Czytaj książkę: «Предатель. Ты меня потерял»

Пролог

Я схожу с ума от страсти, плавлюсь в горячих и таких желанных руках Артура. Мое тело чуть подрагивает от страха и нетерпения.

Неужели сейчас это произойдет? С ним?

Я хочу этого и боюсь одновременно. Может, не стоило позволять ему заходить так далеко? Надо было подождать, привыкнуть, дать отношениям устаканиться... Но тут Бестужев сжимает мою грудь сильней и меня простреливает словно молнией от его хриплого шепота:

— Маленькая моя, расслабься. Обещаю, сегодня тебе будет хорошо!

Последние сомнения сгорают в очередном пылком поцелуе, а ловкие мужские пальцы подводят меня к самому краю. Ловлю шальной взгляд Артура и раскрываюсь перед ним полностью. Да, пусть он будет моим первым, моим единственным!

— Ты же пьешь противозачаточные? — быстро спрашивает, стаскивая боксеры. При виде эрегированного члена забываю, о чем он спросил и просто киваю.

— Хорошо, иди ко мне! — подтаскивает меня за бедра рывком, и у меня не остается шанса передумать.

Рывок! И между ног обжигает болью, как кипятком. Напрягаюсь, выкручиваясь всем телом. Ох, мать мою... Почему же это так больно! И печет, и жжется....

Желание продолжать напрочь отрезает, но Бестужев с удовольствием вколачивается в мое тело, отрывисто комментируя сквозь сжатые зубы.

— Так узко... Сука... Как у девственницы!

Глотаю слезы. Я и была девственницей, до тебя, Артурчик. Жаль, что ты этого не заметил и не понял!

— Кайф! — терзает мою грудь, выкручивает соски, совершенно не обращая внимания на то, что я не реагирую на жесткие ласки. Откидывает голову, с упоением имея меня на всю длину.

Тихо поскуливаю, закусив кулак и просто жду, пока все закончится. Мне нужно продержаться еще хотя бы полминуты... Начинаю про себя обратный отсчет. Тридцать, двадцать девять, двадцать восемь.... Он же должен был уже кончить!

Внизу все саднит и печет. Спустя еще несколько минут, которые мне показались вечностью, Артур скатывается с меня, давая возможность свернуться калачиком. Вытираю лицо об подушку, пока он не заметил, что я вся в слезах.

— Ох-х, круто как! Тебе понравилось? — спрашивает, но ответа не ждет. Темноту комнаты освещает экран его мобильного. Не могу поверить, что у нас только что случился первый секс, а Артур с кем-то чатится. Разве что это по работе...

— Я воспользуюсь твоей ванной? — откладывает телефон и порывисто встает.

Я сильнее напрягаюсь, ожидая, что он позовет меня с собой. Но прямо сейчас не в состоянии смотреть ему в глаза. Для меня все происходящее кажется чем-то нереальным, сном. И слава богу, что Бестужев просто уходит, довольно посмеиваясь.

Откидываюсь на спину, бесцельно пялясь в темный потолок. Неужели я ошиблась? Или у всех так и бывает? Никакой романтики, поцелуев после... Просто жесткий трах, а потом пара разбегается кто куда. Или обмениваются смсками с друзьями? Как Артур. Ему и сейчас кто-то продолжает наяривать.

Я бы никогда не стала читать чужую переписку, но тут меня как переклинило. Что же там такого срочного?!

Бросаю взгляд на экран. А там градом сыпятся смски от каких-то парней.

«Поздравляю! Настоящий мужик, доказал!»

«Завалил свою страшилу все-таки. Самец!»

«И как теперь выигрыш поделим?» — смеющийся смайлик.

«Не забудь прислать фото ее трусиков, иначе спор не зачтется! И мы хотим знать подробности!»

Внутри все холодеет.

Что это?

Артур похвастался друзьям, что переспал со мной? Но... зачем?

И его друзья не просто знают обо мне, но и видели, получается. Даже прозвище дали обидное — страшила! А ведь я не такая. Знаю, что не писанная красавица... Но и не страшилка в самом деле!

Слышу, что шум воды в ванной стихает, и отползаю подальше от телефона. Меня разрывает от желания высказать Артуру все в лицо, но с другой стороны — ужасно боюсь, что поняла что-то не так и тем самым испорчу момент.

Мой мужчина возвращается и щелкает выключателем. Яркий свет дезориентирует, и я еще больше теряюсь. Моргаю часто, а он в этот момент делает несколько снимков. Фотографирует на телефон меня, расправленную постель, валяющиеся на полу вещи. Мне становится неловко за свои простые бежевые трусики. Раздевались-то мы в темноте...

— Артур, что ты делаешь? — голос подводит, и получается жалко и сипло.

— Пару фото на память. Вздрочну на тебя, моя сладкая, в перерыве на работе! — подмигивает, а я заливаюсь краской по самые уши. Как он может такое говорить...

Заторможенно наблюдаю, как быстро он одевается. Словно торопится покинуть мою квартиру как можно скорее.

— Ты уходишь? Сейчас? — заматываюсь в простыни, и иду следом, шлепая босыми ногами по холодному полу. В квартире не очень-то хорошо топят зимой.

— Да, Ксюх, надо бежать. Друзья ждут в баре, — наклоняется, чтобы чмокнуть в щеку. На секунду меня окутывает его дорогущий парфюм, в который я изначально и влюбилась.

— Я думала, что после того, что между нами было... ты хотя бы останешься на ночь!

Зарождающаяся истерика выливается в крик. Подбородок дрожит, и с этим я уже ничего не могу поделать. Хоть и очень стараюсь.

Бестужев замирает на пороге и обводит меня взглядом. В глазах плещется жалость и ... скука!

— Ксюх, ну ты же не думала, что у нас это всерьез? Потрахались и разошлись как в море корабли. Если захочешь повторить — звони!

Дверь хлопает, по голым ногам пролетает сквозняк. А после, все стихает. Опускаю глаза вниз. Крупные слезы-градины стекают по лицу, попадая на босые ноги и пол. Какая же ты дура, Ксюша! Какая дура!

Некстати в голове всплывает текст чужого сообщения: «Пришли фото ее трусиков, или спор не зачтется...». Прозрение настигает меня внезапно: Артур поспорил на меня с друзьями!

Глава 1.1.

Дорогие друзья!

Рада приветствовать вас в своей новинке. Обещаю, что будет непросто и эмоционально, но герои обязательно справятся со всеми трудностями. А в финале нас ждет хэппи энд.

А пока... Давайте знакомиться с главными героями.

Селезнева Ксения Эдуардовна - милая и скромная девушка, 23 года, серые глаза, каштановые волосы, испорченные неудачным осветлением. Из-за близорукости носит очки. Одевается старомодно, если не сказать хуже. Всему виной - гиперопека тетки и навязывание чужого вкуса и мнения. Отличница и умница в том, что касается учебы или работы. Неопытна и невинна...до встречи с Ним.

Бестужев Артур Геннадьевич - прожигатель жизни и адреналинщик. Его отцу принадлежит крупная торговая компания. Артур никогда не знал в своей жизни, что такое нужда. Любое его желание исполняется по щелчку пальцев. 30 лет. Синие глаза, чуть вьющиеся темные волосы, одет строго и со вкусом, в брендовые костюмы.

И обложка крупным планом для любопытных:

Буду благодарна за вашу поддержку, для старта истории это очень важно!

Принимается все: звездочки, библиотеки, подписка на страничку! И, конечно, ваши чудесные комментарии, они всегда греют душу!

P.S. Спасибо, что вы со мной! ❤️❤️❤️

Глава 1.2.

Артур Бестужев, за две недели до...

— Привет, мужики! Че сидим с кислыми рожами? Выпивка есть, баб сейчас склеим..., — врываюсь в наши ежегодные посиделки, которые больше смахивают на похороны. И чего они все такие скучные?

Быстро опрокидываю в себя вискарь и блаженно откидываюсь на кожаном сидении. Красота-а-а!

Приятное тепло путешествует по трахее, оседая в желудке негой. До Нового года осталось всего да ничего, какой-то месяц. А там уж и отпуск недалеко. Было бы неплохо слетать куда-нибудь, где тепло, растут пальмы и можно ни черта не делать.

— Артур, ну раз ты последним пришел, рассказывай, что нового за последние месяцы! — заряжает Влад.

— Нового? — смеюсь. — Да все охрененно. Папкин бизнес цветет и пахнет, а я успешно пользуюсь его благами.

— Не надоело вот так? Сливать в толчок свою жизнь? — вклинивается Руслан. Тоже мне, моралист нашелся!

— А как надо? Скучненько телепаться дом-работа-дом, под сиську к такой же унылой и скучной бабенке? К спиногрызам, да? — закидываю в рот лимончик и провожаю симпатичную блондинку жарким взглядом. У меня на таких сладких и охочих до секса девок нюх. И вот эта — точно из них! Зажать в темном углу, и отодрать как следует....

— Земля вызывает, але! — дергает Рус. — Вернись к нам, герой-любовник! И что плохого в семье? — хмурит брови.

— А что хорошего? — парирую. — Ты разве не наелся еще? Развод ничему не научил, да?

— Арт, ну ты-то не путай мягкое с теплым! Может, брак у меня и не сложился, но зато сын есть.

— Ладно-ладно, не бухти, папаша, — кривляюсь. Знаю, что валяю дурака, но настроение игривое, и я наполняю стаканы по новой. — Давайте, за встречу что ли!

Пьем. Кто жадно и быстро — как я. А кто-то смакует, перекатывает на языке янтарную жидкость. Но не умею я вот так, растягивать удовольствие. Мне нужно все и сразу. Люблю быструю езду, головокружительный секс, экстремальный спорт...

Выпиваем еще по одной, потом еще. Бутылка быстро пустеет. Тело становится ватным и размякшим. В голову лезут философские мысли, вот только никак их не оформить во что-то вразумительное.

— Я к бару, возьму нам еще бутылочку..., — выползаю из-за стола, цепляя чьи-то ноги. Вслед несется ругань от друганов, что я — конченый алкаш. Ага-ага, как же! Да я трезв как стеклышко! Только разогнался, можно сказать. Хоть сейчас за руль!

У бара работает несменный «дядя Толя». На самом деле никакой он не Толя, и я даже не знаю, как зовут этого крепкого бородатого мужика, которому хорошо так за сорок. И почему он каждый вечер вертит шейкер в этой дорогой рыгаловке. Но кто-то из наших его так обозначил, и имя приклеилось.

Чем мне нравится дядя Толя, так это тем, что отлично помнит, что пьют гости заведения, и не пытается всучить какую-то гадость подешевле. Едва завидев меня, он достает еще одну бутылку нашего любимого вискаря, и ставит стопку для меня — на посашок.

— Как вечер проходит? — подливает в рюмаху беленькой высшего класса. Она заходит так легко и быстро, как к себе домой.

— Отлично! Только друзья мои что-то заскучали немного! — перекрикиваю музыку.

— Стоило привести с собой подруг, — кивает понимающий Толя, — и сразу бы вечер заиграл новым красками.

— Во-о-от! И я им о том же! А они мне... Артур, отлипни от юбок, сколько можно!

Как хорошо, когда тебя понимают! Вот Толян дело говорит. Когда рядом бабы... Но тут мне на глаза попадается кое-что интересное, и я спрашиваю у него:

— А ты че? Из этих, женатиков?

Толя как-то странно реагирует. Сбивается с темпа, едва не выронив шейкер, а потом говорит как ни в чем не бывало:

— Да. Мне повезло в этой жизни. Я свою женщину встретил, — смотрит в упор на свою руку с обручальным кольцом.

Прячу саркастическую улыбку, так как не хочу обидеть нормального мужика, но все же от вопроса удержаться не могу:

— Ты реально веришь в любовь? В серьезные отношения до гробовой доски? — наклоняюсь ниже, чтобы расслышать ответ.

— Вот полюбишь, Артур, кого-нибудь по-настоящему, тогда и вернемся к этому разговору.

Дядя Толя отходит к другим посетителям. А я мысленно кручу у виска. Каждый сходит с ума по-своему. И я не обязан быть таким как он! Но с другой стороны... Этот странный разговор наталкивает на одну весьма интересную идею. Подхватываю бутылку и возвращаюсь к своим за стол.

— Я знаю, как убить время до Нового года! — с грохотом сгружаю пузырь.

— Да, я тоже знаю, — хмыкает Егор, — работать будем!

Мужики ржут, поглядывая на меня со скепсисом.

— Цыц! Вы еще не знаете, что я придумал! — выдерживаю паузу.

— Ну, давай уже, не тяни кота за причинное место! — за всех отвечает Лев.

— Заключим пари! Кто быстрее всех закадрит самую неприступную девушку из своего окружения, а потом также виртуозно от нее избавится — тому... Ну не знаю, на счет приза пока не решил. Может, подарю лучшую и самую дорогую шлюху, чтобы прямо полный фарш, которая сосет как пылесос и сделает за тебя все остальное. И кубинские сигары! Вот, придумал! А че? Неплохо так!

— Господи-и, Бестужев! — тянет Матвей. — Ты как всегда, в своем репертуаре!

— Признайся, что тебе просто слабо! — складываю руки на груди. Вижу, как у остальных вспыхивает азарт в глазах.

— Не слабо... Просто это детство какое-то! Но если все согласны, то я с вами, конечно! — хмыкает.

— Отлично! — хлопаю в ладоши. — Выпьем за сделку века!

Глава 2

Артур Бестужев, на следующий день после попойки

Звенит будильник, напоминая, что сегодня понедельник. Хватаюсь за голову, так как кажется, она сейчас взорвется от боли.

На ощупь нахожу бутылку воды и таблетку. Мария Сергеевна, экономка, знает мои привычки, и потому всегда оставляет на тумбочке средство спасения.

Заглатываю таблы и лежу тихо еще минут пятнадцать, пока отпустит. И только после этого выбираюсь из постели. Хмурый день отражается в зеркале моей не менее хмурой рожей.

Черт!

Вчера хватанул лишнего с мужиками. А ведь сегодня в офис, к папаше. Снова будет любить мне мозг, что ничего не делаю, а только бухаю и гуляю.

Врубаю прохладный бодрящий душ и матерясь, быстро смываю налет вчерашнего дня. Сбриваю густую щетину, превращаясь из неандертальца во вполне приличного члена социума.

Сметаю завтрак, заботливо оставленный экономкой для меня, и бросаю взгляд на часы. Блядь! До начала рабочего дня осталось пятнадцать минут! И плевать, что контора, в которой тружусь, принадлежит отцу. Он спуску не даст.

Выбегаю из дома без пяти минут восемь. Опаздываю просто зверски!

Ныряю в свою бэху. Срываюсь с места под визг шин. Нарушаю пару-тройку правил, прежде чем влететь в арочный проем подземного паркинга нашей фирмы. На бегу поправляю галстук. Строгий костюм — неизменное требование отца ко всем сотрудникам.

Заворачиваю за угол, прикидывая что скажу в свое оправдание и налетаю на бабульку. Точнее, на молодую женщину, которая выглядит как старушка. От нелепости ее наряда даже забываю обматерить как следует за неуклюжесть. Да она и сама теряется: сначала бледнеет, потом краснеет, потом... Кажется, сейчас грохнется в обморок, так я напугал ее злым лицом.

— Жива? — рявкаю, придерживая за локоть.

Эта дурочка в квадратных очках в черепаховой оправе неуверенно кивает. Поправляет волосы и отступает на шаг. В силу привычки пробегаюсь по ней профессиональным взглядом охотника: ничего такая, стройная и фигуристая. Сиськи где-то третьего, нет, четвертого размера. Все, как я люблю. Но это если не смотреть на лицо. Вот где природа отыгралась! Близорукие глаза невзрачного серого цвета щурятся, пытаясь рассмотреть меня в свои «телескопы». Боже, да в наш век технологий никто не носит таких массивных стекол! Для этого давно придумали коррекцию.

Но этой дурынде, видимо, невдомек, как нелепо она смотрится. Образ старой девы дополняет темная сливовая помада на узких губах, отчего они кажутся еще тоньше, чем есть на самом деле. Волосы выкрашены в желтый «цыплячий» блонд. Привет, девяностые, ей-богу! А сбоку на гульке кокетливо повисла большая такая заколка. Это не крабик, нет. Это — целый краб! И что забыл этот представитель ракообразных у нее на голове?

Хмыкаю, едва сдерживаясь от саркастичной шутки по поводу ее внешнего вида. Но вовремя вспоминаю, что опаздываю на совещание. Да и девчонка что-то лепечет под нос, мол, извиняюсь, не туда свернула...

Отмахиваюсь от нее и наконец-то захожу в зал для конференций. И тут же попадаю под перекрестные взгляды коллег. Но самый выразительный получаю, конечно, от отца.

— Рад, что вы нашли время и вспомнили, Артур Геннадьевич, о своих профессиональных обязанностях, — цедит сквозь зубы, не стесняясь принижать собственного сына перед остальными.

— И вам доброго здравия, Геннадий Валентинович! — широко улыбаюсь, пока скулы не начинает сводить. Пусть и не думает, что меня цепляют его замечания. Срать я хотел на его недовольство!

— Итак, вернемся к вопросу, который обсуждали до явления Христа народу...

Откровенно скучаю, выслушивая нудные отчеты поставщиков, кладовщиков, потенциальных клиентов. У отца крупная продуктовая сеть, сотрудников работает — вагон и маленькая тележка. Но почему-то папочка считает, что я обязан присутствовать на всех совещаниях. И не важно, затрагивается ли в разговоре моя отрасль ответственности.

От безделья лезу в телефон, игнорируя отцовские взгляды. И натыкаюсь на новый чат, который вчера сам же и создал. А потом благополучно забыл.

Открываю диалоговое окно с впечатляющим названием «Трусики, как трофей». Под чем я был, когда такое писал? Становится смешно, ведь в чате уже вовсю идет обсуждение пари, а я едва не пропустил все самое интересное.

Руслан пишет:

«Я уже нашел подходящую девчонку! Так что в очередь, лузеры!»

Хмыкаю и сворачиваю диалог. А ведь я тоже нашел.... Остается понять, а смогу ли? С такой-то страшилой? Если только мешок на голову натянуть, а то ведь и не встанет на нее.

Но, несмотря на явное несоответствие моим обычным стандартам, внутри просыпается азарт охотника. Хочу заполучить именно эту страшилу! Наверняка мужика у нее нет, стоит поманить пальчиком, как сама упадет к моим ногам. Только-то и остается, что узнать: кто она и в каком отделе у нас работает.

А дальше дело техники — цветы, ресторан, подарок какой-нибудь, неприлично дорогой. И поплывет девочка! А я буду думать, что стараюсь ради ее охеренных подружек четвертого размера. А то, что на лицо стремная... Ну и хрен! Мне ж не жениться на ней!

Спасибо за вашу поддержку!

Глава 3

Ксения Селезнева, в этот же день

Сегодня у меня такое ответственное собеседование, что с ума можно сойти! Потому собираюсь с особенной тщательностью. Пришлось даже позаимствовать у тетки строгую коричневую юбку. Нервно приглаживаю рукой воротничок блузки, выглядывающий из-под горчичного цвета пиджака.

С собой в пакетик складываю любимые туфли-лодочки без каблука. Они удобные, и в них я не сверну себе шею, бегая по этажам. А бегать наверняка придется! Ведь я иду устраиваться стажером в крупную торговую компанию. Там появились несколько соблазнительных вакансий, и я твердо намерена выгрызть себе место. Только бы хватило смелости и умений!

Совсем недавно я закончила универ, с отличием, между прочим. Вот только пока так и не смогла найти хорошее место. Ведь красный диплом вовсе не гарантия того, что меня примут с распростертыми объятиями. И именно поэтому одеваюсь строго, даже сказала бы излишне скромно. Хочу, чтобы меня оценивали как специалиста, а не девушку с выдающимися...

Мда... Моя грудь всегда была проблемой, как только стало понятно, что на втором размере дело не закончится. Грудь росла как на дрожжах и одноклассницы мне завидовали. Вот только я не могла понять: чему завидовать? Спина устает, бюстгальтер хороший подобрать — целая история. А уж внимание парней в пубертате... Лучше не вспоминать!

Так, незаметно для себя самой, я стала больше сутулиться. Обзавелась привычкой складывать руки на груди. И всегда покупаю кофточки на размер-другой больше, чтобы не облегал верх.

И сегодняшний выбор пал на милый пиджачок горчичного цвета. Ну и что, что в плечах чуть великоват? Говорят, оверсайз сейчас в моде. Правда, я в этом ничего не понимаю. Мой лучший советчик и стилист — это тетя Люся. Вот и бегу к ней в зал, чтобы показаться.

— Теть Люсь, как тебе? — кручусь вокруг оси. — Выгляжу представительно?

— Более чем! — сестра матери довольно кивает. — Только гамаши надень, застудишь себе все! А тебе еще детей рожать.

— Скажешь тоже! — фыркаю смущенно и разворачиваюсь на выход.

— Постой, еще один штрих! — тетка подхватывает со столика заколку. — Возьми, вдруг прическа растреплется. А с крабиком самое оно будет.

— Ладно. Пожелай мне удачи!

— Ни пуха ни пера, милая!

— К черту!

***

Жутко нервничаю в дороге, потом нервничаю, когда объясняю вахтеру зачем пришла в это красивое здание из стекла и бетона, а после — когда налетаю на красивого и злого мужчину в коридоре.

В мгновение ока теряю дар речи. А если вот этот красавец — и есть глава компании? И он не захочет иметь со мной дело из-за неуклюжести... Кому нужна бестолковая помощница?

С трудом удается унять сердцебиение, пока незнакомец пристально меня рассматривает. Понять бы еще о чем он думает!

И я тоже пялюсь на него, будучи не в силах оторвать взгляд от бездонных синих глаз. Но успеваю отметить, что густые каштановые волосы мужчины слегка вьются на концах. И ему безумно идет этот строгий серый костюм, подчеркивающий стройную, но крепкую фигуру. Наверняка он ходит в спортзал! В отличие от меня...

Вспоминаю про свою объемную грудь и скукоживаюсь. Теткин крабик повис где-то сбоку, соскользнув с волос при столкновении, и теперь стоит лишь шевельнуть головой, как он дает о себе знать, угрожая свалиться под ноги красавцу.

— Простите, я не специально! — бормочу, хотя по идее, это он налетел на меня. Я-то стояла на месте и вертела головой — куда идти дальше, когда он вылетел из-за угла и чуть не снес с ног.

Мужчина убегает дальше. В конце коридора хлопает дверь и снова воцаряется тишина... Все работают, а я — заблудилась! Немыслимо и глупо, но это произошло.

Открываю первую попавшуюся дверь. Внутри сидят девушки и быстро что-то печатают. При моем появлении даже головы никто не поднял.

— Простите, а где...

— Мешаете, закройте дверь! — отрезает одна из «машинисток». Она так споро орудует пальцами, что кажется должна уставать, но... нет!

— Извините!

Неужели придется спускаться на первый этаж и переспрашивать номер кабинета? Стыдно-то как! Но тут раздается цокот каблуков за спиной, и я разворачиваюсь. Навстречу идет красивая девушка-блондинка. Миниатюрная, и на огромных каблучищах. И как она на них ходит?

— Извините, пожалуйста..., — обращаюсь к ней и заливаюсь краской по самую шею.

— Привет! — улыбается приветливо. — Потерялась? — сходу догадывается.

— Да, немного. Кажется, я вышла не на том этаже. Мне нужен отдел кадров.

— Ага, он ниже, сразу под нами. Коричневая дверь с вывеской белыми крупными буквами «КАДРЫ». Не промахнешься!

— Спасибо, тебе, огромное! — улыбаюсь, и поправляю одной рукой ремешок сумочки. В другой руке у меня пакет с сапогами и еще один, более объемный — с курточкой.

— Ты к нам работать? — между тем интересуется красавица, не торопясь убегать и рассматривая меня.

— Да, очень хотелось бы.

— Не дрейфь, обязательно возьмут. У нас острая нехватка кадров... Ну ладно, я побежала, а то начальство будет ругаться! — она взмахивает папкой, которую прижимала к груди все это время и походкой модели удаляется прочь по коридору. К той самой двери, за которой скрылся и мужчина.

Вот бы и мне так уметь! Я даже попробовала взмахнуть рукой как она: легко, игриво, кокетливо... Но вместо этого чуть не растеряла свои сапоги из пакета.

Глянула по сторонам — не видит ли кто этого позора, и поскакала бодрой козочкой по ступеням на этаж ниже. Отдел кадров нашла тут же. И как могла так промахнуться? Наверное, это все от нервов.

А дальше... Потянулось длительное ожидание. Сотрудница отдела кадров проверила мои документы, диплом об окончании вуза, задала миллион вопросов и куда-то ушла с бумагами, приказав ждать.

Вернулась где-то через час, а увидев меня, всплеснула руками.

— Вы еще здесь? Вас же ждет начальник для собеседования! — и посмотрела так, будто я нарочно не пошла. Но ведь это она забыла обо мне на целый час!

— И куда мне теперь? — спохватываюсь, подхватив свои баулы. Кадровичка кривится от громкого шелеста пакетов.

— Пятьсот пятый вам нужен, и не забудьте постучаться. Директора зовут Бестужев Геннадий Валентинович. А ваши вещи оставьте в приемной секретаря.

— Спасибо!

Выбегаю, повторяя про себя имя отчество. Пятьсот пятый кабинет находится по соседству с конференц-залом, куда спешил красивый мужчина. Заставляю себя позабыть об этой встрече, так как у меня важное собеседование вот-вот сорвется.

Стучу и захожу. Передо мной — светлая симпатичная приемная, но секретаря нет на месте.

Теряюсь. И что мне делать? Так войти? Или дождаться?

Оставляю пакеты на кожаном диванчике для посетителей. Вот в таком месте я бы хотела работать: красиво, уютно, тепло... И вокруг кипит работа, понятная мне.

Настраиваю себя на позитив, проговаривая мысленно, что со всем справлюсь. Как вдруг из-за двери раздается громкий мужской возглас.

— Нет! Ты должен быть на месте! Ты — будущий глава всего здесь. А вместо работы шляешься по бабам! Мне надоело подыскивать тебе секретарш! Предыдущая Татьяна уволилась из-за того, что ты ее бросил. Артур, когда возьмешься за ум? Сколько можно?!

— Надоело выслушивать твои нотации! — раздается в ответ второй голос, тоже мужской и очень близко. Спешно отворачиваюсь от двери. Сделаю вид, что ничего не слышала!

Дверь распахивается и в приемной показывается сначала красавчик, с которым мы столкнулись перед этим, а следом за ним — мужчина постарше, но очень похожий внешне. Те же непослушные густые волосы, но изрядно припорошенные сединой.

Молодой тут же вызверяется на меня:

— А ты что здесь делаешь? Шпионишь за мной?

От шока не могу вымолвить и слово.

— Артур! — осаживает второй мужчина. И спокойно обращается ко мне. — Вы, должно быть, ко мне?

— Наверное, — лепечу, собираясь с духом. — Мне нужен Валентин Геннадьевич.

— Хах! — хмыкает Артур и бросает колючий взгляд на отца. Ведь явно же родственники эти двое.

— Геннадий Валентинович, — мягко поправляет меня большой босс и я мучительно краснею. — Вы по поводу работы?

Мы продолжаем общение в приемной вместо того, чтобы пройти в кабинет. Да и красавец не торопится уходить: лениво изучает меня тяжелым взглядом из-под пушистых ресниц. Не каждая женщина может похвастаться таким богатством!

— Да! — наконец-то отмираю и протягиваю паспорт. Чтобы не подумали, что самозванка какая. — Селезнева Ксения Эдуардовна.

— Забавно..., — снова подает голос красавчик. Да сколько же он будет смотреть на меня? И что смешного сказала?

— Вы очень вовремя, Ксения Эдуардовна! — произносит большой босс и пожимает мою потную ладошку. И даже на отчестве не спотыкается, как это частенько случается.

— Я бы очень хотела получить место в вашей фирме! — уже увереннее произношу. Меня никто не ругает, смотрит босс доброжелательно. В отличие от своего сынка.

— Вот и замечательно! — Геннадий Валентинович возвращает мне паспорт, так и не открыв. — Я просмотрел ваше резюме, очень неплохо. Закончили с красным дипломом?

— Да, спасибо! — тихо радуюсь, стараясь не слишком сильно улыбаться. Приятно, когда тебя хвалят.

— Пройдемте в кабинет, покажу вам трудовой договор, обсудим часы работы. Так как вас ждет ненормированный график. Надеюсь, вас это не испугает? Платим соответственно.

— Не испугает, — подтверждаю с улыбкой. И иду следом за боссом в его просторный кабинет.

— Артур, ты тоже останься. Если Ксения Эдуардовна согласится с условиями труда — станет твоим новым секретарем. Так что в твоих же интересах задержаться.

Что? Занять место секретаря рядом с этим? Грубоватым и сексуальным красавчиком-сыном-босса.... Боже мой! И как мне быть? Согласиться на работу мечты или трусливо сбежать, пока не поздно?

Глава 4

Артур Бестужев

Прохожу следом за страшилой и тут папаша выдает:

— Если Ксения Эдуардовна согласится с условиями труда — станет твоим новым секретарем.

Какого хрена? Хочу возмутиться, но натыкаюсь на предупредительный строгий взгляд отца.

Я привык видеть перед собой на работе совершенно другую категорию женщин: ухоженных, красивых, знающих себе цену и умеющих порадовать меня в течении дня. А что может эта? Пролить кофе на рубашку? Оттоптать ноги? Совсем как утром...

Рассматриваю ее в упор, и вижу, как сильно девчонка нервничает. Девчонка — потому что зеленая, несмотря на бабкин прикид. Сколько ей? Двадцать один? Двадцать два? Только универ закончила. Значит, около того.

Сидит ко мне в профиль, и я отчетливо вижу легкий пушок на щеках, у висков — чуть закрутились колечком более темные пряди, не выжженные отвратительным блондом. Носик ничего такой, миленький: аккуратный и прямой, не широкий, и не с горбинкой. Одним словом — нормальный нос.

Нижнюю губу чуть прикусывает на нервах, и уже съела часть своей дикой помады. Кто вообще сказал, что ей идет сливовый цвет? Неужели у прабабки стащила помаду?

Ну а шмотки... Это полный отвал башки в прямом смысле! Горчичный пиджак, под ним белая блузка в мелкую голубую полоску, коричневая юбка бабская и зеленые плотные колготы! Зеленые, мать их!

Модница-красотка, одним словом!

И мне на это чудо-чудесное смотреть целыми днями? Да я буду выходить из кабинета и дергаться каждый раз, как увижу.

Единственное, что меня останавливает от откровенного бунта, это ее кандидатура на звание «мисс-неприступность номер один». Уверен, что пацаны таких больше нигде не видели! И у них задачка полегче будет, чем мне затащить эту страшилу в постель. Но я люблю сложные задачи!

Решено! Пусть остается!

Так и папаша будет рад, что я не пру против его воли, и страшилку уломать всяко проще, когда она под рукой. А потом... Избавлюсь от нее за три секунды. Скажу — не справляется с обязанностями, слишком нерасторопная. И скорее всего так и будет. Так как за подобным нелепым фасадом просто не может быть светлых мозгов. Скорее, куриное желе!

Посмеиваясь, делаю незаметно фото страшилы, и отправляю в чат мужикам, чтобы заценили. Сопровождаю все это дело следующим текстом:

«Селезнева Ксения Эдуардовна, 21-23 годика от рождения, не целованная бабуля-секретутка. Помоги мне, боже!» — и куча смайликов с закатывающимися глазами и зелеными лицами.

Телефон мигает реакциями.

Мужики оценили: ржут, лайкают, желают удачи.

О, да! Удача мне определенно понадобится. Ведь мой объект — крайне сложен в обхаживании и некрасив снаружи. Но отступать и проигрывать я не намерен! Тем более, бонусом мне достанутся охеренные сиськи страшилы.

Черт! На мгновение в штанах стало тесно!

Тем временем мой объект очень долго читает текст договора, прежде чем поставить свою корявку — эдакую крохотную подписульку, которую рассмотреть можно разве что под лупой. Смотрю на девчонку и все в ней жутко раздражает: и эта забитость, и чрезмерная застенчивость. Откуда же ты взялась такая, в большом городе? И как выживала с такой натурой?

— Добро пожаловать в нашу большую и дружную компанию! — подытоживает разговор отец, довольно поглядывая на нее. Наверное, не нарадуется, что сумел навязать мне свою страшилку. Еще и сто пудов заставит стучать на меня: пришел-не пришел, пьяный-трезвый, что делаю и т.д. И будет сидеть у меня под носом маленький нелепый информатор.

Ну ничего, трахну ее и адье! Забуду, как страшный сон! И ведь реально, страшный...

После такого подвига, придется себе поставить памятник рукотворный, из вискарных бутылок. Смыть послевкусие, так сказать. И еще желательно, чтобы между ножек на коленях в этот момент стояла эскортница из элитных.

Я так размечтался, что у меня даже привстал. Второй раз за пять минут. Вот что значит долгое воздержание!

Поерзал в кресле, посмотрел на страшилу и.… меня тут ж отпустило.

— Артур Геннадьевич, проводи девушку к рабочему месту, покажи, что почем. Одним словом, знакомьтесь. А с завтрашнего дня Ксения Эдуардовна выходит на полный рабочий день, — папаша довольно лыбится. Да уж, удружил!

— Окей! — плавно встаю и тут же раздается грохот. Это страшила тоже решила встать из-за стола и сразу же уронила стул на пол.

— Простите! — бросается поднимать.

Кидаю хмурый взгляд на отца. Может, еще передумает? Она же разнесет нам офис! Но нет, папаня гаденько усмехается и кивает многозначительно. Вот же...! Зла на него не хватает.

— Идемте, Ксения... Эдуардовна! — подчеркиваю голосом ее отчество, об которое язык можно сломать.

Мы выходим в приемную и почти налетаем на Аллу, папину секретаршу. Алка баба умная, а еще хитрая и красивая. У нас с ней было пару раз, но дальше быстрого перепихона не зашло. Так как она предпочла мне работу! И не прогадала. Отец оценил ее организаторские способность и отлично подвешенный язык, и оставил у себя. Хотя изначально подумывал выкинуть, после того как узнал про нашу интрижку.

Аллочка стоит к нам спиной, аппетитно прогнувшись в пояснице и рассматривает старушечьи баулы на диване.

— И чье же это барахло? — тихо спрашивает и разгибается. А увидев меня — расплывается в широкой улыбке. — Артурчик Геннадьевич, привет!

— Привет, Аллочка! — подмигиваю красотке.

Воспоминания о том, как я жадно драл ее в подсобке, всплывают в голове сами по себе. Я бы не прочь повторить, но Алла дала понять: больше это ее не интересует. И с того дня лишь дразнит меня многообещающими взглядами и улыбками.

— А это кто с тобой? — удивленно вскидывает идеальные брови.

— Коллега твоя, — хмыкаю мрачно. — Знакомься, мой новый секретарь — Ксения.

— Эдуардовна, — добавляет это чудо несуразное и поправляет очки на переносице. А потом протягивает ладошку Аллочке.

Алла звонко смеется, но все же пожимает ее пальчики своими, с алым длинным маникюром.

— Какой неожиданный выбор, Артур Геннадьевич! — многозначительно произносит секретарь отца. — Я бы даже сказала, не узнаю ваш стиль! — продолжает забавляться.

Но тут срабатывает селектор, и раздается голос отца:

— Алла Петровна! Зайдите ко мне с ежедневником.

— Бегу, Геннадий Валентинович! — мгновенно преображается Аллочка и с самым серьезным видом несется на зов начальства, так как боится потерять место.

Мы провожаем ее взглядами. Я — восхищенным и полным желания. Страшила... Даже не представляю, о чем она думает в данный момент. Одно ясно: такой как Алла ей никогда не стать!

__________

Дорогие мои читательницы!

В ожидании следующей продочки, я приглашаю вас в историю Маргариты Абрамовой - "Друг отца. (Не) подарок для Босса". Наши мужчины-герои связаны старой дружбой и книги участвуют в литмобе Любовь_на_спор!

https://litnet.com/shrt/Sulr

Приятного чтения!

Глава 5

Ксюша

Я все еще пребываю в некотором шоке от того, что получила работу мечты и от озвученной зарплаты. Это огромная сумма! Втрое больше того, что ожидала получить. Но и требования прозвучали соответствующие: не опаздывать, ничего не забывать, быть предельно внимательной к деталям, и быстро запоминать большие массивы данных, которые в основном будут касаться распорядка дня Артура Геннадьевича, моего нового босса.

А вот с ним оказалось непросто. Все началось с того, что Артур стал показывать мне рабочее место и делал это издевательски.

— Вот это твой стол, а это — кресло. На нем люди сидят. А вот здесь лежит степлер. Но лучше его не трогай, чтобы не убить кого-нибудь ненароком.

— Артур Геннадьевич! — позволяю себе возмущенный взгляд. Он совсем меня за идиотку держит?

— Что, Артур Геннадьевич? — повторяет за мной. — Удиви меня, если так уверена в своих силах. Ты же должна понимать куда шла. Завари кофе для начала, а там посмотрим.

Красавец-босс скрывается в своем кабинете, а мне не остается ничего другого, кроме как растерянно хлопать глазами. Вот и ввел в курс! Вот и познакомились... Блин-блинский!

Бросаюсь к шкафчику кремового цвета в поисках кружки и всего остального. Внутри действительно обнаруживается посуда и нераспечатанная пачка самого дешевого кофе. Неужели Артур такой любит? Даже я такой не стала бы пить. А ведь он босс и вообще, человек при деньгах.

Но другого кофе в наличие нет, потому насыпаю ложку с горкой в чашку, наливаю кипяток из кулера и оформляю аккуратно на подносе, вместе с сахарницей, салфетками и собственным домашним печеньем. Как хорошо, что прихватила его с собой утром! А больше предложить большому начальству и нечего.

Перед тем как заходить, стучу, напоминая о себе. И начинаю пятиться спиной вперед, открывая дверь пятой точкой и удерживая в руках поднос.

Сзади раздается тихий вздох Артура:

— Ну натуральный краб...

Интересно, о чем это он?

— Ваш кофе! — разворачиваюсь, и, представляя, что я самая элегантная и привлекательная, аккуратно дефилирую к столу начальника с ношей.

Расставляю посуду под внимательным мужским взглядом и собираюсь уйти. Как внезапно он перехватывает меня за запястье.

— Сядь! — указывает на стул для посетителей. — Буду пробовать твою отраву. Если выживу — сработаемся.

Нервно сглатываю слюну и наблюдаю, как Артур подносит чашку к губам. Делает аккуратный глоток и удивленно вскидывает бровь.

— Кофе как у Тани. Такая же гадкая жижа. Но... Пить можно.

Делаю себе мысленную пометку — купить нормальный кофе для начальника.

Тем временем, Артур замечает печенье.

— Хм, а Танюха мне такого не приносила. Может, ты не так уж и безнадежна, стра... эм, стажер!

Сметает три крохотных печенья и даже шоколадную крошку собирает пальцем с тарелки. Как ребенок, ей-богу. А потом вдруг как рявкнет внезапно:

— Встать!

Взлетаю вверх, чуть не выронив пустой поднос.

— Отбой, стажер! Проверка реакции. Можешь забрать посуду и пойти к себе. Через час отвезу тебя домой, а пока — осваивайся на новом месте. Мне надо сделать несколько звонков.

Я все еще держусь за сердце, которое едва не выскочило от этих лающих команд. И что у него в голове за тараканы? Проверку устроил какую-то... Самодур! Хоть и красивый.

Дарю ему сердитый взгляд и убираю со стола.

— Спасибо за печенье, вкусное, — выдавливает из себя, хотя при этом делает вид, что очень занят работой за ноутбуком.

— Пожалуйста.

Ухожу к себе и только после этого выдыхаю. Боже мой, я так не нервничала даже не знаю сколько.... Никогда, наверное!

Ополаскивая чашку Артура, вспоминаю с улыбкой, как жадно он расправился с печеньем и подумываю о том, что надо бы что-то еще приготовить для босса. Секретарь ведь должен заботиться не только о комфорте начальника в рабочем процессе, но и о физическом здоровье. А сытый мужчина — довольный мужчина, это всем известная истина.

А там, глядишь, и общение наладится!

Прибрав за собой, уделяю внимание записной книжке и особенно пристальное — таблицам на компьютере. Поначалу было страшновато включать модную яблочную технику, но потом дело пошло, и я настолько погрузилась в расписание и список дел Артура, что не заметила, как он вышел из кабинета.

— Собирайся, на сегодня хватит, — раздается его голос с глубокими вибрирующими нотками. От этого тона непроизвольно напрягаюсь, откликаясь всем телом. Странная реакция на мужской голос, никогда за собой не замечала подобного!

_________

Спасибо за вашу поддержку и комментарии, мне очень приятно!

Глава 6

Ксения

Отлипаю от монитора и отмечаю, что босс уже одет в строгое лаконичное пальто, которое ему безумно идет, а в руках вертит брелок от машины.

— Быстрее, Ксения. Я не буду ждать тебя вечно! — подгоняет.

— Я могу сама доехать, на метро, — бормочу в ответ. Ужасно теряюсь при нем, еще и под таким напором.

— Нет уж! Я должен знать где ты живешь, на случай непредвиденных рабочих ситуаций.

— Ну, если это нужно для дела..., — ускоряюсь и выключаю технику. Я успела переписать себе расписание Артура на завтра и пометки, которые делала девочка до меня. Некоторые — странные, но, наверняка, не менее важные.

Например, позвонить Анжелике Э., напомнить за благотворительный вечер и спросить цвет платья.

Зачем Артуру цвет платья этой Анжелики Э.??

Ну да ладно. Надо, значит уточню.

А пока... Стеснительно переобуваюсь в сапоги под пристальным взглядом босса. Неловко надевать теплые носки, которые сняла, чтобы влезть в туфли. Потому просто прячу их в пакет и надеваю куртку.

Артур только хмыкает при этом. Неужели все заметил? Сам-то он стоит в одних тонких туфлях. Хотя, если он постоянно перемещается на машине...

— Готова? — хмуро спрашивает и зачем-то дергает за край моего шарфа.

— Готова! — пыхчу, так как в помещении довольно тепло, а на мне — зимний пуховик.

— Дамы вперед! — язвительно цедит и открывает передо мной дверь.

В лифте я смотрю только себе под ноги. Так как в тесном пространстве наше уединение становится еще более неловким. Артур тоже молчит, но снова рассматривает меня, я постоянно чувствую его взгляд на себе. Иногда кажется, что он решает в голове какую-то сложную задачу, вроде: верить мне или нет? Брать на работу или все же не стоит?

Хотя на самом деле, он скорее всего недовольно кривится и ему некомфортно рядом со мной. Ясно же, что он предпочитает совсем других девушек, но вынужден смириться с моей кандидатурой под давлением отца.

И вот теперь мы медленно ползем в лифте на нулевой этаж, а я вдыхаю приятный аромат мужских духов и позволяю себе лишь на секундочку представить, что красивый мужчина со мной рядом — вовсе не босс, а мой парень. Никто ведь не узнает об этих маленьких фантазиях!

Артур первым выходит из лифта, когда створки открываются. Уверенным шагом идет к машине, а мне остается только бежать за ним следом, чтобы не отстать. Зачем вообще вызвался подвезти? Странно все это.

— Садись! — бескомпромиссно заявляет и не оставляет места для маневра. Шмыгаю на переднее сидение дорогого автомобиля и замираю.

— Пристегнись!

Раздается новая команда. И я неловкими пальцами пытаюсь защелкнуть пристежку ремня безопасности.

Артур обходит машину и устраивается за рулем. Я дышу через раз, так как легкие заполняет аромат мужских духов, кожаного салона и запах чужой, дорогой жизни. В автобусах и метро пахнет совершенно иначе. А здесь все такое новое, крутое... Даже страшно шевельнуться, чтобы не сломать чего ненароком.

Бестужев бросает на меня насмешливый взгляд.

— Расслабься, это просто тачка. И никто тебя не съест!

— Постараюсь, — обещаю дрожащим голосом. А сама еще больше вжимаюсь в кресло, когда он жмет на газ. Авто срывается с места. Резкий поворот, другой, и мы вылетаем на дорогу, подрезав какого-то бедолагу.

— Артур...! Геннадьевич! Вашу мать! — выдыхаю, впившись пальцами в ручку на двери.

— Не ссы, страш... стажер! Домчу с ветерком!

Артур смеется как безумный, разгоняясь до сотни за секунды. Машина рычит, послушно выполняя все резкие повороты, разгоны и вытормаживаясь вовремя. А я молюсь про себя, чтобы тормоза не отказали на скользкой дороге.

Когда мы наконец-то заворачиваем в мой двор среди знакомых серых панелек, выдыхаю с облегчением. Как хорошо, что печенье за завтраком досталось Артуру! Иначе уже попросилось бы обратно, это точно!

— Приехали! — расслаблено бросает Бестужев и ждет, пока я отстегнусь и выберусь на ватных ногах наружу.

— С-спасибо..., — едва бормочу. Не дай бог еще раз сесть к нему в машину! Умереть же можно!

— Ксения, жду завтра на работе в семь пятьдесят. Не опаздывать! Буду лично вводить в курс дел. Побегаешь со мной везде, познакомлю с сотрудниками. Понятно? — хмурит брови.

— Понятно! — вытягиваюсь, как солдат на плацу. Умеет же он переключиться! Из расслабленного мажора-раздолбая вмиг превращаясь в строгого босса. Надеюсь, все же привыкну когда-нибудь к этим резким переходам.

Красивая, но опасная машина быстро отъезжает, мигнув алыми стоп-огнями напоследок. А я отправляюсь домой, чтобы поделиться с теткой радостной новостью: меня приняли на работу!

Глава 7

Артур

Высадил свою страшилу у типичного серого подъезда и сорвался прочь, выжигая резиной полосы на асфальте. Мне нужно срочно спустить пар, расслабиться. Утренний вынос мозга от отца не располагает к работе, потому несусь туда, где обычно зависаем компанией, в «Точку G». В баре-ресторане недавно сменился владелец, и из пафосного «Седьмого Неба» сделал кое-что поинтереснее. Название притягивает малолеток как мед пчел.

Теперь склеить девочку на вечерок ничего не стоит. Особенно, если показать, что у тебя есть деньги. Врываюсь в предновогоднюю атмосферу, которая царит в заведении и сразу прокладываю путь к бару. Плевать, что на часах всего три часа дня. Для меня не существует понятия «рано» или «поздно». Есть только «сейчас»!

Бармен кивает, признав во мне постоянного посетителя. Получаю пару шотов и лимончик. Отправляю один шот за другим в рот, перекатывая на языке лимонную кислинку. Хорошо! Жизнь налаживается.

Прохожу в випку, занимая лучший столик. Отсюда открывается шикарный вид на снующих девочек. Мне их видно, а вот им меня — нет. Но это до поры... Пока не надумаю перейти в атаку.

Присматриваюсь к длинноногой брюнетке. Хоть она отдыхает и с подругой, но, думаю, мне не составит труда отбить красотку. Скидываю пальто и одергиваю рубашку. Пора заказывать шампанское!

Невовремя жужжит телефон. Бросаю взгляд на экран. Отец! Он прямо-таки чувствует, когда позвонить и обломать кайф!

— Да! — все же отвечаю ему.

— Ты где, Артур?

— Уехал, — цежу сквозь зубы. Раздражение поднимается из глубины души.

— Я разве отпускал тебя? — тоже заводится.

— Забыл спросить!

— Артур, ты там совсем охренел? Последние мозги пропил? Я же четко дал понять: хватит валять дурака, вливайся в работу! Конец года на носу!

— Свою работу я и так делаю.

— Как попало делаешь, спустя рукава!

— Как умею! — отрезаю.

У меня есть весомый повод, чтобы забивать на папашины просьбы болт, и ему об это отлично известно. Но вместо решения проблемы, он предпочитает ее игнорировать. И я плачу ему той же монетой. Чертов замкнутый круг!

— Немедленно возвращайся в офис. Живо! — распаляется и уже натурально орет в трубку.

— Не выйдет, — хрипло смеюсь в ответ. — Только после того, как ты съездишь к матери!

— Артур, ты опять за свое? Сколько можно? — раздраженно переспрашивает.

— Она одна там живет! Борется с ебаным раком, блядь! Неужели так трудно навестить?! Ты вообще когда-нибудь любил ее по-настоящему? Сколько борщей она тебе сварила, рубашки твои гладила..., и ты вот так, выкинул ее на обочину, когда заболела!

— Что ты несешь! Артур! Тебе прекрасно известно, что это не так. И мы с мамой разошлись по другим причинам...

— Хуйня! — позволяю себе мат в адрес отца. Заебал просто! — Ты слабак и испугался, что не вынесешь ухаживать за ней, досматривать.... Хотя ей осталось не так уж и много. Просто гребаный слабак! И я тебя за это ненавижу!

Бросаю трубку нахер, чуть не расколотив при этом стеклянный столик.

Как же я ненавижу собственного отца! Он предатель, лжец и слабак! Вот так сочетание!

Игривое настроение пропадает начисто. Вспыхивает другое желание, не менее яркое — почесать кулаки. И для этого я знаю подходящее место...

***

Покидаю «Точку G» с ощущением, что мне насрали в душу. А так хотелось позабыть обо всем! Просто отдохнуть красиво.

Снова дорога, скорость, и злость, которой срочно нужно найти выход. Алкоголь выветрился так быстро, словно я сегодня и не пил. Заруливаю в одно темное местечко, которое присмотрел для таких вот, особенно паршивых дней.

— Руки! — басит охранник на входе.

Вскидываю руки. Проверяет мои карманы, хлопает ладонями по торсу и ногам.

— Чисто. Проходи.

Здесь нет имен. Тут можно быть никем. У этого заведения даже нет названия. Потому про себя называю его просто мордобойка.

Иду в раздевалку, где у меня есть своя маленькая камера хранения. Скидываю дорогой шмот и переодеваюсь в спортивки. Разминаюсь пять минут и прошу выпустить меня в «круг».

Если переступил порог и зашел в клетку, бессмысленно проситься обратно. Бой до отключки.

Называют мое имя, точнее ник, под которым я иногда здесь «зажигаю». Нечасто, но раз в несколько месяцев у меня случается очередной душевный разговор с батей и тогда все летит к херам. Моя выдержка, попытка быть как все, выглядеть нормальным. И я прихожу сюда, чтобы спустить пар. Превращаюсь в животное, которое хочет одного: драть глотки.

— Арчи против Бугая! — объявляют меня и какого-то здоровенного хуя. Я с ним еще не знаком, но ничего, вот сейчас и познакомимся!

Бугай, сука, оправдывает кликуху. Два метра ростом, рожа кирпичом, мускулы бугрятся вперемешку с салом. Агрессивно бьет себя в грудь, возбуждая толпу вокруг. На наш бой делают ставки, и в целом можно неплохо поднять бабла. Но я прихожу сюда не за этим.

Самое классное в мордобойке то, что можно отключить эмоции. Вообще нахрен все! Есть проблемы — нахуй их! Родаков, баб, политику, работу, друзей... Есть только ты и противник, которого надо завалить. Остальное неважно.

Звенит гонг. Начало боя. Бугай заходит вправо, оскалившись как здоровенный бульдог. У него такая мерзкая рожа, что заехать по ней — богоугодное дело!

Делаю выпад, чуть приседая на левую ногу и бью правой под дых. Бугай отшатывается, а у меня рука повисает плетью. Нихрена себе он плотный! Что-то я неподрасчитал с его массой.

Приходится юлить в кругу, уворачиваясь от кулаков Бугая. Толпа напирает, нервно орет здоровяку, чтобы добил меня. А хер вам! Я еще повоюю.

Левой работаю не хуже, чем правой. Не зря же столько лет по тренажеркам таскаюсь. Да и тренер у меня отличный. Мастер спорта по боксу. Если не вывезу, засмеет назавтра...

Кружу вокруг Бугая, пользуясь тем, что мельче его и легче. А он — как неповоротливый медведь: пока развернется, пока замахнется... Я ему пару-тройку коротких ударов по почкам и пропишу.

Выхватываю момент, что он слегка ногу левую подволакивает. Ага, старая травма, значит. Это мне только на руку.

Делаю подсечку вполне профессионально и заваливаю эту тушу на пол. Бугай, правда, меня тоже достает в полете и прилетает мне по тыкве от его кулачища. Нехило так. Улетаем оба на пол. Здоровяк орет благим матом, так как на больную ногу приземлился. А я трясу башкой, чтобы звездочки прогнать.

Рефери требует добить противника. Причем не понятно к кому обращается. Бугай медленно встает, зло сощурив глазки. Стоит на одном колене, так как подняться быстро из-за огромного веса не может. И тут уж или пан, или пропал...

Разгоняюсь по клетке, насколько позволяет пространство и обрушиваю в прыжке удар левой прямо в зубы скалящемуся Бугаю. Хруст моих костей приходится на вскрик толпы.

Туша падает на пол, чтобы уже не встать. Прижимаю левую руку к животу, костеря все на свете. Заработал перелом, блядь!

— Арчи победил! Бугай повержен!

Арена взрывается воем и аплодисментами. Бой вышел коротким, но красочным. Но, сука, как же болит рука...

В мордобойке есть свои медики, чтобы чуть подлатать бойцов и выставить их на улицу в более-менее вменяемом состоянии. Врач накладывает временную шину и советует показаться в травму. Хорошо, что это левая кисть. Правая рука вроде уже очухалась, так что как-нибудь доеду до больницы. После яркой вспышки боли ничего не чувствую. Так всегда происходит. Может, я дефектный какой-то?

Можно было бы, конечно, набрать отца... Но нахер оно надо. Сам справлюсь, не маленький.

Переодеться с одной рукой просто нереально. Потому сгребаю барахло и иду к машине в спортивках и с голым торсом. Пикаю брелком. Зашвыриваю тряпки назад, а сам, не без труда, выруливаю на дорогу.

Еду медленно, как бабулька в старом запорожце. Меня даже автобусы обгоняют! Дожился...

Мелькнула мысль — позвонить друзьям, попросить забрать из больнички. Но потом стало стыдно. Это ж придется объяснять, что за тараканы живут у меня в башке и зачем поперся в мордобойку. А про отношения с отцом и вовсе никому не расскажешь. О таком не говорят в баре с друзьями!

Потому все сам, своими ручками-ножками... В больнице меня оперативно осмотрели, сделали снимок, а потом так же оперативно наложили гипс и выдали список лекарств.

Купил в больничной аптеке обезбол на всякий случай и покатил домой. По дороге придумал как себя развлечь вечером, а заодно решить проблему с малой подвижностью. Задействую свою новую помощницу! А то хули она такую зарплату будет получать ни за хер собачий...

Подъезжая к дому страшилы, набираю ее номер. Ради этих циферок пришлось напрячь Любашу из отдела кадров, а она сегодня какая-то без настроения. Едва убедил кадровичку оторвать задницу от стула и найти личное дело Селезневой.

— Да! — раздается зашуганный голосок моей ненаглядной.

— Ксения, это Артур Геннадьевич, — сразу перехожу на деловой тон, чтобы не расслаблялась стажерка.

— Слушаю вас! — пищит пигалица.

Сразу представляю, как она пальчиком поправляет свои гигантские очечи на переносице.

— Помощь ваша нужна. Срочно! — добавляю в голос стальных ноток. А сам тащусь. Должно быть, серая мышь уже в предынфарктном состоянии.

— Конечно, я сейчас.... Я могу..., — раздается какой-то шум и грохот в трубке. — Что нужно делать?

— Итак, запоминайте: одеться, взять с собой сменную домашнюю одежду, положить в пакет вкусное печенье с шоколадной крошкой и тут же спуститься вниз. А еще, предупредите домашних, что ночевать вы сегодня будете на работе. Аврал! Все ясно? — отбиваю, а сам едва не хрюкаю в трубку. Неужели поведется?

— Хорошо, я мигом... Только, Артур Геннадьевич..., — мнется, мямлит чего-то.

— Да?

— Печенье закончилось.

— Плохо! — сурово добавляю. На том конце трубки раздается тяжелый вздох.

— Но я могу еще испечь... было бы где и на чем.

— Будет! Жду вас внизу, Ксения. Во всеоружии. У вас две минуты.

Отключаюсь, чтобы наконец-то проржаться как следует. Ох, не могу... Не помню, когда так веселился в последний раз. Жаль, что не видел ее лица в момент разговора!

Надеюсь, она не спрыгнет в последний момент, так как под таблетками пить мне нельзя, в бар не пойдешь, а от скуки я просто загнусь дома в одиночестве.

Потому жду свою страшилу с замиранием сердца.

Собиралась она, конечно, дольше двух минут. А вышла не одна, а с теткой какой-то. Мать что ли?

А я как маньяк одет: в пальто на голое тело, под ним — только спортивки. Даже неловко как-то. Еще и рука эта, в гипсе. Запахиваюсь повыше, чтобы не видно было грудь. Приспускаю стекло наполовину и с самым серьезным видом киваю обеим.

— Артур Геннадьевич — это моя тетя, Людмила, — представляет тетушку.

Та зыркает на меня соколиным глазом, как будто я собрался ее кровинушку сожрать, не иначе. Так и хочется крикнуть: не переживайте, я такое не ем, спасибо.

И хоть в будущем меня и ждет секс с страшилой, но стараюсь его отодвинуть максимально. Срок спора — до Нового года, так что у меня уйма времени. А пока я так, разогреваюсь. Можно сказать, приучаю стажерку к рукам.

— Добрый вечер! Производственная необходимость, сами понимаете, — несу какую-то ересь, лишь бы поскорее тетушку спровадить.

— Это что за необходимость такая, что моей Ксюшеньке понадобится сменная одежда?

— А вы представляете себе целую ночь перепечатывать документы в офисном костюме? На каблуках, при параде... Я ж не зверь какой-то, берегу вашу девочку, как могу. Но поставки горят, рук не хватает. Не волнуйтесь, за сверхурочные — тройной оклад.

— Тройной..., — тихо повторяет за мной Ксения, смешно округлив глаза за толстыми стеклами очков.

— Да. Потому прошу нас не задерживать. Быстрее справимся — скорее верну вашу племянницу домой!

— Ладно, — оттаивает тетка. Думаю, ключевую роль сыграла тройная оплата. — Милая, ты позвони мне попозже. Я все равно еще спать не буду.

Прощается со стажеркой и уходит. А я подмигиваю девчонке:

— Запрыгивай! Так что, говоришь, нужно для печенья?

Глава 8

Ксюша

Не могу поверить, что это происходит на самом деле. Мы стоим с Артуром Геннадьевичем в супермаркете и выбираем молоко.

Одет он странно: старые кеды, какие-то грязные спортивки, а сверху — его роскошное бежевое пальто. Под которым я не вижу свитера. Он что? Надел его на голое тело?

Почему-то от этих мыслей становится нестерпимо жарко. Оттягиваю шарф одним пальцем и облизываю сухие губы. Так торопилась выйти, что даже не успела накраситься!

— А что с вашей рукой? — тихо спрашиваю, опуская в тележку тетрапак с молочкой. Как бы я ни старалась промолчать, не сумела. Уж больно странно выглядит босс: на скуле виднеется свежий синяк, рука — в гипсе, и эта одежда...

— Отбивался от бандитов, — серьезно произносит, скосив на меня глаза. — Мука, масло... Что еще?

— Шоколад.

— Идем!

Набирает кучу продуктов, и помимо ингредиентов для печенья, в корзину летят колбаса, сыр, красная икра и шампанское. У босса намечается вечеринка?

Что вообще происходит?

Спрашивать боязно, ведь мы только-только познакомились. О привычках Бестужева могу только догадываться. Но его отец сразу предупредил — ненормированный график, предельное внимание к деталям.... Так что я просто стараюсь соответствовать требованиям.

На кассе очередь. И на нас смотрят все, кому не лень. Должно быть, со стороны мы выглядим странновато. Особенно много внимания достается Артуру. Девушки так призывно ему улыбаются, что мне становится тошно. Неужели вот так всегда? Стоит ему где-то появится, как женщины тут же бросаются на него, как изголодавшиеся акулы?

Еще и сам Бестужев подливает масла в огонь. Раздает направо и налево такие сладкие улыбки, что даже у меня ноги подкашиваются. Хотя все эти знаки внимания проходят мимо и предназначены не мне.

Наконец-то мы выходим на улицу, и я решаюсь на еще один вопрос:

— Артур Геннадьевич, а где я буду печь печенье? В офисе разве есть духовка?

— Нет, конечно, — толкает здоровой рукой тележку, а больную прижимает к себе.

— Я могу помочь, — отбираю тележку.

Бестужев бросает нечитаемый взгляд и пикает брелком. На глазах у множества симпатичных девиц, я перекладываю продукты из тележки в багажник его крутой люксовой тачки. А потом сажусь на пассажирское сидение. Кажется, меня успели проклясть все лица женского пола, что оказались свидетелями этой сцены!

Пристегиваюсь и жду, что мы опять будем нестись по городу как угорелые. Но босс удивляет в очередной раз. Медленно и осторожно выкатывается на дорогу. А потом продолжает движение со скоростью черепахи.

— Ксения, а вы водить умеете? — внезапно спрашивает, не отрывая взгляда от дороги.

— Нет.

Машины у нас с теткой нет, так что и идти учиться бессмысленно.

— Плохо. Были бы у вас права, сейчас бы сели за руль и отвезли больного начальника домой.

— Вам нехорошо? — спохватываюсь.

Что ж я за дура-то такая? Артуру наверняка больно и плохо. Перелом, ссадины... И как я не подумала?

— Жить буду, но водить не очень удобно, — нехотя признается.

— Может, сегодня стоило бы отдохнуть и не работать? — подаю голос. Что за срочность такая — печатать документы всю ночь? Неужели Геннадий Валентинович не отпустит собственного сына домой после травмы?

— А мы и будем отдыхать, — хмыкает. — Про работу я наврал твоей тетушке.

— Что?! — разворачиваюсь всем корпусом, рассматривая бесстыжее лицо начальника.

Как он мог? Зачем соврал? И куда меня теперь везет...

— Тише, стажер, — подмигивает, и снова переключается на дорогу. — Будешь лечить меня печеньем. Заодно обсудим ближайшие мероприятия, на которых я должен присутствовать. А ты мне — помогать.

Резкие переходы Бестужева с «вы» на «ты», как и от образа строгого босса к беззаботному весельчаку, выбивает меня из колеи. Не понимаю как себя с ним вести и где он настоящий.

Но на вранье и самоуправство злюсь. Так сильно, что Бестужев это замечает:

— Если ты так против, могу отвезти домой. Но мне показалось, что твоей семье не помешают лишние деньги.

Киваю. Так и есть. Мы с тетей Люсей живем скромно. Она инвалид, недавно перенесла операцию на почке. Подрабатывает дома понемногу пошивом гардин, но на этом разве заработаешь много? Так что я просто обязана вытянуть нас обоих из нищеты.

Конечно, у меня есть еще мама, но обременять ее своими проблемами не хочу. Тем более что отношения между нами не самый теплые.

— Здесь я и живу, — комментирует тем временем босс, подъезжая к элитной высотке в центре города.

Мне всегда было интересно, кто те небожители, что могут себе позволить квадратные метры в этом комплексе... И надо же! Я теперь знакома с одним из них и даже смогу посмотреть изнутри на красивую чужую жизнь.

Артур паркуется, и я выбираюсь из авто. Выгребаю продукты из багажника и перекладываю их в пакет. Очевидно, босс не привык сам делать покупки, так как на кассе не догадался взять пакет. Хорошо, что у меня всегда с собой есть запасной.

— Держи ключи от квартиры, а мне давай это, — отбирает пакет и мне ничего не остается, как послушно плестись следом, сжимая в кулаке связку ключей.

— Моя квартира триста одиннадцатая, — указывает подбородком на дверь, после того как прозрачный современный лист доставил нас на двадцатый этаж. Стараюсь лишний раз не думать, как высоко от земли нахожусь в данный момент. А то еще разовьется фобия.

Не с первого раза попадаю в замочную скважину. Артур хмыкает за моей спиной, но хотя бы ничего не говорит. Наконец-то удается справиться с замком, и я толкаю входную дверь.

— Заходи, чего встала! — подгоняет Бестужев и я робко переступаю порог чужой квартиры.

Здесь все такое... Шикарное! Это то, что сразу бросается в глаза. Дорогой ремонт, который можно увидеть разве что на картинках в глянцевых журналах. Лаконичная мебель, все выдержано в одном стиле, продумано.

Бестужев небрежно сбрасывает кеды и говорит:

— Помоги снять пальто.

И поймав мой вопросительный взгляд, поясняет.

— Рука!

— Ах, да, конечно!

Подхожу ближе и замираю. Мне самой расстегнуть пуговицы?

— Я жду, Ксения! — напоминает босс и голос при этом такой... Не могу понять — он смеется надо мной сейчас или получает удовольствие от того, что я в зависимом положении.

Подрагивающими пальцами расстегиваю пальто. Смотрю прямо перед собой и стараюсь не дышать. Но в нос все равно бьет приятный, и чуть терпкий запах мужских духов. Полы пальто расходятся, а там...

Перед моим лицом оказывается идеальный мужской торс. В меру «прокаченный» и довольно рельефный. Гладкая кожа без волос так и манит прикоснуться ладонью. Закусываю губу, борясь с желанием узнать, а так ли хорош Бестужев на ощупь, как и на вид.

— Ксюша, может, мы продолжим? Хотя мне, конечно, льстит такое внимание...

Врывается в грезы насмешливый голос.

Черт-черт-черт!!!

— Я просто задумалась, как снять пальто так, чтобы не зацепить вашу руку..., — оправдываюсь и краснею. Ведь врать абсолютно не умею! И все мои мысли наверняка отразились на лице... Позор!

Артур сам освобождает здоровую руку и поворачивается ко мне боком.

— Потяни за рукав. Только медленно.

Делаю, как было велено. И босс остается в одних спортивках, низко сидящих на бедрах. Таким я его еще не видела, и этот образ намертво запечатывается в мозгу: взъерошенные. чуть вьющиеся волосы; порочный взгляд, в которым отчетливо читается — «да, я хорош собой и знаю об этом»; тело спортсмена и безумная энергетика, от которой у меня подкашиваются ноги. Боже, помоги пережить эту ночь!

______

Спасибо, что зажигаете звезды на книге!

Дальнейшие проды будут выходить через день. Иногда может промелькнуть доп.выходной!

А еще, я представляю вашему вниманию новинку Литмоба любовь_на_спор:

АЛИКА БАУЭР

Предатель. Сделаю своей женой

— Ты самый отвратительный человек на свете. Я не выйду за тебя!

— Еще как выйдешь!

— Но почему я?

— Потому что именно тебя органы опеки видели в моей квартире полуголую. Чтобы они не отобрали у меня Тима, нам нужно пожениться.

***

У меня было все прекрасно: любимая работа, отношения, но тут в мою жизнь нагло вторгся он – мужчина, который кинул меня на утро после проведенной ночи вместе. А теперь требует выйти за него замуж и стать мамой для его сына.

Скорее ныряйте в историю: https://litnet.com/shrt/ShGO

Глава 9

Артур

Прохожу мимо стажерки, которая поедает меня глазами. И останавливаюсь у шкафа. Интересно, если еще немного ее подразнить — поведется или срежется? Достаю из шкафа чистое белье и штаны одной рукой, и поворачиваюсь к Ксюхе.

— Помощница, придется еще немного поработать ручками! — шучу и с интересом наблюдаю, как она пунцовеет. Смешная помидорка! И когда на ней нет тонны безвкусной косметики — очень даже миленькая. Еще бы очки эти выбросить... Но не все и сразу.

— Мне надо принять душ, но сама понимаешь — с гипсом просто нереально это сделать самому. Поможешь?

— Я?!

— А ты здесь еще кого-то видишь? — развожу руками.

— Может, попросить кого-то из ваших родных? — лепечет.

— Зачем? Ты уже здесь. Обещаю вести себя прилично.

— Артур Геннадьевич, это как-то слишком... В мои обязанности не входит....

— Ладно, понял тебя! — сухо перебиваю. — Буду мучаться сам. Конечно, я не вправе тебя заставлять.... Иди на кухню, готовь печенье.

Она еще и извиняется после моей провокации, и сбегает с пакетом продуктов на кухню. К слову, в паху поселилась приятная тяжесть, когда представил, как эта малышка избавляет меня от боксеров и проходится ласковой ладошкой по члену. Эта фантазия так прочно засела в мозгу, что я иду дальше, изображая полную немочь.

Захожу в ванную комнату и оставляю дверь чуть приоткрытой. Знаю, что ей любопытно и она прислушивается. Включаю воду, кое-как стягиваю штаны. Реально с одной рукой неудобно! Остаюсь в трусах и лезу под душ. И тут-то издаю громкий вопль.

— Твою ж мать!

— Артур Геннадьевич, вы в порядке?! — раздается взволнованный голос страшилы.

— Чуть не упал, — вздыхаю наигранно. — Руку зацепил!

— Больную?! Прикройтесь чем-нибудь, я захожу!

Ого, смелая!

— Я в трусах, Ксения, расслабься...

Девчонка показывается в ванной и старательно отводит глаза от моих боксеров. А в них начинается движение. Странно, что у меня на нее такая бурная реакция. Не иначе как сказывается трехдневное воздержание.

— Намылишь спинку? — миролюбиво спрашиваю, протягивая мочалку.

— Хорошо. Но вы отвернитесь и не дергайтесь, а то поскользнётесь!

Присаживаюсь на бортик душевой, подставив спину и бока заботливым рукам моей новой секретарши. Через меня их столько прошло, что есть с чем сравнить. Но как-то так получилось, что ни одна из них не была у меня дома, и уж тем более не мылила мне спину.

— Достаточно? — по-деловому интересуется, закончив с намыливанием.

— Спасибо. Еще бы спереди немного..., — показываю руку в гипсе, играя на ее жалости.

— Только быстро!

Разворачиваюсь лицом, демонстрируя такой нехилый стояк в трусах. Страшила замирает с мочалкой в руках.

— Это уже слишком..., — коротко сглатывает и хочет сбежать, но я ловлю своей единственной целой рукой Ксюху за талию и вынуждаю сделать шаг ко мне, под воду.

— Моя одежда! Волосы! — ошарашено хлопает глазами. А я смеюсь.

— Ты же взяла с собой сменную одежду, как я просил? — направляю душ ей на спину, чтобы уж окончательно не сбежала.

— Взяла, но намокать не планировала! — сердится и бьет кулачком по моей груди.

Бесстыже трусь каменным пахом об ее живот. Черт побери! Я хочу эту замухрышку здесь и сейчас!

— Артур, прекратите! Это неправильно, я не такая как остальные ваши женщины! — выставляет ладони, упираясь мне в живот.

— Уж поверь, я заметил, — комментирую и отпускаю ее.

Может, и правда, слегка перегнул палку. Девчонка выглядит напуганной, словно я сексуальный маньяк какой-то. Хотя в данный момент это не так уж и далеко от истины. Трахаться хочется — жуть!

— Переоденься в сухое, а я уж как-нибудь дальше сам, — говорю ей в спину.

— Извращенец..., — тихо произносит, прежде чем выскользнуть из ванной комнаты.

А я смеюсь. О да-а-а, девочка! У меня на тебя большие планы. Заставлю скулить от возбуждения и просить трахнуть! Я знаю, на какие кнопочки надо надавить...

Возбуждение не хочет спадать, и я включаю воду похолодней. Надо остыть! А то ведь Ксюха решит, что я буду брать ее прямо здесь и сейчас.

Кое-как обтеревшись полотенцем и надев чистую одежду, выхожу к стажерке. На Ксюхе надет вполне приличный спортивный костюм от известной марки и даже нафталином не отдает. Значит, у нее есть нормальная одежда. Тогда напрашивается вопрос — почему на работу ходит в чем попало?

— Хороший костюмчик, — устаиваюсь рядом, наблюдая как сосредоточено взбивает яйца венчиком Ксения. Хотя для этих целей на кухне имеется куча техники. Я-то ей не пользуюсь, но девчонка вполне могла бы...

— Угу, мама прислала из Италии, — отвечает, но на меня не смотрит.

— Значит, твои предки живут за бугром? — продолжаю допрос от нечего делать. — А ты живешь с теткой.

— Мама живет с новым мужем, папа умер очень давно. Время было тогда тяжелое, надо было как-то крутиться. Вот мама и нашла себе работу за границей, да так там и осела.

— Понятно. Сочувствую на счет бати. Хотя иногда мне кажется, что и без него вполне можно прожить..., — комментирую, а сам думаю о своем отце.

— Вам повезло с отцом. Геннадий Валентинович хороший, — внезапно выдает стажерка.

— Да тебе-то откуда знать?

Завожусь из-за херни, по сути. Но меня раздражают подобные суждения. Видела моего папашу один раз и уже на его стороне!

— Извините, Артур Геннадьевич! — улавливает перемену в моем настроении.

— Ай..., — отмахиваюсь. — И хватит выкать. Когда мы одни — называй меня по имени.

— Я постараюсь, — серьезно обещает и сдувает прядь волос, которая падает на лицо.

После того, как я намочил мышь, она распустила свои косы и теперь щеголяет с мокрой гривой до талии. Волосы неплохие, видно, что густые, но этот блонд... Руки бы оторвать тому мастеру, что ее красил!

Подцепляю одну из прядей и спрашиваю.

— Слушай, а что у тебя с волосами?

Девочка краснеет в десятый раз за день.

— Артур Геннадьевич..., — начинает возмущенно.

— Кто?! — рявкаю на нее в шутку.

— Артур, разве вам... тебе интересно об этом говорить? — вскидывает глазища.

— Больше нам пока поговорить не о чем, потому давай, выкладывай.

— Это тетя меня покрасила, немного неудачно..., — признается.

— Тетка... Ясно! Завтра же пойдешь в салон, и исправишь это убожество. Поняла?

— Завтра никак не могу, — тушуется.

— Это еще почему?

— Первый рабочий день и до зарплаты еще целый месяц!

— Ладно, сделаем так. Отметимся в офисе, посветим мордами перед моим папашей, а потом я сам отвезу тебя куда следует. И возражения не принимаются. Уяснила?

— Как скажите, Артур Геннадьевич, — совсем смутилась и опять полезла со своим этим «Геннадьевичем».

Раздается громкий сигнал звонка, и я ухожу в коридор, где бросил свое пальто вместе с гаджетом.

На экране высвечивается «Мама». Быстро соединяюсь, так как при каждом ее звонке пугаюсь — а вдруг ей стало хуже!

— Мама, все в порядке?!

— Привет, сыночек. Все хорошо. Хотела тебя услышать. Как дела?

В груди разжимается пружина. Все в порядке, просто обычный созвон!

— И у меня хорошо. Отец тебе звонил сегодня?

Повисает пауза. Затем мама мягко говорит:

— Ты же знаешь, Артурчик, он не часто звонит. Много работы.

Выгораживает этого козла вонючего!

— Я ведь просил его сто раз..., — рычу в трубку.

— Сынок, не надо. Не ругайся! Лучше расскажи мне что-нибудь хорошее. Заскучала без тебя.

— Знаешь, а я завтра сам к тебе приеду. Идет? И печенье привезу домашнее, с шоколадной крошкой. Очень вкусное!

— Откуда у тебя домашнее? Мария напекла?

— Неа, не угадала, мамуль. У меня появилась помощница — мастер на все руки.

— Ой, родной! У тебя девушка появилась? Я бы так хотела с ней познакомиться. Знаешь ведь, что очень хочу увидеть тебя счастливым, рядом с любимой девушкой. Привезешь ее с собой? Чаю попьем вместе.

— Мам, постой. Это не совсем то, что ты подумала..., — пытаюсь ее остановить.

— Артур, не обманывай меня! Если девочка для тебя печет печенье, значит, у вас все очень серьезно.

Мама так радостно смеется, что мне не хватает духа ее обрубить. И как чертов эгоист и слабак, я соглашаюсь.

— Хорошо, мам, приедем. Только ты сильно не напирай, Ксюша у меня скромница.

— Не буду, родной! Ох, тогда я завтра тоже что-нибудь вкусного приготовлю, приезжайте голодные. Может, и папа сможет? Посидим как раньше, всей семьей.

В ее голосе звучит робкая надежда и это меня убивает.

— Мамуль, я бы сильно не ждал..., — говорю как можно мягче. А мысленно набиваю отцу лицо.

— Ну и ладно, — тут же переключается наигранно бодро. — В любом случае я буду вам рада.

— Хорошо, увидимся. Пока!

Кладу телефон на тумбочку и бросаю взгляд в зеркало. Ну вот, Бестужев. Допрыгался, дошутился... А теперь придется страшилку уламывать на нечто покруче, чем просто секс. Ведь перед мамой придется изображать с Ксюхой неземную любовь!

Глава 10

Ксюша

Артур с кем-то разговаривает по телефону, пока я пытаюсь сконцентрироваться на задаче: приготовить тесто для печенья и не опозориться.

Это крайне сложно, когда босс постоянно крутится рядом, задает провокационные вопросы, прикасается ко мне.... Не могу выбросить из головы его образ в душе. Мокрое тело, прилипшие пряди на лбу и... Там, в трусах. Мамадорогая! О таком даже думать стыдно!

Потому слегка дергаюсь, когда Артур оказывается рядом. Чуть отстраняюсь, чтобы дать себе возможность нормально дышать и думать.

— Ксения, тут такое дело..., — заводит разговор с самым серьезным видом.

Что еще стряслось?

Вскидываю глаза. Как же мне надоели очки, если бы кто-то знал! Хотелось бы смотреть на Бестужева не сквозь толстое стекло, а вот просто так, видеть его четко.

— Завтра на вечер ничего не планируй, дело есть. Понятно?

Сверлит глазами. Киваю как под гипнозом, а потом спохватываюсь.

— Что за дело, Артур Геннадьевич?

— Не начинай, стажерка! — привычно кривится. — Поможешь мне в личном дельце.

Задерживаю дыхание. Что значит... личном? Насколько? Фантазия подсовывает такие откровенные кадры с участием босса, что я мгновенно завожусь. Ксюша! Не глупи! Наверняка он не это имел ввиду.

— Ты так тяжело дышишь, девочка! — Бестужев наклоняется ниже, замирает напротив моих губ. Смотрит долго-долго, вынуждая умирать в запредельных мечтах. Не станет ведь он целовать меня, правда? Или...

— Мне нужно съездить к матери. Ты — составишь мне компанию.

Отходит с хитрой ухмылкой, а я впиваюсь пальцами в миску. Боже мой, о чем я только думаю! Конечно же, дело не настолько личное, как я себе придумала. Но и надо признать, что вместе с разочарованием ощущаю облегчение. А что, если бы он действительно пригласил меня в свою постель? Хватило бы мне сил отказаться от такого мужчины? При всей его мудаковатости, Артур — мечта многих. И я, увы, не исключение.

— Почему я? — спрашиваю севшим голосом. Мне тяжело даются такие эмоциональные качели.

— Ты умеешь себя прилично вести и грамотно разговариваешь. И уж точно знаешь больше, чем какая-нибудь эскортница.

Мысленно недоумеваю. Почему он сравнил меня с эскортницей? У него что? Девушки нет постоянной?

— Вы всегда просите помощи у этих...? — не могу произнести вслух подобное слово.

— Это выход для холостяка. Я часто бываю на мероприятиях, куда принято приходить со спутницей. Но вот к матери в гости я не могу взять шалаву, пусть и очень дорогую.

— Подождите..., — счищаю с пальцев сладкое тесто. — Выходит, я должна буду перед вашей мамой разыграть подругу? Вашу девушку?

Предположение кажется таким фантастическим, что я просто таращусь на босса. Он ведь не может так со мной поступить... Должен ведь понимать, что это все — слишком. И я не смогу отказаться.

— Именно, — легко кивает и подходит вплотную. Перехватывает мою руку в тесте и... Облизывает палец!

Ноги предательски подкашиваются, и я опираюсь на столешницу, чтобы не упасть. Зачем он это делает??

— Вкусно! — резюмирует, сверкая своими невозможными синими глазищами. Как бескрайнее небо. Красивое и недоступное!

— Артур..., — пытаюсь отнять руку.

— Ты должна привыкнуть ко мне и перестать выкать. Иначе мама не поверит, что ты — моя девушка, и у нас с тобой жаркий секс каждую ночь.

— А это обязательно? Может, мы только познакомились и у нас еще ничего не было? — пытаюсь выкрутится из кольца мужских рук.

— Неа, мама меня знает, как и мои привычки. Не поверит, что дружим чисто мозгами. Понимаешь, Ксения?

Снимает с меня очки, и я щурюсь, так как без них мой мир — одно разноцветное пятно без деталей.

— Так гораздо лучше, стажер! Закрой глаза, — командует и горячей ладонью прижимает меня к своей груди.

Закрываю, но все же шепчу:

— Не надо...

— Не бойся, это не смертельно, — произносит совсем близко, опаляя кожу дыханием.

Проводит губами по щеке и цепляет мочку уха. От острых и сладких ощущений простреливает низ живота. Потом Артур смещается чуть ниже, тянет за молнию на спортивном костюме и этот шорох приводит меня в чувства.

— Достаточно! — упираю руки в тесте ему в грудь. Вскидываю глаза.

Бестужев доволен собой и вообще прибывает в хорошем настроении. И даже рука не болит, похоже! Демон-искуситель, блин!

— Ладно, на сегодня урок приручения окончен! — отступает и возвращает мне на переносицу очки. — Напомни, что тебя надо записать к офтальмологу. Не могу смотреть на это убожество.

И вот вроде бы он хотел проявить заботу, пусть и в несколько извращенной форме, но даже не заметил, как обидел. Внутри все сразу опускается. Как я могла на секунду подумать, что между нами есть какая-то симпатия? Для Артура я лишь кусок мяса, с которым можно весело и со вкусом провести время. А мои чувства и желания — это пустое, ненужное.

Врядли он вообще замечает чьи-либо чувства, кроме своих. Махровый эгоист!

Разозлившись на себя и свое предательски слабое тело, подсыпаю в тесто немного молотого перца. Получай, сладкоежка!