Czytaj książkę: «Моя парижская история»

Пролог

Я всегда была скромным и послушным ребенком. Умненькой, хорошей девочкой с глубоко-глубоко спрятанными демонами. Слушалась бабушку, которая меня воспитывала вместе с дедушкой, боготворила маму, которая (так получилось) жила с отчимом отдельно. Хорошо училась и даже закончила школу с серебряной медалью.

На окончание школы мама подарила мне горы золота. Практически буквально. Мы пошли с ней в ювелирный магазин, и она накупила колец, подвесок и цепочек, пытаясь, видимо, похвалить и обрадовать дочь.

Впоследствии я носила большинство из этих украшений, одно колечко, самое непритязательное и любимое, в виде тоненькой змейки, потеряла зимой на автостоянке, очевидно, сняв вместе с перчаткой. Очень расстроилась тогда из-за этого.

Падкой на побрякушки я не была, но мамины подарки всегда стояли особняком и грели сердце. Однажды в школе я поколотила одноклассника за то, что он выдернул клочок пуха из маминого свитера, который мне перешел по наследству от нее. В другой раз чуть не сломала нос следующему товарищу, испортившему подаренную мамой ручку.

Наверное, мне не хватало ее внимания и через привезенные вещи я проецировала нашу с ней связь на себя. Боже, не надо звать психоаналитика, я все равно ничего с ним обсуждать не буду!

Выросло, что выросло. Что имеем, с тем и живем. Тут важно понять другое: финансовой стороной моего взращивания занималась мама, морально-личностное воспитание легко на плечи бабушки, а для души у меня был дедушка – Валюшка. Он оказал огромное влияние и, что важно для данной истории, привил любовь к футболу.

Вообще Валюшка занимал в моей жизни особое место, потому что был и дедом (в меньшей степени), и отцом (чуть в большей) и другом. Я сейчас жалею, что мало разговаривала с ним по душам, не пыталась еще сильнее сократить межличностное пространство. Наше общение было молчаливым. Его любовь проявлялась, в первую очередь, через заботу, поступки, внутренние переживание за его маленькую девочку. А как было бы здорово, если бы я знала, что он думает о той или иной профессии, о религии и существовании или отсутствии загробной жизни, о том, должно ли женщине быть кроткой и послушной или нужно твердо отстаивать свое мнение в споре с мужчиной…

Короче, на выходе из второго тысячелетия из меня получился своеобразный, достаточно милый Франкенштейн, собранный, как конструктор, сразу несколькими создателями.

Главным творцом этого монстра, естественно, была я сама. Нет, честно, я искренне считаю, что воспитание, окружение, правильные примеры – это только базис, фундамент. Основная личностная надстройка происходит в работе человека над самим собой.

Все мы разные, все непохожие. Персональная уникальность как раз и объясняет, почему в хороших семьях порой вырастает распоследнее отребье, а в серой массе рождается бриллиант, восхищающий и поражающий воображение.