Czytaj książkę: «Генеральская простушка »

Глава 1. Незнакомец и кот

Пройти мимо жалобного мяуканья мог только бесчувственный сухарь. И, судя по всему, таких сухарей была половина деревни.

Юва уперла руки в боки, нахмурилась и надула губы, всем своим видом демонстрируя, как напряженно раздумывает над планом спасения.

Маленький черно-белый котенок, дрожа, ходил взад вперед по широкой ветке высокой липы.

— Может, не надо? — Гисла осторожно коснулась рукава ее рубахи. — Давай позовем кого-нибудь, Юва.

— Это всего лишь липа! Не такая она и высокая! И ветка прям над крышей сарая. Не трусь! — Юва махнула рукой в сторону дерева, которое, по ее мнению, ну никак не могло считаться высоким и непобедимым.

Гисла покачала головой. В ее глазах застыл испуг. Она кусала губы и отказывалась отпускать рубаху подруги.

Нет, ну, может быть, страх и не был беспочвенным. Можно ведь и сломать чего в случае неудачного падения. Но когда это какие-то там неудачи пугали Юву? Каждая неудача это шанс начать сначала и сделать все еще лучше.

— Гисла, — она решила зайти с другой стороны. — Вот представь, мы с тобой сейчас пойдем искать лестницу и какого-нибудь юношу, а в это время котенок поскользнется и упадет.

Гисла поджала губы. Юва решила добить свою жертву. Понизила голос и стала наступать на подругу:

— И когда мы вернемся, — Юва сделала шаг, Гисла отступила, — от маленького, милого котенка, который не прожил и года останется только мокрое, красное пятно!

— Давай спасай его! Что ты стоишь?! — завизжала она и принялась толкать Юву в сторону липы.

Юва хохотала, но покорно шла к дереву. Самое худшее, что по ее предположениям могло случиться, — ветка треснет, и она рухнет на крышу крыльца старой пристройки. Не сломает же себе ничего. Так что затея вообще очень даже безопасная.

— Пусть Богиня урожая хранит тебя, — Гисла сложила перед собой руки и зажмурилась.

— Вообще-то, она оберегает угодья, а не людей. Так что глупо просить ее сберечь меня, — Юва ухватилась за ветку и принялась карабкаться вверх.

По деревьям она лазила хорошо. А потому не видела ничего сложно в спасении котенка. Жаль только, юбка цеплялась. Если порвет, мама с нее три шкуры спустит и заставит ходить в залатанной одежде. На новую юбку денег им сейчас не сыскать. Мама вот-вот должна была родить, а старшая сестра выйти замуж. Так что каждую монетку приходилось откладывать если уж не младенца, то на приданное.

Юва забиралась медленно. Прежде чем наступать на ветку, она пробовала ее на прочность. Гисла внизу охала и ахала каждый раз, как она переставляла ногу. Юве даже захотелось немного подшутить. Она сделал вид, что нога соскользнула. Гисла взвизгнула, а когда поняла, что ее провели, не сдержала крепкого словца. Юва рассмеялась и продолжила карабкаться. Выше и выше.

Наконец, она смогла увидеть котенка, который едва стоял на самом краю ветки. Лезть туда было опасно. Слишком тонкая. А Юва хоть и не толстушка, но ее веса все равно было слишком много для этой ветки. Она протянула руку и стала подзывать котенка.

— Кис-кис, давай, иди сюда, — котик делал ровно противоположные вещи и отходил всё дальше. — Ну давай же. А то мы оба шлепнемся.

— Юва! — крикнула Гисла. Юва обернулась на голос и посмотрела вниз. Подруга сложила руки домиком над бровями, чтобы не слепило весеннее солнце, и во все глаза следила за спасением. — Может, все-таки позовем кого-нибудь? В том этом особняке точно никто не живет?

— Лет двадцать не живет! Всё, поздно! Я почти достала! — крикнула Юва и решила всё-таки рискнуть.

Она испробовала ногой ветку. Та, судя по всему, хрупкой была только с виду. Юва вскарабкалась, встала на четвереньки и поползла за котенком. Мяукающий негодяй всё отступал и отступал, но Юва не собиралась сдаваться. Она лезла за ним, невзирая на то, что ветка уже начала прогибаться, опускалась ниже и ниже.

«Ничего, до крыши тут вот, рукой подать. Не убьюсь же», — фыркнула про себя она. И именно в тот момент, когда эта шальная мысль проскочила в голове, ветка предательски хрустнула.

А дальше всё происходило так быстро, что даже толком и не разобрать, как именно.

Где-то внизу завизжала Гисла. Юва схватила котенка за лапу и прижала к себе, как раз перед ударом о крышу. Она прокатилась по черепице и полетела вниз, зажмурившись и крича в унисон с подругой. Визг стоял умопомрачительный.

Юва приготовилась к перелому. Она ожидала, что рука или нога заболят так нестерпимо, что слезы сами покатятся по щекам. Но ничего не болело. Более того, кажется, она почти не ушиблась. И вообще… Как-то странно. Куда она свалилась?

Юва приоткрыла один глаз. Прямо перед ее носом оказалось что-то похожее на рубаху. Она прислушалась к ощущениям. Котенок вертелся у нее в руках, а сама она… Тоже вертелась в чьих-то сильных руках. И пахло как-то подозрительно: не травой, а человеком.

— О Великая Ава! — открыв глаза, воскликнула Юва и подняла голову. Вскакивать так уж резко не рискнула. Хотя стоило, учитывая то, в каком положении она себя обнаружила: сидела на каком-то незнакомце! Прямо на его животе! — Извините!

— Все нормально. Ты как? — мужчина потирал затылок, лежа на траве.

— Я…Я…Я котенка вот спасла! — от большой растерянности сморозила она. Незнакомец рассмеялся.

— А я значит спас тебя, — он смахнул темные волосы с лица, и Юва увидела шрам на щеке. Он был совсем не аккуратный, напоминал рваную рану и при первом взгляде даже немного отталкивал. Но в целом… Незнакомец был очень даже ничего… — Вижу, что ты в порядке. Может, слезешь?

Мужчина многозначительно приподнял брови.

— А! Ой! Да! Конечно! — Юва вскочила и принялась оправлять юбку одной рукой, другой прижимая к себе котенка.

— Юва! Юва! Я так испугалась! Говорила же, не лезь! Лучше бы хозяина дома подождали! — Гисла тут же повисла на ней, совсем не обращая внимания на незнакомца.

— Да никто тут не живет, я же говорила тебе! И вообще-то, ты меня толкала к дереву! — шикнула Юва и снова вернулась к мужчине. — В общем, извините. Я случайно.

— Ничего. Будь осторожнее, — длинная темная челка снова упала на лицо и скрыла шрам.

— Обязательно, — Юва улыбнулась, а затем протянула незнакомцу руку, — Меня зовут Юва, дочь земледельца Кита. А вы? Вас как зовут? Никогда не видела вас в нашей деревне.

— Я Агнар. Хозяин этого дома, — он кивнул себе за спину на старый особняк.

— Вот видишь, — тихо забурчала Гисла. — У дома есть хозяин.

— Приятно познакомиться, — проигнорировав ворчания, улыбнулась Юва. — А это вот Гисла, дочь лекаря. В общем, добро пожаловать. Мы пойдем.

Юва кивнула, подхватила Гислу под руку и потащила за собой, прочь от незнакомца Агнара. Ну или уже знакомца.

Отойдя подальше, она всё-таки обернулась и приценилась к новому жителю деревни. Он оправил одежду и задумчиво посмотрел на крышу сарая, с которого на него рухнула Юва.

— Странный он, — прошептала она.

— Что? — Гисла протянул руку, чтобы погладить котика.

— Да ничего, — Юва улыбнулась. — Что, хочешь забрать с собой?

— Ни в коем случае! — подруга одернула руку. — Меня из дома вместе с котом выгонят! Куда нам! Собаки хватит!

— Ну, как хочешь, — Юва пожала плечами. — Отнесу его домой. Придешь завтра? Твоя мама яиц просила.

— Угу.

Они дошли до развилки. Юва помахала подруге и пошла в сторону своего дома. Котенок жался к ней и тихонечко мявкал. Интересно, чей это был детеныш? У кого из местных кошка недавно окотилась?

Людей в деревне жило от силы сотни две. Найти недобросовестного хозяина можно было, но стоило ли?

До дома Юва шла долго. Едва ли не час. Ее семья жила на самой окраине, владела большим полем, на котором выращивала овощи, фрукты и ягоды. Еще у них водилось пять коз, десять овец, два барана, пятнадцать коров, двадцать кур, четыре индюшки, семь гусей и четыре утки. И, конечно, всякая мелочь: три собаки, пять котов и даже канарейка.

Как любили говорить редко забредающие городские, Юва была самой настоящей деревенщиной. Но она не обижалась. Вообще не понимала, что такого в том, чтобы быть деревенщиной. Она любила землю, и то, что та дарила им. А все эти городские важные господа могли бы и постыдиться! Они-то с большой охотой ели все, что для них выращивали деревенщины.

Но по правде говоря, Юва понимала, что отличается от тех, кто рос в больших городах и никогда не марал рук в земле. Приезжая в Гарнат, ближайший к деревне крупный город, она отмечала осанку, походку и одежду людей. Казалось, городские даже чихали и плакали по-другому. Они работали в зданиях, а она в поле, они подбирали перчатки к одежде, а она носила их, только когда сено таскала или сорняки драла.

Хотелось ли Юве жить в городе? Скорее уж нет. Иногда приезжать — вполне достаточно. Она любила деревню, любила землю, любила каждую животинку, что жила в ее дворе. За эту любовь Юву даже в деревне считали чудаковатой. Молодые люди стремились в город. Старались уехать как можно быстрее: в академию магии, работать на магические фабрики, слугами в большие именитые драконьи дома или семьи великих императорских магов. А Юва… Юва каждое утро выходила на крыльцо, вдыхала чистый воздух, слушала животных и понимала, что никакая городская суета не сравнится с ее домом.

Юва открыла калитку и вошла во двор. Собаки тут же приветственно залаяли, виляя хвостами, коты полезли из всех щелей. Даже курочки и гуси, казалось, вышли поприветствовать ее.

Она погладила собак и пошла в дом.

Входная дверь не скрипела. Юва одобрительно кивнула. Пока ее не было, брат с отцом успели над ней поколдовать.

— Мам! Мама! — она прошла в кухню, потом в гостиную, но никого не было. Тогда Юва решила проверить спальню.

Матушка нашлась в детское. Она спала рядом с, пока что, самой младшей сестренкой Анной.

Юва тихо прикрыла дверь, вернулась на кухню, набрала молока в миску и вышла во двор.

Котенок жадно лакал из маленькой глиняной тарелочки. Пока он пил, Юва осматривала его: ни блох, ни ран. Здоровенький живчик. Точно приживется у них во дворе.

Юва провозилась с котенком ещё около часа: дала обнюхать его собакам и кошкам, накидала в сарай тряпок, чтобы ночью тепло было спать. Затем она занялась хозяйством, прибрала двор, осмотрела саженцы, перебрала семена и картофель для посадки. А там уже пришло время идти встречать коров с пастбища.

А вечером, когда всё ее большое семейство собралось за ужином, она завела разговор о незнакомце.

— Вы знали, что кто-то поселился в том большом доме на окраине? — Юва передала салат дедушке, а сама взяла из его рук тарелку с нарезанным хлебом.

— Да. Генерал какой-то. Поговаривают, тут его бабка жила. Дом ему после смерти оставила, — отец макнул горбушку в суп. Он пришел к ужину последним, поэтому когда все уже принялись за второе, отец только наминал первое. — Но я вообще не припомню, что за старуха-то в особняке том жила.

— А чего он в нашу глушь поперся? — бросила матушка и тут же отвлеклась на младшенькую. Нынче их семья состояла из дедушки, отца, матери, старшей сестры, старшего брата, Ювы, младшего брата и младшей сестры. На подходе был шестой ребенок.

— Не успел спросить. Я ему это…- отец чавкнул супом. — Кобылу с телегой одалживал. Старь он там какое-то вывозить собрался. Работу ему на ферме нашей предложил. Отказался. Говорит деньги есть. Ну я и сказал, что у нас можно прикупить мясо да овощи, чтобы в город не мотаться. А ты-то когда с нем успела познакомиться, Юва?

— А… Да так… — она вдруг поняла, что ни за что не сможет рассказать родителям, что почти оседлала какого-то незнакомца, свалившись на него с крыши. — Когда котенка спасала, встретились…

— Юва, ну куда ты нам ещё животных тащишь? Кто их всех кормить будет? — забурчала мама, но быстро сменила гнев на милость: — Вот с детства такой была. Всех приютить пыталась.

Папа рассмеялся. А затем тема разговора как-то уползла к старшей сестре и ее подготовке к свадьбе. Там и про брата, сдающего экзамены в магическую академию, вспомнили.

Юва доела, убрала за собой и отправилась кормить животных. И пока занималась хозяйством, никак не могла перестать думать о незнакомце. Когда свалилась на него, толком и не успела понять, какое впечатление о нем сложилось в ее голове. А теперь вот можно было всласть посмаковать произошедшее.

Агнар, кажется, не ушибся, а значит, был крепок телом. Так и не мудрено, генерал же, военный. Темные волосы были небрежно собраны в небольшой пучок, но челкой он закрывал часть лица. Одет был непримечательно: рубаха да брюки.

И все-таки… Любопытный ведь незнакомец. Чего это он потерял в их захолустье, где самым приличным местом работы считалась их семейная ферма?

Закончила Юва затемно. Вернулась в дом и сразу принялась натаскивать воды в баню. Наполнив бочку до верху, она позвала старшего брата.

— И что будешь делать, как я уеду? — он потрепал ее по волосам, закатал рукав и опустил одну руку в воду.

— Буду топить дровами, а не магией, — Юва пожала плечами, распуская светлые косы. Все они в семье были белобрысыми. От работы в полях волосы ещё и выгорали. Так что вся семейка у них была светловолосой как на подбор.

— Точно не хочешь в город? Родители ведь отпустят. В академию пойдешь, — Кай, так звали брата, владел огнем. С ним в доме забыли про спички и огниво. Он одним щелчком мог поджечь дрова в печи, или вот, нагреть целую лохань воды минут за десять.

— А кто потом на ферме останется? — Юва пальцами прочесывала волосы, глядя на брата. Кай был высок и сложен хорошо. Девки в деревне нет-нет да бегали за ним. А что? Дом хороший, семья состоятельная, своя ферма, и лицом не урод. Тут он был выигрышной партией. Ещё и рукастый! Без шансов! Надо брать. — Ты в академию, Санна замуж, младшие… Я уже вижу, как они сбегают в город. А мне вот не хочется туда. Мне тут нравится.

Кай тихо рассмеялся.

— Говорят, что чем сильнее земляной магический элемент, тем больше мага тянет копаться в навозе, — Юва цокнула языком и закатила глаза. — Вода горячая.

Кай вынул руку из лохани, отряхнул ее от воды и молча вышел. Юва задвинула щеколду на двери, разделась и залезла в ванну.

Она лежала и думала над шпилькой брата. Копаться в навозе! Какая глупость! В какой из своих книжек он это вычитал вообще?

Конечно, Юва была земляной магичкой и испытывала некую слабость перед всем живым. Естественно, она любила копаться в земле! Это же ее стихия. Но… Не была любовь к ферме навязана магией. Она просто испытывала умиротворение, находясь дома. Да и… Нельзя бросать родителей. Все разъедутся. Умчатся в город строить свою жизнь. А она останется.

Юва не осуждала сестру, которая выходила замуж за городского, не осуждала брата, уезжающего в академию, она очень хорошо их понимала. Они хотят другой жизни точно так же, как она хочет жить на ферме. А вот что ее немного раздражало, так это то, что все подталкивали ее уезжать.

Не хочет она! Не хочет!

Юва набрала в грудь побольше воздуха и нырнула с головой под воду.

Никуда не поедет. Никогда. И точка.

Глава 2. Продовольствие и дерзость

Для Ювы утро начиналось еще до того, как запоют петухи. Она всегда с особым предвкушением поднималась с постели. Редко были такие дни, когда делать ничего не хотелось. А когда такое все же случалось, долго валяться в постели все равно было невыносимо.

Первым делом Юва кормила животных. Затем собирала в курятнике яйца и несла их в дом, где мама начинала готовить завтрак. Утром за одним столом семейство никогда не собиралось. Все просыпались в разное время, кто-то предпочитал сначала поесть, а уж потом заниматься делами, кто-то наоборот.

Первыми всегда завтракали отец и Кай, потом они сразу уходили в поля. Идти было недалеко: на другом конце огорода располагалась речка, стоило только перейти мост и вот уже и поле. Весьма удобно.

Младшие брат и сестра завтракали следом. Потом брат выходил во двор и ждал телегу, которая везла его и других ребят в деревенскую школу. Сама младшая оставалась дома с матерью, а самая старшая… Что ж… Санна просыпалась позже всех, редко копалась в огороде, на дух не переносила коровник и ужасно раздражалась, когда кошки проскакивали в дом. Она не любила деревню и их ферму. В последнее время только и делала, что готовилась к свадьбе. Иногда, конечно, помогала с делами в доме.

Юва позавтракала и убрала тарелку в таз с грязной посудой.

— Пора бы у кроликов прибрать. И собак бы вычесать да намыть, пока погода хорошая, — делилась она планами с завтракающим дедом и суетящейся матерью, попутно надевая старые рабочие сапоги.

Мать выглянула в прихожую и осмотрела Юву.

— Чьи это штаны ты натянула? Висят же, — она нахмурилась.

— Так папины. Старые. Да я подпоясалась. Не свалятся.

— Поезжай-ка ты с Санной в город и купи себе чего. А то так в девках и будешь ходить. Кто на тебя посмотрит, — мама добродушно улыбнулась.

— Кто-нибудь да посмотрит, — завязывая на голове белу косынку, ответила Юва.

Матушка вздохнула и покачала головой.

В семье над любовью Ювы к земле и всему живому часто подшучивали. Совсем необидно, конечно. Да и на что было обижаться? На правду? Ведь в самом деле, ни на какого жениха Юва бы ни за что не променяла свою ферму.

Юва не успела толком навести порядок, как во дворе засверкала рыжеватая голова Гислы.

Подруга уворачивалась от посаженных на цепь собак, чтобы те грязными лапами не запачкали ее белый фартук.

— Юва! Юва! Юва, важное дело! Юва!

— Я тут! — она привстала так, чтобы ее было видно.

Гисла подхватила юбку и стала пробираться к кроличьим клеткам.

— Яйца-то я забыла! Матушка на завтрак чуть меня не приготовила. Осталось у вас чего? — она положила руки на низкий забор, а сверху свой подбородок и состроила жалобное лицо.

Юва улыбнулась, закинула свежую травку в клетку к белому кролю и выпрямилась.

— Ну, пойдем посмотрим. Отец утром обоз в город отправлял с продовольствием… Но может чего и есть.

Гисла просияла.

— Так скорее! Мама на обед решила пирог печь. У нас ни одного яйца! Не принесу и считай всё, — она состроила грозную гримасу и провела большим пальцем по горлу.

Юва поправила косынку и кивнула в сторону курятников.

Курочки, ещё утром выпущенные из своего домика, бегали по огороженной части огорода. Юва и Гисла пробирались к курятнику. У маленькой дверцы лежала плетеная корзинка. Юва взяла ее, пригнулась и вошла в постройку. Она оглядывала полки в поиске яичек. Нашла с десяток и вернулась к Гисле.

— Держи, — она сунула ей в руки улов. — Корзину верни только.

— Спасибо! — Гисла хлопнула в ладоши и забрала яички.

— Надо еще чего-нибудь? Подумай хорошо, а то сама станешь начинкой мамкиных пирогов.

Гисла поджала губы, задумавшись.

— А! Точно! Удобрения! У нас закончился помет куриный. У вас-то его всегда навалом, — она многозначительно мазнула взглядом по окружившим их курицам.

— Дотащишь?

— Я верхом.

Юва пожала плечами и пошла в сарай за мешком, заполненным удобрениями. Семья Гислы состояла из лекарей. Они сами выращивали лекарственные травы, готовили настойки, мази и целебные элексиры. Хозяйство почти не водили. Покупали всё что могли у семьи Ювы, а чего не было на ферме, за тем катались в город. А заодно и продавали лекарства.

Работы у родителей Гислы было навалом. На три деревне вокруг они единственные могли лечить и людей, и скот. Заниматься хозяйством попросту не было времени.

Юва помогла Гисле дотащить мешок и водрузить его на лошадь.

— Яйца не разбей, — она помахала рукой.

Гисла развернула лошадь и слегка обернувшись, помахала подруге в ответ.

— Я после обеда к тебе зайду!

— Ну заходи.

Юва улыбнулась, провожая взглядом подругу. Она уже было собиралась вернуться к делам, как вдалеке на дороге заметила подымающуюся пыль.

Какой-то безумец несся верхом на сумасшедшей скорости в сторону его дома. Какой ужас! У них же тут дети, звери! Задавит кого-то ненароком и не заметит!

Конь толком не успел затормозить, как разгневанная Юва уже принялась отчитывать наездника.

— Нельзя скакать галопом по дорогам очертя голову! Затопчешь кого-нибудь и не заметишь! — гость спрыгнул с коня, солнце зашло за облако, и Юва, наконец, смогла разглядеть лицо наездника. — Ой, это вы…

Пыл ее поутих. Перед ней стоял тот самый Генерал, на которого она свалилась вчера. Ругать его резко перехотелось. Генерал ведь. Был бы это какой-то деревенский парнишка, она бы его как следует…

— Уверяю, когда конь кого-то затаптывает, его наезднику это заметно, — Агнар усмехнулся.

— Дело не в этом, — Юва неловко улыбнулась и прикусила губу. — Просто… Не принято у нас… Ну, так носиться… по пустякам.

— Что ж, буду знать.

Генерал Агнар, придерживая поводья, посмотрел Юве за спину.

— Это тут местные скупают продовольствие? — он кивнул на ее дом.

Юва обернулась, как будто не знала, что там за ней находится.

— А, да, — она снова посмотрела на Генерала. — Да, у нас можно купить молока, яиц, овощей по сезону, мяса и… Если что-то из города нужно, мы тоже можем привезти.

— Позови старшего.

— Зачем? — Юва нахмурилась.

— Позови.

— Не стану, — почти возмутилась она. Ещё чего, звать отца с поля не понятно зачем. — Скажите, чего вам надо. Не смогу помочь, схожу за отцом.

Она вздернула нос. Вообще-то, в делах фермы она была сведуща так же, как и ее родители. Если уж не лучше!

— Все молодые девушки в этой деревне такие дерзкие? — он насмешливо приподнял брови. Его конь, как будто вторя хозяину, фыркнул.

Юва открыла рот, чтобы что-то сказать, но не придумала, что именно, а потому быстро его закрыла.

Дерзкая? Она-то? Да Юва была самой безобидной из всех в этой деревне! Безобиднее нее могла быть разве что Гисла! Но и та без зазрения совести отрывала головы стрекозам, которых использовали ее родители для эликсиров.

— Я… — нужно было срочно что-то ответить. — Чего вы хотите? Скажите уже. Молока? Я принесу.

Генерал покачал головой. С его губ не сходила усмешка. Отвечать он не спешил. Юве было не по себе. Щеки начинали краснеть то ли от смущения, то ли от негодования.

— Послушайте, — она в отрывистом жесте сложила руки на груди. — Пока отца и брата нет, я за главную. Ну правда. Не стану же я их звать с поля по каждому пустяку.

Агнар вздохнул, устало потер брови. Усмешка все-таки сползла с его лица.

— Отправляйте в мой особняк продовольствия по этому списку раз в три дня, — он протянул ей хрустящий листок. — Принимать повозку будет слуга. Оплачивать буду в конце каждого месяца.

Юва развернула листок. В списке числилось молоко, яйца, мясо, картофель, морковь, лук, зелень, яблоки, сезонные ягоды.

Какой-то непонятный был список. Ох уж эти городские… С другой стороны. Это же Генерал! Он-то должен уметь составлять списки… Или не должен? Юва была далека от армии так же, как и Агнар от дойки.

— Мне кажется, — неуверенно начала она, пытаясь ненароком не назвать Генерала несведущим. Вдруг обидится. — Вам лучше поручить составление списка кухарке или слуге. Тут не очень понятно. Вот мясо какое надо? А сколько? Молоко какое? Козье или коровье? И ягоды… Ну вот вишня? Или ежевика, например? А хурма? Такое не едите? Хотя это, конечно, не ягоды, но всё-таки…

— Слуга прибудет только завтра, — растерянно ответил он хмурясь.

— Да вы хоть готовить умеете? — пришел черед Ювы усмехаться.

Генерал бросил на нее недобрый взгляд. Ну вот, обиделся.

— Пойдемте, — Юва кинула на калитку. — Я посмотрю, что у нас осталось. Утром обоз увез в город товары. Лучше по таким делам приходить пораньше. Или с вечера оставлять нам заказ. Деревенские у нас вне очереди.

Она вошла во двор и поманила за собой Агнара.

Собаки оскалились на него совсем недобро. Стали лаять и бесноваться. Юва, всего видавшая, от неожиданности даже вздрогнула. Ее пройдохи и мухи не обидят, а тут разошлись, словно волка увидели.

— Нельзя! — крикнула она. Но обычно послужные собаки, как будто и не слышали ее. — Нельзя!

— Всё в порядке. Псы всегда так реагируют на нас, — отмахнулся Генерал. Юва обернулась и хотела спросить на кого это «на нас», но увидела, как обычные человеческие зрачки генерала вытянулись и стали подобны змеиным. А затем раздался очень тихий, едва слышный рык.

Ее сторожевые собаки, храбрые и преданны, поджали хвосты, заскулили и забились в свои будки.

Юва от возмущения воздухом поперхнулась.

— Трусы! Вы за что свой хлеб получаете! — она пригрозила одной будке кулаком.

Агнар рассмеялся. От его низкого бархатистого смеха по спине Ювы пробежались приятные мурашки.

— Не будь с ними слишком строга. Это всего лишь инстинкты.

Юва улыбнулась и поспешила сменить тему. Она впервые видела настоящего дракона и с трудом удерживала себя от бестактных расспросов.

— Давайте посмотрим, что осталось из мяса. Курятина у нас всегда есть, а вот свинина или говядина… Скорее всего, всё сегодня увезли в город.

Юва водила за собой генерала и собирала в прихваченную корзину то одно то другое. В конце концов, когда они обошли все сараи и даже один погреб в руках Агнара оказалась полная корзина. Юва собрала две тушки курицы, картофель, морковь, пару луковиц, молока и даже добрый шмат сыра. Затем переложила всё в тканевые мешки, чтобы удобнее было везти на лошади.

— Восемь фот, — Юва протянула руку в ожидании купюр.

Дракон, одной рукой удерживая тканевые мешки за узелки, другой шарил по карманам. Агнар вынул купюру и положил ее на ладонь Юве.

— Сдачи не надо, — он усмехнулся.

И пока Юва пыталась оправиться от шока, Генерал успел вскочить на лошадь.

У нее в руке была одна гата, стоимость которой равнялась пятидесяти фатам. Да он заплатил в пять раз больше!

— Я пришлю к вам слугу позже. Доброго дня, — Генерал пришпорил коня.

Юва только и успела, что оторвать глаза от ладони. Она для виду помахала Агнару рукой и вернулась во двор. А как только стук копыт стал глуше, сразу кинулась к забору, спряталась за ним так, чтобы одни только глаза были видны, и посмотрела вслед Генералу.

Дракон! Первый дракон в ее жизни. Настоящий живой дракон! Не то чтобы она видела мертвых когда-нибудь… Дракон в их деревне! Да ещё и какой… Нет, ну над нравом надо бы поработать, но в остальном… Красивый, высокий, богатый — ведь бедняки гатами не разбрасываются! — генерал-дракон! Да все девки в деревне с ума сойдут.

Глава 3. Телеги и песни

Генерал жил в их скромной деревне вот уже с месяц. Старался не показываться и занимался обустройством старого особняка. Чаще него самого видели его слуг. Молодая женщина-кухарка и мужчина в возрасте, не то дворецкий, не то лакей. Занимались эти двое всем, что не приказывал Генерал. Кухарка- то передавала заказ, то мела веранду, да и дворецкий нет-нет да ремонтировал чего на пару со своим хозяином.

Юва была у генеральского особняка всего раз, с тех пор как он приехал. Ее мало интересовало, как дракон поживает. Платил исправно, как безумный больше не рассекал по деревенским дорогам, привыкшим к спокойствию.

— А какие у него руки! — восторженно протянула Гисла.

— Не интересно, — Юва подняла ведро полное воды и, обойдя подругу, направилась к коровнику. Гисла ни секунды не мешкая пошла за ней вслед.

— И он дракон! Настоящий! Ты когда-нибудь встречала дракона? Да они же все в столице живут! Нам туда полмесяца на телеге ехать! Поездом дня три, не меньше! Юва! Он дракон! — не унималась она.

— Мне правда все равно, — Юва толкнула плечом хлипкую дверь. — Мне не до дракона этого. Посадкой заниматься надо. И тебе должно быть не до него. Сейчас самое время для сбора ваших весенних целебных трав.

— Матушка этим занимается. Ты же знаешь, я не лекарь, — Гисла пожала плечами.

— Хочешь трепаться — помогай, — Юва указала на теплицу у реки.

— А что у вас там?

— Малина и виноград.

— Поспело уже чего?

— Я сказала помогать, а не сметать мой урожай, как саранча! — Юва шутливо хлопнула Гислу по руке. — Ничего еще не поспело.

— Никак не пойму, почему ты не используешь свою силу, чтобы заставить всё это вырастать за ночь, — подруга следовала за ней к теплицам.

Вне всяких сомнений, Гисла поможет: повыдирает сорняки, подвяжет малину. И, конечно, ничего в качестве платы за помощь не возьмет. Иногда Юве было не по себе из-за этого. Работу вот вроде бы делает, а ничего за нее не берет. Это было неправильно. Но Гисла только отмахивалась, мол за что тут денег брать? Да она так часто гостит и ест в доме подруги, что ей бы самой приплачивать им.

К обеду Гисла ушла к себе. Юва поела с отцом и братом и ушла вместе с ними в поле сеять урожай. Вернулись они после захода солнца. До ужина снова накормили и напоили скот, обошли свои нескромные владения, наметили работу на следующий день и вернулись в дом, где их уже ждал горячий и вкусный ужин.

Гисла пришла как раз к тому времени, когда все собирались спать. Санна осталась ночевать в городе, так что девчачья комната была в полном распоряжении Ювы.

— Баня затоплена! — проходя мимо комнаты, крикнул Кай.

— Пойдем, — Гисла вскочила с кровати так резво, будто за день вовсе не устала.

— Иду, — а вот Юва чувствовала приятную ломоту в теле. Мышцы ныли, клонило в сон, тянуло долго и с чувством зевать.

Гисла залезла на самый верх, туда, где погорячее. Если бы она обладала магией, то ее стихией точно должен был стать огонь. Она любила жару, любила горячий чай, любила солнце и сама была на него похожа.

— А я сегодня опять Генерала видела, — протянула она сладко, укладываясь на живот.

— Угу, — Юва лентой перевязала волосы в пучок на затылке.

— Он красив. Ну красив же! Красив!

— У него его шарм на лице, — вспомнила она.

— Его за волосами не видно, — отмахнулась Гисла, но тут же трагично вздохнула. — Этот шрам портит такое лицо! Такое лицо!

— Какое? — усталость брала свое, и Юва уже с трудом могла поспеть за размышлениями болтливой подруги.

— Прекрасное!

— Оно и со шрамом очень даже ничего.

— Ты ничего не понимаешь, — Гисла закатила глаза.

— Мне просто неинтересно.

— Вот поэтому-то тебя девочки и не зовут с собой поглядеть на дракона. Ты зануда.

Юва вздохнула и не стала ничего отвечать. Она была слишком увлечена хозяйством семьи. Предпочитала лишний час провести со своими зверушками, а не шататься с деревенскими без дела. Ее не не любили, просто… Просто не звали гулять. Юва не страдала от одиночества или нехватки друзей. Ей было в самый раз. Гислы хватало с головой.

— Я не зануда, — всё-таки ответила Юва. — Но мне и правда не интересно ходить и из-за кустов подглядывать за тем, что там в старом особняке делает какой-то незнакомый мужчина.

— Не мужчина — дракон! Дракон! — Гисла вскинула руки в жесте, изображающем что-то великое или осуждающем непонимание подруги. Юва до конца не поняла, что она пыталась изобразить.

— Ладно. Хорошо. Что такого драконьего он уже успел сделать за то время, что вы за ним подглядывали?

Гисла поджала губы задумавшись. Она полминуты усиленно размышляла, но в итоге разочаровано вздохнула.

— Ничего. Он со своими слугами чинит особняк, да и всё.

— Ну вот, — Юва пожала плечами. — Говорю же ничего интересного.

— А вот и нет. Слуги-то его ого-го какие манерные. Точно городские! Небось какой-нибудь университет драконьей прислуги закончили!

— Нет такого, — Юва улыбнулась. Она знала об этом наверняка.

Когда только окончила школу, родители велели ей подобрать себе заведение, в котором она хотела бы учиться. Юва выписывала себе газеты, расспрашивала учителей, даже в город ездила, чтобы узнать про академии и университеты. Ждала, что ее сердце екнет, и она обязательно поймет, вот оно, то самое. Но ничего такого не случалось. А вот при мысли, что придется оставить ферму, всё внутри начинало ныть и болеть. Юва не могла. Она, словно дерево, вросла в свою землю и не могла покинут деревню. Было ли это из-за магии земляного элемента или просто ее мнительность, Юва разбираться не хотела. Просто знала, что если уедет, то ее сердце разорвется от тоски, и этого было достаточно. Родители поначалу сердились, а потом как будто поняли и приняли, что она не такая, неправильная, не уедет, как это делали все остальные.

— Ну где-то же учат всему вот этому, — Гисла неопределенно всплеснула руками.

— Может быть, — Юва сладко зевнула. Горячий влажный воздух расслабил ее так сильно, что казалось еще пара минут и она уснет в бане. — Пойдем спать?

— Иди, я еще полежу. Мне совсем не жарко, — Гисла легла на согнутые руки и прикрыла глаза. На ее лице застыло выражение настоящего блаженства.

Юва спала так крепко, что даже не услышала, как Гисла заползла в ее постель. Только поутру она осторожно выпутывалась из объятий подруги. Дурная была у нее привычка спать, закинув на соседа ногу. Дома соседом у Гислы была груда одеял. Юва бы не возражала так уж сильно против ночных обнимашек, если бы Гисла не была горячей как уголек. Спать с ней было жарко даже в самый морозный день.

— Юва, — шепотом позвал отец и постучал в дверь.

Юва накрыла Гислу одеялом, завернулась в плед и вышла к отцу, тихо притворив за собой дверь.

— Ты чего? Случилось что? — она сладко потянулась и посмотрела в окно.

— Ганс с лошади упал. Ногу сломал.

— Бедняга, — Юва искренне сочувствовала их наемному рабочему.

— Я телегу загрузил, отвези Генералу этому.

— А что Джек? Или Кай?

— Кай уехал с обозом. А Джек с лихорадкой вот уже второй день. Давай, одевайся. Отвези телегу Генерлу, а потом поезжай на рынок в Ратре.

— Ещё и в соседнюю деревню?

— Давай, поторапливайся. С матерью я договорился. Она сегодня похозяйничает в твоих угодьях, — отрезал отец тоном, не терпящим возражений.

Юва недовольно вздохнула. Ну куда матери хвататься за тяжести, доить коров да таскать корма всему скоту? Перенапряжется и родит же прям в загоне!

— Ничего с твоей матерью за один день не случится, — отмахнулся отец, будто прочитав ее мысли.

— Хорошо. Я сегодня развезу заказы.

— Чтобы мы без тебя делали, — отец поцеловал ее в лоб.

— Сами бы везли свои заказы.

— А кто в поле бы остался? — он потрепал ее по волосам.

— Может я в поле?

— Ещё чего! Прогуляешься заодно. Вперед.

Отец кивнул на дверь в комнату. Юва улыбнулась и пошла будить Гислу. Денек обещал быть веселым.

Телегу загрузил отец и его помощник, пока Юва и Гисла завтракали. Матушка любезно собрала им с собой лепешки и пирожки с яблоком, даже вяленого мяса в корзинку забросила, чтобы работнички пожевали чего по дороге.

Гисла, придерживая юбку, забралась в телегу, а Юва, подтянув штаны и поправив платок на голове, влезла на козлы и взялась за поводья.

— Вернемся после обеда! — крикнула она отцу, погнав лошадь.

Ответа Юва не услышала. Но зато, обернувшись, увидела, как папа машет ей рукой.

Перво-наперво нужно было отвезти провиант в особняк на другом конце деревне. А уж потом ехать на рынок.

Деревня Ювы находилась к городу ближе всего. Ратра была чуть дальше. А совсем уж далеко — Кавна. На все три деревни водился только один рынок. Работал строго по воскресеньям. Скупались там все, кто не желал тратить день, а то и полтора на дорогу до города.

Отец пару лет назад договорился с одним лавочником на рынке. Тот торговала картошкой, а иногда на прилавке появлялась курица. Дела шли так себе. Тогда папа предложил ему продавать продукты с фермы. Мужику — одну десятую от прибыли за день. Стой да торгуй. Он, конечно, согласился.

А вот что касалось Генерала, то в его особняк еду привозили раз в три дня. Кухарка принимала провиант и давала новый список. Подробный и понятный, совсем не похожий на тот, что привозил генерал.

— Нас же пустят во двор? — Гисла пыталась перелезть на козлы и сесть рядом. Телега подпрыгнула на камне, и она взвизгнула. Но всё же удержалась и устроилась на козлах.

— Конечно. Не будем же мы это все, — Юва кивнула себе за спину, — тащить от ворот.

Верхом до старого особняка было от силы минут сорок. Всю дорогу Гисла распевала песни. Юва держалась первые десять минут, а потом всё-таки присоединилась к подруге. Они не попадали в ноты, откровенно фальшивили, а на кочках и вовсе выдавали что-то больше похожее на икание, чем на пение. Но это было так весело, что от смеха начинал болеть живот.

Особняк в конце улицы был окружен высоким каменным забором, обвитым лианами. Только темно-коричневая черепица крыши виднелась вдалеке.

Юва остановила лошадь у самых ворот. Спрыгнула с козлов на землю и пошла осмотреться.

Особняк был заброшенным вот уже как лет двадцать пять. Ещё до ее рождения тут жила добрая старушка, которую по сей день вспоминали в деревне добрым словом. Раньше молодежь, бывало, слонялась в округе. В сам особняк не лезли, а вот в сараи, конюшни, лесок рядом… Кота Юва, кстати, тоже услышала, когда они с Гислой гуляли тут.

Теперь особняк заброшенным выглядел лишь отчасти. Сквозь металлические ворота с семейным гербом в виде дракона Юва видела часть сада. Всё было прибрано и, кажется, хозяин готовился привести это место в порядок.

— Есть кто?! Мы с фермы! — закричала Юва, и на крыльцо тут же выскочила темноволосая женщина в простом платье и идеальном белом фартуке без единого пятнышка.

— Не кричи ты! Окаянная! — она махнула рукой, и ворота сами распахнулись, стукнув Юву по лбу.

— Ауч, — Юва потерла ушиб. И с удивлением отметила, что кухарка-то была магичкой. Интересно какой элемент был у нее? Все маги владели одной из семи стихий. Конечно, заклинания, не связанные с водой, огнем и другими стихиями, тоже можно было творить, но для этого обязательно нужно было пройти обучение в магической академии. Так просто искусству заклинаний не обучиться.

— Юва? Чего кричишь-то? — кухарка подбежала и сразу принялась заглядывать ей в лицо. — Ты как? Больно?

— Всё в порядке. До свадьбы заживет, — Юва улыбнулась. — Мы сыра привезли.

Кухарка вздохнула, оглядывая телегу.

— А мужики перевелись, что ли?

— Болеют, — Юва пожала плечами.

— Ладно, — она махнула рукой. — Заводи свою телегу. Только нога в ногу за мной. Мы тут только порядок навели.

Юва взяла поводья и повела лошадь во двор. Гисла осталась сидеть в телеге, болтая ногами и оглядываясь по сторонам.

Глава 4. Обиды и магия

С последнего визита особняк действительно преобразился. Теперь он как минимум не выглядел заброшенным. Новый хозяин, кажется, собирался задержаться в деревне надолго, иначе зачем ещё так старательно облагораживал территорию?

Кухарка вела их к задней двери дома, той, что была ближе к кухне. Она тщательно обходила все обработанные участки земли, где планировался сад. И внимательно следила, чтобы телега Ювы не съехала с дорожки.

Наконец, они остановились у задней двери.

— Господин, я не всемогущий. Давайте наймем садовника, — послышалось где-то сбоку. Юва пригнулась, чтобы из-под морды лошади разглядеть говорящего на той стороне.

Невысокий мужчина с редкой сединой в темных волосах покачал головой.

— Не нужно тут целую ватагу прислуги собирать. Сами справимся, — Генерал хмурился.

— Мы не спасем розы вашей покойной бабушки своими силами, — начал причитать слуга. — И давайте будем честны, сад нам самим не восстановить.

— Что у тебя тут? — кухарка отвлекла Юву. Она обошла телегу и заглянула под покрывало.

— Всё по списку, — Юва улыбнулась. — Давай помогай, Гисла.

Она кивнула подруге, чтобы та спрыгивала в козлов. Гисла как будто и не услышала. Всё ее внимание было направлено на Генерала, спорящего со слугой. Если бы в телегу сейчас ударила молния, она бы даже не оглянулась. Куда там… Тут же их знаменитый на всю деревню дракон!

Юва, закатив глаза, вздохнула.

— Слазь, кому говорят! — она шлепнула Гислу по бедру.

— Ай! — Гисла посмотрела на Юву, корча гримасу боли, а когда поняла, что в ее плохую игру слабо верится, всё-таки спрыгнула на землю.

— Несите в дом, — кухарка стащила бутыль с молоком и понесла его на кухню.

— Хорошо, — Юва взяла из телеги ящик с яблоками.

Втроем они и перетаскали весь заказ. Последним было мясо, завернутое в тряпицу. Юва положила сверток на стол и посмотрела в окно.

Генерал и слуга так и стояли у почти мертвых кустов роз. Агнар хмурился, а мужчина, обильно жестикулируя, пытался в чем-то его убедить.

Розы выглядели плачевно. Вряд ли обычное поливание или удобрение могло их спасти. Лучшее, что можно было сделать для цветов — выкорчевать. Конечно, был ещё вариант — магия.

Юва вышла из дома.

— Ну, что? Едем дальше? — Гисла уже лезла на козлы.

— Да, только дай мне минуту, — Юва, даже не обернулась на подругу, сразу уверенно пошла к Генералу. Ее умений с лихвой хватит, чтобы дать розам вторую жизнь.

— Вы упрямец, — констатировал слуга.

Юва меж тем присела и потрогала землю. Влажная.

— Прошу прощения, мисс? — Тень упала на нее.

Юва подняла голову и улыбнулась смурному дракону.

— Я могу помочь, — она коснулась голой сухой ветки. Где-то глубоко внутри стебля, в корнях еще тлела жизнь. Слабая и тусклая, но такая отчаянная жизнь.

— В какой академии училась? — Юва увлеченно щупала куст роз, поэтому лица Агнара не видела, но в голосе слышала сомнение и даже легкое недовольство.

— Ни в какой, — она пожала плечами и посмотрела на Генерала. Юва улыбнулась, но дракона ее улыбка не успокоила.

— Мы наймем сведущего мага, спасибо, — на его губах появилась вежливая, но очень ядовитая улыбка.

— А я чем вам не подхожу? — Юва нахмурилась. В ее картине мира не укладывалось, почему это она не может помочь растению вот прямо сейчас. Зачем им заниматься поисками, терять драгоценное время, если помощь прямо перед глазами.

— У тебя нет нужного образования, что наталкивает на справедливую мысль об отсутствии и необходимых навыков.

— А ферма, которая цветет и пахнет, гарантия недостаточная?

— Пахнет это уж точно, — почти издевательская усмешка расцвела на губах Генерала.

— Что ж, — Юва встала и отряхнула руки.

От резкой обиды кровь в ее жилах на секунду застыла. Ей могли сколько угодно говорить, что она какая-то не такая: странная, потому что в город не хочет, зануда, потому что не бегает поглазеть на дракона, но никто никогда, не смеет ей говорить, что она не способна, не может совладать с растениями, с землей, что не сможет помочь кусту роз, который вот-вот загнется от заботы этого высокомерного дракона. Никто и никогда не смеет усомниться в том, насколько хороша она в магии земляного элемента.

— Вот что я скажу вам, — Юва недобро прищурилась. — От моей фермы пахнет жизнью. А здесь пахнет запустением, сухостью и тоской. Выкопайте эти розы и посадите новые, потому что найти образованного садовника вы не успеете. Цветы умирают. Я их очень понимаю, будь я кустом роз рядом с вами, тоже завяла бы. Хам.

Юва фыркнула и с вызовом уставилась на удивленного Генрала. Он смотрела на нее так, словно не ожидал сопротивления, как будто она должна была порозоветь от смущения и раскаяться, что, будучи такой нелепой необразованной деревенщиной, вообще посмела предложить помощь великому дракону.

— Хам? — наконец нашелся он с ответом. — По-моему, я имею право сам решать, кому и что доверять в моем доме. И это не делает меня хамом.

— Было бы славно, если бы вы, принимая решение, были чуть-чуть вежливее и не высмеивали других за то, что они никакой академии не заканчивали.

— Если тебя так уязвляет отсутствие образования, так получи его.

— Меня уязвляет ваша предвзятость ко мне, а не отсутствие бумажки о том, что я могу воскресить ваш полумертвый куст. — Юва на секунду язвительно улыбнулась, а потом обратилась к слуге. — Очень вам сочувствую.

И пока Генерал не успел сказать какую-то очередную колкость, она развернулась и направилась к телеге.

Гисла собиралась что-то сказать, но Юва предупредительно выставила указательный палец и залезла на козлы. Проезжая мимо генерала, она демонстративно вздернула нос отвернувшись. Но когда они чуть отъехали, то всё равно бросила на дракона мимолетный взгляд через плечо. Выглядел Агнар очень смурным.

Юва обеспокоенно посмотрела на цветы. Было такое ощущение, что эти розы очень важны. Но они умирали. И их увядание ощущалось таким печальным. Юва была обижена, но знала, что, кроме нее, некому было им помочь не потому, что она такая исключительная, а только лишь потому, что времени было в обрез. Уже утром их будет не спасти даже чудотворной магией.

Упрямый Генерал! Мог бы дать ей хоть попробовать. Разве стало бы хуже?

Юва тяжело вздохнула. Умом она понимала, отчего к ее способностям такое недоверие, но сердцем все равно была обижена. И эта обида была такой иррациональной, как будто и не ее вовсе.

— Рискну здоровьем и всё-таки спрошу: что произошло? — заговорила Гисла, как только они покинули деревню.

— Этот дракон, — из-за кочки получилось слишком отрывисто и агрессивно, — не дал мне исцелить его куст, потому что я не окончила магическую академию.

— Ужас какой. Как он смел в тебе усомниться! — театрально воскликнула Гисла.

Юва взглянула на нее с осуждением и произнесла:

— Иди в бродячие актрисы. Тебя ждет большое будущее.

— А чего ты хотела? Откуда ему знать, что ты и без академий всякий болтаешь с цветочками как с людьми.

— Ни с кем я не болтаю! — возмутилась Юва.

— О, это заметно.

— С цветами в смысле, — она тут же поправила себя. Юва помедлила и добавила: — Просто ещё раньше, он требовал позвать отца, потому что, по его мнению, я заведовать фермой не могу. Это очень… оскорбиельно.

— Юва, Генерал просто не знает тебя, — Гисла ткнула ее локтем в бок. — Ты ведешь себя как маленькая. Он же городской. Ты знаешь, какие у них там благородные нравы. И вообще, какое тебе дело до него и его цветов?

— Не знаю, — Юва вздохнула. — Ты права, никакого дела мне до дракона нет. Просто цветы жалко.

— О Богиня, — Гисла закатила глаза. — Не знай я тебя, решила бы, что ты влюбилась и жаждешь признания.

— Ещё чего!

— Тогда в чем проблема?

— В его… В его… А вообще, почему это ты его защищаешь, а не меня?

— Потому что он красив, — ни секунды не мешкая ответила Гисла. — И потому что я хорошо тебя знаю. Когда тебе было десять, ты ввязалась в драку с мальчиком, который ежевику палкой избил. И прошу заметить, ты победила.

— Я не стану драться с Генералом из-за его роз, если ты к этому ведешь.

— Я веду к тому, что когда дело касается твоей магии и фермы ты становишься того, — она покрутила пальцем у виска.

— Напомни, почему я до сих пор кормлю тебя в своем доме?

— Потому что, кроме меня, никто с тобой больше не дружит.

— Ты невыносима сегодня! — возмущенно выкрикнула Юва, уставившись на дорогу.

— А ты всегда.

Юва смолчала. В чем-то Гисла была права. Это всего лишь цветы, просто розы. Но этот Генерал. Засранец! То есть засланец! Городской засранец! В смысле городской засланец!

Нет, ну правда, что он забыл в их деревне? Ему больше балы всякие подходили, чем ручной труд и копошения в саду. И как он вообще может судить людей по наличию какой-то бумажки? Да он… Он!.. Ну и ладно! Пусть ищет своего этого ученого садовника-мага. Ага! Их же в городе полным-полно! И цветы его пусть сохнут. Ей без разницы. Не ее розы.

Но той ночью Юве всё равно не спалось. И вовсе не из-за Генерала. На кончиках пальцев зудело ощущение утекающей жизни. Такой, которая очень не хотела угасать. Было очень неприятно и совсем не получалось заснуть.

Юва резко села в кровати. Ну уж нет. Она не позволит им вот так просто засохнуть. И никакое согласие нерадивого хозяина особняка ей не нужно. Ровно через тридцать минут после принятого решения, Юва уже стояла за забором Гислы напротив ее окна и заговаривала цветы. Тонкая лиана потянулась к окну. На кончике в завитке был зажат маленький камушек. Юва прищурилась, сжала кулак, и лиана два раза ударила в окно. Тишина. Гисла спала как убитая.

Ну раз с магией не получилось… Юва сгребла в руку побольше маленьких камушков и стала их бросать в окно подруги. Где-то на пятом камне, створка отворилась.

— Гисла! Собирайся! — шепотом крикнула Юва.

— Куда? Видишь звезды на небе? Когда они там, приличные люди лежат в своих кроватях.

— Ты не приличная. Так что одевайся.

— Куда? — Гисла сладко зевнула.

— Залезем в старый особняк.

Гисла даже зевать перестала, а ее лицо посвежело. Будто не было никакого внезапного пробуждения среди ночи.

— Что ж ты сразу не сказала! — она скрылась за подоконником, а через секунду из окна полетела одежда. Последними вывалились коричневые сапожки, а следом за ними и сама Гисла.

— Дверь для дураков? — Юва вопросительно и немного осуждающе подняла брови, наблюдая, как подруга потирает ушибленный бок.

— Нельзя нарушать атмосферу приключения, — она натянула поверх ночной сорочки длинную юбку, а на плечи накинула шаль. — Ну что? Идем? Мне седлать коня?

— На моем поедем.

Гисла на ходу обулась и открыла калитку. Протяжный скрип в ночи был таким невозможно громким что, казалось, разбудил Генерала на том конце деревни.

Глава 5. Воришки и драконы

— Значит, мы сейчас будем карабкаться по этому забору, чтобы ты смогла исцелить кусты? — шепотом прикрикнула Гисла. — Да ты сумасшедшая!

— Подставляй спину и помалкивай, — шикнула Юва.

— Ещё чего! — Гисла демонстративно отвернулась и добавила: — Спину подставлю, а молчать не буду.

— Ла-а-адно, — протянула Юва.

Они стояли у каменной изгороди, оплетенной лианами, и никак не могли договорить, кто лезет первым.

План Ювы был таким: встать на спину Гислы, залезть наверх, а потом подтянуть ее за руки. У Гислы же никакого плана не было. Она просто не хотела вторгаться в чужой дом из-за каких-то там кустов. Вот если бы поглазеть…

Юва, конечно, пыталась объяснить, что именно эти розы не должны были погибнуть. Она это чувствовала, ровно так же, как и чувствовала дыхание ночного ветра на своей коже.

— Я просто никак не пойму, чего ты так зациклилась на том, что Генерал не хочет признавать твои таланты, — она уперлась руками в колени согнувшись.

— Сказала же, всё дело в розах.

— Ну да, ну да, — голос Гислы сочился скепсисом.

Юва проигнорировала ее и стала лезть на изгородь. А когда оказалась наверху, протянула ладонь Гисле.

— Я тут постою, — она сложила руки на груди.

— Ты серьезно?

— Покараулю.

— Если что, нам нужно, чтобы нас люди в особняке не увидели, а не совы.

Гисла отрицательно покачала головой. Юва закатила глаза и отвернулась в сторону особняка, свесила ноги и стала по чуть-чуть опускаться, переместив весь свой вес на руки. Но как бы она ни старалась, а земля все ещё была достаточно далеко.

Юва сделала глубокий вдох, зажмурилась, прыгнула, перекатилась по земле и ударилась головой о какие-то то ли горшки, то ли кувшины. Грохот стоял невероятный.

— Ты там жива? — раздался тихий встревоженный голос на другой стороне.

— Жива.

В особняке загорелся свет. Юва замерла. Тусклый желтый огонек переместился из одного окна в другое, а потом и вовсе оказался на крыльце.

Дыхание остановилось от волнения. Но свет переместился обратно в дом, а потом и вовсе потух.

Юва выдохнула и стала красться по саду. В темноте угадывались только силуэты, поэтому она несколько раз наступала на мягкую подготовленную для посадки землю, врезалась в сухие колючие кусты и с трудом обходила деревья. Ночь, как назло, была темной. Сквозь небо, стянутое тучами, не было видно ни звездочки.

Юва отыскала засохший куст, села напротив него и зарылась пальцами в землю. Отчаяние снова потянулось к ее рукам. Она его чувствовала. Они так хотели жить.

Кто-то очень любил эти розы, заботился о них, вкладывал в них часть себя. Такое встречалось нечасто. Как правило, растения просто засыхали. Спокойно. Без всяких там отблесков чувств. Они исчезали, и на их месте вырастало что-то новое. Но не розы в саду Генерал.

Юва не могла уснуть, не могла перестать думать о них, ведь они были чем-то похожи на людей. Как будто обзавелись собственной душой.

Юва закрыла глаза и осторожно погнала магию к своим рукам. Она чувствовала, как земля становится суше, как корни растения крепчают и как отчаяние сменяется спокойствием. Ветер подул и, казалось, листья зашуршали. Юва открыла глаза. Куст по-прежнему выглядел сухим. Никаких листьев и в помине не было. Но она знала, что поутру это будут самые красивые розы во всей деревне.

А потом за ее спиной раздался странный щелчок. Очень странный. И очень знакомый. Такой щелчок она слышала, когда отец учил Кая обращаться с оружием.

Юва сглотнула. Стало страшно. Это что, выходит, на нее направили оружие? Прям настоящее оружие?

Да он же дракон! Зачем ему дома ружье? Он точно сумасшедший! Она знала! Знала! Но если знала, на кой полезла в его сад спасать эти треклятые розы?!

Юва, медленно оборачиваясь, мысленно прощалась со своим урожаем, скотом, родителями и друзьями.

Дракон холодно смотрел на нее. Рука с оружием не дрожала. Он был одет в одни только брюки.

— Не помню, чтобы приглашал тебя в свой дом, — спустя несколько секунд произнес Генерал.

— Да? — Юва очень плохо сыграла неловкое удивление. — А я тут это… Ну вот это…

Она медленно и неопределенно указала на кусты. Дракон приподнял одну бровь.

— Скажи, почему я не должен принять тебя за вора?

— Потому что я ничего не украла? — Юва улыбнулась во все зубы.

— Просто не успела. Я проснулся раньше.

— Ой, да было бы, что у вас в саду красть, — фыркнула она, но опустив взгляд на направленное на нее оружие, подобралась. Точно не охотничье. Как-то маловато оно для охоты.

— В саду? Думаю, — он присел напротив, — ты хотела что-то забрать из дома, пока все сладко спять. Уверен, если поспрашивать, выяснится, что у вас тут водится непойманный воришка.

— Я не воришка! — Юва от возмущения резко вскочила на ноги. А потом вспомнила, что у сумасшедшего дракона оружие, зажмурилась и испуганно выкрикнула: — Не стреляйте!

Открывать глаза было страшно. Поэтому Юва решила начать смотреть на мир постепенно. Сначала она приоткрыла один глаз. Потом второй. Генерал все так же сидел на корточках. Смотрел на нее снизу вверх, челка сдвинулась и открыла шрам. Агнар усмехался.

— Итак, что ты тут делала?

— Розы лечила, — тихо ответила Юва. Было такое ощущение, что окажись она воришкой, ее бы не подстрелили, а теперь вот точно… Как кролика… Паф и как и не бывало никакой Юва.

Усмешка сползла с лица Генерала. Он опустил оружие, схватил Юву за руку и потянул за собой.

— Пустите!

— Заходи.

Он тащил ее в свой особняк. На ступеньках она споткнулась, но дракон рывком поднял ее на ноги, открыл дверь и втолкнул Юву в дом.

Генерал завел Юву в гостиную и отпустил руку. В доме было необычно зябко, темно и некомфортно.

— Вы чего удумали? — она отступила на шаг, запнулась, потеряла равновесие и упала. По счастью сразу в кресло. Дракон положил свободную руку на подлокотник и склонился к ней.

— Что ты сделал с цветами? — почти прошипел он.

— С-спасла, — от испуга Юва вжалась в кресло и даже заикнулась.

Агнар недовольно закусил губу, стукнул ладонью по подлокотнику и отпрянул. Он, нервно взъерошив волосы, злобно глянул на Юву.

— Богиня! Да объясните же вы, что я сделала не так? — тут уже и она вскочила, всплеснула руками и даже голос повысила.

— Ты… — Агнар пригрозил указательным пальцем, прищурился, а затем ни с того ни с сего отвернулся.

Юва вопросительно изогнула брови. Да что с ним такое? Ну залезла в его сад… Велика беда. Да тут в деревне это считай самая безобидная соседская шалость.

— Так, да, признаю, — Юва вскинула руки, все же соглашаясь со своей виной, — я вторглась в ваш сад. Но мои намерения были исключительно благими. Утром эти розы уже не спасло бы даже чудо.

— Их и теперь чудо не спасет, — недовольно отозвался дракон.

Юва закатила глаза. Опять он за свое. О, ужас, она не закончила академию.

— Слушайте, я понимаю, вы меня не знаете и поэтому так говорите…

— Я знал многих самонадеянных магов, — он сделал паузу, а потом очень унизительно добавил: — Таких как ты. Ничем хорошим им самонадеянность не обернулась.

— Ваше право так думать. Так что, раз мы все выяснили, покричали друг на друга, может, я пойду? — Юва неопределенно кивнула на дверь. Что-то ее совсем не радовала перспектива остаться на ночь в обществе полуголого дракона с оружием в руках. — Мне как-то не улыбается говорить, пока у вас это.

— Это? — он поднял повыше оружие. — Пистолет не заряжен.

Агнар небрежно бросил его на полку над камином.

— Стесняюсь спросить, — Юва прищурилась, уперла руки в боки и, осмелев, шагнула к дракону. — Вы зачем на вора с незаряженным… Как вы там сказали, пистолетом? С незаряженным пистолетом полезли? Зачем вам вообще пистолет, вы же дракон?!

— А вот это, дорогая моя, — он не сделал ни шагу. Стоял как скала: спина ровная, мышцы напряжены и взгляд такой… такой… Так и просил затрещину. — Вы бы знали, если бы закончили академию. А что касается воришки… Припугнуть решил. Чтобы неповадно было.

Юва прикрыла глаза, отчаянно пытаясь взять себя в руки.

Да она чуть Богине душу не отдала! А он тут… А он… Он еще и усмехается!

Юва стремительно розовела, чувствуя, как в комнате становится жарко. Если Богам не плевать на этот мир, они обязаны покарать Агнара за издевательства над беззащитными девушками.

Всё, она уходит. Вот прям сейчас. Ни секунды терпеть его не будет.

— Можно мне воды? — Она посмотрела на дракона и улыбнулась, молясь, чтобы улыбка выглядела доброй, а не ядовитой. Агнар недоверчиво прищурился. — От возмущения в горле пересохло.

— Я разбужу Гаспара.

— Зачем будить слугу? Вы что не знаете, где у вас вода? Пустите меня на кухню, я сама себе налью.

Сбежать можно было через кухню. Бегала Юва быстро. Удрала бы в два счета. Никакой дракон не догонит.

— Меня очень беспокоит, что воришка, которого я застукал в саду, знает, где в моем доме воды можно налить.

— Ну тогда сами принесите, — Юва развела руками.

Генерал с минуту не сводил с нее взгляда. Изучал так внимательно, что казалось, будто он пытается мысли ее прочитать.

— Хорошо, — сдался дракон. — Я принесу воды. А после ты мне расскажешь, что сделала с цветами.

— Хорошо.

Юва пожала плечами. Как только темный силуэт скрылся проеме, она кинулась к одному окну, потом к другому. За считаные секунды нашла то, которое открывается, залезла на подоконник и прыгнула. Неслась к своде сломя голову. Прочь от этого безумца с незаряженым пистолетом.

— Юва! — крикнул Агнар из особняка, когда она влезала на верх каменной изгороди, подставив себе для удобства ящик. — Юва!

Перед тем как спрыгнуть на другую сторону, она повернулась к дракону и показала ему язык. Ошарашенный Генерал так и остался стоять у открытого окна.

Она нисколечко не сомневалась, что если бы Агнар действительно захотел ее поймать, погнался, то ей ни за что не удалось бы сбежать. Он просто отпустил ее.

— Юва! Юва! — шепотом звала Гисла откуда-то из темноты.

— Скорее! Уходим! Запрыгивай на коня!

Цокнули копыта, раздалось фырканье, и Юва, наконец, увидела Гислу и своего скакуна. Без лишних слов воришки запрыгнули на коня и помчали в сторону дома.

— Я думала, он тебя там прибьет! — крикнула Гисла почти в самое ухо.

— Да? То-то, я смотрю, ты изо всех сил бежала меня выручать, — склонившись в сторону подруги, насмешливо ответила Юва. — Он отпустил меня.

— Ты не сама сбежала?

— Шутишь? Как бы я убежала от дракона?

— А кусты-то твои как?

— Завтра зацветут, — Юва широко улыбнулась, а потом и вовсе рассмеялась.

Ночной ветер трепал ее волосы. Гисла причитала на ухо. Где-то там за спиной остался удивленный странный дракон и старый особняк. Это было приключение. Самое настоящие! Такое, от которого щекочет в животе. Это было оно. И это было весело. Безумно весело.

Юва оставила Гислу у ее дома, а сама направилась к себе. Остаток ночи она сладко спала, а утром, как обычно, проснулась полная сил.

За завтраком никто не обсуждал ее ночной отъезд, словно и не заметили, что она пропадала.

Юва поела, проводила отца и брата в поле, а после принялась за свои обычные дела: отправила пастись коров, выпустила козочек и барашков погулять и принялась начищать коровник. Вечером отец планировал уйти к соседу на другую улицу, чтобы помочь забить бычка. Юва по этому поводу была смурна и невесела. Она любила мясо, но страшно не терпела смотреть на то, каким путем говядина или свинина попадают на столы к людям. К счастью, на ферме Ювы в ходу была в основном курятина.

Размышляя над скоротечностью жизни бычка, она сгребала сено к выходу, а когда собрался приличный мокрый и грязный стог, сменила грабли на вилы. Юва поддела кучку и стала разворачиваться.

— Матушка Богиня! — взвизгнула она, неожиданно столкнувшись с массивной мужской фигурой. — У меня чуть сердце не остановилось!

Юва демонстративно схватилась за левую сторону. Под кожей и правда гулко стучало.

— Вам стоит обратиться к лекарю. Не по возрасту часто, оно у вас шалит. Может зараза какая? — Агнар заложил руки за спину и вежливо улыбнулся.

— О, поверьте, я и без лекаря знаю, из-за какой заразы у меня в последнее время с сердцем проблемы. Чего вам?

Юва воткнула вилы в землю.

Глава 6. Навоз и мосты

Агнар сделал вдох и спокойно ответил:

— Признаю. Я был неправ. Ваши способности весьма хороши, — он почтительно кивнул.

Юва усмехнулась. Ух ты, какой вежливый! Ничего себе.

— Зацвели, значит?

— Да, — Генрал мягко улыбнулся.

— Здорово, — Юва взялась за вилы и вернулась к работе.

— У меня есть для вас предложение…

— Оставьте себе, — она продолжила переносить размякшее сено, совсем не обращая внимания на дракона.

— Уделите мне минут, — вежливый тон стал слегка натянутым.

— У меня много работы.

— Когда вы закончите?

Юва снова воткнула вилы в землю и повернулась к Генералу.

— Я буду занята на своей пахучей ферме ближайшие лет пятьдесят, — отрезала она.

Дракон хмыкнул.

— Так сильно обиделась?

— О, что вы. Конечно, нет. Вы же мне не угрожали, — она пожала плечами всем своим видом демонстрируя, насколько ее безразличие фальшивое.

— Ладно, — Агнар вздохнул и стал расстегивать пуговицы на своем сюртуке.

— Вы чего это делаете? — Юва прищурилась.

— Помогу вам. Закончим ваши дела, и вы со мной поговорите, — дракон повесил одежку на забор.

— Что, все пятьдесят лет помогать будете? — осторожно спросила она.

— Все пятьдесят это уж вряд ли. Но сегодня я весь ваш, — он развел руками.

Юва всегда была доброй девочкой. Она легко прощала, почти никогда не злилалась и ни с кем не ссорилась. Но когда дракон из города предложил ей себя в помощники в ней что-то перещелкнуло. Юва с трудом сдерживала злорадную улыбку, быстро соображая, куда бы пристроить Агнара.

Он тем временем так спокойно закатывал рукава, будто бы совсем не чурался грязной работы.

— Так что? Что прикажете, хозяйка? — насмешливо спросил дракон.

— А-а-а, — растерялась она. — Вот лопата, вот коровник. Пойдемте.

Юва протирала глаза несколько раз, даже ущипнула себя. Не верилось: Генерал убирал ее коровник. Не морщился. Не ругался, не брезговал. Просто убирал.

— А у вас хорошо получается, — она одобрительно кивнула, выливая ведро воды в чистую поилку. — Как для Генерала.

— Я не всегда им был. И конюшню бывало, приходилось чистить.

— Кстати, я влезла в ваш сад, а вы без спроса забрались ко мне. Считай мы квиты.

— Вообще-то, меня впустила ваша матушка, — он выпрямился и улыбнулся Юве.

— Ну и ладно, — она взяла ведро и зашагала на улицу. Вслед ей раздался добродушный смех. Юва не смогла сдержать улыбку.

То, что дракон пришел с повинной, конечно, подкупало ее. Еще и так смиренно принялся помогать! Ну ничего себе. И вовсе не как городской — носа не воротил.

Юва пользовалась Агнаром по полной: коровник, конюшня, курятник… Даже в теплицу его потащила. А когда время стало близиться к вечеру, сжалилась.

Агнар умывал лицо в бочке с холодной водой, пока Юва набирала в кувшин молока.

— На-ка, — мама подсунула ей тарелку с несколькими кусками яблочного пирога, — покорми своего жениха.

— Ма-а-ама, — укоризненно протянула Юва. — Не жених он мне.

— Это не к нему ты ночью сбегала? — матушка вопросительно приподняла брови, заговорщицки усмехаясь.

— Это… Все не так.

Юва забрала тарелку и вышла на крыльцо.

Агнар сидел на ступеньках.

— Вот, — Юва протянула ему тарелку, — это от мамы.

Дракон принял угощение. Она села рядом, поставила между ними кувшин с молоком и уставилась на своих дремлющих собак.

— Зачем драконам пистолеты? — вдруг спросила Юва. Вопрос возник в голове, и она тут же задала его. Но опомнившись, виновато посмотрела на Генерала. Вдруг у драконов такое не спрашивают? Или, может, она снова продемонстрировала свою необразованность? — Простите. Я наверное…

— Для самозащиты, например, — ответил Агнар, взял кувшин и отпил молока.

— А магия? — Юва нахмурилась. Смущение исчезло, стоило дракону пойти ей навстречу.

— Она доступна драконам только в обороте. Когда я в человеческом обличии, то могу пользоваться только физической силой или оружием.

— Понятно, — она кивнула, забрала из рук Генерала кувшин и тоже сделал глоток.

— Почему вы несмотря ни на что забрались в сад и помогли розам?

— Просто… — Юва задумчиво поджала губы, вернув Агнару кувшин. Он странно глянул на него, но быстро перевел взгляд на лицо Ювы. — Не знаю, как объяснить. Я просто почувствовала, что им очень нужно жить.

— Спасибо вам, — он улыбнулся. — И простите за… грубость.

— Забыли, — Юва махнула рукой.

— Наверное, мне стоит оправдаться?

— Ну… — она вздохнула, оторвала от пирога кусочек и кинула бродящим по двору индюшкам. — Оправдываться не нужно, но, если вы расскажите, почему были так категоричны, я буду рада.

— Простая предвзятость. Академия внушает доверие, а вы…

— Давайте опустим вежливость. Когда вы так обращаетесь мне неловко, — Юва подернула плечами. Генерал улыбнулся. — И, к слову, я знаю, кто я. Девчонка из деревни. Школу закончила и все. Никуда не поехала, учится дальше не стала. И так это знаю. И что такого? Я не могу своей магией заставить швабру мыть полы, но я очень хорошо чувствую землю, жизнь…

— Какой у тебя элемент? — Агнар прищурился.

— Земляной. Разве не очевидно?

— Уверена?

— Ну-у-у… Да. А что не похоже?

— Я видывал магов земли. Они не воскрешали увядающие розы, — улыбка снова расцвела на его губах.

— А я вот воскрешаю. Тем более, они что-то значили для своего хозяина. Или, может быть, что-то значат и для вас, — Юва тоже улыбнулась. Вот так просто болтая с Агнаром, она чувствовала спокойствие. Как будто вела беседы со старым другом. Недоразумения были улажены, и оказалось, что дракон вовсе не сумасшедший, а очень даже приятный собеседник.

— Значат. Очень много значат, — печальная тень упала на его лицо.

— А что, если не секрет?

— Скажу, что секрет — спрашивать перестанешь? — улыбка снова расцвела на его губах.

— Перестану, — Юва пожала плечами, понимая, что все же лукавит. Точно спросит. Потом. При случае обязательно спросит.

— Но тебе всё равно любопытно? — она закивала, чем вызвала снисходительный мягки смех. — Тогда у меня нет выбора, придется рассказать.

— Ну, я не заставляю, — протянула Юва, расправляя несуществующие складки на своих рабочих штанах. — Но очень внимательно слушаю.

— Всё очень просто, эти розы посадила моя бабушка, когда я в первый раз отправился на войну. Письма идут очень долго. И от меня не стоило ждать вестей. Бабушка сказала, что посадит розы, и пока они будут цвести, она будет знать, что я в порядке. А если завянут — значит, я погиб. Вот такая история.

— Она вас очень любила, — Юва нежно улыбнулась. Ох уж эти старики. Дед ее бережно хранил в своем шкафу платок покойной жены. Хотя виду не подавал, что скучает за бабушкой.

— Да. И мне очень жаль, что я не сумел с ней попрощаться. Когда вернулся с фронта она уже… — его голос затих.

Юва отвела взгляд. Какой-то очень личный момент получился. Стало не по себе. А потом она вдруг сложила в голове… Бабуля из особняка умерла лет двадцать назад. Это ж… Это… Погодите-ка… Сколько ему лет? Может он про другую бабушку?

— Простите, но… Ваш возраст?.. Мне просто интересно, лет тридцать? — Юва стала неловко мять пальцы. Она не была смущена, не стеснялась спрашивать про возраст. Она очень быстро складывала в голове цифры, и очень странные они получались. Перед ней должен был сидеть мужчина лет пятидесяти!

Дракон рассмеялся. Звонко и гулко. А потом стал утирать слезы в уголках глаз.

— Прости, Юва, — он всё никак не мог отсмеяться. — Я успел забыть, что не все люди разбираются в драконах.

— Да? Так… Сколько всё-таки?

— Мне сорок четыре. В армию я ушел, когда мне было двадцать. В первый раз я вернулся десять лет назад.

— Вам больше тридцати не дать! — от удивления она даже вскочила на ноги. Юва зацепила кувшин, и он рухнул со ступенек. По земле потекло молоко. — Ой!

— Драконы медленно стареют и живут дольше людей. Что, в школе об этом не рассказывали?

— Я спала на этой теме, — Юва поставила чудом уцелевший кувшин на подоконник.

— Именно поэтому браки чаще всего неравные. Супруг-человек, должен быть младше, тогда старение визуально будет происходить в одном темпе и, соответственно, при идеальных обстоятельствах супруги умрут примерно в одно и то же время.

— Но обстоятельства не всегда идеальны, — она потерла плечи, как будто пытаясь согреться. Но холодно не было. Просто мысли о смерти всегда были такими неприятными, противоречащими самой сути Ювы.

— Да. Именно так, — Генерал встал со ступенек. На несколько секунд повисло неловкое молчание. Агнар вздохнул и продолжил, сменив тему: — Я бы очень хотел попросить тебя помочь восстановить сад.

— Даже так? — холод смерти отступил, и Юва усмехнулась.

Агнар укоризненно посмотрел на нее.

— Садовника, который владел бы магией и мог быстро озеленить сад, найти не просто…

— Да что вы говорите? — она наигранно удивилась, качая головой.

— Юва, — протянул дракон.

— Простите, больше не буду, — она вскинула руки, почти признаваясь, что перегнула палку. Главное тут — почти. На самом-то деле, Юва с удовольствием бы продолжила подкалывать Генерала. — Слушаю внимательно.

— Сад был очень дорог моей бабушке. Я бы хотел, чтобы о нем позаботился кто-то с чутким сердцем и умелыми руками. И хотя ты не заканчивала академию, но в вопросе хозяйства, склонен думать, у тебя есть некий опыт.

Он тянул слова, тщательно их подбирая, выверяя каждую свою интонацию. Отчего вся его речь обретала налет неискренности. Намерения, безусловно, были самые благие, — бабушка, как никак, — но подача… Это ведь что-то присущее только городским аристократам? Как они там говорят? Ах да, манеры и вежливость. Ничего интересного и стоящего. Скорее уж скучно и безжизненно. А Юва избегала всего безжизненного, а потому не удержалась и поучительно ответила:

— Очень много слов. Достаточно было бы: помоги мне. Вам не идут эти вот расшаркивания, — она неопределенно взмахнула руками.

Брови дракона поползли вверх.

— Нет, правда, — Юва, заметив удивление, поспешила себя не то поправить, не то оправдать. — Можно же двумя словами… А вы «чуткое сердце», «умелые руки»…

К концу фразы от уверенности не осталось и следа. И чего это она принялась его поучать?

И всё же, он словно превратился снова в того чопорного дракона, который угрожал ей пистолетом. А Юве больше по душе был тот, что рассказывал про бабулю и убирал ее коровник с видом полного умиротворения и неоспоримого принятия действительности.

— Будь по-твоему. Помоги мне, Юва, — его спокойный низкий голос звучал так чарующе и обескураживающе, что она растерялась. А имя? Как он произнес его: сделал паузу, выделил. Всего три слова, но они были куда более убедительными, чем десяток до этого.

— Хорошо, — Юва моргнула несколько раз, смахивая наваждение. Она совершенно точно уверились, что произношение имени с придыханием нужно запретить законом. — Да. Да, я помогу. Я… Я буду приходить в обед. Утром и вечером очень много работы. Ну, как вы видите. Но в обед я могу. Да. Могу.

От внезапного смущения она начала тараторить.

— Хорошо. Я заплачу.

— Что? О нет, — Юва замахала руками. — Не стоит. Просто… Ну не знаю, окажите посильную помощь. Да. Просто не бросайте меня одну в вашем саду. А денег не надо. Я это… По дружбе помогу.

— По дружбе, значит? — Агнар усмехнулся. — Хорошо.

— Здорово, я приду завтра, — она нервно улыбнулась. — Мне пора. И вам пора. Давайте провожу.

Юва указала на ворота.