Czytaj książkę: «Багровый лёд»

Пролог

Поместье барона Ашберг

Округ Ваялд

Альмерия

Август 1024 года

Шлеп-шлеп. Шлеп-шлеп.

Босые ступни издавали такой громкий звук во время бега, что она едва слышала свое колотящееся сердце. Холод каменного пола обжигал кожу, воздух, наполненный гарью, раздирал горло. Оторванный рукав голубого платья болтался и, словно призрак прошлого величия её семьи, несся следом за девушкой. Обнаженное плечо горело от ссадин. Губа распухла и кровоточила.

Шлеп-шлеп. Шлеп-шлеп.

Коридоры пугали своей тишиной и безжизненностью. Ещё час назад весь дом был полон криков боли и сражения. Впереди виднелась плотная стена белого дыма, который клубами валил из открытой двери гостинного зала. Все вокруг становилось размытым еле различимым в этой пелене. Девушка закашлялась, прикрыла рот рукой, стараясь не остановливаться. Там впереди единственное место, где она сможет спастись. Девушка пробежала сквозь плотную пелену дыма и резко остановилась.

За спиной раздался душераздирающий нечеловеческий крик, от которого все её тело одеревенело. Казалось выло раненое чудовище, и этот вой гулким эхом несся следом за ней. Лиори зажмурилась и закрыла уши дрожащими руками, ожидая когда всё стихнет.

“Это не моя вина… Это не моя вина…” - бормотала она, словно эти слова должны были заткнуть разрывающий сердце шум.

Печальный крик казался бесконечно долгим и пронзительным в стерильной тишине коридора. И таким громким, будто он раздавался вот тут совсем рядом. Она обернулась, но ничего кроме белого дыма не было видно.

Крик резко прекратился. В воцарившейся тишине она слышала только свое тяжелое дыхание и треск пожара. Она напрягла слух, пытаясь понять что там происходит и ей чудилось, что где-то в далеке отчетливо слышны тихие всхлипы. Лиори зажмурилась, сбрасывая с себя навождение. Подобрав юбки, она продолжила бежать вперед, оставляя позади свои сожаления.

Прошлого больше существует. Сколько раз за свои двадцать два года она себе это говорила?

Спасительная дверь оранжереи, уже маячила вдали и она с облегчением выдохнула позволив себе перейти на шаг. По щекам текли слезы, но она абсолютно ничего не чувствовала. В груди было пусто. Ей должно быть хоть немного грустно, она должна винить себя, но…

Позади послышался шум бегущих людей и она вопреки здравому смыслу застыла на месте.

— Эй, смотри! Это сука Ашбергов! — послышался мужской окрик.

Она бросилась бежать, превозмогая боль в мышцах.

— Вот же тварь!

Она слышала за спиной топот приближающихся тяжёлых сапог и лязг оружия.

— Стой, сука!

Лиори вбежала распахнутые некогда витражные двери оранжереи. Теперь створки были сорваны с петель, а разноцветное стело усеяло пол. Бесчисленные растения утопали в лунном свете, льющемся прямо из стеклянного потолка. Ноги по старой памяти направили её к любимому месту пряток. В задней стенке огромной кадки с лимонным деревом было углубление, в которое взрослая Лиори уже с трудом помещалась. Но младший брат все равно не находил её здесь. Может и в этот раз повезет.

Девушка обежала дерево и бросила взгляд на двери. Она рухнула на колени и пригнулась, залезая в углубление. Она прижала к себе колени. Тело пронзила странная боль и она закусила губу, чтобы не всхлипнуть.

Лиори бросила взгляд на увитую плющом дальнюю стену. Там в полу дверь, которая ведет в тоннель. Это единственное её спасение. Хоть бы Сиена и Элиар спаслись.

Она заметила следы, ведущие прямо к месту её схрона. Кровавые следы её собственных ступней, предательски темнели на полу. Девушка замерла. Наемники шли по ее следу.

На полу заплясал неровный свет факела. Раздался неспешный звук шагов, противно хрустнуло стекло под сапогами вошедших. Ее тело одеревенело, и она прижала ладонь ко рту.

— Где же ты, мышка? — послышалась насмешка наемника.

Она вздрогнула от звука опрокинутого горшка.

— Выходи, поиграем…

Мужчины захохотали.

Рыжее пятно света вздрогнуло и по полу поползла тень, удлиняясь с каждым шагом и приближаясь к ней. Они громили все на каждом шагу. Фарфоровые статуэтки и вазы разлетались по полу, смешиваясь с комьями земли. Мечи со свистом срезали стебли. Будто они хотели вырвать с корнем саму тишину этого дома.

Лиори зажмурилась, мысленно молясь, чтобы это поскорее закончилось. Вдруг всё стихло.

Даже, казалось, её сердце замерло. Она открыла глаза, прислушиваясь к этой неестественной тишине. Тени и свет факела куда-то пропали.

Ушли?

— А вот и наш подарочек! — сверху показалось ухмыляющееся лицо бородача.

Лиори закричала от ужаса. Пахнущие табаком пальцы схватили её за ноги и вытащили из углубления в кадке. Она пыталась встать, но чьё-то тяжелое тело тут же пригвоздило её к полу.

— Ну, успокойся, — её чуть не вырвало от запаха перегара.

Бугай сжал её запястья над головой, как бы она не пыталась высвободиться сил едва ли хватало, чтобы пошевелиться. Его шершавая ладонь залезла ей под лиф и до боли сжала грудь. Пальцы больно впились в нежную кожу, и она закричала.

Второй стоял рядом, скалясь в предвкушении.

Лиори извивалась, но едва ли могла сдвинуть бугая, который только ухмылялся и терзал ее тело, своими руками. Она устремила взгляд на стеклянный потолок и звёздное небо.

Все в этом мире возвращается.

Небо растворилось в её слезах. Тело словно одеревенело, отстраняясь от ощущения чужих рук и губ.

Тошнотворное дыхание верзилы опалило ее шею жаром. Слюнявые губы коснулись кожи, оставляя мерзкую дорожку от уха к ключице.

Бугай задрал её юбки. Прохладный воздух коснулся бёдер. Грубая ладонь схватила за колено, резко оттянула в сторону, и бугай тут же втиснулся между её ног. Рука скользнула вверх по бедру и грубо сжала ягодицу.

Он бормотал какие-то похабные, жуткие вещи, продолжая грубо мять, тереть, кусать.

Сквозь пелену слез Лиори заметила чей-то силуэт. Она моргнула. На фоне стеклянного потолка почти у её головы, действительно, вырисовывалась фигура с длинными распущенными волосами.

— Помоги… — прошептала она. — Прошу, помоги мне…

Неожиданно силуэт сделал выпад и пронзил мечом шею бородатого бугая насквозь. Лиори опустила взгляд и встретила распахнутые от ужаса глаза верзилы. Конец клинка опасно остановился, слегка касаясь её обнаженной груди. Меч с противным звуком вытащили из тела и ей на грудь полилось что-то мерзко горячее.

Лиори тряслась от ужаса не в силах ни оттолкнуть бугая, ни закричать. Она смотрела в стекленеющие глаза мужчины. Как его тело обмякло, придавливая её к полу и не давая вздохнуть.

Упираясь руками и ногами, она в панике пыталась отодвинуть бездыханное тело. Но вдруг оно само начало подниматься, освобождая её и давая спокойно выдохнуть.

Неожиданный спаситель оттолкнул бугая в сторону.

Лиори тяжело дыша, оперлась на локти попытавшись подняться.

Она заметила, что и второй наемник уже не представляет опасности и лежит у ног её спасителя. Лиори подняла глаза полные облегчения и радости, но слова благодарности застряли в горле. Луна скрылась за облаками погрузив оранжерею в ночную тьму.

Пламя факела, лежащего на земле, подсвечивало знакомые черты.

— Капитан… — прошептала Лиори, отползая от него.

Длинные волосы, мокрыми змейками спускались чуть ниже груди и скрывали правую половину лица. Её глаза распахнулись от ужаса. Она медленно начала отползать назад спиной, не спуская взгляд со стоящего перед ней мужчины.

Его грудь под разорванной окровавленной рубахой тяжело вздымалась. Его громкое дыхание заполонило тишину оранжереи.

Он переступил через факел, направляясь к Лиори. Тёплый свет остался за спиной, его поглотила тьма ночи. Он медленно приближался, волоча раненую ногу. От его офицерской выправки не осталось и следа. Правая рука плетью повисла вдоль тела, в левой он крепко сжимал меч, направляя прямо в сторону Лиори.

Он сделал ещё шаг и луна, выйдя из-за облаков, посеребрила его длинные черные волосы, острые скулы и впавшие щёки. В этой игре света с тенью она разглядела пустой взгляд живого мертвеца.

Меч со свистом рассек воздух и звякнул, ударившись о пол рядом с её ногой. Лиори взвизгнула подтянув ноги к себе. Её трясло от ужаса, и она быстрее начала отползать не в силах встать.

Мужчина неуклюже сделал несколько шагов к ней и снова ударил. Бил наугад. Не попадал. Не будь он так сильно ранен и измотан битвой, он бы не промахнулся. Клинок уже бы встретился с её плотью, навсегда оставив её здесь.

Но руки не слушались его. Удары казались хаотичными, но на деле он изо всех сил целился. В глазах двоилось. И её было то две, то три. Это всё она. Эта изворотливая сука извивалась так, что он не мог попасть. Никогда не попадал.

Звон в ушах нарастал. Ноги не слушались. Он рухнул на одно колено опершись на меч.

Лиори тут же вскочила на ноги и бросилась в сторону потайной двери. Боль последнее, что ее волновало сейчас. Добежав до люка, она нащупала на поясе ключ и дрожащими руками начала проталкивать его в замок.

Подняв глаза, она в ужасе закричала, ускорив попытки отомкнуть дверь.

Кхр-кхр-кхр.

Меч с противным скрежетом тащился за еле шагавшим в её сторону иужчиной.

Расстояние между ними медленно, но неумолимо сокращалось.

— Боже, пожалуйста! Прошу! — всхлипывала она.

Ключ проворачивался в её влажной ладони, не желая отмыкать дверь. Она снова бросила взгляд на фигуру с опущенной вниз головой. Он волочил за собой раненную ногу, на черных штанах ярким голубым пятном виднела повязку которую Лиори наложила своими руками. Крепкие руки мужчины висели, словно оборванные нити марионетки.

Не человек. Оболочка.

Но ненависть двигала его вперёд несмотря ни на что.

Кхр-кхр-кхр.

— Лиоориии! — его хрип звериным рыком прокатился в её ушах.

Она наспех обернула дрожащую руку подолом изуродованного платья и с облегчением почувствовала как замок поддается.

Послышался шум упавшего на пол тела. Меч со звоном рухнул рядом. Не обращая внимание на лежащего на полу мужчину, она, откинув крышку люка, начала спускаться по шаткой веревочной лестнице. Сырость подземного туннеля сделала ступени скользкими. Встав устойчивее, девушка потянулась за кольцом, чтобы закрыть дверь. Но что-то резко впилось ей в волосы, заставив повернуть голову.

Она закричала от ужаса, увидев перед собой перекошенное злобой лицо мужчины. Половину лица скрывали влажные волосы. Сердце девушки ухнуло в пятки. Она застыла, смотря в его глаз. Мужчина силой притянул её к себе так близко, что она чувствовала его дыхание, его рот искривила жуткая усмешка.

Лиори со всей силы укусила его за нос и он невольно отпустил её, взревев от боли. Воспользовавшись этим она принялась быстро спускаться вниз.

Она уже не заботилась ни о чём. Хотелось быстрее оказаться на земле и бежать со всех ног отсюда.

Лестница задрожала. Этот сукин сын принялся раскачивать её.

— Прекрати! Хватит! — рыдая крикнула Лиори, ускорив свой спуск по шатающейся лестнице.

Её руки соскользнули и в секундном полете она подняла голову вверх. На неё лился лунный свет, который перекрывал силуэт мужчины. Удар о землю она ощутила всем телом.

— Сдохни! - его хриплый крик это последнее, что она услашала, погрузившись во тьму.

Часть 1 Клеймо

Глава 1

Человек любого статуса, рода и

сословия, напрямую или косвенно

оскорбивший Главу Ордена, карается

казнью на месте через

обезглавливание.

<i>^{Закон 14, параграф 2. Свод законов Ордена Четырех Империй}</i>

Айсин - столица Альмерийской Империи

Май 1036 года

Столица встретила Рэна Смола дождём.

Не тем уютным провинциальным дождиком, под которым приятно сидеть на крыльце и философствовать о грядущем урожае. Нет. Столичный дождь хлестал наотмашь, каждого, кто осмелился выйти на улицу. Вода превращала его растоптанные сапоги в два маленьких болота.

Рэн стоял перед постоялым двором, задрав голову, и с восторгом разглядывал шпили.

— Ну и дыра, — с восхищением произнёс он.

Трёхэтажное здание из белого камня с арочными окнами и балконами, увитыми плющом, даже в дождь выглядело так, будто ему плевать на погоду.

Несмотря на ливень вокруг сновали люди. Здесь все куда-то бежали. Телеги громыхали по брусчатке, торговцы орали из-под навесов, стражники в серых мундирах скучали у ворот, не обращая внимания на карманников, которые работали прямо у них под носом.

Рэн поправил промокший капюшон и похлопал себя по нагрудному карману.

«Это твой билет в безбедную жизнь, — сказал Тиан три дня назад, глядя на него своим единственным не прищуренным глазом. — Найди в столице хорошего покупателя. Озолотишься, если выгорит. Не профукай».

Профукать такой шанс не в интересах Рэна. Он осмотрел пробегающих мимо людей.

У входа под небольшим козырьком стояли два охранника в ливреях цвета спелой вишни.

— Коня моего накормите, — он опустил голову ниже, — Я чертовски устал.

Едва он сделал пару шагов, как стражники преградили путь.

Один из них с выражением глубокой, смертельной скуки перевёл взгляд с лица Рэна на его потертый, линяющий плащ, потом на мокрые, разбитые сапоги.

— Доставщикам вход со стороны конюшен, — произнес он ровным, заученным тоном.

Рэн усмехнулся и сделал шаг назад, покачав головой.

— Меня ждет ваш хозяин.

Мужчины даже бровью не повели.

— Пройдите через вход…

— Плохо слышите? — Рэн поднял голову, — Я сказал пропустите.

— Господин, мы вынуждены… — спокойный тон стража ещё сильнее разозлил Рэна.

— Вы что первый день работаете?

Охранники терпеливо повторили просьбу, которую Рэн в который раз перебил.

— Имена ваши мне назовите! Я вам устрою райскую жизнь! Раз такие смелые!

Второй охранник тяжело вздохнул.

— Сперва вы представьтесь…

— Я, мать вашу, сейчас из-за вас олухов шкурой рискую! — Рэн воровато огляделся по сторонам, — Пропустите! У меня дело к вашему хозяину!

— Вас бы встретили, если бы ждали….

— А ваш хозяин отчитывается перед челядью? У меня важные сведения, если я их не донесу из-за вас… хозяин вас лично четвертует!

Стражники переглянулись. Один пожал плечами и неспешно направился к входу. Едва он дотронулся до двери как она распахнулась.

— Что у вас тут? — послышался скрипучий голос женщины.

Рэн пытался рассмотреть её из-за широкого плеча стражника, но ему было видно только подол её изумрудного платья.

— Какой-то попрошайка.

Женщина молча подала какой-то знак и страж кивнув, обернулся. Судя по решительному выражению лица мужчины, для Рэна не было ничего хорошего.

— Госпожа! — завопил Рэн, скидывая капюшон, — У меня сведения от…

Черт, как же его там…

— От Луна… Монаса.

— От кого? — смеясь переспросил женский голос.

Рэн подошел ближе, уперевшись грудью на выставленную руку второго стража. Ливень тут же намочил его рыжие волосы.

— Я скакал сюда три дня борясь со стихией, я очень устал и совсем не помню его точное имя! Он сказал прибыть в ваш постоялый двор для защиты!

Женщина продолжала молча стоять в дверях, пока первый страж шел исполнить её приказ.

Рэн отступил на шаг, смотря на возвышающегося на целую голову мужчину. Удар крепкого кулака стража пришелся прямо в солнечное сплетение. Удар был такой силы, что Рэн упав, проехавшись на спине по мокрой брусчатке. Но ему наконец-то удалось увидеть женщину.

Белое от пудры лицо не дрогнуло, даже когда она встретилась взглядом с Рэном. Страж обернулся на женщину, которая кивнула и закрыла за собой дверь.

— Раз тебе нужна защита, пойдем в управу. Там тебе найдут место для ночлега.

— Госпожа! — завопил Рэн, что есть сил перекрикивая дождь, — Просто помогите мне! Один раз!

Страж схватил Рэна за шиворот, заставляя подняться на ноги. Он окликнул заинтересовавшихся городских солдат и те нехотя уже направлялись в их сторону.

— Отпусти меня! — Рэн пытался вырваться из цепких рук.

Он ударил стража под ребра и воспользовавшись его замешательством бросился бежать со всех ног. Чертыхаясь он несся сломя голову по незнакомым ему улицам. Несколько извилистых поворотов позволили ему оторваться от погони. Тяжело дыша и убедившись, что солдаты отстали он плюхнулся на какой-то камень. Видимо они не столько потеряли его из виду сколько потеряли интерес гнаться за каким-то проходимцем.

Рэн выругался. Всегда этот план срабатывал. Сердобольные старушки, стражники небольшого ума, мольбы о помощи, никогда никого не оставляли равнодушным. Проклятая столица с черствыми людишками. Тяжело вздохнув, он еще раз отругал себя, за непродуманный план. Повелся на свою удачу и решил действовать как обычно. Теперь вход в “Облачный рай” ему заказан. Будь Тиан рядом он бы придумал что-то получше их бы точно пропустили. Но здесь он один и ему ничего не остаётся кроме как биться до конца.

Рэн провел рукой по мокрым волосам и натянул капюшон. Перспектива в первый же день попасть в темницу не прельщала.

Рэн воодушевленный целью поднялся и тут же скрючился от боли. Удар в солнечное сплетение был и правда сильным.

Глава 2

“Хранение, продажа, кража и иные манипуляции с любой частью обмундирования членов Ордена карается пытками и последующей казнью”

Закон 17, параграф 4, Свод законов Ордена Четырех Империй.

В путом коридоре эхо усиливало каждый звук. Шаги Главы Ордена, помощника Дарвела и замминистра Мориаса звучали раздражающе невпопад. Эхо множило каждый звук, будто подчеркивая отсутствие согласия даже в ритме движения.

Астил почти физически ощущала взгляд Луэра, буравящий её спину. Падальщик, учуявший кровь, терпеливо выискивал брешь. Вероятно, он уже решил, что приглашение на личный разговор связано с его намёком на мать императора Ликии. Единственную слабость, в существовании которой он был уверен.

Но мысли Астил были далеко. Весь мир сузился до одной ночи, произошедшей два дня назад. Ночь превратившая её из хищника в добычу, за которой идет охота.

Пальцы правой руки дрогнули. Она едва заметно прижала их к бедру, не сбавляя шага. Латные когти глухо стукнули о пластины. Дрожь отдавалась болью. И это вовсе не из-за казни Байтана, это отголосок чего-то более ужасного.

Глава выпрямила ноющую спину, отсекая боль, как отсекала всё, что мешало. Использовать повреждённую руку во время казни было жесткой необходимостью. Слишком многие наблюдали за ней. Она мысленно проклинала себя, за то что так и не научилась наносить удар левой рукой. Если бы рука дрогнула это показало её слабость и она подарила бы козырь врагам. Таким же стервятникам, как и Луэр.

В Главной галерее было многолюдно, если считать стражей Ордена за людей. Длинное полу мрачное помещение с одной стороны выходившее в сад, пышущий весенним теплом, с другой соединявшее проходы в многочисленные залы заседаний и двери в кабинеты.

— Вы усилили охрану? — заметил Луэр, озираясь на стражей, которых было в два раза больше обычного.

— Просто некуда девать солдат, — спокойно ответил Эйн.

— Зачем так много? — Луэр хмуро осмотрелся на сплошную стену солдат и, идущий им навстречу, отряд, патрулирующий дворец.

— Вы хотите обсудить приказ Главы? — насмешливо ответил Эйн.

Мориас бросил взгляд на спину, идущей на пару шагов впереди, Астил и оставил свои домыслы при себе.

— Правду говорят, доспехи Ордена впитывают свет, — голос Луэра эхом разлился по коридору.

Воинов действительно было так много, что они сливались в сплошную, зловещую стену, напоминая стаю исполинских воронов.

— А ещё говорят они выпивают душу, — хмыкнул Эйн, — а если увидеть в полнолуние лицо Главы, то можно ослепнуть… вы верите во всё что слышите?

— У слухов всегда есть причина, — Луэр бросил взгляд на исполина-помощника, за шагом которого он едва ли поспевал. — неужели они правда настолько удобны в бою, как о них говорят?

Луэр с мальчишеским любопытством рассматривал доспехи Эйна.

Глава слышала их разговор и бросила взгляд на стражей.

Много лет назад, когда она впервые надела эти доспехи, то и предположить не могла всю их тяжесть. Тяжесть власти и ответственности.

В отличие от громоздких доспехов простых солдат, броня Ордена была чудом кузнечного искусства. Лёгкой, не стесняющей движений, и при этом прочней закалённой стали. Для мальчишек это несбыточная мечта, для генералов — предмет чёрной зависти.

Поэтому состав сплава доспехов и оружия Ордена является строжайшим секретом. Рецепт выведен поколениями кузнецов Альмерии и известен только главам оружейной гильдии. Но появились первые подозрения, что секрет стал известен кому-то ещё. И к этому причастен Байтан.

— Может подбросить вам несколько комплектов, чтобы вы внимательнее их рассмотрели и примерили?

Луэр невольно остановился.

— Я вам, дорогой друг, не сделал ничего плохого, — покачал он головой, — Закон должен защищать, а не становиться орудием для того, чтобы убрать неугодных.

Глава мысленно хмыкнула, услышав возмущение Мориаса. Старый пройдоха прекрасно знал “Закон о защите тайны Ордена”. После Первой Смуты нужно было усилить власть Ордена и предотвратить кражу ценной информации. Но закон давно превратился в идеальную схему сведения счетов. Нужно убрать вельможу, чьи налоги слишком велики, а дочь слишком красива? Подбрось ему в сундук перчатку солдата Ордена и через неделю голова “виновника” украсит ворота. Никто не спросит, откуда взялся доспех.

Это всегда прекрасно работало.

Эйн замедлил шаг, пройдя немного вперед.

— Я просто хотел помочь вам удовлетворить ваше любопытство.

Мориас ускорился, догоняя помощника.

— Оставьте свои доспехи Ордену. Вам бы лучше обеспечить безопасность перевозок, а не пугать честных людей.

Астил нахмурилась. Каждый доспех, каждый меч был на счету, его номер вносили в реестр. Клеймо мастера-оружейника поставленное на неучтенном оружии могло стоить жизни.

Товар, который перевозил Байтан, имел номерной знак, но не числился ни в одном реестре. Оружие словно материализовалось из ниоткуда. Если его куют без записи в реестре, значит, можно убить без разрешения Ордена. У кого-то есть доступ к ресурсам и мастерам. И все делается без ведома главного контролирующего органа.

Безупречная система, работающая более трех веков, дала сбой.

— Честные люди не бегут к Главе Ордена со списком мятежников, — осадил его Эйн.

— Напомню вам, что этот список, защитит Главу Ордена, — высокомерно парировал Луэр.

Ирония судьбы жгла Астил изнутри: теперь она сама стала угрозой.

Лекарь поклялся, что через два-три месяца, а может и раньше не останется даже шрама. Идиот. Он даже не предполагал масштабы повреждения на её руке. Знал бы, ни за что не клялся своей головой.

Астил с ухмылкой прикинула, сколько дней осталось до того как голова лекаря станет достойным украшением её спальни. И горько отметила, что больше всего на свете она хотела, чтобы лекарство и правда было чудодейственным.

За полгода от шрама не должно остаться и следа. Иначе...

Смотря на сомкнутые ряды солдат, Астил впервые с ужасом осознала, что чувствовали те, на кого Орден обращал свой вездесущий взор.

В Четырёх Странах шептались: «Увидел ворона - молись. Если ворон посмотрел на тебя, твой дом уже не спасти». Солдаты Ордена могли обрушиться на кого угодно. Её рука предательски задрожала. Для Астил солдаты Ордена больше не защита. А угроза, которая в любой миг могла обратиться против неё самой.

На дозорных башнях, виднеющихся в арке галереи, несли службу стражи Ордена. И правда как вороны.

Слаженные движения результат многолетних тренировок. Глава Астил с горькой усмешкой вспомнила, как десять лет назад сама прошла обряд Посвящения.

Для вступления в Орден, не нужно клясться императору или богам. Нужно лишь одно: уничтожить всё, что связывало с прошлым.

Имя. Род. Воспоминания.

Гарантия того, что ты не предашь, потому что тебе нечего терять.

Орден не держит тебя цепями. Величайшей силой Ордена был не секретный сплав, а абсолютная, выжженная дотла душа, не знающая ни жалости, ни сомнений.

И вся эта многовековая система, весь нагнетаемый ужас разбивались о чокнутую смелость незваного гостя, забравшегося к ней в спальню два дня назад. Жуткие истории о непобедимости её солдат, оказались сказками, которыми пугают детишек.

Её внимание привлекли открывшиеся двери справа. Оттуда вышла группа слуг Главы Ордена. Шествие вел главный евнух Ифеус.

— Поприветствуйте Главу Ордена, — послышался высокий голос евнуха.

Десять верных слуг Астил одновременно повернули к ней головы. Хотя их глаза ничего не видели и их скрывали серебристые повязки, но страх прошелся дрожью по её коже. Они молча низко поклонились в сторону Главы.

Астил, не сбавляя шага, приняла приветствие легким кивком.

Обезболивающие мази слабели, и рука начинала пылать. Она стиснула зубы. Ей мерещилось, что от ожога исходит тошнотворный запах подпаленной плоти, который слепые слуги точно учуют.

Клеймо терлось о ткань и каждый шаг едва не заставлял её кричать. Глава сдерживала слезы и благодарила Небеса, что её лица не видно за маской. Но физическая боль была ничтожна по сравнению с другим.

Страх перед слугами.

Слепые и немые с рождения или из желания родителей заработать, эти люди были к ней ближе всего. Их пальцы, привыкшие читать её тело как карту, теперь могли нащупать предательский шрам. Единственные перед кем она не боялась снимать доспехи, теперь пугали её больше всех. Момент, когда она могла быть просто человеком и расслабиться, превратился в ужас перед разоблачением.

Враг отнял у неё покой.

Она мечтала о том дне, когда сбросит маску. Скажет свое настоящее имя. Сможет выйти за любимого. Придет в Зал предков и встанет перед пыльными портретами родных. Не как Глава Ордена, а как она сама.

А теперь?

Как доказать, что она не вассал хана? Кто поверит, что женщина с клеймом ясаравов не предатель?

«Если скажу правду, меня казнят за государственную измену. Если скрою, умру в этой броне, так и не вернув своё имя».

Двенадцать лет назад, Астил заключила самую выгодную для себя сделку. Она скрепила договор своей клятвой и кровью сотен тысяч людей. А всё, чего она желала тогда, это власть для защиты того, кто был ей дорог.

Простой крестьянин как-то узнал про клеймо. Теперь найти заказчиков перевозки стало для неё личной целью, прикрытой благородной причиной "для восстановления справедливости".

Надо найти веские причины убийства Байтана, чтобы у Тайного совета не возникло вопросов к Главе.

Рука болела всё сильнее.

Если Мориас не предоставит убедительной информации о тех, кто замышляет мятеж, Глава была готова избавиться и от него. Прямо на месте.

Погруженная в свои мысли, она не заметила, как зашла в кабинет, сильно опередив своего помощника и заместителя министра.

Тяжелая дверь захлопнулась и Астил прислонилась к холодной древесине. Цепи на короне зазвенели, от едва сдерживаемой дрожи. Плечи опустились.

План, вынашиваемый полтора года, рухнул в одночасье. Она в досаде ударила рукой по двери. Раздражающий звон повторился.

Астил со злостью стянула с себя корону и едва не запустила её об стену, но тут же застыла. Мориас и Эйн вот-вот войдут.

В полумраке кабинета её взгляд упал на массивный позолоченный шкаф со стеклянными дверцами. Глава медленно подошла и положила корону на полочку. Хрупкую, но при этом довольно увесистую. Закрыв дверцы, Астил замерла, увидев в отражении ужасную безликую маску. Она положила руку на отражение. Теперь это её единственная защита и пожизненная тюрьма.

Теперь ей либо править изнутри этой железной маски до конца своих дней. Либо найти способ выбраться отсюда как можно быстрее.