Objętość 260 stron
2015 rok
O książce
Роман, написанный на немецком языке уроженкой Киева русскоязычной писательницей Катей Петровской, вызвал широкий резонанс и был многократно премирован, в частности, за то, что автор нашла способ описать неописуемые события прошлого века (в числе которых война, Холокост и Бабий Яр) как события семейной истории и любовно сплела все, что знала о своих предках, в завораживающую повествовательную ткань. Этот роман отсылает к способу письма В. Г. Зебальда, в прозе которого, по словам исследователя, «отраженный взгляд – ответный взгляд прошлого – пересоздает смотрящего» (М. Маликова).
Роман удостоен премии имени Ингеборг Бахман, премии Strega Europeo, литературной премии города Аален Шубарт, премии Эрнста Толлера и литературной премии Aspekte. Книга переведена на двадцать языков.
Найстрашніше - що наших імен можуть не згадати вже за кілька поколінь. У мого прадіда було вісім братів і сестер. Мама казала, що ціле село на Житомирщині мало одне-єдине прізвище - їхнє. Тож наречених собі їздили шукати десь подалі. Я не знаю їхніх імен. У моєї прабабусі було четверо братів і сестер. Після того, як померли їхні батьки, двох хлопчиків-близнят підібрали російські солдати, більше про них ніхто нічого не чув. Хтозна, що з ними було потім, і хто з них пережив Першу світову. Я не знаю їхніх імен. Я навіть приблизно не знаю їхніх імен. Книга Каті Петровської - це настільки масштабне дослідження, що складно уявити, скільки років вона проводила оті "розкопки". Читаєш - і соромно. Бо своїх знаєш максимум до прадідів, та й то здебільшого без їхніх сестер та братів. Ця книга не стільки про Голокост, наскільки я думала, це просто про людей. Різних людей, яких вже нема.
Замечательная, глубокая и искренняя книга. Возможность прожить историю, погрузиться в переплетения родовой памяти.
Прекрасный язык (спасибо переводчику).
Документальное исследование своего генеалогического древа, в основном последних поколений, живших в 20м веке. Очень интимное, ламповое повествование, все время есть ощущение, что читаешь чей-то дневник. Сама автор из Киева, а предки по большей части своей еврейские из разных частей восточной Европы. Сценарий их жизни более менее понятен, но от этого не менее интересно. Я бы, наверное, поставила книгу на одну из первых позиций в рейтинг прочитанного в этом году, если бы не интонация, которая прорывается очень часто на протяжении книги: Ну, посмотрите же какие мы бедные-несчастные. Несчастье в общечеловеческом масштабе не требуется подчеркивать, оно итак зримо и трогает. Ну, ладно, может человек эмоциальный очень... Но, она еще постоянно подчеркивает, что и сама и ее родственники бедны материально. Вот это прям раздражало. Даже в послесловии умудрилась подъитожить, что ее семья была и останется самой бедной. Очевидно, что это не добавляет достоинства автору, ведь понятно, что учителя глухонемых не равны ростовщикам по доходу, и к чему такое нытье? Решусь все же посоветовать книгу, может у вас и не сложится таких но...
Еще и полвека спустя все мы оставались его внуками и говорили «дедушка Ленин», – у нас ведь все пребывало в движении, все, только не время.
Всё на месте. И только фикуса в кадке нет. Осознав утрату, чувствую, как уходит из-под ног земля. Рычаг и точка опоры моей истории – по-немецки «фикспункт», для меня фикуспункт, – их нет.
и все, что забыто. Вот мы и играли во дворе, помимо «классиков» и «выбивного», в войну, где «наши» беспрерывно сражались против «фашистов», что-то вроде «казаков-разбойников», через тридцать пять лет после войны.
Opinie, 14 opinie14