Czytaj książkę: «Восемь часов с незнакомцем»

Глава

Марго Вейл

Восемь часов с незнакомцем

Чувство было такое, как будто меня переехал каток. А потом сдал назад — проверить, всё ли расплющил.

Рейс отменили в шесть вечера, а в десять утра у меня в Петербурге было подписание договора. До семи я стояла в очереди к стойке, где девушка с идеальными стрелками сказала мне «к сожалению» раз пять, и каждый раз другим тоном, как будто подбирала, какой подействует именно на такую пассажирку, как я. Похоже, она так развлекается на работе: изучает людей. Я в переговорных делаю то же самое, поэтому даже не обиделась. До девяти я сидела в кафе на втором этаже и обновляла приложение, как будто «Сапсаны» на утро от этого перестанут быть распроданы. Подписание было то самое, ради которого я три месяца не видела выходных, маму и вообще ничего вокруг. Три месяца. И всё могло развалиться из-за какой-то грозы над Шереметьево. Причём в городе никакой грозы не было, я специально выглянула в окно: небо как небо.

Билет я купила в двадцать три ноль восемь посреди Ленинградского вокзала, с чемоданом, у которого заедало левое колесо. Колесо заедало уже год, и весь этот год оно висело у меня в списке дел где-то между «записаться к стоматологу» и «разобраться, чего я вообще хочу». В приложении оставалось одно место в СВ. Я нажала «оплатить» раньше, чем посмотрела на цену, и в первый раз за день выдохнула: вопрос решён, пункт закрыт, можно ставить галочку.

О том, что СВ — это купе на двоих, я вспомнила уже в вагоне.

Дверь была приоткрыта. Внутри горел жёлтый свет, на крючке висел тёмно-синий пиджак, а на левом диване сидел мужчина с бумажной книгой. Я постучала костяшками по косяку. Он поднял голову, посмотрел на меня спокойно, без всякого удивления, и встал.

— Добрый вечер. Давайте помогу.

Чемодан с двумя костюмами, ноутбуком и папкой договоров он поставил на полку над дверью одной рукой и сел обратно. А я осталась стоять. Купе оказалось меньше, чем я помнила по детским поездкам с отцом: два дивана, столик, а между диванами ровно один шаг. Я посчитала: если сяду, наши колени будут в полуметре друг от друга. Я вообще всё считаю, это профессиональное.

— Я, кажется, ваша соседка, — сказала я. Зачем — не знаю.

— Кажется, да, — согласился он. — Верхний свет можно выключить, если мешает. Там над дверью ночник.

Ему было за сорок, может, ближе к пятидесяти. Седина на висках, которую он даже не пытался закрашивать, свитер с закатанными рукавами, часы на кожаном ремешке. Лицо такое, что подруге потом не опишешь. Внимательное — вот и всё, что я про него поняла.

Я оценила риски. С любым новым человеком я делаю это в первые десять секунд, привычка, от которой не получается избавиться даже в отпуске. Что он полезет ко мне ночью — процента два. Что будет храпеть — сорок. Что до Твери будет рассказывать мне про бывшую жену — неопределённо, но вероятность есть. Вывод: безопасен, устал, будет спать.

Я села напротив. Колени действительно оказались в полуметре.

Поезд дёрнулся, за окном поехали фонари, провода, бетонные заборы с граффити. Проводница забрала билеты и пообещала чай. Он вернулся к книге, а я открыла почту — двенадцать новых писем, все про завтра — и поняла, что читаю одну и ту же строчку третий раз.

Мешало мне не то, что он смотрит. Он не смотрел. Мешало, что я слышу, как он переворачивает страницы. Я честно попробовала понять, в чём дело. Я два раза в месяц летаю рядом с людьми, которые чавкают, кашляют и смотрят сериалы без наушников, и меня это вообще не трогает. А тут человек тихо читает книгу, и каждую его страницу я слышу затылком. Я решила, что это усталость, и открыла второе письмо.

Чай принесли в стаканах с подстаканниками, я таких лет двадцать не видела. Он отложил книгу, обхватил стакан ладонями и сказал, глядя не на меня, а в чёрное окно, где мы отражались оба:

— Можно я предложу вам игру?

Я подняла брови. Я умею поднимать их так, что у людей на той стороне стола пропадает желание продолжать, я этому годами училась.