Czytaj książkę: «Диктатор»

Глава первая. Принцесса Ильли

В этот дождь Датлин, был грязнее, чем обычно, по улицам разъезжали конные солдаты милиции, в серых дождевиках поверх лёгких кожаных доспехов. Усиленная стража, несмотря на непогоду, стояла у каждых из четырёх городских ворот. Всех въезжавших и выезжавших осматривали тщательнее, повозки проверялись с дотошностью. Молодых девушек задерживали до выяснения личности. По городу пошёл разговор, ведь все знали, кого ищут.

Принцессу Ильли, дочь последнего царя Бастурха Седьмого, и его наследница. Она должна была царствовать, но в день коронации, двенадцатилетняя маленькая принцесса исчезла. Её искали все и никто не нашёл. Литоки отвергли других претендентов на престол и с тех пор стали назначать губернаторов в провинцию Северал, которая потеряла статус союзного царства. Ходили слухи, что она жива и исчезла потому, как знала, что её хотят убрать. Поиски её время от времени возобновлялись такими вот милицейскими операциями. Если власть так обеспокоена, значит, принцесса и вправду жива и скрывается?

Капитан милиции Гроссий Дрой, зашёл в свой любимый трактир, как обычно с сумерками, когда все служебные дела были завершены. Его тепло приветствовали, так как он был завсегдатай, и просто душевный пьяница, не смотря на офицерский чин и вообще плохую репутацию милиции.

— Гроссий, старина! На этот раз то хоть, вы поймали принцессу?

— Начальство выдумало её, чтобы мы не сидели без дела, — рассмеялся он в ответ. — На моей памяти такая суета в первый раз, обычно всё было тише, обыск или арест партии рабынь…

— Это из наших магнатов, кто-то ею сильно интересуется, литокам плевать, существует ли она в природе. Объявится, ну и что изменится? Царство у нас закончилось с последним царём!

— Это точно! Слава ему и покой!

— Для народа, что поменялось? Да ничего, вино и мясо с хлебом в цене на прежнем уровне. Налоги царю, даже побольше платили.

— Это когда?

— Последние десять лет, царь был марионеткой литоков, а что раньше было, помнят только совсем старики.

— Согласен, ничего не поменяется, есть она или нет её.

— Да и знати то не осталось прежней. Все теперешние магнаты из купцов вышли.

— Почему все? А Рапо Маюд? Из княжеского рода, его в цари выдвигал совет, вместо принцессы, самый близкий родственник.

— Наверно Маюд её и ищет, он с губернатором рука об руку, рудники и торговля.

— На что она ему?

— Да так, может, на что и сгодится… — расхохотались собравшиеся.

— Нет, нету её, будь жива, давно бы нашли!

— Милицию напрасно дёргать не станут.

— Рудники то царские! Вернётся наследница, ладно с царством, нету теперь царства, а рудник есть — возвращайте!

— Кто его вернёт! Маюдом он выкуплен у литоков в аренду, кому чего вернут?

Гроссий Дрой выпил вина прямо из кувшина, ему всегда подавали самое отменное. Трактирщик знал его ещё рядовым, и верил, что когда-нибудь в скорости, он станет префектом города, а там глядишь и префектом всей провинции.

— Принцесса или не принцесса! Принцесса Ильли не принцесса? При литоках и при царе мы пили, пить будем при принцессе Ильли!

В большом зале трактира набилось порядком захмелевших граждан, главное событие города сегодня обсуждали подробно. Затем всё слилось в гул, в котором всё смешалось повседневными разговорами и дымом от закуренных трубок.

Гроссий Дрой доедал жаркое, и размышлял, что делать после ужина. У него было несколько мыслей, но всё спуталось, когда в трактир вошёл человек лет тридцати, по одежде определённо моряк, и прямиком направился к нему. Гроссий узнал его и обменявшись рукопожатием предложил выпить с ним вина. Это был Игрен, капитан одного из кораблей Воку Фессии. Они выпили из резных бокалов.

— Я по делу, всё срочно, но не торопись! Всем известно, где тебя найти!

— Это точно. Что за дело?

— Северу — север! — сказал вполголоса Игрен, и капитан милиции протрезвел: это был пароль, значит, его планы вообще отменяются!

— Я готов, — сказал он.

— Хорошо. Побудем немного тут. Выпьем, поговорим. Я тебя в курс дела введу.

Гроссий Дрой был тайный сторонник клана Фессий, который противоборствовал с кланом Маюда. Фессии — разбогатевшие на морской торговле купцы, в после царское время. Маюд — знатный и родовитый владелец рудников, мануфактур и земельных угодий. Маюд был советником губернатора, но Фессии были популярнее в народе, из-за того, что поднялись с низов, и не пользовались поддержкой литоков. Гроссий как-то помог Гочи Фессии, а тот в ответ помог ему. С продвижением по службе и покупкой дома, Гроссий как раз женился, и то и другое для его женитьбы имело решающее значение. Жену он очень любил, и не мог себе представить, чтобы она не была его женой.

Фессии были солидные люди, выходцы из простых купцов, в после царское время ставшие значительными. Поговаривали, что у них уже собственный военный флот с базами по всему побережью северных морей. Что все купцы платят им мзду за проход через контролируемые ими воды.

— На рейде сегодня стал фрегат «Трепет Бури», торговый корабль Фессии, — сказал Игрен, — нужно сопроводить людей в порт, чтобы не было препятствий со стороны милиции.

— Сделаем! — сказал капитан.

Глава вторая. Диктатор

— Быстро этой проблемы не решить, — сказал магнат Тимред и его уверенное лицо, немного размылось. Диктатор Ралинг внимательно посмотрел на него, и мельком на остальных присутствующих на совете.

— Остров скалистый, с преобладающей горно-лесистой, местностью, главный город находится в противоположенной береговой стороне от материка, лицом к океану, — слово взял старый маршал, Лавар Скоск, — остальные города не укреплены и с малым количеством постоянного населения. Сельские поселения многочисленней и густонаселённей. Мятеж возник не спонтанно, а целенаправленно, все действия осуществляют власти под влиянием кучки олигархов, у нас с ними есть противоречия, но я думаю, их можно устранить переговорами.

Тимред возразил:

— Дело зашло далеко, они отозвали всех своих людей из торговых компаний и представительств. По моим сведениям, идёт налаживание их связей в торговле и иных делах, с ремранами и другими южными государствами. Речь идёт о том, что они хотят покинуть сферу наших интересов. Такому примеру могут последовать и другие, это повод. Получить укреплённый пункт в уязвимом месте республики, это угроза всем южным провинциям, не призовут ли они ремран?

Лавар Скоск не согласился:

— Это неосуществимо, нет близкого морского пути. Только через нами контролируемые моря. Скорее помогут враждебные нам южные соседи, морской союз городов — они вот, вполне способны на такое!

Ралинг медленно подошёл к арочному проёму окна. Посмотрел на море, которое сегодня было спокойным, а небо солнечным. Он подумал, что это первый погожий день этой весной. И ещё, видно, что магнат что-то скрывает, хотя и прав. Диктатором его выбрали девяносто пятью голосами из ста, и этот год был последним, в конце истекали полномочия, которые он продлить не мог, да и не хотел. Он замечал за собой, что утратил часть своей энергии, интереса к делам. Его больше тянуло быть в кругу семьи, с ещё моложавой женой и почти взрослыми детьми, на роскошной вилле в нескольких милях от столицы. Дела он намеревался передать в порядке, тому достойному, кто их сможет улучшить, или держать в должном, хорошем состоянии. Это была его стержневая мысль — оставить после себя порядок и движение вверх, чтобы вспоминали его правление как плодотворное.

Маршал знал, что у группы столичных магнатов возник конфликт с магнатами Барказалы, и мало-помалу, в течение пары лет, столичные всё барказальское вне одноимённого острова прибирали к рукам. При этом не все барказальцы попадали под натиск магнатов столицы, а лишь владения правящего в Барказале клана олигархии. Другие магнаты и предприниматели с этого острова, вполне себе спокойно вели дела, и никто им не чинил препятствий.

Одновременно из Барказалы вытравливали всех предпринимателей, граждан республики, и, в конце концов, вынудили покинуть остров наместника и префектов с милицией, войск на острове не было. Так что, все эти налоги и подати, лишь предлог, он этого не мог сказать диктатору, да и не видел, чем это могло помочь в принятии решения. Однако диктатор сам догадывался, но понимал, что знать подробности нет необходимости.

— Выйдите на прямые переговоры с их руководством, в готовности к худшему развитию событий, стяните в этот район войска.

— Там достаточно войск и флота, все они в пределах ста миль до острова.

— Поручите переговоры толковому человеку, войска пусть возглавит не полководец, а способный наместник из южных провинций. Он, пусть, не будет торопиться, поэтому хватит времени для переговоров. Опять же если мы поставим командира с именем, скажем, к примеру, Вара Римена, то это будет для всех знак, что мы серьёзно обеспокоены. Поэтому пусть будет командующим сенатор Кам Хелеск, временный наместник всех южных провинций. Он человек сугубо управленческого звена, не связанного с армией. Но вы маршал, проследите за тем, чтобы рядом с ним были способные решить задачу военачальники.

— За этим дело не станет! — ответил маршал, удивлённый сравнением диктатора, Римен был командующим Восточной армией.

— Кого вы хотите отправить для переговоров в Барказалу?

— Что скажут магнаты? У вас будет такой человек?

Магнат Тимред раздумывая, посмотрел на всех и согласился, что найдётся.

— Хорошо, — Ралинг казалось, был удовлетворён, — возглавит переговоры сенатор Рол Мантиг, и по два представителя от армии и олигархата. Маршал, вы лично контролируете операцию и держите меня в курсе всех событий!

Магнат разместился в кресле, сплёл перед собой руки в замок.

— У нас ещё один вопрос на повестке дня.

— Восточная армия?

— Да, Римен, её командующий, претендует на должность губернатора острова Рейль. Якобы для того, чтобы провести наборы рекрутов в свои войска.

— То есть вы думаете, для чего-то другого?

— Он всё более укрепляется на восточных землях. Его власть там и так велика. Остров Рейль контролирует вход в залив, где все порты снабжения восточной армии. Кроме того, остров Рейль, как раз, наиболее выгодный поставщик в армию продовольствия и оружия.

Магнат Тимред обвёл всех взглядом и развёл руки в стороны:

— Никто не умаляет заслуг Римена, но к чему делать его властителем востока, а восточную армию — самодостаточной единицей, независимой в снабжении комплектации и местоположении?

— Не вижу причин для выдвижения его на пост губернатора такого важного острова — немного подумав, сказал диктатор.

— Остров Рейль, напротив, пусть подключится к снабжению южной и северной армии, и для них проведёт набор рекрутов. Снабжение Римен получит из столичных областей, так же здесь пусть и набирает пополнение. Губернатором острова он может стать только голосованием сената, этой осенью. Я его не назначу.

— Что ж, — удовлетворённо кивнул магнат, — у меня нет вопросов.

Ралинг развёл руки слегка в стороны: — Выходит на севере и на западе, всё более или менее в порядке, в Литокской республике?

— Относительно так — сказал Лавар Скоск.

— Тогда господа, все свободны. Попрошу своевременно докладывать об изменениях в ситуации с Барказалой!

Все ушли, диктатор остался ненадолго, посмотрел на море залитое солнцем, и поспешил к ожидавшему его экипажу с эскортом. Предстояла дорога за город, на свою виллу, в круг семьи. Он ещё раз подумал, что хорошо бы сдать дела другому диктатору этой осенью, в хорошем состоянии. А самому удалиться от дел, заняться сельским хозяйством. У него большие поля, в этом году отличные всходы, управляющий обещает рекордный урожай.

Глава третья. Хелеск

Кам Хелеск получил титул наместника всех южных провинций с полномочиями главнокомандующего. Не сказать, что это упало на него как гром среди ясного неба. Он знал о кризисе с Барказалой, будучи наместником самой большой южной провинции, в таком случае, конечно, ему и должны были поручить наведение порядка. Самая большая и лояльная провинция к центру, чей наместник всегда становился выше других южных наместников.

Его жена, вчера в который раз прозрачно намекнула, что он достоин большего. Часто её намёки совпадали с его собственными мыслями. На службе все, как-то чересчур были почтительны за день до назначения. Он ощутил какое-то пристальное к себе внимание, которое означало, что окружение больше осведомлено о планах верховного руководства в отношении их руководителя.

Когда указ диктатора дошёл до места, во дворце появилась гвардейская когорта, которую приставили охранять нового главнокомандующего. Он в соответствии статусу облачился в лёгкие парадные доспехи, и на него, тут же обрушился шквал приказов из столицы и донесений от командиров войск и от других наместников южных провинций.

Несколько дней он просто не знал отдыха, вынужденный отвечать на депеши и самому приказывать войскам и наместникам, решать вопросы снабжения, передвижения, и другими армейскими рутинными нуждами. С женой он увиделся только перед самым отъездом на юг и ненадолго, она была рада и как-то тоже стала почтительней, хотя её он никогда не мог упрекнуть в непочтении.

Он уезжал к проливу между провинцией и островом Барказала, куда стягивались войска. Из столицы приказывали быстро занять исходные позиции. Главнокомандующий — всего лишь исполнитель, Хелеск отвык от армии, в молодости он дослужился до высоких штабных должностей, затем оставил военную службу в пользу политической карьеры. К своим пятидесяти годам, он стал сенатором и наместником. В управленческой структуре республики, занимал видное место в партии сторонников диктатора.

Не имея военного опыта, он создал штаб операции, куда включил всех командиров крупных войсковых соединений. Адмирала Еркимага, маршалов Суликта и Гранола, генералов наёмных рентийских корпусов — Фрера и Рпаита. Хелеску не хотелось испытывать судьбу, неудачи почти всегда пагубно влияют на карьеру, и он был решительно настроен, не допустить промаха.

Хелеск не спешил, точно исполняя приказы, осведомители докладывали, что в Барказале дело поставлено серьёзно. Во главе весь цвет городской аристократии и купечества, город укрепляется, корабли оснащаются военной амуницией, цеха загружены работой на войско, говорят о прибытии многочисленных наёмников. Однако информация была поверхностной, остров давно закрылся, не вступая в контакт, недопускались в город даже барказальцы по рождению, которых проживало довольно много в других городах республики.

Хелеск бывал в Барказале и знал многих людей из этого города, они отличались крепким характером и горячим нравом. С ними раньше можно было иметь дело, до нескольких последних лет, когда во власть прошли новые олигархи. Теперь с «островными» барказальцами, никто из литоков практически не поддерживал связей, а новые власти разрушили все связи прежние. Ходили разные разговоры, но Хелеск знал точно, что за всеми этими враждебными действиями, стоит южный морской союз. В столице почему-то на это закрывали долго глаза, только после этой стычки, о подробностях которой мало кто знает, кто-то из магнатов в Кагдере убедил диктатора, навести порядок на острове.

Сейчас литокский флот контролирует всю северную часть острова и пролив, но адмирал Еркимаг не может блокировать остров имеющимися силами, а пока нет блокады, остров свободно контактирует с миром через океан. Это сейчас было самой большой проблемой, и Хелеск сразу поставил столицу перед фактом непременного усиления флота, для полной блокады острова.

Ускоренный марш в боевом построении, в обход городов, с авангардом, главными силами, обозом и арьергардом прикрытия. Два корпуса рентийцев, Рпаита и Фрэра, общей численностью до десяти тысяч солдат, с вспомагательной пехотой и приданной союзнической кавалерией, быстрым маршем двигались на юг. Солдаты на второй день уже знали, что цель похода — Барказала, и намерения серьёзные, война пока не началась, но в умах командиров и рядовых к ней шла твёрдая дорога.

Корпуса на марше действовали чётко и слаженно. Фрэр и Рпаит пристально следили за движением, и были удовлетворены, войско в хорошей готовности, команды чётко исполнялись, во временные рамки укладывались, всё шло как надо. Среди солдат царило оживление, долгий мирный период отражался на денежном довольствии не в лучшую сторону. Личный состав в большей своей части был многоопытен и состоял из людей, подготовленных к риску и лишениям. Марш прошёл слаженно и твёрдо, к указанному сроку, корпуса прибыли на место.

Лагерь, со рвом и частоколом, вблизи моря, с удобной бухтой, где уже стояли на рейде с десяток больших кораблей. Половину лагеря занимали литокские корпуса, прибывшие рентийские, разместились в другой половине. В последующие дни, кроме обычных занятий, был построен учебный полигон и солдаты отрабатывали штурм крепостных стен и высадку. Стены по размерам повторяли крепостную стену Барказалы.

— С делом не нужно затягивать, — говорил Фрэр Рпаиту, когда они шли к штабу лагеря. На совете собрались все высшие офицеры, включая маршалов Суликта и Гранола, адмирала Еркимага. Главнокомандующий, наместник всех южных провинций, Кам Хелеск был озабочен, и выглядел не отдохнувшим.

— Адмирал, флот готов провести высадку на острове?

— Флот контролирует северную и западную конечности острова, и на этих территориях готов.

— Поясните подробнее по карте!

— Вот здесь удобное место для высадки, но до города ещё почти пятьдесят миль. В глубине острова дорог практически нет, значит, войско пойдёт западным побережьем, чтобы двигаться параллельно с флотом. Вот в этом месте есть проход к городу через горы, часть войска может его занять, но скорее всего они уже укрепились, и взять их с ходу не удастся. Моё предложение основными силами вместе с флотом достигнуть города, двигаясь вдоль побережья на юг.

Подробная карта лежала на столе, фигурки кораблей и солдат чёрного и белого цвета обозначали войска и флот.

— Какие силы у противника? — спросил Хелеск.

— Точных сведений нет. Приблизительно до двадцати тысяч пехоты, тысяча конницы и около ста пятидесяти боевых кораблей.

— Мне представляется лучше всего, уничтожить флот и высадить войско непосредственно у крепостных стен.

— Флот у них довольно сильный, если вступить в открытое противоборство. Чего я делать не стану. До тех пор, пока у меня не будет хотя бы двойного превосходства и мощной воздушной поддержки — сказал твёрдо Еркимаг.

— Все морские силы юга у вас! — возразил Хелеск — Через день-другой прибудут яргелы, часть в поддержку войск, часть в поддержку флота.

— Всё равно недостаточно. Для прямого удара нужно больше сил.

— Тогда, вариант с высадкой? Чем он выгоднее, не пойму? Флоту всё равно придётся двигаться к городу, и встретится с флотом противника. Если флот проиграет, армия останется отрезанной на острове?

— Высадка деморализует. С флотом мы можем действовать осторожно, не вступая в решающие сражения. Кроме того с острова воздушная поддержка флоту будет весомее. Если армия прорвёт горный проход и выйдет к городу, то это потребует переброски сил, в том числе и морских, для обороны города. При высадке мы имеем манёвр, противнику неизвестно, что мы предпримем. Опасность городу возрастает. Действия только с моря упрощают задачу обороне.

— Теперь ясно, — сказал Хелеск.

— Ещё, — добавил Еркимаг, — для такой операции потребуется в три раза больше транспортов, чем есть сейчас. И постоянно восполняемый месячный запас продовольствия и оружия. Нужен дельный зам по тылу, чтобы не было никаких проволочек.

— У кого есть ещё соображения? Маршал Суликт, по старшинству!

— Еркимаг прав. Двойной удар через ущелье и вдоль берега, будет эффективнее.

— Маршал Верк Гранол?

— У меня другое мнение! — сказал маршал, ему было около 35 лет, и это была первая серьёзная компания у него, в маршальском звании. — Зачем нам бегать по острову за барказальцами, когда мы, подойдя к городу, получим их всех в одном месте.

Воцарилось молчание, и военачальники переглянулись, самому младшему было не принято, так открыто высказывать отличное от старших мнение, к тому же не обоснованное, Хелеск нарушил паузу:

— Резон есть, маршал Гранол. Что скажут опытные генералы Фрэр и Рпаит?

Фрэр, как старший сделал шаг вперёд:

— Соглашусь с мнением адмирала. Я за то, чтобы высадится через короткий пролив, а не путешествовать, несколько дней по морю. Если морские силы с частью армии будут двигаться параллельно к городу по побережью, то другая часть армии через горный проход быстрее достигнет цели. Соответственно удар заставит оттянуть часть сил противника, и наш флот и армия с меньшим сопротивлением замкнут окружение.

— Рпаит?

— Соглашусь с Фрэром, если нет преимущества на море, то армию лучше переправить сразу. Решить дело на суше, тогда и флоту будет проще действовать.

— Чтож, господа! Я принимаю решение адмирала Еркимага. — сказал Хелеск.

— Готовьте войска к погрузке на корабли и высадке, в оставшиеся дни прибудут все дополнительные резервы, воздушное войско и транспортный флот. Предварительно план таков. Продумайте детали и согласуйте друг с другом. Командующий операцией высадки — адмирал Еркимаг, командующий объединёнными силами армии маршал Суликт. Через три дня, подробный план высадки, чтобы был у меня на столе! На сегодня все свободны! Военачальники и высшие офицеры начали расходиться, Хелеск попросил Еркимага остаться.

— По-моему рентийцы чересчур горят желанием быстрее ввязаться в бой, — сказал Хелеск адмиралу.

— Мы ждём приказа из Кагдера. Должен прибыть переговорщик. Дело приняло необратимый ход, но приказ сената, выйти на связь с руководством Барказалы.

— Если магнаты шлют транспорты провиант и оружие, опережая обычные сроки, то это что-то значит, — в раздумье сказал Хелеск.

— Война здесь, не будет лёгкой. Мы не можем увеличить количество флота и войск, для необходимого перевеса в наступательной операции. Нужно ещё, хотя бы половину от существующих сил, осадные машины и воздушную поддержку, — настойчиво перечислял Еркимаг.

— Мне твёрдо обещают прислать усиление, в разумных пределах, — ответил Хелеск.

Глава четвёртая. Переговорщики

Гребной фрегат «Ареол», во главе эскадры из пятнадцати кораблей, вёз на своём борту сенатора Рола Мантига, с делегацией переговорщиков и магнатов.

— Устроить переговоры не удаётся, — сказал Еркимаг, при встрече с прибывшими на «Ареоле».

— Мы через свои каналы направили послание городскому совету, известно, что с посланием они ознакомились, но ответа нет.

— Они наверняка в курсе, про наш боевой флот вблизи их берегов. Уверен, всё известно им и про армию, доносчиков у всех в достатке. Чего же они тянут? Упёрлись и решили стоять до последнего? — предположил сенатор.

— Возможно, они надеются, что мы не решимся на штурм острова, — сказал магнат Фаск Ргубор, — дело то и впрямь серьёзное.

— Я просил войск, — сказал Еркимаг.

— Корпус рентийцев Эурса и корпус Казгра с кавалерией и отрядами вспомогательных сил. Осадные бригады со снаряжением, — сказал кто-то из переговорщиков.

— В общем: добавится двадцать тысяч бойцов. Это почти все резервы, в республике осталась только восточная армия Римена и какие-то войска на севере. Стянута почти половина войск и флота, в ответ слышу только опасения и сетование на нехватку сил! — рассмеялся Мантиг.

— Да, но я не намерен рисковать, сил явно не достаточно. Другое дело, когда подтянутся названные части, то перевес станет неоспоримым. Кроме того мы ждём итогов переговоров.

— Если они извещены и не отвечают, почему не предпринять действие? — вмешался Фаск Ргубор.

— Выдвинуть флот к южной конечности острова и со всеми предосторожностями двигаться дальше. Встретится флот противника, попытаться вступить в переговоры, нет, так и атаковать!

— Главнокомандующий — Хелеск, — сказал Еркимаг, — будет приказ, будет исполнение.

Сенатор Рол Мантиг внимательно посмотрел на Еркимага и сообщил: «Фаск Ргубор назначен зам по тылу, отвечает согласно должности за всё тыловое снабжение и так же входит в штаб операции».

Так в ожидании незаметно прошла неделя, на следующей неделе прибыло воздушное войско. Более трёх тысяч боевых птиц в поддержку флота и армии. Они начали патрулировать море, и корабли островитян в количестве двадцати, были замечены в южной части пролива. Разведка побережья на другой день обнаружила деревянную крепостную стену, поперёк преградившую единственную горную дорогу. Именно по ней, по предварительному плану, должен быть нанесён удар в тыл. Причём в достаточно широком участке, пристроеную к древней, каменной, но ветхой крепости.

Ответа на предложение переговоров по-прежнему не было. Еркимагу поступил приказ: выдвинуть манёвренную эскадру к южной конечности острова. При поддержке с воздуха приблизиться к флотилии противника и провести разведку боем. Командовать эскадрой Еркимаг назначил Когзу Тмофа — способного молодого военачальника, проявившего себя и на суше и на море.

Гребные фрегаты с установленными на них баллистами, быстроходные галеры с абордажными командами, оснащённые скорпионами и онаграми, и несколько средних галер с яргелами на борту — которые должны были действовать от линии горизонта.

Эскадра вышла ночью, с восходом солнца — несколько галер были обнаружены прямо по курсу в береговой линии острова. Когза Тмоф приказал выдвинуться пяти быстроходным галерам в первую линию. Солнце стояло уже высоко, начинался ясный, погожий день. Корабли приближались с попутным ветром, галеры островитян развернулись, чтобы встретить атаку, но их ожидал воздушный удар.

Две сотни яргелов летели низко над морем, так что матросы могли рассмотреть внимательнее серебристых птиц и сидящих на спинах илотов, пристёгнутых ремнями, с оперенными дротиками в расположенном вдоль туловища птицы колчане. Перед атакой они резко набрали высоту, сверкая на солнце крыльями, и дружно спикировали на корабли. Выходя из атаки, яргелы стройными звеньями возвращались к третьей линии. Барказальские галеры задымились, мелькали фигурки матросов и огоньки пламени. Первая линия быстро пошла на сближение, выпустив залп из всех катапульт, пошли на абордаж. Все три галеры удалось захватить без боя, матросы противника в большинстве прыгали за борт и пытались вплавь достичь берега. В плен попали несколько замешкавшихся гребцов. Горящие галеры оставили догорать, разведка с воздуха докладывала, что основная часть флота идёт вблизи линии горизонта.

Когза Тмоф приказал доставить пленных на свой корабль, ветер сменился и стал вновь попутным.

— Что говорят барказальцы? — спросил он.

— Ничего толкового и полезного. Корабли торговые, оснащённые для войны. Командиры бежали или погибли от огня, и от наших снарядов, флот в тридцати милях, и состоит из не более пятидесяти кораблей, — докладывал офицер.

— Но это нам и так известно. Офицер! Передайте яргелам мой приказ. Подготовиться к атаке эскадры барказальцев. Нанести внезапный удар по кораблям авангарда, зажигательными снарядами. Потрепать немного нервы и сжечь паруса. Снарядите отряд кораблей для этой операции.

Эскадра замедлила ход, пять кораблей развернулись и взяли обратный курс — на палубах деловито ходили илоты, вокруг непрерывно взлетали или приземлялись боевые птицы, высоко в небе звено наблюдателей планировало на восходящих потоках воздуха.

Когза Тмоф смотрел на удаляющиеся корабли, его одолевали сомнения — хотелось повернуть флот и ударить разом по эскадре барказальцев. Еркимаг, всё же не давал такого приказа, и сил недостаточно, для такой операции. Даже эта дополнительная атака — самодеятельность, чтобы продемонстрировать воздушное войско основной эскадре врагов, и заставить их действовать.

Палубы кораблей заполнили боевые птицы, матросы многие впервые видели вблизи яргелов. Яргелы — большие птицы, размером с горного орла, серебристо-серое оперение, похожее на окраску чаек, только более тёмное и чёткое, в полёте они напоминали альбатросов, значительно увеличенных в размерах, с более стремительными и хищными движениями. Клюв был немного плоским и коротким, глаза смещены вперёд, если посмотреть в фас, то выражение лица напоминало дельфинье, с лёгкой, но активной улыбкой. Седло крепилось внизу, на спине сидел, держась за ремни управления илот, человек-карлик, не более ребёнка семи лет. Сейчас илоты спешились возле своих птиц, переговариваясь между собой, проверяли оружие и снаряжение. Глядя на фигуры и лица илотов, всякое сравнение с детьми сразу пропадало. Они были с сильно развитой мускулатурой, очень подвижны и быстры. Лица мужчин, опытных и знающих своё дело. Из вооружения — метательные копья, сосуды с зажигательной смесью, и разнообразные снаряды от свинцовых шаров до серповидных дисков, заострённых по кругу с выступающими лезвиями. Архонт илотов находился на капитанском мостике, вместе с командирами литоков.

— Удар должен быть молниеносным и устрашающим. Триста птиц на четыре-пять кораблей авангарда, — толмач переводил слова Когзы Тмофа военачальнику яргелов.

— Атаковать нужно не в лоб, а во фланг, со стороны моря. Чтобы отстрелявшись сразу уйти, скорее всего, на кораблях много стрелков. Идти нужно линией горизонта, а при атаке, прямо над водой. Единая общая атака плотным строем, разворот и возвращение к нашим кораблям, которые будут максимально близко на горизонте.

Илоты торопливо занимали места, проверяя оружие. Поодиночке они взлетали, в небе занимая место в строю. Вскоре палубы опустели, свист крыльев, крики птиц и окрики илотов, унеслись вверх подобно урагану. На кораблях осталась охрана снаряжения и дозорные в небе. Моряки могли видеть удаляющиеся звенья яргелов в боевом строю.

В точке сбора, подразделения снизили высоту, до минимальной и прямо над волнами моря, ровные шеренги звеньев понеслись вперёд, на белеющие паруса вражеской эскадры. Командиры скорректировали отряды на пять первых кораблей.

Яргелы уже могли различить вражеских матросов на палубах, атака была внезапной. Поднимаясь перед самыми кораблями вверх, они резко пикировали, сбрасывая зажигательные снаряды. Многие корабли загорелись, в гребцов и матросов полетели метательные копья. Когда лавина прошла и стала вдруг заходить на второй круг, их ждали немногие лучники и арбалетчики. Всё случилось по инерции, повторной атаки не было в плане, но какой-то общий настрой, выявил наличие сил, и все подчиняясь, этому порыву, вышли на вторую атаку с обратной стороны бортов. Паника, вызванная пожарами и потерями, помешала выступить стрелкам на кораблях эффективно. Однако потери среди яргелов теперь были. Кружась в недосягаемости для лучников, они высматривали, как забрать своих раненых и убитых. Самый отборный отряд всё же спикировал вновь в атаку, под её прикрытием удалось забрать сбитых илотов. Сигнал отхода прозвучал и все птицы, поднявшись высоко в небо, находили своё место в строю. Все пять атакованных кораблей загорелись, но было очевидно, что команды легко справятся с огнём.

Глава пятая. Наступление

На генеральный совет собрались все командиры соединений и переговорщики во главе с сенатором Ролом Мантигом. Хелеску поступил приказ начинать операцию, если переговоры так и не состоятся. Хелеск не рассчитывал, на такие быстрые действия.

— Что удивительно, — сказал Мантиг перед всеми собравшимися.

— На их месте, напротив надо бы потянуть время, переговоры как раз такое подходящее мероприятие! — воскликнул он, — но они не реагируют!

— Наши люди в Барказале сообщают, что они готовы сражаться всерьёз. Власти настроены на войну и настраивают народ. Войска собраны, включая наёмников, и даже пиратов. В общем, силы значительнее, чем мы себе представляем. Наёмникам идут немалые деньги, в таком случае им, чем быстрее, тем дешевле. Какие могут быть переговоры?

— Пираты? Это для меня новость! — сказал с усмешкой Еркимаг.

— Какие у них могут быть планы обороны? — спросил Хелеск у присутствующих.

— Я не дал бы высадиться на остров, — сказал Казгр, — или дал высадиться, но отрезал снабжение морскими силами, а затем уничтожил, тех, кто высадится.

— Маршал, они сейчас не могут не дать высадиться! — сказал Хелеск.

— И ничего не могут отрезать, у нас преимущество и на суше и на море и в воздухе.

— Да, — сказал Еркимаг, — скорее всего что-то подобное они продумывают. В целом считаю, что они окажут сильное сопротивление на подходах к городу, и рассчитывают на контрудары и удачу. Наёмники в целом — это солдаты удачи. Потому можно ожидать внезапных и не логичных действий.

— Флот в проливе, в ущелье стена, значит, ждут удара через горное ущелье? — вмешался Рол Мантиг.

— Стены раньше не было, недавно построили — добавил Фаск Ргубор, — вообще-то в начале, это долина, ущельем этот горный проход становится ближе к середине.

Слово взял Верк Гранол, с одобрения всех собравшихся.

— Авангард, корпуса Фрэра и Рпаита, в указанный день наступления выдвигаются к стене, и после удара с воздуха проводят штурм сходу. Осадное снаряжение прибудет на другой день, если штурм сходу не будет иметь успеха. К концу дня на том берегу должен быть разбит укреплённый лагерь. Высадка войск маршала Казгра с Эурсом на другой день. В их задачу входит следование параллельно флоту. По итогам наступлений принимаются решения о дальнейших действиях. Удастся развить успех в ущелье, быстрый марш к городу, нет, тогда развитие наступлений в двух направлениях.

— Хорошо, Фрэр вы готовы?

— Да, мы готовы, — сказал Фрэр.

— У кого какие вопросы и соображения?

— Насчёт морского прикрытия, — сказал Мантиг, — всё же северную сторону не стоит упускать из виду.

— Дорогой сенатор! Конечно, Еркимаг оставит достаточное прикрытие! — убедительно сказал Хелеск.

— Да. Северная эскадра у нас несёт функцию резерва и прикрытия северного пути.

Утро едва начиналось, пробиваясь сквозь темноту уходящей ночи. Море было спокойным, и высадка литокских войск проходила тихо. Вместительные лодки с транспортов и кораблей, доставляли солдат на берег и плыли за новой партией. Когда солнце показалось из-за гор над морем, два корпуса строевым шагом в полном вооружении уже шли навстречу солнцу, в направлении гор.

На пути движения войск небольшие поселения и одиноко стоящие поместья землевладельцев, были пусты. Отсутствовала даже живность, стало ясно, что население покинуло эти территории заранее. Не было ничего разрушено, но в домах ни съестного, ни сколько-нибудь полезного, наверное, всё мало-мальски ценное забрали покинувшие их хозяева.

— Приказ: не пить из колодцев и водоёмов! — раздавались голоса младших командиров, над шеренгами солдат.

— Они могут быть отравлены! Ещё раз повторяю! Не пить из колодцев и водоёмов! И не поить животных!

Над войсками пронеслись в небе звенья яргелов. Отряд лёгкой конницы обогнал рентийские корпуса, выдвинувшись вперёд на несколько миль. Фрэр ехал верхом во главе своего корпуса, в передовом конном отряде. Рпаит с группой офицеров находился в центре колонны со штандартами корпусов. Море начало скрываться за редкими рощами и садами, отсюда ещё хорошо были видны сотни лодок, спешащих от больших красавцев кораблей, к берегу и обратно.

До намеченных исходных позиций, происшествий не было. К полудню корпуса выстроились в трёх милях от стены, которая виднелась вдали. Пространство перед ней было открытым, с несколькими рощами и широкой дорогой ведущей к единственным воротам. Стена была средней высоты, за ней виднелись башни старой крепости цвета известняковых пород. Фланги стены упирались в скалы, и были на вид непреодолимы. Общая длинна меньше половины мили, конфигурация вогнутым внутрь полумесяцем. Башни с бойницами ближнего и дальнего боя.

Фрер и Рпаит в окружении своих офицеров, наблюдали за стеной с небольшого холма.

— Что скажете? Как вам крепость? — Фрер был в весёлом расположении духа.

— Могли бы построить что-нибудь повыше, есть вал, ров, кажется без воды?

Пошлите разведчиков в горы, может быть, есть обходной путь, тропка? — Фрер приглядывался к подъёмам, отсюда не столь уж и крутым.

— Застрельщики пусть выдвинутся в первую линию. Выберете место для лагеря. Пусть часть людей займётся лагерем.

— Однако судя по карте, они выбрали единственное место, где можно было перегородить проход, чтобы быть неуязвимым с флангов, — сказал кто-то из офицеров.

— Здесь древняя крепость, вот дерево вокруг - это они настроили, но с машинами, стена недолго простоит! — ответил Фрер.

— Что-то мне говорит, что лагерь нужен свой и скорее.

— Врагов не видно, может быть, атакуем? — вмешался Рпаит.

— Нет, дождёмся осадного снаряжения.

— Если завтра будут и то хорошо.

— Штурмовые лестницы и баллисты, будут через пару часов, — добавил офицер из тыловых служб, — атаку с воздуха можно начать в любой момент, пятьсот птиц готовы нанести удар. Подтягиваются стрелки-ироки и кафульцы.

— Фрэр, солдаты требуют боя сегодня!

— Они его получат!

— Фрэр, скорее всего они готовят вылазку. Ты сейчас втянешься в штурм, в удобный момент ударят.

— Из одних ворот? там едва повозка пройдёт, нет у них смекалки.

— Мы увидим сегодня хоть одного барказальца? — смеялись офицеры.

— Ещё насмотришься, сейчас как начнём, полезут из щелей.

— Рпаит?! Где Рпаит?

— Увёл часть своих — разбивать лагерь.

— Построить десять когорт. Рпаит пусть выставит пять когорт и конницу в моём тылу. Остальные занимаются лагерем! Воздушное войско в готовность!

Фрэр спешился и занял место в строю одной из передовых когорт, с ним несколько офицеров и телохранителей. Издалека они были неотличимы от простых солдат.

— Фронт! Шагом вперёд марш! — прозвучали команды сотников.

Звуки труб и буцин регулировали скорость, оборвав шаг в полумили от стен.

— Фронт стой!

Линия пехоты ощетинилась, полностью скрывшись за щитами. В узкие промежутки между когортами просочились стрелки, лучники и пращники, с ними передвижные фашины, для защиты от стрел врага. Стены и башни молча смотрели на это представление корпуса Фрэра. Никакого движения снаружи не замечалось. Солдатская ругань и шутки, приказы офицеров, и пустые стены, за которыми чутьём угадывалось множество глаз.

— Надо их расшевелить! — прокричал Фрэр. — Готовьте удар с воздуха.

— Лестницы уже здесь!

— Тогда вперёд!

Шеренги двинулись к стенам быстрым шагом, тут на них и обрушилась лавина стрел защитников. Под лавину попали когорты, максимально защищённые сверху и с боков сплочёнными щитами. Поэтому урона почти не было, немного пострадала лёгкая пехота. На стенах показались серые фигуры защитников, стало понятно, что из-за стен лучники дают скорректированную лавину, а со стен бьют прямой наводкой. Стрелки литоков вступили в перестрелку, фронт корпуса отступил в зону недосягаемую для стрел. Яргелы пронеслись в небе в сторону стены и взмыли вверх отстрелявшись.

— Ясно! — сказал Фрэр. — Мой приказ! Фронт на месте стой!

Офицеры продублировали сильными голосами:

— Фронт на месте стой!

— Фронт на месте стой!

— На приступ пойдём после подготовки! Где они взяли столько лучников?

Фрэр покинул строй, ему подвели коня, легко вскочив на него, он поехал в ставку. Стрелки всё ещё продолжали бой, через бойницы фашин, облепленные вражескими стрелами.

— У них лучников никак не меньше трёх тысяч! — сказал офицер.

— Это неприятно было узнать! — рассмеялся Фрэр.

— Теперь подождём! Пусть подтянутся осадные команды!

— Яргелы пытались поджечь, там только старая крепость из камня, верха конструкций на вид из сырых брёвен. Они атакуют, есть потери.

— Пусть прекратят! Стрелки тоже отход, — Фрэр посмотрел в сторону стен.

— Подождём машин, незачем рисковать людьми, при таком плотном обстреле.

— Верк Гранол с корпусом, машинами и кавалерией движется в нашем направлении. Он недоволен, что мы ещё не взяли стену! — сказал прибывший посыльный офицер.

— Штурм отложен, ждём подхода машин, — сказал Фрэр.

Солнце клонилось к закату, когда Гранол появился в ставке Фрэра.

— Что стоим? Ждём? Если нас, то вот они мы, мои силы готовы! — начал он, пожав руку Фрэра.

— У них полно лучников, с ходу штурмовать, будут большие потери. Предлагаю штурмовать завтра, сегодня, как следует, закрепимся, завтра будут машины.

— В плане штурм был сегодня! — оборвал Фрэра Гранол, — завтра Казгр и Эурс высаживаются. Им нужно уже идти проторенной дорожкой, либо за нами, либо берегом реки с флотом. Поэтому, до заката больше четырёх часов, у нас вместе пятнадцать тысяч пехоты. Предлагаю, как и было условлено, приступить к штурму сходу. Понимаю вашу задержку ввиду недостатка сил. В тылу у нас Суликт со своим корпусом, с ним кафульцы-штурмовики.

— С такими силами можно рискнуть, — Фрэру не хотелось уступать молодому маршалу знатного происхождения, который себя ещё не проявил «молодые выскочки часто портят дело» — подумал он. После чего громовым голосом приказал адьютантам: — Передайте приказ Рпаиту, вернуть в мой тыл пять когорт и конницу! Немедленно!

— План такой, — Гранол достал деревянный планшет с картой, — выставляем вперёд стрелков, ваши когорты смещаются влево, мои будут штурмовать правый фланг, ворота в глубине и под прикрытием, не станем трогать. После обстрела при непрерывных атаках с воздуха, солдаты, со штурмовыми лестницами атакуют стену.

— Стрелки! На позицию огня!

— Стрелки! На позиции! — прокричали команды офицеры, трубачи сыграли готовность к атаке.

Когорты Фрэра сманеврировали, рядом с ними выстроились когорты Гранола. Перед когортами, под прикрытием фашин, стрелки вновь вступили в дистанционный бой с барказальцами. Показались пять когорт Рпаита и конница, остальные люди из его корпуса продолжали строить лагерь в нескольких милях от места.

— Приказ Рпаиту! Пусть немедля явится в ставку! — сказал Фрэр застёгивая шлем, — я через полчаса буду в пешем строю в первой когорте.

— Генерал! — сказал Гранол, — понимаю и чту традиции, но ваше место как руководителя, важнее здесь.

— Маршал, здесь будет молодой генерал Рпаит, со всеми полномочиями, что и у меня. Он отлично справится!

В это время появился Рпаит, по его лицу было понятно, что он всё понял, но не одобряет.

— Рпаит, прикрывай тыл на случай вылазки, если что, поддержишь ударом.

Посыльный офицер подъехал на взмыленном коне: — Суликта не будет, осадные бригады прибудут только к завтрашнему дню.

— Начинаем! Суликт не разделит нашей победы!

Рпаит пошёл, вслед за удаляющимся, к стоящим на привязи лошадям, Фрэром.

— Атака, по-моему, напрасна!

— Посмотрю в деле корпус, контролируй обстановку! — сказал Фрэр, взбираясь в седло.

В небе пронеслись звенья яргелов, стрелки с позиций под защитой фашин, облепленных стрелами, замерли на месте. При таком обстреле командиры не решались двинуться вперёд. Когорты литоков построенные черепахой, медленно выдвинулись к рубежу стрелков. Фрэр спешился у третьей линии среди офицеров и знаменосцев. К первой линии пошёл в сопровождении телохранителей, его появление в первых трёх когортах, где было много новобранцев, воодушевило солдат.

— Сам командир корпуса, генерал в первом ряду!

— Фронт, вперёд, шагом марш! — скомандовал Фрэр, и сотники повторили вслед за ним. По строю прошла волна оживления.

— Лестницы вторая линия готовь!

— Лестницы! Вторая линия! Готовь!

Первые три черепахи вышли к линии фашин, поставленных с ровными промежутками для прохода строя когорт. Как градины или шлепки крупного дождя по крыше, внезапно раздались звуки массового столкновения стрел и щитов. Черепахе лучники не могли нанести урона. Если конечно, не нарушался строй. В корпусе Фрэра, маршировки и движения строя были отточены до совершенства.

— Фронт! Вперёд бегом марш! В атаку!

Черепахи двинулись к стене, Фрэр понимал, что потерь не избежать. Атака яргелов в который раз отвлекла оборону. Одно из звеньев птиц, попало под залп лучников и с командного пункта, офицеры и знаменосцы видели, как птицы и илоты, во множестве разом упали в районе стены. Когорты, прикрытые щитами, этого увидеть не могли. К этому времени они достигли рва, работа была не завершена, земля и никаких признаков воды или смолы. Вал возвышался в человеческий рост, стена с фрагментами фундамента из серого камня была близко.

— Лестницы в первую линию!

— Лестницы! В первую линию!

Движение внутри черепах, это передавали лестницы под обстрелом пращников и лучников.

— Фронт! Штурм!

— Фронт, штурм!

При спуске в ров, воины были наиболее уязвимы, но меньшее количество стрел из ближних бойниц, и мёртвая зона обстрела под стеной, всё же способствовали быстрому преодолению этого препятствия.

— В атаку! — кричали сотники, лестницы приставлялись к стенам и солдаты быстро взбирались по ним вверх.

— Вторая линия! В атаку!

Начались потери, на стене шла уже рукопашная. Фрэру разбили щит, он разлетелся перед его лицом, телохранитель сзади прикрыл его своим и копьём пробил дорогу. На стене обороняющиеся были многочисленны, но в основной массе не профессиональные воины, это бросалось в глаза, разницей в снаряжении. Солдатам удалось вгрызться в стену, расширяя плацдарм. Когда бойцы второй линии поднялись, то под их напором участок расширился значительнее и бой уже шёл у башен. За стеной были хозяйственные постройки, там уже собралась целая когорта, которая уже начала вскрывать тылы. Фрэру стало ясно, что они чудом смогли взять участок стены. Он лично возглавил наступление к центру на ворота. Везде шёл бой, но инициатива была в руках рентийцев.

У Гранола дела шли не так успешно, его солдатам даже не удалось приставить лестницы. Плотный обстрел наносил такой урон, что всякие попытки тут же прекращались. И вскоре прекратились вовсе, черепахи медленно пятились назад.

Рпаит и Гранол видели, что рентийцы Фрэра завязали бой на стене, а литоки так и не смогли приступить к штурму.

— Кавалерию в готовность! — прокричал Рпаит.

— Кавалерию в готовность! — так же приказал Гранол своим.

— Думаю Фрэр, откроет ворота. Его люди уже по всей линии атаки на стене!

— Капитан! Атаку яргелов на ворота!

— Когорты так же в атаку!

— Посыльный от Фрэра! Кавалерию на ворота! Они сейчас их возьмут!

— Кавалерия! Атака! — раздались команды.

Трубы сыграли атаку, двумя параллельными колоннами рентийцы и литоки, рысью ринулись к стене.

Солнце заходило, начинались сумерки, Фрэру удалось пробиться к воротам, барказальцы на его фланге массово покидали позиции. Практически обращаясь в бегство, сквозь немногочисленные строения по широкой дороге вдаль, где темнел лес, и высились горы.

У ворот завязался тяжёлый бой, в сумерках стало трудно разобраться в общей ситуации. Противник, какие-то южные гоплиты, дрался отчаянно. Но дорога, которая просматривалась с захваченной стены, уже полнилась отступающими частями барказальцев. Фрэр, увидев количество отступающих, подумал, что поверни все назад, и дело примет другой оборот. Однако, противник отступал быстро и не организованно. Старая крепость с боку у горы вблизи оказалась совсем непригодной, из её развалин так же бежали все, вливаясь в поток по дороге в сужающуюся вдалике долину.

Гоплиты отбив атаку Фрэра, сами отступили от ворот, так что солдаты спустя некоторое время бросились открывать ворота, но были накрыты лавиной стрел. Фрэр, смотрел на отступавших, и видел свою конницу столпившуюся у ворот. Решительной победы сейчас не добиться, но стену они всё-таки взяли! Сумерки сгустились, ворота удалось открыть, до полной темноты продолжалась зачистка. Кавалерия не бросилась в преследование, а прошлась по участкам за стеной. Горели костры и подожжённые яргелами башни. С факелами на перевес, Фрэр выдвинул вперёд авангард пехоты. Несколько миль было пройдено вслед за барказальцами, и выставлены заслоны на ночь.