Czytaj książkę: «Старуха»
Повесть. Старуха.
На веранде с открытыми широкими окнами небольшого старого деревянного дома в громоздком и старомодном, потемневшем от времени, но удобном, хотя и скрипучем кресле, завернув ноги пледом , сидела старуха. Кресло стояло около большого овального стола, накрытого пожелтевшей от времени льняной скатертью с вышитыми по ее краям букетиками теперь уже почти выцветших фиалок. На столе по-хозяйски в центре красовалась старинная изящная ваза с отколотым куском от горлышка. Из вазы торчала прошлогодняя ветка какого-то сухоцвета.
Около старухи всегда стояла потускневшая от времени объемная и широкая чашка, как всегда, с недопитым чаем. И рядом в вазочке немного конфет. Фантик от съеденной конфеты, как обычно, валялся рядом на полу, ветер любил шалить, коль уж все окна были раскрыты настежь. Он обычно влетал в одно окно, наводил свой порядок на столе, потом взбивал остатки волос на макушке старухи и уносился по своим ветреным делам через другое окно. Его приход часто будил мирно вздремнувшую старуху. Порой он приносил ей какой-нибудь отголосок воспоминаний. Но усталый мозг старухи не справлялся с этой работой и отталкивал его
от себя. А назойливая и вредная память никуда не уходила. Она, тихо забившись в дальний угол, выжидала.
В поселке, в котором находился дом старухи, весна уже приближалась к лету. Стояли теплые и солнечные дни. Старый сад, окружавший дом, всю зиму был больше похож на какой-то гигантский, вывороченный из земли пень, повернутый всеми корнями вверх, теперь при помощи молодой листвы постепенно превращался в то, что можно было именовать садом. Но с веранды, особенно с того места, где располагалась всегда старуха, просматривался кусочек улицы. Старухе была видна довольно широкая дорожка, идущая вдоль домов, при том, что с внешней стороны было очень трудно рассмотреть, что делалось на веранде. Впрочем хозяйка уже пребывала в том возрасте, когда становится безразлично чужое внимание.
Утро теплое и веселое, на улицу так и манит. Народ, который круглый год живет в поселке, повылезал из домов. С их дворов доносятся шум, голоса, шуршание прошлогодних листьев под ногами, которые окончательно просохли из-за солнечных дней без единого дождя. Старухе нравится такая погода, соседи же ждут дождя, пора возделывать грядки и окучивать посадки.
По улочке мимо старухиного дома вприпрыжку идёт девочка лет семи, она выгуливает свою небольшую и шуструю собачонку. Девочка переодически дергает за поводок и покрикивает на псинку. Похоже, это еще щенок. Девочка маленькая, щупленькая, с густой гривой рыжих волос, кое-как собранных на затылке в короткий, торчащий во все стороны, хвостик. За ней ускоренным шагом идет, наверное, ее бабушка, женщина немолодая, но и в старые ее еще не запишешь. Женщина переодически окликает девочку, прося ее не убегать слишком далеко. Имя у девочки старухе нравится, и есть на то причина. Зовут эту девочку Марта.
Кроме веселой девочки со щенком и догоняющей их бабушки, мимо прошаркал старый дед с шуршащим и надуваемым ветром пакетом в руке. В конце улицы стоит торговый ларек с вечно черствым хлебом и всякой всячиной, скорее ненужной, чем нужной. Позже, днем сначала проехала компания сорванцов на велосипедах. Старуха слышала, как они этот вид транспорта обзывают великами. Но у нее все эти «убогие новшества» в мыслях не приживались. Потом проковылял бездомный местный пес, старый, как и она, житель поселковой помойки. Идя вплотную вдоль ее забора, пес беспрестанно нервно терся плешивым боком об доски. Ветхий забор угрожающе скрипел, трещал и шатался. Старухе было все равно уже, все когда-нибудь должно рухнуть.
Периодически старуха начинала дремать, то откинув голову на высокую спинку кресла, то воткнувшись подбородком себе в грудь. А иногда, казалось, что она засыпала, но с открытыми глазами, которые напряженно всматривались во что-то видимое только ей.
Старуха уже прожила очень долгую жизнь, много всего случилось за это время и с ней и вокруг нее. Было у нее аж три мужа. С первым она прожила недолго. Раздражаться друг на друга они с мужем начали почти сразу же, но, однако, успели родить дочь и довести ее до первого класса. На том и расстались. Марта, так звали эту старуху, осталась воспитывать ребёнка одна. Девочка получалась умная, здоровая, но с очень трудным и неуживчивым характером. Видно, раздраженное состояние родителей так на ней сказалось. Потом случился второй брак. Новый муж человеком оказался добрым и тихим. Посодействовав в сотворении двоих детей с минимальной разницей в возрасте, через несколько лет неожиданно умер от сердечной недостаточности. И Марта опять осталась одна, но теперь со всех сторон окруженная детьми. В таком положении она уже не могла продолжать работать экскурсоводом по достопримечательностям Москвы. Родители ее умерли рано, сестер и братьев у нее не было, помощи следовательно ждать было неоткуда. Денег на помощницу тоже теперь не хватало. Работать было необходимо. Имея хорошие знакомства во всех музеях города, вскоре Марта удобно устроилась в тихий музей прикладного искусства хранителем и экскурсоводом. Она совмещала сразу полторы ставки, что было выгодно по деньгам и удобно по времени. Да и дети,если болели или еще по каким-то причинам не шли в школу, могли весь день околачиваться с ней в музее. Правда, иногда приходилось подключать старшую дочь, которая к тому времени уже училась в институте и работала. Но жили они пока по-прежнему все вместе.
Так прошло много лет, дети подросли. Старшая дочь давно уже работала, замуж она, похоже, и не собиралась. И без того тяжелый ее характер, за последние годы еще более потяжелел и обострился. Младшие погодки, и сын и дочь, закончили институты. Дочь вышла замуж, родила сына, не работала и занималась ребенком. Сын работал, не женился, но периодически обзаводился новой женщиной, с которой делил свой досуг и постель. Марта относилась к привычкам детей спокойно. Ей нравилось, что они и она теперь были на равных правах. Работала она все там же, слыла ответственным и знающим научным сотрудником, человеком с хорошим чувством юмора и с широкими взглядами. Отношения она со всеми поддерживала добрые, но особой дружбы ни с кем не вела. Правда, появился один человек, с которым ей было интересно и приятно общаться, у них оказалось очень много точек соприкосновения в их профессиональной деятельности. Да и широтой и разностью своих интересов они только обогащали друг друга. Здесь надо добавить, что человек этот работал в научном институте, занимался искусствоведением, и следовательно виделись они не часто, а вначале только в те дни, когда он по роду своей научной деятельности приезжал в их музей, либо на общих конференциях и выставках. А когда их встречи перерастать стали из обычных симпатий в крепкую дружбу, они начали оба ощущать теплую привязанность и потребность друг в друге. И Марта и Анатолий были уже давно людьми одинокими. Жена Анатолия, которую он нежно и преданно любил, рано заболела неизлечимой болезнью и, долго проболев, умерла, не начав стареть. Детей в связи с этим у них не было. И этот однолюб так и остался жить один, отшельником, пока не сдружился с замечательной Мартой. Анатолий был старше на целых пять лет. В этом возрасте это уже было отягощающим обстоятельством. Времени на жизнь уже оставалось немного. Они это оба понимали. И вот по прошествии нескольких лет такого общения они решили объединить их жизни. Марта переехала к Анатолию. Квартира его была небольшой, но располагалась в центре. Он сам это предложил Марте, зная, что ее квартира в часе езды от музея.
А когда он узнал такую подробность, что сын Марты вынужден снимать, Анатолий просто начал настаивать на освобождении квартиры сыну.
Когда они вместе прожили очень дружно два года, заполняя вечера интересными беседами или походами в театры, а театралами они оказались оба, Марта неожиданно для себя узнала, что Анатолий присмотрел одну не очень новую, но замечательную дачу недалеко от Москвы и мечтает ее приобрести. Сбережений у него на эту милую старушку должно было хватить вместе с обустройством и небольшим ремонтом. Пытаясь вернуть Мартины выпученные от неожиданности глаза на прежнее место, он сообщил, что, к счастью, все коммуникации необходимые для цивилизованной жизни там имелись.
В результате, после нескольких поездок в разведку в тот поселок, а потом после ряда формальностей дача была приобретена, причём по настоянию Анатолия, на имя Марты. Так неожиданно она стала домовладелицей. А годы все закручивались в плотный моток. Пришло время, и нить Анатолия оборвалась. Марта, тоже постарев и будучи уже не первый год на пенсии, снова осталась одна. Да, были дети, был, значительно подросший замечательный внук, они все любили ее, и она тоже их всех любила. И все же Марта опять осталась одна! Дети за ней по-очереди ухаживали. Каждую неделю кто-нибудь из них приезжал к Марте, которая теперь и вовсе переселилась в дом. Она его очень полюбила, и все в нем ей продолжало напоминать о самом счастливом и душевном времени в ее жизни. Иногда она, теперь сидя одна, продолжала вести беседы с Анатолием. В эти минуты Марта себя ощущала той прежней Мартой, полной сил, активной и деятельной.
А сейчас она продолжала восседать в кресле и смотреть то ли на дорожку, то ли еще куда-то.
Дул холодный ветер с едва улавливаемым, тонким, моросящий дождем. По дорожке бежала девочка-подросток в наспех накинутой куртке с чужого плеча. Она озабоченно заглядывала во все щели заборов, за все кустики вдоль дорожки, беспрестанно выкрикивая имя Ушан. Это была Марта, девочка с совсем другой улицы совсем другого загородного поселка. Ушаном звали ее кота-непоседу. Вдруг девочка Марта остановилась и в упор посмотрела на старуху. Господи, как же она давно живет на этом свете! Как же это все было давно.
Неожиданно скрипнула калитка, и на тропинке показалась Варя, добрейшая женщина. Варя, жена сторожа этого поселка. Они познакомились еще при Анатолии. Варя иногда приносила им продукты из магазина, иногда помогала с уборкой и в саду. Вот и теперь она по просьбе детей Марты присматривала за ней, навещая через день. Марта любила с ней почаевничать и послушать ее простую и незамысловатую, но добродушную речь. Приход Вари стер эпизод с девочкой-подростком.
Когда Варя навела порядок в доме, они уселись на веранде пить чай с бубликами, принесенными ею, и вареньем ее же приготовления. Это варенье она еще при Анатолии принесла. Оно немного засахарилось теперь, но аромат смородины не пропал. Во время чая мимо дома возвращались маленькая Марта с бабушкой и псом на поводке, гарцующим впереди. Солнце сегодня припекало прямо по-летнему.
Убрав со стола посуду после чая, Варя ушла восвояси, заперев калитку, просунув руку меж прутьев. А Марта, немного побродив по дому, опять устроилась в любимом кресле на веранде теперь уже с книгой. Но читать долго не получилось. Снова отвлек теперь уже сильный ветер и колючий снег, который норовил попасть прямо в лицо. Марта шла из школы, ей очень хотелось плакать, но она не позволяла себе. Она боялась за себя, боялась, что теперь замкнется и уже никогда не сумеет дать волю своим чувствам. И еще ее злило то, что противная поговорка «любовь зла – полюбишь и козла» оказалась очень даже актуальной. И зачем она только этому дураку Кольке призналась, что он ей уже давно нравится. Тем более, что с сегодняшнего дня это стало абсолютной неправдой. Она шла и беспрестанно терла глаза, то ли от колючего снега, то ли для того, чтобы стереть из памяти насмешливый взгляд «козла». Она еще подумает, может, вообще в эту школу больше не пойдет! Или вот еще лучше, возьмет и влюбится в кого-нибудь другого! Не такого симпатичного, но доброго и умного!
Наблюдая за разочарованием юности, старуха задумалась так глубоко, что незаметно погрузилась в дрему. Но вскоре ее разбудила ватага пацанов с «великами», возвращающаяся опять по ее улице. День уже был в самом разгаре, солнце пекло прямо по-летнему. Один из пацанов, неловко вильнув велосипедом, немного прижал мирно почесывающегося старого знакомого Марты, «помоечного» пса. Пес взвизгнул и ускакал, как ошпаренный. Марта разозлилась на мальчишек. Они так носятся по улочкам меж дач, что собаки на участках потом еще долго не замолкают, друг друга перебивая и вторя. А гулящие коты и кошки буквально взлетают на заборы. Думая обо всем этом, мысли Марты опять начали листать страницы памяти. А Мартин взгляд опять был направлен непонятно в какую сторону, внешнюю или же внутреннюю.
Над поселком уже какую неделю висели серые тучи, а дождя не было. Но было холодно, и стылый воздух казался тяжелым и плотным. Марта опять рыскала по всему поселку, заглядывала во все щели и под заборы в поисках бестолкового Ушана. Страха в глазах уже не было, она привыкла к его прогулкам. Но потерять любимца совсем даже не хотела.
Внезапно старуху разбудил телефонный звонок. Это звонила старшая дочь. Прежде чем спросить мать о здоровье, дочь отчитала ее за то, что она не позвонила вечером перед сном. Звонить матери поздно вечером, когда спохватилась, дочь уже не решилась. А утром замотали на работе. Выяснив все про незамысловатую жизнь Марты, наведывается ли исправно Варя, дочь пообещала в выходные приехать. На том и попрощались, договорившись, что мать не будет впредь забывать перед сном сообщать о своем самочувствии хотябы одному из троих.
Ураган пронесся, жизнь опять тихо потекла по своему руслу. Ее жизнь теперь напоминала медленную, очень темную реку, по берегам которой происходили сцены то из прошлой, то из настоящей жизни, она и сама уже не могла их различить. Сцены и картины эти отражались в ее темной воде, а отражения порой немного искажались или смешивались между собой. На смену прекрасному весеннему дню пришел не менее приятный теплый вечер. Голоса на участках стихли, по улочке никто, даже знакомый пес не проходил. Сумерки сгущались и заполняли все свободные места меж молодой листвой. Марта тихо побродила по дому, долго постояла, как всегда, у комода с фотографиями в рамках и над ним на стене. С них ее дети и внук смотрели мимо нее куда-то на мир. Смотрели открыто и радостно, и она всегда от этого начинала улыбаться. Она их всех очень любила и всех по-разному. И стояло еще фото Анатолия, с него он смотрел именно на Марту так хорошо запомнившимся теплым и всепонимающим взглядом. Марта постояла некоторое время в задумчивости, слегка раскачиваясь вперед и назад, потом, резко оттолкнувшись от старого комода, пошла шаркающей походкой закрывать окна на веранде и готовиться ко сну. Завтра по дороге из командировки должен заехать сын. Он ездил куда-то недалеко по ее дороге на своей машине. Она просила Варю завтра утром пораньше принести некоторые продукты из магазина. И, наверное, Варвара, как всегда, принесёт какую-нибудь свою выпечку. На это она мастерица. А значит, будут чаевничать и беседы вести. Марта любила слушать сына, уж очень ей нравилась его манера мышления, и нравилась широта его интересов. Так что надо скорее ложиться, на завтра нужны силы! Вот и еще одним днем стало меньше.
25.04.23
