Czytaj książkę: «Цена Вечности. Осколки Бездны (Том 2)»

Глава 1

ПЕПЕЛ НА ЗОЛОТЕ

Прошло ровно двадцать лет с того дня, как багровые закаты отступили от Пограничной гряды, а черные ветра у Разлома сменились привычным, ласковым весенним бризом. Смертные люди в своих сытых, разросшихся городах баюкали детей красивыми балладами о внезапном милосердии богов и доблести безымянных святых воинов, спасших человечество от вечной Тьмы. Но в Золотом Лесу эльфов никто не верил в богов. И уж тем более никто не верил в милосердие людей. Здесь верили только в угасание. Каждую ночь, засыпая, эльфы слышали, как истончаются соки земли, а древний мир, веками питавший их бессмертие, превращается в мертвый, холодный гранит.

Кайен стоял на самой вершине Хрустального шпиля — некогда величественной обсерватории, с которой эльфийские звездочеты читали судьбы мира по движению созвездий. Теперь шпиль походил на обглоданную кость. Следопыт лениво пропускал сквозь тонкие, бледные пальцы сухую, серую листву. Когда-то эти вековые исполинские кроны пели, налитые густым, вибрирующим золотым сиянием первородной магии. Воздух в лесу тогда казался сладким, пьянящим, а сами деревья залечивали любые раны.

Теперь они молчали. Лес вокруг рассыпался грязной серой трухой от малейшего прикосновения, а вместо целебного магического тумана по корням стелилась удушливая, липкая кладбищенская сырость. Великая Печать Элиаса — проклятого человеческого рыцаря — затянула невидимую, но осязаемую петлю на шее всего эльфийского народа. Люди плодились, отстраивали каменные города и пировали на поверхности, пока бессмертные существа заживо превращались в прозрачных призраков в своей собственной, запертой на глухой засов клетке. Их первородная магия, отрезанная барьером Разлома, уходила из этого мира по капле, оставляя после себя лишь пепел и тлен.

Холод увядания пробирался под легкий кожаный доспех Кайена, заставляя его суставы ныть. Он чувствовал эту слабость кожей. Эльфы слабели с каждым днем, их шаги становились невесомыми, а голоса теряли былую силу.

— Мы не доживем до следующей зимы, Кайен, — раздался сзади тихий, надломленный голос, больше похожий на шорох сухой травы под ногами.

Следопыт не обернулся. Он слишком хорошо чуял этот запах — запах старого прокисшего вина, увядших фруктов и пыли, который теперь постоянно исходил от Владыки эльфов. За последние двадцать лет когда-то прекрасный, вечно молодой и гордый правитель превратился в сгорбленного, бледного старика с блеклыми, полностью выцветшими глазами, в которых больше не отражался свет звезд. Стены его роскошного дворца покрылись глубокими трещинами, а хрустальный купол над троном осыпался острыми осколками на мраморный пол, и никто из слуг даже не пытался убрать этот мусор. Руки эльфов стали слишком слабы, чтобы держать метлу или молот.

— Наша магия почти истощена, — продолжал Владыка, тяжело опираясь на посох из белого, иссохшего дерева, которое больше не могло пустить ни единого зеленого ростка. — Тот человеческий монстр в черных латах вырвал из нашего святого алтаря Звездную Сферу. Он унес ее к Разлому, похоронив там наше будущее ради спасения своих грязных людских деревень. С тех пор монолит Печати закрыт для нас. Нам нужен кто-то, кто спустится в людские земли. Кто-то, чей разум не сломается от осознания греха, а руки не побоятся испачкаться в крови и воровстве. Подвиг Элиаса удушил нас, Кайен. Пришло время вернуть долг.