Czytaj książkę: «Милашик и Варюндель. Зубные феи»

Глава 1. Первый полёт

Однажды летней ночью Маруся спала в своей уютной кроватке, когда в её комнате неожиданно раздался громкий визг:

– Ой-ой!

Маруся проснулась и перед самым носом увидела малюсенькую девочку с крылышками и огромными испуганными глазами.

– Ты кто? – шёпотом спросила удивлённая Маруся.

Девочка что-то быстро достала из своего мешочка и дунула ей в лицо каким-то порошком. Маруся увидела перед глазами разноцветные звёздочки. Но не успела она подумать о том, что это может быть, как вдруг в её носу ужасно защекотало, и она громко чихнула:

– Апч-хи-и-и-и!

Малюсенькая девочка кубарем отлетела в дальний угол комнаты, оставляя за собой мерцающие золотинки в воздухе. Маруся испугалась, всё ли с ней в порядке и спросила:

– С тобой всё хорошо?

До неё донеслись всхлипывания, которые становились всё чаще и громче.

Она попыталась приободрить незваную ночную гостью и сказала:

– Не бойся, я тебя не обижу.

В тёмном углу что-то засверкало. Всхлипывания стали реже, и вдруг Маруся услышала заплаканный голос:

– Спасибо.

Немного погодя, крошечная гостья вышла из угла. Сияние вокруг незнакомки осветило её, и Маруся увидела очаровательную пухлощёкую малышку с кудрявыми золотистыми волосами. Щёки девочки раскраснелись от волнения, а на длинных ресницах ещё не высохли слезинки, которые сверкали как малюсенькие кристаллики.

– Я – зубная фея, – представилась незнакомка, стесняясь, комкая пальчиками подол воздушного платья.

Маруся застыла в изумлении. С самого раннего детства она мечтала увидеть настоящую волшебную фею, единорога, ну или хотя бы дракона. Её братья и сёстры подтрунивали над ней и говорили, что она ещё маленькая, если верит во все эти сказочки. А Маруся не теряла надежду. И вот перед ней стояла настоящая живая фея. Её мечта сбылась! Можно ликовать, ведь она оказалась права. Но фея так горько плакала, что Марусино сердечко разрывалось от боли и желания ей помочь.

– А почему ты закричала? – встревожилась Маруся.

Фея вздрогнула, вспомнив, с чего началось её знакомство с девочкой.

– В моей сумке был огромной пук, – чуть слышно, практически шёпотом, ответила незваная гостья.

– Может быть жук? – уточнила Маруся.

– Нет-нет, именно пук, – поспешно подтвердила фея, озираясь по сторонам. – Такой большой на ощупь, мохнатый. Ну как ра-тан-тул.

Как только малышка произнесла это сложное слово, она глубоко выдохнула.

– Ратантул? – переспросила девочка. – Ты, наверное, говоришь про тарантула? И в сумке у тебя сидел паук, да?

– Ну да! Я так и сказала, – капризно ответила фея, нахмурив брови. – Я просто их ужасно боюсь. Но как он там оказался, ума не пришью.

– Не приложу, – снова поправила её Маруся.

Она с умилением посмотрела на маленькую насупившуюся волшебницу и сказала:

– Так вот почему ты плакала. От страха.

Внезапно всхлипывания снова стали громче, маленькая фея почувствовала, как ком подступает к её горлу, а глаза начинает щипать от слёз. Она пыталась сдержаться, но маленьким феям, так же, как и детям, трудно сдерживать эмоции. Особенно, когда они яркие и сильные. И фея разревелась навзрыд.

– Ты что? – испугалась Маруся.

– Это…это – мой первый полёт! – всхлипнула зубная фея. – Я прилетела за твоим молочным зубом. И в свой первый полёт я нарушила главное правило всех фей – не попадаться на глаза людям!

– Но я никому про тебя не расскажу, – попыталась успокоить её девочка. – Давай дружить! Меня зовут Маруся. А тебя?

Она приветливо улыбнулась. Маленькой фее почему-то сразу показалось, что это очень милая и добрая девочка. И ей ужасно захотелось с ней подружиться. Так Маруся познакомилась с феей по имени Варюндель.

У волшебницы была старшая сестра – зубная фея Милашик. Возможно, их имена покажутся вам немного странными. Но именно так ласково называли родители своих дочек – Варвару и Милославу.

Семья зубных фей жила в Сказочной стране под названием Феерия. Здесь всё было волшебно! Каждая фея обладала своим призванием: феи любви, здоровья, зубные и даже кофейные феи. И многие-многие другие. Феи любви щекотали за ухом проходящих мимо друг друга девушек и молодых людей, чтобы они оглянулись и встретились взглядом. Феи здоровья посыпали спящего больного человека волшебным лечебным порошком, приговаривая: «Сон – это лучшее лекарство». Зубные феи забирали молочные зубки у детей и взамен клали им сюрпризы под подушку. А кофейные феи дули на горячий ароматный напиток, чтобы человек не обжёгся. Но поскольку они сами были ужасные любительницы кофе, то иногда, когда человек отворачивался за кусочком шоколада или сыра, феи могли быстренько отпить из его чашки.

Феи жили в больших деревьях. Их жилища украшала старинная деревянная мебель: уютные кресла с подушками, круглые столы и стулья, скрипучие комоды и шкафы для посуды, кровати с высокими изголовьями и мягкими как пёрышко перинами. Внутри и снаружи фейские дома украшало множество фонариков. А перед каждым жилищем стоял почтовый ящик, который сразу указывал на его домочадцев: ящик в форме часов – перед домом фей времени, в виде чашки чая – у жилища чайных фей, большие портновские ножницы украшали ящик фей моды, а охапка воздушных шаров указывала на дом фей вдохновения.

Каждый житель Феерии был музыкально одарён: кто-то виртуозно играл на музыкальных инструментах, а кто-то прекрасно пел. По вечерам они устраивали чудесные концерты под открытым небом на украшенной фонариками поляне.

«Какая волшебная идиллия!» – можете подумать вы. Как бы не так! Был здесь один житель, которого все не любили. Звали его дед Сквернофей. С самого раннего детства родители предостерегали своих фейчат, чтобы те вели себя хорошо и не делали злых дел. Не то за ними прилетит ужасный Сквернофей и утащит к себе в логово в трухлявое дерево, где очень грязно, сыро и холодно. Поговаривали, что этот дед был очень злым и коварным. А поскольку феи от природы наделены добрым и весёлым нравом, то никто не хотел с ним дружить.

Вот и сейчас, размышляя о том, как паук мог оказаться в её сумочке, Варюндель сразу заподозрила Сквернофея:

– Заползти в мою сумочку сам пук (ой, то есть паук!) не смог бы из-за закрытой молнии, – бубнила она себе под нос. – А о том, что я боюсь пауков, кажется, знают все. Но кто мог сделать такой скверный поступок? С-К-В-Е-Р-Н-Ы-Й. Точно, это – Сквернофей!

Глава 2. Старшая сестра Милашик

Маруся и Варюндель проболтали всю ночь. Маленькая фея пообещала прилететь снова, когда у Маруси выпадет очередной молочный зуб. А если понадобится её помощь или захочется поболтать, то нужно закрыть глаза и произнести:

Ты, Варюндель, приходи,

От беды меня спаси.

Будем мы с тобой играть,

Веселиться, хохотать.

– А как ты узнаешь, что у меня выпал зуб? – спросила Маруся.

– У нас в Феерии есть свой фееграф. Ну… это как ваша почта. Когда у ребёнка выпадает молочный зуб, нам приходит зубная фееграмма. И мы летим менять зуб на сюрприз: монетку, значок или брелок.

– А почему ты думаешь, что фееграмма о моём зубе придёт именно в твой почтовый ящик?

– Тот, кто прилетел за первым молочным зубом ребёнка, тот и должен забрать все остальные. Такое у нас правило! – Варюндель важно подняла указательный палец. – Ну всё, я полетела.

– Погоди! Ты забыла зуб, – остановила её Маруся и протянула на ладошке своё сокровище.

Зуб слегка поблёскивал от сияния вокруг феи. Варюндель в очередной раз расстроилась – она чуть не забыла то, ради чего сюда прилетела:

– Веники-вареники! Вот я растяпа, – еле слышно пробубнила она себе под нос и быстро взяла зуб.

– А сюрприз? – удивлённо спросила Маруся.

– Ах да, совсем забыла.

Раскрасневшаяся Варюндель хотела достать золотую монетку и потянулась рукой в свою сумку. Но тут же осеклась, вспомнив, что там сидит огромный паук.

– Давай сюда свою сумочку, – предложила девочка, видя замешательство маленькой феи. – Я спасу тебя от этого страшного монстра.

На этих словах она еле сдержалась, чтобы не рассмеяться, поскольку понимала, что даже самая маленькая букашка от страха может превратиться в огромное чудовище.

Варюндель протянула ей сумку. Маруся храбро открыла её, аккуратно заглянула и расплылась в улыбке. Из темноты на неё глядели малюсенькие паучьи глазки. Через мгновение паучок вылез из сумки и тут же побежал в дальний тёмный угол, где жила его семья.

– Кажется, это был Добрыня, – вглядываясь в темноту, сказала Маруся.

– Какой ещё Добрыня?

– Это добрый паучок, который живёт со своей семьёй в-о-о-о-н в том дальнем углу, – указала пальцем туда Маруся.

– Ты что, совсем не боишься пауков? Совсем-совсем? – недоумевала фея.

– Ни граммулечки. Они слопали в моей комнате всех назойливых мух. Всех до единой!

Марусины большие зелёные глаза округлились ещё больше, а произнося шёпотом последнюю фразу, она подняла вверх указательный палец.

– Б-р-р-р! – мурашки пробежали по спине Варюндель.

– Вот увидишь, ты тоже полюбишь этих милашек, – приободрила её Маруся. – А теперь лети. Тебя, наверное, уже заждались.

Маленькая фея спохватилась, увидев первые неуверенные лучики солнца, которые проскальзывали сквозь щёлочки между шторами. Она попрощалась со своей новой подругой и поспешно вылетела в окно.

По дороге домой она всё время повторяла:

– Хоть бы меня не увидела Милашик. Хоть бы меня не увидела Милашик…

Но не тут-то было! Старшая сестра сидела в их секретном месте – в маленьком домике высоко на дереве – и взволнованно смотрела по сторонам. Всю ночь она разыскивала младшую проказницу. Облетела весь сказочный лес и даже заглянула в несколько человеческих домов, где у детей сегодня выпали молочные зубы, в надежде там увидеть свою сестру. Но всё было безрезультатно! А поскольку в свой первый полёт Варюндель должна была отправиться вместе с сестрой, Милашик не могла появиться дома одна. Родители бы заподозрили неладное.

– Во имя всех молочных зубов, где ты пропадала? – она взволнованно выпалила, когда увидела младшую сестру, подлетавшую к дому.

– Я…я… – Варюндель всегда терялась и начинала мямлить перед умницей-сестрой.

– Почему ты сбежала, когда я отвернулась, чтобы взять свой мешочек с сонным порошком? Ты же могла попасть в беду! Могла нарушить наше главное правило, – её голос резко изменился, и последние слова она уже произнесла шёпотом, с ужасом в глазах.

Варюндель почувствовала, как её щёки начинают пылать, а на лбу проступает розовое пятно в форме кренделька. Милашик вздохнула: если уж дело до кренделька дошло, значит сестрёнка ужасно нервничает и что-то от неё скрывает.

– Признавайся, Варюндель, – по-доброму велела Милашик. – Ты что, набедокурила?

– Я…я… – опять промямлила маленькая озорница, комкая платьице маленькими пальчиками.

– А где твой мешочек с сонным порошком? – увидела пропажу Милашик.

– Ой…Я…я… не знаю, – понурив голову, ответила раздосадованная малышка. – Я, наверное, его где-то забыла.