Czytaj książkę: «Темнота друг молодежи»

Двадцать лет

Вечеринка в честь моей днюхи была в разгаре. Этот день я отмечала в большой компании. Куча хлопот, почти вся зарплата — и вот гости собраны. А Дашка помогла с хатой. Не в общаге же отмечать. Стыдно как-то. Двадцать лет всё-таки, не дело так. Это называется «в грязь лицом».

Честно говоря, большинство из гостей я и не знала. Их пригласил мой однокашник и самый близкий друг Илюшка. Хотел сделать мне приятное. И сделал. Столько внимания моя скромная персона не получала никогда, даже на 18-летие. Тогда размах вечеринки тоже превышал все нормы. Но на той днюхе, в свои 18, мне довелось узнать, что мужики — козлы.

Ближе к утру я услышала крики сестры. Что-то в формате «не трогай меня», «не надо» и так далее. Это был отчаянный крик, определённо привлекающий внимание. Мы с Илюшкой забежали в комнату, а там мой бывший лежит на Машке и настойчиво целует в шею, его рука копошится под джинсами, пытаясь настроить девушку на близость.

Я сразу поняла, что сестрёнка ни в чём не виновата, а просто пыталась лечь поспать, потому что устала. Честно говоря, она ещё та гулёна и любит спонтанный секс. Если нет отношений и каких-либо обязательств в верности, то потрахаться с симпатичным парнем для неё дело естественное, как почистить зубы утром.

«Шлюшка моя!» — частенько говорю я и угораю над ней.

Да, моя старшая любит загулять. Такова у неё натура. Полная моя противоположность. Нет, мне тоже нравится секс… только зависимости от этого дела, как у Машки, не наблюдается. Зажата я в этом вопросе. Наверное, именно поэтому являюсь ярым противником групповушек и прочих маразмов, где в сексе участвуют больше двух людей. Комплексы, блин.

А вот сестрёнка у меня очень раскрепощённая, сексуализация общества не обошла её стороной. Конечно, она могла бы перепехнуться тогда с моим бывшим, он мальчик смазливый. Но, во-первых, у нас в семье так не принято, мы никогда не перейдём друг другу дорогу из-за мужика. В крайнем случае, пошлём его на хрен за то, что допустил ситуацию, в которой нас стало трое. Было уже такое в школьные годы.

Во-вторых, на протяжении всего вечера по Машке было видно: девочка устала и не настроена на интрижку. На той вечеринке она даже не стала наряжаться в «секс-костюм», хотя обычно её наряды сверхоткровенные: юбочки практически не скрывают женские «таинства», блузки насквозь засвечивают небольшие груди-домики, а в ткань едва заметно вшиты две пуговки, типа того соски торчат. Забавная имитация, но у мужиков от этого слюнки текут, я сама не раз замечала.

А тут вдруг джинсы и толстая водолазка, никакого вызывающего макияжа. Голос размеренный, не игривый, выражение лица спокойное, уставшее. Собственно, как и у любого врача-интерна. Другими словами, у неё не было настроя на мужиков, это я видела невооружённым глазом. Тем более секс с занятыми для неё запрет.

Ну, а в-третьих, во время этого совращения её тело было «деревянным», на лице застыл искренний страх. Да-да, возбуждением здесь и не пахло, как говорится, хотя в этих вопросах Машка огнеопасная и заводится мгновенно. Ей вообще плевать, какого качества любовник, она возьмёт инициативу в свои руки, если перед ней окажется мужик-бревно.

Кроме того, моя сестра не дура и не стала бы орать во всю глотку, чтобы позвать на помощь. Трахаться тихо и стонать «в подушку» для этой девочки дело привычное, потому что чаще всего близость у неё происходит где-нибудь на тусовке, в формате «побега» от основной компании.

Собственно, так мы и расстались с бывшим. Хотя я бы послала его при любом раскладе, а сестру простила бы. В конце концов, инициатором-то выступает мужчина. Вряд ли Машка затащила этого кобеля в комнату, положила на себя и засунула его руку себе в трусы. А потом начала орать во всю глотку, типа спасите-помогите.

Но вернёмся к моему двадцатилетию. Увы, Машки на нём не было, у неё выпало ночное дежурство. А в их отделении даже поменяться толком не с кем. Пахала она тогда за троих, как говорится. Поэтому пришлось праздновать без неё.

Мы веселились до глубокой ночи и примерно в районе двух часов остались в «кругу своих». А точнее: я, Дашка, Илюшка и, конечно же, старый знакомый Димка. Мужчина, который на тот момент был моим наваждением. Как часть души, и эту часть нельзя вырезать безболезненно.

Мысли о нём изначально грели душу, избавляли её от боли расставания. Только вот он не обращал на меня никакого внимания.

«Вполне возможно, причина кроется в возрасте… — вертелось в голове. — Ему же 31… на фиг я ему нужна…»

Меня трясло от нехватки его внимания. Хотя, по сути, это была банальная нехватка мужика, извиняюсь за прямоту. Чисто на животном уровне. Инстинкты. Ещё бы! Тогда телу особенно не хватало разрядки, ведь это было началом половой жизни: бывший тупо раздразнил меня, запустил гормональный механизм, так сказать.

Если выразиться фигурально, это когда секс начался и закончился. А у тебя в вагине он всё ещё продолжается. И ты вроде готова кончить, но почему-то не получается. Твоё тело извивается, живот непроизвольно втягивается, все мышцы напряжены, но вот оргазма всё равно нет. Ты смотришь на мужика. Он доволен, как кот, который наелся сметаны, и как назло спрашивает, сколько раз ты кончила. Короче, ситуация из разряда «не доделал». Девочки поймут…

Скорее всего, именно это состояние и спровоцировало моё безудержное влечение. У меня тупо сносило крышу от голода. А Димка… Димка просто похож на мой типаж: красивый, стройный, высокий, уверенный в себе. Его невозможно ничем смутить или удивить, он всегда готов на любой движ, начиная от веселья, заканчивая бурными разборками.

От таких парней у меня сразу потеют ладошки, а ноги непроизвольно раздвигаются. Ещё в период полового созревания мне частенько снились такие мальчики. И впервые я просыпалась с рукой в трусах… Наверное, эти сны и сформировали внутреннее восприятие мужчин. Кроме того, это похоже на моего папу. А, как известно, мы подсознательно выбираем мужчин, которые похожи на наших отцов…

Да, мой папа достаточно суровый, мощный мужик, не терпящий возражений. Как сказал, так и будет. Но при этом он всегда может выслушать и уступить, признать свою неправоту, чтобы выбрать иррациональное решение. Вот и Димка выглядел таким же, поэтому юное сердечко воспринимало это как любовь, а не либидо. Димка казался тем самым, который дарован судьбой, единственный и неповторимый.

Мы с ним уже не первый раз пересекались на тусовке, и снова он стал эпицентром моего внимания. Кажется, я подсознательно пыталась коснуться его или «случайно» толкнуть, остро пошутить и так далее. Наверное, это замечали все, кроме него. Хотя в некоторые моменты этот удивительный мужчина позволял себе странные неожиданности. Например, под шутливым предлогом он обнимал меня за талию, по-дружески целовал в щёку, при этом совсем не по-дружески касаясь сисек. Ну… случайно, блин… с кем не бывает?

А один раз вообще шлёпнул по жопе. И это произошло естественно, словно так и надо. Просто Дашка завела шутливую тему о том, что я ещё ребёнок и периодически меня надо пороть за непослушание. Она же мой начальник. Поэтому шутка выглядела логичной. Вот и Димка в этот момент решил, что надо наглядно продемонстрировать, как именно меня следует пороть.

И в каком-то смысле это была маленькая победа: любое интимное прикосновение казалось верной дорожкой к совращению красавчика. Хотя не факт, что секс на тот момент фигурировал в моих планах как самоцель. Скорее, он был инструментом в сближении, чтобы проверить возможность наших взаимоотношений, готовность на любой шаг стопроцентная. По-другому почувствовать ответную связь от мужчины нельзя, ведь именно после секса всё становится ясно…

И словно знаком судьбы, глубокой ночью мы остались вдвоём. Куда делись Дашка с Илюшкой, я понятия не имела. Собственно, мне было не до этого, потому что Димка вдруг схватил меня за руку и повёл в сторону спальни. Это был неожиданный поворот. С одной стороны, где-то в глубине души разгорелось чувство победы. С другой — растерянность. Чё теперь делать-то?

«Довертелась жопой, блин, — мысленно я смеялась над собой. — Теперь придётся трахаться…».

Димка действительно вёл меня в комнату уверенно и легко, словно мы заранее договаривались об уединении. От неожиданности у меня перехватило дыхание. Сопротивление стало временно недоступным.

— Блин! — я споткнулась на ровном месте, но последовала за мужчиной, как собачонка. — Куда ты меня тащишь? С ума сошёл?

Димка ничего не ответил, а просто завёл меня в комнату и плотно закрыл дверь. В темноте, которую прорезала полоска света из-под двери, я растерянно смотрела на него. Сердце колотилось где-то в горле и отдавалось в висках.

— Ты чего? — я продолжала негодовать.

— Хочу поздравить тебя с днём рождения индивидуально, — голос Димы, обычно уверенный, вдруг дрогнул и с потрохами выдал волнение, руки легли мне на талию.

— Ты серьёзно? — удивилась я, моя решительность мгновенно растаяла под напором мужской близости. — А ничё, что это Дашкина комната? А если она зайдёт, а мы тут… — голос сорвался на испуганный шёпот, мозг сам генерировал отмазки. Наверное, это и называется «ломаться», чтобы пробудить в мужчине охотника, который не воспринимает отказа. К счастью, мои аргументы оказались для Димы слишком неубедительными.

— Успокойся, — усмехнулся он. — Дашка с Ильёй в ванной заперлись. Им сейчас не до нас… Да и нам, кажется, тоже будет не до них, — губы коснулись моей шеи.

— Ах! — я запрокинула голову и почувствовала, как по спине разбегаются мурашки. — А зачем Илюшка с Дашкой в ванной заперлись?

— Щас покажу, — на этих словах Дима начал так активно атаковать шею, что я мгновенно забыла про свой вопрос.

— Мама! — вырвалось из меня, уровень волнения стал повышаться.

— Сладкая, — шептал Димка, обжигая шею горячим дыханием. — Съем тебя!

— Съешь… — мне уже не хотелось сопротивляться. Да и какой в этом смысл? Сама же провоцировала его.

Не скрою: я всем телом тянулась к этим ласкам и особенно отмечала возраст искусителя. Мне никогда не доводилось испытывать что-либо подобное с двадцатилетним сверстником. Опытные руки чувственно проглаживали мою спину, периодически задирали тонкую ткань водолазки, кончики пальцев случайно касались кожи.

А поцелуи в шею были неторопливыми, в меру настойчивыми и глубокими. Я искренне извивалась в сильных руках и едва слышно постанывала. Алкоголь шумел в голове, но ещё больше пьянила мужская близость. Запах страсти, которая стремительно набирала обороты. Внезапно Дима отстранился и одним ловким движением стянул с меня водолазку.

— О Боже, — восхитился он. — Какая же ты классная.

— Я такая! — в моём голосе прозвучало лёгкое смущение. — А ты сомневался?

— Нет, — Димка тоже избавился от футболки. — Ни на секунду не сомневался, что твои сисечки классные, это видно даже через лифчик.

— Льстец! — я озорно хихикнула и ловко освободила грудь от лишней ткани, которая тут же улетела в неизвестном направлении.

— Ох, мама, — Димка прерывисто выдохнул и снова прижался ко мне. Мои набухшие груди буквально расплющились об его крепкое тело. Жаркий поцелуй возобновился.

— Ммм, — я откровенно утопала в пухлых губках. Симпатия становилась невыносимой, этот мужчина окончательно затмил собой всех остальных кандидатов. А их на тот момент было чертовски много. Правда, это «ухажёры» по переписке, но все в полной «боевой готовности» трахнуть меня в любой момент. Охотники, мать их! Что тут ещё скажешь?

А вот Димка был в моих глазах серьёзным мужчиной. Почему я так думала? Понятия не имею. Мне казалось, что после секса он сразу забудет всех своих гламурных блядей и сосредоточится на мне. Дура наивная. Но куда мне было деваться? Этот удивительный мужчина творил такое, чего мне не доводилось пробовать с бывшим. Передо мной словно открылся мир новых ощущений.

И началось всё с того, что Димка склонился над моей грудью. Я удивлённо уставилась на него и не успела опомниться, как пухлые губки захватили в плен торчащий от волнения сосок. Так получилось, что это было первое прикосновение в подобном формате. Бывший вообще не целовал меня ниже шеи. По моему телу пробежала дрожь, глаза продолжали сверлить искусителя.

— Ммм, — он тихо мурлыкал, словно сосёт вкусную конфетку, тёплые ладони так мягко гладили и массировали попу, что у меня закружилась голова от переизбытка возбуждения.

Хотя основной шквал новых ощущений сосредоточился в груди и сосках. Дима поочерёдно ласкал их, его дыхание обжигало. Я по-прежнему не могла оторвать от него глаз. Его действия оказались большой неожиданностью для неопытного тела.

Наверное, на фоне этого мои чувства начали укрепляться. Димка стал казаться мне первым и настоящим. Тем самым, который раскрывает в девочке женщину…

— Ты вся дрожишь, — вдруг заметил он и присел на корточки, пальцы уверенно взялись за резинку лосин.

— Волнение, — пояснила я, с нежностью поглаживая мужчину по голове.

— Ммм, — он одобрительно промычал и осторожно приспустил лосины вместе с трусами. — Какая прелесть… — голос дрогнул в новом приливе возбуждения.

— Да, — только и смогла ответить я. Мне совсем не хотелось разговаривать. В эти моменты безмолвие было дороже любых слов.

— У тебя очаровательная пиздёнка, — хмыкнул Дима.

— Сам ты пиздёнка, — я сильно покраснела и сделала пару жестов, помогая снять лосины. — Что за выражения?

— Нормальные выражения, — Димка откинул лишнюю ткань в сторону и медленно поднялся на ноги.

Он буквально усадил меня на кровать. Разумеется, я уже отлично знала, что надо делать дальше: бывший хоть и не ласкал меня, зато минет у нас был стандартной процедурой, без которой секс не начинается. Собственно, такое происходит во многих постелях. Но с Димой всё казалось особенным, новым и неизведанным.

Я сидела на краю кровати и плавно двигала головой. Горячие охи сводили меня с ума. Наверное, внутри моей черепной коробки был миллиард мыслей. Там буквально поселились тараканы. Они разбежались по мозгам, и каждый выбрал свою извилину, чтобы атаковать её.

— Какая ты умничка, — тихо шептал Димка.

— Ммм, — отвечала я и продолжала оральное волшебство.

Димка оказался чертовски долгоиграющим. Другой бы уже давно разрядился мне прямо в рот. А этот горячий самец держался достойно.

«И неудивительно, — думала я. — По-любому у него куча умелых баб… и моя задача — стать лучшей из них, затмить всех своей скромной персоной…».

Разумеется, у меня в голове не было ни одной мысли, как впечатлять мужика, который не знает понятие «серьёзные отношения». Как заставить его сосредоточиться на одной девушке. А конкретно на мне. Наверное, поэтому сексуальный темперамент стал основным оружием в борьбе за его внимание.

А что ещё можно было сделать? Демонстрировать свою хозяйственность и готовность к семейной жизни? Рановато. Да и не было у меня уверенности, что я действительно готова стать женой. Единственное, что можно было утверждать точно, — Дима моё наваждение, и рядом с ним сердце начинает биться быстрее.

Вскоре наши разгорячённые тела суетливо катались по кровати, комнату заполнили влажные чмоки и жаркое дыхание. Прямо как в любовном кино. От переизбытка эмоций хотелось визжать во всю глотку, это был настоящий сексуальный перегрев.

«Вот он, — думала я, мысленно сравнивая Димку со своим первым, — настоящий мужчина…».

Мы достаточно долго ласкались, никогда у меня не было такой длительной прелюдии. Кажется, я немного забыла про секс. В смысле забыла о проникновении и прочих элементах непосредственной близости мужчины и женщины: мне хотелось просто ласкаться и бесконечно сходить с ума в этих сильных руках, извиваться под умелыми ласками.

О да! Димка словно пытался свести меня с ума. Он буквально атаковал шею жаркими губами, водил кончиком языка по груди, соскам, животу, но в какой-то момент приблизился к сокровенному. Меня бросило в жар, какой-то странный испуг пробежался по всему телу.

— Не надо там, — голос прозвучал резко, уверенно.

— Почему? — Димка нахмурился.

— Не надо меня там целовать, — повторила я. Мне было страшно разрушить идиллию, получив неприятные щекотки в районе клитора: опыт с бывшим на всю жизнь засел в голове.

— Как скажешь, — пожав плечами, Димка встал на ноги и начал шарить у себя в джинсах в поисках резинки.

В полумраке он выглядел особенно эротично. Хотя мне уже было плевать, какая у него фигура, в первую очередь голову заполняли мысли о предстоящей близости. Для меня это было не просто соединение писек, это было слияние двух людей, которые длительное время флиртуют и строят друг другу глазки. Мне казалось, что наши желания достигли пика и сдерживать их уже нельзя.

Забавно, но я почему-то начала представлять, что мы живём вместе, а в данный момент находимся дома и вот решили пошалить перед сном. О да! Это была очередная волна тараканов в голове. Видимо, они там тоже трахались, потому что размножались с невероятной скоростью.

— Ты долго будешь ковыряться? — вдруг возмутилась я.

— Да презик никак не найду, — Димка полез в задний карман. — Вот он!

— Нашёл? — я игриво закусила губу.

— Да, — собеседник кивнул. — Как раз один остался. Специально для тебя.

— Ну спасибо, — я ухмыльнулась, — что хоть один мне оставил, кобелина! — в голосе послышалась смесь горечи и лёгкого сарказма.

— Для тебя резиночка всегда найдётся, — заверил Димка, — даже не сомневайся.

— Иди ко мне, — прошептала я искренним, чистым голосом.

— Щас, — хмыкнул Димка, — наряжусь и приду.

— Наряжайся, — промурчала я. Мой взгляд вдруг пробежался по худощавому телу и сосредоточился на длинной «волшебной палочке», бодро торчащей между сильными, рельефными ногами. Честно говоря, от этого зрелища внутри всё нервно сжалось. Ещё бы! Ранее такую длину мне доводилось видеть лишь в фильмах.

— А ты чего напряглась-то? — заметил Димка, «профессиональными» движениями разглаживая презерватив по своей «арматурине». — Всё хорошо, не волнуйся! — на этих словах он забрался на кровать.

— Всё хорошо, — подтвердила я и, кажется, слегка покраснела. Мои ноги максимально раздвинулись, чтобы мужчине было удобнее…

В целом, всё прошло нормально, мои страхи не оправдались: крупный пенис не причинил мне никакого дискомфорта, а наоборот, доставил неимоверное удовольствие. О да! Несмотря на неопытность, мне всё же удалось сосредоточиться на процессе и целиком отдаться мужчине, внутри бушевало неуправляемое желание быть ближе, чем это возможно физически.

Я отчаянно прижимала к себе крепкое тело и вдыхала его запах, царапала кожу ноготками. Весь мир перестал существовать, а все остальные мужчины растворились в ритмичных движениях Димы. Мы просто сходили с ума от переизбытка близости, отдаваясь друг другу целиком и полностью.

Бурный скрип кровати мгновенно смешался с нашим горячим дыханием, в букет этих звуков органично влился мой тихий, сдавленный стон. В глубине души неумолимо разрасталось что-то непонятное. Это были чистые, светлые чувства, описать их словами просто невозможно. Они придавали возбуждению особый шарм.

Атмосфера накалялась. Казалось, что даже воздух нагрелся. Я напряжённо смотрела в потолок и ноготками до боли впивалась в мощную спину. Где-то внизу живота стало появляться знакомое предоргазменное ощущение, которое мне довелось познать несколько лет назад при знакомстве с собственным клитором. Тогда и произошёл первый и единственный в жизни оргазм. Слабенький, но чертовски приятный.

И как бывший ни старался, довести меня до этой сладостной вершины не мог, потому что тупо не думал о том, что девушку необходимо разогревать перед сексом, а не просто тыкать в неё членом, как животное. Хотя и в сексе он действовал неправильно: грубо, резко, эгоистично. Его совершенно не волновало, что я ощущаю.

А Димка был сосредоточен на моих ощущениях так, словно решает математическую задачу. Он действовал чётко и спланировано. Казалось, что этот удивительный мужчина чувствует моё тело, как своё. Мы словно слились воедино. И в силу неопытности для меня это было бесценно.

Честно говоря, мне думалось, что всё так и завершится в «классике», но в какой-то момент сильные руки перевернули меня на живот. Разумеется, долго объяснять взрослой девочке не надо, поэтому я приподняла бёдра, чтобы установить тело в «догги-стайл». В этот момент с мужских губ сорвался такой чувственный «ох», что моя самооценка подскочила до потолка.

— Жопа — огонь! — послышался дрожащий голос.

— Не жопа, — я вздохнула, — а попа.

— Ага, — Дима пристроился.

Движение страсти возобновилось. Это было настоящим безумием. Я чувствовала сильные руки на своей талии и готова была взорваться от нарастающих эмоций. Новое предоргазменное ощущение зародилось внизу живота. Димка снова стал эпицентром жизни, в нём сосредоточились все мои желания.

Ритмичные хлопки становились всё громче. Удивительно, что при таком яростном сексе мне не было больно. А точнее, было, но это возбуждало до предела. Уверена, что с бывшим я бы не вынесла такой бурной «долбёжки» и пришлось бы «просить пощады». Но с Димой всё было по-другому. Моё тело само по себе отдавалось этому мужчине.

— Ммм, — он внезапно замер, руки сильнее сжали талию.

Звучит странно, но в этот момент я тоже кончила. Да-да, с фактами спорить невозможно. Где-то внутри всё сладостно сжалось, распространяя по животу приятные волны мышечных сокращений. Комнату накрыло моим сдавленным стоном. Мне ни на секунду не удавалось расслабиться — всё тело было натянуто струной, его буквально избивали конвульсии.

Димка словно не хотел прерывать наше соединение. Он долго лежал на мне и целовал в шею, а бёдра совершали плавные, чуткие движения, завершая «любовный акт».

— Ммм, ммм, ммм, — наконец, мужчина сделал три финальных толчка, после чего устало перевалился на спину. — Фух! — сорвалось с его губ.

— Утомился, — заметила я.

— Не дождёшься, — с ухмылкой ответил Димка. — Это только начало. Трахал и трахал бы тебя. Как говорится, без перерыва!

— Почему? — осторожно спросила я, надеясь на какое-то откровение, мне хотелось ощутить ещё больше духовной близости, убедить себя в том, что мы переспали не просто так.

— Что почему? — переспросил Димка.

— Почему ты хочешь трахать меня бесконечно? — кажется, я немного смутилась.

— Потому что у тебя обалденная пизда, — пояснил Димка. От этих слов меня едва не вывернуло наизнанку. Как? Только поэтому? Да и вообще! Что за выражение! Слово «пизда» всегда было недопустимым для меня. Ни один мужчина так не говорил о моей письке. Ладно, если это говорит женщина. Ей можно. А когда мужчина, становится как-то стрёмно.

— Опять пизда? — я нахмурилась. — Нельзя как-то уважительнее ЕЁ называть? Это звучит мерзко!

— Да ладно тебе, — хмыкнул Дима. — Как ни назови, а пизда останется пиздой.

— Пизда у коровы, — мой голос дрогнул от обиды, — а я человек!

— Да хорош обижаться, — Дима вздохнул. — Мне просто нравится называть всё своими именами.

— Ясно, — я махнула рукой, — тебя не переубедишь.

— Щас передохну, — задумчиво начал Димка, — и вернусь в эту жаркую пизденку. Я уже влюблён в неё. Жаль, что она небритая.

— Хватит! — возмущение едва не разорвало меня на части. — Что это за выражения? Перед тобой девушка или уличная блядь? Тем более у меня там всё нормально. Просто маленький «ёжик». А если ты хочешь гладенький «бутончик», вали к гламурной шлюшке! — это вырвалось из меня само по себе.

— Не обижайся, — настаивал Димка. — Я просто хочу сказать, что этой ночью ты будешь оттрахана ещё не раз!

— Ммм, — я попыталась успокоиться и перевести тему, — а мы ненасытные?

— Ещё какие! — тяжело дыша, произнёс Димка. — Тебе и не снилось!

— Конечно, не снилось, — мой голос прозвучал задумчиво. — Я же… я же в этом деле совсем недавно.

— Да ладно? — удивился Димка и резко лёг на бок, лицом ко мне. — Ты хочешь сказать, что только недавно начала половую жизнь?

— Ну да, — я пожала плечами.

— И насколько недавно? — не унимался собеседник.

— Не скажу, — я кокетливо показала язык.

— Ну ладно, — Димка не стал настаивать, — не говори.

— Слушай, — протянула я. — А мне всё равно непонятно: зачем Дашка с Ильёй в ванной закрылись?

— По-моему, я наглядно продемонстрировал тебе, зачем! — коротко захохотал Димка. — Ты чего как маленькая? Зачем два человека противоположного пола уединились в ванной? Фантики собирают, наверное.

— Охренеть, — на мгновение я нахмурилась. — Дашка совсем с цепи сорвалась. Они же толком не знакомы даже…

— Ну вот, — через вдох начал Димка, — они и решили, что надо познакомиться поближе…

— Разврат какой-то, — я поморщилась, но тут же взяла себя в руки. — Ладно. Ну их в жопу! Пошли курить. Мне нужно в себя прийти.

— Ага, — Дима с поразительной нежностью погладил мою вспотевшую спину. — После таких страстей это необходимо.

— Ммм, — промурлыкала я, по спине мгновенно разбежалось сладостное тепло. — Вот так очень приятно… — может быть, это странно, но тогда мне впервые в жизни удалось ощутить этот кайф. — Погладь… ещё…

— Так? — Димка начал гладить меня от лопаток до задницы.

— Да, — мой голос снова прозвучал, как кошачье мурчание. Я закрыла глаза. — Это сказка… А после секса особенно кайфово.

— Ты вся в мурашках, — заметил Димка. — Даже на жопе мурашки есть.

— А ты ещё дольше погладь и удивляйся, — сквозь смех начала я, — что у меня мурашки!

— Обожаю реакции женщин на ласку, — вдохновенно прошептал Димка.

— Какая ещё реакция может быть, — вздохнула я, — когда девочку гладят по спине и попе? Это вы, мужики, чёрствые. А мы любим ласку.

— Эт точно, — согласился Димка и стал невероятно трепетно целовать между лопатками, ладонь скользнула к попе. От этого по всему телу разлилось новое тепло.

— Ой, кайф, — мурчала я, чувствуя, что ещё немного и усну от наплыва нежности.

— Всё, идём курить! — Димка неожиданно бодро шлёпнул меня по заднице. Этот шлепок мгновенно убил весь сон.

— Идём, — я начала лениво подниматься с кровати. — Капец, у меня ноги не ходят! Такое ощущение, что член до сих пор находится там… — это признание вырвалось само по себе.

— Так бывает после бурного секса, — поведал Димка.

— Знаю, — моё лицо залилось румянцем.

«Ага, конечно! Знаю! — подумала я. — Это вообще третий раз в моей жизни, а первые два были с десятисантиметровым стручком…».

— Если ноги не ходят, — продолжал мысль Дима, — значит, секс был достойным.

— Это точно, — согласилась я. — Сложно поспорить.

— Хотя ноги — это не главное, — голос Димы прозвучал задумчиво. — После секса главное, чтобы между ними горело.

— Маньяк озабоченный! — весело хихикнула я, но тут же успокоилась. — Между ногами у темпераментного человека всегда горячо.

— Не поспоришь, — Димка азартно закусил губу.

Мы стояли у окна, прижавшись друг к другу плечами, и расслабленно курили. Ночной воздух приятно обдувал разгорячённые тела. Никто не хотел разговаривать. Безмолвие на тот момент казалось частицей жизни, в которой расцветает истина и умиротворение. Но долго молчать не может ни одна женщина, поэтому слова сами начали изливаться из меня.

— До сих пор жарко, — внезапно я нарушила тишину и чувственно выпустила дым в звёздное небо.

— С тобой иначе никак, — задумчиво произнёс Димка. — Ты удивительная: умная, красивая и очень страстная.

— Ой, да ладно тебе, — смущение разлилось по моим щекам. — Я девочка молодая, конечно, но не глупая. Мне лишних слов не надо!

— А зря, — Димка легонько поцеловал меня в висок, от чего я едва не замурлыкала, как мартовская кошка.

— Почему зря? — моё лицо расплылось в нежной улыбке.

— Потому что это правда, — спокойно ответил Дима. — Ты действительно такая.

— И без тебя знаю, — мой голос прозвучал как-то неуверенно, — что я лучшая.

— Знаешь, — согласился Димка. — Но лучше один раз услышать, чем сто раз поду…

— Тихо! — перебила я и вдруг замерла, напрягая слух.

— Что? — Димка удивлённо уставился на меня.

— Дашка разговаривает! — заметила я. — Она на кухне, слышишь?

— И что? — улыбнулся Дима.

— Как это что? — воскликнула я. — Значит, ванная свободна!

— А… — протянул Димка. — Ну, беги! Ты первая.

— Конечно, первая! — визгнула я и собрала свою одежду с пола. — Это вам, мужикам, после секса много не надо. Повесил писюн над раковиной и за две секунды привёл его в порядок. А у нас целая процедура.

— Точно! — вслед крикнул Димка. — Давай-давай! Приводи пизду в порядок.

От этих слов меня бросило в жар. Опять «пизда». Что он за человек такой? Кто вообще позволил мужикам так выражаться о девушках? А где же «розочки», бутончики или писечки? Куда делись эти милые, прикольные названия? Совсем огрубели кавалеры, мать их!

Прижимая к себе одежду, я молниеносно переместилась в ванную, закрыла дверь и разочарованно уставилась на сломанный засов. Это было весьма неожиданно, ведь в компании, где отдыхают люди разного пола, засовы на дверях ванной и туалета всегда должны быть в порядке.

— Блять! — сорвалось с губ. — Просто супер! Ладно… Никто не зайдёт, надеюсь.

Я стояла под мощными струями воды и с искренним наслаждением подставляла мыльное лицо под душ, пальцы тщательно промывали брови и веки. Никогда ранее мне не доводилось так радоваться элементарному принятию душа: после горячего секса это было невероятно приятно.

«Интересно, — вертелось в голове. — Для него это просто секс по-пьяни или что-то большее…».

Мысли ни на секунду не оставляли меня, но я продолжала наслаждаться тёплыми струйками. Вода чувственно стекала по шее, путалась в мокрых волосах и щекотливо бежала дальше, по изгибам тела. Наверное, со стороны это выглядело чертовски эротично, как в кино, несмотря на то, что моя цель была вполне бытовой — привести себя в порядок.

— Какая прелесть, — неожиданно послышался хрипловатый мужской голос. — Аж член зашевелился… — этот голос всерьёз напугал меня, ведь я стояла с закрытыми глазами и не видела появления «гостя».

— Боже! — мой крик эхом осел на стенах, адреналин целиком заполнил грудь, а испуганный взгляд устремился в сторону двери. — Дима, ты больной? Хочешь, чтобы я обоссалась от страха?

— Ну, ничего страшного, — хмыкнул мужчина и упёрся плечом в дверной косяк. Его взгляд бесцеремонно скользил по моему телу. — С удовольствием посмотрю на твою струйку… Уверен, она чертовски горячая.

— Фу! — возглас вырвался из меня сквозь смех. Если честно, от этих слов стало как-то мерзко, несмотря на то, что я будущий лор и брезгливость мне не знакома: готовность к работе с соплями и мокротой изначально была стопроцентной. Тем не менее приступ тошноты подкрался к горлу, но мне достаточно быстро удалось успокоиться — на тот момент пошлость воспринималась как мужская дерзость, уверенность в себе и всё такое. — Извращенец ты! — эти слова прозвучали уже без отвращения, а скорее с изумлением.

— Не извращенец, а маньяк! — поправил Дима, после чего молниеносно разделся и забрался в ванную. — Не надо путать! — на этих словах он прижался ко мне сзади.

— Мужчина, Вы мешаете мне мыться! — я игриво закусила губу, мочалка суетливо заскользила по намыленной шее. Наверное, это выглядело как попытка скрыть волнение.

— Хорош уже мыться-то, — Дима нахмурился. — До дыр себя сотрёшь. А лишние дырочки тебе будут не к лицу, хватит и одной… — его ладони стали нежно скользить по животу.

— Так! — возмутилась я, рефлекторно дёрнув бёдрами. — Уйди, маньяк! Не возбуждай!

— Тебя это возбуждает? — искренне удивился мужчина, его естество неприлично прижалось к моим ягодицам.

— А какую девушку не возбуждает, — задумчиво начала я, — когда обнимают сзади и низ живота гладят? Чего ты пристал, кстати? Только что трахались ведь! — это негодование было настоящим, мне действительно требовалась передышка перед очередным проникновением.

— Ну извините, — в мужском голосе послышалась лёгкая ирония. — Кто виноват, что у тебя такая сочная жопа? — в этот момент Дима чуточку затвердел. Нет, это была не полная эрекция, а лёгкое набухание. — Как не заводиться от такого станка?

— Обычная попа, — я повернулась лицом и принялась намыливать руки.

— Необычная, — Дима плотно прижался ко мне. — Я по уши влюблён в неё… — руки легли на возлюбленную. Начался трепетный массаж ягодиц, от которого моё тело стало само по себе извиваться в каком-то странном сексуальном порыве.

— Что же в моей попе необычного? — я словно напрашивалась на комплименты. — Три половинки вместо двух, что ли?

— Она необычная, — продолжал Дима, — потому что заводит меня до безумия… — ладони стали более настойчиво массировать ягодицы. На мгновение мои глаза закрылись, дыхание палевно сбилось. В те годы я и сама не подозревала, что моя задница — самая настоящая эрогенка. Собственно, поэтому мне и хотелось отстраниться, чтобы не доводить до повторного секса.

— Ну! — голос прозвучал капризно. — Дай мне помыться-то!

— Не дам, — жарко прошептал Дима. — Хочу тебя!

— Озабоченный, — я смущённо улыбнулась. — Недавно кончил, а ружьё опять заряжено! — на мгновение ванную заполнил мой звонкий смех.

— У меня бывает такое, — задумчиво произнёс Дима. — Иногда могу два раза подряд. Такова особенность организма. Как и положено настоящему охотнику, моё ружьё всегда готово стрелять, особенно в красивых девушек.

— Неужели ты ещё хочешь? — моему удивлению не было предела. — Прямо сейчас? Давай я рукой всё сделаю, а? Разрядим твоё ружьё, чтобы ты остыл!

— Не, — Димка покачал головой. — Хочу твою пизденку! — он попытался развернуть меня спиной.

— Да отстань! — крикнула я. — Совсем ошалел, ненасытный? Перед тобой девушка, а не дырка, которую ты можешь пользовать в любой момент!

— Ммм, — простонал Дима. — Меня заводит твоё сопротивление.

— Щас я кое-кому яйца оторву, — моё лицо расцвело в хищной улыбке. — А то эти шарики тебе мозг затуманили, кажется… Устала я, понимаешь?

— Ох и горячая ты девочка, — голос Димы прозвучал восхищённо.

— Горячая, — согласилась я, — но так часто трахаться не могу…

— Да успокойся… — искуситель усмехнулся. — Это была шутка. Я и сам пока не хочу. Не восстановился ещё.

— Вот и отвали тогда! — озорно хихикнула я. — Не надо приставать, мне это не нравится.

— Успокойся, — повторил Дима. — Отдохнём пока.

— Слушай, — я немного смутилась, — а можно в следующий раз это будет поза «женщина сверху»? Мне надо контролировать глубину и силу проникновения, а то у тебя слишком большой для моей… — щёки покраснели ещё сильнее. — Для моей, как ты говоришь, пиз…

— Не вопрос, — перебил мужчина и трепетно поцеловал меня.

— Ммм, — я охотно ответила на поцелуй, рука сама собой легла на затылок, пальцы зарылись во влажные волосы.

— Ммм, — Дима ответно постанывал и старался уйти в поцелуй как можно глубже. Но мне совсем не хотелось провоцировать его, пока внутри всё не остынет.

— Так, хватит! — я вдруг прервала поцелуй.

— Что такое? — удивился Дима.

— Не надо так глубоко целовать меня, — я снова смутилась. — Это возбуждает.

— Разве это плохо? — хмыкнул мужчина. — Что плохого в возбуждении?

— Сейчас — это очень плохо, — было ему ответом. — Потому что я завожусь, но пока не могу. Чисто физически не могу. Секс без перерыва — не моя тема.

— Секс без перерыва — тема молодых, — задумчиво произнёс Димка. — Как раз таких, как ты…

— Это тема девушек, — начала я, — у которых внушительный опыт в сексе. А у меня такового не имеется. Ты и не представляешь, как внутри всё полыхает.

— Представляю, — голос Димы прозвучал самодовольно. — Не зря же я так отчаянно ебал тебя. Весь выложился.

— Ебал, — неуверенно процитировала я. — Ты очень грубый… Но мне почему-то нравится это.

— Я же говорю, что ты горячая девочка, — хмыкнул Дима. — Поэтому тебе и нравится лёгкая грубость… — он неожиданно шлёпнул меня по заднице.

— А! — я весело захохотала, смесь боли и какого-то неудержимого вожделения заполнила всё тело. — Так! Ну-ка уйди от меня! — мне пришлось отстраниться от искусителя, чтобы не трахнуть его прямо в ванной.

— Я ещё сильнее захотел тебя, — признался Димка, в его глазах отобразился весь спектр сексуальных желаний.

— Хотеть не вредно! — съязвила я.

Боевая наездница

Приняв освежающий душ, мы переместились в кухню и расположились за пустым столом.

— Ну вот, — я вздохнула. — Никого…

— Жаль, — Димка грустно улыбнулся. — А мне хотелось с ребятами выпить, поболтать.

— Тихо! — я вдруг напрягла слух и приложила палец к губам. — Кажется, они в спальне…

— Точно, — Димка ухмыльнулся. — Их неплохо слышно…

— Шлёп-шлёп-шлёп-шлёп! — озвучила я и звонко хихикнула. — Ох, как там жарко!

— Главное, чтобы кровать не доломали, — заметил Димка. — Они оба жутко темпераментные…

— Эх… — я снова вздохнула. — Значит, мы пойдём в «темнушку». Не в зале же спать. Мне необходимо уединение.

— Ничего страшного, — спокойно произнёс Димка и достал из холодильника открытую бутылку водки. — В «темнушке» тоже уютно.

— Только не видно ни черта, — я нахмурилась и неуверенно глянула на бутылку.

— А мы на ощупь, — Дима игриво подмигнул. Он быстро разлил горячительную жидкость по рюмкам и одну из них подал мне. — Ещё раз с днём рождения! — резко выпил.

— Спасибо, — я вяло улыбнулась и налила в стакан яблочный сок.

— Знаешь… — задумчиво пробормотал Димка. — А ты не по годам развита.

— В смысле? — я прижала рюмку к губам и стала судорожно глотать обжигающий напиток, словно меня заставляют это делать.

— В сексе, — пояснил Димка.

— Ты действительно так думаешь? — я сморщилась и поспешно запила соком.

— Уверен! — кивнул Дима.

— И в чём же это проявляется? — я выдала смущённую улыбку.

— Во всём, — не унимался Димка. — У тебя тело отзывается, как взрослое… По-настоящему.

— Ну, это не факт, — я с сомнением глянула на собеседника. — Честно говоря, у меня до сих пор там всё пульсирует.

— Один хрен, — Димка махнул рукой. — Обычно мои подруги начинают плакать и просят быстрее закончить. А ты выдерживаешь, несмотря на юный возраст.

«Господи, какой же ты дурак… — мысленно усмехнулась я. — Так ничего и не понял…».

Мы добавили в свой организм ещё по пятьдесят грамм и переместились в «темнушку», оставив дверь приоткрытой, чтобы хоть в полумраке видеть друг друга. Одежда мгновенно разлетелась в разные стороны, наши жаждущие тела поспешно забрались под одеяло. Это было волшебное чувство, оно переполняло меня всю.

— Блин, — резко прошептал Дима, ворочаясь, — поищи там на стене, может быть, есть свет.

— Да есть, конечно, — спокойно ответила я, — просто лампочка перегорела.

— Ну ладно, — Димка разочарованно вздохнул. — А мне хотелось видеть тебя.

— Потом посмотришь! — я коротко засмеялась и по-хозяйски закинула на мужчину ногу, чтобы как можно сильнее прижаться к нему.

— Хочу тебя, — его голос в темноте наполнился страстью, рука жадно заскользила по моему телу.

— Ты когда-нибудь успокаиваешься? — я усмехнулась.

— Нет, — выдохнул Дима и впился в меня безумным поцелуем, жаркое дыхание двоих слилось воедино.

— Ммм, — я не сдержала глубокого стона и ловко села сверху. Кажется, это произошло само по себе, на уровне рефлекса.

— Ничего себе, — взгляд Димы наполнился изумлением. — А ты тигрица? — его лицо в темноте расплылось в довольной улыбке.

— Есть немного, — я всем телом легла на него и возобновила поцелуй.

— Ммм, — простонал он.

— Ммм, — вторила я и чувственно двигала бёдрами, чтобы наши письки тёрлись друг об друга, а сексуальные желания становились нестерпимыми.

— Блин, — вдруг прошептал Дима. — Кажется, у меня падает.

— Чувствую, — я прекратила движение. — Совсем мягкий! Какой же ты охотник, если у тебя ружьё неисправно? — в моём голосе прозвучала лёгкая ирония.

— Устал малость, — спокойно ответил Дима. — Попробуй поднять…

— Как? — я смущённо улыбнулась, хотя в полумраке узреть это было не так просто.

— Ой, хорош дурочку включать, — хмыкнул Димка. — Ты уже делала это…

— Ну да, — я спустилась ниже и незамедлительно приступила к поднятию павшего воина.

«Уж и дурочку включить нельзя, — мысленное ворчание захватило голову в плен. — Может, мне хочется, чтобы меня поуговаривали немного…».

— Ох, какая же ты умничка! — послышалось откуда-то сверху.

— Ммм, — я плавно двигала головой, как актрисы в кино, желание доставить партнёру максимальное удовольствие становилось всё сильнее. Тихие, едва слышные стоны изливались из глубины моей души.

— Боже, — с оттенком лживой лести шептал Дима. — Так даже опытные сорокалетки не умеют… ты настоящий талант… — он нервно подрагивал, его дыхание становилось громче. Готовность к финалу казалась стопроцентной, поэтому я поспешным прыжком вернулась в «наездницу».

— Давай, — в моих глазах загорелся дьявольский огонёк, голос звучал нетерпеливо. Разумеется, мысли о презиках пулей вылетели из головы.

— Ох, — Димка возбуждённо выдохнул, когда сама матушка-природа поглотила его. А что касается меня… я и не знаю, как описать первое в своей жизни живое проникновение. Проникновение без резины. Кажется, мои бёдра автоматически начали быстрое движение. Усталость во влагалище никуда не делась, но прилив возбуждения был слишком высоким, чтобы обращать на это внимание. Димка действительно стал эпицентром моих желаний, я хотела его всем сердцем.

— Мама! — с губ сорвался тихий стон, руки упёрлись в крепкий животик. Мне хотелось двигаться точно так же, как бабы в кино, чтобы быть в глазах избранника самой сексуальной и темпераментной. Хотя уверена, что мои движения выглядели нелепо. Всё-таки первый раз в такой позиции…

— Ох, какая ты боевая, — хмыкнул Димка. Кажется, здесь снова прозвучала лесть. Но мне хотелось принимать её как искренность.

— Тебе нравятся такие? — я закусила губу. Голос дрожал от ритмичного движения.

— Конечно, — ответил Димка, так и не открыв глаз.

— Я лучше, чем твои многочисленные шлюхи? — эти слова вырвались из меня неожиданно. Но ответа не последовало, потому что «бравый воин» снова начал терять твёрдость. — Опять? — кажется, мой взгляд наполнился досадой, движение страсти прекратилось. — Да что с тобой?

— Пьяный уже, — оправдался Димка.

— Спать будем? — я разочарованно вздохнула.

— Попробуй ещё раз поднять его, — попросил любовник. — Может, встанет… Это всё из-за алкоголя. Он губит потенцию…

— Блин! — я нахмурилась и тут же возобновила оральное волшебство, но почти сразу поняла, что любовник находится между явью и сном.

— Ммм, — он что-то говорил на пьяном языке и всё глубже уходил в сон.

— Даже так? — я смущённо улыбнулась в темноту, мой кулачок нервно сжал вялое «ружьё». — Эй, охотник! Ты чего? Спишь, что ли?

— Ммм, — снова пробормотал Дима и лениво перевернулся на бок.

— Капец, — я села на краю кровати. — Зачем так напиваться, если ты с девушкой? Сам же приставал, настаивал, хотел. А теперь…

— Всё… спать… — пролепетал Димка, его дыхание было громким и тревожным.

— Ага, — я лениво натянула футболку и выскользнула из комнаты.

В квартире было тихо. Лишь из приоткрытой двери спальни доносились неоднозначные хлопки и ритм, который можно сравнить лишь с безудержной страстью разгорячённого человека. Я осторожно заглянула внутрь, но ничего не увидела, лишь до слуха донеслось ритмичное «ах-ах-ах» Дашки.

«Забавно, — пронеслось у меня в голове. — И кто бы из нашей больницы мог предположить, что строгая Дарья Сергеевна, этот дьявол в белом халате, надежда медицинских наук, гроза гайморита и отита, будет так бодро резвиться с молодым пареньком, которого толком не знает…».

— Мама… мамочка… — тем временем бормотала она, её дыхание напоминало приступ астмы.

— Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп! — хихикнула я. — Ничего себе Илюшка бодренький, оказывается. Ну правильно… молодой же…

Наверное, это была зависть, ведь мой партнёр уснул мертвецким сном. А что делать мне? Разгорячённой и жаждущей близости? Правильно. Постараться успокоиться и тоже уснуть. Поэтому ноги сами привели меня в кухню, где я выпила ещё одну рюмку и расслабленно закурила. Сигаретный дым заполнил помещение, смешиваясь с запахом застолья. Сексуальная недосказанность, обида и нерастраченная энергетика продолжали пульсировать внизу живота, перед глазами предстал спящий Дима. Как назло, звуки из спальни становились громче.

— Ай! Ай! Ай! — Дашка уже не могла сдерживаться.

— Вот это пожар, — с прежней завистью произнесла я. — Кажется, там всё стремится к экстазу!

— А! — словно по команде, раздался женский крик, он эхом разлетелся по квартире.

— Всё, — мой голос прозвучал хрипло, — Сергеевна кончила…

Наверное, никогда ранее мне не доводилось так возбуждаться от чужих стонов. Было в этом что-то безумное, манящее. И несмотря на нестандартность ситуации, меня заводила эта спонтанность. О да! Мысли о том, что Илюшка и Дашка толком не знакомы, каким-то странным азартом засели в голове.

«Божечки, — мысленно угорала я. — Сергеевна-то у нас похлеще моей сестрёнки будет. Та хотя бы возрастную категорию никогда не путает…».

Похмелье

Открыв глаза, я глубоко зевнула и сморщилась от алкогольного привкуса. Из зала доносился громкий, беззаботный смех. Мой взгляд напряжённо пробежался по сторонам в поисках одежды и, наконец, шатающееся тело плавно выскользнуло из «темнушки».

— О, какие люди! — весело закричала Сергеевна, блядские глазки озорно блестели, словно недавно ей довелось одновременно испытать все оргазмы, которые судьба приготовила на несколько лет вперёд. — Именинница проснулась! Уже два часа дня, засоня!

— Дайте попить, — моя задница устало плюхнулась на край разложенного дивана. Мне тут же подали большой стакан с соком. Словно ждала этого всю жизнь, я жадно вцепилась в прохладный стакан и стала крупными глотками пить. Моё дыхание участилось, горло судорожно дёргалось в порывах искреннего наслаждения.

— Кайф? — хихикнула Дарья.

— Ой, мама! — простонала я и наконец-то улыбнулась. — Как говорится: «Это круче, чем секс».

— Так, этому столику больше не наливать! — весело захохотал Илья и подмигнул Дашке.

— Почему это? — я бросила в него резкий взгляд.

— Потому что, — в разговор вступила Сергеевна, — тебя простой сок радует больше секса!

— Это присказка такая, — я смутилась. — Хотя сейчас меня сок действительно радует больше, чем секс и все остальные человеческие радости.

— Совсем споили девчонку, — хмыкнул Димка.

— Не, — я покачала головой и поставила пустой стакан на стол, — сейчас покурю и приду в норму, догоню вас…

— Ну-ну, — усмехнулся Дима.

— Не нунукай, — я лениво направилась в сторону прихожей.

— Только в кухне больше не кури! — вслед мне крикнула Дашка. — Там сначала проветрить надо, а то накурили уже!

Я накинула пуховик, переобулась в подъездные шлёпки, после чего вышла из квартиры и встала между этажами на лестничной площадке. Густой клубок дыма сорвался с губ, а взгляд устремился в серый, мрачный двор. Морозный снег под ярким солнышком казался плотной массой с миллиардами бриллиантов.

Я до боли закусила губу: в памяти вдруг вспыхнули горящие глаза Димы, они буквально пожирали Дашку и её стройные ножки, нагло торчащие из-под сарафана. Какого чёрта она вообще переоделась? У неё гости, а она сидит полуголая. И Димку соблазняет, сучка! Илюхи ей мало, что ли? Симпатичный, молодой, сексуальный. Чё ещё надо-то? Развлекайся, отстань от «моего» мужика.

О да! Димка в открытую пялился на неё. Это были глаза охотника, который нацелил своё ружьё на жертву. Казалось, он пытается угадать: есть ли трусы под этим сарафаном. А это действительно было непонятно. Швы и молния скрывали все детали, словно намеренно разжигая мужское любопытство.

— Кобелина, — себе под нос буркнула я и выпустила дым в открытое окно. Разговор в формате «сама с собой» начался внезапно, как удар молнии. — Реально кобелина, как его ещё назвать? Сначала со мной покувыркался, теперь с Дашкой хочет, видимо! А она вряд ли откажет такому мужчине… Перед таким даже фригидная не устоит! А уж такая темпераментная, как Дашка… ещё и пьяная… у них по-любому что-то будет… — необъяснимое чувство ревности целиком захватило меня, сдавило грудь.

Сердце бешено колотилось, словно Димка мой мужчина, а не просто друг, с которым у меня случилась интимная близость. И по факту это действительно было так: мы тупо перепехнулись по-пьяни. Только вот сердце не желало принимать эту горькую правду, оно жаждало настоящей близости. Той самой, которая прочно связывает двух людей, не позволяя им разлучаться или уделять внимание третьему лицу. О да! В те годы наивность целиком управляла мозгом.

Когда я вернулась в зал, там по-прежнему бушевало веселье. Ритмичная музыка заполнила помещение. Дашка энергично двигалась посреди зала и весело визжала. На ней был всё тот же просвечивающий сарафан, который продолжал нахально засвечивать обнажённое тело. О да! Во время танца отсутствие нижнего белья стало очевидным: соски откровенно торчали под тонкой тканью, а между движущимися ногами мелькали женские «секретики».

«Хоть бы письку побрила, позорище!» — подумала я и злобно посмотрела на горе-стриптизёршу.

Илья с Димкой сидели на диване. Они громко хохотали и в шутку предлагали раздеться полностью. В ответ девушка дерзко показывала неприличные жесты.

— О! — она вдруг заметила меня. — Именинница вернулась! Идём танцевать! Поддержи!

— Подожди, — нахмурилась я и присела на край дивана. — Дай в себя-то прийти… хреново мне.

— Похмеляйся! — хмыкнула Сергеевна и продолжила свой бурный танец.

Примерно через полчаса вспышка эротизма захватила и меня: я сменила Дашку на «танцполе» и стала плавно двигаться под нежную музыку, словно пытаюсь выплеснуть через бёдра всю сексуальную энергию. Мои горящие глаза буквально прожигали Димку, тело чувственно извивалось, а руки неоднозначно задирали водолазку. Мне чертовски хотелось продемонстрировать предмету воздыхания свои превосходства. Да, наверное, это была тупая попытка доказать что-то в формате:

«Я моложе и свежее, чем Дашка, смотри только на меня!»

И кажется, вышел перебор, потому что в какой-то момент водолазка улетела в сторону. Как это произошло? Понятия не имею. Все мои мысли были заняты реакцией Димы. А он ничего не замечал, словно каждый день я расхаживаю перед ним с голыми сиськами. Тем не менее компания «на ура» восприняла мой жест.

— О! — одобрительно захохотал Илья.

— Пошла жара! — Дашка поддержала его смех и захлопала в ладоши. — Женечка, ты секси! С днём рождения тебя, девочка моя!

— Чё-то тухлая музыка! — Димка вдруг вскочил с дивана и подошёл к телефону. — Так будет веселее! — он достаточно быстро отыскал необходимую песню и ткнул в неё пальцем.

— Во! — крикнул Илья, услышав быстрый, зажигательный трек. — Совсем другое дело! — парень скинул футболку и устремился в центр «танцпола».

— Я тоже иду! — закричала Дарья. Она одним махом опустошила рюмку, которую долго «мариновала» в руке, после чего присоединилась к веселью.

— А я чё, рыжий, что ли? — Димка усмехнулся и тоже влился в танцевальный круг, попытавшись обнять меня за талию.

— Неа! — я ловко выскользнула из его рук, желание поиграться и пофлиртовать затмило рассудок.

К моему огромному удивлению, Димка не стал настаивать, лишь усмехнулся и тут же прижался сзади к Дарье, которая уже вовсю тёрлась об Илью. Эта шлюха совсем сбрендила от чувства азарта. По её лицу растянулась хищная улыбка, в глазах уже полыхали искорки чего-то безумного. Она энергично двигала бёдрами в безудержном танце, буквально зажатая двумя разгорячёнными самцами.

Я хмуро посмотрела на всё это и, нервно натягивая водолазку, присела на диван. В груди полыхал огонь жгучей ревности, которую невозможно объяснить. Мне совсем не хотелось делить Димку с кем-либо, но и предъявлять ему претензии на почве ревности не имело смысла. По сути, он не обманывал меня, ведь наш контакт изначально выглядел как секс без обязательств.

Я напряжённо кусала губу, пытаясь понять, что происходит в голове избранника. Почему ему плевать на интимную близость, которая случилась между нами совсем недавно. Почему главным моим качеством оказалась «обалденная пизда», а не глубина глаз или сексуальный темперамент, например? Он видит во мне просто кусок мяса? Обидно, блин…

До конца трека эта озабоченная троица весело отплясывала, руки неоднозначно касались друг друга. Мужики ничуть не скрывали своих желаний и по-прежнему пытались зажать Дашку с двух сторон, словно на свете не осталось других девушек и только Дарья Сергеевна достойна внимания. Я вдруг глянула на оттопыренные штаны Димки, затем перевела взгляд на торчащий бугорок Ильи.

«Капец, — пронеслось в голове. — Мужики все озабоченные. Вы ещё трахните эту шалаву прямо здесь, посреди зала. Не стесняйтесь меня, хули уж там…».

Я была не готова к такому раскладу. Размах вечеринки малость обескуражил меня, ничего подобного изначально не намечалось. Мне просто хотелось отметить своё двадцатилетие в кругу друзей и всё. Тихо, мирно, прилично. А если уж и трахнуться, то с уединением, чтобы не сеять похоть в застолье.

И этот развратный танец стал переломным моментом, когда я разочаровалась в празднике и в друзьях в целом. А ещё в своей начальнице, которая вела себя как последняя шлюха, полностью исключив моральные принципы и порядочность. Такое воспитание искореняет русские ценности: человек, воспитанный в нормальной семье, никогда не допустит такого, даже если ему сильно захочется.

Вон! В крайнем случае, извращенцы и алкаши придумали свингерство, где ебутся все, у кого тупо есть писька. И пусть это тоже мерзость, но хотя бы честная: там же всё по согласию. Они планируют устроить групповуху, они её и устраивают. А мои друзья ни о чём таком не договаривались и тупо под градусом превратили мой день рождения в порно-цирк.

Собственно, они все гулящие: Илюшка молодой и свободный. Он пока что трахает всех, у кого между ногами есть вагина. Ему, по-моему, не принципиально, кому присунуть. Гормоны вышибают мозги, что тут поделать. Спермотоксикоз не тётка, как говорится. Где-то месяц назад этот чудик умудрился порадовать пятидесятилетнюю бабёнку.

Димка вообще отдельный разговор. Уверенный в себе красавчик с приятным, магнетическим голосом, сильными руками и крупным членом. У него в окружении одни модели, стримерши и блогерши. И те частенько получают отворот поворот. О да! Димка не станет трахать кого попало. Только ту, которую сам захотел. На которую показал пальцем. И она пойдёт с ним, никуда не денется. Это мужчина-магнит, хрен ты ему откажешь. Только вот соблазнять его бесполезно. Увы, я слишком поздно это поняла…

А Дашка… В принципе, о том, что эта алкашка любит выпить и потрахаться, знает вся больница. Однако здесь есть некоторые нюансы. Во-первых, для загулов у неё имеется постоянный любовник. Я случайно палила их в процедурном кабинете, когда они думали, что все ушли. А вкус у неё хороший. Выбрала мощного мужика:

Молодой санитар из психушки. Кажется, Костя. Точно не помню. Симпатичный качок. Высокий, широкоплечий. Мужская сила и власть волнами исходит от него. Перед таким хочется молча сесть на корточки и начать расстёгивать ремень на его джинсах… Терминатор, одним словом. Правда, тупой как валенок. Но вряд ли Сергеевна замутила с ним для интеллектуальных игр…

Во-вторых, в моей голове никак не укладывался тот факт, что она вдруг нацелилась на Димку, хотя прекрасно знает, что этот мужчина — моя влажная мечта…

Когда энергия иссякла, а воздух стал тяжёлым, весёлая троица снова расселась на диване.

— Давайте! — звонко закричала Дашка и разлила водку по рюмкам. — За нашу Женечку!

— Поддерживаю! — кивнул Димка.

— С днём рождения, красоточка моя! — озорно хихикнула Дашка и вытянула губы трубочкой. — Дай поцелую именинницу! Моя лучшая сотрудница!

— Ой, лиса, — простонала я и контрольным движением чмокнула девушку в пухлые губки.

— Ох и сладкая ты у меня, — промурлыкала Дашка. — Целовала бы мою медсестричку день и ночь! — она звонко захохотала.

— О! — Илья поддержал смех. — А у нас тут лесбияночки, оказывается!

— Слышь! — Дашка резко толкнула шутника в плечо. — Сейчас в глаз получишь за лесбиянок!

— Вот именно, — подытожила я. — Следи за словами.

— Кроме того, — Сергеевна неоднозначно улыбнулась, — разве я не доказала тебе свою ориентацию?

— Ладно-ладно, — растерялся Илья. — Это была шутка, чего завелись-то?

— Давайте! — Димка поднял рюмку и покачнул ею в воздухе, призывая выпить. Я ответно махнула рюмкой, затем зажмурилась и стала напряжённо глотать горячительный напиток. В очередной раз это было чертовски утомительно. Казалось, что спирт овладел мною и отчаянно пытается затащить в синюю яму.

— Ой, мама! — наконец из меня с шумом вырвался воздух, лицо сморщилось.

— Держи! — Дашка тут же подала мне стакан сока.

Внутри разрасталось странное ощущение, что меня кто-то заставляет пить водку, и всё это происходит на автопилоте. Само по себе, независимо от сигналов мозга. Типа «так положено» и всё такое. Точь-в-точь как говорят конченые алкаши. Не хватало ещё слов «если ты меня уважаешь, то пей!»

Да, я действительно не понимала, зачем пью, алкоголь начинал казаться чем-то естественным, обыденным. И от этого становилось совсем тошно. Но сваливать домой в разгар собственной днюхи было как-то невежливо. Ребята же старались для меня, когда организовывали эту безумную тусовку. Малость переборщили с развратом, но всё же старались…

Через некоторое время мы с Ильёй переместились в большое мягкое кресло в углу. Я устало развалилась в нём, откинув голову на спинку, а Илья присел на широкий подлокотник. Мы с увлечением вспоминали наши весёлые детские дни, школьные выходки и общих знакомых. Собственно, подобное происходит всегда, когда мы пересекаемся.

Я активно участвовала в воспоминаниях, звонко смеялась, но краем глаза ревностно поглядывала в сторону дивана, откуда доносилось кокетливое мурчание Дашки: она шутливо отбивалась от настойчивых приставаний Димы, который что-то говорил ей на ухо и неоднозначно касался губами мочки.

— Так, мужчина! — вдруг воскликнула Сергеевна, её голос прозвучал игриво. — Что Вы себе позволяете? Что это у Вас там такое твёрдое торчит? Не стыдно Вам?

— Ты знаешь, чего я сейчас хочу? — Димка приблизился вплотную и снова начал шептать на ухо, его ладонь чувственно скользнула по тоненькой ножке.

— Ммм, — Дашка азартно закусила губу, в глазах вспыхнул огонёк. — Какой хитрый! А больше ты ничего не хочешь?

— Пока нет! — Димка встал с дивана. Он решительно схватил девушку за руку и потащил в сторону спальни.

— Эй! Ты чего? — весело засмеялась Дарья, оглядываясь на нас с Ильёй.

— Ребят! — крикнул Димка. — Мы скоро вернёмся. Не заходите в комнату минут двадцать, пожалуйста.

— Не слушайте его! — сквозь смех закричала Дашка и тут же обратилась к искусителю. — Отстань!

— Не отстану, — голос Димки уже звучал глухо, потому что он прикрыл дверь.

— Ты сумасшедший, — вполголоса произнесла Дашка. — Так, всё! Это уже не смешно.

— Садись! — «приказал» Димка. — Хочу познать твои таланты.

— Ты охренел? — возмутилась Дашка, но, судя по звуку, присела на кровать. — Чё ты тут выставил передо мной свой ху…

— Да хорош! — перебил Димка. — Не ломайся, как целка!

— Я сказала: отвали! — простонала Сергеевна и резко замолчала, словно её рот чем-то закрыли. И гадать «чем» на тот момент было крайне нелепо… Это же Димка… самый бесцеремонный человек, которого я когда-либо встречала.

— Ох умничка, — чувственно выдохнул он. — А ты не хотела. Тебе же нравятся большие конфетки, разве нет?

— Ммм, — одобрительно промурлыкала шлюха. Кажется, в этот момент у меня загорелись уши, кулаки нервно сжались.

Илья продолжал увлечённо рассказывать что-то, а я напряжённо прислушивалась к звукам за стенкой, как резко, протяжно скрипнули пружины кровати, словно на неё кто-то упал… Страстные охи сопровождались звуками поцелуев и шелестом одежды.

«Вот тварь ебливая, — мозг отчаянно генерировал злобные слова. — Ей вообще уже плевать, с кем спать, что ли? И этот кабель… тупо использовал меня! А я думала, что реально нравлюсь ему…».

— Ой! — неожиданно послышалось из комнаты. Это был крик Дашки, и он чертовски напоминал резкое, решительное проникновение, смесь боли и удовольствия.

Ну да. С Димкиной дубинкой по-другому не бывает. Поэтому всё стало очевидно: это не баловство и не блеф. Он реально засадил Дашке. Дрожа от переизбытка злобы, я резко вскочила на ноги и толкнула Илью в плечо. Ощущение, что меня использовали точно так же, как и другую девушку, заполнило все мысли, а желание провалиться на месте свело челюсть.

— Идём на перекур! — мой голос прозвучал нервно.

— Идём, — спокойно ответил Илюшка.

— Хватит топтаться! — возмутилась я и направилась в прихожую. — Давай быстрее!

— Да иду я, иду, — по-прежнему спокойно произнёс Илья, — чего ты орёшь-то?

Мне хотелось как можно скорее покинуть квартиру, чтобы не услышать ничего лишнего, только сделать этого не удалось. Переобуваясь в прихожей, я замерла: из-за двери, где скрылась страстная парочка, послышался ритмичный скрип кровати. Илья тоже замер, прислушиваясь.

— Ничего себе, как мощно шпарит! — в его голосе смешались восхищение и зависть. — Димон мощный мужик, конечно… так и надо!

— Ага, — себе под нос пробормотала я. — Шлюх надо драть именно так: жёстко и больно, чтоб не выпендривались!

— Эй! — Илья смутился. Наверное, услышать подобное высказывание от меня он никак не ожидал. — Ты чего?

— Ничего, — буркнула я. — Хватит подслушивать. Тем более что эти стоны тебе уже хорошо знакомы. Идём курить!

— Идём-идём, — Илья махнул рукой.

В подъезде, скрестив руки на груди, я нервно закурила, густой клубок дыма сорвался с губ. Илья тоже закурил. Он с интересом наблюдал за мной и никак не мог понять, что происходит. А у меня не получалось взять себя в руки, напряжённый взгляд, устремлённый в одну точку, с потрохами выдавал волнение.