Czytaj książkę: «Кафе госпожи Аннари»
Глава 1
После завтрака баронесса Вариса спрашивает:
– Аннари, я бы хотела у тебя уточнить: ты уже обдумывала цены на меню?
– О! – произношу я. – Об этом я пока не думала.
– А уже пора. Нам же ещё нужно заказать ценники и меню. Перед этим следует продумать то, как они будут выглядеть и что именно мы хотим на них написать. Помимо этого, следует определиться с названием и заказать вывеску.
– Вы правы. Почему-то эти простые мысли не пришли мне в голову.
– Я так и подумала. Последние недели выдались очень суматошными. Не удивительно, что ты могла что-то упустить.
– Хорошо, что у меня есть вы… Может быть, я упустила не только это?
– Раз уж ты сама об этом заговорила… Нам следует нанять управляющего для кафе. Для ведения дел в подобных заведениях требуется образование и навыки. Рансон с такой задачей просто не справится.
– Почему?
– Рансон, я же правильно понимаю, что ты не разбираешься в том, как находить поставщиков, высчитывать необходимый объём закупок, заполнять платёжные ведомости и вести бухгалтерию?
– Всё верно, – соглашается Рансон. – Я в этом совсем не разбираюсь.
– Вот! Значит, нам нужно найти толкового управляющего. Помимо этого, нам понадобится вышибала, который сможет совмещать свои обязанности с должностью дворецкого. Думаю, Рансону эта работа понравится больше.
– С этим я справлюсь, – подтверждает поручик.
– Ещё нам следует определиться с графиком работы нашего заведения.
– Вы правы, – соглашаюсь я. – А по какому графику работают местные харчевни и рестораны?
– Харчевни открыты с раннего утра, потому что некоторые горожане привыкли завтракать вне дома. Особенно это удобно тем, у кого нет семьи. Рестораны же обычно открываются после шести вечера.
– Понятно… Мы планируем подавать только десерты, да и предполагаем, что к нам будут приходить пары или семьи с детьми, поэтому открывать заведение можно в промежутке между завтраком и обедом... Что думаете насчёт одиннадцати?
– В этом есть смысл. А что по поводу закрытия?
– Я бы не хотела продавать в своём заведении алкоголь и превращать его в питейное… Может быть, восемь вечера?
– Хорошо.
– Мне подумалось, что кто-то из наших покупателей может закупать десерты к обеду или ужину, а для этого нужно заказать что-то, в чём их удобно будет донести до дома, – завуалировано произношу я, не зная, есть ли в этом мире картон и насколько он дёшев.
– Пироги и пирожки заворачивают в плотную ткань, горячее и закуски отдают в горшках, которые потом просят вернуть. Для пирожных это не подойдёт, я уже не говорю о тортах. Глиняные подносы получатся слишком тяжёлыми, медные – слишком дорогими… Может быть, закажем корзинки?
– Хорошая идея. Можно заказать их разных размеров, и чтобы сверху была крышка.
– Да. Как у корзинок для пикника, только попросим изготавливать из лозы потоньше, – одобрительно кивает баронесса.
– Хорошо бы, чтобы по корзинке было понятно, что она из нашего кафе... Может быть, украшать их ленточками?
– Мне нравится эта идея. Можно сшить недорогие бантики и прикреплять их к ручке корзинки.
Внезапно вспоминаю, что в моём мире есть бренды, которые ассоциируются с определённым цветом. Задумчиво прикусываю губу:
– А что если цвет этих бантиков будет такой же, как у листьев в отделке кафе?
– Звучит неплохо. И в таком случае можно закупить ткань нужного нам цвета и попросить мастерицу вырезать из неё листочки, приделать листочки к веточке и прикреплять получившееся изделие к ручке. А ещё в будущем, когда у нас появятся средства на форму для персонала, одним из цветов формы выбрать этот же оттенок зелёного.
– Мне нравится, – киваю я. – Цвет начнёт ассоциироваться с нашим кафе и напоминать о нём.
– Мастер Биззаброз говорил, что стулья ещё не готовы. Может быть, мы успеем сменить цвет обивки?
– Вышло бы замечательно!
– Значит, решено.
– А как нам найти мастера, который сделает корзинки?
– Думаю, эта работа не особенно сложная. Поговори со своими крестьянами – возможно, они возьмутся за это сами, либо подскажут нужного человека. Но раз уж мы заговорили об упаковке, то и для твоих кукол не мешало бы что-то придумать.
– Вы правы. Можно сделать красивую упаковку для тех, кто захочет приобрести мою куклу в подарок. Но корзина для этого не подойдёт.
– Можно заказать деревянные шкатулки, украшенные резьбой. Думаю, Биззаброз может нам подсказать нужного мастера.
– Хорошая идея. Мне нравится. Причём можно заказать шкатулки из дешёвого дерева с простой резьбой для кукол подешевле и из дорогих пород со сложной резьбой для кукол подороже. И ткань внутренней отделки тоже выбрать разной стоимости.
– Таким образом, мы сможем продавать кукол и среднему классу, и знати. Отлично придумано!.. К концу недели Эжения дошьёт вам с дочкой одежду, и можно будет переговорить с ней по поводу изготовления кукол.
– Хорошо… А что насчёт управляющего?
– Нанимать такого специалиста в работном доме – не самая лучшая идея. Тут нужна личная рекомендация. Сама понимаешь, если через твои руки проходят деньги, очень сложно удержаться от соблазна прикарманить себе часть. Возможно, мастер Биззаброз кого-то посоветует, а если нет, попробую поспрашивать у знакомых. В крайнем случае напишу письмо другу, в чьём доме мы живём, и спрошу у него совета.
– А что насчёт вывески?
– Можем спросить у мастера Биззаброза. Но для начала нужно определиться с названием. Есть идеи?
Пожимаю плечами:
– А как здесь принято называть кафе?
– Да по-разному. Из того, что первым приходит на ум: «Заведение мадам Заиры», «Вкусные пирожки», «Лучший чай», «Вкусное место», «Летний зной», «Кафе у Итины», «Зелёное кафе»... Не заметила, чтобы были какие-то закономерности. А вот рестораны стараются называть как-нибудь изысканно. Например, «Восточный ветер», «Жемчужина», «Лепестки розы», «Паруса», «Дворик с алыми маками». Часто в названии отражается тематика заведения, но не обязательно… Может быть, «Кафе баронессы Аннари»?
– Мне кажется, «баронесса» в названии может отпугнуть клиентов среднего класса.
– Ты права. Тогда «Кафе госпожи Аннари»?
– Думаете обязательно, чтобы моё имя было на вывеске?
– Ну не моё же. А имя Татины плохо сочетается с написанием слова «кафе». А тебе, Рансон, как?
– Мне нравится, как звучит «Кафе госпожи Аннари», – разводит руками Рансон.
– И мне! – глаза Татины полны восторга. – Хочу, чтобы называлось именем мамочки.
Называть в честь себя неловко, но других вариантов так с ходу на ум не приходит. Пожимаю плечами:
– Если вы так единодушны, давайте назовём «Кафе госпожи Аннари».
– Вот и отлично, – довольно кивает Вариса. – Собирайся и пойдём проверим, как продвигается ремонт.
– Хорошо.
Из дома выходим через десять минут. Погода хорошая, поэтому отправляемся пешком, наслаждаясь почками на деревьях и зеленеющей травой.
Пока излагаем наши сложности мастеру Биззаброзу, замечаю, что он выглядит более озабоченным, чем обычно. Подсказывает нам мастеров, к которым можно обратиться по поводу вывески, ценников и изготовлению шкатулок, а услышав, что у нас нет управляющего, разводит руками:
– Ты права, Вариса. Достойного счетовода найти крайне сложно. Всех хороших с руками отрывают. Ничем помочь не могу.
Сомневаясь, насколько уместным покажется мой вопрос, всё-таки уточняю:
– Мастер Биззаброз, у вас что-то случилось? Что-то не так с ремонтом?
Он вздыхает:
– Да всё так с вашим ремонтом. Материалы мы все купили, ребята трудятся с опережением графика… Ко мне обратился граф с просьбой отремонтировать детскую и ещё несколько помещений. Хороший заказ, денежный. Но и помучаться с ним придётся изрядно. Графиня утверждает эскизы, материалы, а потом по сто раз всё меняет. То мрамор ей недостаточно бел, то форма ручек нужна чуть с другими завитками… Приходится купленные материалы потом куда-то пристраивать, обратно же не вернёшь. Если бы не платили так много, да и не графья, отказался бы.
– А почему вы не обговорите это в договоре?
– Что ты имеешь в виду?
– Например, что бесплатно вы сделаете только три эскиза и внесёте какое-то определённое количество правок. Каждую последующую правку и каждый новый эскиз сверх оговоренного оцените в какую-то весомую сумму. Такую, чтобы вам было не обидно. То же самое с материалами. Обговорите, что при смене материала нужно платить неустойку.
– Хм, – гном оглаживает бороду, задумчиво шевелит бровями, а потом его лицо проясняется: – А ты дело говоришь! Если капризы будут оплачиваться, это же никакого убытку!
– А если вы ещё заранее покажете каталог с образцами, она не сможет сказать, что вы купили какой-то не такой материал.
– Точно!.. Может быть, поможешь мне с договором? Я оплачу консультацию.
– Да что вы! Вы мне так помогли, что я и бесплатно проконсультирую.
– Вот ещё! Я что, бедняк какой-то?! Или совести у меня нет?! Раз сказал заплачу – значит, заплачу. Когда мы можем встретиться и всё обсудить?
– Давайте вы подготовите основу договора, отдадите мне, я внимательно его прочитаю и потом подскажу, что следует добавить или изменить.
– Вот и ладненько! Пойдёмте, покажу вам террасы. Мы уже успели их доделать. И стену под виноград для твоей садовницы закончили.
– Мы хотели обсудить с тобой мебель, – спохватывается Вариса. – Обивка для стульев готова, или можно поменять цвет?
– До обивки дело ещё не дошло. Только столы закончили и начали готовить основу для стульев. Ткани пока не закупали, так что вполне можем выбрать другой цвет. А какой вы хотите?
– Такой же, как цвет листьев на стене.
– Без проблем.
– Спасибо.
Террасы выглядят именно так, как я и представляла. Сколочены аккуратно, нужного размера и материал мне нравится, так что я вполне довольна. Мастеру Биззаброзу остаётся только доделать зал для гостей с детьми, поставить мебель, и мы сможем начать готовиться к открытию.
Благодарим его за работу, огибаем дом и поднимаемся на второй этаж.
Нас встречает радостный Игнат:
– Здравствуйте! Всё просохло, так что можете проверить нашу работу.
Осматриваем с баронессой комнаты и остаёмся довольны. Улыбаюсь:
– Большое спасибо, Игнат. Всё именно так, как я и хотела.
– Я очень рад, госпожа... Так мы это, едем за мебелью?
– Да. Думаю, уже можно… Скажи, а вы в деревне плетёте корзины?
– Конечно! Правда, весной этим занимаются в основном старики да дети малые. А у остальных посевные работы.
– А вы могли бы изготовить мне корзины на заказ?
– Конечно. Сколько скажете, столько и сделаем. А если не справимся сами, так соседей попросим подсобить. Только скажите, какие вам надобно. Я бы своим сразу же по возвращении всё и обсказал.
Объясняем с Варисой, каких размеров и конструкций нам нужны корзины. Игнат старательно записывает, а потом кивает:
– Если денёк потерпите без мебели, так мы вам уже для примеру несколько сделаем.
– Хорошо. Лучше я вам буду платить, чем незнакомым людям.
– Это вы правильно придумали. Коли будет в нашей деревеньке работа, так и народу прибавится. А значит, будет вам с этого больше прибытку.
– Верно, – глядя на его горящие воодушевлением глаза, не могу перестать улыбаться. – Вы же поговорили с Асей насчёт теплиц?
– Да. Все замеры сделаем, чтобы, значицца, с мастером всё дел по делу потолковать. Посчитаем, прикинем, а потом решим. Но думается мне, сладится.
– Вот и хорошо. Жду вас с вещами послезавтра?
– Да, госпожа. К обеду привезём.
– Договорились.
Прощаемся и вместе с Варисой отправляемся к кузнецу, изготавливающему вывески.
Экипаж останавливается на окраине города возле двухэтажного дома, окружённого садом.
Дверь открывает парнишка лет двенадцати. Узнав, что мы ищем мастера Ихона, он провожает нас по тропинке в расположенную за домом мастерскую, из трубы которой валит дым. За дверью обнаруживается небольшая комната, где из мебели лишь стол у окна и стулья. Парнишка просит нас присесть и обождать, а сам скрывается за дверью, ведущей вглубь дома.
Озадаченно хмурюсь:
– Думала, в мастерской будет шумнее.
Вариса улыбается:
– Наверняка здесь стоят шумопоглощающие амулеты.
– Точно! Как я сама об этом не подумала?
Кузнец Ихон оказывается высоким и широкоплечим мужчиной, каждая рука которого толще, чем моё бедро. Он неловко кланяется и представляется:
– Я Ихоном зовусь. Вы хотите сделать заказ?
– Верно, – кивает Вариса. – Я баронесса Вариса, а это баронесса Аннари. Мы открываем кафе и хотим, чтобы ты сделал нам вывеску.
– Две вывески, – поправляю я. – Одну вроде раскрытой книги, чтобы можно было поставить её перед калиткой, а вторую для размещения над дверью.
– Нарисовать сможете?
– Конечно.
Он выходит и возвращается с двумя листками бумаги и карандашом, которые протягивает мне. Рисую всё, кроме надписей и передаю листы Варисе:
– Напишите, пожалуйста, название кафе, а на уличной вдобавок часы работы.
– Хорошо, – вижу её недоумение, но вопросов она не задаёт.
Не говорить же ей, что я читать умею, а писать – нет. Как только обживёмся на новом месте, найму для Татины учителей и посижу с ней на занятиях, чтобы это исправить. Мысль о том, что я могла бы начать изучение самостоятельно, приходит в голову только сейчас.
Обговариваем размеры вывесок, после чего мастер сообщает, что заказ нужно оплатить сразу – работа штучная, и если передумаем, продать её будет некому. Понимаю его опасения, поэтому вручаю три серебряные монеты без возражений.
Заказ Ихон обещает изготовить в течение недели и обязуется привезти его сам.
Спрашиваю, может ли он взяться за изготовление ценников. Рисую, как бы я хотела, чтобы они выглядели, обговариваю, что сами цифры озвучу позже, и мы расстаёмся довольные друг другом.
Следующее место нашего назначения – дом художника, у которого мастер Биззаброз посоветовал заказать меню.
По пути мне приходит в голову, что можно сделать меню не просто с перечнем блюд, но и с рисунком каждого блюда. Делюсь замыслом с Варисой, и она одобрительно кивает:
– Отличная идея!
– Как думаете, а есть ли смысл заказывать рекламные листки с блюдами и ценами и договариваться с гостиницами и харчевнями, чтобы они показывали их посетителям?
– Я о подобном раньше не слышала, но это должно сработать. А ещё можно договориться с владельцами лавок, где продают дорогие товары и не продают собственную выпечку. Если пообещаем пару медяков в неделю за то, чтобы наша реклама висела на видном месте, они согласятся. Только лучше нанять мага, чтобы он заколдовал такие листки на прочность и от грязи.
– Это дорого?
– Не думаю. Я сама подобными услугами не пользовалась, но, вероятнее всего, будет не больше десяти медяшек за лист. В любом случае это выйдет дешевле, чем заказывать новые рисунки.
– Тогда так и поступим.
Нужным нам художником оказывается худой высокий мужчина с копной кучерявых волос. Одет он чуть ярче обычного горожанина, носки у него разных цветов: правый зелёный, а левый серый. Его мастерская выглядит так, как и представляется рабочее место творческого человека: мольберты в углу; шкаф с приоткрытой створкой; стол, заваленный книгами, красками, мелками, бумагами и грязными чашками. На стуле тарелка с засохшим недоеденным бутербродом и хлебные крошки.
Даймэр (именно так представляется художник) сперва пропускает нас внутрь, а уже потом спохватывается, убирает тарелку с бутербродом и расчищает часть стола. При этом он огорчённо вздыхает:
– Простите за беспорядок! Прошлая служанка уволилась, а новую я пока не нашёл.
– Ничего страшного, – улыбается Вариса. – Как мы и сказали, у нас к вам дело.
Объясняю ему задачу, а потом уточняю:
– Как быстро вы можете выполнить наш заказ?
– А когда вы сможете показать мне блюда? Мне же нужно их увидеть, чтобы нарисовать.
– Постараемся завтра утром приготовить первую партию.
– Хорошо. Давайте для начала я нарисую меню. Вам придётся заплатить пять медяшек за первый вариант и по шесть за каждую копию.
Выглядит он в этот момент так, словно просит слишком много, поэтому улыбаюсь:
– Давайте за первый вариант пять медяшек, а за каждую копию по три.
– Договорились, – по его довольному виду понятно, что он бы согласился и на меньшее.
– Тогда будем ждать вас завтра.
– Возвращаемся домой? – спрашивает Вариса, после того как прощаемся с художником и выходим на улицу.
Киваю:
– Уже время обеда. Мы и так очень задержались.
Садимся в экипаж, диктуем адрес, и как только трогаемся с места, Вариса интересуется:
– Когда обсудим цены на десерты?
– Честно говоря, совершенно не представляю, какими они должны быть.
– Я тоже. Подобных десертов в нашем городке нет, так что мы не можем подсмотреть у конкурентов. Управляющий наверняка подсказал бы…– А если оттолкнёмся от стоимости ингредиентов?
– Это ничего не даст. Нам нужно выйти на получение прибыли, значит, продажа десертов должна как минимум покрывать расходы. А это не только ингредиенты, но и зарплата для персонала. И, возможно, какие-то неочевидные траты, которые всплывут лишь в процессе. А ещё мы не можем выставить десерты по слишком низкой цене, если планируем сделать наше заведение престижным.
– Чтобы планировать доход, нужно знать, как много десертов мы сможем продать. А я не знаю.
– Пожалуй, я всё-таки напишу своему другу с просьбой порекомендовать толкового управляющего. Всё, на что мы без него способны, это ткнуть пальцем в небо и надеяться, что угадали.
– Согласна.
Во время обеда хмурюсь:
– Надо бы проверить мастера, у которого я заказала мебель. И договориться о доставке.
– Я составлю вам компанию, – кивает Рансон.
– А я сообщу поварам, что завтра им нужно будет приготовить несколько десертов для художника, и продолжу работать с подавальщицами, – улыбается Вариса.
– Договорились, – соглашаюсь я.
Пока вместе с Рансоном добираемся до мебельщика, осторожно спрашиваю:
– Вы точно не возражаете поработать в кафе? Если честно, мне немного неловко из-за того, что вы так долго мне помогаете, а я даже не догадалась о том, что нужно платить вам зарплату. Кажется, я злоупотребила вашей добротой.
Рансон улыбается:
– Для многих жильё и хорошая еда – уже роскошь. А интересное занятие – и вовсе из разряда чего-то нереального. Мне выпала возможность не только вернуть долг жизни, но и помочь вам в реализации ваших смелых проектов. Это больше, чем я смел надеяться.
– Долг жизни вы вернули, когда так своевременно меня спасли. Вы больше ничего не должны нашей семье.
– Откровенно говоря, я всю жизнь плыл по течению. Воинское дело выбрал только потому, что у меня были к этому способности, и я просто не знал, чем ещё могу заниматься. И после ранения совсем не знал, что же делать дальше, чувствовал себя опустошённым. Благодаря вам я снова ощущаю себя живым. И буду рад помочь в новом деле.
– Спасибо!
– Это вам спасибо.
Мебельщик радует тем, что наш заказ выполнен. Обещает доставить всё завтра с утра, а потом заводит нас в свою мастерскую. Шкафы и кровати выглядят добротно и аккуратно, так что остаюсь довольна. Выхожу с осознанием, что совсем скоро смогу переселиться в свой новый дом. Чувствую радость, предвкушение и на самом донышке страх. Совсем скоро мой план осуществится. Переживаю, что что-то может пойти не так.
Остаток дня провожу с Татиной. Играем с ней в куклы, делимся нашими мыслями, гладим Чернышку и читаем. Делюсь с дочкой тем, что после переезда подыщу ей учителей, и пытаюсь воодушевить предстоящим обучением. На это она фыркает:
– Мама! Не волнуйся ты так. Я буду стараться. Я же у тебя умненькая.
Улыбаюсь и прижимаю её к себе:
– А я у тебя, похоже, не очень, раз недооценила тебя.
– Ты просто слишком много беспокоишься. Не переживай. Всё будет хорошо.
– Говоришь, словно взрослая. Это я должна тебя успокаивать и подбадривать.
– Глупости! Мы же семья. Нужно подбадривать и успокаивать того, кто в этом нуждается. У меня есть Чернышка, Мира, Рансон и Лита. А у тебя сплошные заботы.
– Думаю, как только кафе откроется, забот станет меньше, и я смогу уделять тебе больше времени.
– Даже если ты со мной не рядом, я всё равно знаю, что ты меня любишь. Для этого не обязательно всё время быть вместе.
– Спасибо, милая.
Рада, что моя малышка такая умненькая для своего возраста, но и грустно, что ей пришлось повзрослеть раньше времени. Мне остаётся лишь прикладывать все усилия, чтобы в будущем сделать её жизнь легче.
Глава 2
Для начала я попросила изготовить пирожные из бисквитного текста с кремом, подкрашенным свекольным и морковным соками, а ещё эклеры и два вида печенья. Повара работают с самого утра, поэтому к приходу художника наш холодильный шкаф набит образцами десертов.
Показываю их Даймрэ, рассказываю про каждый и предлагаю выбрать, что нарисовать сначала.
Он воодушевляется:
– Думаю, начнём с пирожных. Но я хочу уточнить по поводу эйклиров…
– Эклеров, – поправляю я.
– Точно! Если я изображу их, как есть, будет непонятно, что внутри крем. Может, стоит нарисовать целиком, а потом в разрезе?
– Отличная идея, – одобрительно киваю я.
– А я могу попробовать ваши десерты?
– Конечно. Когда устанете, можете съесть то, что уже нарисовали, а если что-то останется, Риса упакует вам с собой.
– Замечательно! Тогда я приступаю к работе. Буду делать наброски и помечать цвета, а доработаю уже в мастерской. Ещё хочу уточнить по поводу расположения в меню десертов, их названий и цен. Что думаете, если рисунок будет слева, название в центре, а цена справа?
– Мне нравится.
– Я правильно понял, что некоторые десерты выглядят похоже, но будут с разными начинками?
– Верно.
– А что насчёт стоимости?
Считаю, что цена белкового крема не должна отличаться от масляного или заварного, поэтому уточняю:
– Думаю, будет одинаковой на один вид десертов.
– Вы сказали, что все эти вытянутые пирожные «эклеры», но будет ли у каждого своё название?
– Название?
– В ресторанах принято давать пафосные наименования блюдам. Например, жареное мясо там могут назвать «Нежнейший жареный свиной бок под соусом из грибов». Ваши будут такими же длинными?
– Как-то я об этом не подумала. Минуточку.
Отправляюсь на поиски Варисы. Найдя её в гостиной, обрадованно переваливаю появившуюся проблему на её голову. Она хмурится:
– Даймрэ задал хороший вопрос. Думаю, «эклеры» будет сложно восприниматься, а если мы в названии будем упоминать вид крема, это может запутать покупателей. Может быть, белковый будет «белым», масляный – «с морковным соком», а заварной – «со свекольным соком»? И назовём не эклером, а как-то по-другому? «Закрытое пирожное»?
– Звучит неплохо. Тогда пирожные с кремом сверху можно будет назвать просто «кремовыми»; с песочной основой – «корзинкой с кремом»; те, в которых орехи – «ореховыми». А когда появятся фрукты и ягоды, добавим «ягодные».
– А печенье можно разделить по форме. Какие-то делать круглыми, какие-то квадратными, какие-то треугольными.
– Отлично.
– А ещё Даймрэ спросил, будет ли отличаться стоимость пирожных с разными начинками?
– Думаю, будет проще, если продавать их по одинаковой цене. А что думаешь ты?
– Я с вами согласна.
– Тогда пойдём сообщим художнику.
Даймрэ выслушивает нас и предлагает:
– Давайте тогда я вверху расположу название, затем нарисую пирожные с разным цветом крема, под каждым подпишу его цвет, а цену расположим в самом низу?
– Хорошо.
Из-за того, что со стоимостью пирожных мы пока так и не определились, просим оставить это напоследок. Он соглашается и уточняет:
– Мне рисовать пирожные вместе с блюдцами, или без них?
До меня доходит, что посуду для кафе мы пока не купили. А надо бы.
Вздыхаю:
– Давайте без блюдечек.
Когда выходим, делюсь новой проблемой с Варисой. Она улыбается:
– Радует, что ты вспомнила об этом сегодня, а не в день открытия. Я знаю парочку магазинчиков с хорошим выбором. Могу показать.
– Сейчас не получится. Мастер обещал, что сегодня доставит мебель. Нужно убедиться, что она такая, как мы договаривались, и расплатиться.
– Тогда я поеду с тобой. Покажу, как расположить мебель в своей спальне. Да и над остальными комнатами подумаем.
Приезжаем как раз вовремя, чтобы проконтролировать процесс переноски, сборки и установки мебели. Всё проходит гладко, поэтому уже спустя час жилая часть нашего дома выглядит гораздо более обжитой.
Затем мы обсуждаем с мастером Биззаброзом ремонт и отправляемся в посудную лавку.
Нам везёт, в первом же месте находим чашки и тарелки, покрытые эмалью нужного цвета. Вариса уточняет, можно ли дорисовать листочки на готовые изделия, и лавочница заверяет, что да. Достаточного количества посуды в наличии нет, но можно заказать, что мы и делаем. Чайные ложки и вилки приобретаем в этом же магазине и оставляем адрес для доставки.
Как замечательно, что проблема решилась, не успев возникнуть!
По возвращении домой выясняется, что художник продолжает усердно трудиться. Чашка недопитого чая и недоеденное пирожное говорят о том, что Даймрэ прерывался на перекус.
Очень любопытно, понравится ли мне его работа, поэтому прошу показать наброски. Опасаюсь, что моё недоверие его обидит, но он спокойно протягивает несколько листов:
– Я зарисовал подробно только с края, чтобы понимать, какая текстура какого цвета. Попробовал разные ракурсы и показываю самый, на мой взгляд, удачный.
Рисунки меня поражают: большая часть пирожного изображена схематично, а вот та, что он успел прорисовать, напоминает фотографию, пусть и плохого качества. Само пирожное расположено так, что видны слои и украшенная цветком верхушка. Киваю:
– У вас действительно талант. Мне очень нравится.
На щеках художника появляется румянец и он смущённо опускает взгляд:
– Спасибо.
– Не буду вам мешать. Продолжайте.
Отвожу Рису в сторону и прошу накормить Даймрэ обедом. Десерты – это хорошо, но основной приём пищи из-за них пропускать не стоит.
Пользуясь тем, что выдалась свободная минутка, отправляюсь к дочке.
Татины в её комнате нет. Смотрю в окно, выходящее в сад, и вижу родной маленький силуэт, мелькающий среди деревьев. Похоже, они с Литой и Чернышкой играют в догонялки, а Мира за ними присматривает.
Улыбаюсь. Думала, дочка будет сидеть и ждать, пока её мамочка освободится? Как бы не так. У малышки своя жизнь и есть занятия поинтереснее.
Раз уж план провести время с дочкой провалился, отправляюсь к Варисе, которая собиралась вернуться к муштре персонала.
Прихожу в разгар импровизированного спектакля: баронесса и Рансон сидят за столом, видимо, изображая клиентов, а подавальщица Биана, румяная черноволосая девушка с пышными формами, несёт им пустые стаканы и блюдца. Вариса внезапно начинает эмоционально жестикулировать, но подавальщица не теряется и быстро отступает на полшага. Затем привлекает к себе внимание:
– Господа, позвольте расставить на столе угощения, которые вы заказали.
Баронесса величественно кивает, ждёт, пока девушка расстелет салфетки, расставит тарелки и стаканы, а затем одобрительно произносит
– Уже лучше. Ты всё ещё иногда забываешь об осанке, но говоришь уверенно и уворачиваешься ловко. В будущем старайся заранее понаблюдать за гостем, чтобы знать, как его лучше обслужить… О! Аннари! Пришла посмотреть, как у нас дела? Присоединяйся! Девочкам стоит попрактиковаться в ситуации, когда за столиком больше посетителей. Сможешь изобразить капризную клиентку?
Улыбаюсь:
– Постараюсь. Вы изображаете капризных клиентов?
– Лично я – эмоциональную даму, которая активно размахивает руками во время разговора и может внезапно издавать громкие звуки.
– А я недовольный клиент, которому не нравится мой заказ, – улыбается поручик.
– Тогда сперва выступишь ты Аннари, а потом Рансон.
Пожимаю плечами, передвигаю тарелку Варисы поближе к себе и капризно кривлю губы:
– Оно точно свежее? Выглядит как-то не очень.
Подавальщица почтительно кланяется:
– Вся наша выпечка приготовлена не позднее, чем сегодня утром. Мы заботливо разложили её на витринах, где соблюдается низкий температурный режим. Но если вас не устраивает качество, могу попросить повара приготовить новый десерт прямо сейчас. Правда, придётся подождать около часа.
– Хорошо, – киваю я.
– Продолжай, – просит меня Вариса.
Развожу руками:
– Не могу придумать, к чему ещё можно придраться.
Баронесса театрально закатывает глаза и вздыхает:
– Ты слишком добра. Биана, возвращайтесь на исходную позицию, а я пока объясню госпоже Аннари, к чему можно придраться.
Объяснение много времени не занимает. Удивлённо качаю головой: я, конечно, помню о том, что люди бывают разные, но как-то подзабыла, насколько.
Баронесса зовёт девушку, и та снова начинает репетировать обслуживание столика. Вариса опять жестикулирует. А ещё пару раз в самые неожиданные моменты громко восклицает что-то бессмысленное. Я вздрагиваю, а вот подавальщица, так же как и Рансон, остаётся спокойна — видимо, она уже привыкла.
По подсказке баронессы придираюсь к тому, что столовые приборы грязные. Биана с поклоном забирает их:
– Прошу прощения, госпожа. Это мой недосмотр. Сейчас же принесу вам новые.
– Молодец, – одобрительно кивает Вариса. – Дальше.
– В меню написано, что это пирожное с ореховой начинкой. Но начинка совершенно не чувствуется, – продолжаю спектакль я.
– Прошу прощения, госпожа, что наши десерты не оправдали ваши ожидания. Возможно, вы согласитесь, чтобы наш повар приготовил вам новое пирожное и добавил в него побольше орехового крема? Но в таком случае вам придётся подождать около часа.
– А почему так много? – интересуюсь я у баронессы.
– Ты упускаешь из виду, что это может быть не единственный заказ. Кроме того, полчаса – это время, которое можно без труда подождать. А вот стоит ли ждать час, клиент уже подумает и, скорее всего, откажется. А если уж согласится дождаться и после этого попробует устроить скандал, можно смело предполагать, что его к нам подослали недоброжелатели.
– У нас же нет конкурентов.
– Возможно, и есть. Например, те, кто продаёт сладости. Или просто завистники. Мало ли. В любом случае лучше перестраховаться… Продолжим.
В дело вступает Рансон. Он отодвигает от себя тарелку и сидит с непроницаемым лицом. Биана подходит к нему и спрашивает:
– Господин, я вижу, что вы не доели пирожное. Могу я поинтересоваться о причине? Оно вам не понравилось?
Рансон кивает:
– Отвратительный вкус.
– Уточните, пожалуйста, что именно вам не понравилось.
– Оно слишком сладкое.
– Могу ли я предложить вам бесплатно другой десерт, в котором меньше сахара? Нам бы не хотелось, чтобы у вас сложилось превратное мнение о нашем кафе.
– Хорошо.
– Пару минут!
– Молодец, – одобрительно кивает Вариса. – А теперь представь, что Рансон ущипнул тебя за попу. Что ты ему скажешь?
– Я скажу, что в нашем заведении подобное поведение недопустимо. Если это повторится, я вызову охранника, и он выпроводит охальника из кафе.
– Молодец! Зови следующую девушку.
