Czytaj książkę: «Грязная игра»

Пролог

Делаю глубокий вдох, затем медленно выдыхаю, пытаясь избавиться от тревоги, которая преследует меня с самого утра. Казалось бы, совершенно обычный день. Ничего необычного или нового. Впереди очередная тренировка, каких за последние годы были тысячи.

Но ощущение, будто маленький камень застрял где-то в районе груди. Он не причиняет боли, но мешает дышать, заставляя то и дело прислушиваться к собственным ощущениям.

Я занимаюсь танцами с четырех лет. Буквально не помню свою жизнь без них. Они помогали мне справляться со всем: было плохо – я танцевала, было хорошо – тоже танцевала. Для меня это больше, чем просто спорт.

Кажется, просто нужно больше отдыхать и не перебарщивать с кофе. Последнее время я тренируюсь на износ, жертвуя даже своим сном.

Встав с лавочки, делаю высокий хвост, беру туфли и направляюсь в танцевальный зал. С каждым шагом чувствую, как ладони становятся более влажными. Прежде чем взяться за ручку двери, вытираю их о леггинсы.

В этот момент кто-то обнимает меня за талию со спины. Дернувшись от испуга, чуть не выпрыгиваю из собственной кожи.

– Чемизов, ты меня напугал! – буркаю, пихнув его локтем.

– Ты чего сегодня такая? Месячные? – нахмурившись, спрашивает он.

– Не выспалась, – отвечаю первое, что приходит на ум.

Открыв дверь, Стас пропускает меня вперед, не убирая ладонь с моей поясницы.

– Настька, проснись! – прижимает он меня к себе крепче. – Скоро соревнования. Я чувствую, что мы победим!

– Пока я только чувствую, что если ты не ослабишь хватку, то перекроешь мне весь кислород, – усмехаюсь.

Фыркнув, он складывает руки на груди и встает передо мной.

– У тебя что-то случилось? – не сводя с меня глаз, снова уточняет он.

Мы со Стасом танцуем в паре уже четыре года. За это время стали успешным дуэтом, выиграли соревнования в Блэкпуле и даже побыли настоящей парой. Правда, девять месяцев назад мы приняли совместное решение расстаться. Но это никак не повлияло на наше партнерство. Мы не только продолжили танцевать вместе, но и остались хорошими друзьями. Поэтому неудивительно, что он заметил мое напряжение.

Быстро глянув в сторону окна, сглатываю и натягиваю улыбку. Если расскажу ему про свою тревогу – ничего хорошего не будет. А два тревожника в дуэте вряд ли способны выиграть приближающиеся соревнования.

– Нет, Стас. Все хорошо, – хлопаю его по груди. – Давай разминаться, чтобы ни у кого другого даже шансов на победу не было.

Его губы медленно растягиваются в улыбке.

– Теперь я узнаю тебя, Чернова.

– А до этого кто перед тобой стоял? Моя злая сестра-близнец? – иронизирую, приподнимая бровь.

– Не знал, что у тебя есть сестра, – усмехается Стас.

– Если продолжишь действовать мне на нервы, обязательно появится. И поверь, она будет гораздо хуже меня.

Рассмеявшись, Чемизов качает головой.

– Боюсь даже представить, что ждет твоего будущего мужа.

– За свою будущую жену бойся, – парирую, ткнув его пальцем в грудь. – Бедная девушка, ей ведь придется терпеть тебя круглосуточно, а не по несколько часов, как мне.

– Между прочим, раньше ты не жаловалась.

– Раньше я была молодой и глупой, – вздыхаю с самым серьезным видом.

– Чернова, мы расстались всего девять месяцев назад.

– За девять месяцев я успела поумнеть, – язвлю.

Прохожу мимо Стаса и направляюсь к зеркалу, слыша за спиной громкий смех. Положив туфли на пол, встаю у зеркала, начиная разминку. Поднимаюсь на носки, на пару секунд задерживаюсь в верхней точке и медленно опускаю пятки на паркет. Повторяю движение несколько раз, чувствуя, как постепенно разогреваются икроножные мышцы.

В отражении зеркала вижу часть окна. На улице пасмурно, сильный ветер и валит мелкий снег. Обычно я мало внимания обращаю на погоду, но сегодня она удивительно совпадает с тревогой внутри.

Краем глаза замечаю, что Стас уже второй раз прерывает разминку, отвлекаясь на телефон. Только хочу узнать, все ли у него в порядке, как он довольно усмехается и убирает смартфон.

Мотнув головой, пытаюсь избавиться от посторонних мыслей. Делаю несколько неглубоких приседаний, поочередно поднимаю ноги, разминая голеностопы, и перехожу к плавным махам.

Движения выходят автоматически, и я даже не задумываюсь над ними. Вот только беспокойство никуда не исчезает. Кажется, будто тот маленький камень под ребрами постепенно становится больше.

Разогрев плечи и корпус, начинаю пружинить на месте, перенося вес с одной ноги на другую. Тело постепенно наполняется привычным теплом, движения становятся легче и свободнее.

– Насть, ты скоро? – задает вопрос Стас, подключая телефон к колонке. – Я уже все настроил.

– Уже заканчиваю, – произношу, сев на пол и меняю кроссовки на танцевальные туфли.

Застегнув ремешки, поднимаюсь и несколько раз переступаю с ноги на ногу, проверяя, насколько удобно сидят туфли. Подхожу к Стасу, который встречает меня широкой улыбкой.

– Ну что, чемпионка, покажем класс?

– Кому? Зеркалам? – хмыкаю.

– Для начала им. А там и до золота недалеко, – протягивает ладонь Чемизов.

– Самоуверенности у тебя хоть отбавляй, – смеюсь, принимая протянутую руку.

– Это вера в нашу пару, – подмигивает он.

– Главное, чтобы твоя вера снова не закончилась проигранным спором.

– Ты до сих пор мне это припоминаешь? – возмущается Стас.

– Ты проспорил мне пять тысяч рублей и попытался расплатиться шоколадкой, – напоминаю, уперев свободную руку в бок.

– Она была огромная!

– Но пять тысяч явно не стоила.

– Какая же ты меркантильная, Чернова, – фыркает он, покачав головой.

– Не меркантильная, а финансово грамотная. Разницу улавливаешь?

– А если я сейчас переведу тебе пять тысяч, ты наконец успокоишься? – прищуривается он.

– С процентами, Стасик. С про-цен-та-ми, – довольно улыбаюсь, похлопав его по плечу.

– Да ты меня по миру пустишь.

– Зато будешь знать, что спорить со мной себе дороже.

Рассмеявшись, он достает телефон и запускает музыку.

***

Предлагаю к вашему прослушиванию The Pussycat Dolls – Sway.

Первые звуки разливаются по залу, заставляя меня невольно улыбнуться. Обожаю эту композицию. Есть в ней что-то невероятно притягательное, даже гипнотическое. Такое, от чего по коже пробегают мурашки, а в крови словно разгорается огонь. Кажется, стоит только услышать знакомую мелодию, и тело само начинает двигаться, подчиняясь ее соблазнительному ритму.

Мы занимаем исходные позиции. Стас чуть склоняет голову, не сводя с меня глаз. В его взгляде появляется знакомый озорной блеск, а губы изгибаются в едва заметной улыбке. Ответив ему тем же, расправляю плечи, чуть приподнимаю подбородок и жду нужного музыкального акцента.

А затем мы начинаем.

Первые движения плавные, почти ленивые. Я отступаю, позволяя Стасу приблизиться, но в последний момент ускользаю из-под его руки. Бедра покачиваются в такт музыке, а каждый шаг словно бросает ему безмолвный вызов. Он принимает его с удовольствием, сокращая расстояние, и я встречаю его насмешливым взглядом.

Раз, два, ча-ча-ча.

Наши руки соединяются, и Стас направляет меня в поворот. Я легко вращаюсь, чувствуя, как воздух касается разгоряченной кожи, а длинный хвост скользит по спине. Выхожу из поворота точно на музыкальный акцент, оказываясь настолько близко к партнеру, что между нашими лицами остается всего пара сантиметров.

На мгновение замираю, глядя ему прямо в глаза. Стас чуть приподнимает уголок губ. Отвечаю ему такой же улыбкой, медленно перевожу взгляд на его губы и тут же отступаю, не позволяя сократить оставшееся расстояние.

Со стороны наверняка кажется, что между нами до сих пор что-то есть. Взгляды, прикосновения, близость, с которой мы движемся навстречу друг другу. То, как он смотрит на меня, словно хочет поцеловать, и как я намеренно дразню его, прекрасно понимая, что никакого поцелуя не будет.

Но в этом и заключается искусство танца. Заставить зрителя поверить в историю, которой на самом деле не существует. Хотя когда-то она существовала.

Стас вновь перехватывает мою руку, и я подаюсь к нему, позволяя приблизиться почти вплотную. Его ладонь ложится мне на спину, направляя в следующую фигуру, а я, плавно развернув бедра, скольжу мимо него. Кончиками пальцев провожу по его предплечью, прежде чем окончательно разорвать контакт.

Музыка становится насыщеннее, ритм настойчивее, и наши движения приобретают совершенно другой характер. Теперь в них больше дерзости, резкости, откровенной провокации.

Сделав несколько быстрых шагов в сторону, резко останавливаюсь и поворачиваю голову. Стас тут же оказывается напротив, словно не собирается позволять мне уйти. Приближается, вынуждая отступить, но уже через мгновение я сама наступаю на него, заставляя податься назад.

Мы словно ведем безмолвную борьбу, в которой никто не желает уступать. Он пытается удержать меня рядом, а я раз за разом ускользаю. Позволяю коснуться своей талии, но тут же разворачиваюсь, оставляя его ладонь в пустоте. Вновь приближаюсь настолько, что наши колени едва не соприкасаются, и резко отступаю, одаривая его вызывающей улыбкой.

И мне нравится эта игра. Нравится ощущать власть над каждым собственным движением, чувствовать, как напряженные мышцы подчиняются малейшему импульсу, как бедра завершают начатое движение даже тогда, когда стопы уже замерли. А еще эта обманчивая близость, за которой скрываются годы совместных тренировок, сотни выступлений и абсолютное доверие.

Стас знает, когда я собираюсь ускориться, еще до того, как делаю первый шаг. Я чувствую его намерения по едва заметному движению ладони, изменению положения корпуса и тому, как он переносит вес с одной ноги на другую.

Мы не просто танцуем рядом. Мы словно разговариваем на языке, который понятен только нам двоим. И сейчас этот разговор получается особенно откровенным.

Я резко разворачиваюсь к нему, позволяя взгляду скользнуть по его лицу, и медленно провожу ладонью вдоль собственной талии, подчеркивая движение бедер. Стас отвечает выразительным шагом навстречу, протягивает руку, и я вкладываю в нее свою, позволяя увлечь себя в очередную комбинацию. Все получается настолько легко и естественно, что на мгновение мне кажется, будто паркет исчезает из-под ног.

Мы действительно готовы к соревнованиям. Стас был прав. Тогда почему это странное беспокойство из маленького камушка превратилось в ощущение тикающей бомбы под ребрами? Словно каждая секунда приближает ее взрыв.

Сделав очередной поворот, на мгновение встречаюсь взглядом со своим отражением. Раскрасневшиеся щеки, блестящие глаза, приоткрытые губы. Со стороны я выгляжу счастливой. Уверенной в себе девушкой, которая наслаждается любимым делом и не сомневается ни в одном своем движении.

Все как обычно. Знакомый зал. Любимая музыка. Партнер, которому я доверяю больше, чем кому-либо на паркете. Но где-то в груди тикает обратный счетчик. С каждым новым движением он ощущается все отчетливее, мешая окончательно раствориться в танце.

В который раз мысленно пытаюсь отмахнуться от неприятного ощущения, но ничего не помогает. Может, я просто волнуюсь перед соревнованиями?

Стас вновь ловит мою руку и притягивает к себе. Я оказываюсь настолько близко, что чувствую тепло его тела даже сквозь тонкую ткань футболки. Наши взгляды встречаются, и на несколько мгновений весь окружающий мир словно перестает существовать. Только музыка, ритм и двое людей, которые прекрасно знают, как заставить зрителей поверить в их страсть.

Он направляет меня в следующую фигуру, и я плавно отклоняю корпус, позволяя свободной руке описать широкую дугу. Стас поддерживает движение, после чего помогает мне выпрямиться.

– Отлично идем, – успевает произнести он с довольной улыбкой.

Неосознанно улыбаюсь тоже. Отступив, раскрываю руки и резко поворачиваю голову. Длинный хвост взлетает за спиной, следуя за движением. Чувствую, как музыка разливается по венам, заставляя сердце биться чаще, а тело двигаться все увереннее.

Стас делает несколько быстрых шагов навстречу, и я встречаю его выразительным движением бедра и чуть приподнятым подбородком. Он отвечает таким же дерзким взглядом, протягивает руку, но я намеренно заставляю его подождать лишнюю долю секунды, прежде чем позволить нашим пальцам соединиться.

В этой игре нет победителей и проигравших. Есть только двое танцоров, которые знают правила настолько хорошо, что могут позволить себе нарушать их ради красивого движения.

Постепенно я настолько увлекаюсь танцем, что тревога, преследовавшая меня с самого утра, наконец отступает. На несколько драгоценных секунд остаются только музыка, его рука в моей, стук каблуков и ритм, который мы чувствуем одинаково.

Стас поднимает соединенные руки, приглашая меня в очередной поворот. Я делаю шаг, переношу вес на правую ногу и начинаю разворачивать корпус.

В следующий миг привычное движение почему-то сбивается. Пытаюсь удержать равновесие, но корпус уже уходит в поворот, а правая стопа остается на месте. Чувствую, как голеностоп резко подворачивается. Раздается короткий, неприятный хруст.

И мир взрывается болью.

– А-а-а! – крик вырывается из горла.

Нога подкашивается. Я падаю на паркет, инстинктивно выставляя руки вперед, но удар все равно отзывается жжением в коленях.

Судорожно подтянув к себе правую ногу, хватаюсь за щиколотку. Перед глазами темнеет, дыхание сбивается, а с губ срывается сдавленный всхлип.

– Настя, – Стас опускается рядом, растерянно оглядывая меня. – Насть, ты чего? Что случилось?

– Нога… – выдавливаю сквозь зубы.

– Черт! Дай посмотрю! – он тянется к моей щиколотке, но я резко отдергиваюсь.

– Не трогай! – выкрикиваю.

От малейшего движения боль становится такой сильной, что на глазах выступают слезы.

– Тихо, тихо, не двигайся, – поднимает ладони Стас. – Сейчас, я позову кого-нибудь. Слышишь? Все будет хорошо.

Поднявшись, он бежит к двери, а я остаюсь сидеть посреди зала, прижимая дрожащие ладони к поврежденной ноге.

Музыка продолжает играть, и только сейчас я понимаю, что та самая бомба под ребрами больше не тикает.

Она взорвалась.