот как сквозь землю провалился. Для очистки совести оббежав место сражения по кругу еще раз, демон решил, что найти Уриила сейчас важнее, чем все остальное, и, уловив его запах, сопровождаемый все той же непонятной горечью, направился в сторону леса.

Андрас не решался бежать, рискуя быть замеченным раньше времени, поэтому путь его вдоль тракта занял около сорока минут. Когда стволы исполинского леса стали хорошо различимы, демон притормозил и, сойдя с дороги, совершающей очередной поворот и далее следующей вдоль опушки, отправился напрямик в чащу, куда вели его инстинкты и заметные на влажной земле следы ног, согласно которым, в лес совсем недавно прошло человек восемь. Двое из них, судя по глубине отпечатков подошв, несли что-то тяжелое.

Эльфийские наемники – или кем там они были – разбили свой лагерь, не углубляясь в непролазные дебри, заполнявшие прогалины между исполинскими стволами. Андрас только успел заметить стойбище противников, как сразу услышал чей-то резкий голос, донесшийся со стороны лагеря. Быстро спрятавшись в низине за какими-то кустами, демон принялся лихорадочно размышлять, каким образом ему теперь предстояло проникнуть в логово эльфов, оставаясь при этом незамеченным как можно дольше. Протащить свою тушу мимо наблюдателей не могло быть и речи, затевать обратную трансформацию и пугать эльфийский лучников своей голой задницей тоже не очень-то хотелось… В бою с ними демону встречаться не доводилось и не улыбалось, поскольку количество оружия на мельком замеченных им дозорных говорило о том, что те по меньшей мере знают, с какой стороны следует держаться за меч и как тыкать им в противника. Зато, в этом мире, в котором магия была в свободном доступе, можно было вспомнить старые демонические приемчики, которые он за пару веков успел подзабыть.

Закрыв глаза, Андрас попытался расслабиться настолько, насколько позволяла ситуация, и восстановить в памяти прежние ощущения. Он не переходил в тень давным-давно. Последняя попытка проделать этот фокус на Земле на одном из заданий, когда ему потребовалось незаметно преодолеть коридор с кучей камер и детекторов движения, чуть его не прикончила. Шаг тени, позволявший скрытно перемещаться на короткие расстояния, требовал больших затрат энергии, и к концу злосчастной полосы препятствий из теневого пространства выпал практически иссохший полутруп. Здесь же знакомый холод тени забегал по шкуре демона так легко и непринужденно, будто он занимался этим каждый день. Теперь Андраса смог бы заметить лишь тот, кто знал, что и как искать. Удовлетворившись достигнутым результатом, демон вылез из кустов и пополз в сторону лагеря.

С замиранием сердца – все же он не был до конца уверен, что его фокус сработает – преодолев трех дозорных, прохаживающихся по периметру лагеря с длинными луками за спиной, Андрас оказался за одной из палаток, расставленной неподалеку от очага в центре временного прибежища бандитов. Всего демон насчитал около пятнадцати эльфов – все, как на подбор, вооруженные до зубов и недружелюбные. Впрочем, их могло быть и больше в палатках из темно-зеленой ткани, расставленных в беспорядке по всему лагерю. Основное действо сейчас разворачивалось в самом центре стоянки: вокруг очага расселись пятеро эльфов и на повышенных тонах о чем-то спорили:

– Варгун ун шаллах! Луклари тор ку-уан!

– Тар ши! Таккар ахи ларт.

Андрасу произнесенная тирада и ответ на нее ничего особого не дали. Среди пятнадцати языков, которые он успел выучить среди людей, эльфийский как-то не значился. На этот случай был еще один прием, которым пользовались демоны, когда требовалось разобраться с очередным ретивым смертным, рискнувшим призвать себе личного исполнителя сокровенные желаний. Сам Андрас с людскими душами и их владельцами, страстно мечтавшими от своего имущества избавиться, возиться не любил. Среди демонов количество собранных душ считалось признаком статуса, но в конце концов собирать их было попросту скучно, а с утратой доступа в ад, где этот самый статус имел хоть какую-то ценность, – еще и бесполезно.

К тому же от Андраса, в силу его профиля, требовали, как правило, тривиальной мокрухи, которой куда приятнее было заниматься за деньги и выпивку, а не за очередную побитую всеми смертными грехами и молью человеческую душонку. Но периодически его мнением на этот счет забывал интересоваться очередной перемазанный кровью девственниц самоубийца, призывая ритуалом в какое-нибудь богом забытое подземелье и требуя даровать ему мировое господство. Никто из смертных не подозревал, да им особо никто и не рассказывал, что демоны для исполнения желаний используют энергию души самого призывающего, так что тот действительно мог стать повелителем мира. Секунды на полторы. После чего душа заканчивалась, а выполнивший свои обязательства враг рода человеческого отбывал по своим делам.

Но именно потому, что судьба могла забросить в любое место и время, демоны наловчились быстро забираться в подсознание смертных, выуживая оттуда основную информацию о местах, в которые их заносило, языке местных жителей и прочие самые базовые сведения. Лингвистом или этнографом после такого стать не представлялось возможным, но начать понимать основные фразы, дабы выглядеть перед человечишкой грозной тварью из подземного мира, а не гастарбайтером, было вполне осуществимо. К слову, именно из-за этого, а не только лишь по причине собственной зловредности, демоны иной раз могли выполнить желание клиента самым буквальным образом и, к примеру, на просьбу даровать просителю золотые руки, превратить его конечности в две чушки из искомого металла. Как правило, у смертных это вызывало предсказуемое, хоть и недолгое – в силу хлипкости здоровья – недовольство.

Определившись с планом действий, Андрас еще чуть ближе подобрался к кружку сидящих у костра, оказавшись в паре метров у них за спиной, и мысленно потянулся к сознанию одного из эльфов, показавшемуся ему наиболее расслабленным. Для успешного проникновения в разум живого существа последнее должно было пребывать в покое, в идеале – вообще спать. Идеала не предвиделось, поэтому демон старался действовать максимально осторожно, затрагивая лишь самые поверхностные слои сознания, дабы его жертва не ощутила себя так, словно ее мозг пытаются высосать через соломинку, и не забила тревогу, раньше времени переполошив остальных. Разум наемника, сидящего к Андрасу спиной, отозвалось легко, но нервно. Вероятно, на том сказывалась недавняя схватка, не дававшая полностью успокоиться и ощутить себя в безопасности. Демон, решив, что ему и этого хватит, принялся осторожно впитывать мимолетные воспоминания эльфа. Много при таком раскладе было не узнать, но информация для ведения светской беседы на эльфийском ему и не требовалось, достаточно было самого минимума. Закончив манипуляции и ощутив себя полиглотом, Андрас позволил себе слегка расслабиться и вслушаться в беседу.

Спор вели, как заметил демон, в основном двое: первым был наемник с несколькими кинжалами на поясе и в зеленом плаще, который делал его почти невидимым на фоне окружающей листвы. Единственной заметной деталью его внешности был скверно заживший шрам, тянущийся от щеки к нижней губе, да еще, пожалуй, недобрый взгляд, которым он буравил своего собеседника. Второй, по всей видимости, был представителем местной магической элиты. К такому выводу Андрас пришел, исходя из количества колец, цепочек, гвоздей и заклепок, которыми были унизаны уши, губы и нос эльфа, делая того неотразимой похожим на портативную скобяную лавку. Демону на мгновение стало интересно, каким образом маг умудряется спать ночью, не ворочаясь и не просыпаясь каждые четверть часа от бряцания всей своей амуниции. Принадлежность к магам Андрас же определил по резному посоху из светлой древесины, лежащему рядом с эльфом, на которого остальные наемники кидали весьма враждебные взгляды, но выступать тем не менее не рисковали, храня почтительное молчание перед своим командиром.

– Васта! Твои действия обходятся нам все дороже, Латис! Зачем ты согласился взять пленника варра-ат-гуна? – Андрас, сидя рядом с разговаривающими, самодовольно ухмыльнулся: отдельные слова он все равно не понимал, но общий смысл сказанного был вполне доступен.

– Я не держу ответ перед тобой, Сахил. Твоя задача выполнять мои приказы и не задавать лишних вопросов.

– И я исполнял свою задачу до тех пор, пока трое моих людей не оказались разорванными на части твоим отродьем! Ты даже не позволил забрать нам тела, а теперь еще и притащил эту мерзость в лагерь!

– Я сделал так, как счел нужным, таар Сахил, и не тебе спорить со мной! За варра-ат-гуном могли следить, мы не в праве рисковать и тратить время, собирая по частям твоих наемников. Я и сейчас не чувствую себя в безопасности, возможно, нам стоило снять лагерь и выдвинуться глубже в лес. Ты хотя бы усилил дозоры, как я просил?

– Нет! – Вожак под одобрительный гул своей команды решительным жестом отмел доводы мага. – Ты же жрец, Латис! И прекрасно знаешь, что вступать в чащу древнего леса без обряда очищения – безумие для всякого, кто еще рассчитывает оттуда выйти! И я бы на твоем месте больше беспокоился за того, кто лежит в твоей палатке. Если он очнется снова, оборона лагеря от врагов извне перестанет быть нашей заботой!

– Что ж… – Маг снисходительно оглядел нервную группу наемников перед собой. – Хорошо, будем надеяться, что твое решение не приведет за нами погоню. За пленника же не беспокойся, он находится под чарами вечного сна, а от такого просто так не очнуться!

Лицо наемника посерело:

– Ты что, использовал священное масло на этой твари? Да ты в своем уме, Латис? Это же смертный приговор, не говоря уж о том, что ты своим действием оскорбил всех мыслимых богов!

Маг лишь раздраженно пожал плечами:

– Не сделай я этого, у тебя бы не было возможности сидеть тут сейчас и разглагольствовать о глубине моего падения. Так что лучше заткнись и попытайся испытать ко мне чувство благодарности.

Слова эльфийского мага или, как выяснилось, жреца, вызвали ропот среди наемников. Видимо, его поступок во время схватки с Уриилом был неуместен даже по мнению существ, занимающихся с целью заработка убийствами, кражами и работорговлей. Андраса же полученная информация заставила пересмотреть свой изначальный план. Он-то хотел всего лишь по-тихому найти ангела и смыться на поиски Сироэля, сделав местным ручкой, но тот факт, что Уриил по вине остроухих засранцев пребывал в безвременной отключке и, скорее всего, нуждался в медицинской, магической или черт знает какой еще помощи, полностью меняло дело. Теперь надо было либо заставить этого самого Латиса расколдовать ангела, либо срочно хватать того под мышку и тащить через портал к Альфреду. С окончательным решением Андрас пока что не определился, решив дослушать спор эльфов, пока те так любезно и добровольно делились с ним ценной информацией.

– Мою благодарность ты получишь, когда заплатишь за нашу работу, жрец!

– Не сомневайся, Сахил, когда мы передадим нашего пленника по назначению, вознаграждения за наши труды нам хватит на пару веков.

– Надеюсь, ты говоришь правду, Латис. Когда мы выступаем?

– Скоро. Я начну подготовку к обряду незамедлительно. Через два часа мы должны выступить в лес, чтобы успеть на место встречи затемно. Думаю, никому из твоих людей не хочется провести эту ночь в чаще таррадимов. Так что не советую им тянуть со сборами.

– Да будет так. – Командир наемников кивнул в подтверждение своего согласия и, склонившись к внимающим ему соратникам, принялся вполголоса раздавать приказы.

Андрас от всей души забористо выругался. Становилось очевидно, что времени у него почти не было: предстояло решить, нападать ли на лагерь прямо сейчас, пользуясь эффектом неожиданности, но тогда Андрас оказывался в окружении наемников, вооруженных и защищенных невесть какой магией. Насколько бы ни была сильна внезапность его атаки, эльфы, совершенно не напоминающие пионеров на субботнике, слишком долго мешкать не стали бы. К тому же утыкать демона стрелами со всех сторон – большого ума не надо.

Вторым вариантом было дождаться, пока наемники выступят в поход. Отбить ангела от конвоя могло оказаться много проще, да и посмотреть на того, кто собирался заплатить остроухим за доставку Уриила, очень уж хотелось, но это значило подвергнуть риску жизнь самого ангела и в перспектив, застрять в лесу, которого по каким-то причинам боялись даже его обитатели.

В конце концов Андрас решил тайком понаблюдать за жрецом и дождаться проведения того самого ритуала, который тот наверняка будет проводить наедине. Придя к такому решению, Андрас заметил, что все время, что он размышлял о стратегии и тактике, эльфийский жрец, не мигая, смотрел в то место, где сидел скрытый от глаз демон. Неужели заметил? Ведомый скверным предчувствием, Андрас, как можно тише, боком отступил на несколько шагов в сторону, заранее готовясь к самому худшему исходу, но взгляд жреца не изменился, а сам он продолжил смотреть в одну точку, шевеля губами, и будучи, по всей видимости, увлечен какими-то своими размышлениями.

Наконец, все эльфы разбрелись собирать пожитки и снимать лагерь, а именуемый Латисом маг скрылся за пологом своей палатки, в которой Андрас на секунду успел заметить знакомые до боли кудряшки, с трудом удержавшись от того, чтобы без промедления рвануть вперед и разнести все, что встанет у него на пути. Уже с рычанием подавшись вперед, Андрас заметил, что эльфы, до того деловито сновавшие мимо него, пакуя свое снаряжение, как-то резко растворились в пространстве. Его подозрения лишь усилились спустя несколько мгновений, когда к костру выдвинулась вооруженная группа во главе с эльфийским главарем, а маг, до того засевший в своем портативном обиталище, вдруг выскочил с другой стороны и, вереща на своих соратников, принялся складывать из пальцев какие-то фигуры и силясь сквозь них рассмотреть что-то, что, как ему казалось, проникло на территорию их пристанища.

– Вог таллар! Атакуйте! Атакуйте же! – Вопли мага не возымели особого действия. Эльфы, несмотря на боевую готовность, врага по-прежнему увидеть не могли, поэтому лишь повыхватывали мечи из ножен и встали полукругом, прикрывая друг друга.

Демон чертыхнулся. Его все-таки рассекретили. Крючивший пальцы маг все еще не мог преодолеть его маскировку, хоть и был уже опасно близок к разгадке – скрытое в тени можно было различить, особым образом затенив глаза. Время планировать вышло, его вот-вот обнаружат, так что надо было действовать на опережение. Говорят, когда-то демоны-тени, ушедшие слишком глубоко в свое искусство, умели наносить удары врагам, не снимая покрова, но Андрас воином тени не был, да и самих их давно не существовало. По преданиям их всех истребили другие демоны, за то, что те были совсем уж чокнутыми и неуправляемыми. Так что остатками его камуфляжа стоило распорядиться с максимальной выгодой: рванув наперерез группе эльфов, демон сбросил маскировку, стремясь первым ударом зацепить как можно больше противников. В первую очередь Андрас целился в вожака, резонно предположив, что вывести из строя того, кто способен отдавать приказы остальным, будет самой лучшей идеей.

Ускоренная тенью туша демона обрушилась на эльфов, сметая тех с пути. Ударом одной из лап Андрас с налету расправился с первыми двумя воинами, пропахав у тех по пять глубоких борозд поперек груди. В воздухе запахло кровью и смертью. Второй лапой Андрас попытался зацепить командира, но тот проявил чудеса изворотливости и, отклонив когти демона своим кинжалом, с кувырком ушел в сторону. Андрас тоже дал задний ход, готовясь к очередному раунду схватки. В дело вступили лучики, засевшие где-то в кустах по периметру лагеря. Единственным спасением было то, что эльфы не могли использовать стволы деревьев-исполинов в качестве естественной позиций для стрельбы – стволы у тех были слишком уж гладкие, а их ветви терялись где-то высоко над головой. В демона выпустили всего пять стрел – видимо, стрелки опасались зацепить своих же или просто не успели прицелиться. От первых двух демону удалось увернуться, еще одну он поймал и смял когтями, но вот последние две вскользь чиркнули по плечу и бедру. Ранения были не серьезные, но их наличие рисковало замедлить Андраса в предстоящем сражении.

Решив разобраться со стрелками позже, демон вновь ринулся на Сахила, медленно отступавшего назад, выставив вперед кинжал в качестве щита. В этот раз эльфу повезло меньше: жалобно звякнув о толстую шкуру, клинок не оставил даже царапины на грудных пластинах демона, который в один мощный прыжок оказался рядом с обезоруженным врагом и мощным движением лапы схватил того за голову. Череп эльфа, не выдержав обрушившегося на него чудовищного давления, лопнул, как перезрелая тыква, забрызгав оставшихся без командира солдат, самого демона и землю вокруг.

Обескураженные таким бесславным концом своего главаря, оставшиеся члены отряда, к которым к тому времени успела присоединиться еще парочка, в ужасе попятились от надвигавшейся на них окровавленной туши. Но в этот самый момент в бой вступил маг: закончив бормотать заклинания, он выпустил из навершия посоха синего света луч, ударивший в спину Андрасу и отбросивший того вперед на добрые двадцать метров. Кажется, при этом демон снес собою еще нескольких наемников, поскольку приземлился на что-то мягкое и издающее предсмертные хрипы.

Вскочив, демон, не глядя, ринулся на мага, пока тот не успел выкинуть еще каких-нибудь фокусов. Во время рывка Андрасу в лицо прилетела какая-то склянка, осыпав его градом осколков и шибанув по рецепторам знакомой нестерпимой горечью. Сознание демона помутилось тут же, но он из последних сил все же успел добраться до убегающего Латиса, железной хваткой смыкая когти на шее жреца. Что ж, это было приятным бонусом, хоть он, похоже, и проиграл.

Последнее, что услышал Андрас перед тем, как потерять сознание и обрушиться всей своей тушей на землю, были раскаты грома, до странного напоминающие автоматные очереди, но удивиться таким причудам местной природы он уже не успел.

Глава 13. Новый день

Какая бы неприятность ни случилась,

Всегда найдется тот, кто знал, что так и будет.

Закон Эванса-Бьерна

Демон смерти и раздора раздраженно пришел в себя, приведенный в чувство настырным солнечным светом, падающим ему прямо на лицо. Если это и была загробная жизнь, то действовала она крайне бесцеремонно по отношению к безвременно усопшему. В почетный плен тоже как-то не верилось: пленников, по обыкновению, не балуют доступом к солнечному свету и не дают лежать на чем-то настолько мягком и пуховом, что у Андраса возникли серьезные опасения захлебнуться и утонуть.

Сдавшись на милость собственных мятущихся мыслей, демон попытался разлепить глаза, что ему с некоторым усилием удалось. Вокруг было… светло: белые стены, такой же потолок, белые оконные рамы и две белые больничные койки со смутно знакомым демону блондином на одной из них и им самим на второй. Вокруг также имелась целая куча мерно жужжащей аппаратуры – тоже белой.

Единственным черным пятном в этом царстве стерильности и принудительного постельного режима был развалившийся в кресле напротив коек мужик: тот – для контраста и поддержания баланса во вселенной – был одет во все черное и, закинув ноги на подлокотник, играл в какую-то игру на телефоне. Заметив, что в палате появился первый подающий признаки жизни собеседник, детина выключил айфон и хмуро, но с каким-то затаенным благодушием, поинтересовался у дезориентированного демона:

– Очнулся, спящее чудовище?

– П-почему… почему чудовище? – Данный вопрос еще не пришедшему в себя демону почему-то показался самым актуальным.

Детина хмыкнул:

– Ну, на красавицу ты не тянешь, уж извини. Особенно в том виде, в котором тебя мои ребята подобрали.

– Скугга… – До Андраса наконец начали доходить обрывки мыслей-воспоминаний, до сего момента плавающие в его голове как в курином бульоне. – Что ты здесь делаешь? Где мы? Что произошло?

– Мы в больнице. Вы – по показаниям, а я – по приказу начальства: жду, пока вы очнетесь. За безопасностью приглядываю опять же. Вы ж теперь всеобщие герои, – великан добродушно ухмыльнулся. – Вдруг кто позарится. Снова.

– Герои… – Демон попытался почесать затылок рукой, утыканной какими-то медицинским трубками, но поморщился и бросил это дело. – Что там произошло? Как вы нас нашли вообще? Я уже решил, что доигрался, когда этот Мерлин сраный меня оглушил.

– Герои-герои, не сомневайся! Ребята мои рассказали: ты, перед тем как вырубиться с голой задницей, семерых порвал. Ну и напарник твой постарался. Шеф вас вздрючит, конечно…

– Это за что еще?

– За то, что попались. А нашли вас по датчику позиционирования в телефонах. Ал велел, после того, как вы меня в штаб за шкирман приволокли.

– А, ты это… – Демону вдруг стало неловко. – Извини за тот случай.

– Плюнули и забыли! – Скугга довольно хохотнул. – Вы вон боевое крещение прошли, заслужили! А как нагоняй получите, в мой отдел заглянуть не забудьте – мои ребята проставиться хотели.

– Твой отдел?

– Спрашиваешь! Лучший отряд спецназа во всех обозримых вселенных! – В голосе Скугги сквозила неприкрытая гордость. – Кто б еще ваши тушки у этих паскуда ушастых отбить смог?

– Кто тогда еще проставляться должен… Что с нами сделали-то?

– Траванули. Экстракт остролиста или как-то так. Эльфийские заморочки. Меня о деталях не спрашивай, лучше у шефа узнай: он вам велел, как проснетесь, тащить свои симулянтские задницы к нему. Это я цитирую. Так что поднимай своего напарника – и пойдем.

– Разве он достаточно здоров? – Андрас с тревогой посмотрел на ангела, хотя выглядел тот, по совести сказать, весьма неплохо. Точно не как умирающий.

Скугга хмыкнул:

– Храпит, как здоровый. Причем не один здоровый, а сразу штук пять. Да и положили вас сюда для отвода глаз скорее, а так с вами шеф лично поработал, он у нас в лечении спец. Если бы не он, вы, вместо суток, месяц бы так валялись. В общем сейчас позову кого отцепить от вас эту мишуру, и двинем на базу.

Скугга пружинисто спрыгнул с кресла и вышел в коридор. Вернулся он всего через пару минут вместе с медсестрой, которая, не выказав ни малейшего удивления, принялась молча отключать Андраса и Уриила от медицинских аппаратов. После чего, так и не сказав ни слова, покинула палату. Избавившись от игл внутривенных катетеров и пульсоксиметра, демон на пробу приподнялся с кровати. На удивление, тело отреагировало бодро, будто это и не он вырубился от яда в окружении врагов всего несколько часов назад.

Ангел же, потревоженный действиями медсестры, лишь повернулся на бок и поплотнее завернулся в одеяло в пять слоев, всячески демонстрируя собственное нежелание просыпаться и вылезать с нагретой территории. Когда же Андрасу все-таки удалось его растормошить и заставить открыть глаза, тот расплылся в счастливой, но слегка рассеянной улыбке:

– Ой, Анри-и-и. Как я рад тебя видеть! И Скуби тоже тут? – Уриил перевел взгляд на стоящего у двери оборотня. – Я сплю? А что вы делаете в моем сне?..

Андрас удивленно покосился на Скуггу, но тот поспешил прокомментировать заявление ангела, не дожидаясь наводящих вопросов:

– А, да, шеф говорил: напарник твой из этой, как ее… летаргии, во! В общем, выходил он из нее тяжелее, да и пробыл в таком виде дольше. Так что всякую пургу может нести круче обычного. Но ты не боись, Ал сказал – это скоро пройдет. Он в таких вещах не ошибается.

– Перемещать его сейчас точно безопасно? – Андрас, сидя на койке, краем глаза покосился на ангела, который уже успел свернуться в какую-то теплую загогулину у него на коленях.

– Да что вам с ним сделается? – Скугга добродушно фыркнул. – Здоровые вон, оба, как кобели, даже царапин не осталось! А что мозгами слегка тронулись, так на воздухе быстрее в себя придете! Да и с нашей работой это скорее рекомендация, чем противопоказание.

На сборы все равно ушло какое-то время. Пока приводили в себя дезориентированного ангела, пока искали одежду Андраса, которая, как выяснилось, пережила их поход в подземелье и была подобрана отрядом Скугги на обратном пути, но оказалась насквозь провонявшей плесенью и сыростью заброшенного бункера. В результате выйти из помещения удалось лишь минут через сорок.

На выходе Андрас и Уриил удостоились парочки косых взглядов от персонала больницы, который по каким-то причинам не задерживался у дверей их палаты. Демону это показалось как минимум подозрительным:

– Чего они все так пялятся?

– А-а-а, не обращай внимания. – Шедший чуть впереди Скугга и бровью не повел. – Для местных мы легенду состряпали, что вы, дескать, столичные артисты, которые на съемках в городе какого-то денатурата пережрали. Вот всем и интересно теперь, кого такого популярного в их вип-палату надуло.

– Ух ты, мы артисты? Как интересно! – Ведомый под руку Уриил принялся заинтересованно тормошить Андраса за рукав. – А кого мы играем?

– Клоунов в цирке! – мрачно отшутился демон. Скугга в ответ громогласно заржал:

– Да уж, это точно! Особенно, вспоминая, как вы нажрались в первую ночь после нашего знакомства.

– Кстати… – Пока вся троица шла по местным выкрашенным зеленой краской коридорам, выглядевшим куда хуже и обшарпанней, чем вип-покои для местных привилегированных алкашей, Андрас решил уточнить пару давно мучающих его вопросов: – А чего ты тогда нас защищать кинулся? Ведь рисковал же!

– Чем это? – Великан снисходительно покосился на демона. – Я ведь тоже не гимназистка, чтобы так легко от какой-то гопоты огрести!

– Да нет, примелькаться рисковал. Здоровенный волкодав, который за нами двумя по всему городу таскается…

– А, дошло! Так это шеф меня попросил. Видать, и впрямь хотел, чтобы вы про меня сами догадались. Он у нас любитель такие шутки шутить. – Скугга несколько криво ухмыльнулся, видимо, воскрешая в памяти собственный боевой опыт общения с начальством. – Да и вы же под действием Стража были. Там поди знай, как оно пойдет. Так что вы еще легко отделались.

– Веселенький способ защиты, хочу заметить. – Андрас скривился, вспоминая свое состояние после взрыва их с ангелом квартиры.

– Ну… – Телохранитель развел руками. – Что поделаешь. Эта штука жизнь спасает, а не достоинство. Да и вообще, вот я, когда один раз под такое заклинание попал, месяц после слюни пускал. А все потому, что того стража наш стажер ставил, а вашего – шеф самолично.

– Вот да, – Андрас решил продолжить ненавязчивый дружеский допрос. – Еще и об этом: начальник твой вроде говорил, что не маг. Так откуда ж он заклинания знает и лечить от эльфийского яда умеет?

Скугга в очередной раз пожал плечами:

– А кто ж его разберет? Ты пойми, если думаешь, что наша организация была когда-то давно создана, а шеф ее потом возглавил – то это все фигня. Это шеф всегда был, а Таможня вокруг него выросла. Помнишь, он вам рассказывал про орден хранителей равновесия? – Демон, до жути заинтересованный новой информацией, нетерпеливо кивнул. – Кое-кто из ребят, кто в конторе работает дольше всего, говорил, что этот орден когда-то шефу поклонялся. Ну, типа как богу. А уже потом он их к делу приспособил.

– Выходит, Альфред что-то типа древнего божества? – Демон недоверчиво прищурился. – Ты сам-то в это веришь?

– Не-а. Да и никто в конторе тоже, на самом деле. Шеф для бога гонором не вышел. Но то, что он свое прошлое бережет и никому о нем не рассказывает, – факт. Я рядом с ним с пеленок, считай, отираюсь – и то знаю едва ли больше остальных.

– С пеленок? – Скугга наконец закончил оформлять их выписку из больницы у сестринского поста, куда они неторопливо дошли, отвлекаясь на разговор.

– Ага! Шеф меня на пепелище моей деревни нашел. Что-то мерзкое там тогда приключилась, да такое, что кроме меня из клана никто больше и не выжил. А Альфред меня подобрал, вылечил, а потом и учиться отправил.

– Выходит, что, кроме тебя, оборотней больше нет?

– Ну почему? – Скугга повел плечами. – Волков, лисиц, котов всяких – хоть жопой жуй. Драконы опять же – недалеко от эльфов, к слову, живут. И тоже оборотни, считай. А вот таких, чтобы в волкодавов перекидывались, – этих я не встречал больше. И это… – Телохранителя вдруг посерьезнел и испытующе глянул на демона и висящего у него на руке ангела, – раз уж мы в бою вместе были, я вам свое клановое имя назову.

– Так мы ж знакомы уже вроде? – Андрас, придержав в очередной раз заваливающегося носом вперед ангела, удивленно посмотрел на Ску. Уриил же, едва перестав падать, поспешил влезть с комментарием:

– Да-а-а, ты Скуби-и-и!

– Да кончай уж кривляться! – Скугга хмуро зыркнул на в мгновение ока переставшего страдать от «тяжких» последствий отравления ангела. – Это ты демона своего дурить можешь, а меня – не выйдет!

Выпрямившись, Уриил поспешно закивал головой и жестом предложил телохранителю продолжать:

– Ладно-ладно, уж и пошутить нельзя…

– В общем, такое дело… у нашего клана традиция была, что первое имя – для всех, а племенное – только для друзей и родных. А мы теперь, ну… боевые товарищи вроде как. Так что, в общем… Скугга ден Варга, вот. – Великан скомканно закончил свою речь, вопросительно уставившись на собеседников.

Андрас, почувствовав важность момента, сдержанно и серьезно кивнул, и даже ангел в кои-то веки остался молчалив и удержался от очередной, уже готовой сорваться с языка колкости.

– Ну хорошо. – Смущенный телохранителя поспешил отвернуться и перейти на серьезный тон. – Заболтались мы, а уже ехать надо! Садитесь в машину давайте.

Как они ехали до знакомого им бизнес-центра, Андрас не запомнил. Без особых спецэффектов вырубился в салоне, а как очнулся – они уже заруливали на парковку под неодобрительный бубнеж Скугги, который – не в первый раз, судя по всему, – поцапался с местной охраной.

Оказавшись в знакомом им офисе, Уриил, слегка пришедший в себя за время дороги, развалился в кресле и умиротворенно прикрыл глаза, пользуясь отсутствием владельца кабинета, который, по словам телохранителя, успевшего переговорить с традиционно хмурой секретаршей, как раз заканчивал общаться с эльфийской делегацией, прибывшей выразить благодарность Альфреду и подчиненной ему организации. Сообщив эту информацию, Скугга еще раз позвал парочку на пьянку по случаю их боевого крещения и успеха всей операции и тоже поспешил свалить по каким-то своим делам, сославшись на то, что дальше с ними будет общаться уже Альфред. Больше ни в какие подробности напарников посвящать никто не торопился, но сам факт того, что эльфы приехали благодарить, а не проклинать, намекал на то, что их соплеменников тоже удалось спасти.

Утешив себя этой мыслью, демон последовал примеру ангела, пользуясь блаженными мгновениями безделья и поудобнее устраиваясь в кресле. Через пару минут Андрас все же решил поинтересоваться:

– Ты как, оклемался?

Ангел задумчиво приоткрыл глаза:

– Вроде бы. Такое ощущение, будто я в коме лет десять пролежал. Сколько я в отключке провалялся, кстати?

Демон прикинул:

– Я тебя нашел почти сразу, какое-то время ушло у боевой группы Скугги на зачистку, плюс путь обратно… Часов шесть, думаю.

– Понятно. – Ангел лениво кивнул. – Сироэля взять не удалось? Это ведь был он? Я почти ничего не заметил – вырубили меня со спины.

– Насколько знаю, нет. Я его след потерял в том месте, где ты в первый раз остроухим похохотать устроил.

Уриил ехидно ухмыльнулся, прокручивая в голове события прошлого дня.

– Связывать надо было лучше, бездари! А что Марууна?

– Мертва. – Андрас пожал плечами. – Напарник ее постарался – успел раньше меня.

– Думаешь, следил?

– За ней, за нами или за всеми сразу. Вполне возможно, все произошедшее изначально было его ловушкой… – Демон хотел было развить мысль, но его прервали.

– В которую вы благополучно и влезли двумя ногами! – В кабинет бесшумно зашел увешанный какими-то ленточками и припорошенный конфетти Альфред, на ходу отряхиваясь и закрывая за собой дверь. – За что меня попросили не сильно бить вас по голове уже примерно все на свете. Тем более, что у Урика и так вон череп в двух местах помятый. Так что черт с ним, я уже практически вами восхищаюсь и утираю скупые слезы гордости.

– Это ты сейчас как меня назвал? – Ангел напрочь пропустил всю часть с похвалой от начальства, перейдя к самому страшному, на его взгляд, оскорблению.

– Ну если я Алик, то почему бы и тебе не соответствовать? Итак, прежде чем я отправлю вас в заслуженную увольнительную, предположу, что у вас есть вопросы. Выкладывайте, пока я добрый!

Уриил тут же внутренне подобрался, отбросив шуточные обиды:

– Да. Что с похищенными эльфами?

– Спасли-спасли. – Альфред откинулся в кресле и добродушно усмехнулся. – Не переживай! Отравили их тем же, чем и вас – маслом остролиста. Эльфийские древние используют его, когда устают от жизни и решают уйти в вечный сон – нечто вроде бессрочного отпуска. Но для тех, кто не подготовлен к его использованию, эдакое снотворное может вполне стать фатальным. Этот самый Латис сбагрил несколько флаконов Сироэлю, выкрав их из храмовой сокровищницы вместе с амулетом драконьего пламени. И уже одно это по эльфийским законам тянет на казнь на месте без последующего погребения. Ну а этот ваш ангелок после неудачного покушения решил с его помощью порешить оставшихся эльфенышей, чтобы те не смогли на него указать. – Ал перевел дух и, потеребив себя за губу, продолжил: – И да, мелюзгу эту вы и впрямь спасли. Ненамеренно, конечно, хотели-то добить!

– Это еще почему? – Ангел вновь превратился в возмущенную грозовую тучку.

– А потому что кровавый заем, применяемый в сочетании с ядами, способен прикончить так же легко, как и вылечить. У коллеги своего полюбопытствуй!

Андрас виновато кивнул в ответ на удивленный взгляд Уриила:

– Он прав. Прости! Мне в голову тогда не пришло, что может стать хуже. Да я и не знал, что ты их будешь демонской магией лечить.

Ангел обескураженно переводил взгляд с Альфреда на Андраса:

– Т-то есть я их всех убить мог?

– Ну, разве что, если бы совсем заскучал… – лениво отозвался Ал. – И нет, не мог – я бы не позволил. Или ты считаешь, что я за вами следил исключительно из досужего интереса? Кроме того, тот способ лечения, который ты провернул, и который, к слову сказать, присущ исключительно падшим, идеально подходит для отравления остролистом, а от него, кстати сказать, и эльфы-то вылечить не всегда могут. Проще говоря, твое целительство сочетает в себе оба варианта: ангельский и демонический, восстанавливая целостность одновременно и души, и тела. Из минусов – жуткая болезненность процесса. Но на это жалоб не поступало. Так что твое твои бездумные и безответственные действия в конечном счете спасли им жизнь. Но ты все еще можешь порефлексировать над тем фактом, что героем ты стал совершенно неосознанно и вопреки всем возможным вероятностям.

Уриил слабо улыбнулся. Судя по всему, «рефлексировать» ангел все равно планировал долго и с сознанием дела, но слова Альфреда его все же слегка переубедили. Ал же продолжил:

– В остальном у ваших подопечных ничего серьезного: кашель, насморк, пара несильных обморожений и общая дебиловатость, простительная, в силу возраста.

– А обморожения-то откуда? – Демон удивленно поднял бровь, их начальник иронично закатил глаза:

– Издержки идиотизма. Эти дети цветов очнулись на даче у некоего Алексея Фетисова. Да, я об этой вашей афере в курсе, разумеется. – Альфред насмешливо глянул на потупившихся напарников. – Там вокруг кругом один лес и ни одной живой души на десять километров во все стороны. В общем, местечко для организации спонтанно резервации эльфов – лучше не придумаешь. Естественно, эти клоуны тут же побежали исследовать все белое и холодное, чего у себя на родине никогда не видели и что, по их мнению, может жутко навредить бедненьким деревьям. Короче говоря, пока туда приехали мои ребята, пока разбирались с хозяином дачи, который как раз вернулся и попытался в одиночку забороть – к счастью, без жертв с чьей-либо стороны – весь мир насилья, пока отыскали самих эльфов… В общем, эти посиневшие придурки в одном исподнем все это время водили хороводы вокруг какой-то сосны, пытаясь спасти ту от страшной смерти. Их уже подлатали и отправили обратно в деревню, дальше ими пусть их старейшины занимаются. А вся боевая группа в наказание весь следующий год будет жрать те коржики, которыми вислоухие отбоярились в награду за возвращение их пасынков. Потому что говорил обмудкам – разговоров с местными не заводить и ничего из рук у них не брать, даже если на шее виснуть будут. Ничему придурков жизнь не учит.

– С чего бы такая строгость? – Уриил предпринял попытку заступиться за неведомую боевую группу, обещавшую устроить им гулянку, а оттого уже как минимум заслуживающую снисхождения.

– А то, что у этих племен традиция заключать браки с помощью обмена жратвой, это, блять, не достаточная причина? Половина боевой группы теперь счастливо, хоть и внезапно жената, а база похожа на ебаный цветник! Эти дуры засадили своей оранжереей весь архив, да к тому же, как оказалось, эта растительная дрянь охотно питается бумагой, поэтому половина документов в итоге оказалась сожрана и переварена. Кстати, вот, держи-ка! – Альфред, прервав свою раздраженную тираду, метко метнул Уриилу на колени красную папку с бумагами, от чего тот непроизвольно дернулся. – Спас из агонизирующего архива парочку занятных басенок. Это некоторые из уцелевших записей Метатрона.

– Серьезно? У тебя есть записи божьего летописца? Да все оставшиеся архангелы за них тебе голову золотом осыпят. Или оторвут. А они, понимаешь ли, просто лежали где-то у тебя на полке? – Ангел раскрыл папку и бережно перелистнул несколько плотных кожаных страниц, испещренных ровными рядами символов.

– Ну, теперь они лежат на тебе. Все по десять раз зашифровано, но, думаю, у тебя будет время на досуге в них разобраться. Приятного чтения.

– Спасибо! – Голос ангела выражал неподдельную благодарность.

– Обращайся. Так, если с этим разобрались, можем двигаться дальше. Еще вопросы?

– Один. – Уриил отвлекся от разглядывания новоприобретенного сокровища и перевел взор на Альфреда. – На хрена? На хрена все это было нужно? Сироэлю, Марууне, жрецу этому эльфийскому?

– Ну-у-у, как тебе сказать… – Ал задумчиво поколебал рукой в воздухе. – Зачем все это было нужно жрецу эльфийского храма Асцелю Латису – я бы и сам хотел узнать. Вместо того, чтобы отправлять его в закрытом гробу сородичам, но мне такой роскоши выбора никто не предоставил.

– Почему закрытом? – удивился Уриил.

– Поблагодари за это своего спасителя! – Альфред кивнул в сторону Андраса. – Твой суженный… – брови Уриила непроизвольно поползли вверх, – …мозгами демон ему горло вырвал, когда тот от него сбежать попытался.

Андрас проигнорировал выпад в свой адрес и равнодушно хмыкнул:

– Я этого не помню.

– Догадываюсь, – шеф наградил демона кивком. – Но самую опасную падаль все же уговорить успел, до того, как отключился. Молодец.

– А я? – встрепенулся в своем кресле ангел. – Я молодец?

– А ты, Уриил, – мозг всей операции. – В голосе Альфреда сквозило неприкрытое ехидство. – То есть потребляешь до двадцати процентов всех ресурсов организма и, будучи в отключке, совершенно бесполезен. Но мы тебя все равно ценим.

Глядя на надутую рожу ангела, Альфред смягчился:

– Ладно, не суетись, ты зато Марууну толково допросил – я через микрофон в телефоне с большим интересом послушал.

Ангел потянулся в карман и, извлекая оттуда смартфон, скептично его оглядел, на ходу прикидывая, что еще их радушное начальство могло подслушать за время расследования:

– Интересные ты нам девайсы подсунул, прям от души! А что еще они умеют, может, по ним и звонить можно?

– Ну не злись! – Альфред развел руками. – И, если уж тебе интересно знать, то микрофон я включил, только когда вы от услуг Скугги отказались. – Уриил с удивлением отметил, что начальник не врет. – Да и слышал, считай, один треск – из-под земли связь так себе, спроси любого покойника! А такие телефоны есть у всех моих агентов – на случай похищения, например. Так как, эту тему мы закрыли? – Ангел некоторое время смотрел на лицо Ала и, еще немного повертев смартфон в руках, кивнул. – Отлично! Что же касается мотивов Марууны, то про них вы мне можете сказать больше, чем я вам. Трупы, к моему прискорбию, со мной не разговаривают, а вживую в последний раз ее видели именно вы двое.

– Было кое-что странное… – Ангел задумчиво пожевал губу. – Она соврала один раз: сказала, что сильно поссорилась с Сироэлем перед его уходом, но отказалась пояснить причину и утверждала, что с действиями ангела этот конфликт не связана. И еще был один момент… Не вранье, скорее полуправда – я тогда не сразу разобрался: дословно она сказала, что ожидала Сироэля у портала, и что его появление там было неизбежно. Что скажешь?

– Хмм. Ничего конкретного, пожалуй. Хотя то, что ты наконец начал использовать свои способности, меня очень обнадеживает. – Альфред был как никогда задумчив. – с Марууной же могло быть что угодно: жажда власти, месть, любовь, попытка исправить то, что уже успела натворить. Тут мы, не имея фактов на руках, можем гадать вечно.

– Думаю, ты прав. А Сироэль?

– О, ну его мотивы мне объяснить проще. Он искал ключ, но не знал ни как он выглядит, ни что из себя представляет. А когда на него начал давить кто-то из Центра – решил действовать радикально, планируя уничтожить вас и порыться на пепелище после. План с покушением, я полагаю, был просто запасным.

– Но кому он хотел доставить Уриила? Абаддону? Латис говорил, что их конечный наниматель должен встретиться с ними где-то в лесу.

– Как знать… Место встречи, я боюсь, нам ни о чем не скажет. Лес Таррадимов – «великих ростков», как его называют эльфы, – древний перекресток миров, для перемещения по которому необходим ритуал, позволяющий выбрать нужную дорогу. Без такого в этом лесу можно скитаться вечно, так никуда и не дойдя. Если бы жрецу удалось подготовить ритуал, мы бы, вероятно, смогли хотя бы определить мир, которому принадлежит наш неведомый враг, но увы!

– И что же делать? У нас ведь, судя по всему, не осталось никаких зацепок! А вот врагов наверняка меньше не стало!

– Искать новые варианты, разумеется. И работать дальше: рано или поздно что-нибудь да нароем. Нам все еще предстоит выйти на след Сироэля, вычислить куратора из Центра, руководившего его действиями. А что до врагов… – Улыбка у Альфред сделалась мечтательной. – То в нашей работе они никогда не заканчиваются. И если вам вдруг показалось, что их стало меньше – значит вы, скорее всего, просто сузили себе обзор, встав на дно собственной могилы…

Все трое какое-то время сидели молча, переваривая это мрачное предсказание. Меланхолию прервал ангел, которому в голову пришла запоздалая мысль:

– Слушай, а что теперь с Центром будет? Мы ведь формально все еще на них работаем!

Альфред покачал головой, выражая скептицизм:

– Сомневаюсь. По моим сведениям, вас официально решено считать мертвыми. Кроме того, как мне известно, Центр спешно перебрасывает всю свою агентуру на другие, более важные участки. Как я понимаю, публикация той самой базы данных для них даром не прошла: в новостях вы этого не найдете, но кое-где даже дошло до открытых столкновений. Так что на какое-то время мы от внимания ваших бывших работодателей мы избавлены. И учитывая, что нам предстоит искать крота в их рядах, это, я бы сказал, скорее хорошо!

Андрас задумчиво нахмурился:

– Думаешь, крот есть?

– Практически уверен! Уж точно попытка спасти задницу Абаддона не была продиктована бескорыстным стремлением спасти мир от очередной войны. Кто-то из Центра явно хочет заполучить Ипостась себе и предпринял заметное количество шагов в достижении своей цели.

– Марууна говорила… – снова подал голос ангел, – что Сироэль состоял в какой-то элитной группе Центра, называющей себя чистильщиками!

Альфред кивнул:

– Вот вам и новая зацепка. К слову, есть у нас и еще одно небольшое преимущество, о котором не знают наши противники…

– Поделишься?

– Всенепременно! Иначе меня, я боюсь, разорвет от сдерживаемого самодовольства! – шеф выдержал паузу для драматического эффекта. – Я, кажется, знаю, что такое ключ Соломона и где его искать! – Фраза возымела ожидаемый эффект. Ангел и демон в четыре глаза обалдело уставились на своего начальника. – По крайней мере, у меня есть внятные предположения на этот счет. Мои спецы восстановили и расшифровали часть скрижалей из архива Марууны, и то, что почтенный летописец Метатрон пишет по поводу одного из эпизодов жизни Соломона, показалось мне весьма небезынтересным… – Альфред лениво достал из ящика стола несколько листов бумаги и, найдя нужный фрагмент, принялся зачитывать: – «И возжелал Царь создать защиту от всякого демона и духа, и призрака, и твари подлунной, что всякий век обуревали род человеческий. А создав защиту сию, убоялся силе могущества ея, что была опасней самых страшных демонов, а потому повелел он духам, послушным воле его, создать оружие, способное сразить печати Царские. И подчинились духи, и часть их заключила себя в ключ, и нарек Царь тот ключ великим спасением для всех живущих ныне и предбудущих». Бла-бла-бла, и так далее, и тому подобное… Впечатляет?

Альфред закончил читать и, кинув листы на стол, испытующе посмотрел на собеседников, ожидая от них каких-либо предположений, но, не утерпев, продолжил сам:

– В общем, я тут подумал…. Учитывая это описание и тот факт, что ключ искали у вас…

Уриил встрепенулся:

– Кстати, Марууна утверждала, что на нас ей указала печать прозрения, но слишком уж неточно, потому что им энергии на нее не хватило!

– Хмм… Тем более. Так вот, что, если ключ представляет из себя что-нибудь совсем уж тривиальное? К примеру, меч? Только тот должен быть достаточно старым и обладать собственной магией, раз уж из описания Метатрона можно предположить, что царь Соломон запихнул туда частицу самой Ипостаси. В конце концов, когда это в цари брали за богатое воображение? Но тогда твои, Уриил, мечи сразу не подходят: они парные, да и история их изготовления примерно понятна: у всех остальных архангелов были такие же – тому сохранилась целая куча документальных подтверждений. А вот меч Андраса… – Альфред перевел взгляд на подозрительно задумчивого демона. – Скажи, друг мой, как хорошо ты знаешь историю своего меча?

– Не слишком… – Ответ Андраса был крайне осторожен. – Точно известно, что отец достал его где-то за пределами Ада, после чего ни разу с ним не расставался, используя его в качестве личного оружия. А после схождения папаша погиб, как и остальные мои родственники, так что меч перешел по наследству мне. Вот и все.

– Вот как раз это и заставляет меня думать, что именно за твоим оружием ведется такая упорная борьба. Так что, если я прав, у нас появляется солидный козырь, с которым можно и к Абаддону сунуться и попробовать еще раз выманить Сироэля, который, я полагаю, от своих планов не откажется. Понадобится, конечно, потратить еще кучу времени и провести ряд экспериментов, чтобы доказать, что твое оружие – действительно то, что так долго искали наши противники. Кстати… – продолжая говорить, Альфред какое-то время внимательно разглядывал все больше нервничающего демона. – А где сейчас твой меч, Андрас?

– Тут такое дело… – Демон, на удивление Уриила, слегка покраснел, чего с ним, казалось, не было еще ни разу. – Когда я отправился в погоню за Сироэлем, в том гроте, куда привел портал… В общем, там была защита, эльфийская, наверное… – Андрас все более нервно продолжал свой сбивчивый рассказ, путаясь под тяжелым взглядом начальника, как новичок. – Короче, я не смог пройти сквозь арку вместе с мечом, и тогда…

– Дай угадаю! – Елейно перебил его Альфред. – Ты, как умный мальчик, как следует спрятал и магически защитил фамильную реликвию, чтобы никто на нее не наткнулся, после чего продолжил погоню?

– Ну, я же спешил… Поэтому присыпал меч землей и убедился, что снаружи грота ничего не видно. Вполне вероятно, что он все еще там, правда ведь?

На этой фразе терпение Альфреда, как успел заметить Уриил, с легким треском пошло по швам окончательно:

– Ты наивно думаешь, что после всего произошедшего ни мы, ни эльфы не прочесали всю местность на предмет возможных сюрпризов? – Голос начальника скатился до змеиного шепота. – А ты не подумал к тому же, что мог хоть закопать эту железяку в ядре Земли, и ее все равно бы нашли, потому что она фонит магией, как сраный чернобыльский баклажан? – Ответить на это Андрасу было нечего. На момент после спасения из мира эльфов он вообще забыл про свое оружие, и это само по себе было глупостью. Но таких масштабов катастрофы он не мог даже предположить. – И теперь выходит, что вы, два гребаных придурка, умудрились просрать то единственное, что отделяло всех нас от гребаного Армагеддона? – на лице Альфреда в этот момент можно было вскипятить воду. – Значит так, рыцари печального образа действия, а ну-ка быстро подхватили свои героические задницы с кресел и, пока не вернете меч обратно, я с вас живых не слезу! И права сдохнуть во время задания у вас нет!! А сейчас встали и пшли нахер отсюда!!!

***

Спустя полчаса, когда страсти слегка улеглись, а Альфред, все это время метавший молнии в сторону своих подчиненных, дождался, пока парочка скроется сначала из его кабинета, а потом и из их временного штаба, он неожиданно спокойно уселся обратно в кресло и, удовлетворенно поерзав, кинул на стол позолоченную ручку, которую до того сжимал в кулаке. Удивительное чувство азарта охватило его так, как не бывало уже многие столетия, а на лицо набежала абсолютно неуместная сейчас безмятежная улыбка. Игра продолжалась!

Но напоминать самому себе чумного школяра не хотелось – он же профессионал, черт возьми! А раз его мозг решил впасть в детское возбуждение, то и это следовало делать с присущим профессионализмом. Поэтому, достав из нижнего ящика стола небрежно скрученный бумажный сверток, он встал, и, ухмыляясь сам себе, направился к выходу с намерением поскорее найти своего телохранителя. Интересно, как сильно удивится Ску, обнаружив на своем рабочем месте подушку-пердушку и россыпь шариков с краской, тщательно припасенных как раз на такой вот случай?

Эпилог. По следам

Все возвращается на круги свои,

Только вращаются круги сии.

Андрей Вознесенский

Существо кралось во тьме, спеша достигнуть одной ему ведомой цели. Бывшие когда-то человеческими черты лица заострились, оттого лицо стало похоже на хищный птичий лик. Существо было в ярости, но старалось действовать осторожно, пробираясь во тьме исполинских деревьев. Теперь не было ничего, что могло бы помешать его планам, но этот лес – или сад, как его по старой памяти иногда называли, – был древним, древнее самого времени, поэтому торопиться здесь было нельзя! Аккуратно ступая по земле и прислушиваясь к каждому шороху, существо плавно двигалось по едва заметной звериной тропе.

До сих пор удивительно, но эти отребья выполнили свою часть уговора. Разрушив все его планы, лишив всего, ради чего он жил, они сами вложили в его руку ключ к мести! Что ж, значит, еще не все потеряно! Все еще можно будет вернуть. Вернуть ее из небытия и навеки связать с собой! А потом отомстить… Отомстить каждому, кто пытался ему помешать, и любому, кто еще вздумает встать у него на пути!

***

В терминале аэропорта было довольно пустынно. За его стенами стояла глубокая ночь, или же раннее утро – как посмотреть, а единственный рейс за последние полчаса, прибывший из Цюриха, привез всего нескольких сонных пассажиров, жавшихся сейчас перед одиноким работающим окном пограничного досмотра. Усталая пограничница – молодая девушка с засаленной стрижкой, синяками под глазами и печатью мировой скорби на лице – неторопливо проверяла подаваемые ей паспорта и анкеты, умудряясь создать очередь даже из такого небольшого числа пассажиров. Наконец дошел черед до высокого мужчины лет шестидесяти в шляпе трилби и сером твидовом пальто. Он неспешно подошел к окошку и протянул паспортистке синего цвета книжицу с золотым гербом, на котором был изображен лев и единорог.

– Снимите головной убор. Назовите имя и цель своего визита.

– Эйден Зорка, – мужчина улыбнулся и приподнял шляпу с зачесанных назад абсолютно седых волос. В его голосе чувствовался небольшой акцент, но речь была очень чистой. – Цель визита – встреча со старым другом.

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.