Czytaj książkę: «Ты- мое спасение»

Пролог

Это любовь

Двадцать девятого декабря я сидела за кулисами актового зала и переключала песни на стареньком ноутбуке. Экран светился в полумраке, кулер негромко гудел, а из колонок доносились басы, от которых слегка вибрировал стол. В самом зале мигали разноцветные огни, девятиклассники танцевали, кричали друг другу что-то через музыку и время от времени просили поставить очередную песню.

Мы с ребятами из школьного музыкального театра проводили для них новогоднюю «Песню года», а после этого устроили небольшую дискотеку, но веселиться особо не получалось: нужно было следить за плейлистом, аппаратурой и порядком.

Впрочем, мне нравилось сидеть за кулисами. Здесь было спокойнее. Можно было спрятаться за экраном ноутбука и наблюдать за праздником со стороны, словно я не участвовала в нем, а смотрела фильм.

Ко мне подошла одна из девочек из театра. Она наклонилась к ноутбуку и принялась искать что-то среди загруженных треков.

— Давай следующую песню – медляк,- предложила она.- Вон, я как раз скачала «Это любовь», Скриптонит.

Я нашла нужный файл и навела курсор на кнопку воспроизведения. До конца текущей песни оставалось чуть больше минуты.

Совсем рядом, за моей спиной, разговаривали двое парней из театра. Одним из них был Семен Ерофеев. Высокий одиннадцатиклассник со спортивной фигурой, короткими светлыми волосами и голубыми глазами. Он был из тех людей, которых замечаешь сразу, даже если очень стараешься не смотреть в их сторону. Семен умел держаться легко и уверенно, будто в любом месте чувствовал себя своим.

— Ты кого позовешь? – спросил он у рядом стоящего парня.

Ответ потонул в музыке. Я продолжала смотреть на экран, хотя теперь прислушивалась к их разговору гораздо внимательнее, чем следила за плейлистом.

— А ты будешь кого-нибудь звать? – донесся ответный вопрос.

Семен повернул голову в мою сторону и достаточно громко, чтобы я точно услышала, сказал:

— А я вон Лерку позову.

Я резко обернулась. Семен смотрел прямо на меня. На его лице играла такая невозмутимая улыбка, будто он только что сообщил нечто совершенно обыденное. Не зная, как скрыть смущение, я шутливо показала ему кулак: только попробуй. Потом сразу отвернулась к ноутбуку. Мои глаза расширились от шока. Он серьезно?

Сердце забилось быстрее. Я смотрела на последние секунды трека, и мне казалось, что цифры на экране отсчитывают время до какого-то невероятно важного события. Ладони внезапно стали влажными, а пальцы- непослушными. Быстрая песня закончилась. На несколько мгновений в колонках воцарилась тишина. Я нажала на клавишу мыши.

Зал наполнили первые звуки «Это любовь». Яркий свет сменился приглушенным, и разноцветные блики медленно поплыли по стенам и лицам. Вокруг елки, которая находилась в центре актового зала и была высотой в потолок, начали собираться пары.

Семен отошел от стены, подошел ко мне, достал мою руку из-под стола и потянул за собой со словами:

— Ну что, Лерка, пошли.

Я поднялась со стула, сердце бешено заколотилось. Проходя мимо моего друга Миши, я услышала:

— У нас новая парочка?

Парочка. От этих слов ноги подкосились еще сильнее.

Пальцы Семена сомкнулись вокруг моих. Мы вышли из-за кулис, но пар мальчик-девочка я не увидела. Только девочки кружились со своими подругами, а парни разошлись по стенам и тихо переговаривались, посматривая на этот девчачий бал. Мне казалось, что на нас смотрят абсолютно все, хотя никому не было до нас дела.

Семен привел меня в самый центр зала.

— Ну и как тебя брать?

Я осторожно положила ладони ему на плечи, а он мне на талию. Он был чуть выше меня, поэтому мне не приходилось сильно поднимать голову, чтобы видеть его лицо. В разноцветном свете его глаза казались то голубыми, то серыми, то бирюзовыми. От одного осознания, что мы действительно стоим здесь вместе, внутри все сжималось и покалывало.

Первые несколько секунд я двигалась почти механически, боясь сделать глупое движение или наступить ему на ногу. Не знала, куда смотреть: ему в глаза, куда-то за его плечо или себе под ноги. Сердце колотилось так сильно, что мне казалось, будто Семен непременно его услышит. Он наклонился немного ближе и с улыбкой произнес:

— Главное, чтобы никто не узнал, что ты в седьмом классе.

Я посмотрела на него и не удержалась от смешка.

— Тебя посадят.

Семен помотал головой: не-а. Напряжение сразу стало слабее. Напротив меня был уже не страшный одиннадцатиклассник, рядом с которым я боялась пошевелиться, а знакомый парень из театра. Тот самый, с которым можно было шутить и дурачиться.

Некоторое время мы просто покачивались в такт музыке. Потом Семен вдруг посмотрел мне куда-то за спину и едва заметно кивнул, предлагая: обернись. Я повернула голову.

Позади нас танцевали двое девятиклассников. Вернее, то, что они делали, трудно было назвать танцем. Они невыносимо смешно мотались из стороны в сторону, едва удерживаясь на ногах, будто были пьяными или изображали людей на корабле во время сильнейшего шторма. Я прыснула со смеху.

— Плохо у туалетов ты дежурил,- сказала я Семену.

Как дежурный старшеклассник он должен был следить за порядком, но, судя по танцующим позади нас девятиклассникам, со своей задачей справлялся не слишком хорошо.

Семён снова посмотрел на них, потом на меня. В его глазах вспыхнуло озорство.

— А давай так же?

Не дожидаясь ответа, он начал нарочито сильно раскачиваться из стороны в сторону, подражая тем парням. Я тут же подхватила его игру. Через несколько секунд мы уже совершенно забыли, что должны танцевать красивый медленный танец. Мы нелепо мотались из стороны в сторону и смеялись, стараясь превзойти девятиклассников. Вокруг продолжала звучать песня о любви, пары медленно кружились под цветными огнями, а мы дурачились посреди зала. И почему-то именно тогда мне стало по-настоящему хорошо. Не потому, что меня пригласил на танец популярный старшеклассник. И даже не потому, что его руки всё ещё лежали на моей талии. Просто рядом с Семёном мне вдруг стало легко. На несколько минут исчезли тревожные мысли, неуверенность и привычное желание спрятаться от всех за кулисами. Остались музыка, смех и странное покалывание в животе.

Закончились последние строчки песни. Семён остановился, но ещё несколько секунд мы продолжали смотреть друг на друга и улыбаться. Я чувствовала, как меня переполняют эмоции, которым я пока не умела давать названия.

— Спасибо, — быстро пробормотала я.

Улыбнулась ему и почти сразу убежала за кулисы. Там я прислонилась спиной к стене и попыталась перевести дыхание. Сердце всё ещё билось где-то в горле, щёки горели, а руки слегка дрожали. Хотелось одновременно смеяться, кричать и спрятаться так, чтобы никто не видел моего счастливого лица.

Ко мне подошла та самая девочка, которая предложила включить медляк.

— Как так получилось, что ты с Ерофеевым танцевала?

Я посмотрела на неё и только пожала плечами. Я и сама не знала.

Из зала уже доносилась следующая песня. Кто-то просил меня вернуться к ноутбуку, но я ещё несколько секунд оставалась у стены, пытаясь осознать произошедшее. Мне казалось, будто за моей спиной выросли огромные невидимые крылья. Ещё мгновение — и я оторвусь от пола, поднимусь над кулисами, над сценой, над всей школой. В тот вечер я ещё не знала, чем закончится эта история.

Я знала только одно.

Кажется, я влюбилась.