Czytaj książkę: «Жрица драконов»

Глава

Глава 1 Чавканье в темноте

Снег сыпался с неба тонкими серебряными нитями, будто кто-то наверху встряхивал огромную меховую шубу. Он ложился на тротуары, на крыши киосков, на плечи редких прохожих, заставляя их кутаться в шарфы и прибавлять шаг. Вечерние фонари выхватывали из темноты свежие сугробы, и те светились тёплым жёлтым светом, как большие неровные свечи.

Лера шла не спеша, и морозный воздух казался ей вкусным — острым, звенящим, как мятная конфета. Настроение было отличным: сегодня удалось пристроить последнего котёнка. Она улыбалась своим мыслям, чувствуя, как внутри тихо распускается приятное тепло.

Мимо проплывали закрытые овощные киоски — их витрины потемнели, став похожими на пустые зеркала. И вдруг среди привычного городского шороха — странный звук: влажное, тягучее чавканье, будто кто-то грызёт что-то сочное прямо в темноте.

Лера остановилась, прислушиваясь. Чавканье оборвалось. Дверь киоска приоткрылась с тихим скрипом, и в узкой щели сверкнули зелёные глаза — яркие, как два изумруда в полумраке. Что-то непонятное метнулось мимо её ног, едва не сбив с шага. Лера ойкнула и отпрянула, сердце подпрыгнуло где-то у горла.

Из-за ствола старого дерева осторожно выглянула странная морда: чешуйчатая, будто обтянутая крокодиловой кожей, а на носу — кусочек апельсиновой шкурки, словно нелепая деталь из чужого сна. Большие круглые глаза смотрели на неё с такой откровенной мольбой, что испуг рассыпался в пыль. Морда расплылась в неуклюжей улыбке, существо чихнуло — и из пасти вырвался маленький клубок сероватого дыма. Потом раздался сухой, надтреснутый кашель.

«Он же простужен!» — подумала Лера, и рука сама потянулась к собственному шарфу. Не раздумывая, она быстрым движением сняла длинный тёплый шарф и протянула его незнакомцу. Тот склонил голову в неловком поклоне и принял подарок. Потом, не зная, что с ним делать, принялся крутить его в лапах, будто пытался разгадать секрет ткани.

Лера подошла ближе. В свете фонаря она наконец смогла разглядеть его целиком: крошечный дракон, ростом едва ли по колено, с чешуёй, отливающей тусклой бронзой, и глазами, в которых плескалась растерянность.

— Да ты дракон?! — не удержалась она.

— Наверное, — просипел он, заикаясь, и снова закашлялся.

Не тратя времени на сомнения, Лера шагнула вперёд и уверенно обмотала шарф вокруг его чешуйчатой шеи.

— Вот так будет лучше. Скоро согреешься, — заверила она, и голос её прозвучал твёрже, чем она сама себя чувствовала.

— Спасибо, — тихо ответил дракон, слабо улыбнувшись.

В воздухе повисла неловкая тишина, густая и немного смешная. Лера тряхнула головой, прогоняя оцепенение.

— Откуда ты? — спросила она.

— Мой мир и далеко, и близко, — загадочно пробормотал он. — Вообще-то… я потерялся.

— Понятно, что ничего не понятно, — пробурчала Лера, но в голосе уже слышалась улыбка. — Давай знакомиться. Я — Лера.

Дракон протянул лапу, чуть помедлил и представился:

— Антомид.

— Для дракона ты какой-то маленький, — не удержалась Лера.

— А я и есть маленький, — смущённо признался он. — По вашим меркам мне всего триста лет.

— Ничего себе… Так ты знаешь наш мир? А говоришь, что потерялся, — продолжала удивляться она.

— В стародавние времена мои предки жили здесь. Но, спасаясь от вымирания, они были вынуждены уйти в другой мир.

— Вот это да… — прошептала Лера. Из-под вязаной шапочки выбился локон, и она машинально убрала его за ухо, а потом, вдруг смутившись, сняла шапку. Русые волосы волнами рассыпались по плечам, и Антомид замер, глядя на неё так, будто увидел что-то невероятно редкое.

— Какая ты красивая, — восторженно выдохнул он.

Лера запнулась, будто споткнулась о собственные мысли. Торопливо натянула шапку обратно, пряча волосы, и, чтобы скрыть неловкость, заговорила серьёзнее:

— Знаешь, хотя драконы и исчезли с лица Земли, память о вас живёт в мифах.

— Правда? — в его голосе прозвучало столько надежды, что Лера невольно улыбнулась.

— Ага. Люди рассказывают истории. Иногда даже не догадываясь, сколько в них правды.

Она помолчала, глядя на этого странного гостя, который дрожал и кашлял, и вдруг поняла: оставлять его на улице нельзя.

— Что же мне теперь с тобой делать? — пробормотала она скорее себе, чем ему.

— Не знаю, — удручённо вздохнул Антомид.

Лера на секунду задумалась, потом решительно раскрыла кошачью корзину.

— Прыгай сюда. Думаю, поместишься, — предложила она.

Антомид, кряхтя и неловко перебирая лапами, кое-как втиснулся внутрь.

Вскоре Лера уже гремела ключами у двери своей квартиры. Её возня привлекла внимание соседки: дверь напротив приоткрылась, и в щёлке мелькнуло насторожённое лицо Нины Николаевны.

— Добрый вечер, Нина Николаевна, — поздоровалась Лера, стараясь говорить как можно обыденнее.

— Добрый, — ответила соседка, прищурившись. — Всех котят раздала?

— Почти, — неопределённо отозвалась Лера.

И тут Антомид, прикрыв лапу пастью, приглушённо чихнул. Из корзины потянулся лёгкий дымок.

— Ой, кто это? — округлила глаза Нина Николаевна.

— Простывший остался, — вздохнула Лера, будто речь шла о самом обычном госте.

Дракон снова чихнул, переставляя затекшие лапы.

— Лечи его, — испуганно воскликнула соседка и торопливо захлопнула дверь.

Едва сдерживая смех, Лера вошла в квартиру, разделась и открыла корзину. Антомид, кряхтя, выбрался наружу. В тот же миг с дивана донеслось возмущённое фырканье и шипение: обиженная Мила не ожидала, что хозяйка притащит в дом нечто с жуткими глазами и острыми зубами.

— Мила, Мила, успокойся, — пробормотала Лера, чувствуя, как накатывает лёгкая паника.

Кошка замерла, шерсть на ней встала дыбом, словно маленькие иголки. А Антомид, желая как-то сгладить неловкость, попытался улыбнуться. Ряд острых зубов произвёл на Милу сокрушительный эффект: оглушённо мяукнув, она молниеносно скрылась в коридоре.

— Ну вот, испугал, — смущённо пробормотал дракон.

— Ничего, привыкнет, — махнула рукой Лера, хотя в глубине души сомневалась.

— Я постараюсь с ней поладить, — искренне пообещал Антомид.

Лера заварила чай, а перед гостем поставила чашку кипятка с лекарством.

— Пей, — строго, но мягко приказала она.

Дракон послушно осушил чашку, поморщился и просипел:

— Фу, какая гадость.

— Ничего, — улыбнулась Лера. — Скоро станет легче.

Мила осторожно заглянула на кухню, опасливо косясь на дракона. Постепенно напряжение в воздухе стало таять. Лера налила молоко в блюдце, позвала кошку. Та, всё ещё взъерошенная, но уже не такая воинственная, начала лакать.

Тревоги дня и лекарство сделали своё дело: глаза Антомида начали слипаться. Он зевнул, и из пасти снова вырвался крошечный клубок дыма.

— Бедненький, — пожалела его Лера. Она осторожно приподняла его и устроила на диване, подоткнув плед.

Глава 2 Зеркало без паутины

Следующий день тянулся одновременно быстро и медленно: будто время решило поиграть с Лерой в прятки. С утра она укутывала Антомида в старый плед, ставила рядом чашку тёплого молока с мёдом и слушала его хриплое, но упрямое «Я уже почти выздоровел!». Мила, поначалу державшаяся от дракона на расстоянии вытянутого хвоста, к полудню сдалась. Свернувшись клубочком у его лап, она излучала такое густое, кошачье тепло, что даже чешуя Антомида будто становилась мягче. Он благодарно косился на неё и шептал: «Спасибо, пушистая».

К вечеру голос дракона окончательно перестал напоминать скрежет старого водостока, а любопытство вернулось с удвоенной силой. Лера сидела за компьютером, пытаясь сосредоточиться на коде: перед глазами мелькали строчки, но вместо логики в них всё чаще проступали образы — дракон, зеркало, подземелье…

— Нет, не так, — вдруг заявил Антомид. Его когтистая лапа быстро пробежалась по клавиатуре, щёлк-щёлк-щёлк, и на экране сама собой выстроилась аккуратная функция.

Лера подпрыгнула на стуле.

— Вот тебе и на! Откуда такие познания?

— Сам удивляюсь, — протянул Антомид, потирая лоб. — Видно, при переходе я частично потерял память. Но какие-то обрывки знаний будто прилипли к чешуе.

— А как ты попал сюда, помнишь? — спросила Лера, наклоняясь вперёд, будто от этого воспоминания могли прийти быстрее.

Дракон задумался. Лоб его покрылся глубокими складками, как у старичка, который силится вспомнить забытое имя.

— Вспомнил! — закатив глаза, воскликнул он. — Мы с дедом зашли в старый дом. В нём стоял старинный сундук. Дед велел мне лезть в него и сидеть тихо. «Ни звука, Антомид, — сказал он. — Ни единого».

— А дальше? — нетерпеливо спросила Лера. — Вы от кого-то прятались?

— Всё, больше не помню, — смущённо ответил он, опуская уши. — Как будто кто-то взял и стёр следующий кусок.

Дикий кошачий вой разорвал вечернюю тишину, острый и пронзительный, как лезвие.

— Милка! — вздрогнул Антомид и пулей вылетел в форточку, даже не задумываясь, что ещё час назад едва мог поднять голову.

На улице кошка, спасаясь от стаи бродячих собак, пыталась залезть на гладкий столб. Её когти беспомощно царапали металл, срываясь снова и снова. Антомид вихрем налетел на собак. Те не были готовы к встрече с драконом: жалобно повизгивая, они разбежались в разные стороны, будто их сдуло порывом ветра.

Дракон осторожно перенёс Милу в квартиру. Кошка всё ещё дрожала, и её дрожь передавалась всему миру. Лера прижала её к себе, чувствуя, как быстро колотится маленькое сердце.

— Спасибо, — тихо сказала она, глядя на Антомида.

— Да не за что, — замялся он, пряча взгляд. — Я просто… не мог смотреть, как она царапает этот столб.

— Что это было? — послышался голос с соседнего балкона.

— Собаки чуть не задрали кошку, — крикнула в ответ Лера. — Её спасла… летучая мышь.

— Ну и дела! — воскликнули на балконе и захлопнули дверь.

— Летучая мышь? — обиженно протянул Антомид, поджимая крылья.

— А ты хотел, чтобы в тебе разглядели дракона? — улыбнулась Лера, и в этой улыбке было столько тепла, что дракон слегка расслабился.

— Да нет, — нехотя ответил он. — Просто… обидно немного.

Лера выключила компьютер, и комната сразу стала тише, будто выдохнула.

— На сегодня хватит. Завтра погуляем.

— Где? — оживился Антомид, будто ему пообещали не прогулку, а целое приключение.

— Есть недалеко одно место. Развалины замка. Одной мне там будет страшновато, а с тобой — нет, — призналась Лера, чуть пожав плечами.

— Странное место для прогулок, — удивился дракон.

Лера рассмеялась, и этот смех прогнал остатки вечерней неловкости.

— Моё хобби — исследовать всё неизвестное и таинственное. Люблю, когда у тишины есть история.

— Вот почему состоялась наша встреча, — тихо произнёс Антомид, и в его голосе прозвучало что-то большее, чем просто слова.

Сборы были короткими, но суетливыми. Лера натянула тёплый пуховик, шапку, перчатки, а потом строго посмотрела на Антомида:

— Лезь в рюкзак. Там просторно.

Дракон послушно выполнил просьбу, но разместиться удобно не получилось. В полумраке рюкзака он разглядел две зелёные точки. Это была Мила. Она тихонько потерлась о его чешуйки, будто хотела сказать: «Не бойся, я с тобой».

Чтобы добраться до замка, нужно было пройти лесом на лыжах. На середине пути Лера расстегнула рюкзак и выпустила Антомида.

— Полетай. Здесь тебя никто не увидит, — сказала она, оглядываясь по сторонам. Вокруг стояла такая тишина, что слышно было, как снежинки падают на ветки.

Дракон вылез, уселся на плечо Леры, расправил крылья и с восторженным вздохом взмыл вверх. Мила, не удержавшись от любопытства, тоже оказалась на втором плече.

Вздрогнув от неожиданности, Лера удивлённо воскликнула:

— А ты откуда взялась?!

Мила только виновато мурлыкала в ответ, будто это было самое естественное дело на свете — сидеть на плече и смотреть на мир сверху.

— Чудненько, — вздохнув, произнесла Лера, но в её голосе не было недовольства. — Подруги с женихами гуляют, а я с драконом и кошкой. И знаете что? Мне это даже нравится.

В лесу было тихо, только изредка с заснеженных елей срывались хлопья снега, да небольшие стайки птиц перелетали с дерева на дерево, оставляя на белом покрывале крошечные следы.

На небольшой каменистой возвышенности лежали остатки замка. От былого величия осталась лишь ажурная арка, похожая на застывшую песню из камня. Лера осторожно поднялась к ней. Антомид тихо опустился ей на плечо. На другом всё ещё сидела Мила, насторожённо поводя ушами.

— Налетался? — тихо спросила Лера.

Дракоша кивнул.

— Сверху я заметил меж камней большую расщелину. Она ведёт под землю, — сообщил он.

— Значит, легенда не врёт, — отметила Лера, и глаза её загорелись тем особенным светом, который бывает только у тех, кто вот-вот найдёт что-то важное. — Рыцарский замок без подземелья — это нонсенс.

Спустившись на землю, дракон повёл Леру к расщелине. Он был прав: между камнями зиял проход, а из него тянуло холодным, пыльным воздухом, пахнущим временем. Потёртая крутая лестница резко уходила вниз.

— Давай на разведку слетаю, — предложил Антомид.

Она кивнула и застыла в ожидании, прислушиваясь к каждому шороху.

Пролетев над ступенями, Антомид оказался в большом зале. Трухлявая мебель времён средневековья утопала в густой паутине, будто сама история решила спрятаться от чужих глаз. В углу на стене висело огромное зеркало. Золотая рама пугала фигурами драконов, застывших в вечном полёте. Но самое странное — паутины на самом зеркале не было. Оно выглядело так, будто его протирали вчера.

Отметив этот интересный факт, Антомид поднялся на поверхность.

— Что там? — нетерпеливо спросила Лера, подавшись вперёд.

— Есть коечто, — ответил дракон, и в его взгляде мелькнуло что-то серьёзное. — Тебе надо посмотреть.

Девушка осторожно спустилась, держась за шершавые стены. Антомид молча подвёл её к зеркалу. Мила сидела у неё на плече, и шерсть её встала дыбом, будто каждая волосинка почувствовала опасность.

— Ты чего напыжилась? — спросил дракон.

— Кошки чувствительны к иным мирам, — объяснила Лера, не сводя глаз с зеркала.

Она внимательно осмотрела его.

— Интересно… Как будто приклеено к стене, — предположила девушка. Лера провела рукой по раме. Под пальцами почувствовалось неуловимое движение — будто зеркало жило своей собственной жизнью.

Мила, изогнув спину, громко зашипела. Зеркальная гладь подернулась мелкой рябью, как вода, в которую бросили камень.

— Прячемся! — крикнула Лера, быстро убирая кошку в рюкзак.

Они метнулись за старый шкаф. Паутина лезла в глаза, цеплялась за волосы, но пришлось терпеть и замереть, слившись с пыльной тишиной.

Из зыбкой зеркальной глади вышел дракон. Миг — и он мгновенно принял облик человека: симпатичный мужчина средних лет, спокойный и собранный. Оглянувшись по сторонам, он быстро поднялся по ступеням наверх и исчез.

— Видел? — прошептала Лера, выбираясь из паутины.

— Видел, — тихо ответил Антомид, и голос его звучал непривычно серьёзно.

Кошка вдруг спрыгнула с плеча Леры, и на всех парах кинулась к зеркалу, будто её тянуло туда невидимой нитью.

— Мила! — позвал Антомид и бросился за ней. Миг — и он уже в Зазеркалье.

Лере ничего не оставалось, как последовать за ними.

Глава 3 Когда мир поменял нам лица

Пятнистая шерсть Милы-гепардихи вздыбилась на холке, будто каждая волосинка пыталась стать отдельно стоящим щитом. Уши испуганно прижались к голове, и звериный рык, низкий и хриплый, прокатился по залу подземелья, отдаваясь эхом в каменных стенах. Рядом замер подросток лет пятнадцати — Антомид. Его светлые волосы тоже стояли дыбом, словно пытались дотянуться до потолка. Простая холщовая рубаха и штаны едва прикрывали худое, угловатое тело — в нём ещё не было взрослой твёрдости, только нервная собранность мальчишки, который привык быть настороже.

Он ошалело озирался по сторонам, будто надеялся, что если повернётся достаточно быстро, то всё снова станет привычным. Но зал не собирался меняться. Наконец взгляд Антомида остановился на огромном зеркале. Золотая оправа не просто блестела — она жила своей жизнью: крошечные человеческие фигурки неустанно двигались по ней, будто бежали по невидимым дорожкам, не зная ни усталости, ни страха.

И тут из зеркальной зыби кубарем выкатился небольшой дракон. Он запутался в ткани рюкзака и теперь дёргался, как щенок в полотенце, прикладывая все силы, чтобы освободиться. Неуверенно встав на лапы, дракон испуганно огляделся, чихнул — и вдруг замер, уставившись на собственные крылья и лапы.

— Что за… — голос прозвучал непривычно низко, гортанно, и дальше послышалось сдавленное чертыханье. — Не поняла юмора… Я что, дракониха?! — Существо с ужасом ощупывало перепончатые крылья, будто надеясь, что это просто странная тень.

— Лера?! — выдохнул Антомид, не веря своим глазам.

— Антомид?! — переспросила дракониха, и в этом вопросе смешались облегчение и паника.

Гепардиха, жалобно мяукнув, подползла к подростку и прижалась к его ноге, ища опоры в знакомом запахе. Лера и Антомид обескураженно уставились друг на друга, потом на Милу, будто ждали, что кто-то из них сейчас рассмеётся и скажет: «Шутка!»

— А это кто? — заикаясь, спросила Лера, тыкая когтистым пальцем в сторону кошки.

— Судя по окраске… Мила, — несмело предположил Антомид. Голос у него дрожал, но он старался держаться спокойно, чтобы не пугать остальных ещё сильнее.

Они стояли, разглядывая себя и друг друга, будто пытались сложить новую, совершенно нелепую мозаику, где каждый кусочек был на своём месте, но вся картина выглядела неправильно. Послышались гортанные звуки — Лера пыталась привыкнуть к новому голосу, и он ей не нравился.

— Надо уходить, — наконец произнёс Антомид. Он с опаской посмотрел на лестницу, которая теперь казалась не просто крутым подъёмом, а дорогой в неизвестность. — Теперь твоя очередь лезть в рюкзак, — добавил он, и в голосе мелькнула слабая улыбка, будто он хотел хоть так показать: «Всё под контролем».

Лера, неуклюже переступая лапами, попыталась уместиться в рюкзаке. Получалось плохо: крылья цеплялись за ткань, хвост мешал, а сама она чувствовала себя огромной и нелепой. Антомид поспешил наверх, стараясь не думать о том, как странно это выглядит со стороны: подросток тащит рюкзак, из которого торчит драконий хвост. Мила, постепенно привыкая к своему новому могучему телу, шла следом, осторожно пробуя лапы на прочность.

Подросток вышел наружу и на мгновение замер, не понимая, где он. Знакомые развалины стояли на месте, лес окружал их, как и раньше. Только вместо зимы здесь было лето. Тёплый ветер шевелил траву, пахло нагретой землёй и хвоей, а не морозной свежестью. Антомид метнулся в лесную чащу, будто надеялся спрятаться от этого нового мира среди деревьев.

Вечерело. Зелёный массив радовал глаз, но Антомиду было не до красоты. Он шагал по лесной дороге, чувствуя, как земля пружинит под подошвами, а Мила, услышав шорох в траве, бесшумно скользнула за деревья, растворившись в сумерках.

Неожиданно мужской голос окликнул подростка:

— Антомид?

Парень обернулся и увидел мужчину в сером костюме. Модная стрижка, ухоженный вид, лёгкая надменность в осанке — всё указывало на высокий статус.

— Дядя, — отозвался Антомид, и в этом слове прозвучало не столько тепло, сколько напряжение. Он будто вспоминал, как правильно обращаться к этому человеку.

— Что ты делаешь в запретном лесу? — голос мужчины звучал спокойно, но в нём чувствовалась сталь.

— Бабочку ищу, — выпалил Антомид первое, что пришло в голову.

— Бабочку? — в голосе дяди мелькнула насмешка.

— Очень редкий древний вид, — уже увереннее продолжил подросток, будто сам начинал верить в эту нелепую историю.

— Ну-ну, — снисходительно протянул мужчина. — Лучше уходи. Здесь опасно. — В этом предупреждении было что-то большее, чем простая забота.

В этот момент Мила неожиданно выскочила на лесную дорогу. В зубах у неё была мышь, а взгляд был таким, будто она готова защищать своего мальчика от всего мира. Гепардиха злобно уставилась на мужчину, шерсть на загривке встала дыбом.

— Мила, Мила, здесь все свои, — прошептал Антомид, закрывая собой большую кошку. Постепенно напряжение покидало её, и, успокоившись, гепардиха молча проглотила мышь.

— Да у тебя прекрасная охрана! — неожиданно рассмеялся дядя, и в его смехе прозвучало что-то человеческое, почти тёплое. — Передавай привет деду. — С этими словами он развернулся и направился к развалинам.

— Антомид, объясни, где мы и что происходит? — послышался приглушённый голос из рюкзака.

К парню частями возвращалась память, и каждое новое воспоминание будто включало в голове маленький огонёк.

— Мы в моём мире, — тихо произнёс он. — Зеркала — это порталы. Пользоваться ими у нас запрещено.

— Но этим запретом пренебрегают, — заметила Лера, и в её драконьем голосе прозвучала прежняя упрямая логика.

— Странно… Насколько я знаю, портал когда-то находился в Храме Развития. А об этом месте среди руин никто не должен знать, — рассуждал Антомид, хмурясь.

— Значит, есть посвящённые. Они знают о его существовании и объявили лес запретной зоной, — уверенно заявила дракониха.

— Ты права, — после паузы согласился Антомид.

Он резко развернулся и бросился назад к развалинам, туда, где только что стоял его дядя. Мила, не раздумывая, поспешила за ним, её лапы бесшумно ступали по траве. Лера тряслась в рюкзаке, чувствуя, как каждое движение отзывается в непривычном теле.

Среди руин стояли двое: дракон и его дядя. Мужчина держал в руках небольшую коробку.

— Здесь преобразователь, — спокойно объяснил он, передавая коробку дракону. — Остальное — по мере получения обещанного.

Дракон молча взял коробку и быстро скрылся под землёй, будто его и не было. Мужчина постоял ещё немного, оглядываясь, и затем спустился в лес. Там его ждала летающая платформа. Она бесшумно поднялась над деревьями, унося пассажира в сумерки.

Антомид опустился на большой камень и провёл ладонью по лицу, вытирая пот. Он будто пытался стереть с себя этот день, но ничего не выходило. Лера осторожно выбралась из рюкзака и устроилась на его плече. Крылья не хотели раскрываться, они казались тяжёлыми и чужими.

— Устала? — сочувственно спросил парень.

— Что-то не хочется летать, — буркнула дракониха, и в этом ворчании было столько Леры, что Антомид едва заметно улыбнулся.

— Почему дядя пренебрег запретом? И что за преобразователь он передал представителю нашего мира? — спросила Лера.

— Чем занимается твой дядя? — не унималась она.

— Возглавляет Научную Хартию, — немного подумав, ответил подросток. — Ещё он не родной брат моей матери, а приёмный. Тёмная лошадка.

— Круто… А твой дед? — продолжала допытываться дракониха.

— Он один из Старейшин.

— А твои родители? Где они? — Лера не могла остановиться, ей нужно было знать, что она не одна такая.

— Они погибли, — тихо ответил Антомид, и голос его стал ровным, будто он произносил это уже тысячу раз, чтобы боль стала тише.

— Прости, — переступая с лапы на лапу, виновато проговорила Лера.

— Ничего, — вздохнул он. Воспоминания накатывали волнами. — Опыт не удался, и они исчезли. Твоих родителей я тоже не видел?

— Мы с тобой родственники по несчастью, — грустно ответила Лера. — Опыт не удался, и они исчезли. А меня отправили в детский дом.

— Ничего себе… — изумился Антомид. Он пересадил дракониху со своего плеча на камень. Лера в ответ только развела перепончатыми крыльями, будто хотела обнять весь мир и не могла.

Недалеко стояла Мила. Она была на страже, её тонкий слух улавливал малейшие вибрации, даже те, что не слышали люди и драконы. Повернувшись в их сторону, она неожиданно произнесла:

— Исчезнуть — не значит погибнуть.

Антомид и Лера замерли, не веря своим ушам. Они уставились на гепардиху так, будто увидели её впервые.

Мила улыбнулась — странная, почти человеческая улыбка на кошачьей морде.

— Удивила? — спокойно спросила она.

Антомид, не сдержавшись, бросился к ней и обнял, зарывшись лицом в тёплую шерсть.

— Мила, ты удивительная кошка, — прошептал он.

— А ведь она права, — задумчиво произнесла Лера. — Всё возможно. Я всегда чувствовала, что родители живы.

— Мы найдём наших родных, — твёрдо пообещал подросток.

Друзья вернулись на лесную дорогу. По пути Мила ловила мышей и зайцев, будто хотела накормить весь мир. Насытившись, она аккуратно положила несколько заячьих тушек к ногам Антомида — тихий, но очень понятный жест заботы.

Тихо переговариваясь, дружная компания вышла на лесную поляну. Ночное небо накрыло лес тёмным куполом. Тонкий серп местной луны слабо освещал пейзаж, а россыпь незнакомых звёзд завораживала, будто кто-то рассыпал по небу осколки далёких миров.

Антомид быстро и ловко построил шалаш, развёл костёр. Пламя трепетало, коптясь, и запах жареного мяса поплыл по поляне, смешиваясь с запахом хвои и ночной прохлады. Утолив голод, друзья наконец расслабились.

— Наши миры похожи. Можно сказать, что они копия друг друга. Только звёздное небо другое, — задумчиво заметила Лера, разглядывая созвездия.

— Согласен, — кивнул Антомид. — Но звёзды, Луна и Солнце те же. Вибрации разные. Поэтому мы существуем параллельно.

— Значит, это вибрации виноваты в том, что я теперь дракон, а ты человек? — спросила она, всё ещё не в силах смириться со своим преображением.

— Да, — ответил он.

— И не надо меня успокаивать, — огрызнулась дракониха, но в её голосе уже не было прежней злости, только усталость и обида на несправедливость мира.

— Не успокаиваю, — спокойно возразил Антомид. — Просто объясняю. Но ты и в таком виде ничего, — задорно улыбнулся он, стараясь вернуть в разговор лёгкость.

— Не подлизывайся! — фыркнула Лера, но уголки её драконьей пасти чуть дрогнули, будто она пыталась не улыбаться.

— Хочешь, расскажу о наших предках? — предложил Антомид, удобно устраиваясь в шалаше.

— Хочу, — согласилась дракониха. Она пристроилась рядом с ним, поджимая лапы. Мила заняла место у входа, настороженно поводя ушами, но теперь в её позе было не столько напряжение, сколько уверенность: «Я здесь. Всё будет в порядке».

И пока огонь тихо потрескивал, а незнакомые звёзды смотрели сверху, Антомид начал свой рассказ.

Глава 4 Сон, в котором говорят предки

Слова Антомида сплетались в узор, будто он не рассказывал, а ткал полотно времени — и Лера, слушая, всё больше проваливалась в этот узор. Это было странно: одновременно сон и явь, будто реальность на секунду моргнула и подменила картинку.

Она стояла на берегу древнего океана. Волны лениво лизали песок, а вокруг высились великаны. Вид у них был вполне человеческий, если не считать жаберных отверстий на шее и явно выделяющихся перепонок на руках и ногах. Из одежды — только набедренные повязки. Лера осторожно оглядела себя и с облегчением поняла, что похожа на них. Только вместо простой повязки на ней красовалась короткая кожаная юбка, а обнажённую грудь прикрывали лёгкие золотые пластины. Она даже успела подумать: «А мне идёт», — прежде чем мир снова качнулся.

Над океаном висела дымчатая поволока, и привычной голубизны неба не было: солнечные лучи равномерно рассеивались в этой пелене, создавая странный, приглушённый свет. Буйная растительность на материке и удивительная лёгкость тела, несмотря на внушительные размеры, подсказывали: здесь другая гравитация и парниковый эффект. Воздух был густым, насыщенным кислородом — от этого Лера вдруг почувствовала, как её клонит в сон, и даже зевнула, едва не уснув стоя.

Внезапно сородичи вокруг неё напряглись. Из леса, мягко ступая, вышли динозавры. По длинным шеям Лера сразу узнала травоядных диплодоков. Они выстроились цепочкой и продолжили путь вдоль берега, будто ничего не происходило.

А потом раздался неприятный, режущий звук — будто небо треснуло. Гиганты метнулись к океану, а диплодоки сорвались в галоп. Над лесом показалась точка, стремительно приближаясь. Она выросла в огромного летающего ящера — древнего дракона, который пронёсся над Лерой так низко, что она почувствовала жар его крыльев. Он схватил одного из диплодоков и, угрожающе взревев, скрылся за лесом так же внезапно, как и появился.

Один из великанов, вынырнув из воды, схватил Леру и потащил в океан. Он что-то кричал, и, прислушавшись, она разобрала слова:

— Госпожа Тихе! — гневно кричал он. — Не жалеете себя, так пожалейте отца!

Лера вдруг поняла: она каким-то чудом оказалась в теле древней женщины по имени Тихе.

— Я хотела посмотреть… — мямлила она, чувствуя, как чужие воспоминания смешиваются с её собственными.

— Посмотреть, как он вас съест? — не унимался гигант.

— Но они же разумны, как и мы, — неожиданно для себя возразила Лера.

— Это не мешает им воевать с нами, — отрезал сородич.

Под водой Лера действительно чувствовала себя комфортнее. Жабры работали безупречно, а глаза легко различали детали даже в мутной глубине. Вскоре впереди показался город. В центре возвышалась сверкающая золотом пирамида — многоступенчатая, величественная. Вокруг неё кольцами располагались строения поменьше. Простые жители трудились на подводных плантациях, а над ними, оседлав существ, похожих на гигантских морских коньков, парили надзиратели.

У входа в пирамиду стояла стража с грозными трезубцами. Лера отметила: изготовить такие под водой невозможно. Значит, у великанов есть и наземные города.

Внутри пирамиды на троне восседал сам царь — великолепная, устрашающая копия Посейдона. Рядом, словно цепные псы, лежали ихтиозавры, и от одного их взгляда становилось не по себе.

— Тихе, дочь моя, ты теряешь рассудок? — приподнявшись над троном, грозно спросил царь.