Czytaj książkę: «Ловушка для бухгалтерши»
Глава 1
Дарья устроилась в «ЕДТ» бухгалтером. Некоторые моменты в этой конторе показались ей сразу подозрительными, но все делали вид, что всё в порядке.
Директор, он же единоличный владелец, бархатным голосом уверял, что это временные трудности и скоро всё образуется.
Образовалось. Ровно через два с половиной месяца. Только вот теперь ей, а не Елизару Тюнникову, приходилось «налаживать» отношения с половиной города, которой «ЕДТ» оказалась должна.
Сам же виновник торжества совершил гениальный по простоте манёвр – ушёл в закат. На звонки не отвечал, дверь квартиры не открывал.
Дарья обедала в кафе, а точнее – пыталась проглотить салат под аккомпанемент вечно вибрирующего телефона. Третий день она отбивалась от звонков кредиторов. Только что список желающих вернуть деньги пополнился ещё одним номером. Она уже не брала трубку, просто философски наблюдала, как экран превращается в бесконечную ленту неотвеченных вызовов.
– Здорово! – прозвучало над её столиком, заставив вздрогнуть и выронить вилку.
Напротив неё материализовался здоровенный детина. Он отодвинул ногой стул с такой небрежностью, будто это была щепка. Скрип по полу прозвучал как протест планет против смены орбиты.
Это был не просто качок. Это было ходячее наглядное пособие по анатомии. Из-под расстёгнутых пол куртки виднелся свитер, растянутый до предела, обрисовывая массивный, выпуклый рельеф грудных мышц. Даже сквозь ткань рукавов куртки читалась чудовищная окружность бицепсов – они напрягались, когда он поправлял полы, и казалось, что вот-вот швы лопнут.
Лицо у него было широкое, скуластое. Глаза, чёрные и глубоко посаженные, смотрели на неё как на предмет. В них не было ни любопытства, ни злобы – только холодная оценка. Его руки, лежащие на столе, были огромными. Фаланги пальцев, украшенные синими наколками в виде абстрактных каракулей, были разбиты. Каждый палец по толщине напоминал её запястье.
Даша украдкой вздохнула, чувствуя, как на фоне этой монументальной фигуры выглядит мелкой соринкой. Воздух вокруг него казался гуще, тяжелее, пропитанным запахом мороза, чего-то металлического и мужского.
Он излучал тепло, как раскалённая печь, и подавляющую мощь, от которой нутро сжималось в ледяной комок. Это была не просто физическая сила. Это была первобытная угроза, обещание, что любое сопротивление будет сломано так же легко, как он только что сдвинул тот стул.
– И вам не хворать, – выдавила она, и её голос, к её же удивлению, прозвучал почти бодро.
«Раньше звонили интеллигенты, – промелькнуло у неё в голове, пока она наблюдала, как напряглись скулы. – А теперь пришли те, кто не собирается церемониться. Просто выбьют из меня всю душу. Сломают руки и хребет. Отлично. Просто замечательно».
Но она была готова ответить на все вопросы по собственной воле, без применения насилия.
Он качнул головой, и тень от его массивного подбородка легла на стол.
– Где? – пробасил он. Голос у него был низкий, густой и настолько плотный, что, казалось, исходит не из горла, а из глубины грудной клетки, предварительно прогнав через все эти накачанные фильтры.
Даша подняла глаза на эту устрашающую фигуру и посмотрела в чёрные глаза кредитора.
«Интересно, его бас – это побочный эффект от ношения такой шеи?» – отвлеклась она на секунду, сравнив толщину его шеи со своим бедром.
По его лицу было ясно: шутить он не намерен. Во взгляде читалась спокойная, профессиональная решимость человека, для которого «найти и разобраться» – ремесло.
«Он не просто громила, – с грустью констатировала она про себя. – Он специалист по выбиванию долгов и информации. И я, похоже, у него сегодня в плане на день».
Лёгкая дрожь страха попыталась подкрасться к горлу, но она её заглушила, сделав глоток воды. В конце концов, паника – это непрофессионально. А она, несмотря ни на что, ничего противозаконного не сделала, и бояться ей нечего.
– Самой хотелось бы знать, – ответила Даша, чувствуя, как под его взглядом внутренности пытаются спрятаться куда-то в район пяток. Голос, однако, звучал ровно, почти деловито. – Три дня как всё бросил. Всех, – подчеркнула она, – фирму с сотрудниками тоже.
Её откровение произвело на него примерно такое же впечатление, как сообщение о том, что вода – мокрая. Что этому ходячему массив-эффекту до проблем каких-то бухгалтеров и менеджеров? Ждать от него сочувствия было бы так же наивно, как ждать от динозавра лекции по квантовой физике. Раз явился лично – значит, ставки высоки, и телефонные переговоры он считает уделом слабаков.
– Ты же бухгалтер, – проскрежетало из его грудной клетки, и в густом басе слышался упрёк. – Видела ведь, что он деньги выводит.
Его глаза, похожие на два кусочка антрацита, сверлили в ней дыры, пытаясь добраться до тайников с совестью или наличностью.
– По такой схеме – первый раз, – честно призналась Даша.
Она и правда не сразу раскусила махинации директора. Когда пришла в «ЕДТ», там царил хаос, достойный эпического бардака: документы жили своей жизнью, а бухгалтерия напоминала археологические раскопки. Пока она раскапывала пласты прошлогодних актов и пыталась понять, где тут актуально, а где уже стало историей, на новое просто не хватало времени и сил.
Не ко всей документации Елизар её подпускал. Изредка и мельком видела какие-то документы с логотипами на иностранных языках. Ей подсовывали счета на оплату и инвойсы для перевода в иностранной валюте. Она просто делала своё дело, не вникая в суть. Хотя задним умом понимала, что суммы какие-то странные и их слишком много.
А потом грянул гром.
– И даже не заподозрила? – качок усмехнулся уголком рта, и эта усмешка была похожа на трещину в граните.
Стало ясно: он проверяет её на вшивость. На причастность. Большинство операций проходили через её руки. Вернее, она была теми самыми руками – послушным инструментом.
Даша перевела взгляд на двух его помощников, которые мялись рядом, напоминая пару молодых бычков, ждущих команды. Потом посмотрела на главного качка.
– Вот если вы им дадите поручение, – кивнула она в сторону громил, – а они его не выполнят, что будет?
Мужик без лишних слов провёл ребром ладони по своей мощной шее, изобразив недвусмысленную и радикальную форму дисциплинарного взыскания. Даша дёрнула бровями.
– Вот и я такой же наёмный работник. Директор говорит – я делаю. И Елизар меня не во всё посвящал.
Однако по тому, как его чёрные глаза—буравчики продолжили её изучать, стало ясно: доверия эта логика у него не вызвала.
Телефон в её руке снова ожил. Даша перевела его в беззвучный режим, превратив в вибрирующий кирпичик.
– Почему не отвечаешь? – поинтересовался бугай.
– Из общения с этими людьми, – ткнула она пальцем в светящийся список пропущенных, – я поняла, что знаю меньше всех. Поэтому мне просто нечего сказать.
Громила задумчиво водил глазами. В его огромной голове, судя по всему, шла напряжённая мыслительная работа.
– Тюнникову лично пальцы переломаю за то, что мой телефон всем раздал! – вырвалось у неё, когда звонки один за другим снова посыпались, словно град по крыше.
В наступившей паузе Даша лихорадочно искала в голове план эвакуации. Нутром чуяла: этот кредитор – только первый ледокол в караване проблем. Если она переживёт визит этих амбалов, придут другие, и разбираться будут не с Елизаром Даниловичем-невидимкой, а с ней, видимой и осязаемой Дашей Корпун.
Сбежать? Бесполезно. Её найдут везде. Побег будет равносилен признанию: «Да, это я всё украла, а теперь прячусь!» Но она-то была не вором, а такой же жертвой, обманутой харизматичным упырём Тюнниковым.
Пока что этот амбал просто беседовал, но её интуиция уже визжала на высокой ноте: «Беги!» Вот только ноги будто окаменели под тяжестью его подавляющей ауры. С таким «грузиком» страха не добежать даже до туалета, не то что до выхода.
«Остаётся пробовать договориться», – решила она с наивным оптимизмом человека, пытающегося заговорить ураган.
– Много он вам должен?
Качок медленно перевёл взгляд с окна на неё. Он несколько раз кивнул, солидно, как будто подтверждая бюджет небольшой страны.
«Ну да, глупый вопрос. Раз сам приехал, а не прислал сообщение с требованием…»
– На те деньги, про которые я уже знаю, можно остров в Испании купить и жить там припеваючи, – сообщила Даша для информации. Среди её знакомых были экземпляры, вкладывавшиеся в подобные «инвестиционные проекты».
Громила вскинул на неё взгляд, в котором мелькнул азарт охотника, учуявшего след.
– Доступ к счёту есть? – лаконично спросил он.
Даша кивнула, пытаясь угадать, куда он клонит.
– Поехали! – решительно пробасил бугай и поднялся со стула так резво, что тот едва не опрокинулся. Казалось, такая масса должна двигаться медленнее.
– Ой! Я ещё не заплатила! – вдруг опомнилась Даша, внутренне ликуя. Маленькая, но такая сладкая надежда замаячила на горизонте: задержаться, затеряться, ускользнуть…
Но бугай лишь кивнул одному из своих бычков:
– Разберись.
Сам же продолжил стоять и смотреть на неё. И Даша пошла.
Один наёмник шёл впереди, она – посередине, а главный качок – сзади. Идеальная схема для перемещения ценного свидетеля. Или обвиняемого.
Даша накинула пальто и шапку с такой скоростью, будто участвовала в соревновании по сбору в условиях ЧС. Мужчины терпеливо ждали. А она в это время проигрывала в голове план побега, который с каждым шагом казался всё более фантастическим.
Она покосилась на идущего сбоку главного качка. Его мощные бёдра в брюках карго двигались с некоторой неуклюжей мощью.
«Может, он просто фанатик фитнеса и качает форму для соревнований «Мистер Олимпия»?» – мелькнула абсурдная мысль.
Задумавшись, Даша оступилась. Падение в объятия холодного пола не состоялось. И не упала она благодаря мгновенной реакции идущего рядом амбала.
«Реакцию проверила. От него мне не сбежать!»
Её подвели к большому чёрному джипу, похожему на танк. Дверь открылась, обнажив подножку на высоте, достойной скалолаза. Даша замешкалась, готовясь к некрасивому прыжку. В лучшем случае на колени, потом ползком, но раздумывать ей не дали. Сильные руки обхватили её за талию и с лёгкостью, с которой поднимают котёнка, водворили на заднее сиденье. Сам качок ловко запрыгнул следом и, захлопнув дверь, отрезал их от внешнего мира.
Телефон снова позвонил. Она взглянула на экран и бессильно опустила руку.
– От кого-то ждёшь звонка? – поинтересовался бугай, развалившись на сиденье так, что оно тихо застонало.
– Да-а, – протянула она, глядя в окно. «Везёт в лес, наверное. Хотя зачем? Денег так не вернёт же». – Конечно, жду. Когда у моего шефа-паразита совесть проснётся, – голос её налился едким сарказмом. – Чтобы набрался мужества, вернулся и как настоящий мужик всё разрулил, а не за моей спиной прятался, как последний трус.
От одной мысли о Тюнникове у неё свело челюсть, а во рту появился горький привкус.
– Высокие у вас с ним отношения, – с лёгкой усмешкой заметил громила, набирая кого-то на своём телефоне.
– И не говорите, – с фальшивой лёгкостью согласилась Даша и облегчённо выдохнула, увидев за окном родные очертания здания офиса.
Громила отдал короткое указание в трубку и сбросил вызов. Тут же перевёл на попутчицу глаза, обжигая её взглядом.
– Давно с ним работаешь?
– Даже испытательный срок не успела пройти, – усмехнулась она, вспоминая, как повелась на бархатные обещания и перспективы «огромных бонусов». Уговаривать этот проходимец умел лучше, чем продавать воздух. А она, с её грузом долгов, была идеальным покупателем.
Машина припарковалась прямо у входа, будто правила дорожного движения были для этих товарищей не указом, а скучной рекомендацией. Видимо, знак «Остановка запрещена» они воспринимали как личное оскорбление.
Глава 2
Даша открыла двери, ведущие в офисное пространство. Там царила звенящая пустота. Как только слухи о крахе поползли, все пять официально оформленных сотрудников Тюнникова растворились с быстротой испуганных тараканов при включённом свете. Она тоже пыталась, но её, видимо, посчитали главной тараканихой и нашли. «Интересно, остальных тоже так ищут или им повезло больше?»
Скинув пальто и шапку, она включила ноутбук. Пальцы, привыкшие к ежедневной процедуре, на автомате ввели логин и пароль. На экране показалась платформа банковской системы, демонстрируя нули на всех счетах компании.
– Деньги приходили с фирм-однодневок. Какое-то время лежали на счетах «ЕДТ». Рубли конвертировались в валюту, а потом все суммы пропадали. Точнее, их списывал международный банк… Я задавала вопросы и нашему банку, и Елизару, мне говорили, что всё законно. Да мне и не ко всем счетам доступ был дан. Многого не видела.
Внезапно дверь распахнулась, и в кабинет вошли ещё двое. Стоявший на посту наёмник сначала напрягся, приняв боевую стойку, достойную голливудского боевика, но, узнав вошедших, расслабился и кивнул им в знак приветствия.
Даша посторонилась, когда один из новоприбывших, явно технарь, поставил на стол компактный чемоданчик, извлёк оттуда странную аппаратуру и подключился к её ноутбуку.
На экране замелькали чёрные окна с бегущими строчками космических кодов. Зелёные квадратики, загоравшиеся время от времени, наглядно демонстрировали, что идёт какой-то серьёзный процесс, вероятно, извлечение всех данных.
«Вот если бы ещё ноутбук Тюнникова посмотреть, – сверкнула догадка, – там наверняка что-то интересное бы нашли, а мой что? Обычная рутина».
Второй гость подошёл к боссу и что-то стал бубнить ему на ухо. Оба периодически бросали на Дашу оценивающие взгляды, от которых у неё внутри всё холодело. «Чем это всё закончится? Отпустят ли её после того, как выжмут из ноутбука всю информацию, или решат, что свидетель в лице бухгалтера – лишнее? Она же видела их лица. В кино за такое обычно…»
Даша старалась держаться, но холодная змейка пота то и дело сползала по позвоночнику.
В этот момент её телефон неожиданно завибрировал. Даша подпрыгнула, едва не вскрикнув. Глянув на экран, она с облегчением приняла вызов.
– Да, мам! – отвернулась к окну, затылком чувствуя, как на неё смотрят два буравчика из-под густых бровей качка. И только через секунду сообразила, что эти мордовороты могут подумать, будто она шифруется и говорит с самим Тюнниковым.
– Мы с отцом решили проведать дачу. Попали в аварию, – невесело сообщила мать.
– Что?..
Всё остальное – страхи, долги, качки – мгновенно испарилось из головы. Сердце провалилось куда-то в пятки, замерло, а потом застучало, как сумасшедшее.
– Оба не пострадали! – добавила мама.
«Ну хоть одна хорошая новость!» – мысленно выдохнула Даша, но следом накатила волна дикой злости.
– Мам! Какая к чёрту дача?! – почти зарычала она в трубку, уже рисуя в воображении масштабы новой катастрофы. – На улице день жестянщика, минус тридцать! Какого рожна вам дома не сидится?!
Она пыталась сдержаться, но последние дни были похожи на игру в дженгу, где вот-вот рухнет вся башня. И теперь сверху ещё положили этот кривой булыжник – приключение родителей.
– Мы и так много времени проводим дома, – резонно заметила мать. – Отец захотел прогуляться. Сама знаешь: его ни переубедить и одного отпустить нельзя.
– Знаю! – сдавленно выдохнула Даша, потирая лоб. С отцом-упрямцем спорить себе дороже: потеря последних нервов будет обеспечена. – Где вы сейчас? ГАИ вызвали?
– Да. Ждём.
В трубке послышался повышенный тон отца, спорящего с кем-то, и отрывистые гудки клаксонов.
– Что там? Ничего не подписывайте! Я постараюсь приехать… – Краем глаза она заметила, как главный бугай, отложив все дела, внимательно слушает её разговор, не сводя с неё своих угольков-глаз.
– Даш, да мы сами…
– Знаю я, как вы «сами»! В прошлый раз тоже «сами»! А мне пришлось чуть ли не почку продавать, чтобы ремонт пятисотого «Мерса» оплатить! Ничего не подписывать! – рявкнула она для пущей убедительности. – С какой машиной столкнулись? – спросила она, когда в голову закралась крамольная мысль.
– «Ниссан», – после паузы ответила мама, видимо, присматриваясь.
– Может, это мошенники! Ничего! Не! Подписывать! Поняла?! – наставительно повторила Даша. – И адрес скиньте.
– Дочь, ты вообще в последнее время дерзкая и резкая. Мужика тебе надо, Дарья! Чтоб мозги вправил.
– Ага, – мысленно фыркнула Даша. «Вот прямо сейчас за спиной целый ассортимент – выбирай любого». – И непременно миллиардера, чтобы вы с папой сделали из него миллионера!
Погружённая в разговор, она не обратила внимания на тихие, сдержанные смешки мужиков у стола.
– Дарья! – возмутилась мать. Намёк она поняла: за последние полтора года это была уже пятая по счёту стычка с чужими бамперами. Всего три месяца назад они восстановили свою машину, и вот снова.
В прошлый раз родители, не дождавшись её, под давлением водителя «крутой тачки» подмахнули протокол и оказались виноватыми. Суд, разумеется, проиграли – все записи и свидетели чудесным образом исчезли.
– Мам, я приеду. Такси только вызову, – обречённо сказала она и сбросила вызов.
Ладони были мокрыми от волнения. От всего происходящего её слегка потряхивало. «Что же я тебе такого, боженька, сделала-то?»
Даша лихорадочно открыла раздел с контактами, но телефон, как назло, решил подгадить: список завис на полпути и отказывался листаться. Хотелось выть, кричать или швырнуть этот дурацкий гаджет об стену. Но это бы только усугубило ситуацию.
Закусив губу, она открыла приложение «Яндекс Go». Оно, естественно, решило, что сейчас самый подходящий момент для обновления, и выкинуло её в магазин приложений. Даша нецензурно выругалась, отправив в ад всех демонов и закон подлости туда же.
Вернувшись к поиску номера в записной книжке, она так увлеклась, что не заметила приближения громилы. Тот ловко выдернул телефон у неё из рук. Даша дёрнулась и округлила глаза, испытав злость и негодование от такой бесцеремонности. Щёки запылали.
Мужчина бегло прочитал сообщение от матери и поднял голову. От его взгляда ей захотелось сжаться в комочек или провалиться сквозь пол.
– Я отвезу тебя. Поехали, – спокойно заявил он, возвращая телефон.
Минут через пятнадцать, увидев место аварии, Даша застонала, прикрыв лицо ладонями: «Как они вообще живы остались?!»
Стоимость ущерба промелькнула перед глазами счётной машинкой, пересчитывающей стопки купюр.
Их отечественная «Лада Калина» напоминала помятый консервный коробок. Рядом суетились сотрудники ДПС, что-то чертя на листе планшета. Водитель «Ниссана» орал на её отца, обвиняя во всех смертных грехах.
Даша огляделась: судя по сложному перекрёстку, вина могла быть обоюдной.
– Мама! – Даша подбежала к женщине, сидевшей на заднем сиденье покорёженной машины. Та была закутана в отцовский шарф поверх шапки. – Замёрзла? – Даша взяла её ледяные руки в свои, пытаясь согреть дыханием.
– Да. Но отца—то одного не оставишь, – тихо сказала мать и тут же перевела любопытный взгляд за её плечо. – Это кто с тобой?
Даша, выскочив из джипа громилы, будто за ней гнались гончие, даже не заметила, что качок последовал за ней. Она думала, он просто подбросит и уедет. Но нет – он остался, стоит теперь как монумент, наблюдает.
Повернувшись к дрожащей матери, Даша с деланной серьёзностью произнесла:
– Ты же хотела, чтоб у меня был мужчина. Это он.
– Та-а-кой? – мать вытаращила глаза, застыв с простёртой в его сторону рукой.
«Ну да, габариты внушительные. Лицо – будто топором вырублено. Не сильно впечатляет. Маме же подавай утончённого интеллигента в галстуке, а не этого… скалу в берцах».
Даша с трудом сдержала смешок. «Может, глядя на этот «экземпляр», мама на время отстанет с идеей моего замужества?»
– Что навстречу шло, то и схватила, – пробурчала она, изображая на лице обиду. – Тебе, блин, не угодишь!
– Даш, – раздался рядом густой бас, заставив её слегка вздрогнуть, – отведи маму в мою машину, там тепло. – Он нажал на брелок, и чёрный джип на обочине дружелюбно пискнул и мигнул фарами, приглашая к себе на огонёк.
Громиле позвонили, и он отошёл на пару шагов, разворачиваясь к ним вполоборота.
Даша помогла матери дойти до джипа. Пока она старательно подпихивала старшее поколение под мягкое место, чтобы устроить её на просторном заднем сиденье, рядом с ними снова появился амбал. Заглянув в салон, оценил обстановку, спросил:
– Как у отца отчество? – Его взгляд снова впился в неё, будто он искал ответ прямо в её зрачках.
– Викторович, – выдохнула Даша. Он кивнул и отошёл.
У Даши мысли путались: полчаса назад ходячая гора собиралась её размазать по полу, а теперь участие проявляет. Спустя некоторое время сообразила, что он назвал её по имени. «Пробил. Всё про меня знает. Теперь и про родителей. Зря согласилась на его помощь… Хотя, какое там «согласилась» – он приказал, а я послушно поехала. Только бы теперь из-за меня родителям ничего не было».
– Когда познакомишь поближе? – спросила мама, не отрывая оценивающего взгляда от широкой спины мужчины, удалявшегося размашистым шагом.
Даша с досадой заметила, что мать уже оправилась от шока и вовсю примеряет этого громилу на роль зятя. «Вон как сверлит глазами, прикидывает, пригодится ли в хозяйстве». Девушка едва не застонала.
– Как только, так сразу! – бодро ответила она и резко захлопнула дверь, чтобы пресечь дальнейший допрос. Да и тепло из салона быстро улетучивалось.
Прислонившись спиной к холодному металлу, Даша закрыла глаза. С этим бугаём никак развязаться не получалось, только в историю глубже погружалась. «Надо что-то с этим делать. Но сначала помогу отцу».
Сжав кулаки, направилась к нему.
– Пап, привет.
– Привет, Дашунь, – оторвался отец от листа с объяснениями. – Как мать?
– Замёрзла. Я её в машину к… – Даша обернулась на хруст льда под чьими-то тяжёлыми ботинками и столкнулась с пристальным взглядом качка. Тот подошёл вплотную. На мгновение у неё поплыло перед глазами. Она стряхнула это ощущение, мотнув головой, – …к знакомому пересадила погреться. Как ты? Не ушибся?
– Всё в порядке, – отец потрепал её по руке. Этот жест означал, что всё и правда в порядке.
– Дай прочитать, что написал, – протянула она руку за листком, заметив, что отец закончил писать.
– Давай я, – качок невозмутимо извлёк бумагу из её пальцев.
Даша растерялась. Слишком уж этот амбал старается оказать содействие, прямо втирается в доверие, замыливает глаза.
– Ты тоже иди, погрейся, – подтолкнул он её в сторону своего джипа. Сделал это, к удивлению, аккуратно, даже нежно. – Скоро закончим. Я уже эвакуатор вызвал.
«Блин. Джентльмен в фуфайке». Его куртка и правда была похожа на что-то армейское: цвет хаки, куча карманов. В кино в таких обычно гранаты носят.
– Но… – начала она, желая сказать, что он не обязан, что это её проблемы.
– Даша, – он произнёс её имя с мягким, но непререкаемым нажимом, впиваясь в неё чёрными глазами. – Мы с тобой всё позже обсудим, хорошо?
Его бровь выразительно приподнялась, ожидая согласия. «Теперь с ним ещё за это рассчитываться придётся, – с досадой подумала она. – Хотя такие, как он, своё возьмут и без спроса».
Пришлось согласиться. Уступить. Можно было бы поспорить, но на улице температура падала, пробка на дороге росла, и хотелось поскорее закончить и навсегда распрощаться с этим человеком.
Наблюдая, как громила что-то доходчиво объясняет сотрудникам ДПС и второму участнику, тыкая в схему своим указательным пальцем, похожим на сосиску, она невольно проникалась к нему искренней, хоть и опасливой, благодарностью. «А ведь он, в общем-то, на меня не наехал. Поговорили цивилизованно. Привёз в офис. Помогает с родителями. Может, и правда всё обойдётся?» – питала она робкую надежду.
Глава 3
Через сорок минут помятая машина родителей была водружена на эвакуатор и отбыла в сторону знакомого сервиса. Уговорить родителей отдать её в другую мастерскую оказалось невозможно: они привыкли к этой и менять не собирались.
Даша была уверена, что там с них дерут втридорога, несмотря на статус «постоянных клиентов». Но Александр Викторович, её отец, упёрся как баран. Спорить с ним было всё равно, что спорить с памятником, – бесполезно и утомительно. Даша махнула рукой, решив поберечь нервы для более важных угроз.
Громила сопроводил эвакуатор до места выгрузки, а потом подхватил отца Даши в свой джип и повёз их домой.
В салоне воцарилось напряжённое молчание, которое нарушила мама, вдруг выглянув между передних кресел.
– Молодой человек, простите за бестактность, – начала она с плохо скрываемым любопытством, – а как давно вы с Дашей встречаетесь?
Дарья мгновенно окаменела. Она-то думала, легенда об «избраннике» была одноразовой шуткой для отвода глаз! Не ожидала, что мать осмелится на прямой допрос этой горе-мышц. Вроде бы он ей не понравился?
– Мама! – возмущённо зашипела Даша. – Что ты к человеку с такими неудобными вопросами пристаёшь? – Она метнула в родительницу гневный взгляд чтобы мать замолчала и не позорила её дальше.
– Родители должны знать, с кем встречается их единственная дочь! – парировала Татьяна Сергеевна с достоинством инквизитора. – Своих детей родишь – тогда поймёшь.
Даша закрыла глаза, чувствуя, как по щекам разливается жар стыда. Она сжала пальцы в кулаки, мысленно умоляя светофоры быть зелёными, а дорогу – короткой. Но джип будто нарочно попадал на каждый красный свет, растягивая её муку. Она закатила глаза так высоко, что, казалось, увидела собственный затылок, и уставилась в окно, пряча от соседа своё пылающее лицо.
– Почему неудобными? – вдруг раздался непринуждённый бас. Мужчина бросил насмешливый взгляд на Дашу, и уголки его рта немного оттянулись в стороны. – Мы недавно познакомились.
От его слов ей стало легче. «Не выдал! Поддержал легенду! Молодец, громила. За это ему можно целую коробку шоколада подарить». И она отчаянно надеялась, что мать на этом успокоится.
– А как, простите, ваше имя? Даша вас не представила, – с неподдельным любопытством продолжила Татьяна Сергеевна.
Даша закусила губу, сердце улетело в бездну. Интерес узнать имя загорелся и в ней: назовёт настоящее имя или выдумает что-то на ходу?
– Да, в этой суматохе… – промолвил амбал, мельком глядя на то, как его мнимая пассия прикрывает ладонью глаза, переживая жгучий стыд. Даша поняла, что он слышал, как она представила матери его своим мужчиной. – Абрамов Кирилл.
– Очень приятно! – тут же отозвалась мать. Отец тоже что-то одобрительно пробурчал. – С моим мужем вы уже познакомились. А меня зовут Татьяна Сергеевна.
«Кирилл Абрамов», – мысленно повторила Даша. Имя обычное, не говорящее ни о чём. Хотя Тюнников знакомил её не со всеми своими «партнёрами». Некоторые переговоры проходили за закрытыми дверями или вне офиса.
Когда они, наконец, подъехали к родительскому дому, в груди у Даши забрезжила надежда: на этой милой ноте они расстанутся, и больше она этого человека в глаза не увидит.
– Кирилл, может, зайдёте на чашечку чая? – предложила Татьяна Сергеевна, растекаясь гостеприимством, как ковровой дорожкой. – Всё-такивы нам так помогли! Даже эвакуатор организовали, до дома подвезли. Мы столько хлопот вам доставили.
– Мам! – шикнула на неё Даша сквозь зубы. «Ну просто неугомонная!»
– Вот ты какая… неприветливая и неблагодарная, – уколола её мать и неодобрительно покачала головой. – Поэтому мужики от тебя и сбегают!
– Ага, вот ты сейчас и выдала мою страшную тайну! – парировала Даша с фальшивой обидой. – Теперь и Кирилл сбежит!
В глубине души она отчаянно на это надеялась. Пусть посмотрит на эту семейку с приветом, поймёт, что ловить здесь нечего.
Поняв, что, возможно, перегнула палку, Татьяна Сергеевна приложила ладонь ко рту.
– Она не всегда такая, – попыталась будущая тёща исправить положение, встречаясь взглядом с Кириллом в зеркало заднего вида.
– За время нашего общения я не увидел ничего отталкивающего в Даше, – с лёгкой улыбкой ответил он, косясь на вжимавшуюся в кресло девушку, чьи глаза метали молнии. – Меня это не пугает. Так что не волнуйтесь, я никуда не убегу.
«Чёрт возьми!» – мысленно выругалась Даша, рассчитывая на прямо противоположную реакцию. Ей категорически не нравилось, как этот Абрамов с каждым шагом всё глубже влезает в её жизнь. Прилип как репей. «Такого напугать ещё постараться надо!»
Кирилл плавно остановил машину у подъезда. Даша выскочила одновременно с ним, и они, как два вежливых швейцара, помогли родителям спуститься с высокого сиденья на припорошенный снегом асфальт.
Даша незаметно смещалась за спины родителей, надеясь ускользнуть от наводящего на неё ужас мужчины. Вновь оставаться наедине с ним желания не имела.
– На чай в другой раз обязательно зайду, – сказал Кирилл на прощание, пожимая руку отцу. – Сейчас нам с Дашей нужно кое-что доделать.
Его планы «кое-что доделать» категорически не вписывались в планы Дарьи. Однако на последних словах он одним широким шагом настиг её и обхватил рукой за талию, мягко, но недвусмысленно пресёк попытку смыться в подъезд вместе с родителями.
– А как вы познакомились-то? – вдруг спросила Татьяна Сергеевна, обернувшись в дверях.
– На работе, мам, – сквозь стиснутые зубы ответила Даша, понимая, что побег провалился.
Когда дверь закрылась за родителями, на Дашу накатила тяжёлая волна обречённости. Теперь она осталась один на один с этой глыбой по имени Кирилл.
– Пойдём, – коротко произнёс он, и Даша не уловила его настроение.
Не выпуская девушку из своих цепких пальцев, он повёл её обратно к машине.
«Поддерживает, делает вид, что джентльмен, – кипела она внутри. – А сам перестраховывается, чтобы не сбежала».
Абрамов открыл перед ней дверь, помог устроиться на сиденье с галантностью, которой никак не ждёшь от человека с такими кулачищами.
Ехать в молчании было неловко, начинать разговор – страшно. Пугал финал этой эпопеи.
– Кирилл Абрамов – это настоящее имя? – набралась она наконец смелости спросить.
– Да, – коротко ответил он, бросив на неё быстрый взгляд.
Даша внутренне сникла. «Знаю, как его зовут. Видела его лицо и лица его товарищей. Я – ходячая улика. И родителей теперь под колпаком держать будут».
Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, пробиравшуюся по телу, и отогнать навязчивую мысль, что её будущее висит на волоске и зависит от воли сидящего рядом верзилы.
Глава 4
Успокоившись, она глубоко вдохнула и выдохнула, будто готовясь к прыжку в неизвестность.
– Что будет дальше? – спросила она прямо, решившись узнать судьбу, которую ей уготовили.
– За родителей не беспокойся, – неожиданно мягко ответил Абрамов. – Хорошо, что живёшь отдельно. Терпению кредиторов скоро придёт конец. Тебе выставят претензию. Дадут срок, а потом… поставят на счётчик.
Она поджала губы. Картина вырисовывалась ясная, безрадостная и с каждой минутой всё опаснее. «Счётчик» – слово, от которого веяло ледяным ужасом. Даша согласилась, что терпение деловых партнёров Тюнникова не безгранично. И такие, как Кирилл, церемониться не станут.
