Czytaj książkę: «Темнота друг молодежи»
Двадцать лет
Вечеринка в честь моей днюхи была в разгаре. Этот день я отмечала в большой компании. Куча хлопот, почти вся зарплата — и вот гости собраны. А Дашка помогла с хатой. Не в общаге же отмечать. Стыдно как-то. Двадцать лет всё-таки, не дело так. Это называется «в грязь лицом».
Честно говоря, большинство из гостей я и не знала. Их пригласил мой однокашник и самый близкий друг Илюшка. Хотел сделать мне приятное. И сделал. Столько внимания моя скромная персона не получала никогда, даже на 18-летие. Тогда размах вечеринки тоже превышал все нормы. Но на той днюхе, в свои 18, мне довелось узнать, что мужики — козлы.
Ближе к утру я услышала крики сестры. Что-то в формате «не трогай меня», «не надо» и так далее. Это был отчаянный крик, определённо привлекающий внимание. Мы с Илюшкой забежали в комнату, а там мой бывший лежит на Машке и настойчиво целует в шею, его рука копошится под джинсами, пытаясь настроить девушку на близость.
Я сразу поняла, что сестрёнка ни в чём не виновата, а просто пыталась лечь поспать, потому что устала. Честно говоря, она ещё та гулёна и любит спонтанный секс. Если нет отношений и каких-либо обязательств в верности, то потрахаться с симпатичным парнем для неё дело естественное, как почистить зубы утром.
«Шлюшка моя!» — частенько говорю я и угораю над ней.
Да, моя старшая любит загулять. Такова у неё натура. Полная моя противоположность. Нет, мне тоже нравится секс… только зависимости от этого дела, как у Машки, не наблюдается. Зажата я в этом вопросе. Наверное, именно поэтому являюсь ярым противником групповушек и прочих маразмов, где в сексе участвуют больше двух людей. Комплексы, блин.
А вот сестрёнка у меня очень раскрепощённая, сексуализация общества не обошла её стороной. Конечно, она могла бы перепехнуться тогда с моим бывшим, он мальчик смазливый. Но, во-первых, у нас в семье так не принято, мы никогда не перейдём друг другу дорогу из-за мужика. В крайнем случае, пошлём его на хрен за то, что допустил ситуацию, в которой нас стало трое. Было уже такое в школьные годы.
Во-вторых, на протяжении всего вечера по Машке было видно: девочка устала и не настроена на интрижку. На той вечеринке она даже не стала наряжаться в «секс-костюм», хотя обычно её наряды сверхоткровенные: юбочки практически не скрывают женские «таинства», блузки насквозь засвечивают небольшие груди-домики, а в ткань едва заметно вшиты две пуговки, типа того соски торчат. Забавная имитация, но у мужиков от этого слюнки текут, я сама не раз замечала.
А тут вдруг джинсы и толстая водолазка, никакого вызывающего макияжа. Голос размеренный, не игривый, выражение лица спокойное, уставшее. Собственно, как и у любого врача-интерна. Другими словами, у неё не было настроя на мужиков, это я видела невооружённым глазом. Тем более секс с занятыми для неё запрет.
Ну, а в-третьих, во время этого совращения её тело было «деревянным», на лице застыл искренний страх. Да-да, возбуждением здесь и не пахло, как говорится, хотя в этих вопросах Машка огнеопасная и заводится мгновенно. Ей вообще плевать, какого качества любовник, она возьмёт инициативу в свои руки, если перед ней окажется мужик-бревно.
Кроме того, моя сестра не дура и не стала бы орать во всю глотку, чтобы позвать на помощь. Трахаться тихо и стонать «в подушку» для этой девочки дело привычное, потому что чаще всего близость у неё происходит где-нибудь на тусовке, в формате «побега» от основной компании.
Собственно, так мы и расстались с бывшим. Хотя я бы послала его при любом раскладе, а сестру простила бы. В конце концов, инициатором-то выступает мужчина. Вряд ли Машка затащила этого кобеля в комнату, положила на себя и засунула его руку себе в трусы. А потом начала орать во всю глотку, типа спасите-помогите.
Но вернёмся к моему двадцатилетию. Увы, Машки на нём не было, у неё выпало ночное дежурство. А в их отделении даже поменяться толком не с кем. Пахала она тогда за троих, как говорится. Поэтому пришлось праздновать без неё.
Мы веселились до глубокой ночи и примерно в районе двух часов остались в «кругу своих». А точнее: я, Дашка, Илюшка и, конечно же, старый знакомый Димка. Мужчина, который на тот момент был моим наваждением. Как часть души, и эту часть нельзя вырезать безболезненно.
Мысли о нём изначально грели душу, избавляли её от боли расставания. Только вот он не обращал на меня никакого внимания.
«Вполне возможно, причина кроется в возрасте… — вертелось в голове. — Ему же 31… на фиг я ему нужна…»
Меня трясло от нехватки его внимания. Хотя, по сути, это была банальная нехватка мужика, извиняюсь за прямоту. Чисто на животном уровне. Инстинкты. Ещё бы! Тогда телу особенно не хватало разрядки, ведь это было началом половой жизни: бывший тупо раздразнил меня, запустил гормональный механизм, так сказать.
Если выразиться фигурально, это когда секс начался и закончился. А у тебя в вагине он всё ещё продолжается. И ты вроде готова кончить, но почему-то не получается. Твоё тело извивается, живот непроизвольно втягивается, все мышцы напряжены, но вот оргазма всё равно нет. Ты смотришь на мужика. Он доволен, как кот, который наелся сметаны, и как назло спрашивает, сколько раз ты кончила. Короче, ситуация из разряда «не доделал». Девочки поймут…
Скорее всего, именно это состояние и спровоцировало моё безудержное влечение. У меня тупо сносило крышу от голода. А Димка… Димка просто похож на мой типаж: красивый, стройный, высокий, уверенный в себе. Его невозможно ничем смутить или удивить, он всегда готов на любой движ, начиная от веселья, заканчивая бурными разборками.
От таких парней у меня сразу потеют ладошки, а ноги непроизвольно раздвигаются. Ещё в период полового созревания мне частенько снились такие мальчики. И впервые я просыпалась с рукой в трусах… Наверное, эти сны и сформировали внутреннее восприятие мужчин. Кроме того, это похоже на моего папу. А, как известно, мы подсознательно выбираем мужчин, которые похожи на наших отцов…
Да, мой папа достаточно суровый, мощный мужик, не терпящий возражений. Как сказал, так и будет. Но при этом он всегда может выслушать и уступить, признать свою неправоту, чтобы выбрать иррациональное решение. Вот и Димка выглядел таким же, поэтому юное сердечко воспринимало это как любовь, а не либидо. Димка казался тем самым, который дарован судьбой, единственный и неповторимый.
Мы с ним уже не первый раз пересекались на тусовке, и снова он стал эпицентром моего внимания. Кажется, я подсознательно пыталась коснуться его или «случайно» толкнуть, остро пошутить и так далее. Наверное, это замечали все, кроме него. Хотя в некоторые моменты этот удивительный мужчина позволял себе странные неожиданности. Например, под шутливым предлогом он обнимал меня за талию, по-дружески целовал в щёку, при этом совсем не по-дружески касаясь сисек. Ну… случайно, блин… с кем не бывает?
А один раз вообще шлёпнул по жопе. И это произошло естественно, словно так и надо. Просто Дашка завела шутливую тему о том, что я ещё ребёнок и периодически меня надо пороть за непослушание. Она же мой начальник. Поэтому шутка выглядела логичной. Вот и Димка в этот момент решил, что надо наглядно продемонстрировать, как именно меня следует пороть.
И в каком-то смысле это была маленькая победа: любое интимное прикосновение казалось верной дорожкой к совращению красавчика. Хотя не факт, что секс на тот момент фигурировал в моих планах как самоцель. Скорее, он был инструментом в сближении, чтобы проверить возможность наших взаимоотношений, готовность на любой шаг стопроцентная. По-другому почувствовать ответную связь от мужчины нельзя, ведь именно после секса всё становится ясно…
И словно знаком судьбы, глубокой ночью мы остались вдвоём. Куда делись Дашка с Илюшкой, я понятия не имела. Собственно, мне было не до этого, потому что Димка вдруг схватил меня за руку и повёл в сторону спальни. Это был неожиданный поворот. С одной стороны, где-то в глубине души разгорелось чувство победы. С другой — растерянность. Чё теперь делать-то?
«Довертелась жопой, блин, — мысленно я смеялась над собой. — Теперь придётся трахаться…».
Димка действительно вёл меня в комнату уверенно и легко, словно мы заранее договаривались об уединении. От неожиданности у меня перехватило дыхание. Сопротивление стало временно недоступным.
— Блин! — я споткнулась на ровном месте, но последовала за мужчиной, как собачонка. — Куда ты меня тащишь? С ума сошёл?
Димка ничего не ответил, а просто завёл меня в комнату и плотно закрыл дверь. В темноте, которую прорезала полоска света из-под двери, я растерянно смотрела на него. Сердце колотилось где-то в горле и отдавалось в висках.
— Ты чего? — я продолжала негодовать.
— Хочу поздравить тебя с днём рождения индивидуально, — голос Димы, обычно уверенный, вдруг дрогнул и с потрохами выдал волнение, руки легли мне на талию.
— Ты серьёзно? — удивилась я, моя решительность мгновенно растаяла под напором мужской близости. — А ничё, что это Дашкина комната? А если она зайдёт, а мы тут… — голос сорвался на испуганный шёпот, мозг сам генерировал отмазки. Наверное, это и называется «ломаться», чтобы пробудить в мужчине охотника, который не воспринимает отказа. К счастью, мои аргументы оказались для Димы слишком неубедительными.
— Успокойся, — усмехнулся он. — Дашка с Ильёй в ванной заперлись. Им сейчас не до нас… Да и нам, кажется, тоже будет не до них, — губы коснулись моей шеи.
— Ах! — я запрокинула голову и почувствовала, как по спине разбегаются мурашки. — А зачем Илюшка с Дашкой в ванной заперлись?
— Щас покажу, — на этих словах Дима начал так активно атаковать шею, что я мгновенно забыла про свой вопрос.
— Мама! — вырвалось из меня, уровень волнения стал повышаться.
— Сладкая, — шептал Димка, обжигая шею горячим дыханием. — Съем тебя!
— Съешь… — мне уже не хотелось сопротивляться. Да и какой в этом смысл? Сама же провоцировала его.
Не скрою: я всем телом тянулась к этим ласкам и особенно отмечала возраст искусителя. Мне никогда не доводилось испытывать что-либо подобное с двадцатилетним сверстником. Опытные руки чувственно проглаживали мою спину, периодически задирали тонкую ткань водолазки, кончики пальцев случайно касались кожи.
А поцелуи в шею были неторопливыми, в меру настойчивыми и глубокими. Я искренне извивалась в сильных руках и едва слышно постанывала. Алкоголь шумел в голове, но ещё больше пьянила мужская близость. Запах страсти, которая стремительно набирала обороты. Внезапно Дима отстранился и одним ловким движением стянул с меня водолазку.
— О Боже, — восхитился он. — Какая же ты классная.
— Я такая! — в моём голосе прозвучало лёгкое смущение. — А ты сомневался?
— Нет, — Димка тоже избавился от футболки. — Ни на секунду не сомневался, что твои сисечки классные, это видно даже через лифчик.
— Льстец! — я озорно хихикнула и ловко освободила грудь от лишней ткани, которая тут же улетела в неизвестном направлении.
— Ох, мама, — Димка прерывисто выдохнул и снова прижался ко мне. Мои набухшие груди буквально расплющились об его крепкое тело. Жаркий поцелуй возобновился.
— Ммм, — я откровенно утопала в пухлых губках. Симпатия становилась невыносимой, этот мужчина окончательно затмил собой всех остальных кандидатов. А их на тот момент было чертовски много. Правда, это «ухажёры» по переписке, но все в полной «боевой готовности» трахнуть меня в любой момент. Охотники, мать их! Что тут ещё скажешь?
А вот Димка был в моих глазах серьёзным мужчиной. Почему я так думала? Понятия не имею. Мне казалось, что после секса он сразу забудет всех своих гламурных блядей и сосредоточится на мне. Дура наивная. Но куда мне было деваться? Этот удивительный мужчина творил такое, чего мне не доводилось пробовать с бывшим. Передо мной словно открылся мир новых ощущений.
И началось всё с того, что Димка склонился над моей грудью. Я удивлённо уставилась на него и не успела опомниться, как пухлые губки захватили в плен торчащий от волнения сосок. Так получилось, что это было первое прикосновение в подобном формате. Бывший вообще не целовал меня ниже шеи. По моему телу пробежала дрожь, глаза продолжали сверлить искусителя.
— Ммм, — он тихо мурлыкал, словно сосёт вкусную конфетку, тёплые ладони так мягко гладили и массировали попу, что у меня закружилась голова от переизбытка возбуждения.
Хотя основной шквал новых ощущений сосредоточился в груди и сосках. Дима поочерёдно ласкал их, его дыхание обжигало. Я по-прежнему не могла оторвать от него глаз. Его действия оказались большой неожиданностью для неопытного тела.
Наверное, на фоне этого мои чувства начали укрепляться. Димка стал казаться мне первым и настоящим. Тем самым, который раскрывает в девочке женщину…
— Ты вся дрожишь, — вдруг заметил он и присел на корточки, пальцы уверенно взялись за резинку лосин.
— Волнение, — пояснила я, с нежностью поглаживая мужчину по голове.
— Ммм, — он одобрительно промычал и осторожно приспустил лосины вместе с трусами. — Какая прелесть… — голос дрогнул в новом приливе возбуждения.
— Да, — только и смогла ответить я. Мне совсем не хотелось разговаривать. В эти моменты безмолвие было дороже любых слов.
— У тебя очаровательная пиздёнка, — хмыкнул Дима.
— Сам ты пиздёнка, — я сильно покраснела и сделала пару жестов, помогая снять лосины. — Что за выражения?
— Нормальные выражения, — Димка откинул лишнюю ткань в сторону и медленно поднялся на ноги.
Он буквально усадил меня на кровать. Разумеется, я уже отлично знала, что надо делать дальше: бывший хоть и не ласкал меня, зато минет у нас был стандартной процедурой, без которой секс не начинается. Собственно, такое происходит во многих постелях. Но с Димой всё казалось особенным, новым и неизведанным.
Я сидела на краю кровати и плавно двигала головой. Горячие охи сводили меня с ума. Наверное, внутри моей черепной коробки был миллиард мыслей. Там буквально поселились тараканы. Они разбежались по мозгам, и каждый выбрал свою извилину, чтобы атаковать её.
— Какая ты умничка, — тихо шептал Димка.
— Ммм, — отвечала я и продолжала оральное волшебство.
Димка оказался чертовски долгоиграющим. Другой бы уже давно разрядился мне прямо в рот. А этот горячий самец держался достойно.
«И неудивительно, — думала я. — По-любому у него куча умелых баб… и моя задача — стать лучшей из них, затмить всех своей скромной персоной…».
Разумеется, у меня в голове не было ни одной мысли, как впечатлять мужика, который не знает понятие «серьёзные отношения». Как заставить его сосредоточиться на одной девушке. А конкретно на мне. Наверное, поэтому сексуальный темперамент стал основным оружием в борьбе за его внимание.
А что ещё можно было сделать? Демонстрировать свою хозяйственность и готовность к семейной жизни? Рановато. Да и не было у меня уверенности, что я действительно готова стать женой. Единственное, что можно было утверждать точно, — Дима моё наваждение, и рядом с ним сердце начинает биться быстрее.
Вскоре наши разгорячённые тела суетливо катались по кровати, комнату заполнили влажные чмоки и жаркое дыхание. Прямо как в любовном кино. От переизбытка эмоций хотелось визжать во всю глотку, это был настоящий сексуальный перегрев.
«Вот он, — думала я, мысленно сравнивая Димку со своим первым, — настоящий мужчина…».
Мы достаточно долго ласкались, никогда у меня не было такой длительной прелюдии. Кажется, я немного забыла про секс. В смысле забыла о проникновении и прочих элементах непосредственной близости мужчины и женщины: мне хотелось просто ласкаться и бесконечно сходить с ума в этих сильных руках, извиваться под умелыми ласками.
О да! Димка словно пытался свести меня с ума. Он буквально атаковал шею жаркими губами, водил кончиком языка по груди, соскам, животу, но в какой-то момент приблизился к сокровенному. Меня бросило в жар, какой-то странный испуг пробежался по всему телу.
— Не надо там, — голос прозвучал резко, уверенно.
— Почему? — Димка нахмурился.
— Не надо меня там целовать, — повторила я. Мне было страшно разрушить идиллию, получив неприятные щекотки в районе клитора: опыт с бывшим на всю жизнь засел в голове.
— Как скажешь, — пожав плечами, Димка встал на ноги и начал шарить у себя в джинсах в поисках резинки.
В полумраке он выглядел особенно эротично. Хотя мне уже было плевать, какая у него фигура, в первую очередь голову заполняли мысли о предстоящей близости. Для меня это было не просто соединение писек, это было слияние двух людей, которые длительное время флиртуют и строят друг другу глазки. Мне казалось, что наши желания достигли пика и сдерживать их уже нельзя.
Забавно, но я почему-то начала представлять, что мы живём вместе, а в данный момент находимся дома и вот решили пошалить перед сном. О да! Это была очередная волна тараканов в голове. Видимо, они там тоже трахались, потому что размножались с невероятной скоростью.
— Ты долго будешь ковыряться? — вдруг возмутилась я.
— Да презик никак не найду, — Димка полез в задний карман. — Вот он!
— Нашёл? — я игриво закусила губу.
— Да, — собеседник кивнул. — Как раз один остался. Специально для тебя.
— Ну спасибо, — я ухмыльнулась, — что хоть один мне оставил, кобелина! — в голосе послышалась смесь горечи и лёгкого сарказма.
— Для тебя резиночка всегда найдётся, — заверил Димка, — даже не сомневайся.
— Иди ко мне, — прошептала я искренним, чистым голосом.
— Щас, — хмыкнул Димка, — наряжусь и приду.
— Наряжайся, — промурчала я. Мой взгляд вдруг пробежался по худощавому телу и сосредоточился на длинной «волшебной палочке», бодро торчащей между сильными, рельефными ногами. Честно говоря, от этого зрелища внутри всё нервно сжалось. Ещё бы! Ранее такую длину мне доводилось видеть лишь в фильмах.
— А ты чего напряглась-то? — заметил Димка, «профессиональными» движениями разглаживая презерватив по своей «арматурине». — Всё хорошо, не волнуйся! — на этих словах он забрался на кровать.
— Всё хорошо, — подтвердила я и, кажется, слегка покраснела. Мои ноги максимально раздвинулись, чтобы мужчине было удобнее…
В целом, всё прошло нормально, мои страхи не оправдались: крупный пенис не причинил мне никакого дискомфорта, а наоборот, доставил неимоверное удовольствие. О да! Несмотря на неопытность, мне всё же удалось сосредоточиться на процессе и целиком отдаться мужчине, внутри бушевало неуправляемое желание быть ближе, чем это возможно физически.
Я отчаянно прижимала к себе крепкое тело и вдыхала его запах, царапала кожу ноготками. Весь мир перестал существовать, а все остальные мужчины растворились в ритмичных движениях Димы. Мы просто сходили с ума от переизбытка близости, отдаваясь друг другу целиком и полностью.
Бурный скрип кровати мгновенно смешался с нашим горячим дыханием, в букет этих звуков органично влился мой тихий, сдавленный стон. В глубине души неумолимо разрасталось что-то непонятное. Это были чистые, светлые чувства, описать их словами просто невозможно. Они придавали возбуждению особый шарм.
Атмосфера накалялась. Казалось, что даже воздух нагрелся. Я напряжённо смотрела в потолок и ноготками до боли впивалась в мощную спину. Где-то внизу живота стало появляться знакомое предоргазменное ощущение, которое мне довелось познать несколько лет назад при знакомстве с собственным клитором. Тогда и произошёл первый и единственный в жизни оргазм. Слабенький, но чертовски приятный.
И как бывший ни старался, довести меня до этой сладостной вершины не мог, потому что тупо не думал о том, что девушку необходимо разогревать перед сексом, а не просто тыкать в неё членом, как животное. Хотя и в сексе он действовал неправильно: грубо, резко, эгоистично. Его совершенно не волновало, что я ощущаю.
А Димка был сосредоточен на моих ощущениях так, словно решает математическую задачу. Он действовал чётко и спланировано. Казалось, что этот удивительный мужчина чувствует моё тело, как своё. Мы словно слились воедино. И в силу неопытности для меня это было бесценно.
Честно говоря, мне думалось, что всё так и завершится в «классике», но в какой-то момент сильные руки перевернули меня на живот. Разумеется, долго объяснять взрослой девочке не надо, поэтому я приподняла бёдра, чтобы установить тело в «догги-стайл». В этот момент с мужских губ сорвался такой чувственный «ох», что моя самооценка подскочила до потолка.
— Жопа — огонь! — послышался дрожащий голос.
— Не жопа, — я вздохнула, — а попа.
— Ага, — Дима пристроился.
Движение страсти возобновилось. Это было настоящим безумием. Я чувствовала сильные руки на своей талии и готова была взорваться от нарастающих эмоций. Новое предоргазменное ощущение зародилось внизу живота. Димка снова стал эпицентром жизни, в нём сосредоточились все мои желания.
Ритмичные хлопки становились всё громче. Удивительно, что при таком яростном сексе мне не было больно. А точнее, было, но это возбуждало до предела. Уверена, что с бывшим я бы не вынесла такой бурной «долбёжки» и пришлось бы «просить пощады». Но с Димой всё было по-другому. Моё тело само по себе отдавалось этому мужчине.
— Ммм, — он внезапно замер, руки сильнее сжали талию.
Звучит странно, но в этот момент я тоже кончила. Да-да, с фактами спорить невозможно. Где-то внутри всё сладостно сжалось, распространяя по животу приятные волны мышечных сокращений. Комнату накрыло моим сдавленным стоном. Мне ни на секунду не удавалось расслабиться — всё тело было натянуто струной, его буквально избивали конвульсии.
Димка словно не хотел прерывать наше соединение. Он долго лежал на мне и целовал в шею, а бёдра совершали плавные, чуткие движения, завершая «любовный акт».
— Ммм, ммм, ммм, — наконец, мужчина сделал три финальных толчка, после чего устало перевалился на спину. — Фух! — сорвалось с его губ.
— Утомился, — заметила я.
— Не дождёшься, — с ухмылкой ответил Димка. — Это только начало. Трахал и трахал бы тебя. Как говорится, без перерыва!
— Почему? — осторожно спросила я, надеясь на какое-то откровение, мне хотелось ощутить ещё больше духовной близости, убедить себя в том, что мы переспали не просто так.
— Что почему? — переспросил Димка.
— Почему ты хочешь трахать меня бесконечно? — кажется, я немного смутилась.
— Потому что у тебя обалденная пизда, — пояснил Димка. От этих слов меня едва не вывернуло наизнанку. Как? Только поэтому? Да и вообще! Что за выражение! Слово «пизда» всегда было недопустимым для меня. Ни один мужчина так не говорил о моей письке. Ладно, если это говорит женщина. Ей можно. А когда мужчина, становится как-то стрёмно.
— Опять пизда? — я нахмурилась. — Нельзя как-то уважительнее ЕЁ называть? Это звучит мерзко!
— Да ладно тебе, — хмыкнул Дима. — Как ни назови, а пизда останется пиздой.
— Пизда у коровы, — мой голос дрогнул от обиды, — а я человек!
— Да хорош обижаться, — Дима вздохнул. — Мне просто нравится называть всё своими именами.
— Ясно, — я махнула рукой, — тебя не переубедишь.
— Щас передохну, — задумчиво начал Димка, — и вернусь в эту жаркую пизденку. Я уже влюблён в неё. Жаль, что она небритая.
— Хватит! — возмущение едва не разорвало меня на части. — Что это за выражения? Перед тобой девушка или уличная блядь? Тем более у меня там всё нормально. Просто маленький «ёжик». А если ты хочешь гладенький «бутончик», вали к гламурной шлюшке! — это вырвалось из меня само по себе.
— Не обижайся, — настаивал Димка. — Я просто хочу сказать, что этой ночью ты будешь оттрахана ещё не раз!
— Ммм, — я попыталась успокоиться и перевести тему, — а мы ненасытные?
— Ещё какие! — тяжело дыша, произнёс Димка. — Тебе и не снилось!
— Конечно, не снилось, — мой голос прозвучал задумчиво. — Я же… я же в этом деле совсем недавно.
— Да ладно? — удивился Димка и резко лёг на бок, лицом ко мне. — Ты хочешь сказать, что только недавно начала половую жизнь?
— Ну да, — я пожала плечами.
— И насколько недавно? — не унимался собеседник.
— Не скажу, — я кокетливо показала язык.
— Ну ладно, — Димка не стал настаивать, — не говори.
— Слушай, — протянула я. — А мне всё равно непонятно: зачем Дашка с Ильёй в ванной закрылись?
— По-моему, я наглядно продемонстрировал тебе, зачем! — коротко захохотал Димка. — Ты чего как маленькая? Зачем два человека противоположного пола уединились в ванной? Фантики собирают, наверное.
— Охренеть, — на мгновение я нахмурилась. — Дашка совсем с цепи сорвалась. Они же толком не знакомы даже…
— Ну вот, — через вдох начал Димка, — они и решили, что надо познакомиться поближе…
— Разврат какой-то, — я поморщилась, но тут же взяла себя в руки. — Ладно. Ну их в жопу! Пошли курить. Мне нужно в себя прийти.
— Ага, — Дима с поразительной нежностью погладил мою вспотевшую спину. — После таких страстей это необходимо.
— Ммм, — промурлыкала я, по спине мгновенно разбежалось сладостное тепло. — Вот так очень приятно… — может быть, это странно, но тогда мне впервые в жизни удалось ощутить этот кайф. — Погладь… ещё…
— Так? — Димка начал гладить меня от лопаток до задницы.
— Да, — мой голос снова прозвучал, как кошачье мурчание. Я закрыла глаза. — Это сказка… А после секса особенно кайфово.
— Ты вся в мурашках, — заметил Димка. — Даже на жопе мурашки есть.
— А ты ещё дольше погладь и удивляйся, — сквозь смех начала я, — что у меня мурашки!
— Обожаю реакции женщин на ласку, — вдохновенно прошептал Димка.
— Какая ещё реакция может быть, — вздохнула я, — когда девочку гладят по спине и попе? Это вы, мужики, чёрствые. А мы любим ласку.
— Эт точно, — согласился Димка и стал невероятно трепетно целовать между лопатками, ладонь скользнула к попе. От этого по всему телу разлилось новое тепло.
— Ой, кайф, — мурчала я, чувствуя, что ещё немного и усну от наплыва нежности.
— Всё, идём курить! — Димка неожиданно бодро шлёпнул меня по заднице. Этот шлепок мгновенно убил весь сон.
— Идём, — я начала лениво подниматься с кровати. — Капец, у меня ноги не ходят! Такое ощущение, что член до сих пор находится там… — это признание вырвалось само по себе.
— Так бывает после бурного секса, — поведал Димка.
— Знаю, — моё лицо залилось румянцем.
«Ага, конечно! Знаю! — подумала я. — Это вообще третий раз в моей жизни, а первые два были с десятисантиметровым стручком…».
— Если ноги не ходят, — продолжал мысль Дима, — значит, секс был достойным.
— Это точно, — согласилась я. — Сложно поспорить.
— Хотя ноги — это не главное, — голос Димы прозвучал задумчиво. — После секса главное, чтобы между ними горело.
— Маньяк озабоченный! — весело хихикнула я, но тут же успокоилась. — Между ногами у темпераментного человека всегда горячо.
— Не поспоришь, — Димка азартно закусил губу.
Мы стояли у окна, прижавшись друг к другу плечами, и расслабленно курили. Ночной воздух приятно обдувал разгорячённые тела. Никто не хотел разговаривать. Безмолвие на тот момент казалось частицей жизни, в которой расцветает истина и умиротворение. Но долго молчать не может ни одна женщина, поэтому слова сами начали изливаться из меня.
— До сих пор жарко, — внезапно я нарушила тишину и чувственно выпустила дым в звёздное небо.
— С тобой иначе никак, — задумчиво произнёс Димка. — Ты удивительная: умная, красивая и очень страстная.
— Ой, да ладно тебе, — смущение разлилось по моим щекам. — Я девочка молодая, конечно, но не глупая. Мне лишних слов не надо!
— А зря, — Димка легонько поцеловал меня в висок, от чего я едва не замурлыкала, как мартовская кошка.
— Почему зря? — моё лицо расплылось в нежной улыбке.
— Потому что это правда, — спокойно ответил Дима. — Ты действительно такая.
— И без тебя знаю, — мой голос прозвучал как-то неуверенно, — что я лучшая.
— Знаешь, — согласился Димка. — Но лучше один раз услышать, чем сто раз поду…
— Тихо! — перебила я и вдруг замерла, напрягая слух.
— Что? — Димка удивлённо уставился на меня.
— Дашка разговаривает! — заметила я. — Она на кухне, слышишь?
— И что? — улыбнулся Дима.
— Как это что? — воскликнула я. — Значит, ванная свободна!
— А… — протянул Димка. — Ну, беги! Ты первая.
— Конечно, первая! — визгнула я и собрала свою одежду с пола. — Это вам, мужикам, после секса много не надо. Повесил писюн над раковиной и за две секунды привёл его в порядок. А у нас целая процедура.
— Точно! — вслед крикнул Димка. — Давай-давай! Приводи пизду в порядок.
От этих слов меня бросило в жар. Опять «пизда». Что он за человек такой? Кто вообще позволил мужикам так выражаться о девушках? А где же «розочки», бутончики или писечки? Куда делись эти милые, прикольные названия? Совсем огрубели кавалеры, мать их!
Прижимая к себе одежду, я молниеносно переместилась в ванную, закрыла дверь и разочарованно уставилась на сломанный засов. Это было весьма неожиданно, ведь в компании, где отдыхают люди разного пола, засовы на дверях ванной и туалета всегда должны быть в порядке.
— Блять! — сорвалось с губ. — Просто супер! Ладно… Никто не зайдёт, надеюсь.
Я стояла под мощными струями воды и с искренним наслаждением подставляла мыльное лицо под душ, пальцы тщательно промывали брови и веки. Никогда ранее мне не доводилось так радоваться элементарному принятию душа: после горячего секса это было невероятно приятно.
«Интересно, — вертелось в голове. — Для него это просто секс по-пьяни или что-то большее…».
Мысли ни на секунду не оставляли меня, но я продолжала наслаждаться тёплыми струйками. Вода чувственно стекала по шее, путалась в мокрых волосах и щекотливо бежала дальше, по изгибам тела. Наверное, со стороны это выглядело чертовски эротично, как в кино, несмотря на то, что моя цель была вполне бытовой — привести себя в порядок.
— Какая прелесть, — неожиданно послышался хрипловатый мужской голос. — Аж член зашевелился… — этот голос всерьёз напугал меня, ведь я стояла с закрытыми глазами и не видела появления «гостя».
— Боже! — мой крик эхом осел на стенах, адреналин целиком заполнил грудь, а испуганный взгляд устремился в сторону двери. — Дима, ты больной? Хочешь, чтобы я обоссалась от страха?
— Ну, ничего страшного, — хмыкнул мужчина и упёрся плечом в дверной косяк. Его взгляд бесцеремонно скользил по моему телу. — С удовольствием посмотрю на твою струйку… Уверен, она чертовски горячая.
— Фу! — возглас вырвался из меня сквозь смех. Если честно, от этих слов стало как-то мерзко, несмотря на то, что я будущий лор и брезгливость мне не знакома: готовность к работе с соплями и мокротой изначально была стопроцентной. Тем не менее приступ тошноты подкрался к горлу, но мне достаточно быстро удалось успокоиться — на тот момент пошлость воспринималась как мужская дерзость, уверенность в себе и всё такое. — Извращенец ты! — эти слова прозвучали уже без отвращения, а скорее с изумлением.
