В Затуринске за сорок лет закрыли все дела — и не раскрыли ни одного. Причину всякий называет свою; на месте виновного в бумагах стоит пробел — ровный, отлитый вместе с буквами. Так было всегда. Никто не спрашивал почему.

Газета выходит по четвергам. Гудок — в восемь. Хлеб — в среду и в пятницу. Город живёт по расписанию, и расписание не опаздывает.

Пока не приехала Дина Веретенникова. В её бумагах написано «следователь», в городе — «участковый»; разбираться не стали. Она тоже не начинает допрашивать — она начинает считать: дела, причины, мотивы. И счёт сходится слишком хорошо, чтобы быть правдой. Потому что здесь не расследуют. Здесь печатают — и напечатанное сбывается.

Книга о городе, где закрыть не значит раскрыть. Дальше — только счёт.