Czytaj książkę: «Я дотянусь»

Ихон впервые не пришел на закат, и солнце, будто озабоченное его отсутствием, садилось как никогда медленно. Я шагала из стороны в сторону, пытаясь затоптать тревогу. Глаза искали мужской силуэт, вглядываясь в мрачные деревья. Ноги рвались на поиски Ихона, но был ли в этом смысл, если Ихон за пределами моего радиуса? Как жаль, что есть только маленький кусочек земли – пересечение наших окружностей, и только в нем мы можем быть вместе.

Бездействие походило на пытку. И я пошла на север, вглубь радиуса Ихона, сделала всего несколько шагов, как шепь зацепилась за что-то неизвестное, словно пыталась остановить меня. Я нащупала начало шепи на задней стороне шеи и повела рукой вдоль шепи, словно держалась за веревку, сделала несколько шагов назад и опустилась на корточки, пока не наткнулась на ветку, которая зажала шепь. Я отбросила ветку и пошла вперед: шепь эластично тянулась c каждым шагом.

Шея заболела быстро – словно маяк, она показывала, что я достигла крайней точки радиуса. С ощущением легкой боли в шее от натяжения шепи я шла дугой вдоль границы своего радиуса и безнадежно выкрикивала имя Ихона, высматривая его среди низких деревьев, кустов и камней.

И вдруг Ихон выскочил из-за поворота. Он выглядел потрепанным: темные волосы взъерошены, грязь впиталась в кожу рук и лица.

– Что случилось? – встревоженно спросила я.

– Я победил! – ликующе воскликнул Ихон. Я почувствовала его возбуждение. – На меня набросился зверь. Вцепился в горло, а я схватил нож и проткнул эту тварь. Зверь ослабил хватку, я отшвырнул его, и он убежал в лес. Я так и не понял, кто это был.

Бодрый голос Ихона вновь внушил мне спокойствие.

– Я испугалась, ведь ты не пришел. И мы пропустили закат…

– Мы еще успеваем!

Ихон схватил меня за руку и потянул за собой. В отличие от меня, он хорошо исследовал радиус, обнаружил тайные проходы и знал кратчайший путь к любой точке своего радиуса. Он шагал так быстро, что мне приходилось бежать. И только когда мы вышли к морю, Ихон замедлился и повернул к камням.

Я с криком отскочила обратно в свой радиус, схватившись за шепь. Резкая боль сковала шею, будто в кожу впился ошейник с иглами внутри.

– Что с тобой? – спросил Ихон.

Я растерянно смотрела по сторонам в поисках ответа.

– Здесь заканчивается мой радиус, а наши камни вон там, – я указала на похожие камни неподалеку от нас.

Теперь растерялся Ихон.

– Значит, мой радиус увеличился, – осознал он.

– Насколько растянулась шепь? – спросила я сдавленным голосом.

На лице Ихона заиграла азартная улыбка. Я стояла одна, наблюдая, как Ихон спускается к морю. Оборачиваясь, он махал руками, словно говорил: «Я могу зайти даже сюда». Я следила за каждым его шагом, надеясь, что это последний, но после каждой остановки Ихон шел дальше.

Стоя у воды, он что-то прокричал мне, но я не расслышала. «Надеюсь, это все?» – в очередной раз подумала я. Но Ихон разделся и вошел в море.

Руки дрожали от зависти. Я сделала маленький шаг к Ихону, но шепь остановила меня.

Ихон не спешил возвращаться. Солнце окончательно село, сумерки сменились ночью, а я одиноко ждала на камнях.

– Море – такое блаженство! Но вода слишком соленая, – поделился он. – Я не дошел до границы радиуса. По земле я зайду еще дальше! Чего молчишь? Устала?

Я кивнула. Было больно и грустно, но не было слов, чтобы объяснить почему.

***

Мы провожали следующий закат.

– А на северо-востоке есть гора, – рассказывал Ихон. Он свел ладони так, что его руки соприкасались пальцами и пальцы смотрели в небо.

– Как крыша? – спросила я, с любопытством разглядывая руки.

– Нет, гора выглядит как огромный камень! – Ихон провел руками над собой, очерчивая в воздухе большой овал, заостренный сверху. – А еще я встретил там девушку – она, как и ты, такая же улыбчивая. – Тело сжалось, и я перестала улыбаться, но Ихон продолжал, не замечая: – Она столько интересного рассказала. Так хочется увидеть своими глазами! Завтра продолжу открывать новый радиус. Сначала пойду на восток, буду там растягивать шепь, – решил Ихон.

– А как же я? – спросила я с тревогой, опасаясь, что он пропадет на несколько дней. Я почувствовала себя муравьем, ничтожным и мелким, не способным взглянуть вверх, ограниченным земной плоскостью так же, как я была ограничена радиусом шепи.

– Чего грустишь? А как это было до нашего знакомства? – спросил Ихон с улыбкой.

– А вдруг что-то случится…

– Давай я намотаю веревку: один конец на пояс, а второй – вокруг дерева. Если что-то случится, ты дернешь за веревку, как за шепь.

– Так намотай шепь, – предложила я. Хотелось, чтобы частица Ихона осталась со мной.

– Нет. Тогда мне не хватит длины, и шепь остановит меня раньше границы радиуса.

Он был прав, и я согласилась на веревку.

***

Все утро казалось, что Ихон где-то рядом. От мрачных мыслей отвлекала незнакомая мелодия. Она доносилась с юга, задавая новый ритм птицам. Звук становился все ближе и четче, а я перебирала в голове соседей, гадая, кто из них обзавелся музыкальным инструментом.