Czytaj książkę: «Конец»

Часть 1. Глава 1. Стирая границы

Посвящается всем, кто через боль, страх и сомнения находит в себе силы

Лилия

Я снимаю с ног туфли на небольшом каблуке и устремляюсь в сторону дома так быстро, как только могу. Мое пальто осталось в гардеробе клуба, но мне на него плевать. Я бегу босиком по ледяному асфальту, и ночные заморозки, спустившиеся сегодня на Ситку, отзываются режущей болью в ногах и жгут легкие, тело работает само по себе, будто решило взять все под контроль, и не пускать меня внутри происходящего. Чувствую, как что-то острое впивается в мою правую ступню, но у меня нет сил вскрикнуть и времени, чтобы посмотреть, что это. Я слишком сконцентрирована на своем спасении.

Страх не приходит сразу.

Сначала он где-то глубоко, под кожей, словно слабый электрический разряд, неприятный, но еще терпимый. А потом реальность начинает трескаться. Мне вдруг становится ясно: я не должна быть здесь. Это не моя жизнь. Все это: страх, темная улица, побег – они принадлежат кому-то другому. Героине книги, девушке из новостей, чужому кошмару.

Но асфальт под ногами слишком холодный, а боль слишком настоящая, чтобы это было вымыслом. ОН слишком незаметно прокрался в мою реальность и заполнил собой все пространство.

Я ловлю себя на мысли, что еще недавно все это было просто словами, сообщениями, экраном телефона.

Пожалуйста.

Не знаю кому адресована эта мольба. Я просто выбрасываю ее в темноту, в надежде, что кто-то обязан ее поймать. Но улицы пусты и город молчит.

До дома остается меньше километра. Это не утешает, а пугает. Потому что я не уверена, что дом все еще значит безопасность, что двери вообще что-то решат.

Гул двигателя разрезает ночь.

Я узнаю этот звук раньше, чем осознаю почему. Тело реагирует быстрее разума, сжимаясь изнутри.

Когда меня обгоняет ЕГО черный Ford Bronto Badlands, страх перестает быть фоном. Он становится центром всей моей вселенной, вытесняя боль, холод и усталость.

Это началось не сегодня, не в день, когда я почувствовала его тяжелое прикосновение, не когда увидела, стоящего перед собой в первый раз. Все случилось гораздо раньше, чуть больше года назад. В день, который ничем не отличался от сотен других.

***

Четыре часа в кабинете офиса, где воздух давно пропах пылью и бумагой, тянулись неумолимо долго. Я пялилась в монитор компьютера, серый и безжизненный, как последние месяцы моей жизни.

Рабочий день подходил к концу, но вместо облегчения я чувствовала только усталость. Все чаще меня накрывала тоска по студенческим временам, когда главными проблемами были экзамены и курсовые жизнь казалась насыщенной и живой.

Сейчас же каждый день был похож на предыдущий.

Телефон вибрирует в моей ладони, и я машинально переворачиваю его экраном вверх. Новое сообщение. Аккаунт без личных фото, без сторис, несколько сотен подписчиков и ни одного поста.

Millionare_road: как дела?

Я хмурюсь. Такие сообщения чаще всего приходится игнорировать. Слишком много странных людей, слишком много навязчивых «Привет, милая», которые всегда заканчиваются одинаково. Я даже тянусь, чтобы заблокировать аккаунт. Но в последний момент останавливаюсь.

Почему-то именно сейчас мне хочется ответить. Наверное, потому что обеденный перерыв тянется бесконечно, офис давит, в голове пусто, а внутри странная тоска, которой я не могу дать имя.

Я пишу кратко, без эмоций.

Your_Liliia: неплохо

Ответ приходит почти сразу, будто он ждал.

Millionare_road: это хорошо, рад слышать.

Я приподнимаю бровь. Вежливо. Без пошлости. Без смайликов. Ничего лишнего.

Millionare_road: Что делаешь?

Мой взгляд падает на экран компьютера, на таблицы, которые не вызывают во мне никаких чувств, и вдруг я ловлю себя на мысли, что хочу сказать правду.

Your_Liliia: На работе. Обеденный перерыв.

А ты?

Несколько минут тишины, а потом:

Millionare_road: Я на свадебной церемонии, мне скучно

Улыбка невольно появляется на моем лице. Это звучит… неожиданно.

Your_Liliia: Разве на свадьбе бывает скучно?

Millionare_road: Обычно нет, но этот раз исключение

Мне хочется уточнить, почему, но вместо этого я задаю вопрос:

Your_Liliia: Откуда ты ?

Millionare_road: Ты первая

Your_Liliia: Россия

Millionare_road: Россия

Черт

Я невольно напрягаюсь.

Your_Liliia: Что не так?

Millionare_road: Ничего, я просто удивлен.

Я на половину австралиец, на половину пакистанец.

Почему-то мне становится легче, он не увиливает, не уходит от ответов. Я задаю вопрос о том, как на свадьбах может быть скучно? Это всегда веселье и хорошая выпивка, на что он отвечает:

Millionare_road: На наших свадьбах нет алкоголя.

Мы не пьем

Your_Liliia: Даже представить это не могу.

Он спросил меня о возрасте. Мне двадцать пять, ему – двадцать три.

Младше, – отметила я про себя, но почему-то это не придало спокойствия. Чувствуя, что его интерес словно начинает угасать, я уже собиралась отложить телефон, однако пришло новое сообщение.

Millionare_road: Можно спросить кое-что еще?

Смотрю на экран дольше чем нужно. Можно же просто не отвечать, но я отвечаю.

Your _ Liliia : Спроси

Несколько секунд ничего не происходит. Я прочти успеваю выдохнуть, решив, что он передумал.

Millionare _ road : Как ты выглядишь? У тебя почти нет фото.

Вопрос такой простой и банальный, что я немного расстраиваюсь, ожидая чего-то более… личного.

Быстро пролистываю галерею. Ничего нового, все те же фотографии, которые я выкладывала когда-то давно, но потом решила удалить. Улыбка, нейтральный макияж, свет из окна. Никакой интимности, ничего такого, о чем можно было пожалеть. Это же просто фото? Пальцы на секунду замирают над экраном.

Я отправляю два снимка.

Ответ приходит слишком быстро.

Millionare_road: Ты красивая.

Не «милая», не «симпатичная». Красивая.

Мне хочется улыбнуться, но вместо этого я чувствую легкое напряжение, будто это слово весит больше, чем должно.

Millionare_road: Мне очень нравятся твои глаза, похожи на небо перед грозой, когда еще светло, но ты уже знаешь, что потом грянет буря.

Почему-то по моей спине пробегают мурашки. Не страх. Скорее ощущение, что он смотрит чуть дольше чем положено.

Your _ Liliia : Это комплимент?

Millionare _ road : Если хочешь. Я обычно не говорю лишнего.

Я откидываюсь на спинку стула и думаю о том, что он кажется слишком собранным. Слишком точным. Не пытается понравится. Не шутит. Не оправдывается.

Your_Liliia: А ты как выглядишь?

Проходит пять долгих минут. Я уже решаю, что вопрос был лишним, когда на экране телефона появляется уведомление.

Три фотографии.

На первой – он сидит на мотоцикле. Камера поймала момент небрежно, как бывает, когда снимок сделан случайно. На второй – в полный рост. Обнаженный торс, татуировки, напряженные мышцы. На третьей – лицо крупным планом.

Я задерживаю дыхание.

Он красивый. В его внешности есть что-то тяжелое, притягательное, словно он не старается производить впечатление, оно просто есть.

И все же первая мысль возникает мгновенно. Почти с холодной ясностью:

Your_Liliia: Это правда ты?

Millionare _ road : Зависит от того, во что ты хочешь верить.

Your_Liliia: Кто-ты?

Millionare _ road : Человек, о котором ты будешь думать сегодня ночью.

Мне следовало прекратить разговор. Заблокировать. Удалить. Но что-то внутри меня отчаянно этому сопротивлялось.

Your_Liliia: Ты начинаешь меня пугать

Millionare _ road : Это нормально, обычно люди на этом моменте либо закрывают чат, либо остаются.

Я смотрю на эти слова дольше чем нужно. Он прав, это действительно момент выбора.

Your_Liliia: Что бывает с теми, кто остается?

Несколько минут тишины.

Millionare _ road : Они узнают о себе о себе больше, чем планировали.

Я уже собиралась ответить, как приходит новое сообщение.

Millionare _ road : Можно задать личный вопрос?

Your_Liliia: Смотря какой?

Он отвечает не сразу. Три точки появляются, исчезают и снова появляются. Будто он выбирает формулировку.

Millionare_road: Ты любишь истории. Не простые. Те, где все держится на грани.

Мое сердце на секунду уходит в пятки и возвращается обратно.

Your_Liliia: Что ты имеешь ввиду?

Millionare _ road : Истории, где тянет туда, куда не стоит, где героиня знает, что лучше уйти, но остается.

Читаю медленно. Потом еще раз. Это звучит не как вопрос, скорее, как осторожное прощупывание.

Your_Liliia: Довольно расплывчато.

Millionare _ road : Да, но ты поняла.

Я сижу не двигаясь, боясь, что любое движение сможет меня выдать.

Your_Liliia: Допустим. И что?

Пауза длиннее предыдущих.

Millionare _ road : Обычно такие истории нравятся тем, кому в реальности не хватает напряжения. Не хватает того. Кто смотрит слишком внимательно, кто не отпускает просто так.

Мне вдруг становится не по себе. Не потому, что он говорит что-то откровенно пугающее. А потому, что в его словах есть странная точность.

Millionare _ road : Не обязательно человека, иногда, ощущения, что ты кому-то нужна.

Я сглатываю.

Your_Liliia: Ты сейчас анализируешь меня?

Millionare _ road : Нет. Я предполагаю. Анализ – это слишком громко. Простое наблюдение.

Легкий холодок бежит по коже. Он подошел слишком близко. Не физически, а куда-то глубже.

Your_Liliia: И что ты увидел?

Millionare_road: Тебе важно чувствовать, что ты не исчезаешь, когда остаешься одна, что кто-то всегда будет рядом, даже если ты этого не хочешь.

Воздух вокруг меня сгущается. И я делаю глубокий вдох, отложив телефон в сторону.

Your_Liliia: Ты ошибаешься.

Millionare _ road : Возможно, но я редко бываю не прав.

Your_Liliia: И зачем ты мне это пишешь?

Millionare _ road : Ты уже здесь, и тебе интересно, куда это может привести.

Смотрю на экран телефона и понимаю, что он не сказал ничего конкретного, не назвал ни одной книги, из тех, что я залпом проглатываю ночами, когда жизнь кажется особенно пустой. Но ощущение такое, словно меня только что просканировали. И мне страшно признаться, что часть меня не хочет, чтобы он ошибся.

Millionare_road: Не бойся, принцесса.

Слово звучит почти как шепот, хотя оно на экране. Одновременно нежное и странно холодное. Оно нарушает границу, которую я пыталась сохранить, делая это с легкостью, почти без усилий.

Я опускаю телефон на стол и смотрю на экран. На курсор, мигающий под последним сообщением, ощущая напряжение от того, что он понимает больше чем я хотела бы признавать.

Your_Liliia: Я даже не знаю твоего имени.

Он отвечает почти через мгновение.

Millionare_road: Маз .

А тебя ?

На секунду задерживаюсь, ерзая на стуле. Чувство неловкости смешивается с любопытством.

Your_Liliia: Лилия. Или Лиля, как удобней.

Millionare _ road : Лилия…

Теперь, когда у меня есть твое имя, ты перестаешь быть просто разговором.

Он не сказал ничего откровенно опасного, не приказал, не потребовал, а только пригласил меня почувствовать, что я имею какое-то значение.

Тихо сжимаю ладони, выдыхаю. В офисе все по-прежнему заняты своими делами. Легкий шум кондиционера, отдаленный гул принтера. Но в голове все смещено. Грань между реальностью и экраном телефона дрожит.

Я знаю, что не могу закрыть глаза на это чувство. Не сегодня.

Часть 1. Глава 2. Тень сомнений

Лилия

Сегодняшний день пролетел быстрее предыдущего. Я работала на автомате. Тело присутствовало, а мыли нет. Они возвращались к экрану телефона. Не к словам, к чувствам, которые не исчезли, после того как вчера наш с Мазом диалог закончился. Я замечала, что прислушиваюсь к вибрациям телефона, которых не было, что проверяю уведомления чаще чем нужно. Что внутренне жду.

Это раздражало.

Я не привыкла зависеть от чужих сообщений. У меня была жизнь, расписанная наперед: работа, свадьба, планы, переезд. Все логично, все правильно. И все будто не до конца мое.

В обед я вышла на улицу, чтобы просто подышать. Осенний воздух был теплым и совсем не бодрил. Маз так и не написал.

Перед встречей с подругой, я зашла в туалет, поправила волосы, посмотрела на свое отражение в грязном зеркале, пытаясь понять, что именно во мне изменилось за последние сутки. Ответа не было.

Погруженная в свои мысли я не успела заметить, как стою у входа в кофейню, где мы договорились встретиться.

– Лиля! – крикнула Василиса, подбегая ко мне сзади и погружая в теплые объятия, в которых я всегда могу найти дом и какое-то напоминание о том, кем я была раньше. До всех решений, до компромиссов, и слов «так правильно».

Мы с Лисой не виделись несколько месяцев не потому что не хотели, а потому что у нее опять была Арктика. Василиса называла себя полевым исследователем, и это звучало куда точнее, чем ее официальная должность младшего научного сотрудника в Центре изучения арктических экосистем. За сухим названием скрывалась жизнь на чемоданах, долгие маршруты по бездорожью, палатки, спутниковая связь и ощущение, что ты находишься на краю мира.

Она занималась климатом, тем, что медленно, но неотвратимо меняет ландшафт и судьбы. На Аляске Лиса изучала таяние ледников, поведение рек, вечную мерзлоту, которая вдруг перестает быть вечной. Данные, отчеты, публикации. Все это звучало скучно только до тех пор, пока она не начинала рассказывать. Тогда за цифрами проступали трещины во льду, оседающая земля, животные, которые уходят с привычных мест.

Ее работа требовала выносливости и упрямства. Долгих переходов, умения жить вдали от людей, принимать одиночество как часть профессии. И вместе с тем она давала ей свободу. Ту самую, о которой я думала чаще, чем позволяла себе признаться.

Мы зашли внутрь здания. Я заказала яблочный пирог и кофе, с тем самым внутренним сожалением, что в нем нельзя растворить что-то покрепче. Лиса взяла ванильный бисквит и чай.

– Ты выглядишь так, будто последние полгода провела в Греции, а не на Аляске, – сказала я, когда мы сели. Ее кожа была теплого, карамельного оттенка.

– Мне разрешили месяц работать удаленно, – пожала она плечами. – Я слетала на Бали.

– Ненавижу тебя, – сказала я и тут же рассмеялась. – В самом хорошем смысле.

– Странно это слышать от будущей жительницы юга, – Лиса посмотрела на меня с хитрой улыбкой.

– Я ненавижу жару, ты же знаешь.

– Тогда чему завидуешь?

Я помешала кофе, наблюдая, как молоко растворяется в темной жидкости.

– Твоей свободе. Ты можешь сорваться и уехать куда угодно.

Лиса вздохнула. Не устало, а честно.

– У свободы тоже есть цена. Иногда мне бывает очень одиноко. Работа, перелеты, смена часовых поясов… Это не располагает к отношениям. Мне двадцать семь, и я все чаще думаю о семье.

Она посмотрела на меня внимательнее.

– А у тебя наоборот. Свадьба, переезд.

– Я не хочу в Краснодар, – сказала я почти сразу. – Летом мне там будет плохо. Душно, липко… я просто сойду с ума.

– До переезда еще есть время. Попробуй поговорить с Ромой.

– Ему предлагают должность финансового директора. Ты правда думаешь, он откажется?

Лиса помолчала, потом пожала плечами.

– Я скажу честно? – спросила она.

Я кивнула.

– Мне Рома никогда не нравился, – сказала она спокойно, без давления. – Не как человек вообще, а как человек рядом с тобой. Но это твой выбор. Я его принимаю.

– Он меня любит, – сказала я, скорее для себя.

– Хорошо, тогда люди ради любви способны совершать странные для себя поступки.

– Не все, – усмехнулась я. – И не всегда.

– Ладно, – она подняла руки, – не будем о мифах и войнах. Свадьба через два месяца, да?

– Тридцать первого октября, – сказала я. – Тебе должно быть стыдно, что ты не помнишь.

– Я помню, – фыркнула Лиса и легко стукнула меня по руке. – Я приеду. Хоть с ноутбуком, хоть без.

– Только без ноутбука, – нахмурилась я. – Обещай.

– Обещаю.

Мы еще долго сидели в кофейне, болтая обо всем и ни о чем. И только под конец я решилась рассказать ей о странном новом знакомстве, которое началось сегодня днем.

Лиса выслушала молча, не перебивая.

– Лиля, – сказала она наконец. – Мне это не нравится. Не сам человек, я его не знаю, а то, как все это выглядит.

– Я не собираюсь с ним встречаться, – поспешно ответила я. – Это просто переписка. Мне было скучно.

– Я верю тебе, – кивнула она. – Просто будь осторожна.

Когда я показала ей переписку, Лиса пролистала пару экранов и вернула телефон мне в руки.

– Он умеет говорить, – сказала она после паузы. Не с усмешкой, не с тревогой, скорее констатируя факт. – И делает это слишком точно.

– В каком смысле? – спросила я.

– В таком, что он быстро находит слабые места, – ответила она спокойно. – Не обязательно со зла. Просто… некоторые люди чувствуют, куда нажать.

Я хотела возразить, но она подняла ладонь, останавливая меня.

– Я не говорю, что он плохой, – мягко добавила Лиса. – И не говорю, что тебе нужно что-то срочно прекращать. Ты большая девочка, сама разберешься.

Она немного помолчала, глядя в окно, где медленно гас свет за стеклом.

– Просто помни одну вещь, – продолжила она. – Если человек появляется в твоей жизни в момент, когда тебе особенно одиноко или больно, он всегда будет казаться сильнее, важнее и нужнее, чем есть на самом деле.

Она посмотрела на меня внимательно, почти бережно.

– Не отдавай ему больше власти над собой, чем он заслуживает.

Я кивнула, не до конца понимая, что именно во мне отозвалось. Ее слова или странное сжатие где-то под ребрами. Пролистав переписку вниз, я заметила пропущенное сообщение.

Millionare_road: Чем занимаешься, принцесса?

Я ничего не ответила, была слишком сосредоточена на разговоре с Лисой. Она рассказывала, как на Аляске ходила на одно свидание с парнем по имени Остин. Познакомились они через Тиндер, и после двухнедельной переписки он пригласил ее бар выпить, а через два дня Лиса улетела домой в Россию. Остин отвез ее в аэропорт, и они договорились снова встретиться, когда она вернется.

Мой телефон завибрировал.

Millionare_road: Ты игнорируешь меня?

Your_Liliia: Нет, я просто занята, встретилась с подругой

Millionare_road: Я только проснулся.

Думаю о твоих пальцах.

Представляю, как ты проводишь ими по моей коже, ощущая это сильнее, чем мог бы сказать словами.

Я читаю три всплывающих сообщения, и мое лицо заливает краска. Василиса это замечает, но решает продолжить свой рассказ об Остине и их поцелуе после первого свидания, когда он подвез ее до дома и учтиво спросил: «Могу ли я тебя поцеловать?».

Your_Liliia: От твоих слов у меня щеки краснеют, прекрати.

Millionare_road: Мне нравится представлять и это.

Он играет с моим воображением, оставляя легкую тень и тревогу.

Your_Liliia: Почему ты спишь днем? У нас разница во времени всего два часа.

Millionare_road: Работал всю ночь

Your_Liliia: Ты что киллер или шпион?

Почему не работаешь днем?

Millionare_road: хахаха

Просто так получилось

Your_Liliia: ясно

Думаю отложить телефон в сторону, чтобы вырваться из его плена, но на экране всплывает еще одно сообщение.

Millionare_road: Принцесса… Я знаю, что сейчас ты улыбаешься, и это заставляет меня придумывать истории о том, что мы могли бы делать, будь я рядом.

Что он такое говорит? Мы знаем друг-друга один день. Решаю отключить телефон, затем убираю его в сторону, пытаясь параллельно успокоить свое бешено стучащееся сердце. Василиса предложила пройтись по набережной, я была рада скоротать еще лишние пару часов, так как Рома предупредил меня, что сегодня задержится на работе допоздна.

За пару часов погода успела смениться, и ветер приносил осеннюю прохладу с запахом пряных листьями и пожухлой травой. Лиса выпытала у меня какое свадебное платье я выбрала, длинное в пол, легкое и струящееся, без кучи кружев и огромного пышного подола. Подруга осталась довольна моим выбором.

После долгой прогулки мы с Василисой распрощались, договорившись увидеться в выходные за бокалом вина. Я посадила ее на автобус, а сама пошла пешком. Когда я наконец оказалась дома на часах было уже десять вечера. Я приняла горячий душ и легла в холодную постель, в тишине и одиночестве.

Включив телефон, я сразу написала Мазу. Мы переписывались больше часа о разных вещах, которые помогали узнать друг друга поближе. Он рассказал, что работает разработчиком нейросетей, любит готовить, часто тренируется, а в свободное время катается на мотоцикле или машине. Еще у него есть небольшое хобби – астрономия. Маз увлекается ею с детства: на первые заработанные деньги он купил телескоп. Даже несколько раз побывал в обсерваториях во время астрономических туров.

Я рассказала, что тоже люблю заниматься спортом и готовить, читаю самую разную литературу – от любовных романов до научпопа, – и, конечно, больше всего обожаю тру-крайм подкасты.

Your_Liliia: Почему ты называешь меня принцессой?

Millionare_road: Мне кажется, что ты особенная. Звучит довольно банально, но я знаю, что это все не просто так. Я чувствую тебя. Даже не видя.

Your_Liliia: Ты знаешь. Что это странно?

Millionare_road: И это прекрасно. Странное притяжение.

Его слова легкой дрожью ложатся на реальность, делая обыденность ночи чем-то почти опасным.

Millionare _ road : Я представляю, как ты прижимаешься ко мне, как тепло твоего тела согревает меня. Чувствуешь… как мы могли бы быть рядом?

Я сжимаю телефон, дыхание становится быстрее. Пытаюсь отвлечься на что-то простое, на свои книги, но его слова цепляются за каждую мысль.

Your_Liliia: Ты слишком хорошо умеешь представлять…

Millionare _ road : И слишком хорошо умею ждать. Ждать момента, когда ты заметишь, что это больше чем переписка. Что это не просто фантазия, а игра, в которой я уже начинаю выигрывать.

Я ложусь на кровать, устремляя глаза в потолок. Мой разум одновременно возбужден и насторожен.

Millionare _ road : Я хочу увидеть тебя сейчас. Поболтаем по видеосвязи?

Я оторопела. Однако, такое заявление по крайней мере говорило о его честности касательно присланных мне фотографий, раз он был готов показать свое лицо.

Your_Liliia: Ты хочешь мне позвонить?

Millionare_road: Я могу, если ты этого хочешь.

Your_Liliia: Если честно, я очень устала, и у меня уже поздно.

Millionare_road: Тогда тебе нужно поспать, принцесса.

Your_Liliia: Спокойной ночи, быть может ты мне приснишься.

Millionare_road: Доброй ночи.

На самом же деле я испугалась звонка по видеосвязи, испугалась встретиться с ним лицом к лицу, пусть даже через экран телефона. Все мы чувствуем себя более смело за стеной из букв в виде двоичного кода, и я была не готова выйти из-за нее.

Через час я проснулась от звука отпирающегося замка входной двери нашей маленькой квартирки. Рома пришел с работы. Он включил свет на кухне, вскипятил чайник, выпил кружку чая, почистил зубы, умылся и лег спать, повернувшись ко мне спиной.

Часть 1. Глава 3. Одетая в чужую любовь

Лилия

Ночь закончилась раньше, чем я успела уснуть. Телефон лежал на тумбочке экраном вниз, и я слишком точно это знала, чтобы не думать о нем. Будильник еще не звонил. В квартире стояла плотная тишина, почти безжизненная. Я встала и неспешно умылась. Кофе заварился сам собой, на автомате, как и тосты, как и все утро, которое началось с желания написать сообщение и тут же отложить телефон в сторону, словно между этими двумя действиями пролегала тонкая грань.

Пока я была на кухне, прошла мимо телефона дважды. Сначала сделав вид, что не замечаю его вовсе, а потом замедлив шаг, словно что-то должно привлечь мое внимание. Экран загорелся сам, от случайного прикосновения, и этого оказалось достаточно. Пальцы зависли над клавиатурой, ожидая разрешения, которого не будет. Я выдохнула и отправила сообщение, не перечитывая, боясь передумать.

Your_Liliia: Ты так и не пришел ко мне во снах.

Ответа не было. Я почти доела тосты с яйцом, сделала последний глоток кофе, и в кухню зашел мой парень, потирая глаза.

– Доброе утро, – прохладно сказал он.

– Утречко, – сухо ответила я.

Мы познакомились несколько лет назад. Это было летом, но я запомнила не жару.

Дом стоял чуть в стороне от дороги, и туда все время кто-то входил и выходил – с бутылками, тарелками и смехом. Я пришла с ощущением, что пробуду здесь недолго.

В какой-то момент внутри стало слишком тесно, и мне пришлось выйти на улицу, в сад. Трава была влажной, и я пожалела, что надела босоножки. Где-то за домом доносился чей-то неестественно долгий смех.

Музыка, что до этого звучала словно отрывками, сменилась. Я узнала ее не сразу. Знакомая мелодия проступила только через несколько секунд. Тело само подстроилось под ритм: шаг в сторону, медленное движение плеч, неуверенное, будто я проверяла можно ли здесь быть собой.

Незаметно рядом появился Рома. Сначала он смотрел куда-то мимо, на ветви деревьев, на свет гирлянды, на стакан в своей руке. Мы стояли почти рядом, и я чувствовала его присутствие, как сам воздух.

– Прости, – сказал он вдруг. – Ты не против?

Я повернула голову.

– Не против чего?

Он кивнул на музыку, на меня, сразу на все.

– Просто… эм… можно побыть рядом?

Это было странно. Не приглашение, не комплимент, а просто просьба не быть одному в этот момент.

Мы двигались рядом, не касаясь друг друга. Иногда слишком близко, иногда на расстоянии вытянутой руки. Я чувствовала запах его одеколона, не навязчивый, почти бытовой. Он пару раз неловко наступил мне на ногу, и каждый раз извинялся так, будто это было важнее самой ошибки.

– Я Рома, – сказал он чуть позже, тихо.

– Лилия.

Он кивнул, словно это было что-то очень важно, и больше ничего не добавил.

Когда песня закончилась, Рома не продолжил разговор, а просто остался рядом на несколько секунд, после чего ушел к дому, оглянувшись всего один раз. Он сделал это неуверенно, как человек, который не знает, все ли сделал правильно.

Я тогда подумала, что он слишком спокойны, простой. И именно это мне показалось… надежным.

Из воспоминаний меня вырвал звук сообщения, пришедшего на телефон:

Millionare_road: Я не люблю сны, принцесса. Они заканчиваются слишком быстро.

Your_Liliia: А что ты любишь?

Millionare _ road : Когда обо мне думают в реальности.

Особенно утром.

Особенно еще до кофе.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь. Это раздражает.

Your_Liliia: Самоуверенно.

На мгновение внутри стало тихо. Мысли перестали толкаться. Я знала, что отвечу, чтобы он не написал. Даже паузы, которые я делала между его сообщениями были не сомнением, а чем-то вроде дыхания перед шагом. Экран светился в руке, такой живой, что это оказалось важнее всех доводов, которые еще недавно казались убедительными. Иногда решение принимается не головой, а телом, и спорить с ним бесполезно.

Millionare_road: Я в душе. Горячая вода помогает думать.

Маз присылает фотографию с одноразовым просмотром. Обнаженный торс в пене от геля для душа и серебряная цепочка на шее. Я смотрю слишком внимательно, слишком долго. И, не успев подумать, делаю скриншот.

Millionare _ road : Ммм… ты оставила меня себе.

Сердце пропускает удар. Кто мог подумать, что ему высветится уведомление о моем снимке экрана? Кто угодно, но не я.

Your_Liliia: Ты же сам прислал.

Millionare_road: Посмотреть.

Оставить – это уже другое.

Your_Liliia: Ты все драматизируешь.

Millionare _ road: А ты все упрощаешь.

Я прошла в гостиную и остановилась. На вешалке, чуть в стороне от остальной одежды, висело платье. Свадебное. Аккуратно расправленное, будто его уже приготовили к выходу в свет, а не просто повесили в комнате. Белое кружево ловило утренний свет и отражало его слишком ярко, не по-домашнему, а почти официально. Я шагнула ближе.

Ткань выглядела плотной, тяжелой, не поддающейся движению. Я медленно провела пальцами по кружеву, проверяя действительно ли оно существует. Оно оказалось холодным. Не неприятным, но чужим. Как поверхность, к которой прикасаешься по ошибке.

Это было платье его матери.

С этим фактом невозможно было спорить, он ощущался даже сильнее, чем запах стирального порошка, въевшийся в ткань.

– Ты думаешь, оно тебе подойдет? – спокойным голосом спросил Рома за моей спиной.

Он вошел незаметно, задавая вопрос не мне, а пространству.

– Думаю, да.

После минутной паузы я обернулась на него.

Ответ получился слишком быстрым. Слишком гладким. Рома кивнул, будто именно это и хотел услышать.

– Для меня это больше, чем платье, – сказал он. – Это связь. С семьей. С прошлым.

Он говорил мягко, почти осторожно, боясь задеть что-то хрупкое. Я смотрела на его отражение в стекле шкафа и ловила себя на странной мысли: он действительно верит в то, что говорит. Для него это имело вес. Значение. Историю.

Я кивнула, не глядя на него.

– Понимаю.

Рома подошел ближе и взял мою руку своей теплой ладонью, знакомой и привычной до автоматизма. Я позволила ему сжать мои пальцы, но внутри не отозвалось ничего, ни сопротивления, ни отклика.

– Мы скоро поженимся, Лилия, – продолжал он. – Это начало.

Платье спокойно висело на вешалке, не требуя согласия, не задавая вопросов.

– Я верю, что это будет что-то новое.

Спорить я не стала. Не потому что соглашалась просто не нашла слов, которые имели бы смысл. Все возможные возражения казались сейчас лишними.

— Хорошо, — сказала я.

Позже, когда платье уже было на мне все было на своих местах: линия плеч, талия, кружево, аккуратно прилегающее к коже. Оно действительно подходило.

Рома улыбнулся.

– Ты прекрасна.

Я улыбнулась в ответ ровно настолько, насколько требовала ситуация. В зеркале стояла женщина в белом. Собранная, правильная, красивая, но не я.

***

Сосновый парк был почти пуст. Дождь прошел совсем недавно, а асфальт блестел, как темное стекло, отражая редкие фонари. Я зашла глубже, чем обычно, свернула с центральной дорожки, и не заметила, как город стих. Воздух здесь был холоднее, чем у входа, пах мокрой хвоей и землей, не так резко, как хотелось бы.

Глубокий медленный вдох ложился в грудь плотным, тугим комком, и от этого становилось легче, освобождая внутри место. Я намеренно задерживала воздух на пару секунд, ощущая, как он щекочет горло. В такие моменты тело вспоминает, что оно живое.

Хвоя приглушала звуки шагов, делая их мягкими и глухими. Где-то далеко хлопнула дверь машины, но шум быстро растворился. Здесь все было медленнее. Тише. Безопаснее, чем дома.

Телефон, тяжелый и теплый, лежал в кармане кофты. Я старалась не доставать его сразу. Однако, там, где фонари редели и свет ложился пятнами, я все же остановилась, вынула мобильник из кармана, посмотрела на темный экран. Ни уведомлений, ни сообщений. Я быстро набрала текст, почти без пауз, на одном выдохе.

Your_Liliia: Почти не думала о тебе.

Сообщение ушло. Я выключила экран и убрала телефон обратно, не проверяя доставлено ли оно, а затем пошла дальше. В груди появилось приятное тепло. Но вместе с ним и другое чувство, тонкое, почти незаметное, – «быть может он знает где я сейчас?».

Вибрация.

Millionare_road: Хах. Мило, что ты сообщаешь мне об этом.

Что делаешь вечером?

Your_Liliia: Спортзал, потом сериал.

Millionare_road: Бег ?

Your_Liliia: Да.

Угадал.

Millionare _ road : Нет. Я просто вижу, каким образом ты снимаешь напряжение.

Я продолжила медленно идти, чувствуя, как шаги становятся ровнее. Парк больше не казался местом для прогулки. Он стал переходом. Из одного состояния в другое.

Спустя двадцать минут я застегиваю молнию спортивной сумки и вздыхаю. Зал всегда был моим маленьким ритуалом, способом вырваться из плена однообразных дней и прочистить голову от ненужных мыслей. Я достала из сумки кроссовки, привычным движением развязывая шнурки. В обычные дни это был почти медитативный процесс, помогающий настроиться на предстоящую тренировку.

Сегодня все было иначе. Сегодня спортивная форма казалась не спасением, а скорее предвестником чего-то неясного, тревожного. Обычно бег помогал мне сбросить напряжение, освободиться от дурных мыслей. Но сейчас внутри все дрожало, словно натянутая струна, готовая лопнуть от любого прикосновения.

Всему виной сообщение от Маза, всплывшее на экране телефона несколько минут назад:

Millionare_road: Интересно.

Ты смотришь на цифры или на свое отражение, когда бежишь.

Your _ Liliia : А это важно?

Millionare_road: Важно. Потому что ты представляешь не себя, а то, как на тебя смотрят.

Не останавливайся. Запомни это ощущение. Однажды ты к нему вернешься.

Выключаю телефон и кладу его экраном вниз. Так, будто он может смотреть на меня. Зал шумит как всегда: глухие удары кроссовок о дорожки, короткие выдохи, металлический звон. Все это помогало мне растворяться, исчезать внутри движения. Сегодня – нет.

Я встаю на дорожку.

Рука на панели. Кнопка старта.

В голове вдруг возникает странная мысль: «если я сейчас побегу – это уже не просто спорт.»

Дорожка оживает, сначала медленно.

Шаг.

Еще шаг.

Я не думаю о темпе, не считаю дыхание.

Увеличиваю скорость.

В голове всплывают его слова, скорее не как фразы, а как интонация, с которой он их говорит. Спокойная. Теплая. Уверенная.

Еще скорость.

Я чувствую, как тело начинает работать, мышцы собираются, дыхание становится громче, честнее. Пот проступает на висках, скользит по спине. Все вдруг становится проще.

«Вот так ты и убегаешь,» – мелькает мысль.

Не от него. От того, что он во мне уже запустил. Я смотрю прямо перед собой, но мне кажется, что Маз видит меня лучше, чем я сама: как я держу спину, как чуть сильнее сжимаю пальцы, как иногда сбиваюсь с ритма.

Снова ускоряюсь.

Это не вызов. Это не игра. Это проверка – сколько еще я смогу делать вид, что все под контролем.

Сердце бьется быстро и неровно. В груди становится тесно. Я могла бы сбросить скорость. Сойти. Сделать вид, что устала. Но не делаю этого. Потому что где-то глубоко внутри я понимаю: если остановлюсь придется признать, что я бегу не ради себя, а потому что мне нравится это ощущение, будто меня уже выбрали. Еще не коснулись, но уже не отпускают.

И в этот момент я вдруг ясно понимаю: не хочу знать, чем это закончится.

Мне достаточно знать, что он где-то там. А я все еще бегу.

Часть 1. Глава 4. Вселенная смотрит на нас

Лилия

Всю неделю мы переписывались почти непрерывно. Даже на работе я внутренне все равно оставалась с Мазом, продолжая разговор глубоко внутри, там, где никто не услышит. Раньше каждое его сообщение вызывало сопротивление, спор с самой собой, попытку удержаться в рамках привычной роли. Сейчас этого не было. Осталось только ожидание. Спокойное и сосредоточенное, даже почти собранное. Я больше не оправдывалась и не осуждала себя, а просто знала: он напишет, и я почувствую это раньше, чем увижу экран.

Пару дней назад, я стояла босиком на холодном балконе, кутаясь в легкий плед и смотрела на ночное небо. Ромы тогда не было дома, он уехал к родителям. Город внизу затихал, свет в окнах гас один за другим, и только небо оставалось неизменным.

Звезды всегда казались мне далекими, но сегодня нет.

Я подняла телефон и сделал снимок. Не ради красоты, а ради мгновения. Неровный кадр, темные контуры крыш, и россыпь света над ними. Выложила фото, добавив подпись, которую никто не смог бы прочитать между строк, никто, только он.

«Ты тоже видишь эти звезды?»

Ответ пришел быстрее, чем я ожидала.

Millionare_road: Вижу. И я чертовски завидую им.

Прошла секунда, вторая, третья. Он не спешил продолжать.

Millionare_road: Их свет целует твою кожу. Ты даже не представляешь на что я готов, чтобы заменить его своими губами.

Чуть не задохнувшись от неожиданности, я облокотилась спиной о перила балкона и дала их холоду себя успокоить. В его сообщении не было кокетства, только спокойная, скорее жесткая уверенность.

Your_Liliia: Ты всегда такой... прямолинейный?

Millionare _ road : Я говорю что хочу.

Your_Liliia: И что же ты хочешь?

Millionare_road: Тебя.

И знаешь… это лишь вопрос времени. Рано или поздно ты будешь моей, каждым вздохом, каждой клеткой своего тела, а Вселенная будет тому свидетелем.

Я закрыла глаза. Не чтобы успокоиться, а потому что так было легче не сопротивляться. Дыхание сбилось, тело будто запомнило его слова раньше, чем разум успел их разобрать. Мне не хотелось думать, правильно это или нет. Эти вопросы требовали усилий, а усилия сейчас были лишними.

Важно было другое.

Ощущение, что меня хотят, не абстрактно, не между делом, а всерьез. Слишком прямо, слишком точно. Не как фантазию, не как игру, а как намерение. От этого внутри становилось мягко, почти тепло, и я позволила этому чувству остаться.

Я не искала в его словах угрозы. Я услышала в них внимание. Сосредоточенное, направленное, такое, от которого невозможно отвернуться. Как будто кто-то выбрал именно меня, не потому что так вышло, а потому что действительно хотел.

Когда я открыла глаза, небо все еще было там. Звезды не казались ближе, просто я перестала смотреть сквозь них. Они больше не были фоном. Они были свидетелями, и от этой мысли что-то тихо сдвинулось внутри.

Я вошла в квартиру, не закрыв балконную дверь. Пусть холод заходит внутрь. Пусть ночь останется со мной чуть дольше чем нужно. Пусть вселенная смотрит.

Где-то далеко, под этим же небом, был человек, который думал обо мне. И это знание не требовало объяснений.

Раньше я старалась держаться осторожно, подбирать слова, оставлять себе выход. Сейчас это казалось чем-то ненужным, искусственным. Мне не хотелось быть аккуратной. Хотелось просто быть в этом ощущении, в этом внимании, в этом странном покое.

Рома, как далекий силуэт возник в мыслях. Не запрет, не вина, а что-то из другой жизни, где от меня давно ничего не ждут. Его мир был ровным и предсказуемым. В нем не было этого напряжения, этого чувства, что тебя держат взглядом, даже на расстоянии.

А Маз держал.

Не обещаниями, не словами о будущем. Самим фактом своего присутствия. Тем, как его внимание плотно ложилось на меня. И мне не хотелось отстраняться.

Я знала, что это опасно. Но знание было где-то на краю, не в центре. В центре было другое: ощущение значимости, нужности, того, что я не растворяюсь в чьей-то привычке, а существую. Решив не задавать себе вопросов, не искать оправданий, я просто позволила этому быть. Этому вечеру, чувству и притяжению, которое пока не требовало решений.

***

Я вошла в квартиру, бросив сумку на пол с таким грохотом, что Рома наконец оторвался от экрана телевизора.

– Что случилось? – спросил он, не меняя позы.

– Все ужасно, – выдохнула я, проходя на кухню. – Сделка с SunRise сорвалась.

– С SunRise? – он обернулся. – Но вы же так долго над ней работали.

Я достала из холодильника бутылку воды и сделала несколько больших глотков, которые не принесли желанного успокоения.

– Да, работали, – я выдохнула. – Последнюю неделю, я почти не закрывала ноутбук. Компания была моей. А сегодня утром директор просто сказал, что они выбрали другое агентство.

– И что? – Рома пожал плечами. – Ну, не получилось в этот раз, получится в следующий. Не вижу повода переживать.

Я оперлась ладонями о столешницу, медленно сжав пальцы.

– Ты не понимаешь. Это была моя идея, моя концепция. Я вытянула ее от начала до конца. И знаешь, что еще? Я не получу с этого ни копейки!

– Лилия, ну не драматизируй, – он снова повернулся к экрану. – Это всего лишь работа. Ты же не жизнь спасаешь. А деньги я заработаю.

Я почувствовала, как напряглись плечи.

– Именно это ты мне всегда говоришь. «Это всего лишь работа». Может, для меня это важно? Может, я имею право злиться, когда все летит в никуда?

Рома тяжело вздохнул.

– Ну, не начинай, пожалуйста. Я тоже устал. И вообще, тебе бы стоило меньше переживать из-за такой ерунды.

– Ерунды? –голос сорвался. – Ты хоть раз спросил, что я чувствую? Хоть раз попытался понять?

– Лилия прекрати орать, – сказал Рома, не отрывая глаз от экрана. – Завтра будет новый день, и все наладится. А сейчас давай лучше фильм посмотрим.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что мы говорим будто на разных языках, и развернувшись, вышла из кухни. Пусть смотрит.

Сидя на диване в спальне, я не заметила, как в моих руках оказался телефон. Его темный экран отражал мое уставшее лицо. Я не думала: «стоит ли писать Мазу». Такие мысли больше не возникали. Вопрос был только: как.

Your_Liliia: Сегодня хочется просто исчезнуть.

Сердце билось от ожидания. Но ответа не было.

Спустя, казалось, бесконечные два часа, я пыталась сосредоточиться на книге, которую взяла, чтобы отвлечься. Мне три раза пришлось перечитать один и тот же абзац, мысли постоянно ускользали. Рома ушел, чтобы встретиться с друзьями. Я знаю, они договорились заранее, но легче от этого не было.

Наконец пришло заветное сообщение.

Millionare_road: Прости, принцесса я только проснулся. Что у тебя случилось?

Я подумала и написала честно, но не все.

Your_Liliia: Жизненные обстоятельства заставляют меня чувствовать себя одиноко.

Пояснять я не стала.

Millionare_road: Иногда достаточно, чтобы кто-то просто был.

Даже на расстоянии.

Я медленно выдохнула, и впервые за вечер почувствовала, что сижу не в пустоте.

Your_Liliia: Иногда, мне кажется, что я живу не своей жизнью.

Написала я и тут же пожалела, словно оставила приоткрытой дверь в свою душу. Маз не отвечал дольше обычного.

Millionare_road: Ты сейчас на кухне?

Я напряглась.

Your_Liliia: Нет. Почему я должна там быть?

Millionare_road: Потому что через минуты ты пойдешь туда. Ты всегда так делаешь, когда не знаешь куда себя деть.

Я не ответила, а только встала и действительно пошла.

Millionare_road: Не потому что голодна, просто тишина становится слишком громкой.

Чайник щелкнул. Я почувствовала холодок на спине. Может это сквозняк тихонько касается кожи?

Your_Liliia: Ты меня пугаешь.

Millionare _ road : Нет.

Тебя пугает, что кто-то, наконец, смотрит на тебя внимательно.

Я облокотилась о столешницу, чувствуя тепло, поднимающееся изнутри.

Millionare _ road : Тебе важно быть нужно не за удобство, не за терпение, красоту или ум. А просто так.

Отрицать я не стала.

Millionare _ road : Я вижу.

И мне это нравится.

Его слова легли слишком точно. Как прикосновение, которого не ждешь, но отступать не хочется.

Millionare_road: Сделай себе чашку чая и подумай о чем-нибудь приятном. А я пока расскажу тебе историю, которая заставит тебя улыбнуться.

Пол года назад я летал в Лондон по работе. Стою в аэропорту, на часах шесть утра. Выгляжу я как зомби, с надеждой на кофеин. Подхожу к автомату, выбираю латте. Машина жужжит, делает вид, что работает…И выдает стакан. Пустой. Воздух и разочарование.

Your_Liliia: Уже чувствую, что история будет отличная.

Millionare_road: Не сомневайся. Я не сдаюсь, жму еще раз. Он думает секунд десять и выдает второй стакан. Тоже пустой… Думаю, прекрасно, машина решила проверить, насколько я отчаянный.

Your_Liliia: Ты хоть кофе хотел или просто проверял карму?

Millionare_road: Хотел кофе, а получил унижение. Наклоняюсь, смотрю в дисплей, будто смогу пристыдить эту железку. Рядом женщина советует: «Ударьте по боку, иногда помогает». Я ее слушаю и ударяю.

И что ты думаешь?

Он стреляет струей кофе мимо стакана прямо мне на рубашку.

Your_Liliia: О нет! Это уже преступление против человечности.

Millionare_road: Женщина кивает, как будто я прошел обряд посвящения, и говорит:

«Видите? Уже работает»

А я стою, мокрый, пахну латте, как кофейня после шторма. Рядом табличка: «Наслаждайтесь нашим сервисом!»

Ну, я насладился. Только бы не прилипнуть к сиденью в самолете…

Your_Liliia: Спасибо, теперь я не усну от смеха. Буквально вижу эту картину перед собой

Millionare_road: Зато ты улыбнулась.

Миссия выполнена. Даже если теперь я официально парень, что подрался с кофейным втоматом и проиграл.

Your_Liliia: И все равно победил. Потому что заставил меня смеяться.

Millionare_road: Осторожнее. С этого обычно все и начинается.

Телефон тихо светился в темноте. Рома уже несколько часов спал, повернувшись лицом к стене, а я лежала на спине и переписывалась с Мазом, улыбаясь экрану. Всё происходящее казалось слишком лёгким, без объяснений, без обязательств. С ним я не выбирала формулировку, не следила за интонацией. Я просто жила.

Каждое сообщение Маза словно слегка сдвигало что-то внутри. Я замечала, как жду не конкретных слов, а самого факта его внимания. Как будто оно подтверждало, что я все еще могу вызывать интерес. И в этом было что-то опасное. Мне нравилось ощущать себя чьим-то выбором. Быть человеком, ради которого не спят.

Millionare_road: Не улыбайся так.

Я замерла и перечитала сообщение еще раз.

Your_Liliia: Как «так»?

Millionare_road: Словно тебя никто не видит.

Воздух на несколько секунд застрял в легких. Я сделала тихий вдох и выдох.

Your_Liliia: Не понимаю что ты имеешь ввиду.

Millionare_road: Все ты понимаешь, принцесса. И ждешь.

Your_Liliia: Чего же?

Прошло долгих две минуты, прежде чем наконец появилось сообщение.

Millionare_road: Ты ждёшь, что я скажу что-то, после чего тебе станет страшно.

У меня перехватило дыхание. Я хотела написать: «Не придумывай». Но пальцы зависли над экраном.

Millionare_road: Ты иногда хочешь, чтобы я перешёл грань, и у тебя появилась причина остановиться.

Тишина вокруг стала давящей. Мне вдруг почудилось, что кроме меня и Ромы мирно спящего рядом в комнате стало ощущаться присутствие еще одного человека.

Your_Liliia: Ты не можешь этого знать.

Millionare_road: Однако, я знаю, что ты перечитываешь мои сообщения перед сном.

Я оцепенела, потому что действительно перечитывала. Не все. Только некоторые. Сердце пропустило удар, и страх роем пауков начал расползаться по всему телу. Внимательно оглядев каждый уголок спальни, я ответила:

Your_Liliia: Какие именно?

Millionare_road: Те, где я говорю о том, что буду делать, когда окажусь рядом с тобой.

И больше он не писал.

Я перевернула телефон экраном вниз.

Ничего не произошло.

Но мне стало не по себе от того, сколько Маз может знать, даже если это всего лишь догадки.

Часть 1. Глава 5. Запретный плод

Лилия

В квартире у Василисы всегда пахло одинаково. Сандал и корица. Этот запах встречал у порога и оставался с тобой еще долго. Приглушенный свет напольного торшера и тихая музыка дарили покой. Я давно не ощущала такой тишины внутри себя. Мы сидели на мягком диване, укрывшись пледом, и пили красное вино из больших бокалов, которые я подарила подруге несколько лет назад.

– Ну что, – протянула Василиса, глядя на меня поверх бокала, – как там твой загадочный парень из интернета?

Я вздохнула и позволила себе привалиться на спинку дивана.

– Сложно, – сказала честно. – Он как будто все время проверяет мои границы.

Лиса подняла бровь. В приглушенном свете ее волосы отливали мягким медным оттенком.

– И каким образом?

– Говорит разные вещи, от которых сложно отмахнуться, говорит, что я красивая, особенная, что хочет меня. – Все сразу, слишком точно и много.

– Хм, – она сделал глоток вина. – звучит как человек, который любит заходить дальше обычного.

Я поморщилась, но не возразила.

– Это и смущает.

– Врешь, – спокойно произнесла Василиса. – Тебя это заводит.

Я спрятала лицо в плед, чувствуя, как тепло поднимается к щекам.

– Немного, – призналась глухо. – Он говорит так, будто видит меня насквозь. И это… неприятно приятно.

Я все-таки выглянула из-под пледа и коротко рассказала про фотографию звезд и его ответ.

Лиса усмехнулась.

– Ну, да. Похоже на него. Не тянет кота за хвост.

– И тебя бы это не насторожило? – спросила я.

– А должно? – Василиса пожала плечами. – Ты взрослая. Если тебе такое откликается, то почему бы и нет?

Я покрутила в руках бокал.

– Но у меня же Рома и свадьба.

Василиса посмотрела на меня прямо

– А ты любишь Рому?

Я открыла рот и не нашла слов.

– Вот и ответ, – тихо сказала она, подливая мне еще вина. – Жизнь слишком коротка, чтобы все время выбирать «как правильно».

Мы замолчали. Пламя свечи дрожало, отбрасывая тени. Мне не хотелось говорить. Хотелось сидеть и дышать.

Телефон завибрировал у меня в ладони.

– Он, – сказала я. Даже не глядя на экран.

Millionare_road: Как ты там? Надеюсь, не скучаешь?

Я усмехнулась.

– Хочешь поиграть? – спросила я у Лисы, прикрывая экран ладонью.

– Хочу, чтобы ты перестала наконец быть хорошей девочкой, – отмахнулась она. – Напиши, что у тебя все отлично и ты занята.

Я так и сделала.

Your_Liliia: Все прекрасно. Интересный вечер, но я немного занята.

Millionare_road: Занята? Мне начинать ревновать?

Your_Liliia: Возможно.

Маз ответил почти сразу:

Millionare_road: Не смешно, принцесса.

Пришли фото, хочу на тебя посмотреть.

Я задумалась. Показывать, где я и с кем, не хотелось. Но оставить его в неведении, наоборот, казалось заманчивым.

– Ну? – Лиса уже заглядывала в экран. – Конечно, отправляй. Но я хочу остаться тайной.

Рассмеявшись, я сделала селфи слегка наклонив голову, оставив в кадре только лицо и размытый теплый фон комнаты.

Millionare_road: Черт…. Ты невероятно красивая.

Я снова почувствовала, как щеки вспыхнули.

– Надеюсь, он там не слишком увлекается, – хмыкнула Василиса, наблюдая за мной.

Your_Liliia: Спасибо. Мне правда пора.

Я положила телефон экраном вниз, будто он все еще мог что-то сказать, если оставить его открытым. Несколько секунд просто сидела, слушая музыку и дыхание комнаты. Мысли о том, что Маз может сейчас делать или думать, я отодвинула, скорее из осторожности, чем из силы воли. Мне хотелось остаться здесь. В этом вечере.

Иногда достаточно просто не продолжать, и это уже будет выбор.

Василиса вытянула ноги на диван и сделала большой глоток вина, будто ставя точку в каком-то своем рассказе. Она снова говорила про Остина. Что-то про смешной акцент и вечные задержки рейсов, а я слушала вполуха. В какой-то момент слова начали проходить мимо, а внутри будто потянуло холодком.

– Эй, – Лиса посмотрела на меня внимательнее. – Ты куда ушла?

Я вздохнула, не сразу найдя правильный тон.

– Просто… подумала о Роме. Опять.

Она не стала утешать сразу. Потянулась за второй бутылкой, ловко провернула штопор.

– И?

– Смотрю на все это, – я неопределенно махнула рукой, – на переписки, на разговоры… и думаю, каким он был раньше. И каким стал. Как будто два разных человека.

Василиса разлила вино, не глядя на меня.

– А если без общих слов?

Я замолчала, позволяя воспоминаниям подняться самим.

– Он был легким, – наконец сказала я. – Иногда… спонтанным. Помнишь Питер? Мы купили билеты в пятницу вечером и просто уехали. Он сказал, что хочет увидеть белые ночи со мной, и этого было достаточно. Мы гуляли до утра, пили кофе из бумажных стаканов, мерзли, смеялись… – я невольно улыбнулась. – Он тогда держал меня так, будто мир мог рассыпаться, но это не имело значения.

Я сделала паузу.

– А сейчас?

– Сейчас он будто потух, – слова дались легко, потому что давно были готовы. – Все его раздражает. Что бы я ни делала – мало. Как будто я все время не та версия, которую он ждет.

Лиса тихо кивнула.

– Ты не обязана становиться другой, чтобы кому-то было удобнее. Компромиссы – да. Потеря себя – нет.

Я знала это. Но знание не всегда облегчает.

– Просто… мы столько лет вместе, – голос предательски дрогнул. – Я привыкла. И все время возвращаюсь туда, где нам было хорошо.

Василиса обняла меня без слов, без давления.

– Тебе не нужно решать все сегодня. Просто будь честной с собой. Этого пока достаточно.

Я кивнула, вытирая щеку.

– И еще, – добавила тише. – Он хочет свадьбу. Постоянно говорит о ней. Но у меня ощущение, что это не про нас. А про «так положено». Все женаты – значит, и нам пора.

– Возможно, он правда думает, что это что-то починит, – сказала Лиса. – Или боится потерять контроль. Тут важно понять, чего хочешь ты.

– Раньше, это была моя мечта, – призналась я. – Платье, клятвы, семья… А теперь мне страшно. Вдруг ничего не изменится. Вдруг мы просто будем жить дальше в тишине, потому что «так надо».

Лиса провела рукой по моей спине.

– Что бы ты ни выбрала, я рядом.

Она помолчала и вдруг улыбнулась:

– Кстати, у нас на Аляске расширяется база. Людей не хватает. Холод, снег, примус и воздух, от которого щиплет лицо.

– Ты сейчас серьезно предлагаешь мне уехать на Аляску? – я усмехнулась.

– Почему бы и нет? Там не будет ни Ромы, ни Маза. Только ты.

Я покачала головой.

– Не могу.

Лиса посмотрела мне прямо в глаза.

– Тогда давай просто жить сегодняшний вечер. Без решений.

Она включила музыку.

Время близилось к полуночи. Очередной бокал вина, согревал изнутри. Свет приглушенной лампы ласково касался кожи. Мне нравились танцы. Когда-то мы часто ходи с друзьями в клубы… Когда-то.

Музыка, как теплый воздух, густо и слегка лениво разливалась по комнате. Сначала я просто покачивалась, не думая о движениях, позволяя телу идти туда, куда оно хочет. Плечи расслабились, дыхание стало глубже. В этот момент мне вдруг стало так легко, как не было давно.

Полумрак сглаживал углы комнаты, пледы и подушки лежали неровными складками, и в этом беспорядке было что-то странно успокаивающее. Я подняла руки, провела пальцами по волосам, откидывая их назад, на секунду задержавшись. Вдох. Выдох.

Тело отзывалось неожиданно охотно. Музыка будто шла глубоко изнутри, а не из динамиков ноутбука Василисы.

Я повернулась боком, шагнула, позволив бедрам двигаться свободнее, чем обычно. В груди расплылось странное тепло. «Вот бы так всегда», – мелькнула мысль.

Телефон завибрировал где-то рядом, но я обратила на него внимание только когда музыка сменилась, а ритм стал резче. Смеясь с самой себя, я взяла в руку мобильник.

Сообщение от Маза.

Millionare_road: Не могу уснуть. Все думаю о тебе.

Я улыбнулась.

Your_Liliia: Я тоже не сплю.

Следующее сообщение пришло слишком быстро.

Millionare_road: Почему-то представляю, как ты сейчас танцуешь. Одна. В полумраке.

Улыбка медленно исчезла. По всему телу пробежала легка дрожь. Я посмотрела на экран, потом машинально оглядела комнату: пледы, лампа, тени на стенах. Лиса, которая продолжала танцевать. Все как обычно.

Your_Liliia: Странное совпадение.

В груди вдруг застучала тревожная дробь.

Your_Liliia: Откуда ты это взял?

Пока я нервно ждала ответа, музыка превратилась в сплошной гул в ушах. Я быстро сказала Лисе, что мне нужно отойти, убежала в спальню и закрыла за собой дверь.

Телефон снова завибрировал.

Millionare_road: Не знаю.

Просто возникло такое ощущение.

Я села на край кровати. Мне вдруг стало не по себе, словно я сделала что-то очень открытое, хотя не понимала, что именно.

Your_Liliia: Я на секунду подумала, что ты видишь меня.

Millionare_road: Нет. Конечно нет.

Я резко выдохнула, осознав, что все это время задерживала дыхание.

Millionare_road: Просто иногда люди чувствуют друг друга.

Откинувшись назад, я уставилась в потолок. Сердце все еще неровно билось, но страх начал растворяться, уступая место странному опасному послевкусию.

Your_Liliia: Ты ...ты сводишь меня с ума.

Я отправила сообщение и затаила дыхание, ожидая ответа и предчувствуя виток новых эмоций.

Millionare_road: Что же ты чувствуешь? Я хочу знать все.

Я закрыла глаза пытаясь сосредоточиться на ощущениях. Горячая волна пробежалась по телу, заставив кожу покрыться мурашками. Мне захотелось прикоснуться к себе, но я сдержалась.

Your_Liliia: Мне очень жарко, и я чувствую себя немного испуганной, но это приятный страх.

Комната казалась какой-то другой, более яркой, а музыка, доносящаяся из соседней комнаты, звучала как-то по-новому.

Millionare_road: Расскажи мне о приятном страхе, который пугает тебя.

Я задумалась. Что пугает меня больше всего?

Your_Liliia: Меня пугает осознание того, как ты меня воздействуешь. Ты можешь заставить меня чувствовать себя так, как я сейчас чувствую, при этом, не находясь рядом.

Millionare_road: Тебе это нравится ?

Your_Liliia: Да.

Это было откровение, которое я сама от себя не ожидала.

Millionare_road: Тогда позволь мне сказать кое-что еще, принцесса.

Новая волна дрожи пробежала по моему телу. Я осознавала, что переступаю какую-то грань, но интерес внутри разгорался как лесной пожар.

В ожидании следующего сообщения, я отложила телефон на секунду, чувствуя рой мыслей. Маз в моей голове был сильнее всего, сомнений, неуверенности, страха.

Уведомление на экране телефона осветило комнату, дав мне зеленый свет.

Millionare_road: Представь, как я прикасаюсь к тебе. Ты чувствуешь мои пальцы на своей коже? Я знаю, как твое тело будет отзываться. Ты дрожишь, но хочешь, чтобы я продолжил.

Я закрыла глаза и позволила воображению нарисовать эту картину. Ощущала его прикосновение такое нежное и такое сильное одновременно.

Millionare_road: Сейчас я наклоняюсь к тебе и шепчу, как ты сводишь с ума. Мои губы скользят по твоей шее, оставляя след горячих поцелуев. И тогда с твоих губ срывается стон, который я так хочу услышать. Музыка для моих ушей. Моя победа.

Чувствую, как грудь тяжело вздымается, и мне пришлось прикрыть рот рукой, чтобы не издать ни звука. Каждая секунда в ожидании его следующих слов была мучительной.

Millionare_road: Покажи мне это, покажи, как мои слова заставляют твои щечки краснеть. Сделай фото.

Без колебаний я включила лампу, стоящую на прикроватной тумбочке, чтобы добавить света в комнате. Села на кровать так, чтобы в зеркале напротив мои ягодицы выглядели более выгодно. Одной рукой я подтянула шорты еще выше на талии и прикрыла перед, оттянув футболку и сделала, по меньшей мере, два десятка фотографий. Быстро выбрав лучшую, отправила сообщение с подписью:

Your_Liliia: Твоя очередь

Через мгновение мое фото было открыто.

Millionare_road: Я сделаю все, что ты захочешь, но тебе нужно попросить меня. По-настоящему.

Your_Liliia: Пожалуйста, я хочу увидеть тебя.

Millionare_road: Скажи «пожалуйста, папочка».

Мое и без того залитое румянцем лицо покраснело еще больше. Внутри все сжалось. Это уже слишком. Я не могу… Или могу? Сейчас стоило бы остановиться, отступить, сказать, что это перебор. Но я физически не могла это сделать. Невольно прикусив нижнюю губу, я представляла его сейчас прямо перед собой, чувствуя щекочущий шею шепот.

Your_Liliia: Это уже слишком… Я не могу.

Millionare_road: Не можешь? Или просто боишься? Тебе нужно сказать два слова, принцесса. Всего два слова. Ты же этого хочешь, разве нет? Позволь мне дать тебе, то, что ты хочешь. Просто попроси.

Я отчетливо почувствовала сердце, бьющееся в горле. И в это мгновение желание пересилило страх.

Your_Liliia: Пожалуйста, папочка.

Millionare_road: Хорошая девочка.

Часть 1. Глава 6. Песнь сирены

Лилия

Я стою в незнакомой мне комнате. Тусклый свет льется из единственного окна, освещая стены, увешанные какими-то странными картинами. Душный воздух словно наэлектризован. Здесь есть кто-то еще. Он так близко, что я могу чувствовать его тепло. Маз. Он смотрит на меня своими темными глазами, в них читается животное желание, и этот взгляд прожигает насквозь.

– Маз... – шепчу я, пытаясь сохранить хоть какое-то самообладание.

Он усмехается, и делает шаг ко мне. Между-нами расстояние всего в пару сантиметров, его дыхание обжигает мою кожу.

– Да, ты звала? – В голосе парня звучит хрипотца.

Я пытаюсь отстраниться, но ноги словно приросли к полу. Хочу сказать что-то, однако, слова застряли в горле.

Маз наклоняется, и я понимаю, что он хочет меня поцеловать. Я должна его остановить. Я не могу это сделать. Это неправильно. Пытаюсь отвернуться, избежать его губ, но Маз хватает меня за горло, крепко сжимая. Дыхание перехватывает, в глазах темнеет. Он прижимает меня к холодной стене, и боль от удара обжигает спину.

– Не бойся, принцесса. – Еле слышно шепчет он мне на ухо. – Я знаю, ты этого хочешь.

Его губы касаются моих, этот поцелуй жестокий, властный и одновременно самый горячий в моей жизни. Я сопротивляюсь, пытаюсь оттолкнуть его, но Маз слишком сильный. В моем сердце разрастается ползучий страх, что кто-то войдет и увидит нас.

– Та такая красивая, – произносит он, отрываясь от меня на мгновение.

Постепенно я начинаю таять в его объятиях, и сопротивление угасает. Грубый поцелуй превращается в мягкий и влажный, а мой здравый смысл улетучивается.

Внезапно Маз подхватывает меня на руки, я обвиваю его талию ногами, и он роняет нас на холодный пол. При виде его нависшего тела надо мной, я хочу провалиться сквозь землю.

Маз прикасается ко мне, заставляя дрожь пробежать по всему телу. Я все еще пытаюсь сопротивляться, но не его действиям, а своим темным мыслям. Он сладко целует мою шею, и я издаю тихий стон. Маз резко одним движением рвет на мне топ, оголяя грудь. Я вскрикиваю от неожиданности, и он кусает меня. Больно. Хочу вырваться, но терплю. Маз отстраняется и одаривает место укуса нежным поцелуем. Он спускается все ниже, доходит до ширинки джинс, медленно расстегивая ее. И к этому моменту я уже не могу сопротивляться...

Резко открываю глаза, и сразу сажусь в постели. Футболка липнет к коже, дыхание рваное, словно я только что бегала. В голове шумит, а тело все еще помнит чьи-то прикосновения. Слишком отчетливо, чтобы быть фантазией. Я невольно ловлю себя на том, что не спешу отвернуться от этих ощущений, а просто лежу и позволяю им медленно раствориться, оставляя опасную тяжесть внутри.

Вчера вечером Маз прислал мне свою фотографию, через минуту после того как я назвала его папочкой. Фиолетовый свет неоновой ленты подсвечивал пол в его комнате. Лица видно не было, только голый торс в зеркале. А на шее красовалась все та же серебряная цепочка. Отчетливый рельеф мышц, всплывающий в моей голове, заставил закусить губу, представляя, как я касаюсь его гладкой кожи.

Пошатываясь, я поднялась на ноги и направилась в ванную. Смотрю на свое отражение в зеркале и вдруг отвожу взгляд – слишком откровенно оно на меня смотрит. Включив холодную воду, я плеснула ее на лицо несколько раз.

–Перестань, – шепчу я, упираясь ладонями в раковину. – Просто сон.

Я вернулась в комнату, где Лиса уже проснулась и болезненно держалась за виски.

– Божечки, моя голова, – простонала она, – Больше никогда не буду пить.

– Не обманывай себя. Мы знаем, что завтра это пройдет, а сейчас будет волшебный антипохмельный чай. Ты, кстати, вчера прекрасно провела время, – бросила я через плечо, открывая холодильник. – Особенно, когда начала строчить смс-ки своему Остину с Аляски.

Лиса, услышав имя Остина, резко вскинула голову. – О, нет! Только не Остин! Боже, что я ему написала? – Она в ужасе схватилась за волосы.

Я поставила чайник и достала две кружки.

– Ты призналась ему в пылкой любви и сказала, что безумно скучаешь по Аляске.

– Не может быть! – Лицо Лисы побледнело. – Я просто умираю от стыда! Я же только один раз с ним встречалась!

– Да ладно тебе иногда люди делают глупости, когда выпьют.

Чайник закипал, и я достала с полки банку меда и лимон. Через несколько минут на столе уже стояли две дымящиеся кружки с ароматным чаем, а рядом замороженный йогурт с фруктами.

– Ешь, это помогает. И давай посмотрим, что тебе написал твой «северный принц».

Лиса взяла кружку дрожащими руками и сделала глоток.

– Фух, кажется, становится немного лучше. – Она неохотно поковырялась в йогурте и улыбнулась. – Я боюсь брать в руки в телефон.

– Давай, соберись. Чем быстрее посмотришь, тем быстрее успокоишься.

Василиса сделала глубокий вдох и взяла свой телефон. Ее глаза нервно бегали по экрану, пока она не нашла переписку с Остином. Она открыла ее и замерла, глядя на экран.

– Ну, что там? – спросила я, теряя терпение, и нервно ерзая на стуле.

– Он ответил. – Лиса подняла на меня глаза, полные удивления и облегчения.

– И что написал? – я придвинулась ближе.

Лиса снова уставилась в телефон, и на ее лице расплылась теплая улыбка.

– Он написал: «Лиса, мне тоже очень приятно вспоминать нашу встречу. Жаль, что ты так далеко. С нетерпением жду наше следующие свидание. А пока – хороших снов.»

Я рассмеялась.

– Вот, видишь. А ты боялась.

Подруга отложила телефон и вздохнула с облегчением.

– Он довольно… довольно милый. – Она задумчиво посмотрела в окно. – Может действительно стоить попробовать еще одно свидание?

– Только тебе решать, – ответила я, улыбаясь. – Если он тебе нравится.

Разговор об Остине поднял мне настроение, и я успела забыть о своем странном сне. Однако, идиллию этого субботнего утра прервал звонок моего телефона. На экране высветилось: «Рома».

Я вздохнула и приняла вызов.

– Привет.

– Привет, – ответил Рома. – Родители зовут сегодня к себе в загородный дом. Поедешь? – Его предложение скорее звучало как констатация факта не «поедешь?», а «поедешь.».

– А зачем? – осторожно спросила я, стараясь не выдать своего нежелания ехать.

– Затем, что они соскучились, наверное. Давно не виделись. Там будет баня, мясо на гриле. Ты же его любишь? – ответил Рома сухо, словно зачитывал список продуктов в супермаркете.

– Не знаю. Я немного устала на этой неделе. Может в следующий раз? – пытаясь уйти от ответа тихо проговорила я, уже представив в голове этот «уикенд». Безупречно сервированный стол, идеально выглаженные салфетки, натянутые улыбки, бессмысленные разговоры о работе, погоде, урожае, и, конечно же постоянные намеки матери Ромы на то, что «пора бы уже и внуков».

– Следующего раза может и не быть. Они хотят, чтобы мы приехали именно сейчас. Не вижу причин отказываться. – В его голосе сквозило нетерпение.

Я зажмурилась. Каждый раз, пытаясь отстоять свою точку зрения это заканчивалось изматывающей ссорой и увеличивало пропасть между нами.

В прошлый раз, когда мы были у его родителей, я заикнулась о том, что думаю взять серьезный проект на работе. Мама Ромы тогда наклонилась ко мне, понизила голос, будто говорила какой-то секрет.

«Карьера – это, конечно, хорошо» – сказала она, глядя мне куда-то на живот. – «Но для женщины главное – семья».

Я тогда улыбнулась. А потом еще долго ловила себя на чувстве, что меня аккуратно, вежливо поставили на место.

Я с тех пор я туда не ездила.

– Ладно, поеду.

– Окей. Тогда будь готова к шести, – коротко ответил Рома.

Я устало посмотрела на часы. До вечера еще куча времени. Может, стоит сходить в кино с Лисой, чтобы немного отвлечься?

Весь оставшийся день я провела в довольно спокойном настроении. Мы с Василисой сходили на дневной сеанс «Смерть в прерии», перед этим здорово поспорив. Подруга, окрыленная после переписки с Остином, хотела посмотреть что-то про любовь, а мне это нужно было меньше всего. Я предложила ужастик. В итоге наши мнения сошлись только на вестерне-боевике. Было неплохо. Карамельный попкорн, сладкая газировка и пачка чипсов скрасили фильм еще больше.

Потом я пришла домой и начала собирать вещи. Пока сумка стояла раскрытой посреди комнаты, я перекладывала вещ из угла в угол, не в силах решить, что брать, а что оставить.

На фоне что-то тихо играло, – голос, к которому я уже давно не прислушивалась. Подкаст включился автоматически, один из тех, что часто ставила фоном. Ведущий монотонно рассказывал о чужих жизнях, что однажды оборвались, или просто исчезли.

Я усмехнулась, закидывая в сумку свитер. Почему-то такие истории меня не пугали. Скорее наоборот создавали иллюзию контроля. Казалось, если знаешь, как бывает, то с тобой этого не случится.

Выключив звук, я застегнула молнию и больше об этом не думала.

Ровно в шесть, под окнами засигналила машина. Я вышла из подъезда с двумя спортивными сумками. Рома вылез из машины, помог мне положить их в багажник и открыл дверь пассажирского сиденья. Как мило. Давно ли он стал так делать?

– Где ты был? – Сразу спросила я, пристегивая ремень безопасности.

– Отъезжал в офис по работе, – невозмутимо ответил Рома, и мы тронулись с места.

Солнце валилось за горизонт, окрашивая поля в багряные и золотистые тона. Я устало прислонилась к прохладному стеклу машины, наблюдая, как мелькают за окном бесконечные березовые рощи.

– Красиво, да? – вдруг нарушил молчание Рома, не отрывая взгляда от дороги.

Я кивнула, не находя в себе сил для полноценного ответа. Поездка в загородный дом к его родителям казалась экзаменом, к которому я совершенно не готова.

С тех пор, как мы выехали из города, Рома вел себя странно. Молчаливый и сосредоточенный, он казался отстраненным и далеким. Будто перенесся в какое-то другое измерение, где для меня не было места. Раньше разговорчивый и общительный, сейчас он ограничивался односложными ответами и избегал зрительного контакта.

– Они правда соскучились, – добавил Рома после долгой паузы. Его голос звучал натянуто, словно он говорил заученный текст. По своему сыну они точно скучают, но не по мне.

– Знаю, – пробормотала я, чувствуя, как ком подступает к горлу. Но знание не делало ситуацию легче. Я знала, что родители Ромы были людьми гостеприимными, но... чопорными. За их радушием всегда чувствовалась некая дистанция, негласный свод правил, который я боялась нарушить. Мне казалось, что они оценивают каждое мое слово, каждый жест, каждое проявление чувств.

– У мамы пирог яблочный получился, наверное, вкусный, – снова заговорил он, словно вел диалог сам с собой.

Я поежилась. Не хотела пирог, не хотела светских бесед. Знала, что меня будут оценивать по тому, как я держу вилку, как поддерживаю разговор, как одета. Я должна быть безупречной, чтобы соответствовать их представлениям, даже если это просто семейный ужин загородом.

Рома вдруг кладет ладонь мне на руку, почти машинально, но легко. Я вздрагиваю, не от тепла, от чуждости это жеста. Он не про близость и поддержку. Скорее про контроль, как если бы он проверял: здесь ли я, на месте ли.

Я аккуратно убираю руку к себе на колени и отворачиваюсь к окну.