Czytaj książkę: «Браконьер»
Пролог
Старенький «мерс» сто двадцать четвёртой серии мерно тарахтел дизельным двигателем. Я сидел за баранкой, держа на ней обе руки. Сейчас главное — не дёргаться и спокойно миновать КПП, потому как в моём багажнике покоится расчленённое тело, бережно упакованное в несколько мусорных мешков.
— Кто такой? — посветив мне фонариком в лицо, поинтересовался привратник.
Двое других стояли за его спиной, направив оружие в мою сторону. Позы расслабленные, но я-то знал: стоит только дёрнуться, как из меня сделают решето.
— Человек, — буркнул в ответ я.
— Так что же ты, человек, в такое время по улицам колесишь? — усмехнулся охранник.
— Думал, до заката успею, — пожал плечами я.
— Не успел, — хмыкнул мужик в камуфляже за его спиной.
— К нам с какой целью? — поинтересовался привратник.
— С торговой.
— Купец, стало быть? — растянул губы в улыбке он. — А где же тогда товар прячешь?
— На разведку приехал, — продолжил я выдавать заученную заранее легенду. — Слыхал, вы здесь мукомольный запустили.
— Есть такое дело, — самодовольно кивнул он. — А звать-то тебя как?
— Брак, — ответил я.
— Странное погоняло, — опять прицепился он. — Хорошее дело браком не назовут.
— Слушай, командир, — поморщился я. — Ты меня что, из-за нелепой погремухи мурыжить будешь? Я весь день за баранкой, колесо ещё это, чёрти его задери. Устал как собака, ей-богу не до разборок.
— Ладно, не гунди, — усмехнулся он. — На вот, подержи малёсь.
Привратник сунул мне в ладонь серебряную плюху. Я без проблем принял её и даже пальцы сжимать не стал, показывая, что этот благородный металл не причиняет мне никакого вреда. Привратник, убедившись, что я и в самом деле человек, как-то сразу расслабился. Мужики за его спиной даже стволы опустили.
— Я думал, в «крепы» сейчас всех без разбора пускают? — произнёс я, возвращая плюху обратно.
— Это для проформы, — отмахнулся он. — Всех изменённых теперь под строгий учёт брать принято, будь они неладны!
— И много у вас таких?
— Да штук с двадцать будет.
— Не боитесь с людоедами под одной крышей жить?
— Ой, молчи, — вздохнул он. — Вот такие нынче времена. Ладно, ты езжай, токма в юго-западный район не суйся. Мы их там селим, чтоб подальше от людей.
— Эт правильно, — ухмыльнулся я и, врубив первую передачу, тронул машину с места.
Проехав чуть дальше по улице, свернул вправо, к стене. Где-то здесь должна располагаться котельная. Туда-то мне и нужно. Местный кочегар оказывал понятные услуги: избавлял таких, как я, от проблем по типу тех, что сейчас находились в моём багажнике. Дело недешёвое, но лучше опустошить кошель от серебра, чем становиться к стенке за браконьерство.
Уже в который раз жизнь сделала крутое пике, и если раньше моя профессия вызывала уважение, то теперь внезапно попала под строжайший запрет. И никто не объяснил — почему. Никто не спросил, хотим ли мы такого соседства. Однако нам чётко и ясно дали понять, что за убийство изменённого нас ожидает смертная казнь.
Но жить как-то надо. А с тех пор, как мы заключили мир с людоедами, чёрное сердце подпрыгнуло в цене так, что за него платили три полных веса серебром. И с каждым днём цены только росли, потому как спрос никуда не делся. А вот с предложением дела обстояли довольно туго.
— Есть кто живой? — спросил я, сунувшись в душное помещение кочегарки.
— Смотря кто спрашивает? — раздался голос слева от двери.
Я заглянул за створку и невольно усмехнулся, уставившись в тёмные провалы стволов обреза. Кочегар оказался не так-то прост. Он установил кресло таким образом, что его прятало дверное плотно. То есть любой вошедший тут же оказывался на линии огня, но при этом самого стрелка ещё даже не видел.
— Я от Макара, — обозначил свою позицию я.
— Ясно, — кивнул мужик, но обрез опускать не спешил. — И как он?
— Всё так же, — усмехнулся я. — Ноет всем и каждому, как сильно его беспокоит картечь в заднице.
Похоже, проверку я всё-таки прошёл, потому как кочегар отпустил взведённые курки и поставил обрез к стене, рядом с креслом, в котором сидел.
— Что там у тебя?
— Мясо, — ответил я.
— Так заноси, нечего там светиться.
Я кивнул и выскочил на улицу. Машину я загнал во двор, подальше от посторонних глаз. Но всё равно прежде чем распахнуть багажник, осмотрелся. Заострив особое внимание на стене, с которой открывался чудный обзор на внутренний дворик котельной. И только убедившись, что рядом нет посторонних глаз, быстро выудил шесть плотных мусорных мешков, которые чуть ли не бегом перетаскал в кочегарку. Мужик уже стоял у котла с распахнутой настежь топкой.
— Ну чего встал? — недовольно пробурчал кочегар. — Я, что ли, их туда закидывать буду?
— Да я думал...
— Ты поменьше думай, побольше делай! Швыряй, говорю.
— Все сразу, что ли?
— Нет, ёпт, по одному сопли жевать будем. Да не тормози ты!
— Так вонять же будет.
— Оно хоть так, хоть эдак — а без вони не обойтись.
Пожав плечами, я перекидал мешки в топку. Мужик тут же взялся за лопату и щедро присыпал куски тел углём из ванны, который за каким-то хреном лежал там, залитый водой. Затем он закрыл топку и на несколько секунд прибавил обдув. После чего бросился к вентилям, где несколько раз повернул колесо задвижки. Замерев у манометра, он удовлетворительно крякнул и вернулся обратно в кресло. Я же остался возле котла, наблюдая в небольшой глазок за тем, как огонь пожирает тело изменённого.
— Да не боись, через час там даже костей не останется, — заверил кочегар. — Чайку́?
— Не откажусь, — кивнул я и уселся напротив, на скамью у крохотного журнального столика.
— Полтинник с тебя, — бесцеремонно заявил кочегар, наливая мне бледный, но очень душистый чай в кружку.
— Угу, — кивнул я и выудил из кармана перехваченную резинкой связку из пяти серебряных прутков.
— Надолго к нам?
— Проездом.
— Ясно. Значит, мимо.
— Не понял? — приподнял брови я.
— Не бери в голову.
— Я могу и задержаться, если надобность есть.
— Может, и есть, — неопределённо пожал плечами мужик.
— Так ты говори, чего надо?
— Тебя как звать-то?
— Брак, — уже второй раз за сегодня представился я.
— А я Митрич. — Он протянул сухую, пропитанную угольной пылью ладонь. — Ты чай-то пей, он полезный. Я сам травы собирал.
— Угу, — буркнул я в кружку, как раз делая глоток.
— А почему Брак-то?
— Из-за фамилии. Барков я. А Брак как-то само прилипло, со школы ещё.
— Ясно. Ну так тебе подходит, — хмыкнул Митрич. — Ты ж нынче — браконьер?
— Выходит, что так, — ответил я.
— Не боишься?
— Кого? Морзе, что ли? Или ублюдка его, щенка этого?
— О как, — скорчил рожу кочегар. — Он, вообще-то, герой.
— Герой — на жопе геморрой, — передразнил Митрича я. — В очко пусть меня поцелует, герой хренов. По-твоему, это нормально, что мы людоедов в крепости пускать стали?
— Сидел бы ты сейчас здесь, если бы я так думал, — резонно заметил он.
— Так что за работа?
— Заехал к нам тут один, на прошлой неделе. Инженер бывший, а может, и нынешний. Мукомольный запустить хотят. Только с его появлением здесь люди пропадать стали, а девятый отдел даже не чешется. Всем насрать, — в сердцах отмахнулся Митрич. — Он, видите ли, шишка важная. Тьфу! В общем, доказать ничего не можем, а за самоуправство сам знаешь что нынче бывает. Ну так что, возьмёшься?
— Я же не киллер какой? — усмехнулся я.
— Чего? — прищурился Митрич.
— Я говорю...
— Да я слышал, не глухой. — Он изменился в лице. — Вали давай отсюда!
— В смысле? — опешил я от столь резкой смены настроения.
— Вали, говорю, пока я в тебе дыр не наделал. — Кочегар потянулся к обрезу. — Ещё раз тебя здесь увижу, дружине сдам!
— Придурок, — выдохнул я и поднялся со скамьи.
— От придурка слышу, — огрызнулся он и для убедительности взвёл курки.
— Да ухожу я, ухожу, — примирительно подняв руки, ответил я.
Выйдя на улицу я лишь усмехнулся и, вставив в зубы самокрутку, чиркнул бензиновой зажигалкой. Горький дым ворвался в лёгкие, вызвав приступ кашля. Слишком уж крепкий табачок попался, никак не привыкну.
Я выглянул из дворика и, осмотрев пустынные улицы, забрался в салон машины. Немного поёрзал, устраиваясь поудобнее, и снова усмехнулся.
Такое со мной произошло впервые. Как правило, я стараюсь не мозолить глаза и работаю сам по себе. Отыскал одиночку, взял всё, что нужно, избавился от тела и скинул товар Макару. Получив своё, так же тихо продолжил искать следующего. Но на этот раз система дала сбой, начиная со сделки с Макаром.
Во-первых, он взял товар не торгуясь, что само по себе выглядело подозрительно. Во-вторых, ни с того ни с сего принялся допытываться, куда я тела деваю? А затем вдруг порекомендовал эту крепость, рассказав про кочегара.
Нет, тема-то хорошая. Но, похоже, здесь было что-то ещё. И теперь-то я понимаю, что именно.
Макар — тот ещё хлюст. Не удивлюсь, если он решил совместить приятное с полезным. Наверняка и денег вперёд взял за посредничество. За ним не заржавеет. Вот только рискованно это...
— А-а-а, чем чёрт не шутит! — выдохнул я и, выбравшись из салона, направился обратно в кочегарку. — Эй Митрич, не пальни там сдуру.
— Я тебе русским языком сказал...
— Да погоди ты, не ори как собака. — Я вошёл внутрь и прикрыл за собой дверь. — Ты уверен, что это инженер?
— Да пёс их знает, чертей этих, — пожал плечами Митрич. — Может, кто из людей его. Факт остаётся фактом: как только они в нашу крепость приехали, у нас уже двое сгинуло.
— А дружина что говорит?
— А ничего, — развёл руками кочегар. — Может, сами куда ушли, а может, и за стенами случилось чего. Они, знаешь ли, только за безопасность в периметре отвечают. В общем, нет тела — нет дела. Вот прям как у тебя, хе-хе.
— Они сейчас на заводе?
— Типа того. Всё налаживают что-то.
— Ясно, — кивнул я. — Ну ты, если что, печку-то не гаси.
— А ты не за меня волнуйся, а за дело своё. А уж мы в долгу не останемся.
— Мы — это кто?
— Не твоего ума дело, — огрызнулся Митрич. — Всё, вали давай, нечего от работы отвлекать.
— А у тебя когда следующая смена?
— В следующей жизни у меня смена, — усмехнулся кочегар. — Я живу здесь.
— Замечательно, — улыбнулся я. — Ну бывай, даст бог — скоро свидимся.
— Балабол, — отмахнулся Митрич и уткнулся в книгу, намекая, что разговор окончен.
Я вернулся обратно, за руль и снова вставил в рот самокрутку. Тихонько выругался, вспоминая, что и минуты не прошло, как я выбросил окурок, и убрал сигарету обратно в портсигар. Некоторое время я так и сидел, в задумчивости барабаня пальцами по рулю.
— Ладно, — выдохнул я. — Если что не так, у меня есть где схорониться.
Двигатель послушно затарахтел и я повёл машину к ближайшей гостинице. Завтра днём осмотрюсь, с людьми пообщаюсь. А там видно будет: браться за это дело, или лучше не рисковать. Очень уж сильно от него подставой пованивает. Но и руки чешутся. Это ведь как-то несправедливо выходит: за каждого изменённого девятый отдел носом землю роет, а как дело до людей — так их оно не касается? Нехорошо. Слишком быстро они забыли, сколько дерьма приключилось с тех пор, как объявились эти твари. А вот я помню, порой даже слишком хорошо...
Глава 1
Пир
— И в кого ты только такой жадный! — выкрикнул из прихожей Колян. — Ещё брат называется. Мазут ты и есть!
— А по сопатке?! — выглянул из кухни я.
— Ну займи косарь, у тебя же есть, я знаю, — снова заканючил он.
— А ты не пробовал на работу устроиться?
— Вообще-то, я работаю.
— Нет, Колян, из нас двоих работаю я, а ты онанизмом занимаешься.
— У меня стартап, — парировал брат. — Просто ты тупой и ничего не понимаешь. Вот придёт моё время, и ты сам у меня будешь взаймы просить.
— Когда уж оно только соизволит, — усмехнулся я.
— Ты дашь косарь или нет?
— Нет.
— Мазута ответ! — крикнул брат и поспешил выскочить на площадку, чтобы избежать подзатыльника.
— Вот же придурок, — пробормотал я, глядя на закрытую дверь. — Фрилансер хренов. Лучше бы хоть сторожем каким приткнулся. И наградил же бог братцем — врагу не пожелаешь.
Нет, на самом деле я его любил. Но вот эти его закидоны? А всё мать виновата, земля ей пухом. Слишком уж сильно его опекала, всегда ставя брата мне в пример. И это несмотря на то, что он младший.
Я-то что? Учился средне, если не сказать — и того хуже. Перебивался с двойки на тройку, пока наконец страданиями матери и учителей не выпустился. Затем ПТУ, притом лишь бы как бы... Армия, контракт сдуру ещё подписал в надежде на лучшую судьбу...
А когда вернулся домой, получил приглашение на работу в органы. И отказался, о чём сейчас иногда даже жалею. Но время такое было — ментом работать западло. Сейчас, в общем-то, тоже не фонтан, но там хотя бы платят хорошо, а работа — не бей лежачего. С другой стороны, наверняка я этого не знаю. Везде хорошо, где нас нет.
А вот Колян у нас надежда и опора. Не пьёт, ни курит, как в дневник ни заглянешь — сплошные пятёрки. Даже в ВУЗ своим умом поступил, да на бюджетной основе. И профессию-то модную выбрал: программист чего-то там. Ну и кому оно, на хрен, надо в нашем зажопинске? Сидит вон второй год за монитором, хоть бы копейку в дом принёс.
Нет, может, я действительно чего не понимаю? Но, чёрт возьми, не так-то просто на зарплату автомеханика двоих тянуть!
И как объяснить, что я ему добра желаю? А у него только гулянки и бабы на уме. Хотя от последних и я бы не отказался. Женской руки в нашем доме сильно не хватает. Вот только некогда мне. Да и не горят они желанием прыгать в объятия чумазого автослесаря, хоть и не самого бедного. Всем сразу бизнесмена подавай, а ещё лучше — олигарха. Так и живём.
В армию ему надо, там-то он быстро жизнь прохавает. Вот только ВУЗ он закончил с военной кафедрой, съездил пару раз на сборы наверняка таких же придурков, как и он сам, — и вся недолга. Короче, куда ни кинь — всюду клин...
На столе затрезвонил телефон, вырывая меня из размышлений о жизни.
— У аппарата, — двинув ползунок на экране, отозвался я.
— Ты где, мать твою, ходишь?! — минуя приветствие, раздался возмущённый вопрос.
— Здрасьте, — с сарказмом произнёс я. — У меня выходной, вообще-то.
— Какой, на хрен, выходной? Я тебя уже минут сорок у гаража жду. Ген, ядрёна вошь, мы же договорились!
— Ёпт, точняк. Извини, братан, совсем из башки вылетело.
— Дать бы тебе по башке этой, — впрочем, уже беззлобно отозвался приятель. — Бегом сюда, пока тебе ворота матерными словами не разукрасил.
— Ща буду, — бросил в трубку я и отключил вызов.
Быстро переодевшись, я схватил ключи от машины и выскочил в коридор. Машинально похлопал себя по карманам, убедился, что ничего не забыл, и только затем захлопнул дверь. Галопом, перепрыгивая через три ступени сразу, я спустился до третьего этажа, где замер в недоумении. Столько людей в форме я видел разве что у отделения полиции.
— Стоять, — тут же придержал меня ладонью в грудь наш участковый. — Фамилия?
— Заварзин, ты чего, в глаза долбишься? — усмехнулся я. — Или у тебя деменция в самом разгаре? Одноклассников уже не помним?
— Тьфу, Брак, ёпрст, ты что ли?
— А чего случилось то? — Я с любопытством заглянул ему через плечо.
— Да чёрт его знает, — пожал плечами он. — Вроде как убийство.
— Иди ты?! — Я выпучил глаза от удивления. — А почему вроде?
— Заварзин! — раздался гневный возглас из квартиры. — Тебе чё делать велено?!
— Да я как раз свидетеля опрашиваю, — крикнул он и, сделав очень серьёзное лицо, уставился на меня.
— Э-э-э, нет, Олежа. — Я выставил руки перед собой. — Давай только без этого дерьма. Меня, вообще-то, люди ждут.
— Ничего, подождут пять минут, — поморщился он. — Мы быстро, в двух словах: что видел, что слышал...
— Знаю я ваше быстро. Ща... — Я выудил из кармана телефон и вызвал приятеля, который уже вторую неделю никак не мог попасть ко мне на ремонт.
— Але, — раздался раздражённый голос из динамика. — Только не говори, что ты не сможешь. Я тебе точно все двери собачьим дерьмом измажу.
— Вань, ты скинь ключи соседу, я как всё сделаю, тебя наберу. Не поверишь, меня менты приняли...
— Брехло, — усмехнулся Заварзин.
— Помощь нужна? — поинтересовался Иван.
— Да не, тут ерунда, как свидетеля подтянули. Всё сделаю сегодня, не переживай.
— Лады, а то я завтра в престольную собирался.
— Всё, до связи, — бросил я и, отключив вызов, уставился на участкового. — Ну давай, доставай там свои протокольчики.
— Кстати, там братан твой в понятые попался, — хмыкнул Олег, вжикнув молнией на папке.
— Во, заодно прикройте его на пару суток, чтоб мозги на место встали.
— Всё, хорош зубы сушить, давай по делу...
Дальше понеслись стандартные вопросы: где был со стольки до стольки, кто может подтвердить? Слышал ли чего-нибудь подозрительное? Знаю ли пострадавших, и так далее и тому подобное. В общем, как я и предполагал, опрос затянулся минут на сорок вместо положенных пяти. Всё это под запись и естественно подпись.
К слову, я действительно ничего не слышал, потому что спал как убитый. Вчера в гараже до двух часов ночи ковырялся, чтобы с чистой совестью на выходной отвалить. Ну и, как назло, забыл, что договаривался с утра Ваньке задние суппорта поменять. Дел там немного, если, конечно, шланг легко открутится. А в этом я сильно сомневался, потому сразу наказал взять новые. В случае чего обратно в магазин сдать недолго. Ну это ладно, разберёмся.
А вот у соседей действительно произошло что-то странное. Жили здесь Никитины, молодая семья с матерью. Пацана я знал давно, он ровесник моему брату. В детстве они вроде даже дружили, а затем между ними какая-то собака пробежала, даже здороваться перестали. Я не лез, потому как дело это не моё. Но по слухам знал, что поцапались они из-за девчонки. По факту, это ей бы в рыло дать нужно, сама с обоими пацанами замутила. Но получилось так, как получилось.
Возможно, это был странный выбор, но Никитин в итоге на этой подруге женился, притом давненько, как бы не соврать, уже года полтора прошло. Парень он неплохой, работает в магазине бытовой техники. Зарплата там, конечно, с гулькин нос, так что о своём жилье можно забыть. А вот супруга ему досталась...
Впрочем, исходя из её поступка и так ясно, что там за мадам. Частенько домой возвращается за полночь. То в кабаке её с подругами увидят, то в клубе местном на танцульках. И вроде всё у них там чинно и благородно, то есть в изменах замечена не была, однако из-за этих гулянок в молодой семье периодически возникают скандалы. Что конкретно произошло вчера ночью, сказать не может даже мать, которая и вызвала полицию.
Работает она в котельной оператором, сутки через трое. Хотя вроде как сейчас им график поменяли, и теперь там сам чёрт голову сломит, как у них смены распределяются. Однако ночные никуда не делись, и вчерашнюю ночь она провела на работе. А когда вернулась домой, обнаружила огромную кровавую лужу под кухонным столом. После чего и позвонила в полицию.
Как сказал Заварзин, такая кровопотеря несовместима с жизнью, вот только тела нигде не было. Подключив логику и дедукцию, он также сделал вывод, что это молодой муж в приступе ревности завалил супругу. После чего скрылся с места преступления, забрав с собой тело пострадавшей с целью от него избавиться.
Ну ей-богу детективов пересмотрел.
В его версии я сильно сомневался, так как знал соседа и был на двести процентов уверен, что тот на такое не способен. На это Олег посмеялся и сказал, что я хреново разбираюсь в людях. А затем мы распрощались, и я отправился в гараж, который уже давно стал автомастерской.
Работы хватало, да так, что продохнуть некогда. По первому времени я ещё на заводе работал, тоже слесарил. Но когда у ворот гаража скопился целый автопарк, состоящий в основном из мертвецов, решение заниматься только машинами родилось само по себе. И я не прогадал. Отбоя от желающих попасть на приём именно ко мне хватало с запасом. Впору совсем из ямы не вылезать. Я даже ценник несколько раз прибавлял, надеясь отбрить хотя бы часть посетителей. Да где там? Вздыхают, бормочут, но всё равно едут.
Мой гараж находится недалеко от бывшего завода, где когда-то производились маленькие станочки для школ и ПТУ. Естественно, в девяностые он, как и многие другие, не выдержал перестройки и вскоре сдулся. Какой-то ушлый бизнесмен его выкупил и превратил бывшие цеха в склады. На один из них я и направился.
— Здорова, эмигранты! — поприветствовал я хозяев овощного склада.
— О, Геннадий, — широко улыбнулся Шавкад, по национальности узбек, хотя на русском изъяснялся чётко, без акцента. — Зачем так говоришь? Какой я тебе эмигрант?! Все мы из одной страны вышли...
— Да я шучу, — на всякий случай обозначил я. — Мне тут ключи должны были оставить.
— Да, заходил человек, — кивнул Шавкад и, заглянув в будку, которая исполняла роль кассы, подхватил со стола небольшую связку. — А ещё он тебя редиской обозвал, что бы это ни значило. Тебе яблок дать?
— Ну их, — отмахнулся я. — Потом если только. Хочу побыстрее с делами разобраться и на речку свалить. Жарища сегодня, с утра уже на голову давит. Возьму пивка холодного...
— Эй, хватит, а?! — возмутился Шавкад. — Зачем душу травишь?! Иди уже, редиска.
— Ха-ха-ха, — грохнул от смеха я и, позвякивая ключами, перебежал через дорогу.
***
Пораньше закончить не получилось. Как специально, шланги не желали откручиваться ни с одной стороны. И если на суппортах я их нещадно обрезал, то со стороны трубок такой номер не прокатит. Пришлось греть, брызгать ВДшкой и снова греть. Левая сторона с горем пополам пошла, а вот правая так и не захотела. И чтобы окончательно всё не разворочать, пришлось идти на хитрость.
Я отпилил трубку у самой гайки, затем, в тисках, всё аккуратно раскрутил и, вернув гайку на место, снова развальцевал трубку. Операцию можно было смело назвать «гинекологической», так как подлезть нормально не получалось. А разбирать подвеску было лень. Впрочем, она-то меня и сгубила. Ведь проще было освободить место, чем выделываться не пойми как.
В общем, когда я закончил, время уже перевалило за пять часов. На речку ехать расхотелось, а вот побаловать себя холодненьким пивком — нет. На этот случай у меня в углу как раз здесь стоит холодильник. Я выгнал из гаража Ванькину машину и закатил свою. Только после этого открыл банку тёмного и расслабленно развалился в кресле.
Со стороны центра города уже доносилась музыка. Я даже на мгновение задумался: а с чего вдруг, пока не вспомнил, что сегодня День молодёжи. Ну вот и славненько, вместо речки прогуляюсь на праздник. Нужно только Ваньке позвонить, чтобы он свой тарантас забрал. Заодно и меня до дома подбросит.
Выудив телефон, я крепко выругался. То-то у меня сегодня день выдался спокойный, ни разу никто не позвонил. Оказывается, он у меня тупо сел. Пришлось отрывать задницу от кресла, чтобы воткнуть в мобильник провод зарядки. Выждав несколько секунд, чтобы в батарейку набежало хоть немного энергии, я зажал клавишу включения. Дождался когда отыграет тупая стартовая мелодия, а затем с кривой ухмылкой принялся наблюдать за летящими СМС-сообщениями о пропущенных звонках.
Естественно, читать я их не стал. И уж тем более — каждому перезванивать. Кому надо — те найдут. Меня интересовал только Ванька.
Однако не успел я его вызвать, как на экране высветилась надпись входящего звонка. Номер у меня записан не был, но трубку я всё равно снял. Мало ли, вдруг кому по знакомству контакт скинули, а лишних клиентов не бывает.
— У аппарата, — бросил привычную фразу я.
— Заварзин, — сухо представился участковый. — Ты чего вне зоны весь день?
— Трубка села, — спокойно ответил я. — А что?
— Теперь уже ничего. Завтра как, сможешь в отделение подъехать?
— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я. — Вот как знал, что добром твоё свидетельство не закончится.
— Ой, да хорош ныть. Тут дел на пару минут...
— Ага, как с опросом. А без меня никак?
— Ген, ты дурак, что ли? Не, как хочешь, конечно, я могу и повесткой вызвать.
— Да что там такое случилось-то? Я ж тебе всё рассказал...
— То мне, а то следователю. Короче, завтра к десяти в отдел, понял?
— Утра?
— Нет, ёпт, ночи! Брак, хорош тупить!
— Ты на праздник идёшь?
— Ага, бегу аж волосы назад, — с усмешкой произнёс Олег. — Мне теперь с бумажками до ночи ковыряться.
— Кстати, завтра же воскресенье? — вспомнил я.
— И чё?
— Ну так выходной вроде?
— Всё, давай, голову не трахай. Завтра в десять в отделе.
— Вот же... — пробормотал я и отключил вызов. — Попал — так попал. Ой да и пофиг, буду завтра на вас перегаром дышать... Алё, Вань, забирай свой тарантас, готово.
— Ты сам-то на каком говне ездишь?! — тут же вернулся возмущённый ответ. — Только тут такое дело, я уже выжрал немного. Может, ты сам машину к дому подгонишь?
— А ты там не охренел часом?! — пришла моя очередь возмущаться. — Нашёл, блин, трезвого водителя. Я уже тоже под пивом.
— Принял, жди. Ща что-нибудь придумаю, — ответил он и отключил звонок.
— Ага, в Москву он завтра собрался, — пробормотал я и, сделав большой глоток холодного пива, зажмурился от удовольствия.
Плюхнувшись обратно в кресло, я с наслаждением выкурил сигарету. За работой даже не заметил, как провёл весь день без табачного дыма. Такое тоже бывает, хотя в основном только и успеваешь новые пачки вскрывать.
Со стороны городского центра уже доносился визгливый голос ведущей, а значит, праздник в самом разгаре. А Ванёк что-то не спешит перезванивать. Не удивлюсь, если вообще забыл. Хотя вряд ли. Он не первый день меня знает. Я ведь запру гараж и свалю с ключами. Специально, чтоб заставить его побегать. Зато в следующий раз будет умнее.
Допив пиво, я так и не дождался звонка. Смял банку, лихо забросил её в ведро на манер баскетбольного мяча, даже подпрыгнул немного. Настроение было хорошее, не смущал даже опаздывающий клиент. Но я уже принял решение его проучить, а потому без зазрения совести закрыл ворота и вставил в проушины навесной замок.
— Чёрт, труба, — выругался я и снова распахнул створку.
Не успел я снять телефон с зарядки, как он затрезвонил прямо в руке.
— У аппарата, — отозвался я.
— Ты ещё там? — прозвучал суетливый голос Ивана.
— Ближайшие две минуты, — ответил я.
— Блин, побудь ещё, ща мы примчим.
— Мы?
— Ну а кто? — раздражённо бросил он и положил трубку.
— Ой, не больно-то и хотелось с тобой общаться, — поморщился я, сунув телефон в карман.
Чтобы время не шло даром, я выудил из холодильника ещё одну банку пива, а затем с кривой ухмылкой всё-таки закрыл гараж. Неспешной походкой я направился к дому. Пока дойду, пока отмоюсь, переоденусь, как раз успею к салюту. А больше там, на площади, делать особо и нечего. Ну, может, знакомых кого встречу. Постоим, языками почешем.
Мимо пролетела старенькая «девятка» и почти тут же засвистела тормозами.
— Ёпт, Гена! — раздался крик за спиной. — Ну какого хрена, а? Я ж сказал, что лечу!
Я молча остановился и продемонстрировал ключи от машины на вытянутой руке. Даже позвякал ими для порядка. Ванёк подбежал, но в тот момент, когда собирался их схватить, я резко убрал руку.
— Очень смешно, — поморщился он.
— С тебя пятак, — совершенно серьёзно заявил я.
— А, точняк. — Он прихлопнул себя ладонью по лбу. — А можно переводом?
— Лучше наличкой, — покачал головой я. — Хочу на праздник сходить. А по банкоматам скакать лень.
— Могу подбросить, — предложил приятель.
— А давай, — не стал отказываться я.
***
Выбравшись из душа, я насухо вытерся и осмотрел себя в зеркало. Колян дома даже не появлялся. По крайней мере, в его комнате ничего не изменилось. Ну это ничего, поймаю его на площади. Может, даже немного нервы помотаю, чтоб жизнь мёдом не казалась.
Напялив джинсы, я недовольно поморщился оттого, как сильно они стесняли движения. Отвык я от нормальной одежды, а выходить в люди в спортивках ну как-то даже неприлично. В качестве верха как порядочный человек натянул белую футболку. Сунул ноги в кроссовки, подхватил джинсовку и выскочил в подъезд.
Проходя мимо двери, где сегодня толпились полицейские, я на секунду остановился. Вере Николаевне сейчас точно не до веселья. Бедная женщина. И всё же, что у них там стряслось? С чего вдруг молодожёны поножовщину устроили? Ладно, завтра с утра у Заварзина поинтересуюсь...
Выскочив на улицу, я свернул к центру, откуда уже доносилась громкая музыка. Судя по неровному пению, там сейчас кто-то выступал, скорее всего, местечковые группы. А может, и из области кого-нибудь привезли?
Я бросил взгляд на часы и ускорил шаг. Стрелки перевалили за десять вечера. На улице уже начинало смеркаться, а значит, салют запустят с минуты на минуту.
Внимание привлекла молодёжь, которая тёрлась в тени подворотни. Как-то странно они себя вели, неестественно. Впрочем, я не стал заострять на них внимание, решив, что они просто под кайфом. Так, вскользь убедился, что среди них нет Коляна, и тут же выбросил их из головы.
Но вскоре на глаза попалась ещё одна компашка, как две капли воды похожая на предыдущую. Рваные дёрганые движения, будто они готовы вот-вот ринуться в атаку. Интересно, чего они такого нажрались, что их так жёстко штырит?! Ещё и смотрят так, словно я им денег должен.
На всякий случай я зажал в руке зажигалку, чтобы удар вышел потяжелее, если того потребует ситуация. Кто их, наркоманов, знает, что там в их обсаженных мозгах происходит? Может, это самая Дашка, жена Никитина-младшего, как раз в подобном состоянии вчера и вернулась. А там слово за слово, кулаком по столу, за нож и схватилась. Под наркотой люди и не такое дерьмо творят. Правда, не совсем понятно, куда тело пропало? Санёк хоть и щуплый, но всё же мужик. И вряд ли она одна смогла бы его вынести, ещё и по лестнице спустить. Не исключено, что помог кто-то. И эта версия произошедшего нравилась мне больше той, что выдвигал Заварзин.
Впрочем, не моё это дело, пусть менты разбираются. Вот же странно: вроде уже полиция, а мы их всё равно ментами зовём...
Мысли прервал громкий хлопок, который заставил меня недовольно поморщиться. Всё-таки опоздал на салют. Нефиг было в душ лезть, мог бы просто умыться, ведь не на свидание пошёл. Ну, теперь уже поздно переживать.
Задрав голову я смотрел на то, как красиво раскрывается разноцветная шапка салюта. Недалеко от меня замерла парочка, которая шла со стороны площади. Видимо, уже устали от громкой музыки. А что до салюта? Так его и здесь видно не хуже. Зато никто перегаром в затылок не дышит и не толкается.
«Хлоп», — и в небо устремился второй росчерк, который вскоре рассыпался искрящимся дождём. На площади зазвучала помпезная музыка, а я похлопал себя по карманам в поисках сигарет. И в этот момент краем глаза заметил какое-то нездоровое движение. Сфокусировав на нём взгляд, я даже пачку из рук выронил.
