Он был следователем в XXI веке. Работал в системе, где правду приходилось выцарапывать у адвокатов, взяток и влиятельных покровителей. Где каждый шаг — под протокол, каждое слово — под запись.

Теперь он в Испании XV века. Здесь система — он сам. Здесь между костром и жизнью — только его совесть. Здесь нет адвокатов, нет свидетелей защиты, нет права на ошибку. Есть донос, есть подозрение и есть дознание, после которого не все возвращаются.

Он не знает, как ускорить прогресс, не умеет изобретать порох и строить паровые машины. Он плохо держится в седле и совсем не умеет фехтовать. Но он умеет одно — искать. Смотреть, слушать, сопоставлять, видеть ложь там, где другие видят чудо, и правду там, где другие видят ересь.

Он не знает, выживет ли в этой схватке. Но он знает одно: он обязательно найдёт правду.

Потому что искать — это единственное, что он умеет по-настоящему.