Czytaj książkę: «Во имя надежды»

Во имя надежды

Никулин Илья Сергеевич

Предисловие

“Прежде чем ты изменишься, что-то невероятно для тебя важное должно оказаться под угрозой”. Ричард Бах.

Я, даже и не знаю толком с чего начать. Куда залез, на что надеюсь, этого и сам понять не могу. Единственное, что я прекрасно знаю – это желание писать, и один долгий вопрос, который крутиться на протяжении долгого времени у меня в голове. И в этой рукописи, я постараюсь прежде всего для самого себя на него ответить. Будет ли это небольшая новелла, может рассказ, повесть, если даже не целый роман. Но в любом случае, настроен я однозначно серьёзно, и работу я эту обещаю завершить, во что бы мне этого не стоило. Ведь эта книга – самая большая гордость, которую я только могу возыметь. Но соглашусь, довольно лишней напускной лирики. Хочу представить вам своё первое произведение, написанное самым обыкновенным человеком, желающего ответить на один очень личный, и крайне деликатный для него вопрос.

Часть 1

Август 2022-ого года. Молодой, недавно только ставшим совершеннолетним юноша по имени Евгений, готовиться для отлёта в Германию, для получения образования и поисках лучшей жизни.

Семья нашего героя, жила в глубинке Петербурга. В ипотечной трёхкомнатной квартире, находящаяся в доме с облезшими фасадами, выцветшей краской и потёкшей крышей, определённо отсылавшей к зданию давно-потерянного советского жилищного фонда. В самой квартире которой, из детей помимо самого главного героя, жили ещё две его маленькие сестры. Мама с папой как могли, старались прокормить своих детей, давая им тёплый кров и хорошее образование. Пока отец работал дипломированным и экспертом по противопожарной безопасности, зарабатывая по 40 тысяч рублей в месяц, мать работала секретарём, где и её муж, получая 20 тысяч рублей ежемесячно.

Семья не бедствовала, но на особые изыски рассчитывать не приходилось. Максимум что они могли себе позволить, это раз в год поехать куда-нибудь на море, а если даже так не получалось, то выезжали загород на небольшое озеро или к бабушке с дедушкой в деревню по линии отца.

Глава семейства был умным и расчётливым человеком. Всегда составлял планы на будущее, имел некие сбережения и вёл учёт всевозможных затрат и доходов. Но из-за несильно-высокого заработка, денег хватало только на оплату квартиры, еды и заправить машину. А те немногочисленные деньги, которые у него оставались, он всегда старался откладывать в копилки и тратить на исключительно нужные вещи. Науки и искусства его особо не интересовали, а потому развалившись на своём любимом диване, предпочитал проводить вечера за просмотром комедийных сериалов.

Мама же, являлась классическим олицетворением русской женщины. Только ей исполнилось 18-лет, то сразу появился её первенец по имени Евгений. Без образования и рабочего опыта, она сразу пошла на работу в пожарную часть, где работал её первый муж разбираться с бумагами, чтоб обеспечить сытое детство своего малыша. Сама по себе является любящим, заботливым, но довольно строгим родителем, который всегда от всех требует только самого наилучшего результата.

Когда Евгению было десять лет, у него появились две сестры. Они пока из себя ничего особенного не представляют. Обычные дети как дети. Которые бегают себе во дворе, играют и радуются жизни.

Но что касается самого Евгения? Что из себя представялет главный герой?

Раннее детство не сказать что было совсем безоблачным. Когда ему было всего два года, то его отец ушёл из семьи, оставив совсем ещё молодую женщину наедине со своим чадом. Естественно, пока мать была на работе, ребёнок не мог оставаться дома наедине самим с собой. Поэтому, пока он не достигнет достаточного возраста для похода в садик, за ним смотрела бабушка, которая жила вместе с мамой и её сынишкой, не спуская глаз с этого негодника. Но был один довольно серьёзный нюанс – бабушка Евгения не могла встать с кровати, так как была парализована незадолго до рождения внука из-за того, что у неё отказало левое полушарие мозга. Но она как могла, старалась смотреть за ним, потому что любила и ценила его, хотя порой было довольно тяжко. А деда по маминой линии у него не было, так как он сам рано покинул их семью. Из-за чего, и так в непростые для всей страны времена, бабушке Евгения приходилось ещё не слаще.

И вот, наконец, прошёл долгожданный год. Он как и планировалось, пошёл в детский сад. Если по будням он был в садике, и мама успевала его забрать домой после рабочего дня, то по выходным, он очень часто оставался у бабушки с дедушкой по первой папиной линии, которые любезно брали его на выходные каждую неделю. А бабушка с дедушкой у него были, что ни на есть замечательными людьми. И поиграют и накормят, если надо спать уложат, чем сильно помогали очень устававшей после работы матери. Но отдельную благодарность нужно изъявить деду, так как он с ранних лет обучал ребёнка основам грамотности, счёта и особенно чтения, тем самым прививая Жене любовь к литературе и знаниям.

Они уже с тех времён уже как лет десять были на пенсии. Роль делилась по такому принципу, что бабушка была хранительницей очага, везде убиралась, готовила еду и в большинстве случаев сидела с внуком. А деда, хоть и мог целыми днями сидеть дома и жить на пенсию, ещё задолго до этого, если быть точнее, в начале девяностых, основал своё собственное импортное предприятие по продаже огнетушителей и ремонту электро-техники, которое было вполне успешным, принося в семейный бюджет солидный доход. А потому, с финансовой стороны у них всё было в порядке. Да вот только из-за работы, он даже в выходные дни, приходил домой к пяти часам вечера и не раньше. Но это не мешало ему даже крупицу своего времени отдавать внуку, что бы обучить ему чему-нибудь новому и полезному.

Прошло три года после смерти отца Евгения и мама встретила другого человека на своей же работе, с которым вскоре связала себя узами брака. Поначалу, он показался Евгению странным и даже немного страшным, но после недлительного времяпрепровождения наедине, оказалось, что новый папа является хорошим человеком, который заботился и любя воспитывал нашего героя. Правда, ровно до того момента, пока не разглядел в Жене одну интересную перспективу.

Виктор, как звали нового отца Евгения, являлся немцем по национальности и когда рухнул Советский Союз, то большинство его родственников переехало из России в Германию. Но семья Виктора осталась там, где она есть, потому что не желали переезжать на новое место, где у них нет абсолютно никакой почвы под ногами. Может они и не жили очень богато, но еда всегда была на столе, и было в чём выйти на улицу. А в те суровые постсоветские времена этого уже хватало для счастливого существования. Живя в деревне, родители Виктора зарабатывали на продаже овощей и фруктов, вместе с мясом мелкого рогатого скота, откладывая понемногу с каждой выручки, что бы отправить своего сына в Петербург для получения образования и поисках лучшей жизни.

По приходу домой, он увидел то, с какой поразительной лёгкость и интересом, он пишет, читает и запоминает новую информацию. А поэтому, в его голове зародился план на нашего героя, как он мог вытащить их из рутинной ямы и наконец, зажить полноценной жизнью.

Он работал всю свою сознательную жизнь. Сначала в деревне, затем в школе и училище, а после и на работе, что бы прокормить себя и позже свою новую семью. Но каждый день ему приходилось сталкиваться с одним и тем же: идти на работу, где ему необходимо было по большей части возиться с бумагами и проверкой техники. А затем ехать домой изо дня в день после работы, которая уже сидит в печёнках, в конце месяца получать зарплату, оплачивать все налоги с едой, и так дальше по кругу, что согласитесь, несомненно вгоняет в тоску, уныние и нарастающее депрессивное настроение. Ну а раз в год съездить на море, и это при том если повезёт, конечно приятно, но он знал что может больше и что самое главное, хотел больше.

Он не хотел переезжать в Европу, хотя спокойно мог это сделать. Его относительно окружения устраивала жизнь в России. Люди, работа с зарплатой, язык и банальный страх за чуть-что неудачный переезд в другую страну практически без ничего. Все эти факторы удерживали его на родине, не давая в его голове прорости семени идеи, о личном переезде к другим родственникам в Европу. Только вот на счёт заработка, он оставался довольно разочарован, а потому, самым верным и перспективным вариантом – это отправить своего сына учиться, для дальнейшего получения образования, затем работы, и вследствие гражданства. Что бы, во-первых выполнить свой отцовский долг и поставить на ноги своего приобретённого выходца, а во-вторых, что бы тот отблагодарил его за все старания и впоследствии помогал семье материальными средствами.

“Как я смогу это сделать?” – задал сам себе вопрос Виктор. Ведь на его плечи снеслась такая тяжёлая задача. Но у него был один фактор, который очень благоприятно играл ему на руку. Это возраст Евгения и то, что ему было всего пять лет. То есть, у него ещё нет своего личного мировоззрения, способности критически мыслить и анализировать ситуации в которых находится. У него были все шансы, что бы воспитать именного того человека, который ему был нужен, именно тот, кто вытащит их всех из глубокой финансовой рутины. И после тщательных размышлений, он создал план по воспитанию “идеального”, по его мнению, человека, который будет способен носить гордое звание, “идеальный” человек.

Мама, вместе с бабушкой и дедушкой должен отметить, не были особо против, а даже напротив, активно поддерживали данную инициативу воспитания. Ведь всё это проходило под маской заботы и беспокойства о светлом будущем ребёнка.

Прежде всего, он создал зону пассивного давления, в которой мальчик должен был часто думать о “Главной цели”. Виктор рассказал об этом всем своим друзьям, родственникам, дедушке с бабушкой, чтоб когда они встречались вместе, они говорили ему о будущем, как это важно и как мы все верим в тебя и возлагаем большие надежды. Деда с бабой, во время тихих застольных посиделок, могут тоже пустить слово о будущем, где будешь учиться и куда поступать. И все эти вопросы, убеждения, слова о вере, надежде и будущем, как клещ вцепившийся в ногу, засели в голове Евгения и не отпускали на протяжении всего детства.

Второе – это рассказы о родственниках в Германии, которые переехали после развала Союза. Как они там хорошо живут, работают и радуются жизни, но добились они этого, благодаря тому, что хорошо учились и в детстве слушались родителей.

Третье – он нагнетал ему чувство вины за каждый хоть маломальский просчёт и провинность. Тем самым, прививая ему идеалы исключительно совершенного результата и искоренения всех возможно допустимых ошибок в будущем. Не выключил воду пока чистил зубы, уронил яблоко, не смог прочитать необходимое количество слов в минуту, хотя до необходимого результата оставалось всего ничего. Все эти казалось бы на первый взгляд мизерные мелочи, в последствии перерастали в повышенный тон отца с матерью, заставляя его для начала исправить все его недочёты, а уже после последовал разговор о важности идеала, без которого тот бы ничего не достиг. Результатом такого отношения, через пару лет стало, минимальное количество просчётов и ошибок, а даже если они совершались, то Евгений ещё долго бранил себя за допущенные неудачи.

Четвёртое – тоталитарный контроль каждого шага, каждой мысли и каждого движения. Евгений рос в эпоху развитого Интернета, а поэтому, нужно было следить буквально за каждым касанием, за каждым комментарием и за каждым видео, на которое он заходит и собирается смотреть.

В основном, ему показывали ролики о великой и процветающей Германии, как там всё замечательно, люди живут счастливо и вообще души не чают.

“Если будешь слушать меня с мамой и хорошо учиться, то ты обязательно туда поедешь” – говорил ему тогда отец.

Но к несчастью для родителей, когда один раз они его оставили за просмотром одним из таких видеороликов, после конца высветилась реклама видеоклипа одного из исполнителей этого ресурса. И это был тот случай, когда в голове нашего героя что-то моментально щёлкнуло. Может он не понимал смысла и большинства слов, кто это человек и почему он показался, хотя он на него вообще не нажимал. Он тогда просто вслушивался в саму мелодию и музыку, которая в тот момент от ушей до пят пронизывала его тело, вызывая мурашки и желание подпевать под мотив.

После данной песни, он уселся за листок бумаги и начал в мотиве того произведения, писать свои собственные мысли в рифму о той песне, её музыке и виде человека который её исполнял. Может половина слов и вовсе не были в рифму, но внутреннее состояние Жени, говорило ему о том, что он чуть ли не приемник и наследник творчества самого Вивальди.

Когда он завершил своё музыкальное сочинение, он быстро ринулся к маме, которая была на кухне и готовила ужин. Он попросил её остановиться и послушать, чтобы та оценила всё гениальность его титанических страданий. После прослушивания которого, мама с интересом задала лишь один вопрос: “И как ты додумался до такого?”. Евгений ответил о том ролике, том человеке и музыке, которую он услышал и что именно она, вдохновила его на создание своего написания.

“Всё ясно” – в ответ недовольно сказала мама. После пошла к ноутбуку и забрала его, что бы он снова не наткнулся на нечто подобное, и смотрел он потом ролики вдвоём под её личным присмотром. Ну а что по самому авторству Евгения, мать ответила как-то так: “Отлично, замечательно, только в голове у меня остаётся один вопрос. Сможешь ли ты обеспечить свою жизнь на этом? Разве эта песенка сможет приносить тебе деньги и возможность на счастливое будущее? Разве таким ты хочешь стать, глупым клоуном который поёт непонятно что?”.

Промолчал на этот счёт смущённо Евгений, не сумев подобрать необходимых слов. “Вот и я о том же. Нужно найти нормальную специальность, а не заниматься мурнёй”. – на последок сказала мать.

Не проронив ни слова после, он просто ушёл обратно в зал, перед этим отдав свой листок с сочинением маме. Как только тот вышел из кухни, мама, с сочувствующим взглядом смотря в след уходящего расстроенного сына, не в коем случае не выкинула его небольшой листочек собственных сочинений. Положив в карман поглубже, та с нотками грусти в голосе сама себе ответила: “Всё это я сделала ради тебя. Прости меня. Надеюсь, когда-нибудь, ты поймёшь”.

И более о публичной тяге к творчеству у него и мысли не возникало.

Проходит год, затем второй, и таким планомерным шагом, Евгений отправляется в школу. Учился он хорошо, исключительно на одни пятёрки. Да-вот только по началу, школа очень сильно подкосила репутацию Жени, как самого “идеального” человека. Он был в классе далеко не первым, но и не сказать что прям совсем от всех отставал. Учился он вполне себе на достойном уровне, исключительно на 4 и 5. Но маму это совершенно не устраивало. И поэтому, она решила самолично взяться за обучение своего сына.

Прогоняя заново все темы по программе, повторяя всё дома и немного забегая наперёд, то, что он был самым смышлёным и находчивым учеником, это не говорить ничего. Не было ни единого вопроса, ни по единому уроку, на который бы он не поднимал руку. От чего разумеется, учителя хвалили его, ставили в пример, а в дневнике стояли столь желанные и долгожданные наивысшие оценки.

По прошествии пары лет такой практики, Евгений уже самостоятельно приходил домой, делал уроки и прогонял материал на перёд, что оставляло его в статусе лучшего ученика, ещё очень продолжительное время.

Но остаётся один вопрос: “Какой ценой достигалась вся эта успеваемость?”.

Ответ: “Большой”.

Он просто боялся не сделать домашнее задние а назначенное время. Так как во втором классе, он за весь день, посмел наглым образом, вместе с бабушкой не выучить стих по литературе. И из-за этого, а так же из-за того, что у мамы в тот день по иронии судьбы было плохое настроение, он получил смачных три удара ремнём по мягкому месту, которые здорово отпечатались не только на его теле, но ещё и в голове. С той поры, Евгений всегда исключительно вовремя, стараясь не совершить не единой ошибки, выполнял все заданные ему домашние уроки. Что в последствии отпечатается на нём, до самого конца жизни.

Если затрагивая тему школьной внеурочной жизни на переменах, говоря то, что он был серой мышкой сидящей тише воды ниже травы, то это не говорить ничего. Сам он по себе являлся необщительным и спокойным мальчиком, который толком за переделы парты старался не выходить. Когда его просили помочь с уроками, то он молча помогал, ну а если кто-либо из ребят хоть изредка, но обращался с вопросом, то он коротко и чётко отвечал “да” или “нет”. И единственным, чем он мог себя занять во время перемены – это рисование в своей тетрадке персонажей из мультфильмов, которых он запомнил, пока просматривал с ними киноленты с разрешением родителей.

А виной тому, как несложно догадаться, его отец. Он внушил ему мысль о том, что друзья тебя только замедляют, они потянут тебя на дно и ты лучше других.

“Добиться успеха, можно только своими руками”– говорил он ему тогда. А делал он это по той причине, потому как боялся, боялся, как бы он не связался с плохой компанией и не дай бог не набрался вредных привычек, способные разрушить все его планы на счастливое будущее.

“Помни правило двух С. Надейся на Себя и Семью” – создав он для него такое правило, внушал ему его с такого раннего возраста.

Говоря о личной жизни, то считайте, что её практически не было. На телефоне была установлена прослушка, датчик движения и режим просмотра, дабы знать где он, с кем он и когда говорит, а также видеть всё то, чем он занимается в интернете. Компьютер разрешали включать только с разрешения. И единственное что он на нём разрешалось делать, это искать материалы к домашней работе и смотреть угодные родителям фильмы и мультфильмы.

Из развлечений у него были прогулки с отцом. На которых они ходили по парку и кушали мороженное, рассказывая о том, что когда он отучиться и найдёт хорошую работу, мы сможем ходить так по парку и есть мороженное хоть каждый день. Но в те моменты, Евгений его практически не слушал, а лишь только с наивной детской улыбкой на лице, наслаждался теми немногочисленными моментами счастливой юности. А если повезёт, то могли даже зайти к бабушке с дедушкой на ужин и разговорные посиделки, благо они жили не особо далеко.

Годы шли, и когда ему исполнилось 13 лет, то в его жизни произошло два важных изменения.

1) Родители искали информацию про обучение в университетах Германии и выявили два крайне любопытных аспекта.

1.1) Как ни странно, обучение проходит на немецком языке, пока сам Евгений не знает из него ни единого слова.

На государственном сайте пишется, чтобы обучаться в университетах Германии, необходимо знать язык на уровне минимум вышесреднего. И чтобы это доказать, необходимо сдать подтверждающий этот самый уровень тест. На сайте также пишется, что специально для иностранных студентов, они создали специальные школы, которые за год обещают обучить студента немецкому языку. Но вот беда. Обучение на 9 месяцев по подсчётам стоит в районе 9000-ти тысячи евро, а для семьи среднего достатка, где из суммы свободной суммы оставалось буквально несколько тысяч, это была исключительно неподъёмная сумма.

Тогда, не отчаиваясь, отец быстро встал и уверенным тоном сделал объявление для своей супруги:

“Мы обучим его немецкому языку”. После чего сел и вновь взялся за размышления. Благо, интернет был оплачен и местные магазины с библиотеками обладали всей необходимой литературой. А это означало, что найти полезные знания можно было и без особых усилий.

Они просмотрели множество методик как именно изучать язык, и перебрав огромное количество вариантов, нашли самый верный и самый подходящий.

Отец был целый день на работе, а в глубине вечера приходил домой весь уставший, словно выжатый как старый искушённый лимон. Следуя из этого, вся надежда оставалась только на маму. Благо, у неё был неполный рабочий день. Вследствие чего, она могла спокойно прийти домой, сделать все домашние дела и часик другой позаниматься со своим сыном столь необходимым немецким языком.

Но что до самого Евгения? Был ли он яростно за или категорически против этого предложения?

“Хорошо” – сказал он в ответ на это предложения. Без эмоций, без гнева, радости, просто “Хорошо”. Он любое предложение и просьбу воспринимал как закон. А потому, даже в теории никто не мог предположить, что он скажет своё твёрдое и категорическое “Нет”.

От ныне каждый день по завершению всех уроков, на час-полтора, Евгений с матерью занимались изучением немецкого языка.

По началу, они начинали с простого. Просматривали и изучали алфавит, затем постепенно тренировали технику чтения, после занялись основами грамматики, и так постепенно, понемногу повышая сложность, изо дня в день, они старались в последствии всех всех уроков сесть, и хотя бы часик другой позаниматься изучением немецкого языка.

1.2) Школьники учатся в учебных заведения Германии ровно 13 лет, вместо одиннадцати как в России. А из этого вытекает, что только со знанием языка Женя сразу в университет поступить никак не сможет. Ему, как и всем другим иностранным студентам, необходимо пройти специальные подготовительные курсы. Что-то типа колледжа до университета, дабы подтвердить готовность обучаться в немецких вузах.

Эта новость стала откровением для родителей, но на всех сайтах для поступающих, пишут об этом обязательном особом колледже, который именует себя как Штудиенколлег, помогая иностранным студентам доучить всю школьную немецкую программу. А потому, деваться не куда, с полноценным университетом придётся немного припоздниться. Благо, этот колледж является практически бесплатным, и для него необходимо будет обойтись лишь особо небольшим студенческим взносом.

2) Второй случай берёт своё начало тремя годами ранее до первого.

Ноябрь, семь вечера, за окном минус 10 градусов ниже нуля. Как-то раз, возвращаясь со школы домой, Евгений увидел возле подъезда котёнка, маленького, белого, и совершенно беззащитного. Он жалобно скулил и дрожал, словно осиновый лист. По его большим слипшимся глазкам, был сразу понятно, что он крайне напуган и если ему не помочь, то он вряд ли сможет самостоятельно протянуть хотя бы до следующего утра.

Тот маленький комочек шерсти, который прижался к стенке дома, готовившись от холода и голода отправиться на тот свет, растопил почти уже мёртвое сердце нашего героя. Евгений уже войдя в подъезд, попутно собираясь закрыть за собой дверь крепко накрепко, но как сам резко и неожиданно, останавливается и начинает звать того маленького котёнка. Тот в свою очередь, не заставляет себя долго ждать, шустро залетает в подъезд и начинает тереть свою голову о его штанину.

Евгений, с чувством выполненного хорошего поступка поднимался домой, как у самой двери своей квартиры заметил, что тот котёнок всё это время продолжал идти за ним. Заметя это, он резко приказал ему уйти, так как из-за него, у него могут быть довольно серьёзные неприятности. Но тот его словно не хотел слушал вовсе, а всё также продолжал тереться об его ногу. В свою очередь, он быстро забежал в квартиру, что бы тот по возможности не последовал за ним. И казалось бы всё:

“Я дома, больше меня ничего волновать не должно” – твёрдо сказал сам себе Женя. Но любопытство и банальная жалость брала верх над его разумом, и он хотел ещё как-нибудь ему помочь.

Благо, мама с пылесосом убиралась в главном зале, а потому, не составляло никакого труда пробраться на кухню, взять колбасу, отрезать от неё небольшой кусочек и отдать этому пушистому подхалиму. Что он и сделал.

Закрыв дверь, Евгений первым делом поздоровался с мамой и уже собирался переодеваться, как все в доме услышали из двери в коридоре какой-то непонятный звук еле слышного царапания стенки. Это был тот самый котёнок. Мама подошла к двери, посмотрела в глазок, открыла дверь и увидела у себя возле ног того самого шерстяного комочка. Взглянув на него, она своей правой ногой как топнет, как закричит:

“Брысь отсюда!”, и тот буквально за пару секунд убежал на первый этаж, затем начав расспрашивать Евгения, как тот сюда попал. Ну а тот рассказал маме, как увидел возле подъезда и впустил его, а тот побежал за ним.

“Чтоб больше такого не было!” – грозно возразила мать. “Не хватало нам ещё блох всяких”. А Евгений в ответ спрашивает: “А можно мы тогда заведём своего кота?” – неуверенно, но всё же спросил Евгений. “Какой кот? КАКОЙ КОТ? У тебя во-первых только сёстры недавно родились и неизвестно, может у них аллергия на что. А во-вторых, кто о нём то заботиться будет, покупать еду, мыть, убирать за ним, ты что ли?”. Снова промолчал Евгений, не проронив не слова. “На том и решили” – решительно сказала мать и пошла обратно убираться в зал.

Еле сдерживая слёзы, он пошёл переодеваться, с чётким осознанием того, что у него вообще никогда будет своего домашнего любимца, о котором он так сильно желает. Позже он всё также пытается получить разрешение у мамы на получение своего собственного кота, но все попытки останутся счетны.

Проходит год, за ним второй, а после третий. Немного подросли его сёстры и начали они выговаривать почти внятные, в достаточной степени адекватные слова.

Вечер апреля 17-ого года. Это был тихий семейный вечер. Евгений с мамой изучали немецкий, папа вот-вот собирался вернулся с работы, дети смотрели телевизор. Взяв пульт, они начали беспредельно переключать каналы. Как на одном случайном из них, рекламировался корм для котят. Дети остановились, просмотрели до конца, а после подбежали к маме, указывая на телевизор пальцем и крича “Киса-киса”. “Увидели в телевизоре киску, молодцы, не мешайте нам пожалуйста”. Но они не отстают, и даже напротив. Хоть всё таки ломано, но задают маме один интересный вопрос: “Мама, а можно у нас будет киска?”. “Хотите киску, прям живую кошечку?” – в ответ спросила их мама.

“ДА, ДА” – закричали тогда две сестры в голос.

“Чтож, ладно, давайте заведём киску”.

“Ураааа” – закричали дети в ответ и убежали обратно в зал.

У Евгения в тот момент, было крайне непонятное и странное чувство на душе. С одной стороны он задавал себе вопрос: “Почему когда я столько раз спрашивал свою маму о коте и мне не столько раз отказывали, а они с не с тог ни с сего пришли, так просто попросили и им мама сказала “Да””. Очень странно и довольно обидно ему тогда было.

“Но с другой стороны, почему я вообще задал первый вопрос? Главное, что нас теперь будет свой кот” – радостно продумал это Евгений у себя в голове, и улыбнувшись вместе с мамой продолжил читать.

Через некоторое непродолжительное время, домой пришёл отец. Дети сразу подбежали к нему, отчётливо, громко и радостно крича: “Киса, киса, киса”. После чего выходит мама со словами: “Ничего, что я разрешила им взять кошку, они так просили, да и Женя давно об этом желал”.

“Ну как же затраты, горшок, еда, кто за ним всё убирать будет?” – спросил папа.

“Я буду” – ворвавшись в диалог сказал Женя.

“У меня всегда немного остаётся после зарплаты, этого вполне должно хватить на содержание кота”. – ответила мать на вопрос отца.

Немного подумав, бросив взгляд на своих детей и минуту постояв и подумав, с хмурым лицом и немного недовольным лицом он всё же отвечает:

“Ну ладно, берите, уж так хотите, чтоб не взять”

“Ураааа, спасибо” – закричали дети сразу же как услышали его ответ. После слов которых, отец уставший зашёл в дом, а Евгений вернулся с прекрасным настроением на кухню, воображая как скоро будет играть со своим будущем питомцем.

Через месяц, в доме появился новый постоялец. Это было трёхцветный непородистый котёнок, которого мать с Евгением нашли на интернет площадке совершенно за бесплатно. Разумеется, для начала родители его продезинфицировали, сделали все прививки и после дали имя “Мурка”. Когда его только привезли в квартиру, это был маленький пушистый комочек, состоящий из белого тела, чёрного хвоста и коричневой головы. Его первые шаги по новому дому были крайне напуганы и неуклюжи, так как он поначалу боялся непривычных людей и новой для него квартиры.

Первым делом, мы отправили его помыться в ванную, и если бы вы видели, как он брыкался, царапался и пищал. За ним было в тот момент так смешно и так грустно наблюдать.

После мытья и вытирания насухо полотенцем, мама показала ему туалет, куда он будет ходить по нужде и где есть. Что Женя хорошо запомнил, так это то, что он практически все два дня сидел под ванной, боясь из неё выйти, пока он сам вместе с детьми смотрели на него, высматривая как можно ближе. На третий день, он соизволил выйти из-под ванны, где у него стоял горшок и полноценно пройтись по всей площади квартиры. По началу, видно было как ему немного некомфортно, но после парочки обходов вокруг нового дома, он уже стал более уверенно шагать по квартире, нашёл любимое место на диване, где позже спал больше всего времени и даже разрешал погладить себя по головке.

В тот момент, столь давняя мечта Евгения официально стояла в списке “Исполненные”. Как и договаривались, в магазин за едой стал ходить сам Евгений и обязанность убирать все отходы жизнедеятельности своего любимца тоже ложились на его плечи. Но на фоне того удовольствия, которого он получал от времяпрепровождения со своим котиком, то сколько счастья и радостных мгновений он получал, все обязанности становились просто несущественны. Ведь в его жизни появился ещё один пример, из столь немногочисленных радостей детства, которого он любил всем сердцем и который дарил ему радость на протяжении ещё долгих лет.

Все к нему относились хорошо. От самых младших членов семьи до самых старших. Относились к нему хорошо все, кроме кото бы мог подумать, самого Виктора. Его раздражало то, что кот не занимается ничем другим, кроме как есть, спать и ходить в туалет. Казалось бы, а чем ему ещё в принципе заниматься? Мышей дома нет, всякие другие вредители тоже в доме не обитают, в чём тогда проблема?

Проблема в денежных средствах, которые уходили на его содержание. Виктору не было по душе то, что кот просто существует, вынимая из бюджета семьи хотя бы малую часть столь труднодоступных для него денег. Но вот что уже поделаешь? Вся семья уже никак не может его отпустить. И нарастающее недовольство, со временем превратились в натуральные лёгкие формы агрессии по отношению к животному.

Проходя мимо коридора, замечая её спящей на полу, тот мог к нему подойти и дать щелбан по голове, чтоб тот резко вспрыгнул и побежал. Во время обеда, коту лучше было к нему не приближаться, так как тот мог резко топнуть ногой по полу, чтобы Мурка испугалась и резко побежала прочь. Или когда та забегала в комнату, когда Виктор собирался спать, тот брал её за шкирку и выкидывал из комнаты куда подальше, как бы она снова не ввернулась к родителям в спальню.

Мать конечно открыто порицала действия мужа со словами:

“Что он тебе такого сделал? Живодёр”. Но глава семейства в свою очередь ничего не слушал, и как обычно, продолжал третировать беззащитное животное. Но что до самого Евгения? Как он относился к данным выходкам своего отца? Категорически отрицательно. Его совершенно не устраивало такое хамское отношение к своему любимцу. Но как он мог поступить в такой ситуации? Никак. Он всё также хотел вступиться за своего котика, но ему всё никак не хватало смелости и упорства ради того, что бы искренни и по-настоящему высказать всё, что он думает по данному поводу. А потому, после каждой очередной такой издёвки, Женя к ней осторожно подходил и гладил её за больное место, чтоб хоть как-то сгладить боль от причинённых увечий.

Жили почти все так дружно и спокойно, ровно до одного определённого момента.

Прошёл год, настал май 18-ого года и на жизнь Евгения наступил очень непростой и болезненный период, то есть, ещё больнее обычного.

Впервые в жизни, он по-настоящему разочаровал своих родителей. А дело было в том, что в конце года у него стояло две четвёрки по химии и геометрии. Тогда, в доме разразился настоящий скандал. Его обвиняли в лени, глупости и безграмотности так сильно, как они не делали ему ранее никогда.

“Мы для тебя так стараемся, работаем и зарабатываем деньги, что бы дать тебе пищу и тёплый дом, а ты смеешь так поступать после этого” – говорили серьёзным тоном тогда мать с отцом.

“Это всё из-за кота? Благодаря ему ты нас так разочаровываешь? Может мне выкинуть его, чтоб он тебя больше не отвлекал?” – грозно восклицал отец.

“Нет нет, это не кот, это я” – обиженно говорил в ответ Евгений. “Просто в этом году появилось столько новых уроков и мне было непросто за всем уследить за всем”

“Ах, значит сложно ему было? А значит твоему однокласснику Олегу было тоже тяжело, но он почему-то закончил этот класс без четвёрок, в отличии от тебя”. После этих слёз, по щекам Евгения потекли слёзы.

“Вытри слёзы, что ты себя как баба ведёшь” – пригрозил ему после этого отец.

“Всё хватит, он всё понял, в следующем году обязательно исправиться” – неожиданно, волнительным голосом говорила это обращаясь к отцу.

“Это уж точно” – холодно сказал отец.

“И чтоб ты это хорошо запомнил, ты должен прочитать все книги с самых верхних полок шкафа, да, где самые большие и толстые. С пересказом. А также никакого компьютера на протяжении всего лета и прогулок в течении месяца”

Тут его перебивает мать и со словами:

“Всё хватит!”.

Помолчал немного с разочарованным видом Виктор, бросая холодный взгляд в сторону чужого отпрыска, затем заявил: “Всё понял?”.

-“Да” – тихо произнёс Евгений и покивал головой.

-“Вот и хорошо”. После чего мать с отцом удалились из зала, пока их сын сидя на диване заливался слезами. Дети тогда сели рядом с ним, вместе с котёнком на руках, в последствии дав его Евгению и также как и пришли, почти незаметно удалились из зала.

Это был тяжёлый удар для него. Впервые, к нему придрались за то, к чему казалось бы придраться было невозможно. Осознавая все слова сказанные отцом, свои ужасные оценки и наказания на лето, вместе с Муркой на руках, он лёг на бок и продолжал так лежать, вытирая свои слёзы руками пока не успокоившись, через некоторое время, не заснул в обнимку со своим котом на руках.

Это было тяжкое время для нашего героя. Итак немногочисленных радостей стало ещё меньше, а новые развлечения были ему особо не по духу. Из-за этого, у него напрочь улетела в трубу хоть какая либо любовь к чтению, так как его это заставляли делать по принуждению и читал он то, что ему вообще не было интересно. Но указ был указ. И через боль, скрип и слёзы, он всё же пересказал все книги, а для отца это было крайне радостным известием, так как он смог закрепить своему сыну привычку, стремиться добиваться только самых высоких вершин, забирая только самые первые места, и никак иначе.

С того момента прошло два года, Евгений уже мог неплохо разговаривать на немецком языке, но останавливаться было рано. Уверенность в том, что он поедет учится за границу, с каждым днём только усиливалась. Совсем недавно ему исполнилось 16 лет, и прекрасно помня себя в эти времена, Виктор, как и полагается хорошему отцу, начал проводить воспитательно-профилактические беседы, где он уже рассказывал про тонкости жизни и полезные наставления на будущее. Хоть он и возвращался домой уже к девяти, если не десяти вечера, но за ужином, вместо того, что бы просто молча проглатывать пищу, он звал своего сына Евгения к столу, спрашивал как у него дела и чем он сегодня занимался. Тот же, в свою очередь всегда говорил про учёбу и новый пройденный учебный материал, как в школе, так и дома про уроки по немецкому языку.

“Молодец” – отвечал на этот вопрос его отец. Ну а после этого короткого диалога, начинались поучительные разговоры, которые могли продлиться целый час, если даже не два.

И кто бы что не говорил, но затрагиваемые темы за вечерним столом, были что ни на есть жизненными, и полезными на будущее. На них, он рассказывал о вреде наркотиков, чрезмерного употребления алкоголя со словами:

“За хороший повод конечно можно выпить, но не много, и исключительно сохраняя голову на плечах. Помни, трезвость – самое лучшее состояние. По возможности старайся всегда сохранять это состояние. А то я сам лично знал ребят, которые как накатят по рюмке другой, и…, и разбиваются насмерть”. Поднятие темы ответственности за совершённые поступки, говоря:

“Если ты совершишь не дай бог в будущем что-то ужасное и неправильное, то не бойся сказать об этом мне или маме о содеянном. Мы всегда постараемся тебе помочь, в какой бы ситуации ты не оказался” – говорил ему тогда отец.

Также поднимались темы убийственного курения, плохих компаний, которые все чем занимались, так это гулянками и пьянством, но наверное самой занятной и понятной для Евгения темой стала – ранние отношения в старшем школьном возрасте

Представители прекрасного пола из его класса его совершенно не интересовали. Ведь как можно думать о каких-то там девочках, когда перед ним стояла такая большая и грандиозная невыполненная цель? Да ещё и папа заявлял о том, что все девушки тебя в этом возрасте только отвлекают, и отдаляют тебя от твоей цели, всё дальше отодвигая тебя от твоего восходящего успеха.

“Нет, я конечно могу понять. Окрылённость, бабочки в животе, невольный бросок взгляда в её сторону. Но всё это не в тот период, когда ты ещё несформировавшаяся личность. Поверь мне, вот когда ты возымеешь приличный капитал, накопишь на машину, квартиру и полный холодильник, то все девушки сами к тебе потянуться, так как разглядят в тебе надёжного и перспективного человека. А потому, сначала встань на ноги как личность, стань самостоятельным, независимым и состоятельным человеком, уже тогда…, и только тогда можешь искать партнёра на всю жизнь, если только о сам не найдет тебя раньше” – проговорил ему как-то за ужином отец. “Я и сам перед тем как подружиться с твоей мамой, стеснялся что ли с ней полноценно заговорить. Но когда нас перевели в один отдел, мы стали чаще видится, потом разговаривать, а затем, первое предложение о свидании, вместе прогулкой под закатом. И с тех самых пор, у меня есть любящая жена, две прекрасные дочки, добродушные новые родители, которые не побоялись меня принять в их семью, и ты. Умный, воспитанный сын, достижениями которыми я всегда буду гордиться. И знай, как бы я тебя не ругал, в душе, я всегда буду любить тебя.” – чуть ли не извиняясь проговаривал это отец. “Конечно, я понимаю, мои методы воспитания являются довольно строгими и чуть ли не угнетальскими, но надеюсь, что ты меня сейчас сможешь понять, и все эти правила, все эти наставления и ограничения, я их делаю для того, что бы ты вырос умным, хорошим и образованным человеком, у которого впереди будет ещё множество грандиозных побед. ”– с чувством надежды выразился тогда Виктор.

“Я, понимаю” – задумчиво ответил Евгений смотря на отца.

“Я рад это слышать”. “Не сбивайся с пути, помни о своей главной цели и не поддавайся зову искушения. А то иначе начнёшь там курить, или пить, свяжешься с плохой компанией и всё, дороги назад уже нет. Ты будешь фактически зависим от их всех, что в конечном итоге приведёт к неминуемой поездке домой. А образование у нас стоит ой как не дёшево. А когда ты приедешь домой, то будешь ты работать где-нибудь дворником или мойщиком полов в подъезде за 100 рублей в месяц, при котором будет тебе хватать денег лишь на хлеб и молоко”.

В ответ на это, Женя лишь молча покивал головой, обозначая то, что он всё понял.

“Пойми, мы с мамой работаем не покладая рук, уже настолько надоевшей мне работе, что я почти не заметил, как ты вырос мимо моих глаз. Но и пойми…, бросить работу я не могу, так как если я хотя бы месяц не буду на своей работе, то у нас всё отберут, нам самим будет, нечего есть, пока сам я не смогу откладывать тебе на учёбу. Вот…, словно нахожусь в клетке. Сытой, тёплой, комфортной, но клетке. А потому, ты, являешься моим и маминым самым большим вложением. Вкладывая в тебя, мы надеемся ты не оставишь нас в старости и будешь помогать нам, как мы сейчас помогаем тебе”.

“Ты ведь помнишь, как мы на тебя надеемся?” – спросил его отец прямо, перед тем как закончить ужин.

“Да, знаю” – уверенно заявил Женя, после чего отец отвечал “Молодец”, и вместе убрав всё со стола, пошли они по своим комнатам.

“Как мы на тебя надеемся?” – вопрос, который сохранился у Евгения в голове до самого отлёта, и который, имел куда более важную культурную и душевную значимость как для Жени, как и для Виктора, которую можно было только представить.

С того момента, Виктор вставлял эту фразу в любой удобный случай, что бы она окончательно закрепилась у него в голове.

Когда они всей семьей гуляли в парке, то Виктор часто говорил ему:

“Вот выучишься, начнёшь работать, будешь зарабатывать большие деньги и после будем кататься по всей Европе”. “Ты ведь помнишь, как мы на тебя надеемся?” – не в значась спрашивал его отец.

-“Да, конечно. Всё будет хорошо” – спокойно и сдержанно отвечал Евгений.

-“Ты пойми, мы с мамой всю свою жизнь потратили на вас, работали каждый день на утомительной работе и зарабатывали деньги для вас же. И нам тоже хоть немного хочется пожить в своё удовольствие”. “Ты ведь помнишь, как мы на тебя надеемся?”– опять спрашивал Виктор.

-“Да, помню”.

Ехали они на машине куда-нибудь, и в окне показалась более новая и красивая модель автомобиля: “Ты мне купишь такую же?” – спрашивал тогда отец.

“Ладно” – спокойно отвечал Евгений.

Начальник станции уехал на лето отдыхать в Турцию: “Мы ведь тоже с тобой обязательно поедим?”

-“Да” – спокойно отвечал Евгений.

Увидел, как более состоятельные люди заходят в дорогой ресторан: “Мы ведь с тобой тоже будем гулять по ресторанам?”

-“Хорошо” – отвечал спокойно Евгений как и всегда.

Так продолжалось на протяжении всего времени, пока Евгений наконец не станет совершеннолетним. От всего постоянного вопроса которого, у него окончательно сложилась мысль о помощи родителям, что семья без него пропадёт и что он вообще главная наша надежда, которая выведет их к светлому будущему.

Настал сентябрь 20-ого года и Женя снова пошёл в школу, на сей раз уже в десятый класс. Но это был необычный год как вам могло показаться на первый взгляд. Это был сентябрь 2020-ого года. А именно сентябрь того года, в котором уже почти год по всему миру гуляет “Великая пандемия”.

Это было очень страшное, и трудное для всего мира событие. Где по началу, люди словно сорвались с цепи и начали готовиться чуть ли не к наступающей ядерной войне. С полок сметали абсолютно всю еду и предметы первой необходимости. А на улицу собирались так, словно отправлялись на ликвидацию аварии Чернобыльской АС. Евгений до сей поры помнит, как для самого обыкновенного казалось бы похода в магазин, на него надевали три слоя одежды, обязательно маску плотно прилегающая к лицу, медицинские перчатки, и плотную шапку, чтоб каждый открытый участок тела не в коем случае не показался открытым. Но и по возвращению домой, всё обязательно подвергалось дополнительной моющей обработке.

Но такое отношение к мерам безопасности спало довольно быстро. Уже к лету, когда болезнь ходила как пол года заражая людей, практически все стали ходить максимально открыто и даже перестали надевать маски. Вследствие чего, возрослось количество заражённых и смертельных случаев впоследствии.

Весь мир, очень серьёзно относя к этой проблеме, но меры по сдерживанию по разным частям Земли были кардинально разные.

Если страны Запада всячески старались закрывать всевозможные торговые центры, места общественного пользования и отменять мероприятия массового скопления людей, то страны Востока, также приняли кое-какие меры по сдерживанию пандемии, но по сравнению с мерами Запада, это напоминало скорее детский лепет. А что самое ироничное, заболеваемость на Западе, была куда выше, чем у стран Востока.

“Чем это вызвано?”– на самом деле множеством событий, которые обрушились на Западный мир, в следствии чего, карантинные меры нарушались и приводили к катастрофическим последствиям.

Правда благодаря болезни, Евгению можно сказать довольно повезло. На тот момент он должен был пойти в десятый класс. А десятым, пятым, шестым седьмым и другим не особо важным классам разрешили сидеть дома и обучатся на дому. Благо, эра современных технологий это позволяла.

По началу, этот вердикт понравился Евгению, так как он мог с утра не вставать и идти в школу, спокойно просматривать все ответы на контрольных и быть на уроке только что бы отмечаться. И как бы поначалу не было замечательно, ведь именно в этот год его сёстры пошли в школу, а первоклассники обязанным были пойти в учебное заведение. Что означало то, что всё утро он вместе с бабушкой были сами по себе. Она его особо не трогала, а дети приходят только к двенадцати часам.

Первые две четверти были просто великолепными. Да, ему приходилось присутствовать на уроках и выполнять домашние задания. Но все эти дела не занимали больше чем полутра часа, после чего, практически весь дом был в его распоряжении. Смотреть телевизор на том канале, на котором он хотел, тайно смотреть желанные им фильмы, есть по времени сколько душе угодно, не волнуясь за то, что через несколько минут после того как сел есть он сам, придёт ещё два маленьких голодных рта и испортят всю эстетику гордого одиночества. В общем:

“Красота и блаженство” – как он сам говорил.

Но всё хорошее когда-нибудь кончается, потому как эта “красота и блаженство” продлилось всего лишь до конца второй четверти. После чего, карантинная ситуация в стране стала усложняться и на карантин ушли абсолютно все классы. А мама, которая после взятия детей со школы и отвозкой их домой, могла найти лазейку и остаться дома, теперь приходилось быть на работе вплоть до конца своего рабочего дня, ровно до пяти вечера. Вот тут то для нашего героя настало самое “весёлое” время, которое он только испытывал в своей ещё так мало проведённой жизни и о котором, даже самое унылое время проведённое в школе он, вспоминал с яркой и отчётливой улыбкой.

Как вы понимаете, родители Евгения были весь день на работе, а потому все домашние дела ложились на него: постирать и вывесить одежду, покормить детей с бабушкой и впоследствии помыть посуду, пройтись по дому с тряпкой и шваброй что бы всё было чисто, погулять с сёстрами и.т.д.

И не забывайте, что он сам является школьником, а потому, он так же как и все, обязан был делать уроки, быть на занятиях и даже стараться получать какие никакие знания. Но в присутствии довольно шумных и порой сильно назойливых детей, становиться это делать довольно проблематично.

Так и ещё с учебного времени, сёстры Евгения потихоньку начинают испытывать такую же воспитательную судьбу, как и их братец. Мама определённо хотела повторить “дачный”, как она хотела думать опыт полученный с Женей. И поэтому вечером, когда она приходила с работы, она с детьми прогоняла дома материал и повторяла весь материал пройденный на уроке, дабы в будущем у них более не возникало никаких вопросов, и в дневнике стояли исключительно положительные оценки. Им с началом учебных лет, также навязывали “правило двух С”, про то, как друзья потащат вас на дно и вы можете добиться успеха только собственными руками.

Поначалу было чрезмерно тяжко, так как он постоянно разрывался между обязанностью сидеть и делать уроки, между тем, что бы дети старались не просить его слишком часто и постарались особо не мешать его учёбе.

Так продолжалось на протяжении двух месяцев, без особой возможности выходить на улицу, за исключением прогулки с детьми. Два зимних месяца длились, словно целых двадцать лет. Один день повторял предыдущий, по одному и тому же алгоритму событий. Каждый день, совершенно никак не отличался от предыдущего. Жене был известен полный распорядок дня, ровно до того момента, как он только наступал. И именно в такие моменты, он стал отчётливо понимать, что даже на первый взгляд самые близкие люди, которые всегда были с тобой рядом, и в горе и в радость, могут тебя морально выжимать самые казалось бы последние соки.

Это понимал сам Евгений, так и его сёстры. Уже не воспринимая друг друга как общих членов полноправного семейства. А как людей, с которыми им просто необходимо быть друг с другом рядом. Что из-за чрезмерно долгого нахождения вместе в одном ограниченном пространстве, вытекало в скрытую ненависть и обиду, которая выливалась в злобную атмосферу дома, повышенные тона разговоров и банальный отказ в помощи одной из сторон, не был на тот момент каким-то уникальным событием.

Дети донимали его каждые десять минут. Необходимо было также делать дела по дому и всех кормить, что тоже выливалось в непростое испытание на силу духа, терпения и жажды жизни.

Обед, наверняка был самым тяжёлым и изнуряющим этапом карантинного времени, который Евгению запомнился однозначно надолго. Ведь может при родителях они действительно вели себя словно послушные маленькие принцессы, но при нахождении в компании со своим братцем, они были не прочь и поозорничать, слегка побаловаться и в целом вести себя не очень-таки культурно.

Во время дневной трапезы, как бы Евгений не пытался их уговаривать поесть побольше, они мало того что ели довольно скудно, так ещё и всячески отвлекались, и занимались не пойми чем. Бывало доходило до того, что время обеда могло иди час или полтора, в итоге все усилия заканчивая лишь недоеденной тарелкой супа и парой корочек хлебных кусочков, за что по вечерам Евгений получал закономерный и серьёзный словестный выговор от своего отца.

Это был первый раз, когда от усталости, злости, отчаянья и ненависти, он мыл ножи с трясущимися руками, пока в голове летали не самые позитивные мысли. Медленно закрыв глаза, на мгновения, ему казалось, что за ним наблюдает кто-то помимо бога, словно знает его дальнейшую судьбу лучше него самого, и всё расписывает заранее. Но эти мысли быстро и надолго улетучивались, когда в самые ответственные моменты, его бабушка могла попросить его о помощи, когда ему нужно было сдавать крайне важную контрольную. Но просто сказать о своей занятости было нельзя, так как у всех всегда найдутся ещё более срочные дела, которые по сравнению с его являлись просто пустышкой, хотя всего-то и надо было прикрыть балконное окошко. А ведь просто так сказать отвалить он не мог, ведь в противном случае, все жалобы от детей доносились до родителей, которые в конце дня делали ему полноценный и строгий словестный выговор.

В особо тяжёлые моменты, когда приходилось в один день сдавать огромное количество контрольных работ, дети делали уроки и всё время просили о помощи, а также наступало время обеда, Евгений просто молча вставал из-за стола давая себе пару минут отдыха, шёл на балкон, открывал окно и вдыхал холодный морозный воздух русской зимы, который освежал его голову и освобождал её от рабочих мыслей. Но именно в такие мысли, он впервые задумывается о высоте между землёй и балконом, сможет ли один прыжок избавить его от всех мучений, которые он испытывал на протяжении всей жизни и наконец, обрести свободу?

Закрыв глаза, высунув грудь вперёд, встав на цыпочки, он…, как всегда вдыхает побольше воздуха и возвращается в исходное положение, закрывает балкон, после чего, уже с освежённой головой возвращается, ко всем, делам, давая себе отчёт на то, что вся эта ужасная полоса рано или поздно пройдёт, а он наконец сможет зажить, полноценной и счастливой жизнью. В то время, ему казалось, что он больше не просто человек. Он был рабом. Рабом детей и бабушки, команды которых, он обязан был слушаться прямо и беспрекословно. Моя посуду, по его щекам текли непроизвольные слёзы, задавая себе вопросы:

“За что?” и “Почему?”, каждый раз виня абсолютно всех в том, что они довели его до такого состояния. И если в школе он был словно рыба в воде, в которой он чуть ли не отдыхал, изредка выполняя занятные задачки, то дом, уже перестал ему казаться домом. А лишь отвратительной колонией, в которой послушный слуга, был обязан следить за своими царями.

Хоть он и пытался разбавить эти тяжкое бремя просмотром фильмов, и даже кое-где прочтением классиков русской литературы в интернет варианте, но эти казалось бы приятные и любимые Женей занятия, в те непростые для него времена, казались лишь мелкой капелькой в море, которая хоть как-то могла скрасить его столь отчаянные и унылые будни.

Но именно в эти тяжёлые будни, он нашёл именно то, что он в будущем полюбит всем своим сердцем. Найдя для себя окно от занятий, он как всегда оставался очень раздражённым и замученным от дел окружавший рутины. Он всё сидел да размышлял как обычно включить компьютер и посмотреть какой-нибудь разрешённый фильм. Но на сей раз, ему хотелось говорить. Говорить все накопленные мысли и чувства, которые так никто не хотел слушать. Он был настолько зол, что уже от нетерпения начинал говорить все свои мысли вслух самому себе, не обращая ни на кого никакого внимания. И поэтому, на сей раз на став искать во вкладке поиска новые кинокартины, на удивление для него самого, Евгений открывает текстовый документ, начав писать очень быстро, очень злостно, но очень приятно. Женя даже и не подозревал, что время может идти настолько быстро, хотя казалось бы, он просто в подробностях расписывал свой длинный распорядок дня со всеми вытекающими заданиями. Конечно, временами ему приходилось отвлекаться на новые поручения, но только он так был ослеплён идей продолжать писать свои собственные креативы, что аж с радостью неожиданно для себя стал выполнять все выдаваемые задания.

Так продолжалось на протяжении трёх месяцев. Евгений всё также оставался со своими сёстрами да бабушкой выполняя домашние обязанности, в свободное время расписывая самому себе распорядок дня, что он собственно делал с большим удовольствием.

Так прошла вся третья четверть, после которой наступила четвёртая. И один урок из этой четверти, он определённо запомнит надолго.

Казалось бы, обычным днём на уроке литературы, всему классу задали прочитать роман “Преступление и наказание”.

“И чего уж здесь особенного?” – именно так думал Евгений.

Как обычно найду в интернете краткое содержание и по нему сделаю все задания, как было со всеми другими произведениями.

Только вот в этот раз всё было по-другому.

Найдя краткий сюжет романа, он думал, как быстренько его прочтёт, запомнит ключевые пункты и сможет забыть до ближайшей контрольной. Но начав читать, его сердце словно зажглось небывалой искрою интереса. Вчитываясь в каждое слово, он словно самолично проживал весь путь из жизни Родиона Раскольникова. Его переживания, вопросы морали и интересно поданная история, оставили глубокий отпечаток на сердце Евгения, заняв беспрецедентно первое место в звании “Любимого литературного произведения”. И это благодаря только краткому содержанию. После чего, он убедил родителей купить ему книжку с полным содержанием и даже посмотрел несколько экранизаций. А как только он это завершил, Женя лежал на кровати, да с улыбкой на лице размышлял: “Как я мог раньше без этого жить?”

Наступила пора контрольных работ, без лишних усилий, он сдаёт их все на отлично, но особенно ему было конечно писать эссе по литературе, за что справедливо учитель наградил его наивысшей оценкой.

Успешно пройдя очередной учебный год. Родители снова его на этом похвалили и разрешили пойти с ночёвкой к бабушке.

Женя заходил в гости с ночёвкой на протяжении всех учебных лет, сколько он себя помнит. Каждый год первого числа летнего месяца, Женя оставался у бабушки с дедушкой, что бы навестить родственников и немного отдохнуть от домашней суеты.

К счастью, деда с бабой жили в одном и том же городе где и Евгений, а потому, к сожалению или к счастью, все тяготы и забавы деревенской жизни он так и не познал.

Именно здесь, именно после всех невзгод и трудностей, он смог ощутить вкус мимолётной свободы, где ему никто ничего не указывает каждые 10-15 минут, и где практически каждые 10 минут, не слышится возгласы детского крика.

Дедушка с бабушкой любили своего единственного внука очень сильно, а потому давали именно то чего он так страстно желал.

СВОБОДЫ

Ему после обеда, разрешили полноценно гулять на улице: “Можешь идти куда хочешь, но что бы к 21:00 был дома” и ещё давали 1000 рублей на покупку всего чего он захочет. Может это были и не сильно прям уж большие деньги, но по сравнению с тем, сколько давали родители на карманные расходы, а именно, 0 рублей в месяц, то эта бумажка была для Евгения просто астрономической суммой.

Когда он вышел, то сразу потопал в сторону ближайшего супермаркета, где в нескольких метрах от него стояла будка, где добрый дядя Карен приторговывал своей чудо шавермой. Потому что всегда, когда он ходил в этот супермаркет, рядом с этой будкой стояло довольно приличное количество народа. Не сказать что прямо совсем толпа, но человека 3-4 всегда определённо.

Взяв самую максимальную начинку, со всеми видами мяса и трав, вместе с полулитровой бутылочкой газированного напитка, он сел за один из столиков и начал потреблять свой чудо свёрток.

Его пугали, что это блюдо делают из мяса собак и кошек, которых отлавливают на улице, от чего он обязательно отравится и его мигом попадёт в больницу. Но те слова его никак в тот момент не беспокоили, ведь вкус запретного плода, был для него слишком сладок.

Тот вкус, тот запах, то незабываемое блаженство которое он тогда испытал, наверное ни от одной еды он не испытывал такие яркие ощущения. Этот тёплый и приятный лаваш, вместе с сочными кусками мяса и пряностью специй, запивая это всё прохладной газировкой, которой ему разрешали только на новый год – это было, невероятное ощущение, где каждый потраченный рубль, оправдывает себя в полной степени.

Закончив с сытым и плотным полдником, который он навряд-ли сумеет когда либо забыть, он спокойно прогуливался вдоль дворов, по которым когда-то давно он гулял вместе с бабушкой и дедушкой, наслаждаясь спокойной и уютной атмосферой тихого уголочка шумного города.

Уже наступала пора девяти часов вечера, и как договаривались, он к этому времени был уже дома.

Бабушка спросила:

“Чего ты взял?”

Евгений на данный вопрос немного смущённо ответил: “Да, шаверму решил попробовать, и взял себе бутылочку газировки”.

По началу была рассержена его бабушка, но подумав, смогла в какой-то степени понять она его и пообещала, что ничего родителям не расскажет, а деньги спрячь поглубже, чтоб мама с папой ничего не нашли, и когда захочешь, можешь себе ещё чего-нибудь взять.

Положив оставшиеся деньги поглубже в карман, он посмотрел на бабушку, после чего радостно сказал: “Спасибо”.

“Раз уж ты поел, то ужинать с ними не будешь?” – спросила после его она.

“Нет пожалуй, спасибо”

“Ну тогда, можешь идти в зал отдыхать, деда работает за компьютером, а я на кухне повожусь, потому можешь спокойно посмотреть телевизор”

“Спасибо” – снова так прозвучал его ответ, далее улёгшись на кровать, начиная листать каналы, которые хотел именно он.

Закончив просмотр каналов с мультфильмами, которые мать категорически запрещала смотреть ему в детстве, деда с бабой как раз в это время завершили все свои дела. Они все вместе собрались в зале, после чего дед сказал:

“Ты всё также хочешь обучаться в Европе?”. После слов которых, у Евгения пропало удовольствие на лице и он спокойно и скромно заявил: “Да”.

“Давай, давай, это хорошо. Ведь ты надеюсь помнишь, как мы все на тебя надеемся?” – спросила его баба.

Сдержано и тихо ответил он “Да, помню”.

“Ну и хорошо, как у тебя день прошёл?” – спросила его потом бабушка.

Он рассказал о той невероятной шаверме и прогулках вдоль дворов, по которым он раньше месте гуляли.

“Ну и хорошо” – ответил дедушка.

“Когда я был в твоём возрасте, я помню, как со старыми товарищами прогуливался вдоль этих самых дворов, как мы вместе там лазили по гаражам, сражались на палках словно на мечах и строили укрепления” – с улыбкой на лице рассказывал деда. “С тех пор много изменилось, но я никогда не забуду, как именно на этом дворе, я впервые заговорил с твоей бабушкой, в кресле которая сидит слева от тебя”.

Как затем, дедушка продолжал рассказывать весёлые истории из детства своей советской юности, попутно рассказывая матерные анекдоты.

Бабушка в тот момент конечно же возмущалась: “Дед, ну что ты в самом деле?”. Но деда продолжал рассказывать свои истории с улыбкой на лице и лёгкой грустью на душе, а Женя с радостью на лице и блаженством в душе продолжал всё слушать и слушать, внимательно внимая каждому услышанному слову.

Этот великолепный для Евгения день прошёл также быстро как и та великолепная на вкус шаверма. С лёгкой грустью он снова вернулся домой, где его уже ждали занятия, “любимые” сёстры и новые поручения.

Оставшиеся 700 рублей он спрятал под носочками и брал понемногу, когда его мать отправляла в магазин за продуктами, а тот в свою очередь брал себе что-нибудь вкусненькое.

Сделал он так один раз, другой, третий, и после двух недель у него осталось буквально 200 рублей в кармане, которые также исчезнут, если он так и дальше продолжит их брать.

Ему каждый раз давали по тысяче рублей как он приходил к ним с ночёвкой, но в этот раз, он осознал всю патовасть ситуации и задумался:

“Нехорошо” – недовольно заявил сам себе Евгений. “До следующего визита к бабушке ещё две недели, а в кармане у мене практически пусто. Да и тем более, когда закончиться лето, денег я вообще получать не буду, а значит прощайте магазинные сладости. Что же делать?”.

Он не знал что ему делать. А потому он решил снова окунуться в мир Российской Империи 60-ых годов 19-ого века, в очередной раз пережив историю Раскольникова, в надежде отвлечься от тяжёлых мыслей и найти решение как-нибудь потом.

После просмотра экранизации в очередной раз, ему действительно стало легче на душе, но решение о исправлении его тяжёлой финансовой ситуации к нему так и не пришло.

Тогда, он решает прочитать другие произведения классических русских писателей в надежде нахождения вдохновения на свой вопрос. И в отличии от прошедшего раза, это не была попытка спастись от гнетущих мыслей и нервозного настроения, а напротив, действительно новый всплеск небывалого ранее интереса. Родители были категорически не против, ведь это русская литература. “Классика на все времена” – как говорили они. А начал он с тех, кто был ему, прежде всего, интересен.

Начал Женя читать, прежде всего другие произведений Достоевского, по типу “Бесы” и “Записки из подполья”, Гоголя, с его “Мёртвыми душами” и “Шинелью”, Некрасова с “Кому на Руси жить хорошо” и его сборники стихов, Лермонтова с “Героем нашего времени” и “Смерть поэта”, которая была посещена гибели Александра Сергеевича Пушкина. И вот уже после неё, он взялся за труды самого известного русского литературного классика.

Прочитав “Евгений Онегин” и “Руслан и Людмила”, он вспомнил что как-то в прошлом учебном году они изучали его биографию. Этот урок запомнился тем, что учительница описывала его не как романтичного гения и творца, а как самого настоящего пьяницу и неудачного азартного игрока, который зарабатывая огромные деньги, практически всегда был по уши в долгах, так как старался жить он по максимуму.

После этого притока мыслей, Евгений начал изучать биографию Пушкина, разузнав все тонкости его жизни и сколько он зарабатывал. От исследования которого, до него снизошло озарение.

“Я буду писать свои собственные произведения, и продавать их за деньги” – уверенно он заявил про себя. “А опыт недавно прочитанных трудов вместе с немалым багажом культовых картин кинематографа, должны мне помочь мне написать что-нибудь да стоящее” – уверенно заявил он для себя.

На дворе уже первое июля, и Евгений вновь с большой радостью поехал к бабушке с дедушкой. Ему также дали тысячу рублей и полную свободу на 24 часа, но на сей раз, на лице не было такого изумительно восторга как в прошлый раз.

Целый день он всё ходил да думал размышлял: “О чём будет его первое произведение?”.

Снова перекусив вкусной шавермой, снова ею насладившись, он отправился по старым дворам, думая найти вдохновение и хорошую идею. Но вот беда, на блюдечке с голубой каёмочкой тебе просто так гениальную идею никто не принесёт. Да и как она может появиться глядя на старые побитые лавочки, ржавые карусели и песочницы без самого песка? А поэтому, около часа он ходил себе по дворам бродил, мучая и терзая себя за безыдейность, глупость и бездарность.

Бросив все попытки найти вдохновение со старых дворов, он решил отправиться в парк, в котором они с отцом часто гуляют чаще всего.

Придя в парк, взяв мороженое, Женя походил по парку пару часиков в поисках толковой мысли, но все попытки также как и со двором оказались четны.

Вновь расстроенный главный герой, отчаивавшись, садиться на лавочку напротив детской площадки, и закрыв глаза, решает в приятной обстановке досидеть до полдевятого вечера, после чего, он сможет спокойно пойти обратно домой.

Но, примерно после десяти минут сиденья на лавочке с закрытыми глазами, Женя услыхал один отличающийся голос, совершенно не похожий на то, какие другие детские голоса издавались с площадки.

Открыв глаза, он увидел двух мальчиков-близнецов, которые воображали то, что они находятся в сказочном лесу, какие опасности в себе этот лес таит и что по ту сторону леса находиться волшебный сундук с сокровищами, до которого им обязательно нужно добраться.

Наблюдая за игрой этих двух ребят, он увидал, как они якобы сражаются с волками, лазают по деревьям и перебираются через реку, дабы добраться к заветным сокровищам.

Пронаблюдав за ними до конца игры, на Евгения наконец снизошло озарение господне. Записав основные мысли в телефон, Женя уже наконец со спокойной душою догулял остаток времени в парке, наслаждаясь спокойно-зелёной атмосферой отреставрированной природы.

Вернувшись домой, как и в прошлый раз, деда сидел и работал за компьютером, Евгений пошёл смотреть телевизор, а бабушка вновь занималась делами на кухне. Что бы вечером они снова собрались вместе, да бы дед опять задал свой вопрос о надежде, а Евгений снова тихо и спокойно отвечает “Нет”, вновь после которого, дедушка заливаясь хохотом, рассказывает свои истории из озорной юности, только на этот раз уже на кухне со стаканом чая, а Евгений всё также с упоением всё слушал и наслаждался историями.

День прошёл также быстро, как и все 365 дней до этого. Грусть снова возвышалась над Евгением, но на этот раз, у него была цель и идея, как и что необходимо ему реализовать. А потому, всё то время проводимое за просмотром роликов о величии Германии, он считал за пустую трату времени, и пока Женя делал вид что смотрел, он у себя в голове выдумывал сюжет и в какие интересные заварушки могут попасть главные герои.

Родителям он об этом рассказать естественно не мог. Так как все творческие занятия и профессии они считали несерьёзным, непрофессиональным занятием. Потому, отец сам за него решил, что тот в будущем станет врачом, хотя сфера биологии и химии была ему совершенно не интересна. Но деваться было не куда, ему в тот момент не хватало смелости набраться духу, набраться мужества и заявить обратное. Вот он и снова тихо согласился, не выдав ни единого слова против.

На следующий день, Евгений возвратился домой. Как удачно получилось, что был именно четверг. А это означало, что родители были на работе и можно спокойно посидеть тайно за компьютером и немного пописать. Да вот только, стояла перед Женей одна немаловажная проблема, которая именует себя как

ДЕТИ

Благодаря очень “интересному” опыту полученному в прошедшем учебном году, Женя прекрасно осознал:

“Дети – панацея от любой тишины”. А ведь как иначе?

В окружении постоянных криков и просьб, собраться с мыслями и полноценно начать работу у Евгения всё никак не получалось. Мама хоть и задавала делать уроки пока сама находиться вне дома в виде письма и чтения, но уже в таком раннем возрасте они вполне себе понимали, что лучше для начала сделать все уроки, чтоб потом весь день был свободным. Ведь как говорила мама:

“Дело сделал, гуляй смело”. Вот они и делали дела, затем донимая Евгения своими бесконечными просьбами, по типу: “Помоги поставить мультики на телевизоре?”, “Можешь пожалуйста помочь дотянуться до коробки с печеньками?”, “Помоги пожалуйста найти игрушки?” и другие раздражающие и отвлекающие просьбы.

И ведь просто так послать, куда подальше он их не мог. Ведь в таком случае, количество запросов будет увеличиваться с геометрической прогрессией, пока всё не дойдёт до крика. А в худшем случае, могут сообщить обо всём родителям, которые дадут по шапке за любую жалобу от детей в сторону нашего героя.

Тогда, он решил ухватиться за молчание, не совсем честным путём. Путём показа любимых детских мультфильмов на домашнем отцовском ноутбуке, на котором он с отцом в основном и смотрел ролики о величии Германии на тех условиях, что они не скажут что он работал на компьютере, и что Женя не ставит им мультфильмы на ноутбуке.

Сёстры просто не могли отказаться от такого взаимовыгодного предложения. И теперь, пока родители были на работе, дети спокойно сидели, смотря мультфильмы, пока Евгений смог собраться с мыслями и приступить к столь желанной работе.

Усевшись поудобней, создав документ в котором будет печатать, положив пальцы на клавиатуру, собравшись начать первую кнопку:

“Блин, что-то пить захотелось” – сказал Евгений и пошёл попить воды.

Вернувшись, опять положив пальцы на клавиатуру:

“А я вот никогда не задумывался, сколько часов в году” – произнёс про себя Женя и пошёл за поисками в Интернет. “Ага 8766 часов, интересно”.

“Всё, хватит сейчас я точно зайду в документ и начну писать” – после чего он не зашёл в документ и не начал писать, а только лишь пересмотрел свой любимый мультфильм в интернете.

На часах было уже шесть часов вечера, скоро должна была прийти мама. Поэтому, расстроенный и обиженный на самого себя, выключает компьютер вместе с ноутбуком, ложиться на диван и даёт себе обещание начать делать завтра работу с удвоенной силой.

Прошла неделя, на листке нет ни единого слова. Обозлённый и обиженный с ещё большей силой на самого себя Евгений уже перестал давать себе ложные обещания.

Вечер пятницы, отец смотрит в зале вечерние новости. Закончив с уроком немецкого, Евгений аналогично отцу сидит в соседнем кресле и также слушает новости. В одной из колонок говорилось, что российские десятиклассники победили в международной олимпиаде по физике, от чего, тот поворачивается к своему сыну со словами:

“Ты же не глупее их всех, ты ведь не хуже их, тогда почему у тебя нету никаких медалей?”

-“Не знаю” – ответил он

-“Не знает он” – презренно произнёс отец и вновь продолжил смотреть новости.

Жене тогда было грустно самую малость, но после этих слов он задумался:

“А я ведь действительно не хуже”. И эта мысль не отпускала его до самого конца дня.

Суббота следующего дня, семь часов вечера, вся семья решила выйти на прогулку в парк. Все кроме Жени. Он объяснил это тем, что просто хочет побыть один и расслабиться в тишине.

Родители были удивлены, но перечить не стали, разрешив ему посмотреть фильмы на компьютере, после чего они ушли, пока Женя в свою очередь сел за компьютер, но как вы знаете, уж точно не для просмотра фильмов.

На сей раз, руки плавно легли на кнопки клавиатуры и он начал уверенно и спокойно писать в своё удовольствие.

Писал он где-то в общей сложности часа два, некуда не спеша и некуда не торопясь. Единственное что мешало, это бабушка в соседней комнате, которая изредка просила помочь ей в нетрудных делах.

Наш герой не был глупым человеком, а потому знал, что нужно быть готовым к самым неожиданным ситуациям. Это означало, что он создал документ в отдалённой папке компьютера, где никто и некогда не догадается её искать. Да и по большому счёту в компьютере никто кроме Жени не сидел. Так как все рабочие данные по работе отца находились в ноутбуке.

“Лишняя осторожность думаю не повредит” – сказал он сам себе.

И эти мысли его не подвели. Когда в квартиру резко вошли родители, он мигом сохранил всё написанное со спокойной душою за свой проект, после чего выключил компьютер со словами: “Я уже всё”.

К концу лета произведение было официально завершено, благо времени было предостаточно. Пока родители были на работе, Женя включал своим сёстрам мультфильмы и спокойно писал себе, изредка отвлекаясь на просьбы бабушки. На предложения пойти погулять он вежливо отказывался, ведь хотел он уделять всё свободное время своему важному делу.

Отдавал своему новому хобби должное, ведь после криков, ругани и постоянных просьб, писательство своего собственного произведения помогало ему успокоить разум, в каком-то смысле расслабиться и собраться с мыслями.

Первое августа, воскресенье. Это был последний раз, когда Евгений остаётся у бабушки. Этот день не отличался какими-либо интересными событиями, просто очередной приятный день в гордом одиночестве, и вечер в компании любимых стариков на пару с интересными жизненными историями.

Прошёл месяц, наступила школа. Одиннадцатый класс, класс выпускной, самый важный год из всех который был. За этот год, отец сказал, что уже возьмётся за его учёбу самолично. Ведь в конце будет самый важный выпускной экзамен и Евгений на как не мог его провалить.

Но у Жени были свои планы в голове. На сей раз шёл он в школу не с пустыми руками, а со своим личным творением, в надежде получить признание и хоть немного подзаработать.

Как удачно совпало, что классным руководителем у него был именно учитель по русскому языку и литературе.

После классного часа, Евгений робко подошёл к учителю со словами:

“Здравствуйте, я тут написал своё первое произведение, можете пожалуйста проверить на ошибки и оценить?”

-“Хорошо, только давай потом, а то я сейчас немного занята.” – сказал преподаватель в ответ.

-“Хорошо, спасибо, только не рассказывайте пожалуйста родителям, а то они не сильно одобряют моё творчество” – попросил тогда её Евгений.

-“Ну, хорошо, это конечно странно, но как хочешь” – с лёгким недоумением ответила она.

“Спасибо большое” – радостно ответил Евгений и ушёл на следующий урок.

Прошёл день, за тем другой и так прошла вся неделя. Евгений же в свою очередь не переставал ждать ответа.

На следующей неделе, после сдачи своей работы, пришла первая в его жизни рецензия.

“Сюжет интересный, для первого раза очень неплохо, прочесть можно. И я тебе тут твои ошибки исправила, пожалуйста обрати внимание.” – с некой гордостью тогда произнёс преподаватель.

Евгений тогда мало обратил внимания на вторую часть предложения, он был просто в восторге от того, над чем он так муторно и долго старался, наконец-то кому то понравилось. Но он попросил учителя об одной услуге.

*Тихо просит Евгений об услуге*

-“Что ж, ладно, раз тебе это так хочется, то почему бы нет” – с согласием сказал учитель.

На следующем уроке литературы после просьбы и рецензии, преподаватель встаёт перед своим классом и заявляет:

“Наш Евгений снова отличился. На сей раз, он написал очень интересное произведение, которая я сама прочла и могу порекомендовать вам к ознакомлению. И если вы хотите это сделать, то можете купить у него экземпляры за 50 рублей, тем самым ещё больше стимулировав его к продолжению его деятельности.”

Услышав эти слова, некоторые ученики начали смеяться во весь голос: “Смотрите, нашёлся тут Пушкин, Толстой с еврейской закалкой” “Да зачем тебе всё это надо?” “ Вот именно, что ты этим хочешь доказать?”.

Его и раньше порой задирали за спокойствие и всезнайство, но на этот раз, когда говорили о его работе, над той, над которой он потратил столько времени и на которую он потратил столько сил, так больно и обидно ещё ему не было никогда.

-“Всё, довольно” – грозно возразил учитель, после чего все продолжили урок.

Но Евгений тогда вовсе не слушал учителя. Он потаился в своих внутренних расстройствах и попытался скрыть свои переживания так, что бы никто их не увидел, на сей раз тихо просидев за партой не сказав не слова.

Прошёл урок, Евгений собирался идти на следующий, как неожиданно для него, к нему обратилась девочка по имени Таня. Скромная и милая, которая, как и наш герой увлекалась литературой, подошла внезапно с просьбою о продаже своего нового произведения. Она никогда с ним полноценно не общалась, и более того, как и все никогда не обращала на него толком никакого внимания.

Женя был несказанно рад от такого предложения, и взяв в руки свою небольшую книжку, которые на самом деле представляли из себя склейки листов бумаги с распечатанным на нём текстом, которую учитель ему дал после проверки. Дав её своё небольшое творение Тане, она в ответ ему мило улыбнулась, после чего даёт ему 50 рублей со словами:

“Уж лучше так я потрачу деньги и помогу тебе, чем израсходую их на всякую ненужную ерунду. Надеюсь, я не разочаруюсь” – сказала она, затем улыбнувшись, выходит из кабинета по направлению ко следующему уроку.

Получив эту слегка мятую бумажку, Евгений даже в какой-то степени застыл на минуту, ведь именно в то самое мгновение, он осознал, как все его старания, всё то время, которое он потратил на написания своего труда, были ненапрасными. Бросив взгляд на уходящую в дверь Таню, затем опустив свой взор на купюру в 50 рублей, его улыбка дотянулась чуть ли не до ушей. Положив эту бумажку в карман, возложив рюкзак на плечи и с облегчением выдохнув весь воздух из груди, ему наконец хватило сил оторваться от пола и пойти на следующий урок, с невероятным чувством гордости и самоудовлетворения за проделанную работу.

Деньги, заработанные с продаж его книжек, он решил тратить на то, что он планировал и так любит, а именно на всякие вкусности из магазина, ведь именно ради этого он и начал заниматься писательским ремеслом. Но, сумма была пока ещё слишком слишком мала. И поэтому, он решил пока отложить деньги на неопределённый продолжительный срок.

Следующий день Женя ждал с большим нетерпением, ведь он так надеялся, что придёт Таня с мнением о его произведении и расскажет ему всё как есть. По прошествии 24-ёх часов, она приходит в школу с уже ознакомленным материалом книжки Евгения, но по началу, словно забывает про него и просто, как ни в чём не бывало, садиться за свою парту. Такой расклад естественно не устраивает его, а потому, через внутренний страх и некую застенчивость, он всё же решается подойти первым и спросить про мнение о его произведении.

Подойдя к ней, он увидал как та готовилась к первому уроку. Взволнованно сказав “Привет”, Таня подняла голову и тоже улыбнувшись, сказала “Привет”, после чего Женя продолжил:

“Если ты прочитала мою книжку, то можешь пожалуйста сказать своё мнение о ней?”.

“Оу, да, я прочитала и что могу сказать, история была интересной, и за героями было интересно наблюдать. Как для первого раза по-моему очень неплохо, я точно не жалею о потраченном времени и деньгах”

“Спасибо, рад что тебе понравилось” – радостно сказал Евгений и уселся за свою парту с полным чувством гордости.

Через три дня, подходит к нему другая одноклассница, которая общается с Таней и уже по её рекомендации, решает приобрести произведение Жени.

С помощью сарафанного радио, в общей сложности ему удалось продать около шести экземпляров, тем самым заработав в общей сумме 300 рублей, что с лихвой хватало на ещё одну шаверму с газировкой или прочие магазинные вкусности. Конечно, гонорары были немного скромнее чем у Пушкина, но его это вполне устраивало, ведь тратил он свои доходы явно куда меньше, чем его знаменитый соотечественник.

Пока Евгений торговал своими книженциями, на дворе как неделя уже стоит январь. И на удивление, в этом году отец хоть от части взялся за единоличный контроль учёбы своего сына, в отличии от прошлых годов, в которых он как возьмётся, но в итоге всё ограничивалось лишь проверкой оценок в конце года и из редкими вопросами про дела в школе.

До выпускных экзаменов оставалось меньше полу года, а потому поясок слежки и давления становился всё уже. На эти пол года, ему поставили всего одну важную цель – как можно лучше сдать выпускные экзамены.

Ему на эти пол года полностью запретили смотреть хоть какие-либо фильмы и теперь только раз в две недели он с семьёй мог выйти в парк на отдых.

“Что бы всё основное время ты уделял подготовке к экзамену. Ты меня понял?” – говорил тогда отец.

“Да” – спокойно ответил Евгений. Но на этот раз, он уже ничего не понял. Так как его голова была занята мыслями о сюжете его второго произведения.

Ныне, он ещё больше старался не раскрыть своё тайное литературное увлечение. Женя стал продолжать писать свои труды, совершенно позабыв, не то что об экзамене, но даже о самой школе. На уроках он перестал активно отвечать так как раньше, порой забывал делать домашнее задание, отговариваясь тем что у него при постоянной подготовке постоянно стала болеть голова, да и к контрольным Женя стал относиться куда халатней, раз в последние пол года он снова скатился на четвёрки, да вот только родителей волновало лишь то, что будет в конце года.

В такой манере всё продолжалось вплоть до начала мая. Отец все эти пять месяцев периодически спрашивал сына о подготовке, а тот в свою очередь отвечал что готовиться, на самом деле работая над своим вторым трудом.

В начале мая, Виктор решил проверить успехи Евгения в подготовке к экзамену, и тут-то Женю ждало фиаско.

Это был, как ему казалось тихий майский вечерок. Женя сидел и так старался не раскрыть своё тайное увлечение, что за компьютером он себе тихо сидел и насторожено писал, прислушиваясь к каждому шороху, желая поскорее закончить своё второе произведение, которое являлось продолжением перового, но вот уже герои попали не в сказочный лес, а в совершенно другую реальность, где их ждало ещё более странное, да тем не менее удивительное приключение.

Пока мама работала на кухне, он старался помаленьку писать, говоря маме о том, что он повторяет всё то, что они прошли за уже почти минувший учебный год. Женя знал, в какое время приходит отец, но на этот раз, он вернулся на час раньше из-за сильной головной боли и вследствие неспособности работать.

Евгений уже не раз сталкивался с подобной ситуацией, когда один из родителей внезапно приходит домой, пока тот занимается своими литературными делами, а потому, он уже чуть ли не на автомате закрывает программу, сохранив всё написанное и переходит на открытую раннее вкладку в интернете с фактами по предмету, к которому готовиться. На сей раз была история. Ничего не предвещало беды, текст сохранён, идеальная отмазка в лице сайта, сейчас висит на мониторе. Что может пойти не так?

И что-то как оказалось пошло не так. А именно то, что уже май, через месяц экзамен и отец решил проверить все успехи своего сына через вопросы с конца каждого параграфа со словами: “У меня сейчас голова болит и совсем нет настроения, может ты своими ответами сможешь меня сейчас порадовать?”.

Чтоб вы лучше понимали, Женя не готовился к экзамену от слова вообще. Единственное, что он делал связанное со школой, так это бегло прочитать параграф, для более менее успешной сдачи контрольной. Да вот он надеялся, что это бегло прочтение сможет вывести его из такой непросто ситуации. Напрасно.

Отец, взяв учебник по истории, открыв случайны параграф, перейдя на последнюю страницу данной темы, начал задавать вопросы по содержанию. Из десяти вопросов, Евгений с горем пополам ответил лишь на четыре. “Хорошо” – холодно и саркастично произнёс отец. Перейдя на пятьдесят страниц вперёд, он начал задавать вопросы из конца другого параграфа, ответы снова были неутешительными. Давая ему последний шанс, Виктор перелистнул на половину половины сотни, начиная задавать вопросы, на что получил неудовлетворительные ответы.

После всего услышанного, он подходит к сыну со словами: “Почему так происходит, ты ведь мне говорил что готовишься, говорил, говорил. И после вот этих отвратительных ответов, ты мне смеешь заявлять, что ты готовился?” – злостно спрашивал отец, с каждой запятой повышая тон голоса. На этот счёт, Женя промолчал.

“Ну так что? Говори. Это получается, что ты мне врал всё это время? Почему ты врал и почему не готов? Почему то у меня возникает стойкое ощущение, что раз уж ты не готов к этому предмету, то ты не готов и к остальным. Я ведь прав?”.

С каменным и на сей раз, уверенным и твёрдым лицом, он стал проговаривать ответ: “Да, я мало готовился к экзаменам. Всё это время, пока ты меня спрашивал, а я отвечал “Да”, но я врал тебе, говоря о том, что я готовился. На самом деле, я нашёл любимое занятие. Ещё в прошлом году. Но боялся вам сказать, так как ожидал услышать бесполезность и глупость этого увлечения от вас, а мне нравиться заниматься тем, чем я занимаюсь сейчас. Я пишу истории и продаю их в школе за деньги. Свой первый труд, я написал ещё в конце августа, учитель литературы проверил, сказала, ей понравилось, после чего, я начал продавать распечатанные копии своим одноклассникам, в общем сумме заработав 300 рублей. А я, перестал готовиться к экзаменам потому, потому что я устал учиться. Я больше не мог заниматься школой, я устал, за все эти годы, к которым вы меня приручили к этой совершенно дурацкой структуре. И в писательстве, я находил покой, и стойкое ощущение того, что я делаю что-то воистину великое и грандиозное. То, что и будет отличать меня от других людей. То, где я могу проявить себя и быть наконец самим собой” – гордо сказал Евгений, чуть ли не со слезами на глазах.

“Понятно, ты конечно молодец что писал, это действительно похвально. И то что ты заработал эти 300 рублей это тоже какое никакое достижение. Но ты хоть на капельку понимаешь, как сильно ты сейчас рискуешь всеми нами?!!! – спросил его отец с даже некой ненавистью. “До тебя доходили мысли, в твоей якобы гениальной голове, что если ты не сможешь сдать экзамены на высокие баллы, то как твоя жизнь покатиться по наклонной, как утащишь нас всех за собой и мы до конца своих дней будем продолжать жить как нищие? Ты это понимаешь? Разве после стольких лет, ты бы не хотел получить высшее образование в Германии и ты что, даже забыл: “Как мы на тебя надеемся” – произнёс тогда Виктор с убеждающим тоном.

“Как мы на тебя надеемся” именно эта фраза, та самая последняя фраза, которую ему чуть ли не в голову закладывали с самого детства, прозвучала в его восприятии по каждому слову максимально медленно и максимально долго. После которой, впервые за свою жизнь, с громким уверенным тоном он заявил: “Да мне уже абсолютно всё равно на твою Германию. Ты просто обыкновенный нищий скупердяй, который в жизни ничего не добился и пытающийся хорошо пожить за чужой счёт, да мне стыдно тебе даже в глаза смотреть, неудачник”

Сказав это, с души Евгения словно упал огромный груз внутренних переживаний и само убеждений, после которого, он почувствовал себя как никогда свободным.

-“Это эти твои книжки сделали тебя таким? Это твои, жалкие писанины превратили тебя из послушного мальчика в быдло которое не хочет учиться?”

-“Я просто устал от всего этого”

-“ Но ничего, это можно быстро исправить” – угрожающе сказал отец. После этих слов, он начал спрашивать, где на компьютере находятся его книжки, но Евгений сказал, что не покажет. Тогда совсем вышел из себя Виктор. Взяв кота за шкирку, он начал заявлять: “Если ты мне сейчас же не скажешь где находятся твои писанины, то я этот меховой мешок мигом выкину из окна” – поставил такое условие он. В тот момент, Жене казалось, что он способен на что угодно, и даже ярые возражения детей и матери совершенно никак на него не влияли. А потому, без лишних вопросов и вновь подступающими слезами на глазах, показал, где именно на компьютере находятся его произведения.

Как ему не хотелось верить, и к сожалению, так ожидаемо, отец берёт и переносит эти два документа с текстом в корзину, после чего её очищает.

Сказать, что это был сильный удар по психике Евгения, так это не сказать ничего. В тот момент, его просто разрывала та обида, боль, ненависть, отчаяние так, что просто невозможно было описать словами.

Не отпуская кота из под шкирки, он поворачивается к сыну с вопросом: “Где деньги?”.

А Евгений в свою очередь молчал как воду набравший в рот. После недолго молчания, Виктор снова утверждает: “Если ты мне сейчас же не скажешь, где находятся деньги, то этот кошак узнает на практике, что такое пролёт расстояния с высоты пятого этажа. А я ведь всё равно найду их, а потому, тебе лучше отдать их добровольно прямо сейчас”

Услышав эти изречения, Женя тут же указал на свой шкаф, где хранилась одежда, и сказал искать под носками.

Опустив кошку, отец резво открыл шкаф и нашёл те самые жалкие 150 рублей, с вопросом: “Где ещё 150 рублей?” А Женя отвечает, как потратил их на сладости в магазине. “Тратишь деньги на всякую х!»?ю”, после чего берёт их в руки и разрывает их у него на глазах, пока Евгений смотрит со слезами на глазах с закрытым ртом, не в силах из-за шока сдвинуться с места.

-“Вот и славно, мы ведь все надеемся, что этого больше не повториться”

-В ответ было молчание со слезами на глазах

“Я повторяю, мы ведь все надеемся, что этого больше не повториться”– угрожающим тоном заявил отец.

-“Нет” – с реками из глаз отвечал Евгений.

-“И ты теперь меня точно будешь слушать и не скрывать всю правду” – снова угрожающим тоном заявляет отец.

-“Да” – стараясь как можно быстрее уже закончить эту пытку.

-“Хорошо, я тебе поверю” – произнёс он с ухмылкой на лице. “А теперь можешь идти в сою комнату, завтра наш ждут большие перемены.”, после слов которых, Женя незамедлительно отправился в свою комнату, лег на кровать лицом в подушку, где пробыл там до самого утра, даже не успев поужинать.

Как только все интриги ушли прочь, мама заявилась к отцу, с вопросом: “Почему ты с ним так жестоко?”

На что тот ответил: “Ничего страшного, этим детям сейчас только и нужна твёрдая рука. А то совсем распаясаются и отобьются от рук. Всё это я делаю ради нашего счастливого будущего”

“Ненужно мне такое будущее, при котором мой сын будет так страдать”. После чего, мама снова пошла с обидой заниматься своими делами, пока отец лёг на кровать, старался успокоится, мимолётно продумывая план завтрашнего разговора.

Если Жене казалось, что тот вечер был тяжёлым, то он ещё даже не догадывался о вечере следующего дня, который его ожидает.

После того громкого инцидента, все в семье по утру старались не вспоминать об этом, давая ложные надежды о счастливом исходе. И ведь по началу, всё действительно было как обычно. Евгений отработал свой день в школе, пришёл домой, накормил детей и стал заниматься домашними делами. Да вот только вечер стал не то что ключевым, а прямо таки поворотным аж на целых 540 градусов, правила которые, вновь обязывали вернуть Евгения к состоянию “спокойности и послушания”.

На дворе стоял май, до сдачи экзамена оставалось чуть меньше месяца, а потому нужны были кардинально жёсткие меры по восполнению знаний.

План Виктора заключался в двух этапах. Первый – это этап по сдаче экзаменов. Второй, уже на лето – носил более нравственно-воспитательную цель.

Теперь, жизнь Жени превратилась в мало чем отличающуюся картину от жизни в тюрьме строго надзора, где каждый шаг прослеживается, каждое действие контролируется, а любое неповиновение и невыполнение обязанностей его наказывали либо тяжёлым словестным порицанием, или же хлёстким ударом ремня по телу.

После того ракового во всех смыслах происшествия, Евгений обязывался каждый день после урока немецкого языка, отчитываться за полученные знания перед отцом каждому предмету экзамена, а всего их было четыре штуки. И этот месяц, стал для него одним из самых болезненных и трудных, что, несомненно, сказалось на психике главного героя.

Школа, где детей самих подготавливали по предметам, дети, которые раздражали своими криками и просьбами каждые десять минут, напряжённая атмосфера собственного дома, которая больше не было спокойным и уютным местом, а скорее напоминало суровый карцер, да ещё и самому Жене казалось, что отец, который должен был его любить и воспитывать своего сына, совсем перестал видеть в нём человека, и считал его исключительно средством по выполнению поручений. Все эти факторы, снова заставили посмотреть по новому на расстояние между балконом и землёй. Но он только терпел, всё сильнее скрипя зубами, стараясь думать о том, что в скором времени, все эти ужасные времена пройдут в ближайшем будущем.

И единственным светлым пятном в этот суровый период, стала его мама, которая за столько лет, сама лично подходила каждый вечер обсуждая как сегодня прошёл день, морально подбадривая и говоря о том, как отец скоро успокоится и даст тебе наконец свободу, и что это всё временные трудности, которые исчезнут как только наступит долгожданное лето.

Да вот только, Женя прекрасно понимал, что никак он не успокоится, а максимум на что приходилось рассчитывать, так это раз в месяц первого числа оставаться у бабушки в гостях, и то при этом успешно завершив всю школу.

Время шло, каждый день Евгений отчитывался перед отцом за пройдённый материал, дело подходило к началу экзаменационных работ. И кто бы мог подумать иначе, что Евгений сдаёт их всех без особых трудностей почти на самый высокий балл, закончив школу с золотой медалью. Да вот только, каких либо особых чувств от получения медали он не ощущал, скорее был рад тому, что весь этот ужас и кошмар со школой наконец завершился, и существует мизерная вероятность того, что отец наконец сможет отстать от своего приёмного отпрыска и дать ему хоть на последнее лето долгожданную свободу. Существует, скорее существовала.

Виктор прекрасно понимал, что на это лето, он никак не мог снова пустить Евгения на самотёк. Он продолжил свой план, по которому Женя должен оставаться послушным и верным.

На каникулах в школьное время, ему разрешали спать до 10. По “Плану Виктора”, подъём был строго в 9:00 или максимум в 9:05. Если же он вставал позже назначенного времени, то на него кричали и всячески подгоняли, после чего сонливости как небывало.

Как только он встал, у него было десять минут на туалет и чистку зубов

Затем, утренняя зарядка. Три подхода по двадцать приседаний, пресса и отжиманий, между подходами, которая была минута отдыха.

После зарядки, завтрак на пятнадцать минут, после чего был урок немецкого языка на час, на котором уже только повторяли пройденный материал и закрепляли полученные знания.

Как только завершился урок, начинается домашняя работа в лице уборки дома, которая должна длятся до 12:00.

Если он во время завершил уборку, то у него до обеда был час отдыха, который он мог потратить на просмотр телевизора с разрешением детей, которые зачастую смотрели телевизор в это время. Или же он мог почитать одну из книжек, которые стоят в специальном шкафу.

После “отдыха”, наступало время обеда, на который у него было минут десять.

Как только завершился обед, наступало второе время уроков, на котором он повторял пройденный материал по химии и биологии, чтоб без каких-либо трудностей поступить на врача. Каждый день на предмет уходило по часу, и в общей сумме после обеда Женя тратил часа два.

Завершилось второе учебное время, после которого, начиналась самая лучшая часть дня. А именно, до шести часов, ему разрешали делать – НИЧЕГО. В прямом смысле, его не трогали и он мог заниматься всем, чем только душа позволяет, с разрешением родителей конечно. Да вот только, максимум на что у Евгения хватало фантазии хоть как-то отдохнуть, так это смотреть угодные партии, ой, то есть отцу фильмы, в которых он сам был уверен и в которых он точно знал, что там не будет никаких “Вредных мыслей”. В основном, это была советская классика, документальные фильмы и животных, и лёгкие комедии. Чтоб ни в коем случае не было даже намёка на какой-либо протестный потенциал.

Шесть часов вечера, семья в полном составе до восьми часов направляется в парк для совместной прогулки. Тут то, начинается вновь активно работать машина пропаганды о надежде, как его старания категорически важны всех и как нам всем будет тяжело если ты не выучишься и не найдёшь работу. “Ты ведь помнишь, как мы на тебя надеемся?” – часто спрашивал Виктор.

“Да, помню” – спокойно и скромно, без эмоций отвечал Женя, так гуляя до восьми часов вечера.

Когда они возвращались, на часах уже стояло 21:00 – это время ужина, на которое уму уделялось минут двадцать. Затем было десять минут отдыха, урок немецкого на час, время отдыха до 23:00 и после строго в постель.

Это было строгим расписанием на выходной день, но ведь это было только два дня из семи. В остальные дни, в распорядок дня вписывались дети с бабушкой, за которыми тоже нужно следить и ухаживать. А это ухаживание заключалось в том, что когда Евгений завтракает, он обязан накормить своих сестёр и бабушку, когда он обедает, он обязан накормить своих сестёр и бабушку. После обеда, ему необходимо сделать с ними уроки, которые мать задавала самолично, занимая у него час времени, пописать, почитать, порешать примеры и.т.д. А после уроков, которые заканчиваются в пол третьего дня, он обязан идти с ними во двор на прогулку до шести, чтоб они не потерялись или их кто-нибудь не украл. Гуляли они примерно с трёх до шести вчера, потому что в это время возвращалась мама и она разрешала ему зайти домой, так-как могла следить за ними с окон балкона. Это было время полного уныния. Он просто почти четыре часа смотрел с лавочки за тем, как дети гуляют во дворе, в окружении детского крика, который уже потихоньку сводил его сума. Благо хоть на эти случаи, у него всегда были книжки в шкафу, которые скрасили столь нелёгкое бремя.

Когда мама возвращалась домой, то у него был час на отдых, который он тратил на просмотр телевизора и не очень длинных фильмов. После же начинались два часа химии и биологии

Ну а дальше вы знаете, ужин, урок немецкого, час отдыха и спасть. И так продолжалось до конца лета.

Если он не выполняет всё точно в срок, на него кричали и морально давили. Если же так продолжается больше трёх раз за день, отец брался за ремень. Стоит ли говорить, что в первые дни было ой как неприятно?

Целью Виктора – было полностью искоренить весь протестный потенциал своего отпрыска, и знаете, у него это получилось. Более Евгений никогда не повышал голос, ни в чём родителям не отказывал и всегда был словно шёлковым.

“Но должна была ли эта цель быть достигнута таким зверским путём” – задумывалась тогда мать.

Мама видела, как её сын страдает, какой он несчастный и угрюмый, а потому, множество раз пыталась уговорить отца смягчить наказание, но отец всё никак не реагировал.

В конце каждого дня, мама заходила в комнату к сыну, где спрашивала перед сном о том, как у него дела и чем сегодня он занимался? Да вот только, Женя всегда отвечал: “Дела, хорошо. Ты ведь знаешь чем я занимаюсь каждый день” – спокойно всегда отвечал Евгений.

И в один из вечеров мама спросила: “У твоего папы был просто плохой день, и вот он так на тебе сорвался. А твои произведения мне было бы интересно прочесть, может расскажешь о чём они были?” – спросила его тогда мама.

-“Нет, я виноват и заслуживаю это. Я больше не хочу вспоминать более об этих книжках. Они сделали меня таким, каким мне себя стыдно вспоминать. Грубым, непослушным и дерзким. Я просто хочу об этом поскорее забыть”

Делая после выдох полный сожаления, мама целовала его на ночь перед каждым сном, говорила: “Спокойной ночи”, и неспешно уходила.

Июнь для Евгения явно оказался непростым, к счастью в июле всё было куда проще.

В середине месяца, вся семья отправилась на отдых на море на десять дней на поезде, где все, включая Евгения, хорошо провели время. После приятной ночной прогулки, когда вся семья вернулась домой, мама снова спросила своего супруга о смягчении наказания для своего сына. И так как он был в хорошем настроении и считал, что Евгений усвоил урок, то он смягчи наказания по следующим критериям:

1) Теперь можно было спать до десяти и ложиться в полночь

2) Теперь можно было не гулять с детьми, а просто наблюдать за ними с окон балкона

3) Теперь, на химию и биологию уделялся всего час в день вместо двух.

Услышав это, Евгений без сомнений обрадовался и поблагодарил маму за то, что она спросила это за него, а папу, за то, что разрешил ослабить правила.

И все остававшееся дни на отдыхе он провёл с удовольствием и внутренним удовлетворением.

Август – месяц ответственный, как не только для самого Евгения, но и для всего человечества. Именно в этот месяц, всемирная организация здравоохранения, объявила о завершении “Великой пандемии”, при котором последнего на земле потенциально больного сумели до конца излечить.

А что касается нашего героя, то вся семья готовилась к важному моменту – отправке сына за границу, для которых, они чуть ли не опустошили все свои пакетики и кошельки, дабы набрать всё необходимое. Одежда, налог в консульство, всякие договора и другие затраты, которые были необходимы для легального переезда Жени в Германию. Касательно всех необходимых документов, то о них родители начали заботиться ещё с марта, так как некоторые готовились крайне медленно, а некоторые должны были заполнятся только в определённый период времени. После этого начались встречи со специальными кураторами, которые объясняли тонкости всех процессов поступления, цены проживания и система налогов и другие мелочи, которые были весьма важными для жизни в этой стране, за исключением весомых минусов проживания в Германии. Виктор просил о них категорически не рассказывать.

Он планировал учиться и жить в Гамбурге. Хоть там и жил всего один родственник Виктора, который приходился ему старшим двоюродным братом, именно этот город завоевал его любовь и уважение, так-как он сам был там однажды и Гамбург, вне всякого сомнения, до глубины души, завоевал его сердце. Самого брата звали Иван. И с Виктором у него всегда были тёплые и дружественные отношения. А потому, он был готов согласится принять Женю в свою свой дом.

Также, родители хоть и понимали, что Евгений в совершенстве владеет теоритическим материалом, обладает неплохим словарным запасом и внушительными знаниями грамматики, практики в разговорной части у него было маловато, а потому, решили взять ему репетитора на месяц для подготовки к языковому экзамену и натаскать его речевые способности. Что обошлось родителям, в Евро так 1000.

За неделю до отлёта, мама и папа взяли себе отпуск на неделю, чтоб подольше побыть вместе со своим сыном. Мама рассказывала ему, как готовить всякую еду, по типу макарон, мяса и риса. А папа толковал о том, как оплачивать счета и вести учёт доходов.

На день рождения, который произошёл 27- числа, на его восемнадцатилетние, как и в прошлые разы, было чаепитие в кругу родственников, которые в этот раз, уже желали удачи со словами: “Вперёд в Европу” и другие выражения подобного рода.

Самого же Евгения не волновал перелёт в другую страну от слова вообще. Ведь он готовился к этому практически с самого детства. Единственного чего он боялся, так это подвести свою семью, которая так на него надеяться, и чуть ли уже не молятся, что бы у него, всё получилось.

“Так как ты довольно неплохо владеешь немецким языком, то для тебя не должно составить труда, совмещать работу и учёбу” – сказал ему тогда отец.

“Так ты сможешь куда быстрее практиковать свой язык, да и получишь полезный рабочий опыт” – говорил он ему в тот день. Женя же был категорически не против, но поначалу волновался он по этому поводу, так как совершенно не представлял, что она будет из себя представлять. Да вот только подумав, он сможет снова иметь при себе свои собственные деньги, потому перспектива работы его после нисколечко не смущала.

Вечером перед отлётом, у Жени с родителями был очень важный разговор. В нём обсуждали план по проезду в городе к занятиям, как он будет подавать все необходимые документы в университет, планы по нахождению подработки и о культурном и интеллигентном поведении в почти что самостоятельной жизни. “Не пей, не кури, не употребляй наркотики, не гуляй с дурными компаниями. От этого будут только одни беды и ты, выше этого” – сказал отец перед тем, как Женя уже пойдёт спать.

Ночью перед полётом, родители не могли уснуть до самого утра. Так как они не верили, они не могли окончательно того осознать, что им удалось отправить своего сына учиться в Европу, через, сколько трудностей они прошли, чтобы, наконец, совершить то, о чём они так долго думали и к чему так долго стремились.

Ночью перед полётом, не спалось не только самими родителям, но также и Евгений был непосредственным участником думающих событий. Правда, только закрыв глаза и делая вид что он спал. В общей сложности, он не мог заснуть порядком около двух часов. Ведь всё это время, его занимали самые различные мысли. От весёлых и радостных, тревожных и страшных. Самой важной задумкой, которая и вертелась в его голове почти всё время, стала: “Я обязан не подвести родителей. Я обязан не подвести родителей. Они на меня надеются. От меня, зависит всё их дальнейшее существование. А потому я обязан сделать всё возможное из моих сил, что бы остаться в стране, выучится, найти работу и в будущем помогать родителям. Это моя обязанность. Это, мой долг”. И ведь действительно, это была для него обязанность и дело долга. Практически всю жизнь его к этому готовили, и вот теперь, настал судьбоносный час.

Полтретьего времени следующего дня, мама, папа, сёстры, дедушка с бабушкой, собрались всем вместе в аэропорту, что б отправить Евгения в столь ответственный путь. До вылета оставалось чуть меньше часа, родители говорят слова напутствия, а старшие предки высказывают свою гордость за внука. Проходит минут тридцать, оглашают посадку на нужную им полосу, наступает время расставания. Все поочерёдно обнимают Женю, а когда дошло время до отца, то он крепко пожав руку, притянув к себе, подобравшись к уху тихо шепнул: “Ты только помни, как мы на тебя надеемся”, после чего отпустил.

Женя в тот момент ему ответил: “Буду”, затем отпустив руку, отправился на терминал проверки документов.

Бабушка с мамой пускают слёзы, дети кричат громкое: “Пока, Удачи”, деда размахивает рукой, а Виктор показывает кулачок поддержки. Развернувшись и помахав рукой, он увидел счастливые лица родственников, которые продолжали с ним прощаться, пока его фигура окончательно не скрылась за углом терминала.

И вот, мы вернулись, к тому, с чего начали. Молодой, недавно только ставшим совершеннолетним юноша Евгений, готовиться для отлёта в Германию, для получения высшего образования и поисках лучшей жизни. Только вот теперь, вы знаете о главном герое абсолютно всё.

Часть 2

Потеряв своих родственников из виду, он с грустью вздохнул и сев на скамейку, стал дожидаться своего рейса.

Сидя напротив посадочного терминала, в тот момент, Женю окутывали самые различные мысли: “Начало самостоятельной жизни”, “ Счастливые моменты, проведённые у бабушки ”, и злополучный вопрос: “Ты ведь помнишь, как мы на тебя надеемся?”, который всё крутился и крутился у него в голове, понимая, что этот момент, уже наступил.

Закрыв глаза и сделав глубокий вдох и выдох, он пытался успокоить, да подумать о надвигающихся событиях. Ухватившись за рюкзак покрепче, наклонив на него голову, он представлял, как летит на самолёте, приезжает к дяде, как будет проходить первый урок, как выглядит сам город, и другие вопросы мучали его на протяжении всех этих тридцати минут.

Но в один момент, казалось бы совершенно спокойно и ничем непримечательного сидения, он услышал разговор. Разговор, который доносился из группы молодых юношей и девушек, аналогично Евгению, собиравшиеся улетать из страны. Этот разговор, на удивление сумел завладеть внимание Евгения, и чтобы скоротать время мучительного ожидания, он решается к ним прислушаться и вникнуть в суть их диалога. Благо, находился он как раз неподалёку от них.

“Ну что, что ты чувствуешь?”

“Да будто ты не знаешь, конечно же волнение. Вроде столько раз об этом рассуждали, но столкнувшись в реале, всё равно присутствует в теле некий потаённый страх”

“Да, и не говори

Кстати, я всё таки принёс ту книгу, которую тебе так явно рекомендовал. Чтоб в полёте было веселее” – сказал первый протянув книгу.

“Мир, как воля и представление” . Артур Шопенгауэр. Не пойму зачем ты мне её так рекомендовал”

“Да знаешь, просто когда прочитал её, то в голове сразу же нарисовался твой образ. Словно, автор словно точь в точь описывал твой характер.”

“Ну естественно”

“Действительно. Вечно меланхоличный мыслитель играющий на скрипке. Чем не первичное олицетворение самого Шопенгауэра?”

“Ну хорошо гений. Я слышал про его самый главный философский труд. Но что ты можешь мне о нём рассказать раз уж ты всё прочёл?”

“Ну вот допустим, передо мною стоит тело, тело из мира представлений, которое я могу наблюдать. А внутри этого тела, живёт душа, стремящаяся к познанию, и поисках лучшей жизни. Это, твой внутренний мир воли.”

“Глубоко” – иронично подмечает один из собеседников.

“Да. А ещё, она показала мне один очень интересный приём против тебя”

“Серьёзно, и какой же?”

Лишь немного улыбнувшись, тот подходит к нему поближе, и быстро щёлкает пальцами возле его лица.

“Что ты делаешь?” – возмущённо спросил тот.

“А что?” – спросил он, вновь щёлкнув у лица.

“Это раздражает”

“Раздражаю я, или мои щёлканья” – и вновь щёлкнул пальцами у лица.

“Ты ведь знаешь, знаешь, когда меня разозлить, я могу и лицу ударить”

“Серьёзно?” – и после этого, уже в последний раз щёлкнул пальцами у лица.

“Если ещё раз так сделаешь, я…” – но не успел он закончить, как тот вновь щёлкнул пальцами у его лица.

Не став сдерживать себя, он уже делает замах, чтобы как можно доходчивее объяснить товарищу, как не правильно поступать в такой ситуации. Но второй предвидел это. И как только он увидел поднимающуюся руку, тут же поставил на телефоне в полной громкости настоящий реквием Моцарта. Услышав музыку, его собеседник моментально останавливается, и опустив руку, в недоумении спрашивает его:

“Что ты творишь”

“Да, вот именно, погружайся в мир воли, отстраняйся от болезненного познания, и находи утешение в эстетике” – с улыбкой сказал ему второй.

“Ой, понесло его на философию. Ну естественно, не мои ведь родители доктора наук в этой области”

“А мои не являются музыкантами симфонического аркестра. И тем не менее, я всегда старался слушать все те композиции, которые ты мне рекомендовал”

“И ты говорил, что они тебе нравятся”

“Да, и тебе понравиться эта книга, ты только вспомни. Ты начинал играть на скрипке, когда хотел отдохнуть от гнетущих мыслей или чрезмерных внешних раздражителей. Также делал и Шопенгауэр, считавший музыку величайшим из видов искусств.”

“Мда. Ты меня переиграл и уничтожил” – иронично ответил он.

“В общем, бери эту книгу, и основательно её прочти. Потому как не проводить параллели с самим собой, ты просто не сможешь”

“Ладно, как скажешь. Да и два с половиной часа полёта не хочется тратить просто так.”

“Вот и отлично. Только, не пропитайся духом ещё большего пессимизма. Потому как прочтя её, я глубоко осознал знаешь что?”

“Именно?”

“Что тут говно, что там говно, везде одна параша. Но в именно эти моменты, дабы отождествляться от тоскливой серой реальности, мы можем…”

“Погрузиться в мир музыки”

“Погрузиться в мир музыки. А потому, сыграй нам что-нибудь побыстрее, а то скоро и до посадки недалеко”

Ещё через десять минут, объявили посадку на нужный Евгению самолёт. Подходя к терминалу, сердце билось как не в себя, дыхание перебивалось, а ноги дрожали, словно осиновые листья. Тогда, ему так сильно хотелось всё бросить, выбросить этот несчастный портфель с вещами как можно дальше и вернуться домой в свою родную кровать. Да вот только, груз ответственности который он ощущал в тот момент, не давал ему это сделать не при каких обстоятельствах, а потому, когда контролёр проверил билеты, он с лёгким чувством волнения, взошёл на трапу самолёта, нашёл своё место, и положив все свои вещи на верхнюю полку, уселся в кресло в ожидании начала полёта.

Рядом с ним уселся парень по имени Андрей. Он также как и Евгений, собирается лететь в Германию для получения образования и поисках лучшей жизни. Он попробовал поздороваться и представиться с ним, да вот только, Евгений, чтобы тот от него отстал, сказал, что очень устал и хотел бы побыть в тишине. Тот произнёс в ответ: “Ладно, хорошо” более не беспокоив его до конца полёта, и более, никогда.

Через пять минут проходит бортпроводник, объясняя как правильно пристёгиваться, и сидеть в кресле, через минут десять после проводника последовало объявление пилота, затем выход на взлётную площадку и наконец, взлёт.

31-ого августа, 2022-ого года, в 16:00, наступил именно тот момент, который поделил его жизнь на до и после. Самолёт взлетел, пролетая над густыми густыми облаками, пока Женя смотрел в глубь иллюминатора. Через минут 10 просмотра, он увидел столь родной Санкт-Петербург, который всё отдалялся и отдалялся, пока и вовсе не скрылся под серыми тучами.

Потеряв его из виду, Женя уселся в кресле, закрыв глаза, и откинул голову назад. Он представлял своё ближайшее будущее, догадываясь о том, будет ли город на самом деле таким, каким он его видел в экране домашнего ноутбука.

Любопытство, интерес и страх – вот те три основные чувства, которые преследовали Евгения на протяжении всей протяжённости полёта. Даже с закрытыми глазами, он никак не мог уснуть в кресле того самолёта, постоянно задаваясь вопросами, о городе своего дальнейшего проживания. Периодически выглядывая в окно, Женя всё никак не мог у сидеться на одном месте. Волнение, которое он испытывал, никак не давало его телу, просто усесться в кресле и насладиться приятным полётом на высоте десятка тысяч метров. Ему хотелось тогда делать самые разные вещи. Прыгать, бегать, скакать, громко петь, лиж бы делать всё возможное, для того чтобы убить время и поскорее приехать в город своей мечты. Но осознав всю глупость данных затей, Евгений пытается лишь поудобней усесться в кресле, вновь откинуть голову назад, и закрыв глаза, не думая вообще ни о чём, долететь до города, к которому он стремился, практически всю свою непродолжительную жизнь.

Через два с половиной часа полёта, он наконец прилетел в тот город, о котором он столько слышал, о котором столько читал и которого столько видел в экране ноутбука. В иллюминаторе он разглядел его очертания, и словами он не мог описать своего удивления, на сколько же он был огромным.

Когда самолёт сел, большинство людей на борту стали хлопать пилотам, пока Евгений вглядывался в другие самолёты и взлётные полосы. Как только все стали выходить с самолёта, он не был белой вороной, а взяв свой рюкзак, вышел на паспортный контроль.

Пройдя контроль без каких либо проблем, прямо напротив стоял дядя Ваня, который уже как минут 20 ждёт не дождётся своего зарубежного друга. В тот момент, как только Женя его встретил, он с лёгкой стеснительностью и неловкой улыбкой начал подходить к нему, Иван же, тоже совершенно спокойно, без лишних эмоций, но с лёгкой улыбкой на лице пошёл к нему на встречу, встречать своего прилетевшего племянника. При их первой встречи, он был одет в тёмно-синие брюки, чёрные туфли и строгий пиджак с рубашкой, на которой висел выделяющийся красный галстук. На лице была лёгкая щетина и короткие серые волосы, с лёгким налётом седины.

Они увидели друг друга на довольно среднем расстоянии. Каких-то 20 метров отделяли его от человека, который в теории будет о нём заботиться несколько следующих лет. От волнения, по телу бежала лёгкая дрожь, руки судорожно сжались в кулаки, а в ногах чувствовалась небольшая тряска и рюкзак за спиной только усугублял положение. Почти дойдя до него практически в плотную, в его голове вновь появились мысли: “Так, это дядя Ваня, тот человек, с которым я практиковал свой немецкий, и у которого я точно буду жить первый год проживание в стране. Вид вполне себе интеллигентный, строгий я бы даже сказал, и вполне утончённый. По всей видимости важный человек. Хотя почему я его раньше не спросил, где он работал? Только мы и делали, что пересказывали тексты, изредка да рассказывая, как прошёл наш день. Ладно. Сейчас я к нему спокойно подойду, мы пожмём правые руки, и вместе выйдем в гоооо…” – не успел произнести до конца свой монолог Евгений, так как из-за мыслей в голове и лёгкой дрожи в ногах, его ноги споткнулись сами об себя, и наш герой упал прямо в ноги к своему дяде.

“Ох Господи” – сказал испуганным голосом дядя, параллельно помогая своему племяннику встать.

От полученного стыда, ему хотелось провалится прямо сквозь этот самый пол и никогда ему более не показываться. Но как тут провалиться, когда тебя уже из всех сил поднимает знакомый человек?

Встав на ноги и немного отряхнувшись, Иван спрашивает его взволнованным голосом: “Ну как, всё в порядке?”.

“Да, всё нормально. Просто оступился” – смущённо проговаривает Женя.

“Ладно, хорошо” – уже спокойным голосом сказал дядя, после чего, уже крепко пожав ему руку в знак приветствия, он хотел было помочь ему, взяв его портфель с вещами со спины, но Женя вежливо отказался, утверждая то, что ему не особо тяжело и они пошли на пункт приёма багажа.

Ожидая свою сумку ленте, он спрашивал о том, куда будет поступать, на кого и собирается ли в будущем оставаться в этом городе. На первые два он без эмоций ответил: “На врача”, а на последний без доли промедления: “Конечно здесь”.

-“Интересно” – ответил Ваня в ответ на вопрос про профессию, а на последний от себя добавил: “Ну, можешь найдёшь место получше”

-“Нет, не найду” – с ухмылкой на лице сказал он в ответ. Ведь его с детства мариновали мыслью о том, что это самый лучший город в мире. А потому, на счёт будущего места проживания он был уверен как никогда.

Приняв свой багаж, они двинулись к выходу, где их уже ждала машина, на которой они поедут к дому. Сев на переднее сиденье, Женя стал всматриваться в окно, до сей поры окончательно не понимая того, что он, наконец находиться в городе своей мечты. Иван в тот момент не говорил ни единого слова, давая племяннику возможность познакомиться с новым для него местом, и насладиться местными красотами.

Пока они ехали, его восхищала своей красотой уютная и малоэтажная застройка жилых комплексов, красота и плавность местных дорог, обильное количество мостов соединяющие город между уличными протекающими каналами, порт, который Женя сумел разглядеть заехав поближе в город и обильное количество “новых” немцев. Хотя скорее последнее порадовало со знаком минус.

На протяжении всего пути, Женя искал побольше надписей на немецком языке, что бы проверить себя и понять, не зря ли он учил немецкий такое количество лет. Как ни странно, всякие наружные вывески, рекламы и уличные надписи, он понимал в совершенстве.

По приезду к дому, его встретил пятиэтажный привлекательный на вид домик, сделанный из красного кирпича, вполне себе цивильный и ухоженный дворик, милая детская площадка и обильное количество ухоженных кустиков, клумб и деревьев. “Солидно” – произнёс Евгений увидав всё это. С портфелем на спине, поднимаясь на четвёртый этаж дома, его окружали белоснежные стены, словно совсем недавно был сделан ремонт с внушительным бюджетом. Войдя в квартиру, Женя лицезрел вполне себе неплохую и просторную, убранную трёхкомнатную квартиру, с приличной мебелью, обставленная вся в белых тонах.

-“Ну, я тебе подготовил комнату, будешь жить в ней. Пока располагайся, обследуй дом, а я пока приготовлю чего-нибудь”.

-“Спасибо” – в ответ сказал Евгений и после мытья рук в ванне, пошёл в свою комнату обустраиваться и привыкать к новому месту жительства.

На первый взгляд, это была вполне себя чистая и ухоженная комната. В ней был высокий шкаф для одежды, компьютерный стол, специальная тумба для книг, и кровать, которая была немного узкая, но особо не критично. Только на стене было квадратное чёрное пятно, словно на стене раньше висела какая-то карта. “Ну, хорошо” – про себя произнёс Евгений и приступил к обустройству самого себя на новое место.

Раскладывая все свои вещи в шкаф, его посещали всякие разные размышления. От того, сможет ли он сдать фактически один из важнейших тестов в своей жизни и сможет ли он не подвести своих родителей, до того, что он сегодня будет есть на ужин.

Его наказали каждый день звонить родителям и деду с бабой, что бы убедиться, что с ним всё хорошо и нет никаких проблем. А потому, после ассимиляции в новой для него комнате, он по интернету позвонил родителям и сказал, что с ним всё в порядке. С дедом и бабой он поступил точно также. Закончив два этих разговора, он отправился исследовать пока неизвестный для него дом. Прямо напротив его комнаты, была ещё одна спальня, где по всей видимости спал сам дядя Ваня. В ванной, на полках не было ничего лишнего. Только один шампунь, дезодорант и электронная бритва. В зале, на лёгкое удивление, было довольно пустынно. Никаких тебе картин, фотографий, весёлых памятных безделушек, исключительно белые обои, на которых также виднелись небольшие тёмные пятна и пустые полки, на которых не было абсолютно ничего.

Так он ходил, осматривался и пока в один момент, Иван не позвал ужинать. Это были макароны со свининой, а также, специально по приезду Жени, он заказал пиццу.

-“Можешь садиться” – спокойно произнёс Иван.

Для Жени это было удивление, так как на часах было только семь вечера, пока дома он садился ужинать только не раньше восьми. Но из вежливости он не стал оказывать, а скромно произнеся: “Спасибо”, приступил он с ним к вечерней трапезе.

Несмотря на то, что в домашних условиях готовил мужчина, то вышло всё на удивление вкусно. Первые минут 10, никто даже не проронил ни слова, лишь иногда участники стола бегло бросал взгляд друг на друга.

По прошествии тех десяти минут, Иван спокойным тоном произнёс: “Если ты меня стесняешься, то не стоит. Мы ведь с тобой не чужие люди. Или тебе по нарву кушать в спокойствии в тишине?”

-“Да, нет, я люблю хорошие беседы, как с дедушкой у меня были к примеру, просто, сейчас, хочу поесть в тишине”

-“Я могу тебя понять. Ты в незнакомом тебе городе, за тысячи километров от родного дома, где тебя окружала семья, близкие знакомые, родные улицы в конце концов. На первых порах, всем естественно тяжко, но должно пройти время, и ты привыкнешь к этому городу также как и к своему родному”.

В ответ на это, Женя пару раз молча покивал головой, затем продолжив доедать свой ужин.

После того, как они оба закончили есть, Евгений взял обе тарелки, положил их в раковину, замоча их в воде. Взяв тряпку, он стал вытирать стол, чтоб на ней не осталось ни единой крошки. Иван всё это с приятным удивлением смотрел на всё это из-за стола. Поставив чайник кипятится, он стал вымывать посуду, чтоб на ней не осталось ни единого пятнышка. Как только он завершил, к этому времени уже закипятилась вода, и Женя спрашивает: “Вы чай будете?”

Бросив беглый взгляд на пол, Иван отвечает: “Да, пожалуйста”

Как только он нашёл все чашки на полках и пакет с печенюшками, он поставил всё готовое на стол и перед тем как уйти с кухни сказал: “Спасибо”. А Иван, без лишних слов, слегка нахмурившись говорит короткое: “И тебе. ”

По завершению ужина, было восемь часов вечера, и по расписанию, приходило время вечерней уборки. Взяв мокрую тряпку со шваброй, дядя стал протирать полы во всех комнатах. Увидев это, Евгению захотелось помочь ему, да и самым важным, чем он в тот момент занимался, это банальное сиденье в зальном кресле без каких-либо дел. Вызвавшись помочь, Иван не отказал ему, а потому, дав ему в руки мокрую тряпку, попросил пройтись по всем полкам во всех комнатах. Что Евгений без особого труда сделал, кроме одной. И по иронии судьбы оказалось, что эта именно та самая комната, в которой должен спать сам Женя. Его смутила книжная полка, которая помимо произведений классиков русских авторов, и пока неизвестных ему немецких литературных деятелей, на задних полках хранились детские книжки-энциклопедии для детей и сказки для самых маленьких.

“К чему холостому мужчине средних лет детская литература на полке?” – задался тем вопросом Женя. Да только не смог его мозг дать толковый ответ на свой собственный вопрос.

Увидав, как Евгений вглядывается в дальние полки с литературой, подойдя к нему он задал вопрос: “Читать любишь?” – произнёс он с лёгким волнением, стараясь этого не подавать.

-“Да, люблю. Больше всего мне нравиться Достоевский, Гоголь и Некрасов”

-“Интересно” – произнося это, он закрывает полку с книжками. “Мы уже тут с тобой всё убрали, может, сходим на прогулку пока есть время?”

На часах было только полдевятого вечера. Поставив все принадлежности для уборки на место, они решили немного пройтись по округе перед сном, чтоб посмотреть, что находиться поблизости и немного подышать свежим воздухом.

Видя настойчивость Ивана, Женя тогда не смел отказать, да и ему самому было очень интересно пройтись по незнакомой местности и разузнать новые просторы. После чего, бросив мысли о тех детских книжках, мигом пошёл собираться. Он был одет в одежду, в которой сам и прилетел, а Иван надел на себя тёмные джинсы и тёмно-синюю футболку, в которой он и пошёл на прогулку.

Этот вечер, определённо запомниться Евгению на долго. Ведь только не успев выйти с подъезда, он наблюдает за одним интересным фактом – после восьми вчера, на улице практически никого нет, ни детей, которые гуляют во дворе, ни взрослых, которые за ними следят. Зато, выйдя со двора, Евгений увидал обильное количество “новых” немцев, количество которых, увеличилось в геометрической прогрессии по сравнению с дневным временем. Хоть они и преподносились как мирные жители, которые из-за войны бросили свой дом, но при виде их, Иван резко крепко взял Женю за руку и пошёл от них в другую сторону.

“Может, не настолько они мирные как это могло показаться?” – спросил сам себя Евгений.

Пройдя от них на метров 30, они замедлили свой шаг, после чего, дядя Ваня спокойно выдохнул и стал рассказывать про то, где и что необходимое в округе располагается:

“Рядом как я считаю, есть все необходимые магазинчики и заведения, которые могут тебе пригодиться. Прошёл немного, вот тебе продуктовый магазинчик, ещё немного, аптека, повернёшь в правую сторону, вот тебе строительный, в левую, ателье. И как ты можешь из этого понять, отсутствием хорошей инфраструктуры, здесь никогда и не пахло” – спокойным голосом говорил ему Иван.

После получаса ознакомления с местными красотам, Жене захотелось попить, а потому, он не зря захватил с собой купюру в десять евро из ста, которые дали ему родители на личные расходы. Тогда, вынув из кармана эту бумажку, он отправился в ближайший магазинчик, где надеялся купить себе бутылочку живительной влаги.

Он спросил у дяди, где тут поблизости можно это сделать, а тот в свою очередь, с ухмылкой на лице указал ему на небольшой магазинчик, который находиться через дорогу на первом этаже жилого дома. Без доли сомнений в той улыбке, он отправился к тому магазину, без происшествий перейдя дорогу. Да вот только, когда он уже собирался потянуть за ручку и открыть дверь, он резко замечает, что дверь собственно то закрыта. Вглядевшись в вывеску на двери, он увидел расписание и ужаснулся: “Как такое возможно, что магазин закрывается в восемь часов вечера?” – с изумлением спросил саму себя Женя. Особенно ему от этой мысли было не по себе, когда вспоминал, что магазины в его городе закрывались минимум в одиннадцать вечера, если не работали всю ночь.

“Мдаа” – с огорчением ответил он для себя. В этот момент, к нему сзади подходит дядя и изъявляет: “У нас так со всеми небольшими магазинчиками. Не как у вас”. Обиженно тогда он положил купюру в десять евро обратно в карман и продолжил своё странствие за Иваном.

“Не переживай так. Да, у нас мелкие точки торговли закрываются рано, но зато крупные супермаркеты работают аж до десяти вечера”. Тут-то Евгений не выдержал и рассмеялся от глупости происходящего.

-“Всего супермаркеты работают до десяти вечера?” –с удивлением спросил Евгений.

-“Да” – понимающе ответил Иван.

Его изумлению от происходящего тогда не было приделу. И снова после этих слов ему в голову влетели воспоминания о том, как входя в супермаркет возле дома бабушки, прямо на двери висела вывеска с расписанием, в которой указывалось закрытие магазина аж в два часа ночи, а некоторые работали если не круглосуточно вообще. Но делать было нечего. И с разочарованным лицом полным недоумения, они отправились в ближайший супермаркет.

По входу, Женя снова пришёл в состояния перманентного изумления. То, что людей под вечерний час было мало это в порядке вещей, но что бы некоторые люди до сей поры ходили в масках, это конечно нонсенс. ВОЗ ведь заявила об окончании пандемии, ещё в два месяца назад. Тогда почему граждане продолжают ходить в этих чёртовых масках?

Он лично судит по себе. В одиннадцатом классе, в том время, когда вирус ещё не собирался отступать, всем ученикам приходилось ходить в этих самых масках. Со временем она потела, раздражала лицо, из-за неё чесался нос, и те, кто носил очки, вдвойне не повезло, так как под воздействием постоянных выдохов, очки всё время запотевали. И люди с радостью их снимали хоть даже и находясь в торговом центре или многолюдном супермаркете. А здесь, даже продолжали носит после снятия карантинных мер.

Снова, после небольшой мысленной паузы, а также осмотра интерьера магазина продолжили свой путь на поиски отдела с напитками. В то время как они подходили, у дяди Вани появилась одна интересная идея – немного проверить разговорные способности Евгения и посмотреть на результаты его трудов.

Иван уже не раз был в этом магазине и прекрасно понимал, где и что в каком отделе находиться, а потому, начал водить Евгения где угодно, но только не возле отдела с водой. Ходили они так минут пять, не спеша, туда-сюда, да вот пока дядя проводил экскурсию по местному супермаркету, он заметил как на Жене, не было лица прям такого искреннего удивления. Скорее всего, потому что супермаркеты в Питере, особо ничем не отличались от Гамбургских. И скорее он не искал свою столь желанную воду, а более внимательно разглядывал надписи и цифры на ценниках. До того момента, пока Иван не попросил племянника спросить про воду местного консультанта.

Женя не был против, но на сердце стояла какая-то лёгкая неуверенность. Видя его в конце коридора, он волнительно простоял так секунд десять, обдумывая все слова, пока наконец, не набравшись смелости, он подходит и говорит следующее предложение: “Entschuldigung, können Sie mir sagen, wo Sie das Wasser hier haben?”, что на славянском означало (Извините, можете сказать, где у вас тут вода). Получив ответ, он направился обратно к Ивану, а тот при встрече заявил: “Показывай, что узнал”.

После этих слов, не произнеся не звука, Женя пошёл по направлению, который указал консультант, и буквально уже через минуту, он уже брал с полки свою тёплую бутылочку газированной воды, с лёгкой радостью на душе от пройденного момента.

“Хм, молодец” – довольно ответил Иван. “Ты прошёл моё небольшое испытание. Хвалю”. Улыбнувшись, Женя ответил: “Спасибо”, после чего они пошли на кассу расплачиваться за воду и уже держать путь домой.

Подходя к подъезду, с ними для Евгения случилось нечто совершенно неожиданное. К ним из-за угла подошло два представителя “новых” немцев, с “неевропейским” оттенком кожи, которые предлагали купить их “товар”. Стоит ли описывать тот ужас, тот страх, тот испуг, который Евгений испытал в тот момент. Это был первый раз в его недолгой жизни, когда к нему придрался прохожий на улице, к тому же говорящие на совершенно непонятном тебе языке, и он никак не представлял, что ему придётся делать в такой ситуации. К счастью, с ним рядом находился Иван, а уж он то точно знал, как себя необходимо было вести с этими ребятами.

Чётко и уверенно он отвечает: “Нет”, после чего снова ухватив Женю за руку, стал шустро уходить в свой подъезд как можно быстрее. Вообще, Иван жил во вполне себе приличном районе, где какое-либо серьёзное происшествие это большая редкость. Но в последнее время, “новые” немцы совсем потеряли страх и чувство меры, что даже в казалось бы приличном районе где живёт Иван, они наступают по ночам, охраняя все дворы по всей округе.

Поднимаясь по лестнице в квартиру, Евгений спросил Ивана:

-“Почему так происходит?”

-“Ты о чём?”

-“Да вот о них. Почему они себе такое позволяют и где полиция когда она так необходима? Даже я не специалист в законах, понимаю, что здесь замешано явно что-то административное, если не уголовное”

-“Дело в том, что в стране откуда они родом идут военные действия, и они, бежав от войны, перебрались к нам в страну, где наше доброе и знающее что делать правительство, точно знает что оно делает, а потому, принимает “добрых” друзей всё больше и больше, нисколечко никому при этом не мешая местному населению” – с неким волнением сказал это Иван.

-“Не понимаю я это правительство” – c некой огорчённостью произнёс Женя поднимаясь по лестнице.

Услыхав это, Иван зажмурил глаза, и всячески надеялся что бы это никто не услышал.

“Ладно, давай уже закроем эту тему и поскорее поднимемся домой” – волнующимся голосом предложил дядя.

“Ну, ладно” – спокойно сказал Женя, от части не понимая, почему дядя так неохотно хочет говорить про это.

Заходя в квартиру, Иван высказался: “Мы хорошо прогулялись, мне понравилось” – с улыбкой на лице произнёс он.

-“Мда, мне тоже понравилось” – произнёс Женя с некой разочарованностью”

-“На часах только полдесятого, может, перед сном хочешь чаю?”

-“Перед сном, то есть вы ложитесь всего лишь в десять вечера? С изумлением задал он встречный вопрос”

-“Да, практически все в Германии ложатся в это время, та как в шесть часов утра, многие уже обязаны быть на работе”

-“Чтож, ясно” – сказал Евгений, положа руку на лоб от удивления. “А чай, да. Можно пожалуйста”

– “Хорошо, пойду кипятить воду”

Как только дядя пошёл на кухню готовиться к чаепитию, Женя пошёл в свою комнату, обдумывать все полученные факты за сегодняшний день. Мигранты во дворах, закрытие магазинов в столь ранний час, обязанность ложиться спать в десять вечера. Он конечно из роликов в интернете понимал, что особенности и привычки немцев отличаются от русских, но что бы так кардинально, к этому ещё придётся привыкать.

“Ладно, смирюсь. Главное это поступить в университет и найти работу, чтоб не подвести своих родителей” – думал Женя про себя.

Как только эти слова были произнесены, с кухни раздалось приглашение к чаю и Евгений сразу к пошёл на кухню.

Сев за стол, взяв горячую кружку некрепкого чая, никто поначалу не произносил ни слова. Пока, когда уже весь чай исчез из кружки, Женя всё-таки решил задать один вопрос: “Когда я был маленьким, мне папа рассказывал про то, как вы переехали сюда, и сразу с помощью упорства и послушания старших вы смогли добиться таких успехов. Это было правдой?” – с неким волнением он спросил.

“Ха. Конечно, всё по началу было не так. Когда мы со своей семьёй переехали, нам конечно никакой Герман не принёс на золотом подносе знание языка, готовую работу и благоустроенную квартиру. Первое время мы жили в самом обыкновенном общежитии, в котором был один туалет на весь этаж, а сама комната из себя представляла лишь пару одноместных кроватей и маленький холодильник. Также, без знания языка мне было категорически непросто. Благо, отец мой знал немецкий и имел специальность электрика и слесаря, а потому, нам этот переезд дался конечно непросто, но не совсем критично. Почти весь первый год, мы жили в общаге, пока отец работал с восьми до пяти, а после ещё и давал мне с матерью уроки немецкого. И когда ты изучаешь язык в стране, где этот самый язык основной, ты себе даже не представляешь, как быстро ты начинаешь его запоминать. После почти, что одного года, мы переехали из общаги в нормальную двухкомнатную квартиру. Ремонт там был слегка устаревшим и были небольшие ляпы по типу пятен на стенах и облезающего линолеума, но это было всяко лучше чем то, где мы были. На дворе стоял конец 1992-ого года, и мне только тогда исполнилось 18 лет. В тот момент для меня пришло время поступать в университет. Но родители боялись, что мой уровень немецкого всё ещё был недостаточен для учёбы в университете. А потому, ещё год я походил к репетитору, после которого сдал тест, на котором я официально подтвердил свой уровень знания языка. Прошёл год, мне настал 19-ый год и я поступил на ландшафтного архитектора, так как мне очень нравится рисовать и работать с пространством, расставляя всё на свои места. Да, родители были удивлены моему выбору, хотели чтоб я пошёл куда-нибудь на инженера или же всё того же врача, но выбор они мой смогли понять, и от того перечить особо не стали.

Я без проблем подал приглашение, сдал вступительные экзамены, и уже в сентябре начался мои первые годы университетской жизни. Жил я тогда с родителями. Хотя мне и предлагали место в студенческом кампусе, но я отказался, так как так дешевле и родители смогут быть всегда рядом.

Помню, как когда впервые вошёл на свою первую лекцию, меня встретил вроде если мне память не изменяет Генрих Штрумель, такой суровый мужчина, статный, импозантный, одет с иголочки и густыми, словно Брежневскими бровями. Уже с первых минут он говорил о том, что работать из нас по специальности будут только единицы, а потому если мы действительно желаем учиться по этой профессии, то трудитесь изо всех сил, а иначе уходите и на глаза мои не попадайтесь. Все после этого остались на своих местах и тогда он ответил:“ Значит 90 процентов из вас лжецы. Буду знать” – произнёс тогда преподаватель, после начав наш первый урок. И не смотря на то, что с первого взгляда он показывал себя как строгого и непоколебимого учителя, в случаях чего он нам всегда старался помочь если у нас возникали вопросы, доносил он тему довольно доходчиво, да и сам он не старался говорить, читая строго по бумажке, а принося в обучения учеников не что новое и интересное. А потому я им остался вполне себе доволен.

Учился я довольно прилежно и примерно, сам преподаватель говорил, что у меня большие задатки в моей выбранной профессии, но был я таковым не один. Иногда, меня прямо таки раздражали ну прям уже совсем супер примерные ученики, которые и все ответы знают, и больше учителя расскажут, и на всех языках мира говорят, и вообще в космос полетели…, хотя на самом деле просто зубрили параграф не вникая в суть темы. Когда я мог действительно подробно и от себя что немало важно ответить на тот или иной вопрос, зачастую спрашивали только их, а те в свою очередь, говорили слово в слово только определения из учебника.

А потому сейчас я расскажу случай, за который мне в будущем конечно было довольно стыдно.

Короче, мы с моим тогда ещё другом соорудили специальный механизм, который при отдёргиванию верёвки обязан был зажечь небольшой фитиль, который в свою очередь поджигал маленькую бомбочку. Мы специально пришли аж за целый час до лекций, что бы установить наши ловушки под сиденьями тех учеников, которые даже не учились толком, а только лишь зубрили и зубрили весь учебник от термина к термину. А во время ответа, когда они вставали и говорили свой слизанный ответ, я дёргал за верёвку, мы ждали пару секунд и Б-У-М, но не такой бум как обычно представляют, а обыкновенная петарда как для нового года. Был даже такой случай, когда тот проговаривает свой ответ, происходил взрыв, после которого он забывал, о чём вообще говорил и не мог дальше вспомнить ответ. Вот так мы разоблачали всяких дешёвок. А для того чтоб себя не выдать, мы провернули тот же трюк только сами с собой, но в отличии от остальных, мы знали чего ожидать а потому лишь подыграли что испугались внезапного взрыва. А вот в тот день мы подорвали не только сиденья однокурсников, но и заднюю точку нашего учителя, ведь как тогда он ругался, мы более не слышали никогда.

Об ответственности не думали вообще, нам было всё равно, мы были чёкнутыми. И нашу авантюру так никто раскрыл, а потому учись. Ладно шучу, не вздумай так повторять. Нам просто тогда крупно повезло по большей части, а потому вновь говорю: “Не вздумай за мной повторять””.

“Именно этот прикол, я запомнил на долго, так как именно благодаря нему я…” Внезапно, весёлый и улыбчивый дядя, превратился в задумчивого и даже печального человека.

На секунд пять, в комнате воцарилось молчание, а Иван, вновь опустив взгляд в пол продолжил уже с грустным лицом: “Ладно, уже поздно, 10 часов вечера как никак, уже пора на боковую. Я сам всё помою, можешь идти”

Недосказанность, которая заставила его вновь задуматься о прошлом дяди, но в итоге он только сказал “спасибо” и пошёл в зал сидеть на диване.

В тот момент, когда Иван проходил мимо зала, он спросил:

-Что скучаешь, может тебе интернет подключить?

– Да, пожалуйста, спасибо.

Отправившись к себе в комнату, вынув книжку из комода возле кровати со всеми паролями, он диктует ему пароль, после чего, говорит следующее объявление: “Мне завтра на работу, я буду там с шести до пяти, в холодильнике остался суп и хлеб с сыром, колбасой и маслом, думаю, голодным не останешься. Также, если захочешь выйти, я оставлю тебе второй ключ от двери, только не забудь закрыть дверь, и слишком далеко не уходи, хорошо?”

-Хорошо – спокойно ответил Евгений.

-Ну и отлично, можешь посидеть до одиннадцати, но что бы потом лёг спать.

-Хорошо

-Ладно, я тогда пойду спать. Давай, спокойной ночи.

-Спокойной ночи.

“Хмм, может пересмотреть какой-нибудь фильм пока ещё есть время?” – про себя произнёс Евгений.

Вот Женя заходит в поисковик, набирает фильм и настаёт время ожидания, он ждёт, основательно так ждёт, пока наконец предложенные сайты не прогрузились. Заходит на первый, он снова ждёт, ждёт довольно продолжительное время, пока наконец не прогрузился сайт.

“Наконец-то” – раздражённо он произнёс.

Нажимает на кнопку пуск, уже в который раз ждёт пока прогрузится реклама, наконец готов насладится просмотром, как в разделе качество доступно только разрешение 480p. Разозлило это его ещё сильнее, так как дома картина была разрешена аж в 1080.

Не выдержав такого исхода, он решает проверить скорость интернета, и тут-то его снова хватило перманентное изумление. Скорость интернета составляла всего лишь 2500кбит/c. Хотя дома, у него был трафик в 10Мбит/с. Разозлённый и обиженный он решает идти поспать, хотя на часах было всего 22:15 вечера.

“Ладно, день был непростом, лучше мне сегодня лечь пораньше”

Почистив зубы, надев чистое постельное бельё, он ложится в кровать с полной головой мыслей по недавним событиям. А засыпая, представлял себе, какие ещё открытия ждали его впереди.

Проснувшись наутро и полежав ещё минут пятнадцать, Женя встал и начал заниматься утренними делами. Спокойно заправив кровать, почистив зубы, сходив в туалет и поев, он задумался над одним крайне занимательным вопросом: “Чем же мне сейчас заняться?”. Походив по дому минут пять, до его головы не пришло ничего лучше, как подготовится к завтрашнему уроку. Да вот только готовился он к уроку минут так, одну, а думал чем себя ещё занять ещё десять.

Лежа на диване в гостиной, ухватившись руками за голову, в его черепушку словно пуля влетает интересная идея: “Я ведь в Германии, так почему бы мне не посмотреть немецкое телевиденье?” – произнёс сам себе Евгений, потянувшись к пульту от телевизора.

Включив его, он наткнулся на канал с новостями, где объясняли все последние события в стране и в мире:

1) В регионе “ Северная Рейн-Вестфалия”, количество людей говорящий на арабском, превысило количество коренных немцев. “Ха, неужели я все эти шесть лет зря учил немецкий? Зря?”

2) В “Нижней-Саксонии”, недавно прошёл самый крупный гей парад в Европейской истории, после чего была показана улица, на которой всё происходило. “Ха, молодцы, правильно. Давайте, я за вас братишки. На самом деле нет, что-за ужасное зрелище”.

3) В США наблюдается резкий прирост популярности операций по пересадке пола среди несовершеннолетних. Объясняя это тем, как кумиры молодого поколения и лидеры мнений, резко стали этим промышлять. “А что будет, если я хоть на один день…? Нее, меня и так всё устраивает”

Тогда, он на телевизор особо не смотрел, старясь уловить весь смысл с закрытыми глазами. И как вы могли понять, у него это получалось довольно успешно. Послушав новости, Женя решает посмотреть другие каналы, и постараться уловить смысл уж оттуда.

Заглянул на канал с мультфильмами, всё понимал. Включил канал с футбольным матчем, осознание слов отчётливое. Канал с кулинарными рецептами тоже не прошёл мимо, теперь то Женя будет знать, как готовить на завтрак яичный рулет с индейкой. Всё это он понял, исключительно слушая, вообще не заглядывая в экран телевизора.

“Ладно, со слухом и понимаем у меня всё в порядке. Видать не зря мы с мамой прослушивали столько аудио материала.” – сказал Евгений для себя.

Да вот только, пока он приходил к этому выводу, на часах уже стояло время полудня. В это время ему как раз надоедает смотреть телевизор, и он снова решает заняться чем-нибудь ещё. К счастью, это что-нибудь не заставляет себя долго ждать. И на удивление, ему захотелось сделать дяде Ване приятное – убраться в доме, пока он на работе.

Дома, Женю больше всего раздражало вытирать пыль. Везде ходить с тряпкой, залазить в самые дальние щели, вставать на стул, чтоб протереть самые верхние полки, и другие мелочи. А потому, по его решению, он для начала протрёт полы мокрой тряпкой, а уже потом приступит к злосчастной пыли.

Через минут пятнадцать, все полы в квартире были вымыты чисто-начисто. Ни единой крошки и не единого пятнышка на полу более не осталось. “Аж как-то по просторней стало” – сказал Евгений. “Да, теперь пришло время пыли” – произнёс он сам себе пойдя за тряпкой.

Прошло ещё минут пятнадцать, и за это время, Женя убрался во всех комнатах, кроме его собственной. Спокойно пройдясь по шкафу, углам кровати и столу, он наконец дошёл до того злосчастного шкафа, в которой стояли две интересные книжки, которым наш герой всё никак не мог найти объяснений. Вопрос и любопытство пожирало его изнутри, а потому, не чуя никакого подвоха, он спокойно взял энциклопедию и начал листать эту злополучную книженцию.

Пройдя так несколько страниц, читая некоторые строчки из её содержания, один вопрос всё не собирался покидать его голову: “К чему взрослому мужчине понадобилось хранить эту детскую энциклопедию и сказки для самых маленьких?”. Как неожиданно, на двадцатой странице, показалась фотография счастливого дяди Вани, незнакомой для него женщины и какого-то маленького мальчика, который вместе с ними сидели на той самой кровати, где спит Евгений, смотря с улыбкой как мальчик читает книжку.

Вглядевшись в неё, голова Жени вмиг наполнилась всевозможными мыслями: “Кто этот ребёнок?”, “Кто эта женщина?”, “Почему дата указана на задней стороне фото аж 2004-ым годом, хотя сам ничего об этом я даже слуху не слыхивал?” “Как, после стольких лет, задний план остаётся абсолютно таким же?” И самый главный вопрос: Неужели это его семья?”

Евгений с таким удивлением спрашивает это у самого себя, потому что никто раньше и намёка не давал ему по поводу того, что у него на самом деле есть жена, а уж тем более ребёнок. “Как давно это было, ведь тогда даже меня ещё не существовало” с удивление сказал себе Женя.

Просидев с этой фотографией минут пять, он решается взять вторую книжку со сказками, в надежде найти ещё чего-нибудь интересного. Став переворачивать страницы, на тридцатой странице, он нашёл ещё одну фотографию, которая датируется уже 1999-ым годом, и на ней всё также молодой и счастливый дядя Ваня, который держит, как ему хотелось думать, своего отпрыска в руках и уже читает эту самую книжку. За ними уже был совершенно другой антураж, и нечего знакомого он на ней не наблюдал. Посидев так с фотографиям ещё минут 15, Женёк решается положить всё на место, словно их вообще никто не трогал. Да вот только, после просмотра фотографий, у него появилось два ещё более на сущих вопроса:

1) Кто и где сейчас люди с фотографии?

2) Почему ему раньше никто об этом не рассказывал о нём?

Вот с такими вопросами, он закрыл шкаф, после чего положив тряпку на место, лёг на диван, чтоб обо всё подумать и капельку отдохнуть.

Лёжа в тот момент на диване, его окутывал ворох всевозможных вопросов, не на все которые он смог найти ответ: “Почему мне никто не рассказывал про ребёнка дяди Вани? Почему эта фотография была сделана так давно? Если это сын Ивана, то где тогда его жена? При таком случае, где они сейчас?”. Эти две фотографии так его запутали, что от всех мыслей у него даже начала болеть голова. Но спрашивать об этом Ивана он на прямую тогда не желал: “Раз мне об этом не говорили, наверное это что-то личное и сокровенное. То, о чём мне наверняка не особо то и нужно знать. Да и тем более, в первый раз, когда я нашёл эти книжки дядя сразу попытался отвлечь меня от них и пойти на прогулку. Наверное, это действительно что-то личное и тайное”

Пока Евгений размышлял над этими вопросами, уже как минут тридцать наступило время обеда. Спокойно разогрев суп, всё подготовив для дневной трапезы, он садится за стол и думает: “Может по телевизору будет что интересное?”. Тогда, ему в голову приходит ошеломительная – взять стул, перенести его в зал, перенести на тот стул всю еду и одновременно есть и смотреть телевизор. Может это и не была сверх-гениальная идея, которая прославит его на века, но учитывая то, что дома ему зачастую запрещали есть где-нибудь помимо кухни, и что было приготовлено не на кухне мамиными руками, то опыт обещает быть как минимум интересным.

Подготовив весь необходимый реквизит, он уселся на диване прямо напротив телевизора, и начав переключать каналы, он наткнулся на какал с одним фильмом, который он смотрел у себя дома в России. “Как удачно” – сказал про себя Евгений. “Как раз поем и вновь потренирую свой слух”

Начав есть и одновременно просматривать киноленту, он почти достиг такого уровня наслаждения и блаженства, которое он получал при поедании своей первой шавермы. Через минут двадцать, когда тарелка была уже пуста, а фильм уже подходил к концу, Женя взял стул с посудой и отправился на кухню вымывать всю использованную кухонную утварь. А по возвращению в зал, он раздумывает над тем, что бы досмотреть фильм и пойти немного прогуляться.

Закончив просмотр, он выходит на улицу закрыв дверь, попутно проверяя не забыл ли он захватить свою купюру в десять евро. И выйдя с подъезда, он был удивлён средь бела дня, увидеть в Германии, в немецком дворе, именно немецких детей с их немецкими родителями, которые спокойно гуляют себе во вполне ухоженном дворе, наслаждаясь приятным климатом и целыми аттракционами. Решив пойти на этот раз другой дорогой, той, где вчера было небольшое скопление “интеллигентных” людей, он решается пройти вдоль улицы в надежде найти новые места и рассмотреть что-нибудь интересное.

Выйдя со двора, именно в этот момент, в лучах солнечного дня, ему раскрылась истинная Европа – ухоженная и непорочная. Конечно, высшие чины высшего общества своими странными законами в последние времена всячески пытаются уничтожить эту неповторимую и уникальную красоту, но гуляя по этим прекрасным и вполне подходящие под определение “идеальным” дорогам, наблюдая вокруг себя “совершенно” выстриженные кусты и чистейшие, органически подобранные фасады малоэтажных зданий, внутренний голос подсказывал Жене, что это всё мракобесие рано или поздно пройдёт, и эту страну будет ждать, исключительно счастливое и светлое будущее.

Идя по ровнющей брущатке, без дырок и мусора внутри ям на дороге, он не хотел никого тревожить, никого трогать, ничего говорить, в те минуты, он мог вполне себя удовлетворить простыми радостями жизни, по типу лёгкой прогулки вдоль этого замечательного города, чем он на данный момент и занимался. Наслаждаясь эстетикой ухоженных домов, узкими переулками и многообразием культур, в его взору довольно часто попадались довольно неприятные картины – чрезмерно огромное количество всяких графитистов, оставляющие свои вонючие теги, где только возможно.

“У какой собаки только хватит наглости поднять свой омерзительный болончик с краской на такую чарующую красоту?” – возмущённо спрашивал он сам у себя проходя мимо. А пока он гулял, этих граффити становилось всё больше и больше, наверное даже больше, чем было у него в собственном городе.

И пока он ходил по городу, думая об этих вандалах, в его голову пришла одна интересная идея. А именно зайти в какой-нибудь маленький магазин с продуктами, который ему не удалось посетить вчера с дядей и насладится как ему казалось, непревзойдённым качеством европейских народных сладостей.

Найдя один через дорогу, который располагался прямо на первом этаже жилого дома. Женя, войдя в него, увидел вполне обычный магазин с продуктами, без особых изысков и ярких вывесок на входе. Просто мило и приятно. Немного пройдясь по магазину, осматривая местный ассортимент товаров, он остановил свой взгляд на газировке и небольшой шоколадке, которая так маняще лежала прямо на прилавке возле кассы.

Отдав за всё два Евро, Женя стал направляться к выходу, попутно открывая газировку и готовившись насладится сладким напитком. И если быть честным, то он не соврёт если скажет, что не смог бы найти такой же напиток у себя в Питере. Даже больше, они по вкусу были абсолютно идентичны. А что по шоколадке, то она просто неплохая. Без каких-то откровений, просто неплохо.

Выйдя с магазина, Евгений решает направится в порт, портовый город как-никак. Но он в тот момент находился совершенно один, и тут к нему голову ворвались сомнения: “Смогу ли я сам добраться до порта, или же всё-таки дождаться Ивана?”. “Нет” – с некой разочарованностью произнёс Евгений. “Город я ещё знаю так себе, не дай бог заблужусь где-то ещё. Лучше попробую попросить сводить меня туда вечером. И сейчас лучше не рисковать”.

На часах стояло три часа дня: “Ещё не поздно” – думает Евгений, и решает пройтись ещё немного дальше зиг-загом, поворачивая в сторону, то в лево, то в право на каждом перекрёстке дорог. Пройдя так несколько перекрёстков, Женя впервые замечает действительно величественное и грандиозное сооружение. Это был белый мраморный театр, который был прямо слева от маршрута прогулки Евгения. Может он и видел у себя в городе по виду театры явно не хуже, но в тот миг был важен фактор самого существование, такого красивого и приятному глазу строения. По обеим сторонам возле входа, находились вывески с представлениями, которые намечались в этом прекрасном архитектурном сооружении. И на минутку закрыв глаза, он представляет себе, как он вместе с Иваном сидят на первом ряду, наслаждаясь представлением, замечательных артистов. Да вот только, открыв глаза, он попадает в суровую реальность, в которой он практически без гроша в кармане, стоит возле театра и мечтает воочию увидеть представление. “Когда-нибудь, обязательно я сюда приду” – тогда дал себе обещание Женя, после чего продолжил своё небольшое путешествие.

Пока он продолжал своё путешествие по округе, наслаждаясь местными пейзажами и красотами, невольно он вспоминал те тёплые и уютные моменты с отдыхом у бабушки, когда также легко и беззаботно, просто гулял себе по улицам и дворам своего родного города, наслаждаясь спокойно и приятной атмосферой нового для него города. Да вот только, в такие моменты, время пролетает совершенно быстро и незаметно. И покуда он наслаждался красотами нового города, на часах уже стояло время в 17:00, а значит, наверное, уже пора возвращаться домой, ведь прогулка уже затянулась.

Дорога домой лёгким бегом у него заняла пол часа, и по приходу во двор, он был довольно сильно удивлён тому, что машина Ивана уже стояла во дворе, и наверняка, дядя уже был дома и волновался за своего племянника. Войдя в квартиру, он был довольно зол на то, что потерял его и никак не мог связаться с ним.

“Где я бы тебя искал? Что с тобой могло случится?” – риторически спрашивал Иван.

Но тот в своё оправдание сказал: “Простите, я действительно затянул с прогулкой”.

“Как я мог упустить телефон, а если с тобой что-то случилось бы” – уже чуть ли угрожающим тоном говорит Иван, почти разразив панику на весь дом.

В ответ на это, Женя молчал, и с виновным выражением лица смотрел в пол, чувствуя искреннее призрение к самому себе, ожидая то, что ему сейчас скажет дядя.

“Ты пойми, если с тобой что-то случиться, то мне потом будут предъявлять претензии, так как именно Я, отвечаю за ТЕБЯ”

Я на это Евгений ничего не ответил, а лишь продолжал виновато смотреть на пол, чувствую вину за совершённый поступок.

Немного подумав в тишине и кинув взгляд на племянника, Иван уже спокойным голосом говорит ему: “Ладно, ничего. Главное, что ты здесь и с тобой всё в порядке. А что бы такого в будущем точно не происходило, после шести часов, как я немного отдохну, мы вдвоём выйдем и сделаем тебе вторую симку”. К счастью, телефон Жени это позволял.

Пока Иван сидел и набирался сил после рабочего дня включив телевизор, он всё же не стал его смотреть, а начал спрашивать его о том, где он был и что видел, тот в свою очередь отвечал: “Да так, гулял себе по округе”.

“Ну хорошо” – c некой удовлетворённостью сказал Иван. И по прошествии 18:00, Женя с Иваном вышли с квартиры для создания своего нового номера телефона не территории Германии. Они поехали на машине, и уже по приезду в центр сотовой связи, они без всяких проблем сделали ему новый номер, что и тут не обошлось без удивлений, так как для этого они составляли целый договор. И это ещё больше составляло у него недоумений, так как номер сотовой связи у него в Питере, он мог сделать чуть ли не в любом, даже самом среднем супермаркете. “С одной стороны это законность и официальность, а с другой стороны, к чему такие сложности?” – спросил сам себя Евгений с удивлением.

Сделав пробный звонок, он с Иваном убедились в корректности работы устройства, после чего уже собирались возвращаться домой, как Женя всё же спрашивает об одной просьбе: “Дядя Ваня, погодите, а, можем мы пожалуйста, сможем сходить и посмотреть на порт?”

“Ты хочешь сходить на порт?” – переспрашивает его Иван.

“Да, если можно”

Взглянув на время, Иван в ответ произнёс: “Ну, хорошо, можем сходить”

С довольным лицом, Женя произнёс: “спасибо”, после чего они сели в машину и направились в сторону порта. Пока они ехали в машине, Женя наслаждался видом из окна, пока он был в предвкушении невероятных пейзажей и неописуемой красоты. После примерно двадцати минут езды, они добрались до этого знаменитого порта, и “Господи, какой же он всё-таки огромный”

Он хоть и был в порту своего города, но он был просто большим, без каких-либо изысков. А тут сочетается и большие объёмы и некая благородность с красотой, которую обязательно должен увидеть каждый.

Бродя с дядей по порту Гамбурга, Иван показывал и рассказывал ему обо всех красотах этого места, а Женя в свою очередь, наслаждаясь приплывающими и отплылвающимися огромными танкерами, неким подобием Биг-Бена, который находился по ту сторону реки и внушительным количеством окружавших весь порт контейнеров, в тот момент он прекрасно осознал, что хоть у этого города и есть свои проблемы, но он любит его, и именно в том самом порту, возле играющих на воде волн и приятного вечернего бриза, он пообещал себе, что сделает всё возможное ради того, чтобы остаться в Гамбурге – навсегда.

Пока они гуляли по потру, Иван предложил Евгению пойти на экскурсию, в знаменитый музей знаковых лодок и судов, которые когда либо были в этом порту. Недолго думая, Женя сразу же согласился. И в ближайший час, они оба наслаждались старинной коллекцией знаковых танкеров, катеров, ковчегов судов и парусников, слушая экскурсовода, рассматривая каждый экземпляр с небывалым интересном. Во время экскурсии, Иван задал Жене один интересный вопрос: “Ты действительно понимаешь всё то, что она говорит по немецки?” – с неким беспокойством спросил дядя.

“Ja, ich verstehe alles perfekt (Да, все прекрасно понимаю)” – с гордостью произнёс Евгений.

А Иван, слегка улыбнувшись, сказал в ответ: “Na gut, freut mich für dich (Ну я рада за тебя)”. После чего, они продолжили свою экскурсию.

По окончанию их небольшого ознакомления со старинными лодками и кораблями, на часах уже стояло время в пол восьмого вечера, и Иван предлагает Евгению сходить в местный ресторан морской кухни, где они, наконец смогут вместе сесть и спокойно поужинать.

Зайдя в ближайший ресторан, который находился совсем недалеко от реки Эльба, Иван с Женей, сели прямо возле окна, наслаждаясь дивным видом на порт в лучах собирающегося заката. Дядя Ваня сказал, что уже был как-то здесь давно, а потому, взяв лист с меню, решает заказать то, что брал и в прошлый раз: “Макароны с креветками и мидиями” вместе с бутылочкой прохладного пива. А Женя, доверившись вкусу дяди, решает взять тоже самое. По приходу официанта, Иван показывает ему, что они выбрали, а как только молодой юноша собирался уходить, Иван посмотрел на Женю и вновь обратившись к официанту, c некой ухмылкой произнёс: “Zwei Flaschen bitte”.

Женя увидел в тот момент пробежавший на него взгляд и поняв перевод фразы которую он произнёс, и бросив беглый взгляд на уходящего официанта, тот после призадумался: “Неужели они как-то связанны?” – подумал про себя Женя. А пока он об этом размышлял, Иван предложил сходить помыть руки, что они спокойно и сделали.

Вернувшись на место, Женя стал рассматривать само заведение, его интерьер и людей, которые в нём находятся. “Заведение, приятное, и вполне себе уютное” – так думал про себя Евгений. Правда его снова удивило, что парочку людей в углу зала всё ещё сидят в масках. А едят они так, что когда они засовывают пищу в рот они её открывают, а по пережёвыванию и глатанию, закрывают. И эта культура отношения к общественному “перевыполнению нормы”, его даже в какой-то степени вводила в недоумение. Ведь в его голове всё не уходила мысль: “Но карантин ведь завершился, зачем вы продолжаете так делать?” – сам себя спрашивал Женя, в очередной раз, так и не найдя ответ на поставленный вопрос.

Посмотрев на племянника, сделав выдох, Иван снова вернулся к теме, которая так его взволновала сегодня днём:

“Меня сегодня довольно нехило взволновало то, что ты сегодня ушёл, и совершенно ничего мне не сказал. Нужно быть честным прежде всего с другими и с самим собой, а это означает, что наверное, это больше моя вина, что ты так поступил, ведь именно я разрешил тебе выходить из дому, не дав тебе симку, чтоб связаться с тобою. Я был в растерянности, я не знал где тебя искать. Ведь сам понимаешь, какой порой контингент разгуливает у нас по улицам. Что бы я сказал твоим родителям? Теперь, ведь вся ответственность лежит на мне. Даже думать не хочу. Знаешь, я не в коем случае не буду запрещать тебе выходить на улицу пока меня нет, но давай договоримся прямо здесь и сейчас, что когда ты будешь выходить, ты будешь мне звонить и говорить, куда именно ты пошёл, и каждые два часа на прогулке, просто звони и говори, что у тебя всё в порядке. Хорошо?”

“Хорошо, ладно” – спокойным и понимающим голосом произнёс Евгений.

“Ну и отлично” – улыбнувшись произнёс Иван.

После их небольшого диалога, к ним подошёл официант с блюдами и пивом, оставив всё на столе и без единого слова, ушёл к другим столикам.

“Приятного аппетита” – пожелал Иван пред ужином.

“Вам тоже” – с улыбкой произнёс Евгений, после чего, они оба приступили к вечерней трапезе.

Навертев макароны на вилку, положив её в рот и закусив свеже-приготовленной креветкой, Женя явно не пожалел о выбранном блюде, и с удовольствием доел его до самого конца. Да вот только в самом разгаре ужина, Иван берёт две прохладные бутылки пива, одну из которых он оставляет у себя, а вторую тянет к своему племяннику.

Евгений поначалу недоумевал, говоря про себя: “Он что, действительно собирается дать мне целую бутылку пива?” – спрашивал он у себя, глядя удивлённым взором ему в глаза.

И вместе с тем, ка Иван поставил бутылку на часть его стола, он проговаривает: “Давай вместе, насколько я знаю, тебе ведь уже можно”

Вновь придя в состояние перманентного удивления, Женя, заикаясь, начал произносить:

-“Даа…, нет же, мне папа говорил, что алкоголь это опасно, и его вообще лучше не пить. Спасибо конечно за предложение, но мне нельзя”

-“Знаешь, я и сам не любитель сей подобных вещей, но в приятной компании, и по хорошему поводу, чтоб не выпить по бутылочке. Вреда от этого будет совершенно никакого. Да и ты к тому же под моим присмотром, так что, если всё же ты решишь пойти в отрыв, то не переживай, я тебя как следует прикрою. И родителям я твоим ничего не скажу”

-“Я не знаю. По моему, это как-то, неправильно что ли”

-“Я уверен, что ты хотя бы раз в жизни видел, как твой отец употреблял алкоголь. А потому, раз ему можно тогда почему тебе нельзя, тем более когда тебе уже можно?”

Не произнеся ни слова, и опустив свой взор на бутылку с пенным напитком, Женя решается взять её в руки, ради последующей обонятельной дегустации. Сделав пару вдохов нюхательным аппаратом прямо напротив горлышка, он с неким отвращением поворачивает голову в сторону со сморщенным лицом, задавая Ивану вопрос: “Да как это вообще можно пить?”

Легко улыбнувшись, опустив голову и поворачивая её то вправо то в лево, он рассказывает ему способ, как правильно выпивать свою первую бутылку: “Ты не обращай внимания на запах. При первой пробе он всегда будет отталкивать. Нужно, всем залпом, взять и просто выпить свою первую бутылку исключительно единственным заходом. Тогда принятие и вовлечение во вкус будет не таким горьким”

“Ну, ладно” – скромно произнёс Евгений.

Оба взяв свои бутылки, Иван поднёс её к середине стола, немного держа её на весу. Женя же, из чувства вежливости и нежеланием быть смущенным и ещё хоть как-то расстраивать своего родственника, сделал тоже самое. И в тот момент, когда две бутылки соприкоснулись друг с другом, дядя произноси следующий небольшой тост: “За твой приезд и великие успехи в будущем”

Улыбнувшийся с неким волнением Женя, в тот момент видел, как Иван подбирает к себе бутылку со словами: “Давай, на счёт три. Я буду пить вместе с тобой”

Сделав глубокий выдох, вглядевшись в бутылочку в руках, вместе с тем бросив уверенный взгляд в сторону Ивана, он, навострив уши, начинает внимательно слушать обратный отчёт, до принятия внутрь столь злосчастной бутылки.

“Всё, готов? Давай, я начинаю…. РАЗ”

Вновь опустив взгляд на бутылку, чувствуя протекающий по её стенкам холодные капельки воды, сердце нашего героя начало биться от волнения невыносимо быстро, словно он готовится принимать не обыкновенное пиво, а ампулу с ядовитым цианистым калием.

Два

На второй счёт, Женя представлял себе, как будет её пить. Сделать ли это быстро, или же постараться понять каждый глоток всего содержимого в бутылке. “Сейчас он скажет три, как бы мне поступить? Каков будет вкус? И может мне стоило бы отказаться?” – такие беглые вопросы тогда крутились у него, представляя что будет, как наконец он услышит цифру три.

Три

Сделав резкий вдох, не думая ни одной лишней секунды, он всё же решается просто поднести эту бутылку ко рту, и вместе с дядей, выпить её как можно быстрее.

Невыносимая на первый взгляд горечь и лёгкий привкус спирта, словно кричали ему в тот миг: “Брось меня, я того не стою”. Но деваться было некуда, и закрыв глаза, стараясь вообще не дышать и чувствовать вкус, Женя старался как можно быстрее иссушить это бутылку, чтобы всё это неприятное дело, наконец поскорее завершилось. В то время, пока наше герой старался как можно быстрее со всем этим завязать, его партнёр по столу не спеша пил свой прохладный напиток, одним глазком наблюдая за реакцией человека с его первым знакомством с бутылкой, стараясь параллельно не пролить всё содержимое от негромкого смеха.

Продолжалось для Жени всё это мероприятие примерно секунд 8, а для его как ему казалось в тот момент соперника, все 15, по окончанию которых, Иван спросил его: “Ну, как тебе твой первый раз?”

На этот поставленный вопрос ответа он тка и не дождался. Ведь после столь резкого попадания в первый раз, на первый взгляд столь незначительного количество алкоголя в организм, Евгений ещё никогда не испытывал такого отвращения по употреблению чего-либо. Уткнувшись головой прямо в стол, параллельно издавая звуки, слабо похожие на сожаление и отвращение, Женя старался в тот момент задать всего один вопрос: “Зачем я это сделал?”. Но пролежав так секунд 15, ему в голову приходит неплохая на его взгляд идея, по продолжению употребления содержимого в тарелке, что бы хоть как-то перебить тот неприятный вкус, который словно огонь выжигал ему всю глотку.

После поедания небольшого количества пасты с креветками, этот отвратительный вкус богомерзкого пойла вроде как перестал угнетать его рот. И бросив свой взор на Ивана, тот снова задаёт интересующий его вопрос: “ Ну, как тебе твой первый раз?”

Прожував и проглотив всё содержимое во рту, он решается высказать своё авторитетное и неподкупное мнение, касательно сея продукта: “Ужас, просто отвратительное пойло, совершенно горькое и невкусное. Как вы вообще можете пить это так спокойно?”

Легко просмеявшись, Иван проговаривает в ответ: “Ничего, все так по началу говорят, а потом, привыкают”

“Ну нет, не нужна мне такая привычка” – рассерженным голосом отвечает Евгений.

“А может, ты ощущаешь какое-то новое чувство?” – с интригой спросил его Иван.

“А…, ну…, наверное, да. Я словно ощущаю ранее непонятную мне лёгкость и внезапный подъём…, хорошего настроения?” – с тянувшейся улыбкой на лице спросил он.

“Понятно, при таком случае, нужно выпить воды, что бы такое чувство прошло. Посиди здесь, и поешь ещё, так будет лучше” – сказал дядя, после чего пошёл к кассиру за водой.

По возвращению, он наблюдал довольно интересную картину. Подойдя к столу, он увидел как его племянник весь изгорбившись, чуть ли уже не лежа головой в пасте, стараясь кое-как заглатывать макароны, беспричинно и непонятно по какому поводу беспорядочно хихикает. Сев на диван, Иван, протягивая бутылку воды и спрашивает его: “Неужели ты так поплыл всего-то из-за одной бутылки?”

А Евгений, запинаясь, оговариваясь, и продолжая нелепо хихикать старается что-то говорить: “Эээм…, нет. Просто мне сейчас так хорошо и легко, будто я готов, готов покорить сейчас все горы”

“Нет, никаких гор нам не надо. На вот, попей воды и станет легче”

“С-спасибо, вам, за то, что вы меня приняли к себе. Я, этому, очень, благодарен, вам”

“Да не стоит, на вот, попей, легче станет”

“А я, а я ведь у себя дома даже и представить не мог то, что, что я смогу легально, на глазах у взрослого выпить, ха-ха-ха, выпить целую бутылку пива. С-спасибо вам, большое”

“Да, хорошо, выпей пожалуйста во…”

“За эти два дня, вы мне подарили столько новых ощущений и эмоций, наверно больше, чем за все восемнадцать лет жизни с родителями. А-а-а-а будто, я просил их об этом? К чему они так со мной поступали? Нет, я к-к-конечно понимаю причину, иначе они без меня пропадут. Но, я ведь тоже хотел иметь друзей ( с этого момента, Евгений начинает говорить всё со слезами на глазах), поиграть во дворе с детьми, которых я практически каждый день видел лишь с окон собственного дома, не смотреть лишь то, что мне разрешалось смотреть и любые потуги к творчеству, обрубались на корню. Почему? Я ведь старался писать книжки, людям они нравились, мне самому это тоже нравилось, и я даже получал с них деньги за продажу. Но папа, папа при виде них, угрожая коту, удалил их у меня на глазах, а все мои накопленные деньги, просто взял и разорван на кусочки ( после чего он просто продолжал плакать, не произнося не слова )”

Уже не навязывая свою воду, Иван, наблюдая за нетрезвым, заплаканным лицом племянника задумался: “Виктор мне рассказывал о том, что он собирается позаботится о будущем своего сына, и он действительно он нём позаботился. Он меня лишь просил о том, что бы я говорил Жене, как здесь всё замечательно и ему нужно не сдаваться, чтоб сюда приехать. Но он мне не поведал обо всём плане по его воспитательной методике в полной мере. И вот стоило ли оно того, чтоб лишать мальчика столько необходимого детства?”

Продумав, Иван думает рассказать историю о том, почему Виктор так с ним поступил. Но увидев заплаканное лицо Жени в явно неготовом выслушивать состоянии, он всё-таки решает, что момент наверняка неудачный, и он сейчас вообще ничего не поймёт. Потому, приберёг этот разговор до недолгого случая.

“Ну всё, ладно тебе” – говорил успокаивающим голосом дядя.

“На вот, возьми салфетку и вытри слёзы, а то ка-то неловко”

“Я просто…, я просто хотел занимать тем чем любил, и жить в своё удовольствие, абсолютно понимая, через что мне в будущем пришлось бы пройти.” “РАЗВЕ Я МНОГОГО ПРОШУ?” – уже крича и продолжая плакать кричит Евгений, после чего тянется к салфетке.

Взяв пару салфеток, Женя кое-как старается избавится от крокодильих слёз, после чего, доедает свой вкусный ужин и наконец собираются домой. Оплатив счёт, они оба вышли на улицу, и сев в машину, взяли свой курс к долгожданному дому.

Время уже стояло довольно тёмное. Потихоньку начали распускаться фонари, и город погрузился в невероятную атмосферу ночных огней. Но к сожалению, Женя за этим не уследил, потому как по посадке в автомобиль, он сразу пристегнулся, откинул голову на плечо и попытался заснуть. Иван, прокручивая в голове всё сказанное ранее, начал в голове порицать своего брата: “Виктор, поздравляю, ты достиг своей цели. Но какой ценой и главное зачем? Неужели тебе так нужно было это продолжать?” С такими мыслями, он продолжал вести машину до самого дома.

По приезду, Иван попросил его выйти из машины и зайти в квартиру, но казалось бы, такое простое дельце для Евгения в обычном состоянии, для Евгения под градусом казалось на первый взгляд непосильным испытанием.

Бросив несколько попыток на отсоединение от кресла, со слипшимися глазами, он, шатаясь, кое-как старается выйти из машины и захлопнуть дверь, стараясь идти ровной походкой подбирается к двери своего подъезда.

Чтоб тот не упал, поднимаясь на четвёртый этаж дома, Иван немного придерживал Евгения, придавая ему определённое дополнительно равновесие. С трудом преодолевая каждую ступеньку, постанывая на каждом этаже, они наконец таки добираются до квартиры, и заходят в неё с облегчённой душой.

Только разувшись, Женя сразу же направился в сторону кухни, так-как из-за выпитого алкоголя он чувствовал небольшое иссушение во рту. Пока он напивался водой, Иван поставил кипятится волу в чайнике и спросил Евгения, не желает ли он чайку на ночь. То же отвечает, что не против и просит сделать ему покрепче. Пока вода в чайнике кипятилась, Евгений же в свою очередь, решается ещё немного полежать в своей кровати, исключительно в трусах и майке, даже не надевая специально отведённую для сна одежду. Плюхнувшись на кровать, одеяло от такой встряски улетело прямо на пол, и как бы не хотел Женя до него дотянутся, из-за усталости и головокружения, он этого к сожалению сделать не смог.

По прошествии пяти минут, как только закипела вода, Иван поставил две кружки чая с печньками на стол и стал зазывать Евгения, да вот только отклика он таки и не услышал. Не услышав его по повторному спросу, он решается поискать его по квартире, что бы выяснить: “В порядки ли с ним всё?”. Немного побродив по дому, он замечает его в своей ( в смысле для Жени ) комнате, увидав его лежачим на кровати лишь в одних трусах и майке, вместе с опрокинутым на полу одеяле. Немного усмехнувшись, он вошёл в положение и подобрав одеяло, накрыл его худое, измученное алкоголем тело. Почувствовав тепло, он вспоминает о немаловажной для него вещи – ежедневном звонке для родителей и бабушки с дедушкой. Стараясь с закрытыми глазами, размахивая рукой обыскать телефон в кармане штанов, дядя его спрашивает: “Отдыхай, тебе нужно выспаться”

-“Нет, я…, я должен позвонить родителям”

-“Не переживай, я сам им позвоню”

Выдохнув и улёгся поудобней, он тихим голосом проговаривает: “Спасибо”

Перед тем как выйти, Иван желает ему спокойной ночи, но пред тем как закрыть дверь, он еле слышит от него последнюю за сегодня фразу: “Вы…, вы мой самый лучший друг”

И улыбнувшись, он негромко отвечает: “И ты мой тоже”, после чего дверь закрывается, а Евгений благополучно засыпает.

За чашкой вечернего чая он звонит родителям Жени, говоря о том, что он сегодня очень сильно устал, много гуляли и в целом ощутил много новых впечатлений, потому устав, решил он сегодня лечь пораньше.

-“Надеюсь, только положительных и совершенно безвредных?” – спросил с неким недовольством Виктор.

-“Конечно нет, он находится у меня под пристальным надзором, ничего без моего ведома не пройдёт мимо”

-“Ну и отлично” – с успокоением Виктор ответил.

-“Слушай, зачем ты так с ним поступаешь? Разве все эти ограничения у упрёки, стоили того что бы лишать мальчика детства?”

-“Это ради его же блага, ты меня не поймёшь” – услышал Иван это на другом конце аппарата раздражённым голосом.

-“Я к тебе всегда нормально относился, но этот поступок переходит всевозможные рамки дозволенного. Ты это понимаешь?”

-“Все эти ограничения, привила и меры предосторожности, сделали именно его тем, кем можно по-настоящему гордиться и брать пример, так что, нет. Да, они жёсткие, но на мой взгляд, были необходимы”

-“Но ведь можно было дать ему хоть каплю столь для него желанной свободы?”

“Ты меня сейчас не поймёшь, а потому этот спор бессмысленный, давай, пока” – сказал Виктор, после чего он бросил трубку

“Мда” – ответил Иван, на впервые увиденное столь дерзкое поведение своего брата. После тяжёлого выдоха, он допил свой чай, вылил второй, всё вымыл, и после часа просмотра телевизора отправился спать.

Наутро, Женя на этот раз проснулся практически к обеду, а дяди Вани предсказуемо не было дома. На сей раз, он не смог так легко и непринуждённо встать с кровати и заняться всеми утренними делами. Уже не успев открыть глаза, он почувствовал во рту сильную жажду, голова словно собиралась расколоться, а тело на его взгляд, вообще отказывалось хоть как-либо слушаться. Сделав попытку протереть глаза, он из всех оставшихся сил старается встать с кровати, с задачей которой он более-менее справляется.

Первым делом, он отправляется на кухню, что бы утолить свою столь огромную жажду, которая превращала его горло в безлюдную пустыню. Покачиваясь из стороны в сторону, он кое-как доходит до кухни, и взяв столь желанный стакан, выпивает несколько полных заходов воды. В тот момент ему становиться куда лучше. Придя в себя, он смотрит на часы, дожидаясь времени, когда же начнётся столь желанный урок. До шести часов вечера ещё полно времени, а сейчас только пол первого. А потому, с горем пополам выполнив все утренние дела, поев, он снова задумался: “А чем мне собственно заняться?”

Мелкие намёки вчерашней буйной ночи ещё давали о себе знать в виде лёгкой головной боли и небольшого головокружения, но по крайне       мере он уже мог полноценно двигаться и трезво соображать. Вновь взглянув на часы, он задумывается: “Для завтрака уже поздно, подожду ещё пол часика и пожалуй приступлю сразу к обеду” – уверенно он заявил. А эти тридцать минут, он решает провести за просмотром телевизора.

Так же ка и вчера, он первым делом наткнулся на канал с новостями, которые изобилуют самыми “наилучшими” подробностями в мире, на канал с мультфильмами и музыкой, стараясь, вникнуть во всю суть чего демонстрировал ему чудо-ящик. Но по большей части, он быстро перелистывал каналы, стараясь, как можно быстрее убить эти полчаса времени.

Эти тридцать минут прошли долго и по большей части скучно, но к счастью для Жени, это невыносимое время уже прошло. Пойдя на кухню, он наливает себе тарелку супа из почти пустой кастрюли, и нарезав себе хлеба с сыром, начинает уплетать свой обед на кухне в гордом одиночестве.

Еда в желудке, чистая тарелка с ложкой и ножом лежат на своих местах. И как бы ему не хотелось об этом думать, но тот злополучный вопрос вновь возвышается над его головой: “А чем мне собственно заняться?” – на сей раз даже как то злостно спросил сам себя Женя в слух.

Войдя в свою комнату, он ещё раз проверил весь необходимый реквизит для сегодняшнего урока, подготовил на выход свою проездную карточку, которую дядя Ваня приготовил незадолго до его приезда и посмотрел, что он оденет на урок. Как на его взор падает тот самый шкаф с книжками, в котором он увидал те самые загадочные фотографии с ребёнком. Но на сей раз, он решает не зацикливать на них своё внимание, а лишь только более подробно ознакомиться с трудами стоящих в этой полке авторов.

Первым русским знаменательным автором, который захватил его внимание был Михаил Пришвин, и его произведение “Кладовая солнца”, затем был Константин Паустовский, с его повестью “Золотая роза”, и Тургенев, представленный трудом “Отцы и дети”. Евгений не был лично знаком с этими плодами трудом данных авторов, но и нельзя сказать, что он о них совершенно ничего не слышал, просто, уделял внимание куда более популярным проектам.

Когда он рассматривал работы немецких авторов, то их имена не говорили ему абсолютно ничего, а о названии и содержании книг вообще не могло идти речи.

После ознакомления со всеми представленными книгами из шкафа, он решается познать зарубежную литературу, и её авторов. Взяв побольше книжек немецких авторов, он отправился в зал, где начал просматривать и анализировать биографии данных творцов литературы.

Проведя около двух часов за просмотр биографий имён с обложек, ему стали известны такие имена как: Теодор Бёлль, Эрих Ремарк, Эрнст Юнгер и Герман Гессе. Абсолютно ничего не зная содержания о содержании произведений, он решил выбрать книгу основываясь на самой запоминающейся биографии автора. Больше всего его тронула история жизни Эрнста Юнгера, тот человек, кто застал две мировые войны, а также дожил аж до ста двух лет. Взяв в руки книгу с его именем, на ней было название: “На мраморных утёсах”, которая насчитывала почти 110 страниц.

Поставив все книги обратно на полку, он приступил к чтению сея произведения, но в этот раз не только для того, чтоб снова проверить свой уровень немецкого, но и наконец прочувствовать данный труд и извлечь из него какой-нибудь урок.

За один заход, читал по времени он в общей сложности полтора часа, прямо до приезда Ивана, который возвращается ровно в пять. Может по началу, он и читал исключительно для очередной проверки своего уровня языка, но красота описанных действий, погружала его не только в сам оригинальный язык написания, но ещё и историю всего происходящего.

В пять часов дня, в дом зашёл собственно хозяин квартиры, во всё также в строгом костюме, который словно прилип к Ивану и не отпускал его прямо таки на минуту. Но также это означало, что пора бы начать сборы на его первый урок немецкого языка, и взяв книжку с собой в надежде почитать её в дороге, он переоделся из обыкновенной домашней одежды в более прилежный наряд, закинул сумку с тетрадками и ручками на плечо, и уже самостоятельно отправился в путь. Иван перед уходом спросил его: “Ты сам сможешь доехать, не пропустишь остановку?” – с волнением он спросил.

-“Да, мне рассказывали, как доехать” – с некой радостью ответил Евгений.

-“Ну хорошо. Я буду дома если что”

-“Хорошо. Я, тогда пойду?”

-“Да, можешь ехать”. После слов которых, Женя обулся и уже вышел в коридор.

Перед тем как выйти Иван закрыл дверь, Евгений сказал: “Ладно, пока”

Но Иван на такое изречение, лишь нахмурился и высказал недовольным тоном: “Не говори так от греха подальше, мы ведь ещё с тобой сегодня ещё встретимся”

-“А, ну, ладно” – с недоумением ответил Женя.

-“И не забудь позвонить мне как приедешь” – попросил его перед уходом дядя.

-“Хорошо, позвоню” – спокойным голосом ответил Евгений. После чего, дверь закрывается, а Евгений с мыслями о грядущем уроке выходит на улицу.

Снова выйдя во двор, он наблюдает приятную картину, как мама со своими детьми гуляет тихо и мирно во дворе. Но у него не было времени на рассмотрение этой приятной картины. А потому, надев рюкзак поудобней, он отправился к ближайшей автобусной остановке, до которой было метров триста пешим ходом.

Путь его лежал по правой стороне дороги, где он с Иваном гулял в первый вечер своего приезда. Тогда, в темноте, он её вообще не заметил, но в свете дневного солнца, он смог разглядеть её, аж почти от ста метров от неё. Придя на место, он взглянул на часы, которые показывали 17:15 часов дня. И увидев это число, он взволнованно про себя возразил: “Пора бы ему уже появиться”. Да вот только по расписанию, нужное ему средство передвижения обязан приехать только ещё по прошествии десяти минут. Всё это время, Евгений ждал и надеялся: “Может он всё таки придёт пораньше?”, но чуда не случилось и он приехал в назначенное на табло время. По входу в автобус, он первым делом приложил карточку к валидатору, тем самым перво-наперво оплатив свои проезд. А после, он нашёл тихое и укромное месточко возле окошка, и любуясь местными красотами надеялся, как бы поскорее добраться до места его назначения. По прошествии тридцати минут езды, он сходит на нужной ему остановке, и глядя на время понимает, что ему всё также нужно спешить. Ему рассказывали про улицу, на которой находилось его языковые курсы, но в тот момент, название самой улицы ему не говорило ему абсолютно ничего. Тогда, он начал вспоминать, как родители ему объясняли указатели и здания, по которым можно сориентироваться.

“Как только выйдешь с остановки, иди налево до тех пор, пока не увидишь ларёк с белой вывеской в названии. Затем, перейди дорогу, подойти к магазину и идя прямо проходя вдоль него. Пройдёшь ещё два дома, и там будут твои курсы, где чёрно жёлто красной вывеской будет написано: “Haus der deutschen Sprache (Дом немецкого языка)””.

Вспомнив всё это, Женя тут же ринулся за реализацию всего плана указанными родителями. Он бежал со всех ног, что бы не в коем случае не опоздать к уроку. И честно говоря, реализация всего плана заняла у него ровно десять минут. А потому, он всё же капельку опоздал на урок, за что ему было крайне стыдно. Запыхаясь, перед тем как войти в здание он для начала позвонил Ивану, сказав, что успешно добрался. После чего, тихонько зайдя внутрь, он по началу попадает в коридор, где его уже ждала его учительница.

На вид, это была немецкая интеллигентная дама среднего возраста, примерно где-то лет под пятидесяти, в свободной и лёгкой одежде, собранными в клубок волосами, небольшими квадратными очками на глазах и довольно приветливым лицом. Как только он её увидел, Евгений тут же начал извиняться и просить прощения за опоздание. В ответ же, она сказала, что ничего страшного, но попросила в следующий раз приходить немного пораньше, после чего завела в кабинет, где и будут проходить уроки. Это был частный класс, в котором сидели исключительно он и учитель. Оба, достав все учебные принадлежности, учитель спокойным голосом, сразу же на немецком языке попросила его немного рассказать о себе и о дальнейших планах на будущее, пока сама капалась в своих бумагах. И в дальнейшем, она на удивление говорила исключительно на немецком языке.

Евгений описал себя как спокойного и неглупого человека, который делает всё возможное, для достижения своих поставленных задач. А на счёт будущего, он в свою очередь отвечает, что собирается для начала отполировать свой разговорный уровень немецкого, затем закончить подготовительный колледж, а после уже поступить на врача – произнёс Женя, слегка запинаясь и вспоминая слова.

“Да, твоя мама говорила, что ты вроде бы владеешь языком” – с интересом ответила эта дама. “Ну давай, тогда проверим на что ты годишься”, после чего, кладёт ему тест на стол для начинающих, и даёт ему 15 минут времени, отдавая себе отчёт, что он будет делать куда дольше и с большим количеством ошибок даже в самых элементарных задачах.

Через пять минут, Женя заявляет о готовности к проверке. Учитель же в свою очередь, таким озадаченным голосом отвечает: “Всё, лучше ещё раз окончательно проверь”

“Да нет, я всё” – с интересом он возражает.

“Ну хорошо, давай проверю”– затем встаёт со стола и забирает его работу.

По прошествии минуты, она с заинтригованным выражением лица отвечает: “Всё верно, но этот только самый базовый уровень”, после очередных слов которых, она даёт ему листок с текстом средней сложности, который нужно прочесть и ответить на поставленные ниже вопросы.

“На всё про всё я даю тебе минут двадцать” – уж точно с полным пониманием того, что он не сможет достойно его завершить.

Через минут десять, он вновь просит её проверить свои ответы.

“Точно готов мне его сейчас отдать?” – спросила его преподаватель с явными намёками на то, что бы он лучше проверил ещё.

“Да, можете проверять” – спокойно ответил Женя.

Встав со стола, она вновь забирает его работу на проверку, и по прошествии двух минут, с удивленным лицом ставит наивысшую отметку.

“Ладно, молодец” – довольным и удивлённым голосом ответил учитель. “Но пришло время самой последней и важной проверки” – сказала эта дама таким тоном, словно собирается бросить ему вызов.

В тот момент, пока она доставала толстенную книгу проверочных тестов, увидав её, он почувствовал резкое биение сердца в груди. Но положив его на стол, бегло прочитав его, он всё понял и приступил к работе.

“Даю пол часа на выполнение всего и вся. Скажешь, когда нужно поставить аудирование”, уже точно зная, что с этим он никак не справиться, так как даже сами ученики подготовительных школ сдают его минимум за час. Но Женя ничего не подозревая приступил к работе.

Этого вообще не понимая, он делал задания по языку наивысшей сложности, после сдачи которых, он мог безо всяких проблем учиться в университете. Но он считал его словно обычный проходной тест, хотя и с довольно непростыми заданиями.

Первым делом было задание по грамматике, правильно вставьте слова, логически докончите предложения и.т.д. Затем, наступала пора чтения. В нём был представлен отрывок романа, из которого нужно выявить основную мысль и расписать её на сотню слов( что-то типа одновременно и чтение и письмо ) Третье было аудирование, в котором нужно было понять все новости, которые озвучивал диктор. Как вы могли понять, с данным заданием он справился быстрее всего. Последним и самым трудным для него заданием стал монолог на тему: “Моё будущее”, который должен был длиться минимум минут пять.

Пока он делал все задания, время на подготовку монолога уже никак не оставалось. А потому, бегло озвучив про себя в голове основные компоненты своего текста, он приступил к волнующему выступлению.

“Я знаю своё будущее очень хорошо. Я отучусь в этой школе до конца месяца, затем пройду подготовительный курс, и после этого поступлю в университет на врача, хотя сказать сейчас какого я не знаю. Как только я отучусь и начну работать, я стану получать хорошую зарплату, на которую мы с папой сможем вместе отдыхать в парке и есть мороженное, наслаждаясь приятной атмосферой состоятельной жизни.

Такое решение мне дали родители, которые с самого детства готовили меня к этой поездке, сами много трудясь, работая и откладывая деньги ради этой возможности. Сам я должен сделать все их поручения, ради светлого будущего всей семьи, а иначе они без меня пропадут. Я не в коем случае не должен сбиваться с пути. Не курить, не пить, не с кем не знакомиться, так как все эти факторы потащат меня на самое дно, и за-за которых я буду обязан вернуться домой и работать за гроши каким-нибудь уборщиком. И для достижения данной цели, я с малых лет усердно учился, работал, старался, для достижения самого наивысшего результата. А когда мне исполнилось 13 лет, меня мама стала обучать ещё и немецкому языку, ради более простого и недолгого поступления в университет, будущее которое после поступления, я уже выше описал”

Это не был прям таки текст на пять минуть отчётливого и поставленного монолога. Учитель сразу разглядел в нём как тот иногда заикается, видно было как временами тревожно он бросал взгляд по сторонам, но кое как с запинками и небольшим проглатыванием слов, он всё же рассказал свой монолог, дотянув его до пяти минут.

Поблагодарив его за выступление, учитель попросил его сеть на парту, пока она будет проверять его написания. Иногда ошибки были, местами были явные недочёты. Но в целом, если суммировать все полученные баллы за все отрасли теста, то при сдаче экзамена он получил бы почти что однозначно почти что наивысшую оценку, с его знаниями которыми, он мог бы учиться в любом университете Германии.

-“Невероятно” – сняв очки, потерев салфеткой, лоб произнесла она.

-“Ты вот сказал, что учил с мамой немецкий с 13-ти лет, а сам ходил в какие то языковые школы, может практиковал немецкий с носителями или как-то ещё углубленно изучал язык? Как, как вам это удалось?” – с чувством перманентного изумления спрашивала его учительница, с нетерпением ждав ответа.

-“Да, так, с мамой после школы занимались каждый день по часику, и по прошествии пяти лет, я достиг вот такого уровня”

-“Удивительно. За всю мою почти двадцатилетнюю практику обучению языку, твой случай совершенно для меня редкостный и уникальный. Но раз при твоём-то уровне владения, почему ты решил записаться ко мне на курсы?”

-“Мама мне сказала, что у меня недостаточно хорошо развиты разговорные навыки. А потому, мы нашли вас, что бы вы помогли мне научиться свободней говорить и подготовиться к языковому тесту для поступления в университет”

-“Да, мне это объясняли”. “Ладно, раз тебе вам этот так хочется, то для начала, можем пройтись по твоим ошибкам из последнего теста, где мы вновь проверим и справим твои недочёты”

“Хорошо” – сказал Евгений, после чего они оба приступили к работе.

За проверкой и исправлением ошибок они провели около часа, искореняя те пробелы, которые ещё оставались в его грамматике и иногда написании слов. По прошествии этого часа, на часах уже стояло время в 19:45. И закончив со всей этой грамматической суетой, преподаватель предложил Жене на оставшееся время просто немного поговорить и наработать язык. С запинками, задумками и по началу заранее проговаривая про себя предложения, он в этот промежуток времени говорил о себе, своих увлечениях, семье, любимой еде и других мелких темах, после прошествии которых, учитель делает вывод касательно его устно-языкового уровня: “Грамматику ты знаешь хорошо, касательно этого пункта пререканий нет. Словарный запас тоже на уровне, можешь спокойно изъявлять свои мысли в случае любой ситуации. И понимаешь собеседника на слух ты также прекрасно. Твоя основная проблема заключается в том, что тебе просто не хватает разговорной практики, вот и всё”.

-“Ты когда занимался дома в России, у тебя была разговорная практика с кем либо?”

-“Из разговорной практики у меня были только видео звонки с моим дядей, которой живёт, в этом городе и у которого я сейчас живу”

“Понятно” – с улыбкой на лице ответил учитель. “Ну должна сказать, что твоя работа, тот труд который ты проделал и чему научился, это всё достойно огромной похвалы. Осталось конечно небольшое слабое звено в виде твоих разговорных способностей, но за месяц думаю мы это запросто исправим.” – воодушевляющее высказала учительница.

“Хорошо” – с радостью лице он произнёс.

-“Ладно, уже восемь вечера, ты можешь идти”

Пару раз кивнув головой, он собрал все свои вещи и направился к выходу из кабинета, а перед тем как выйти произнёс: “Auf Wiedersehen ( до свидания )”, в ответ получив такое же прощание, но ровно до того момента как уйти, он услыхал от неё одно важное наставление: “Лучше сразу иди домой, на улице уже темнеет, гулять особо не безопасно”

В ответ он ответил: “Хорошо, ладно” и вышел из кабинета, а после здания.

Выходя на улицу, он чувствовал несомненный подъём хорошего настроения и некую лёгкость на душе, понимая, что за этот месяц, он уже свободно освоит немецкий не хуже коренного жителя Германии. Сама учительница, показалась ему довольно приветливой и приятной на характер женщиной, которая в лёгкой и совершенно, умиротворённой форме проводит свои уроки. А раз родители выбрали именно её, то и учит она отменно – думал так про себя Евгений.

На улице уже было немного темновато, и появилась лёгкое волнение того, как бы к нему никто не подошёл с неудобными вопросами. Повторяя путь по которому он дошёл до курсов, он выходит на автобусный маршрут, где хоть и кое как, но замечает остановку напротив той, на которой он слез. И перейдя дорогу, Женя доходит до той самой остановки, после чего начинается время ожидания.

На остановке, в другом, самом дальнем конце, был довольно подозрительный и неспокойный человек, который сидел себе на лавочке с закрытыми глазами, в любой момент который мог резко дёрнуться и завопить каким-то воплем. Сам по себе был одет в потёртую куртку, местами рваные штаны и чёрной шапкой на голове. Евгений принимает мудрое решение, по которому он решает не беспокоить этого “интеллигентного” господина. Не беспокоить так, что он вообще решает выйти за пределы остановки и подождать за её пределами.

Снова, автобус приехал в назначенное время, после пятнадцати минут, как только он пришёл на остановку. И легко выдохнув, он шустро в него зашёл, оплатил свой проезд, и найдя себе место, стал наслаждаться красотами города, на сей раз в укутанного в объятия ночных фонарей.

Пока он ехал, он видел в окне чуть ли не ту чарующую картинку, которую он ранее наблюдал исключительно на отредактированных фотографиях в отцовском ноутбуке. Казалось бы, совершенно разные заведения с разным предназначением, под влиянием темноты и света ночной чарующей страсти, Евгений, в ту минуту, был готов вечно смотреть за переливающимися светом ярких вывескок, уютными и даже в какой-то степени “домашними фонарями”, и включённым светом ухоженных и современных жилых зданий, в надежде хоть на секунду, стать частью всего этого грандиозного великолепия. Смотрел он на них так вовлечённо, что чуть ли не упустил свою собственную остановку, на которой обязан был выходить, и осознав это чуть ли не в последнюю секунду, вылетает с автобуса прям уже в момент его закрытия. Но расслабляться было ещё рано, так как во дворе всё ещё стояла лёгкая темень, которая потихоньку наступала с приближением Евгения к дому. И от этого понимания, у Евгения вновь обостряется чувство опаски.

Решив побежать лёгким бегом, он для начала на светофоре перебегает на противоположную часть улицы, и уже после держал путь домой. Во время бега, ему вдалеке виднелись подозрительные силуэты, непонятные тени и слыхавшийся вдалеке лай собак, что вызывало нашего героя только ещё большее желание набрать побольше скорости.

Когда он забежал во двор, он в том же самом углу увидал тех двоих “интеллигентов”, которые тогда любезно просили приобрести их “товар”. Не желая вновь с ними сталкиваться, Женя обходит двор по противоположной стороне огибая круг, чтоб тем самым они его не в коем случае не заметили. Сделав это, наконец, зайдя в подъезд с облегчением, и сделав небольшую передышку, начинает подниматься на четвёртый этаж.

По входу в квартиру, его встречает обеспокоенный дядя Ваня, который спрашивает, о том, всё ли с ним в порядке и никто ли к нему не прикопался. На все вопросы ответив “нет”, Иван с облегчением вздыхает и берёт у Жени сумку, после чего весит её на крючок в коридоре и собирается уходить в зал. Но прямо перед дверью, в зал, он останавливается и проговаривает свои следующие мысли:

“Слушай, тогда вчера в кафе, я наверное зря установил тебе такое задание, за один замах по сути заставив тебя выпить целую бутылку алкогольного пива, хотя ты в жизни даже его ранее не пробовал. И что ты вчера вытворял, всё то, что ты тогда сказал, это моя вина. Умеренное распитие алкоголя, это не плохо. За хорошей компанией и в приятной обстановке, что бы не выпить для поднятия настроения. Но в больших количествах, он привод к ужасающим последствиями, в числе которых моральная зависимость и необладание собой во время пьяного состояния.

Ты чувствовал наутро головную боль и иссушение во рту, и стоило ли это состояние ради жалких минут лживого удовольствия? Потому, лучше им никогда не злоупотреблять. Как чувствуешь, что тебя уже начинает заносить, остановись, так будет для тебя только лучше. А по вчерашней ситуации, прости меня. Я не должен был тебя заставлять так делать”

Немного подумав, разувшись и зайдя в коридор, он отвечает: “Мне папа тоже рассказывал про вред алкоголя. Да, он мне также объяснял, что можно редко и по поводу выпить немного когда я стану взрослым, но вчера, можно сказать что я его тоже ослушался, хотя он меня предупреждал. Надо было отказаться и твёрже стоять на своём, но я согласился. А потому, это скорее больше моя вина” – сказал Женя, стараясь снять груз вины с дяди.

“Ладно, тогда давай сделаем так: Мы не забудем эту ситуацию, сделаем из неё правильные выводы и дадим друг-другу обещание, что мы больше никогда не будем доходить до откровенно пьяного состояния, и до конца наших дней, пусть наши головы более не будут одурманены обильным количеством этой злосчастной гадости. Хорошо?”

“Хорошо” – ответил воодушевлённо Женя за себя и Ивана. После чего, они пожали друг другу, чувствуя некую гордость друг за друга.

“Ладно, мне тут ещё нужно в зале поработать над проектом, потому можешь пойти на кухню и поесть, но пожалуйста, мне не мешай”.

“Ладно, я тогда буду на кухне” – сказал Евгений, после слов которых, Иван вновь вернулся ко своим делам.

Помыв руки, переодевшись и убрав сумку на место, Женя подходит к холодильнику, и внутри замечает кастрюльку с макаронами и сосисками, которые Иван специально для него оставил. Поев в одиночной тишине, помыв посуду, он смотрит на часы, которые показывали время 21:30. Тихонька войдя в зал, увидав работающего дядю, он решает ему не мешать и взяв в руки книжку которую он читал днём, Женя сидел себе на кухне и продолжал заниматься столь занимательным чтением. Спокойно он занимался этим делом пол часа, пока в десять вечера Иван не пришёл на кухню и заявляет о том, что он собирается ложиться спать. Женя это услышал и он собирается также пойти спать, только ещё немного почитает. После этого они желают друг другу приятных снов, пока Евгений ещё тридцать минут сидит на кухне в компании интересной книжки.

По прошествии этих тридцати минут, он решает, что пора бы ему тоже пойти спать. Хотя завтра у него никаких дел нет, но нужно привыкать к местным особенностям жизни. Пройдя мимо зала, он решает взглянуть: “А над чем это там Иван трудиться?”

Зайдя в зал, кинув свой взор на стол, он видит как думает макет нового парка, которой по описанию, будет прекрасным местом для уединения человека и “доработанной” природы. В данной миниатюрной модели, он различает различные приятные для детей лёгкие аттракционы, тропинки, вокруг которыми возвышаются густые ветви деревьев, небольшой ботанический сад с уникальными видами растений, небольшое футбольное и баскетбольное поле, сцена с внушительной площадью где по всей видимости будут выступать артисты, а также обширная местность нетронутой природы, где люди смогут отдохнуть, сходить на пикник или позаниматься спором.

После разглядывания этого проекта на протяжении пяти минут, он высказывает своё исключительно важное мнение: “Супер”. Сказав это, он идёт в ванну, чистит зубы, переодевается и уже в постели вспоминает о том, что он должен сделать звонок родителям и рассказать о том, как прошёл первый урок.

Сделав по интернету звонок, первой трубку взяла мама, и первый вопрос, который она задала: “Неужели ты уже забыл о нас и почему так поздно звонишь?”. В ответ на это, Женя признаётся в том, что действительно забыл позвонить раньше и вспомнил о звонке когда уже собирался спать.

“Ну молодец” – саркастично ответила мать. “Теперь, мы будем ждать твоего звонка, когда у нас будет ровно десять часов вечера. А это получается, что по твоему времени, звонок должен к нам доходить к девяти часам вечера. Ты меня понял?”

“Да” – спокойно и понимая ответил Женя.

И после этого небольшого диалога, разговор сменяется на тему первого урока, и как вообще у него происходят дела.

“Дела хорошо, учитель был крайне удивлён моими познаниям в немецком языке, видать не зря мы столько вместе учили” – гордо заявляет Евгений.

“Ну хорошо, рада а тебя” – с радостью ответила мама. “Ну ладно там, давай, продолжай учиться, и веди себя культурно”

“Хорошо” – отвечает Женя.

“Давай там”

“Давай”

И уже собираясь сбросить звонок, как к телефону подходит отец и спрашивает его довольно хмурым голосом: “У тебя всё нормально?”

“Да, всё хорошо” – ответил Евгений.

“Хорошо. Ты давай, учись там, веди себя хорошо, дяде Ване помогай где нужно. И не забывай, как мы на тебя надеемся”

“Я помню” – на сей раз, с неким огорчением ответил он

“Хорошо, давай”

“Давайте”. После чего, звонок наконец завершается.

С гнетущими мыслями и немного ухудшимся настроением, он делает звонок дедушке с бабушкой, на котором проговаривалось всё тоже самое, и в конце была вновь услышана от бабушки та самая фраза о надежде, после которой ему уже хочется разбить телефон об стенку, но на самом деле лишь спокойно прощается, завершает звонок и кладёт его на место.

Ложился спать он с той самой фразой о надежде, которая ещё минут двадцать не отпускала его в мир снов, которая всё доходчивее говорила ему о важности его дела, как нельзя не на что отвлекаться, придерживаться всем правилам отца. Но по прошествии этих двадцати минут, ему всё же удаётся заснуть, а последней мыслью перед засыпанием была: “Что же меня завтра будет ожидать?”.

Проснувшись со спокойной и трезвой головой, без волнений от дурацкого сна, он на сей раз с лёгким удивлением не замечает дядю Ваню у себя дома. “Значит у него шестидневный рабочий день. Понятно” – спокойно сказал сам для себя Женя. Сделав все утренние дела, поев, он вновь берётся за только вчера взявшуюся книжку, в надежде расслабиться и в выходной день с утра немного почитать. Да вот только, по прошествии десяти минут сидения с занимательным чтивом, на душе его стало терзать какое-то странное чувство недовольства, словно он должен был сделать важное дело, но по неизвестной ему причине, он этого ещё не сделал.

Пытаясь отстранится от этого гнетущего ощущения, Евгений начинает читать как можно быстрее, в надежде на то, что это неприятное чувство уйдёт само собой. Но нет. Как только он набирал скорость чтения, это на первых порах просто неприятное ощущение, превратилось в самое настоящее внутреннее волнение и истинную душевную неприязнь. Положив в сторону книгу, закрыв глаза и поудобней раскинувшись на диване, он решает собраться с мыслями и подумать о том: “Что же меня так беспокоит?”.

Просидев так минут пятнадцать, ему так в голову ни одного толкового ответа и не пришло. “Я учусь, учусь. Я веду себя хорошо, хорошо. Я стараюсь помогать, помогаю. Тогда в чём же проблема?”

На часах уже часы показывали 12 часов полудня, до часа оставалось ещё 60 минут, до прихода Ивана ещё 300. “Наверное прогуляюсь по окрестностям до обеда пока ещё время есть” – произнёс это для себя Женя и набрал номер Ивана для высказывания своих планов. Когда он дозвонился и рассказал о своих намереньях, Женя услышал одобрение со стороны дяди, только наказал его прийти домой к обеду и поесть. Женя с пониманием согласился, всё в доме проверив, чтоб ничего не было включено, он закрыл двери и вышел на улицу, уж на сей раз отвлечься от этого неприятного ощущения или возможно даже найти источник его причины.

Выйдя со двора, он вновь увидал спокойно гулящих во дворе мать со своим ребёнком. Но на этот раз ему спешить никуда не надо было, а потому, присев недалеко от них, он старается расслабится и насладиться эстетикой благополучного немецкого дворика. Сидя на лавочке, и наблюдая за тем, как ребёнок спокойно веселиться, качаясь себе на небольших аттракционах, ему в голову невольно приходили воспоминания о том самом дне в парке, когда он увидал тех двоих мальчиков играющих на площадке, и игра именно которых послужила основой сюжета для его первого произведения.

“И куда я только полез?” – с само порицанием риторически спросил себя Женя, испытывая некую неприязнь к тому, что он делал.

Просидел он так со своими мыслями минут 10, но догадаться о том, что же его так мучало он не мог, а потому вновь решил немного пройтись, по уже более знакомым ему местам. Он вновь прошёлся по левой стороне дороги, где Женя снова стал наслаждаться эстетикой ухоженного города, с его уютной малоэтажной застройкой, целостной брущаткой и приятной погодой на улице. Да вот только вновь раздражали граффитисты, которые оставляют свои теги на стенах портили всю картину прекрасных зданий. “Как можно на такую красоту вообще поднять руку?” – недоумевающе спрашивал себя Евгений, который продолжал свою дорогу. Пешая прогулка по Гамбургу продолжалась около часа, во время которого, он продолжал заходить во дворики жилых домов и рассматривать витрины местных магазинчиков, проглядывая весь ассортимент лежащего товара.

Пока он гулял, ему удалось отстраниться от этого неприятного внутреннего ощущения неизвестной гнетущности. Но в тоже время, он не нашел на него ответа. И поэтому, когда он вернулся домой в пол второго дня на обед, уже по входу в подъезд его вновь начали мучить неприятные внутренние ощущения, которые терзали его всё это время.

Оповестив дядю о возвращении домой, он спросил его, не нужно ли чем-нибудь заниматься по дому. Иван же в свою очередь отвечает, что он мы протереть полы и вытереть с полок пыль, если у него конечно будет желание. Евгений сказал, что он всё понял, после чего приступил к дневной трапезе за просмотром в зале телевизора. Пока он ел, неприятное чувство его всё не собиралось покидать.

По заключению обеда, Женя взглянув на часы увядал время в три часа дня, до прихода Ивана оставалось часа два, а потому, можно было в доме немного убраться и навести порядок. Минут десять он протирал полы мокрой тряпкой, а позже ещё минут пятнадцать протирал полки влажной тряпкой. И когда вновь дело дошло до книжного шкафа в его комнате, он в который раз увидал те две книжки, которые хранили в себе те злосчастные фотографии.

Вновь подумав о них, тех людях которые на них изображены, в его голову вновь полезли вопросы о неизвестном ему случившемся, о том, какие вопросы так занимали его голову. Даже не открывая эти изображения вновь, он закрывает шкаф с книжками, стараясь не думать о всём содержимом в них, после чего без особых усилий завершает уборку.

На часах стояло время практически в пол четвёртого дня, все дела сделаны, только заняться теперь вновь особо нечем, за исключением ещё не до-прочитанной книги, к чему он и приступил. Читал он ровно до того момента, пока в пять часов не вернулся Иван, на вид довольно уставший, но не лишённый улыбки на лице. Также, в руках у него был пакет, в которой вроде бы проглядывались две пачки гречки, килограмм сосисок и две баночки пива.

Первым делом при встрече с Иваном, Евгений спросил: “Как дела на работе?”

-“Хорошо, прекрасно. Мой проект одобрили, а потому скоро в нашем городе появиться новый замечательный парк”

-“Это хорошо” – ответил Женя, после чего вновь отправился в зал за книжку. Но как только он перешагнул порог главной комнаты, в его голове неожиданно начинает крутиться следующий поток мыслей: “ Как дела на работе? Как дела на работе? Работе, РАБОТЕ”

“Точно” – чуть ли не крича ответил для себя Женя, после чего, это неприятное чувство слегло, словно гора с плеч.

От неожиданности, первым делом, что сделал Иван после снятие обуви, так это резкий залёт в зал прямо с пакетом и вопросом: “Что точно?!”

“Точно то, что меня весь день мучало странное и неприятное чувство, которое не давало мне покоя весь день. Я ходил, искал ответ, но всё никак не мог докопаться до истины. И вот, наконец, как только вы пришли с РАБОТЫ, я наконец нашёл ключ к этому ощущению, которое меня так доставало.” – с радостью изъявляет Женя.

“Работа. Да, именно работа. Ведь мне папа перед отлётом говорил, что я без особых проблем смогу совмещать работу и учёбу, но вот только где найти эту самую работу и когда начать он мне не сказал” – задумчиво произнёс Женя.

“Ааа, работа” – с упокоением ответил дядя. “Конечно, работа это дело нужное и полезное, но лучше давай пока с этим повременим, хотя бы на ещё недельку. Пока ты окончательно освоишься с городом, да и расписание занятий тебе никак не мешали” – предложил он ему.

“Ну, хорошо, ладно” – произнёс Женя, после чего он вновь ухватился за книжку, а Иван пошёл заниматься своими делами.

Все друг друга не видели и не трогали на протяжении получаса, пока дядя в своей домашней одежде не уселся на диван держа в руке бутылочку пива, начинает смотреть телевизор, отдыхая от усердной рабочей недели. Женя его не хотел особо беспокоить, так как на его лице он разглядел отчётливые очертания усталости и желания отдохнуть в тишине. Иван же в свою очередь этому был только рад.

И всё так продолжается ещё часа с половиной часа, пока дядя смотрел по телевизору фильмы с новостями, а Женя продолжал читать свою занимательную книжку. И лишь один раз, один из участников комнаты спрашивал у другого о том, “Как он провёл свой день?”

Настало семь часов вечера, а это означает, что наступает время ужина. Иван, выключив телевизор и немного подтянувшись, отправился на кухню, дабы сварить что-нибудь съедобного для себя и племянника. Почти докончив всю книгу, Евгений решается посмотреть на то, что же там происходит на кухне, а он там видит, даже в какой-то степени грустного дядю, который немного опустив голову, готовил в одной кастрюльке два пакетика гречки, а в другой целую дюжину сосисок. Подойдя к нему с боку, Женя спросил его: “Может я сварю ужин, я умею” – спросил его заинтригованно Женя.

“Нет, спасибо, я сам” – спокойно отвечает Иван.

“Точно не стоит, вы ведь пока можете посидеть и отдохнуть после тяжёлого рабочего дня, а я всё сделаю сам, как меня мама учила” – настойчиво переспросил Евгений.

“Как мама учила” – тихонько пересказал эту фразу Иван. “Ну хорошо, раз ты так хочешь, можешь приготовить сам, пока я посижу и понаблюдаю”

“Спасибо” – удовлетворённо сказал Женя и встал за плиту.

Как только Иван сел за стол, он ему заявил: “Гречка должна вариться ещё минут двенадцать, а сосиски ещё десять, гречку необходимо постоянно помешивать, смотри не прозевай”

“Хорошо”

“А также через ещё минут пять, необходимо положить чайную ложку соли с небольшой горкой в кастрюлю с гречкой, а то иначе сам продукт получиться безвкусным”

“Я понял” – ответил Женя, после слов которых, он начинает помешивать гречку и пристально наблюдать за ходом времени.

По завершению готовности всех блюд, он заявляет дяде о завершении готовки ужина, после чего, он просит его вылить из кастрюлек воду, и наложить соски с гречкой прямо в тарелки для дальнейшей приёма пищи. Но Женя заявляет, что лучше для начала ещё раз наполнить кастрюли тёплой питьевой водой и положить небольшой кусочек масла, что бы для гречки и сосисок придать приятный масляный оттенок. В ответ же на это, Иван вежливо отказывается, объясняя это тем, что он уже привык к данному рецепту. Евгений настаивает, и просит дядю сделать по его домашнему рецепту. В ответ на это предложение, Иван, уже более грубым и чуть ли не угрожающим голосом заявляет: “Нет, мы будем делать всё именно по моему рецепту!!!” – грозно утверждает он.

“Ну, ладно” – тихо и согласованно отвечает Женя, видя то, как после данного вспыльчивого ответа Иван успокаивается.

Просто выливает воду в раковину, раскладывает всё на тарелки и подаёт к столу, после чего нарезает хлеб и также подаёт к столу. Никто вообще не произнеся не слова, спокойно ужинают своей порцией гречки с сосисками, закусывая это кусочками белого хлеба. Через десять минут, после того как тарелка Жени была пуста, он положил свою посуду в раковину и спокойно её помыл. И как только он собирался уходить из кухни, дядя ему в след заявляет спокойным и умеренным голосом: “Всё было вкусно, мне понравилось, спасибо.”

“Пожалуйста” – спокойно ответил Женя.

“А также спасибо за то, что сегодня убрал всю квартиру, а то я так не люблю это делать именно в субботу”

“Хорошо” – проговаривает Евгений, после чего спокойно уходит в зал.

По прошествии десяти минут, из кухни доносится голос дяди Вани, который спрашивает его, не будет ли он пить чай вместе с ним. В ответ на это, Женя не стал отказываться и с радостью соглашается.

Во время вечернего чаепития, Евгений дабы разрядить неприятную атмосферу летающую в воздухе, всё же спрашивает Ивана: “Сейчас только без двадцати минут восьмого, может сходим после чая и немного прогуляемся?”

“Прости, но, давай не сегодня. У меня сейчас совершенно нет настроения для прогулки. А потому, давай как-нибудь в другой раз.”

“Ладно” – понимающе ответил Женя.

“Но” – вдруг сказал неожиданно дядя. “Я завтра с утра поеду в свой загородный дом. Это от города часа три езды. Там мне надо будет прибраться и посмотреть за огородом. Если не желаешь, ты можешь поехать со мною?” – спрашивает его дядя.

“Да, конечно, я не против” – радостно ответил Женя.

“Ну хорошо, тогда мы выйдем примерно в десять часов утра, и к обеду неспешным темпом доедим спокойно”

“Хорошо” – ответил Женя, затем положив кружку в раковину, и как только он собрался её мыть, Иван ему говорит: “Ты можешь идти, я всё сам помою”

В ответ на это, Женя отвечает спасибо и со спокойной душой и некой радостью на лице возвращается к себе в зал, наконец дочитать свою интересную книжку.

Остаток дня прошёл совершенно спокойно. Иван на сей раз до одиннадцати сидел на диване и спокойно смотрел телевизор, а Женя в свою очередь, наконец дочитал свою первую книжку на немецком языке, которая к слову ему довольно понравилась. Не так сильно конечно как “Преступление и наказание”, но как минимум, ознакомления она явно достойна.

Вечером, в часов девять, настала пора звонка в родное гнёздышко, которое тоже не чем особо не выделилось. “Классическое” как дела и что сегодня делал. И запомнилось оно лишь исключительно пожеланием от мамы, что бы он завтра ещё хорошо отдохнул, и в понедельник вышел на урок с новыми силами. От звонка дедушки и бабушки тоже ничего не было удивительного, просто приятно поболтали о делах, даже в конце без уже столько надоевшей фразе о надежде.

Ложился он на этот раз спать в одиннадцать часов вечера, как и его дядя, хотя ему ничего не мешало лечь и в десять. Закрыв глаза, он думал о том, какой же сегодня был в принципе хорошим и приятным. Да, до пяти вечера его гложило непонятное внутреннее ощущение несделанного дела, но после получения ответа на вопрос и избавления от плохого ощущения, приглашения в загородный дом, прочтения книги и лёгкого, совершенно “безнадежного” разговора с родственниками, все эти факторы воедино, смогли поднять главному герою настроение, и заснуть в своей постели, с определённо хорошим настроением. А перед тем, как отправиться в чарующую страну снов, он вновь задаёт себе один и тот же занимательный вопрос: “Что же меня завтра будет ожидать?”, хотя он и прекрасно понимал, что именно его будет ждать.

На следующий день, в часов девять утра, Иван будит Женю и говорит ему о том, как нам обоим уже необходимо собираться и готовиться к отъезду. Как только он это произнёс, как бы ему не хотелось ещё немного поваляться и ещё хоть пять минут подремать под тёплым одеялом, он, со слипшимися глазами и небольшими шатаниями в ногах, стал заправлять кровать, умываться, одеваться и заниматься прочими утренними повседневными делами.

Через минут двадцать после того как он встал, Иван зовёт его на кухню позавтракать, расставляя на стол горячий чай вместе с печеньками и бутербродами на утро. Спокойно посидев и обсудив план действий в загородном доме, наши герои помыли посуду, проверили весь дом дабы всё было выключено, обулись и наконец отправились в путь, даже на двадцать минут раньше назначенного дядей сроком. На сей раз, они были одеты в не особо важную одежду. Иван был одет в тёмную, всю в каких-то пятнах потёртую футболку и таких же старых потёртых штанах, пока Евгений сам был одет в своё трико вместе с кофтой.

Выйдя с подъезда, в его ноздри влетел приятный прохладный воздух, который словно напрямую в уши сообщал: “Всё будет хорошо”. Как только Евгений сел в автомобиль и пристегнулся, Иван же в свою очередь, первым делом полез под капот машины, с чёткой целью проверить все компоненты на надлежащую исправность. Десять минут времени ушло на то, пока дядя Ваня ощупывал все колодки, двигатели, масла и бензин, по прошествии времени которого, они всё же выезжаю со своего двора по началу в город, а после уже и на шоссе, направляясь ко столь родному Ивану загородному дому.

Перед тем как сесть в машину, Евгений размышлял, как сядет поудобней, положит голову на плечо и будет крепко спать аж до конца всей дороги. Но как бы он не хотел себя обмануть, после того как он окончательно взбодрился, и даже вышел на улицу, подышав свежим утренним воздухом, его мозг на отрез отрицал возможность хоть как-то заснуть, или хотя бы тихо задремать по пути к дому. А потому, ему что только и оставалось делать в пути, как это рассматривать окружающие его пейзажи, попутно изредка заглядывая в электронные часы дисплея автомобиля.

Не произнося ни слова, лишь вглядываясь в небольшие населённые пункты попадавшиеся нашим героям на пути, не описать того удивления, которое было испытанно Евгением после всех, казалось бы совершенно незаметных и мелких населённых пунктов этой страны. Когда он с семьёй в последний раз ездил на поезде на море, по пути ему встречались лишь старые, угрюмые, серые и довольно потасканные посёлки и деревушки, построенные наверняка ещё при батюшке царе. А тут же, все светлое, яркое, дома целые, нет никаких разваливающихся строений и серого уныния. Женя парочку раз замечал мимо проходящих людей, и на их лицах он не замечал какого-то пессимизма и отвращения к жизни. Напротив, это были вполне себе улыбчивые и радостные жители, которым просто нравиться жить, работать и радоваться в своё удовольствие.

Все три часа, особо неспешного хода, которые они находились в пути, Женя вслух не произносил не одного слова, но за то про себя, он чуть ли не по объёму мыслей от всей увиденной красоты, хотел переписать чуть ли не самого Толстого. Он дома видел деревни Германии по роликам в интернете, где рассказывалось о благосостоянии его жителей и впечатляющем уровне урбанизаций вместе с инфраструктурой. Да, он всё это видел, и на экране ноутбука, он только спокойно улыбался и проговаривал как это здорово. Но вот только сейчас, он всё это чувствует, и от всего увиденного, его внутренне состояние, пестрило всеми возможными красками и огнями, от чего он ели как старался усидеть на кресле движущегося мимо автомобиля.

Видя всё то, как племянник с упоением рассматривает все окружные деревеньки, с упоением наслаждаясь высокой красотой и эстетикой окружающей действительности, Иван ему говорит: “Да, здесь красиво, не спорю. Есть дороги, школы, больницы с аптеками, и в целом всё то, что необходимо для комфортной и приятной жизни тут прилагается. Но вот беда всей этой красоты заключается в одном простом вопросе: “А чем тут собственно заняться?”. Тут красиво, да, уютно, да, комфортно, безусловно, но тут скучно, говорю я тебе прямо. И такая тенденция будет наблюдаться во всех деревнях страны без исключения. Скажу даже больше, ты можешь задать этот вопрос даже в немаленьких городах, где казалось бы, место действительно носит гордое звание “город”.

Берлин, Гамбург, Франкфурт, ну и Мюнхен ладно, тоже там есть чем заняться. Всё. Остальные населённые пункты, это по сути дом пенсионеров, в которые будет приятно вернуться уже после шестидесяти лет, и спокойно в комфорте дожить свою счастливую старость. Именно в эти четыре города, которые я назвал выше, стекается вся молодёжь, все движения, какие-то праздники, парады, концерты. Но остальное, всё спокойное, и как я заявил ранее, скучное, для стариков.”

В ответ на это, Евгений лишь развернулся и пару раз покивал головой, затем вновь кинул свой взор на окружающие его зелёные пейзажи.

К часу дня, Иван с Женей приехали наконец к месту назначения. Это была небольшая деревня, на первый взгляд одна из тех многих, которых он уже столько раз видел через окно проезжающего мимо автомобиля. По приезду в деревню, дядя предложил для начала пообедать у его старого семейного товарища, а уже после, наконец окончательно поехать к дому. Они остановились возле небольшого кафе, приятного на вид с наружи, и уж тем более приятного с интерьерной части внутри, которое позиционировалось на основе приготовления блюд традиционной немецкой кухни.

Не успев только войти внутрь, как кассир при виде Ивана, тут же встаёт и шустро вбегает на кухню, после нескольких секунд которых, и сам вспотевший повар.

“Иван, добрый день, давно не виделись” – радостно говорил он протягивая руку.

“Да что давно, всего неделю.”

“Да, и за эту неделю ты очень сильно постарел”

“Да, ты говорил это уже тысячу раз.”

“И скажу в тысячно первый как придёшь в следующий раз” – добродушно смеясь проговаривал он. “А кто это с тобой?” – заинтригованно спросил повар после приветствия.

-“Это мой племянник Евгений. Помнишь, как-то я тебе рассказывал про своего двоюродного брата, который живёт в Санкт-Петербурге, вы ещё виделись у нас дома на новоселье, так это его сын. Он прилетел в Германию для получения образования и работы, что бы в будущем остаться и жить в Гамбурге”

“Чтож, приятно познакомиться” – говорит повар, протягивая Евгению руку. Сам же Женя, с некой неловкостью улыбается ему в ответ, и бегая глазами по сторонам, аналогично протягивает ему руку для приветствия.

“И представь, уже до прилёта в страну, он прям таки чуть ли не в совершенстве выучил немецкий, мне кажется не хуже любого коренного немца” – с некой гордостью произносил Иван.

-“Да, тогда пусть мне он расскажет, как именно он выучил язык” – сказал это повар напрямую обращаясь к Евгению.

-“Ну, я с мамой каждый день, после всех уроков и занятий, по часу в день занимались немецким языком. То в библиотеке находили материал, то в интернете бывало чего полезного отыщем. И так за пять лет, мы с мамой выучили немецкий. Не спеша, основательно и повторяя каждый материал по нескольку раз, я наверное могу сказать, что за всё это время, я как раз к отъезду выучил немецкий язык” – сказал всё это Евгений, местами немного запинаясь.

-“Неплохо. Я бы даже сказал похвально, молодец” – произнёс повар с улыбкой на лице. “Если ты не против, в награду за твои большие достижения, я могу бесплатно угостить тебя обедом за счёт заведения”

“Спасибо” – с благодарностью произнёс Женя.

“Меня кстати зовут Иоганн. Будем знакомы” – произнёс это повар, и начал вновь тянуть к нему руку. Евгений в свою очередь, из вежливости и уважения, вновь потянул свою руку, произнеся своё имя.

“А может тогда и мне ты устроишь бесплатный обед?” – в шутливой форме спросил Иван.

“А по моему, кто-то напрашивается на двойную расценку” – иронично изъявил Иоганн.

После чего оба рассмеялись, а Иван произнёс: “Ладно ладно, я тебя понял”.

Как только смех прекратился, дядя потянулся к уху племянника и шепнул ему, но так, что бы Иоганн, который был рядом всё слышал: “Постарайся заказать как можно больше, тебе ведь бесплатно” – произнёс дядя на ухо.

В ответ на это, повар рассмеялся, но позже заявил: “Только не слишком много”

Взглянув на меню, блюда представленные в списке не говорили ему абсолютно ничего. А потому, он выбрал свой обед исходя исключительно из представленных в блюде ингредиентов. Рассматривая весь лист предложенных блюд на протяжении минуты, он решается взять говяжьи рулетики, а на попить взял он себе обыкновенный яблочный сок. Он из вежливости не стал заказывать слишком много, что бы так сказать: “сильно не разорять заведение”.

“Хорошо, теперь пойди вы бери столик” – любезно сказал Иван, что Евгений пошёл и сделал.

Как только Евгений отвернулся и пошёл в главный зал, Иоганн с некой грустью сказал Ивану: “Ты мне может и отдалённо, но напомнил тот момент, когда ты впервые пришёл в это кафе со своим отцом”

-“Мда” – с таской ответил Иван.

-“Ты ему ещё ничего не говорил?”

-“Нет, пока ещё нет”

-“Но ты должен ему сказать. Хватит тебе уже скрывать эту правду. Поверь мне, тебе самому станет легче.”

-“Чтож, возможно ты и прав. Может, мне пора действительно рассказать ему, и самому себе прежде всего всю правду”

-“Да, надо. А также, тебе надо будет сделать заказ. Тебе как обычно?”

-“Да, спасибо” – произнёс Иван, после чего пошёл на кассу оплачивать обед, где его обслуживал сын Иоганна по имени Бруно.

Взглянув через плечо на занимающего столик Женю, и повернувшись обратно, решил немного расспросить Бруно.

“В общем, как тебе тут работается?”

“Как обычно” – скучно ответил он.

“Всё ещё скучаешь по футболу?”

“Да, скучаю. Папа ведь мне более запретил в серьёз заниматься им, сказав примерно:

“Семейное дело куда важнее какого-то там мяча”. Вот я и сижу здесь за кассой. Это весь заказ?”

“Да, спасибо” – на выдохе произнёс Иван оглянувшись обратно на Женю. “Но знаешь, ты только не вешай нос прям так. Может когда придёшь на кухню, ты и сам себе скажешь:

“Вот оно, моё дело!””

“Да какой там. Я даже яичницу без возгорания не могу изготовить, что уже говорить о высокой кухне. И поэтому, когда отец говорит мне: “Всё у тебя впереди”, я ему только отвечаю:

“Да, конечно”” – с поникшим видом сказал он Ивану.

“Ладно, ещё раз спасибо” – ответил с некой долей сочувствия ему Иван, после идя за стол к своему племяннику.

По возвращению к Жене, он увидал его сидящего на сей раз в абсолютно трезвом состоянии, абсолютно тихо сидящего возле окошка, рассматривая окружающие лесные пейзажи. Как только он подсел к нему, он завил: “Тут мило, и персонал приятный”

-“Это да” – отвечает Иван. “Я впервые вошёл в сены этого приличного заведения примерно в году 2002-ом со своим отцом.

“Вообще, если бы не мой отец, мы бы сейчас с тобой тут не сидели. Так как мой папа всегда мечтал иметь свой собственный домик где-то в деревне после переезда, заниматься небольшим хозяйством и просто иметь тихое и укромное место, подальше от шумного города. Он хотел именно сам построить свой собственный дом ещё при союзе, да вот только тогда он был ещё молод, неопытен, на заводе где он работал, он был не сильно высокого ранга, так ещё и я родился недавно. Столько забот, в общем, не до дома было. А когда Союз развалился, мы в принципе могли остаться на месте и жить как раньше, только теперь в России. Но отец рискнул всем, своим статусом, заслугами, уважением в цеху и бросив родную деревню, где мы в детстве развлекались с Виктором.

По прошествии шести лет, с того момента как мы переехали, я получил образование, хорошую работу и престижный заработок. И с начала нового века, мой папа предложил мне построить дом, где-нибудь в небольшой деревне, чтоб иметь, ещё один домик, где родители могли спокойно дожить свою старость в спокойной обстановке, а их старая квартира перешла бы в наше распоряжение.

Мы на протяжении месяца активно искали все площадки с подходящей нам землёй. Кстати, именно тогда мы с отцом познакомились с такой штукой как Интернет. И именно в интернете, на одной из площадок, мы нашли объявление о продаже земли, на которой наш дом собственно и был построен. Было по началу, довольно сильно волнительно, так как на тот момент Интернет нам казался довольно запутанной и непонятной площадкой. “А вдруг обманут? А вдруг разведут? А вдруг чего ещё?” – с опаской говорил мой папа. Но мы доверились и всё оказалось хорошо. Мы встретились, всё обсудили, осмотрели участок. И в конце нам назначили цену за площадь на 100x50 метров в 80 тысяч евро. Представь, 80 тысяч евро на двухтысячный год.

У нас не было с собой таких денег и мы уж точно понимали, что их у нас не будет в ближайший год. Но зато была голова на плечах, а потому отец спросил: “Будет ли цена повышаться с каждым годом?” “Да” – отчётливо произнёс продавец. “Стоимость с каждым годом, по нашим прогнозам будет увеличиваться примерно на 5-10 тысяч евро ежегодно”. “Понятно” – ответили мы и попросили его пропридержать эту землю до нашего приобретения, пока мы накопим на неё денег. Да вот только риелтор тоже не дурак, и прекрасно понимал, что за этот срок, вполне возможно появиться какой-нибудь новый клиент.

Это было для нас идеальное место, которое подходило практически по всем критериям. Да, три часа дороги от дома в городе по началу отпугивали нас от приобретения. Но приехав на место и осмотрев нашу будущую землю, по всем остальным показателям, это было для нас просто идеальное место, в котором мы могли создать свой “Райский уголок”. Мы были на самом подъёме духа, а потому предложили ещё десятку тысяч евро сверху за сохранность участка. Но тот пёс любил поторговаться и загнул цену до тридцати. В результате разговоров на довольно повышенных тонах, мы оба пришли к конценсусу и договорились в окончательной цене в 100 тысяч евро. Только представь себе, ещё четверть от всей стоимости участка! На самом деле, тогдашней валютой в Германии была так называемая “немецкая марка”. И у каждой европейской страны была до…, вроде как две тысячи второго года своя собственная валюта. А в евро я тебе говорил, что бы смог легче понимать всю валютную сумму тех лет. Но я продолжу.

Деваться было не куда, а потому, стиснув зубки и затянув поясок, мы стали откладывать все возможные деньги на покупку земли. Я ещё тогда занимался составлением всяких планов и чертежей, а мой отец работал электриком и слесарем, тем более мама моя ещё не оставалась в стороне, и тоже работала швеёй на местном ателье. Так что наши представления о будущем были не беспочвенны.

В итоге, за два года активного откладывания, мы вместе с отцом накопили порядком 70-тысяч евро, почти что накопили, но беда лишь в ПОЧТИ. А потому, мы уже решили не тянуть, и просто завести эту землю в рассрочку, отдав эти 70 тысяч евро сразу, а оставшиеся деньги раскидать на последующие последующий год. Мы в тот момент так радовались, что прямо из офиса сразу рванули на место нашей будущего дома, уже представляя, как всё будет устроено. Тогда, мы это решили немного отпраздновать и пойти в небольшое кафе, внутри которого мы сейчас и сидим. Когда мы вошли, то заметили, как на кассе никого не было, а лишь стоял небольшой колокольчик за которого нужно дёрнуть в случае необходимости. Дёрнув за него, к нам на встречу выбежал весь в поту Иоганн, тот самый с которым мы только разговаривали.

Тогда там, да и сейчас работают всего два человека – он сам и его отец. Но после того, как тот к сожалению скончался, на помощь к нему пришёл его сын. А всё это происходило потому, так как его все мужчины в его роду считали, что удержание кафе – это исключительно семейное и мужское дело. А потому, когда мы вошли, его отцу было уже под 60, а ему самому было примерно также как и мне на то время, то есть под тридцать.

И по началу, мы с ним никак близко не контактировали. Он тогда быстро взял у нас заказ и бегом ринулся обратно на кухню, где и творилась вся магия высокого гастрономического искусства. Через двадцать пять минут после принятия заказа, к нам приходят долгожданные блюда. И словами я нас мог описать, на сколько это было вкусно. Я конечно не помню уже что именно я заказал, но чувства того восторга останутся у со мной навсегда. Моему отцу тут аналогично всё понравилось. Мы спокойно доели свою еду и отправились домой, до-копить денег и уже приступить к строительству дома.

Через год, мы уже окончательно рассчитались со всей необходимой суммой, и наконец смогли полноценно обрадоваться столь долгожданной покупке. Но расслабляться было рано. Может мы землю и приобрели, но пока что это просто небольшой участок поля, который нужно было чем-то застроить. Наше собирательство продолжилось. Ещё два года мы собирали деньги на материалы, чертёж здания и закупку прочего необходимого. Насобирали в общей сумме мы ещё 70 тысяч евро, пока в 2005-ом году наконец не началось строительство. В основном, всю работу конечно же делали мы с отцом. Человек он был с руками и головой на плечах, а потому потихоньку, не спеша, мы начали строительство нашего будущего загородного дома.

Два года мы потратили на общее возведение целого двухэтажного дома с нуля. Помню, как к концу рабочего дня, мы были все уставшие, наша одежда была вся в цементе, а желудки были совершенно пусты. Тогда то мы и стали постоянными клиентами в кафе у Иоганна. Работали мы практически по восемь часов каждое воскресенье, только с перерывом на обед. И как хорошо, что как раз недалеко от нас стояло такое чудное заведение. Первый месяц стройки, нас воспринимали как обычных посетителей, исключительно принимали заказы и давали еду. Но после месяца, они заметили наше существование и стали интересоваться, что, как, где и почему, тут то мы и разговорились. Мы рассказали о себе, они поведали нам о себе. Повторюсь – это кафе переходит от отца к сыну, уже несколько поколений. Представляешь, это кафе, исключительно мужское и семейное дело, в котором никто более не может тут работать кроме как из их мужского рода. Удивительно, не правда ли?

-“Но разве мама не могла хотя бы к примеру, сидеть на кассе и обслуживать клиентов? Тогда ведь было гораздо проще”

“В том то и дело что нет. Это было исключительно МУЖСКОЕ дело. И женщина на работу, даже из самого близкого семейного круга никак не допускалась. Традиции. Да и тем более, мама сама работала учителем математики в местной школе и зарабатывала довольно неплохие деньги. Плюс, она помогала составлять для кафе всякие подсчёты, рассчитывала прибыль, налоговые учёты и составляла прочие расчётные документы. И из этого следует, что раз кафе существует уже несколько поколений, оно приносит неплохой заработок, плюс мама работает в школе и также получает неслабую зарплату, то получается, семья нашего друга живёт вполне себе сыто, комфортно и достаточно.

Вот тут-то я вспомнил подробности, как именно мы с ним впервые разговорились.

Когда мы только пришли на обед в первый раз и дёрнули за колокольчик, из кухни выбежал тот самый Иоганн, весь в поту и старавшийся говорить понятно и членораздельно. Его отец всё время работал на кухне, а его сын тоже как бы работал поваром, но также должен был умудряться принимать заказы. От части, это было забавно. В тот короткий промежуток, пока он у нас брал заказы, Иоганн заметил, что мы каждое воскресенье собираемся и обедаем у него в кафе. В небольших паузах между работой на кухне и принятием заказов, он как-то спросил моё с отцом имя, и подметил, что мы тут у него обедаем каждую неделю. С этой фразы, и началась история наших взаимоотношений.

Если мне память не изменяет, то в сентябре 2007-ого, мы официально завершили всё строительство дома. Стоит ли говорить то, как мы просто не сходили с ума от восторга. На момент завершения у нас уже был проведён водопровод, газ и телевиденье. Стоял забор, окружавший весь дом, оставалось только возвести небольшой огород как мы и хотели. Но это было делом времени.

На торжественное открытие, мы пригласили всех своих друзей и родственников. Именно тогда-то Виктор и посетил Гамбург, и словами он не мог описать, на сколько ему этот город понравился. Мы даже пригласили семью Иоганна, которые любезно принесли с собой чуть ли не половину всего праздничного стола. Мы хорошо посидели, посмеялись, вспоминали историю, с чего всё начиналось, и благоприятно разошлись. Виктор с семьёй пробыл у меня дома ещё недельку, а после благополучно улетели. Пред вылетом он даже в шутку мне заявил: “Почему вы меня с собой тогда не взяли?”. Мы посмеялись, а через пять мину уже попрощались.

Через месяц, мои родители переехали в новый дом. Там они спокойно обустроились, познакомились с новыми соседями и стали заниматься хозяйством. По воскресеньям, я старался к ним приезжать”

-“И это получается, мы когда дойдём до дома, то я наконец познакомлюсь с вашими родителями?” – заинтригованно спросил Женя.

“Хээх” – тяжело и протяжно произнёс дядя. “Я бы мог тебе наврать про то, что их сейчас нету дома, но это будет лишь жалкая ложь и самообман. Мои родители умерли два года назад, от “Великой пандемии”, которая в особенности не щадила стариков и людей преклонного возраста. Ну…, ты наверняка знаешь. Моему папе уже было семьдесят, а маме 69. Они с самого начала отнеслись к этому максимально серьёзно. Старались выходить на улицу как можно реже, только если к себе во двор, а если и выходили, то исключительно в масках и перчатках, по возвращению в дом обрабатывая всё тело антисептиком. Но, они заразились. Как, я гадаю до сих пор. Первоначально, стало хуже отцу, у него поднялась температура и появился сильный кашель. А раз мать жила с ним в одном доме, то этого не осознавая, папа передавал частички вируса по всему дому. Через два дня после больного состояния, отца забрали в местную больницу. Через ещё два дня, забрали и маму. Я абсолютно не знал, как себя вести в такой ситуации. Мне лишь оставалось надеяться, верить в доктора и надежду на счастливый исход.

После трёх дней борьбы за выздоровление, умер мой отец. Мама же, продержалась ещё дней пять, и также ушла на тот свет. Я, не знал, что мне делать, словно у меня забрали часть души, часть жизни. Засыпая по ночам, я надеялся, что это всего лишь дурной сон. И вот я проснусь, как все будут живы, здоровы и счастливы. Но суровая реальность оказалась куда жёстче, чем пустые розовые иллюзии. И я вычистил практически все свои сбережения, дабы похоронить их достойно и с почестями. Ещё год я ходил в подавленном состоянии, и бесчувственном настроении. Но тут-то я и понял весь смысл выражения: “Время – это лучший антисептик”. Через год, мне уже стало легче, хотя память и воспоминания о них всё также продолжают время от времени напрягать моё сознание и душу.

Ну, что-то я заговорился. Наверняка твой обед уже остыл. А потому ешь поскорее” – сказал Иван, уже с улыбкой и некой лёгкостью на душе.

“Хорошо” – сказал Женя, после чего они оба приступили к обеду.

“Ну как тебе, вкусно?” – заинтригованно спросил его Иван, через пять минут после завершения монолога.

“Да, очень вкусно” – произнёс Евгений, запивая свою еду яблочным соком.

“Ну и хорошо” – сказал Иван, после чего они ещё минут десять сидели в тишине и наслаждались обедом.

После того, как наши герои вкусно пообедали, немного посидели и попрощались с Иоганном, они вышли на улицу где Иван заявил: “Давай машину тут оставим. Здесь где-то 15 минут ходьбы. Лучше пойдём прогуляемся”

“Хорошо” – заявил Евгений, после чего они отправились к дому.

По дороге, они обсуждали план обязанностей по дому, которые им необходимо сделать: помыть полы, протереть пыль, проверить огород. Женя в свою очередь сказал, что всё понял, и дальше они просто спокойно шли, рассматривая все прелести немецкой деревенской жизни. По пришествию на место назначения, он наконец увидел тот дом, о котором говорил Иван сидя в кафе. Это был двух этажный деревянный домик с красной черепицей, окружённый небольшим металлическим заборчиком, который скорее не защищал от предполагаемых воров и бандитов, а скорее формально разграничивал территорию. Войдя во внутренний дворик, он увидал вполне себе ухоженный и облагороженный дачный участок, имеющую специальную дорожку для ходьбы, где всё остальное было усеяно настоящей зелёной травкой. И лишь небольшое деревце ярко выделялось в ближнем правом углу, возвышаясь чуть ли не на половину высоты всего дома.

Войдя внутрь, ему предстала картина аккуратно-выдержанного деревенского стиля, который так и навевал в душе тепло, гармонию и спокойствие.

“Можешь пока пройтись и осмотреться” – сказал Иван, что Женя с удовольствием и собирался сделать.

Первым делом, он пошёл в комнату, находившаяся слева от входа. Как оказалось, это был главный зал, где по всей видимости родители Ивана отдыхали и принимали гостей. Возле правой стены стоял плоский телевизор, напротив которого располагался длинный коричневый диван. Но только он повернул свой взор на другой конец комнаты, так он увидал аж целый бильярдный стол. Прямо таки точ в точ, какой он видал в некоторых фильмах. На стене слева от столика висли кии, а в дырках для шариках находились те самые шарики для игры. Минутку осмотрев всё для игры необходимое, он повернул на право, где был проход, в котором слева находилась кухня, особо не большая, но располагавшая всем необходимым. Холодильник, плита, всякие полки и столик, стоявший вплотную к правой стенке. Прямо напротив входа в кухню, было окно, которое показывало вид, на огород, стоявший позади дома. По выходу с кухни, Евгений замечает приоткрытую дверь, которая наверняка и ведёт к садику с посевами. Решившись в неё войти, его взору представились целые теплицы, войдя внутрь которых, он увидал дядю Ваню, который наливал воду в специальные бочки, из которых торчали трубки, а те напрямую подключались к разбрызгивателям, поливающие все растения вокруг.

“Хорошо что ты пришёл” – с улыбкой произнёс Иван. “Вот тут, в самой крайней левой части растёт картошечка. Затем по серединке мы рассадили клубни с огурцами и помидорами, а в правой части располагаются перчики, морковь и лучок. В середине сентября будем заниматься сборкой урожая. Одну часть мы можем оставить себе, а другую продадим кому-нибудь на радость” – оптимистично произнёс дядя. “И я ещё давно понял, что мои родители жили не на продаже овощей с огорода. Ведь конечно, можно ли сыто прожить всю зиму имея лишь небольшую домашнюю теплицу? Они в последние годы жизни, вполне себе сыто и комфортно жили на пенсию, отчисляемую им государством. А до этого, мой папа ведь тоже был не без образования, а потому, до 57-ми работал электриком и слесарем на заводе в городе, а затем работал по всё такой-же специальности, только уже в деревне частным наёмником, куда они переехали. Мама в это время работала в местном небольшом магазинчике. И поэтому, особо-острых финансовых вопросов у них никогда не было”. “Хорошее было время” – протяжно и на выдох произнёс Иван. “Ну ладно. Я пока ещё тут немного покопаюсь, а то в последние года что-то много сосущей падали развилось на посевах с картошкой. Можешь пока пойти осмотреться, но скоро мы начнём уборку” – произнёс дядя, после чего Женя ещё немного осмотрелся вернулся обратно к осмотру дома.

Вернувшись в дом, его взору предстал небольшой тёмный коридор, который вёл прямо обратно к главному входу дома. Пройдя вдоль него, справа он заметил две небольшие комнатки, в одной из которых была ванная, а другая собственно туалет. Войдя в неё, он проверил воду, всё работает, а свет включался тоже. Сами эти комнаты не представляли из себя нечто высокое и выдающееся, а потому, не тратя больше времени чем они того заслуживают, он отправился по лестнице на второй этаж, по ступенькам, которые аккуратно были приделаны прямо к самой правой стенке жилища. Поднявшись, напротив лестницы находились две комнаты, одна из которых по всей видимости, представляла спальню для некогда живых стариков. Войдя в первую дверь, он оказался совершено прав. Ему предстала спальная комната с большой кроватью, которая стояла по левой стенке относительно входа. Ещё слева от неё, находился большой шкаф, открыв который, он увидал ровным счётом ничего, но по всей видимости, тут раньше находились вещи родителей Ивана. Напротив самой кровати стояли полочки с книгами, а стена напротив входа, представляла из себя большое окно, который открывал вид на ближ-стоящие домики.

Выйдя их комнаты и закрыв дверь, Женя направился к соседним покоям, которая на его удивление, также представляли из себя место для ночного сна. Но только эту комнату отличало то, что шкаф был в два раза уже, а так в принципе, эти комнаты были абсолютно идентичны.

Снова выйдя и закрыв дверь, в метре от второй комнаты находилась лестница, ведущая по всей видимости на чердак, но он даже не пытался попробовать туда войти, так как она была закрыта довольно немаленьким замком. А потому, посчитав, что он уже всё посмотрел, решил вернуться к Ивану для принятия домашних поручений.

Спустившись на первый этаж и подходя к двери ведущую на задний двор, из двери как раз выходил дядя с вопросом: “Всё ли ты осмотрел?”

-“Да” – с удовлетворением ответил Женя. “Только что находиться на чердаке?” – заинтригованно он спросил.

“Да, в основном там лежат зимняя одежа и прочие сезонные вещи” – спокойно ответил дядя.

-“Понятно”

“Ну, раз всё осмотрел, давай ка мы приступим к уборке. Ты что больше предпочитаешь, протирать пыль или мыть полы”

Полов в доме не мало, а особо много больших полок в доме явно поменьше. И хоть он обычно предпочитал протирать полы, на сей раз он решается взяться за уборку пыли.

“Ну хорошо” – сказал дядя, после ушедший ванну за всем необходимым.

Через минуту он возвращается к Жене, и даёт ему в руки мокрую тряпку со словами: “Ты наверное для начала пройтись по второму этажу, затем спустись, сполосни тряпку и пройдись по первому. Я сделаю тоже самое только наоборот”

“Хорошо” – сказал Евгений, после чего приступил к работе.

Поднимаясь по ступенькам, Евгений начал протирать каждое перила и ограждение слева от него. Увидав первую дверь, он приступил к её очищению, после завершения, он вошёл внутрь, где приступил протирать всё, что было и в ней. Пройдясь для начала по шкафу, затем по ножкам кровати и после окну, он приступил к вытеранию книжных полок, которых было около четырёх штук по всей стене. На первой он заметил, что были только книжки со сказками и прочая детская литература, по всей видимости, ещё с советских времён. Затем были труды по истории. В которых рассказывалась об истории союза, Германии, и двух мировых войнах. После уже шла художественная литература, вроде как немецких авторов. Имена и труды были Жене не знакомы от слова вообще. Ну и на последней полке, была замечена в основном русская классика. Произведения Гоголя, Некрасова, Чехова, а также, к большому удивлению, нашлось произведение Достоевского: Преступление и наказание, которое Евгений очень рад был увидеть. Обложка отличалась от той версии, которую ему купили родители. Конечно, ведь на первой странице пишется, что её пустили в печать аж в 1987-ом году.

“И почему я не взял свою любимую книжку с собой?” – спросил сам себя Женя, ставя её на место.

Закончив в одной комнате, он перешёл к другой, закончив в другой, он перешёл к лестнице в углу этажа. Хоть он знал со слов дяди, что находилось на чердаке, ему всё же своими глазами хотелось воочию увидеть все вещи своими глазами. Но вот только, сверху был замок, который не давал воплотить его задумку в жизнь. И поэтому, поднявшись на лестнице, он лишь протёр все стержни с верхней на нижней, после чего пошёл в ванну, да бы всполоснуть тряпку и приступить к первому этажу. По входу в главный зал, он заметил Ивана, который по всей видимости уже закончил на первом этаже и уже направлялся во второй.

Пройдясь с тряпкой возле телевизора, он в первый раз и не заметил рядом стоящую с ней фотографию двух стариков, наверняка, родителями Ивана. Рассмотрев поближе, это были приятные с виду люди, которых постигла неприятная судьба. Поставив на место, он приступил к дальнейшей уборке первого этажа, где своё особое внимание, уделял как раз таки бильярдному столу и его тщательной очистке.

Спустившись со второго этажа Иван, по входу в зал понаблюдать да успехами племянника, увидал его пристально рассматривающий бильярдный столик, а потому предложил: “Если хочешь, можем сыграть после уборки” – предложил Иван Евгению.

“Хорошо, давайте” – сказал Женя, после чего пошёл до убираться на кухне.

По прошествии пяти минут, и Женя и Иван заявили о завершении своей работы. А поэтому, положив весь инвентарь на своё место, дядя Ваня берёт в руки два кия висевших на стене, и тщательно натирая, даёт один в руки Евгения.

Окрутив его со всех сторон, осмотрев и сверху и снизу, в голове у него крутился всего один вопрос: “А как в это собственно играть?”. К счастью, в это время к нему обратился дядя с вопросом: “Как играть знаешь?”. Он мог бы конечно сказать что умеет, и кое-как стараться бить по мячам кием, но капельку стеснявшись, Евгений отвечает: “Нет”, после чего он слышит от Ивана: “Ладно, ничего, сейчас научим”.

Собрав все мячи в треугольник, он показывает мяч Евгению, после чего ставит на стол и делает первый удар, говоря: “Следи за руками. Одна рука на столе, и придерживает кий, а вторая будет делать уже сам удар”. Удар был произведён, да такой, что аж все шары из треугольника разлетелись.

“Ну, теперь твоя очередь. Да, и нужно всегда бить красным шаром по всем остальным белым” – сказал ему Иван.

Не произнося не слова, Женя подходит к столу и старается выполнить всё в точности, как показывал Иван. Придерживая левой рукой кий лежачий на столе, наводя конец и заряжая правую руку для выстрела, от волнения у него самовольно высунулся язык и закрылся левый глаз, будто показывая то, что от этого удара зависит вся его жизнь. И вот, момент истины, он делает удар ииии, даже не попадает по шару. В тот миг Иван слегка улыбнулся, но Жене было совсем не до смеха.

“Ничего, попробуй ещё разок” – с утешением сказал ему дядя.

Сделав глубокий выдох, он снова встаёт в позу, готовиться к удару и на сей раз, попадает по мячу, но только в его нижнюю часть, от чего он даже капельку попрыгал по столу.

“Вот, уже что-то” – заявил Иван.

И наступила его очередь для удара, после чего настал черёд Жени, потом вновь Ивана, Жени и так далее. Разумеется, в своей первой игре он не мог похвастаться выдающимися результатами. Но зато, после десяти ударов, был виден прогресс в его нарастающем уровне мастерства. И на тринадцатый удар, он сумел забить первый в своей жизни бильярдный шар прямо в корзинку, от чего на душе у него стояла радость и чувство самоудовлетворения.

В общей сложности, Евгений забил шара четыре, Иван же, все остальные, но даже от этого результата, он получил какую-никакую гордость, а Иван похвалил его и поблагодарил за интересную игру.

После игры, они стали собираться обратно в город, но прямо перед тем как выехать, Женя спросил у Ивана: “Извините, я когда осматривал полки на верхнем этаже в спальне, то заметил одну интересную для меня книжку. Можно я её пожалуйста возьму?”

“Ну, бери конечно если хочешь” – спокойно он ему ответил, после чего, Женя побежал на второй этаж за своей любимой книжкой.

“А что ты взял?” – спросил его Иван, дождавшись пока Женя выйдет из дому.

“Преступление и наказание Достоевского” – радостно ответил Евгений.

“Ааа, я помню как мне её мой папа дал. Мне тоже понравилось. Особенно момент терзания героя, когда он стал понимать свои ошибки”.

“Это да” – с улыбкой на лице произнёс Женя, после чего они пошли обратно к машине и поехали домой, но для начала заглянули к одной бабушке, которая любезно торговала домашними продуктами.

“Я тебя уверяю, такого вкусного молока ты ещё не пробовал”

“Если это молоко хоть на половину будет таким же вкусным как я пил у бабушки в деревне, то это уже будет замечательно” – сказал про себя Евгений, после приобретя молоко и затем уже окончательно выехав на дорогу в город.

Ехали они домой уже два с половиной часа, пока Женя рассматривал книгу, а Иван следил за дорогой, время от времени рассказывая истории о том, что они вытворяли с Виктором в юности. В общем, по приезду домой, уже было шесть часов вечера, во дворе гуляли детишки с родителями, и что Евгений, что Иван, выходил из машины с ноющими от трёх часов сиденья ногами.

Войдя в квартиру, первым делом дядя Ваня как и Женя собственно помыли руки, переоделись в домашнюю одежду и плюхнулись по своим диванам, словно десять часов без перерыва пахали на калыме, и пять минут они просто лежали с закрытыми глазами, не издавая не звука.

Как только это время прошло, Женя, приоткрыв один глаз, посмотрело на часы, висевшие на стене, после чего предложил дяде: “Сейчас только десять минут седьмого, может пройдёмся и погуляем немного.”

“Мне уже под пятьдесят, у меня стонут ноги от сиденья на одном месте почти-что три часа, да и ещё мне просто самому провести этот вечер, в спокойной компании телевизора. Но если хочешь, ты конечно можешь сходить на часик, пока ещё не совсем стемнело. А я посижу дома”

“Хорошо, спасибо” – произнёс Евгений, после начиная собираться на улицу.

Перед тем как выйти из дому, к нему в коридор вышел Иван с вопросами: “Телефон взял?” “Поставил на громкую?”

На всё ответив “Да”, Иван на последок проговаривает: “Давай, чтоб к семи уже был дома. А то сам понимаешь, какие у нас тут порой индивидуумы ошиваются”

“Я понял, хорошо” – сказал Евгений, после уже выйдя в подъезд, он вдруг слышит: “Наверное, надень кофту, на улице что-то под вечер стало прохладно”. Не став перечить, он надевает кофту, после уже окончательно видя, как Иван закрывает за ним дверь.

Он сразу как вышел из квартиры, не думал никуда далеко идти, а лишь тихо и спокойно пройтись вокруг дома, посидеть на площадке и подышать свежим воздухом.

Впервые пройдясь вокруг дома, он увидал вполне себе цивильный и ухоженный задний вид приличного дома, за исключением одного казалось бы маленького ляпа, если бы не который, делал картину дома просто совершенной. Очередной малолетний бунтарь, анархист и коммунист оставил свои грязные, отвратительные надписи на чистом и ухоженном жилом здании.

“По отрывать бы все руки тем, кто занимается данным вандализмом. И я конечно понимаю, есть уличное искусство, оно красивое и приятное, но это ведь самое натуральное варварство” – произнёс сам себе Евгений, испытывая крайнюю степень антипатии к таким индивидуумам.

Выдохнув от лёгкого разочарования, он отправился во дворик, в надежде посидеть на лавочке и подышать свежим воздухом до семи часов. Сидел он так в общей сложности минут пятнадцать. До прихода к дому оставалось ещё двадцать минут, ему становилось скучно, но назад ещё идти не хотелось. Видя, как мама с ребёнком уже уходят домой, он решает капельку “Углубиться в детство”, которого особо не было, и испробовать все дворовые аттракционы находящиеся на данной детской площадке. Конечно, он понимал, что он уже большой мальчик, и дабы что-то да не сломать, решает сделать всё аккуратно и осторожно. Качаясь на качелях уже в безлюдном дворе, ему в голову проникали всякие разные мысли, самой заезженной, стал вопрос: “Как бы мне хотелось отмотать всё назад, и весело поиграть с ребятами у себя во дворе. Побегать, попрыгать, посмеяться. Но увы, назад время уже не вернуть. И возможность эту, я уже давно упустил”. Подумав об этом, он поднимается на горку, дабы весело с неё съехать, но это оказывается лишь медленное и неприятное в заднем месте ощущение. “Весело” – саркастично произнёс он, по большей части находясь в разочарованном состоянии, всё никак не отпускавших его мыслей потраченного беззаботного детства.

Пробуя другие развлечения, совершенно незаметно уже как прошло минут двадцать, и поэтому, по договору с дядей, необходимо было мигом возвращаться домой.

Как только он вошёл в квартиру, его уже ожидал Иван с готовым ужином и бокалом тёплого деревенского молока. А потому, мигом забежав в ванну и помыв руки, даже полноценно не переодеваясь, он пошёл к столу, дабы хорошо поесть и попробовать настоящего Европейского молока. Сделав пару приёмов гречки на сей раз с тушёным мясом, он делает глоток молока, который был не то что великолепным, оно было словно волшебное. Именно этот глоток, напомнил ему тот самый сладостный вкус, того славного, чуть ли не прямо с натурального вымя коровы, деревенского молока. Может вкус был не прям точь в точь, но приблизительно – определённо.

За вечерней трапезой Иван и Евгений интересно проводили время. Разговаривали о прошедших сегодня событиях, делах на завтра и о вкусе чудесного молока. Как всё было съедено, Женя любезно вызвался помыть всю посуду, вежливо отказавшись от предложенного дядей чая. Налив ему кружечку после закипания, они друг друга поблагодарили за ужин, после чего Женя отправился в зал, дальше рассматривать книжку. Через минут десять, с кухни возвратился Иван, в явно радушном настроении. До десяти часов, каждый занимался своим делом. Женя до десяти продолжал читать по определённым главам книжку, пока Иван в тишине наслаждался компанией телевизора. Правда, в девять часов, наступило время вечернего звонка, на котором Евгений рассказывал про все произошедшие с ним за этот день события.

“Ну отлично” – сказала мама взявшая трубку телефона.

“Завтра снова начинается рабочая неделя, смотри, учись хорошо” – с наставлением заявила она.

“Хорошо” – спокойно ответил Женя. После этого, за трубку берётся отец, с таким же наставлением о усердной учёбе. И на это заявление, Евгений отвечает спокойным и сдержанным: “Хорошо”.

Затем они прощаются и наступает звонок дедушке с бабушкой, на котором говорилось обо всём, что и с родителями.

Сделав все вечерние дела перед сном, Женя аналогично Ивану впредь старается ложиться спать ровно в десять вечера, дабы войти в немецкий рабочий график. Укрывшись поудобней, закрыв глаза и на минутку задумавшись, ему вновь в голову приходит мысль: “Что же меня завтра будет ожидать?” – вопрос, который уже словно на автомате возникает у него перед сном. Странная привычка – возможно.

С понедельника, жизнь Евгения в Германии уже начинает приобретать более рутинный и последовательный окрас событий. Он делал все свои утренние дела, ел в основном напротив телевизора, после занимался чтением литературы из книжного шкафа в его комнате, изредка разбавляя это прогулками по окрестности до обеденного времени, а в понедельник, среду и субботу старался убираться по дому до обеда. После же обеда, вновь наступало время чтения до того момента, пока Иван не придёт домой и тем самым давая понять, что уже наступает пора для похода на урок немецкого языка. Только в этот раз, дядя решил дать ему взрослое наставление, которое ему очень скоро пригодиться: “Думаю, тебе не стоит лишний раз доказывать, какой контингент у нас по округе гуляет по ночам. В восемь у тебя заканчивается урок, а сейчас уже осень, и скоро будет темнеть в совсем уже раннее время, по которому ты будешь возвращаться к дому. Я из окна видел, как ты чуть ли не со всех ног бежал к подъезду, да бы вновь почувствовать себя в безопасности. От части, это верно, но так ты только сильнее рекомендуешь себя как потенциальную жертву. Возвращаясь домой в поздний час, когда на улице темно и зажигаются фонари, как бы не было дискомфортно, как бы тебе не казалось, что за тобой кто-то следит или подозрительно смотрит, не вздумай делать резких движений и хоть как-то привлекать к себе внимания. Иди ровно, уверенно и что самое главное, спокойно. Держи что не мало важно, прямую осанку и сохраняй уверенный взгляд. Когда они на тебя посмотрят, то будут видеть уверенного, решительного человека, к которому точно не нужно будет подходить с их “товарчиком”, для солидного “новарчика”. Ну ты понял, иди спокойно, прямо и что самое главное, не беги. Тогда на тебя и не будут обращать внимания. Ну а даже если какое-то животное подошло к тебе с вопросами, то во-первых, постарайся не в коем случае не показывать свой страх, а во-вторых, скажи твёрдое и уверенное “нет”, что бы ты потом смог дальше идти своей дорогой. Всё понял?”

“Да” – уверенно произнёс Женя, за секунду до этого бросив на землю задумчивый взгляд.

“Ну хорошо. Сотку, ключи, кофту, книги, всё взял?”

“Да, я всё взял”

“Ну хорошо, тогда можешь идти. Только не забудь поставить телефон на громкую и позвонишь как будешь подходить”

“Хорошо” – сказал Евгений, после уже направившись на автобусную остановку.

Выйдя с подъезда, он всю дорогу обдумывал слова Ивана, заявляя себе то, что хоть ему и будет наверняка дискомфортно, но ему всё же нужно попробовать. Автобус приехал в точно отведённое для него время, дорога как в прошлый раз заняла около получаса времени, даже немного меньше. Выйдя с него, взглянув на часы, он лёгким бегом побежал к месту назначения урока. Благо, что на сей раз его не приходилось так долго искать, а потому Евгений пришёл точно наказанное ему время. Как и в прошлый раз, его встретила его учительница по языку, которая, как и в прошлый раз при виде Жени, была несомненно рада их совместной встрече, приветствуя своего ученика с улыбкой.

“Да это наверное самый счастливый человек которого я знаю” – думал так про себя наш герой при встрече с ней.

Зайдя в кабинет, он шустро набирает номер дяди для оповещения о прибытии, он поднимает и принимает вызов, после чего уже собственно начинается урок.

Сам урок прошёл довольно приятно и без происшествий. Первый час они повторяли сложные грамматические конструкции и добивали ошибки Евгения из прошлого теста, а второй час, они занимались собственно тем, за чем Женя собственно сюда и приходил. О чём был разговор не особо то и имело смысл. Главное, что бы Женя как больше разговаривал, тренировал своё ораторское мастерство и не чувствовал себя дискомфортно по отношению с немецко-говорящим собеседником. Они говорили о своих домашних питомцах, любимой еде, рассказывали друг-другу шутки и о городе в котором живут, какие в нём есть достопримечательности, интересные места, и так до конца урока.

Любезно попрощавшись, настала пора держать путь обратно к дому. И не станет он скрывать, некое волнение его преследовало почти на протяжении всей его дороги сначала от школы к остановке, а затем и с остановки к дому. На протяжении всех этих отрезков, ему казалось что вот вот, и на него с угла выпрыгнет какой-нибудь бандит, или грабитель, а может к нему придерутся “новые” немцы. В общем, поводов для беспокойства было предостаточно. Но он, как по наставлению Ивана, весь этот путь старался держать себя в руках, не выделяться и идти спокойным и естественным шагом.

Придя на остановку, он безусловно обрадовался тому, что на ней не лежал никакой попрошайка или наглый бездомный. И вновь, дождавшись свой автобус, он поехал к себе на остановку, продолжая восхищается чарующими видами волшебного города, окутанный под одеяло ярких ночных фонарей.

Выйдя на нужной остановке, он проводил взглядом такое безопасное и уютное средство передвижения. Волнение вновь охватило всю его душу, но седлав глубокий выдох, он отправился к себе домой, спокойно, неспешно и уверенно. Вдали он увидал, как выходящих грибов после дождя, “Интеллигентных представителей высшего общества”, с левой стороны он услыхал какую-то непонятную речь, а позади него, где казалось бы он прошёл минуту назад, уже был слышен громкий собачий лай. Но даже обращая внимания на все эти неблагоприятные факторы, он всё равно продолжал сохранять уверенный в себе дух, и не начать быстрый бег, как бы то не хотели сделать его ноги. По прошествии пятнадцати минут, он наконец добрался до своего подъезда, смог выдохнуть с облегчением и подняться в столь тёплую и безопасную квартиру Ивана.

По входу в квартиру, его встретил Иван, который спросил его: “Ну, как пошёл?”

“Нормально” – спокойно ответил Женя, после чего Ивана сказал ему вымыть руки, переодеться и пойти ужинать.

Сделав эти два пункта, он смотрит на время и замечает, что уже как пять минут наступило время для вечернего звонка. Но Иван его отговаривает, и толкует ему, что лучше для начала поесть, а уже потом звонить родителям.

“Ну ладно” – сказал Женя, после приступив к своему ужину, пока Иван сидел рядом и расспрашивал его о том, как прошёл сегодняшний урок. Рассказав обо всём в подробностях, Женя потом расспросил дядю о том, как же прошёл его сегодняшний рабочий день.

“Сегодня, как и в субботу, ездил на место будущего парка, проверял землю и делал обход территорий. А так ничего особенного”

“Понятно” – сказал Евгений, после чего они продолжили свой разговор на прочие мелкие темы.

Допив после ужина чай, на часах уже стояло время в пол десятого вечера и поблагодарив за ужин, он шустро ринулся к телефону, который уже как минут тридцать ждёт своего звонка. Набрав номер, Женя размышляет: “Только бы не взял трубку папа, только бы не взял трубку папа”, на другом конце трубки доносится грубый мужской голос.

“Почему так поздно звонишь?” – недовольно спрашивал отец.

“Я в девять только пришёл, решил сначала поесть, а потом уже позвонить” – волнительно произнёс Женя.

“Понятно, в следующий раз чтоб звонил ровно в девять. Ты меня понял?!” – грубым голосом произнёс Виктор.

“Да, понял” – произнёс Женя с подавленным настроением.

После этого, началось истолкование всего того, что произошло за сегодняшний день, что он делал и что видел.

“Хорошо, так и продолжай” – умеренным тоном сказал отец. “Мама сейчас моется, а потому я передам, что у тебя всё хорошо”

“Хорошо, спасибо” – сказал Евгений, после чего они попрощались и Женя вновь набрал трубку, только на сей раз трубку дедушки и бабушки.

Они аналогично спросили на счёт позднего звонка, Женя аналогично отцу высказал свой ответ. Но в отличии от Виктора, они не стали его как-то порицать, а лишь сказали, что ничего страшного, главное, что ты сыт. А услышать мы тебя будем готовы в любое время.

Дальше пошёл разговор о прошедших за сегодняшний день событиях, в ответ они произнесли: “Молодец, главное не опускай руки и старайся”. В ответ, Евгений сказал, что всё понял, после чего они добродушно попрощались.

Оставшееся пол часа времени, каждый провёл за своим любимым делом, Иван просматривал телевизор, а Женя читал в кресле книжку.

По прошествии этих тридцати минут, они оба начали собираться в постель, переодеваться и делать вечерние дела. Пожелав друг другу спокойной ночи, Женя, улёгшись поудобней в кровать, думает, что сегодня был вполне себе хороший и даже в какой-то степени, захватывающий день. И перед тем как заснуть, он вновь задаёт самому себе вопрос, о котором вы сами уже думаю догадываетесь.

Утро следующего дня не выделялось чем-либо выдающимся. Такие же утренние дела, всё тот-же завтрак за просмотром телевизора, после которого наступает литературный часок, на котором Евгений, вместо того что бы вновь одну и ту же книжку уже в третий раз, решается взять другой экземпляр литературного творения с полок книжного шкафа своей комнаты.

На сей раз, он ухватил книгу Эриха Ремарка “На западном фронте без перемен”, из биографии он узнал о том, что роман данный был написан из воспоминаний самого автора воевавший на полях первой мировой войны. Понимал он все написанные в книге слова, лишь изредка находя неизвестные ему выражения в переводчике. Просидел он так с книжкой аж до самого обеда, после принятия которого, решается вновь пройтись по округе и подышать свежим воздухом, перед этим, конечно же оповестив дядю о надлежащих намереньях.

Выйдя во двор, в его нос сразу же попадает свежий и на сей раз, довольно прохладный ветерок навивающей осенней прохладой. Но Женя этому был только рад. А потому, сделав глубокий вдох и выдох, он направился по уже вновь знакомой дорожке, дабы провести в удовольствие время в компании эстетики дивного города.

В целом, это была совершенно ничем не примечательная прогулка. За исключением того, что ему в голове заелась мысль о том, что завтра уже будет как неделя, по которой он уже находиться в Германии. А из этого следует, что ему бы уже не прочь было найти работу, да бы получить полезный рабочий опыт и приобрести первые собственно-заработанные деньги. Но где и как он мог это сделать он также не знал. И оставив все эти мысли куда поглубже, он просто вновь решает спокойно прогуляться и подышать свежим воздухом, оставив все неудобные мысли поглубже в себе.

Евгений ходил по уже знакомым дорогам, рассматривая находящиеся товары на витринах магазинов и вчитываясь в надписи висящие на улицах. После часа такой прогулки, ему захотелось чем-нибудь перекусить. Поковырявшись в кармане, он достаёт бумажку в пять евро и две монеты по одному аналогично. Зайдя в ближайший продуктовый магазин, он как и в прошлый раз берёт себе небольшую плитку шоколада, но в отличии от прошлой покупки, он решил взять себе небольшой пакетик цельного молока, который можно прям на месте пронзить трубочкой и приступить к употреблению. Может он и любил газированные напитки, но то молоко показало ему, что удовольствие от натурального продукта можно получать не хуже, чем от искусственно воссозданных напитков. Отдав за всё ровно две монеты по одному евро, он продолжил свой путь, опять заходя вдоль дворов и рассматривая уличный быт настоящих немцев.

Гулял он так вплоть до четырёх часов дня, пока Евгений не посмотрел на время и не понял, что уже совсем скоро должен будет приехать Иван. Потратив минут двадцать на обратную дорогу домой, первым делом он проверил, всё ли находиться на своих местах и нет ли на полу всякой крошки или пятнышка. Всё осмотрев, он думает до прихода посмотреть пока ещё свободный телевизор, а то вечером до него уже будет никак не добраться.

Как обычно, Иван вернулся домой к пяти часам дня, где Евгений любезно берёт его портфель и взимает куртку. На вид он был довольно уставшим, он объяснил это тем, что: “Уже настал этап полноценного строительства. И мне необходимо смотреть за ходом постройки участка в несколько квадратных километров. И делать это с семи утра до пол пятого дня это конечно сильно утомительно” – сказал ему у порога Иван.

“Ну а ты чем занимался?” – спросил его дядя после того как разулся.

“Да, так, как обычно. Читал, осмотрел весь дом на предмет мусора и прошёлся прогуляться” – спокойно ответил Евгений.

“Ну хорошо” – произнёс Иван, после чего отправился в ванную.

После данного разговора, Евгений пошёл в зальное кресло, чтоб продолжить чтение только сегодня начавшийся книжки. Через минут 10, в зал заходит с невесёлым видом Иван, садится в на диван и опрокинув голову назад, закрывает глаза и расслабляется после непростого рабочего дня.

По прошествии пяти минут сиденья в комнате без единого звука, видя как Иван устаёт каждый день на работе и чуть ли не мешком валиться на диван, ему всё же становиться охотно разузнать поподробнее про работу своего дяди, задавая ему следующий вопрос:

-“А вы уже получается, работаете на своей работе уже почти 25 лет?”

“Ну, получается уже так” – спокойно ответил Иван.

-“И все эти годы, вы только и делали что делали макеты разных объектов и составляли планы местностей?” – с заинтригованностью спрашивает Евгений.

“Да, нет, хотя почти так и есть.

Первый год я был помощником архитектора по плановым работам в небольшой, но довольно успешной частной компании. Смотрел как что работает, подносил инструменты, всякие макеты и прочую мелочёвку. За работу эту я по моему 2,500 евро если мне память не изменяет. Затем, по прошествии этого времени, меня удостоили чести сделать свой собственный проект. Я должен был выбрать местность и обустроить окружную территорию для нового жилого комплекса. Как и сейчас, я должен был следить за ходом работы и следить за тем, что бы всё было на своих местах. И с этой работой, я справился на отлично, как мне сказал мой тогда ещё начальник. Именно после этого заказа, я мог полноценно работать тем, на какой профессии я отдал целых четыре года жизни в университете.

Мне стали приходить заказы. От окружения маленьких улиц, до территории целого стадиона, после планировки которой, все заказчики оставались довольны. Так шли годы, моя зарплата в месяц уже перевалила за 4.5 тысячи Евро. Очень неплохая сумма подумал я. Но что-то меня на той работе на устраивало. Толи график, окружение или начальство. А потому, я подал заявку в самую крупную архитектурную компанию в городе. А те, посмотрев мои работы, приняли меня с немного большим окладом окладом в 5000 тысячи евро в месяц. Там я у них вроде работаю сссс, 2005-ого года. Да, мы ведь тогда приступили к стройке дома, а это сам понимаешь, требует серьёзных денежных затрат. И с тех пор я там и работаю. Имею фиксированную зарплату, на которую я могу спокойно жить себе в достатке, и в плане денег и работы, особо не о чём не беспокоиться. Хотя, за все мои заслуги мне как-то предлагали должность заместителя главы компании. В таком случае, получал бы я где-то в районе 8-ми тысяч евро ежемесячно, что согласись, даже по нашим меркам солидная сумма. Но отвечу сразу, я отказался.

И прежде чем ты осыпишь меня вопросами, я говорю, что я это сделал по абсолютно собственному желанию, находясь абсолютно в трезвом состоянии.

Ну а когда ты меня всё таки спросишь: Тогда каковы собственно были причины такого отказа?, я тебе отвечу:

Ну, да, я бы получал куда большие деньги приняв бы то предложение, но в то время я уже был достаточно мудр что бы не зацикливать своё внимание исключительно на деньгах.

Скажу без преувеличения, мне бы практически пришлось бы жить на работе. Так как мой начальник всё время был в отъездах, и мне приходилось бы с самого утра и до самой поздней ночи находиться в офисе и решать дела касающиеся всего города.

Я подумал, у меня и так есть всё, что мне нужно. Еда, дом, тёплые вещи, сам я трачу не особо много, тогда зачем мне ещё больше?

Как-то мне сказал отец:

“У каждого человека есть свой собственный жизненный потолок, по достижению которого, они останавливаются, и превращают всё это в обычную монотонную жизнь. У кого-то этот потолок выше, у кого-то ниже, но есть он у всех”

Я его для себя нашёл, и чувствую себя вполне комфортно. А вот какой будет потолок у тебя, можешь сказать себе только ты сам.

Вот такая вот, моя рабочая история” – завершил Иван, после чего вновь откинул голову назад и лежал не издавая не звука.

В ответ же на это, Женя просто промолчал и обдумывал все сказанные Иваном слова.

На часах стояло только десять минут шестого, отчётливых планов на вечер не у кого не наблюдалось, и хоть у них были вроде как свои собственные домашние развлечения в виде телевизора и книжек, в этот вечер над ним летала атмосфера тотальной скукаты. Дождавшись шести часов вечера, пока Иван в достаточной степени отдохнёт и расслабиться после рабочего дня, Женя предложил сходить дяде в какой-нибудь парк, да бы приятно отдохнуть и интересно провести время.

Иван в свою очередь сначала не был рад такой перспективе, но потом подумал, что действительно им на вечер не было особо чем заняться, да и сам Евгений никогда не был ни в каком городском парке.

“Тогда, чтоб его не сводить” – подумал он, и уже через двадцать минут они сидели в машине и двинулись по направлению к тому месту, где они планировали провести свой вечер в культурной и приятной обстановке.

После пятнадцати минут езды на автомобиле, они приехали с виду к небольшому ботаническому парку, где совсем не намечалось чего-либо сильно выдающегося. Войдя в него, Евгений увидел всё то, что он и ожидал – ухоженную местность с приятным зелёным окружением, в котором было несомненно приятно находиться. Бродя вдоль уютных и приятных душе живописных пейзажей, он невольно вспоминал те самые прогулки с отцом, на которых он утверждал о важности работы, учёбы и безоблачного будущего. Все эти мысли, все эти важные раздумья, словно как грибы после дождя начали прорастать у него в голове, пока они делали каждый шаг всё дальше и дальше вглубь этого зелёного места. Глядя на довольно хмурое состояние Жени, Иван спросил его: “Что-то я заметил ты какой-то не весёлый, может парк не нравиться?”.

“Да, нет, нравиться, просто гуляя с вами по этим местам, я вспоминаю как гулял по парку с отцом у себя в городе, и как он мне постоянно говорил о важности будущего и успешной работы” – сказал Евгений с грустным лицом.

“Да не переживай ты так. Ты парень не глупый, свои цели знаешь, плохих привычек не имеешь, всё у тебя получится абсолютно спокойно. Да так спокойно, что твой папа ещё скажет с удивлением: “А как это у тебя так легко вышло?”” – произнёс Иван, в надежде утешить и приободрить Евгения.

“Да, всё получиться” – сказал уже Женя с уверенным и радостным лицом.

Смотря на дядю Ваню, который не говорил без умолку о важности будущего, глядя на всю эту цветущую эстетику безмятежности и спокойствия, ощущая прохладу европейской осени, может они тогда и не сидели на солнышке и не ели мороженное, но даже просто обыкновенная прогулка по красивым местам с приятным тебе человеком, без напоминания без умолку о важности будущего, запоминается куда крепче и основательней, чем десятки обыкновенных посиделок, сделанные исключительно для того, что бы закрепить в твоей голове одну единственно верную идею.

Следующий час они ходили по парку, наслаждаясь пейзажами небольшого озера, красивыми цветочными клумбами и густой растительностью, они были оба уверенны, что данное время препровождение было куда полезней и интересней, чем если бы они остались дома и каждый бы уткнулся в свои собственные занятия.

По прошествии часа, они стали выдвигаться на выход, и уже в восемь часов вечера, они были у себя дома и наслаждались макаронами с тушёной говядиной, делясь впечатлениями об уведенном в том парке окружении.

Оставшиеся часы дня, каждый провёл за своим любимым делом, и только звонок родственникам оставался последней задачей Евгения на сегодняшний день. Сегодня удача была на стороне Евгения. А потому, ему не стали в сотый раз говорить о надежде и ответственности, а просто мило побеседовали поделившись впечатлениями за сегодняшний день.

Ложившись спать в 10 часов, он вновь укутывается в постель, и задаёт сами понимаете какой вопрос, наговаривая себе то, что это был очень хороший и интересный день.

На утро следующего дня Женя просыпается с мыслью, что он уже находиться в Германии целую неделю с его прилёта. Ровно после этой же самой мысли, ему вспоминаются слова Ивана о том: “ Конечно, работа это дело нужное и полезное, но лучше давай пока с этим повременим, хотя бы на ещё НЕДЕЛЬКУ”. И вот, неделька прошла. Евгений считал, что он уже достаточно ознакомился с этим городом, а потому его голову собственно заняла мысль: А где мне собственно работать?

С этой мыслью, он проходил практически весь день. Он не ел в зале, как он это обычно любил делать, он не читал после завтрака и даже не убирался в назначенный по расписанию день. Все его мысли, вся его голова была занята тем, чем же ему заняться.

Для начала он взвесил все свои способности и подумал, где же он может пригодиться. Учитывая то, что он закончил школы по всем предметам на отличные отметки, то он подумал что он в принципе может подрабатывать на любой для студента работе. Даже работая грузчиком где-нибудь в супермаркете, он считал, что справиться с этой работой, если хорошо постараться. Зайдя в просторы интернета, он стал искать вакансии в своём городе, и так увлёкся, что незаметно для него прошло аж шесть часов времени, ещё немного, и Иван должен будет прийти со своей работы. Как только дядя вступил за порог, Евгений не вышел к нему на встречу как он обычно делал. Вместо этого, он свернувшись в клубочек лежал на боку, наклонив голову прямо к стенке, не произнося не слова. Увидев эту картину, Иван тут же, даже в какой-то напуганной манере спросил Женю: “С тобой всё в порядке?”.

Повернув голову, Женя нервозно отвечает: “Нет, я сам не знаю чего хочу. Я уже как неделю нахожусь в стране, а у меня до сих пор нет работы, хотя мне папа говорил, что я смогу совмещать работу и учёбу. Всю жизнь мне говорили, как и что в какое время делать. А тут, когда мне дали выбор, я понимаю, что я ничего не понимаю и сам не знаю чего я хочу.”

“Ну, а ты подумай что ты умеешь и отталкивайся от своих способностей” – спокойным голосом говорит Иван.

“Так я так и сделал ещё с самого начала. Могу быть репетитором по истории, математике, химии, биологии, но я не уверен что сам этого хочу также как и вы определились со совей работой”

“Но ведь при нашей первой встрече, ты сам мне так уверенно сказал, что хочешь быть врачом, тогда же ты как выбрал профессию?

Как будет выглядеть сама работа, что она из себя представляет, что на ней мне необходимо делать? Ведь единственная работа которая у меня была, это только собственно школа”

Немного призадумавшись, Иван отвечает:

“Чтож, мне конечно сейчас это немного стыдно говорить, но когда мы были в кафе после лодочного музея, ты, тогда находясь скажем так, немного не в себе, сказал что ты писал книжки и продавал это за деньги. Людям нравилось и ты получал доход, разве ты не хочешь вернуться к этому делу?”

“Нет, не в коем случае. Однажды, эти книжки довели меня до того, что я поднял голос на своего отца, и после этого он наказал меня так, что я больше не забуду никогда. А потому, я даже не хочу о них вспоминать”

После этого, опустил Иван взгляд на пол, явно вновь о чём-то задумавшись.

“А тебе нужна работа какая, больше умственная или физическая?” – заинтригованно спросил Иван.

“Да, без разницы. Думаю и там и там смогу справиться. Главное, чтоб был сам факт работы и то, что мне за неё платят”

После данного ответа, Иван улыбнулся и ответил: “Тогда послушай, ты ведь знаешь, что мы сейчас возводим новый парк. Он находиться недалеко от края города, где-то минут тридцать, езды от сюда. И раз тебе нужна хоть какая-то работа которая будет тебе по душе, может ты будешь ехать со мной на работу, помогать рабочим в постройке и смотреть чем я занимаюсь сам? И я сам могу тебе платить за твои труды, что скажешь?”

На несколько секунд, Женя призадумался и опустил взгляд, но поняв, что на лучшее по интересу рассчитывать не приходиться, так ещё и Иван будет всё время рядом, то он согласился принять его заманчивое предложение.

“Ну хорошо, тогда мне нужно обговорить это с моим начальником”

Сбросив камень с души, Женя смотрит на время, и чуть у него сердце в пятки не уходит, так как через пять минут, уже должен был отходить его автобус на урок немецкого. Мигом собрав все вещи, он словно пуля выбегает из дому и бежит на место встречи автобуса, но только до неё оставалось пол сотни метров, как он смотрит на нужный ему транспорт, который только только отошёл с нужной ему остановки. И ему ничего более не пришлось делать, как просто сбросить ход и огорчённо провожать автобус взглядом.

Придя на остановку и смотря в табель приезда автобусов, он смотрит на то, что нужное ему средство передвижения, вновь приедет только через двадцать минут. Разозлённый на самого себя Евгений, более нечего не приходилось делать, как с рассерженным видом сидеть и ждать, когда же вновь приедет необходимый ему автобус.

Проходит назначенное время, за которое Женя волновался за каждую минуту, и уже представил себе последствия крупного опоздания. Но как только он заходит внутрь, он всё ещё надеяться на то, чтоб по дороге не было никаких пробок и может ещё с большой удачей он сможет успеть. Да видимо, всю удачу он оставил во вчерашнем дне, так как автобус ехал как обычно, и даже немного дольше.

Когда он сошёл на нужной остановке, на часах уже стояло время в шесть часов и десять минут вечера ровно, а потому, стараясь не терять ни минуты больше. Он мигом выбегает из автобуса, что аж другие люди задаются вопросом: “Куда это он так быстро бежит?”

Он бежал так быстро как только мог, не думая не о времени, не думая не о боли в лёгких и ногах. После пяти минут активного бега, он наконец входит в здание, где его уже ждал учитель, на сей раз с довольно хмурым выражением лица. Евгений, задыхаясь, весь в поту, начинает просить прощения, а она в свою очередь на удивление, успокаивается и просит войти в класс.

“А она хоть вообще может испытывать плохое настроение?” – в шутку спрашивает Женя сам про себя, после чего заходит в кабинет.

Следующие два часа прошли под знаменем усердной работы и активного диалога между учителем и учеником. Правда ученику было довольно некомфортно принимать всю информацию учителя, так как сам ученик в обед ни съел ни крошки хлеба.

Стараясь не показывать ни капли слабости, он дотерпел до конца урока, и уже не в силах терпеть, он решается найти какое-нибудь небольшое кафе или магазинчик, чтоб купить себе на оставшиеся пять евро что либо, чтоб хоть частично заткнуть такую всю расширяющуюся пустоту в его животе. Все его попытки сделать это очутись провалом. Ведь на улице уже стояло время в пять минут девятого, и все кафе, магазины и рестораны были наглухо закрыты.

“И кто за всем этим стоит?” – злостно риторически спросил у он у себя.

За исключением небольшой бутки с донером, где добрые гости из средиземноморья хотят накормить всех желающим своим чудо свёртком.

Но он не был настолько уж прям голоден, что бы рисковать своим здоровьем ради временного утоления голода, и поэтому, всё такой же злой и голодный он отправился на остановку ждать своего автобуса. И он был настолько отвлечён на свой голод, что ему было абсолютно всё равно на ближайший лай собак, подозрительных элементов в дальних углах улиц и даже спящего на остановке бродягу издающие непонятные звуки. Он просто сел на остановку и стал дожидаться своего автобуса.

Как только он дождался своего автобуса, он в него незамедлительно сел, и появилось такое ощущение, что голод в его животе только усиливался, но он старался терпеть и верить в то, что всё это в скором времени пройдёт. Выйдя с автобуса, он хотел сразу побежать домой, но как только он сделал пару быстрых шагов, его боль словно вновь усилилась.

Дорога домой спокойным шагом заняла минут 15, и как бы в его голову не всплывали советы Ивана по уверенной и суровой ходьбе, тогда он шёл словно поникший и грустный неудачник, у которого в жизни что-то пошло явно наперекосяк.

Наверное никогда он не был рад по приходу к дому как сейчас. К огромному счастью, к нему никто подозрительный не подошёл.

Поднявшись в квартиру как можно быстрее, он чуть ли не вываливается на порог дома, бегом моет руки и чуть ли не в кофте бежит к столу. И тут что было хорошо, Иван уже заранее всё приготовил. На ужин у него на столе стоял суп, который он должен был доесть на обед. И хотя он привык на вечер есть в основном вторые блюда, та тарелка супа была для него словно небесная мана.

Во время ужина, Иван подходит к Жене и говорит дословно: “Хоть и с неохотой, но за былые заслуги Ивана, он согласился взять на работу совсем ещё почти что ребёнка, и готов платить по 500 евро в месяц или 20 в день”.

Женя по началу обрадовался, но после задумался: “А чем собственно придётся заниматься?”

“Ты пока ешь, потом всё объясню” – сказал дядя, после чего отправился в зал.

Как только Евгений поел, он извинился за то, что сегодня вовсе дома не убирался, Иван ему говорит в ответ:

“Ладно, ничего, я сам убрался”, затем началось объяснение того, чем ему придётся завтра заниматься.

После всего услышанного, Женя сказал: “Ну, ладно, думаю справлюсь”. И вновь взглянув на время, он уже как минут тридцать должен был позвонить родителям. Подбежав к трубке, он шустро набирает номер, на другом конце которого оказался отец, и он был крайне недоволен тем, что он ослушался наказанного им правила. Евгений ответил как ему за это стыдно, и сегодня что-то у него неудачный день.

“Давай чтоб больше такого не было!!!” – произнёс строгим тоном отец.

“Хорошо” – расстроенно произнёс Женя.

Он было ещё хотел сказать про работу и вчерашние впечатления в парке, но он был сильно уставшим от вей этой голодной рабочей суеты. Уже думая завершать диалог, ему захотелось поговорить с матерью, просто услышать её голос и спросить как дела.

Через пару секунд, по ту сторону трубки он услыхал родной мамин голос, который говорил что у них всё хорошо, а Женя этому был, очень рад.

“Сегодня получается уже неделя как ты от нас уехал. Ну, рассказывай, как там тебе город и чего ты нового узнал” – с интересом спросила мама.

-“Город хороший, красивый и уютный. Прямо так тот, который я видел на экране ноутбука и даже лучше. Инфраструктура хорошая, рядом есть всё что тебе необходимо в пешей доступности. Правда магазины закрываются аж в восемь или девять часов вечера, что меня сильно удивило. Было приятно гулять про красивым улицам и смотреть на ухоженные здания, правда некоторые из них все изрисованные по самую середину. Но особенно мне понравилось ездить в автобусе ночью. Такой красоты я себе даже представить не мог. Правда, ночью порой выходят подозрительные личности что вызывают некое опасения. Но в общем, я очень рад что приехал сюда.”

“Ну, отлично” – с удовлетворением от ответа сказала мама.

“А без тебя тут, стало довольно тяжко. Если раньше ты помогал мне практически со всеми домашними делами, то сейчас, вся эта работа уложилась на мои плечи. Я это знала и раньше, но только когда тебя не стало, до конца осознала, как ты был для нас полезен и нужен”

-“Ну, ладно” – ответил Евгений, особо не зная, что ему сказать в ответ.

“Но это ладно. Главное, старайся учится хорошо”

-“Хорошо, я знаю” – спокойным голосом он ответил.

“Ладно, давай там, не скучай” – в шутку заявила мама.

“Хах, не буду” – аналогично в шутку заявил Женя.

“Не скучай, только с полезными и безвредными вещами, ты меня понял?” – уже переключив тон на более серьёзный спросила мама.

“Да, я знаю” – похикивающе ответил Евгений. После реплики которой, они окончательно прощаются и кладут трубки.

Затем он позвонил к бабушке с дедушкой, и они также были удивлены позднему звонку, но в целом говорили лишь о своих делах, и не очень важных вещах.

Радуясь последнему завершённому на сегодня делу, он идёт в зал дабы ещё минут двадцать почитать книжку в спокойной атмосфере и лечь спать в десть часов вечера уже по делу.

Как только он улёгся в постель, он был рад, что этот по большей части неприятный день уже подошёл к концу, а завтра ведь его ещё ожидала работа. И поэтому на сей раз, ему было воистину интересно узнать: “Что же меня завтра будет ожидать?”.

Подъём ожидал его аж в шесть часов утра от шумного звонка будильника. “Даже не припомню когда я так рано вставал” – уставшим голосом сказал Евгений потирая глаза. С трудом встав и делая небольшие подтягивания, он прежде всего идёт за своей одеждой, которую он надевал на дачу, а уже после принялся за все свои утренние дела.

Когда он пришёл на кухню, он увидал на столе две тарелки с пожаренной на сковороде яичницей и рядом стоящую кружечку кофе, за которой уже сидел Иван и спокойно уплетал свой завтрак. Поздоровавшись друг с другом и они обсудили планы на сегодняшний день. Иван сказал, что уже через пять минут он обязан быть готовым к выходу на работу. Женя покивал головой, показав о своём понятии, затем приступив к активному поеданию завтрака.

После десяти минут, они уже оба сидели в машине и выдвинулись к рабочему месту. По выходу, из дому, погода была слегка прохладной, но весьма терпимой, так что он был вполне настроен на рабочий лад.

Пока они ехали, он представлял как будет выглядеть его рабочая площадь. Он думал, как он приедет на абсолютно грязный и пыльный участок, где везде будет ехать огромная техника, и повсюду будут бегать рабочие, с целью поставить каждый объект, на установленное дядей Ваней место. Пока он ехал, он заметил, “новые” немцы, словно вампиры испаряются улиц по выходу на улицу яркого солнышка, что несомненно радует, и одновременно озадачивает главного героя.

По прошествии двадцати пяти минут, они оба оказались на своём рабочем участке. И все его представления были оправданы на процентов 50. Никаких пыльных и грязных участков не было и в помине, зато, даже на входе он отчётливо увидал усердных рабочих, которые стелили плитку и выкапывали ямки для будущей поставки лавочек.

“Давай я тебя отведу к одному человеку, который помогает мне руководить стройкой, он тебе скажет чем заняться”

“Хорошо” – произнёс Женя, после чего они выдвинулись в путь.

Через пять минут ходьбы, наблюдая вокруг усердную рабочую атмосферу, они пришли к руководителю по строительству всех установок, и тот, увидев Евгения с порога произнёс: “Ну привет, меня предупредили что ты сегодня придёшь. Похвально, что ты тянешься к работе. Только вот больно вид у тебя через чур парадный. Возьми себе халат в шкафу и пару перчаток поплотнее, потом получишь дальнейшие инструкции”

После этого поручения, Женя и Иван разошлись по своим делам, объясняя это тем, что ему ещё раз надо будет обойти участок. На этом они попрощались и Евгений остался со своим начальником один на один. Во время переодевания, он задумался, и понял что, только с первой парочки фраз, он ему сразу понравился за свою прямолинейность, бесцеремонность и чётко-выверенные действия, что несомненно внушало доверие в окончание столь масштабного по меркам Евгения проекта.

Вернувшись к нему в полном обмундировании, Евгений задался вопросом: “Как именно мы будем строить этот парк?”.

Начальник же в свою очередь объяснил ему: “А ты посмотри в календарь, какое сегодня число. Я хоть и сам лично одобрил этот план, но он был построен довольно в невыгодное время. Ведь зачем садить саженцы, высаживать растения, если через пару месяцев повсюду будет лежать снег? Тогда я думал отложить данный план на конец марта – начало апреля, но Иван предложил, что бы не откладывать работу, мы решили отстроить все долговечные постройки, ну которые будут стоять вне зависимости от холодов, и открыть его для всех желающих. А во время зимнего периода, мы вырастим все саженцы растений и деревьев, чтоб потом весною их пересадить на своё назначенное место”

“Понятно, довольно хитро” – сказал удивлённо Евгений.

“Это да”. “Но ладно, ты сюда не трепаться пришёл, а потому держи лопату, и пройдись вдоль всей территории участка выделенной прощаткой, и помоги нам выкопать ямы на отмеченных местах, чтоб мы туда залили бетон и чтоб вскоре там стояли новые лавочки. Я тебе сейчас дам рулетку с мешком, будешь с ними работать. Рулеткой будешь мерить три пункта: глубину, длину и ширину. Глубина должна быть в один метр, а длина и ширина обязана соответствовать ровно тридцати сантиметрам. Понял?”

“Я понял” – уверенно сказал Евгений.

“Хорошо. А в мешке будешь хранить всю образовавшуюся землю. Как только он наполниться, пойдёшь и отнесёшь его в бак, только который сделан специально для земли, на нём так и написано. Сам бак который будет находиться возле будущей детской площадки. Это примерно метров 100-200 от тебя, ты увидишь. Всё понял? ”

“Понял”

“Ну хорошо, вижу парень ты не глупый, только худощав немного, но думаю справишься. Только не вздумай отлынивать, через полтора месяца нам необходимо уже все зимние постройки завершить.”

“Всё, хорошо” – произнёс Евгений и взяв со стола рулетку, приступил ко своей первой в жизни полноценной работе.

Идя к месту своей рабочей дислокации, он замечал, как укладывают плитку, ставят фонари и разбирают грузы на вид самые обыкновенные немцы. Хотя он думал, что этим и должны как раз таки заниматься их новые заморские трудолюбивые друзья как у него в России, но это на удивление не так. По пришествию к месту работы, там он увидал одного совершенно обыкновенного мужчину средних лет, на вид вполне себе цивильного и ведущего себя вполне подобающе интеллигентным людям. Когда он проходил мимо, то увидал как тот мужчина ловко и быстро копает одну ямку за другой, и что бы его не тормозить, он отошёл на десять будущих лавочек вперёд, чтоб не мешать его продуктивной работе. Практически не имея опыта работы с лопатой, за исключением копания на школьных субботниках и в сарае на дедушкиной ферме, он тщательно измерил все критерии, которые ему указал начальник, после отметил лопатой все границы, и затем приступил к раскопкам.

Стоит ли говорить, что эта была первая настолько глубокая яма в его жизни, которую он так старательно пытался выкопать. Он конечно пытался вспомнить свой прошлый опыт обращения с данным устройством, да вот только помогало это только от части и то, довольно слабенько. Проще говоря, у него никак не копалась как нужно это треклятая яма, хоть тот человек который вместе с ним копает, уже как пять минут завершил с первой и мигом приступил ко второй.

Оценивая ситуацию, он уже решает взять минутный перерыв, чтоб посмотреть, как на самом деле нужно управляться с лопатой и возыметь столь необходимый на данный момент опыт. Вновь стараясь не привлекать внимания, он издалека пытается разглядеть, как же на самом деле должна идти работа. И простояв так минуты три, разглядев все столь нужные движения и ухищрения, он возвращается на своё место, чтоб взять второй раунд с этой ямкой, что у него в принципе стало получаться.

Да, может он не копал так шустро как тот мужчина, но по крайней мере ямы стали копаться куда быстрее, от чего перерыв на информацию он посчитал вполне удачным.

Первая ямка копалась довольно долго, медленно и слегка даже криво. Вторая, также не блистала красотой. Но на третей, вся работа пошло уже более активно, и вполне себе ровномерно. На четвёртой яме, когда он только завершил делать заготовку для второй лавочки, к нему подошёл тот самый рабочий, откапыватель ям, у которого Евгений тайно брал крупицу рабочей мудрости. Когда он увидел его вблизи, то он проглядел на нём слегка грязный фартук, с перчатками все в пятнах, лёгкая щетина и довольно хмурый взгляд.

“Тебя тоже назначили сюда работать?”

От волнения и неожиданности, Евгений неожиданно сам для себя сказал ему: “Да” на русском, но потом быстро одумался и сказал: “Да” на немецком.

“Ты ведь явно не местный?” – задал вопрос данный господин.

Чувствуя явную нарастающую угрозу в воздухе, он хотел как можно быстрее закончить данный разговор, но соврать уже не получиться, а потому быстро и чётко сказал: “Нет”, не вдаваясь в подробности своего происхождения. После данного ответа, этот человек нахмурился, и уже казалось бы, приготавливается сделать с нашим героем что-то явно нехорошее, но всё оказывается удачным, и он просто говорит: “Ладно, ты хотя бы что-то делаешь, в отличии от некоторых”. После этого делает Женя глубокий выдох, понимая, что наверняка уже самое страшное позади.

“Я пойду дальше, если что, лучше начни с конца и идти мне навстречу. Чтоб не мешал” – уже с более вежливым тоном говорит тот рабочий.

“Хорошо” – отвечает Евгений, после чего каждый вновь возвращается к своей работе.

Шла работа непросто, шла работа тяжко. Аж до самого обеда, пока Иван не пришёл к нему с предложением пойти поесть, практически с семи утра, он всё копал и копал ямки прям до самого обеда, делая изредка небольшие перерывы на отдых для своих “Аполлонских” ручонок.

Пообедали они в местной небольшом кафетерии, где Иван предлагал Жене брать всё, что он только пожелает, со словами: “Заслужил”. Но ему было как-то неловко брать особо много, как-никак чужие деньги за него отдаются, а потому он взял тарелочку супа, хлеб и стакан яблочного сока. А по выходу захватили ещё бутылочку питьевой воды. Во время обеда, каждому было о чём рассказать. Евгений говорил о копании своих ям, а Иван рассказывал о том, как они приступили к возведению детской площадки.

Как только обед подошёл к концу, каждый из них вернулся на свой участок, где они усердно работали до конца рабочего дня.

Перед тем как уйти, Иван подошёл к своему коллеге, руководителю по строительству, и сказал ему пока попридержать его рабочий оклад до конца месяца, который тот должен был получать каждый день в виде небольшой суммы. Объясняя это тем, что ему будет скорее приятно получить одну большую сумму в конце месяца, нежели получать помаленьку каждый день. “Он об этом знает и сам дал на это согласие” – сказал ему Иван, отсылаясь к Жене. После слов которых, ежедневный заработок Евгения, который он как бы должен был получать в конце каждого рабочего дня, по 20 евро, начались откладываться в долгий ящик, до бы в конце месяца накопилась сумма приблизительно в 500 евро.

Весь оставшийся день, Евгений горбатился, всё капая и копая эти злосчастные ямы. Было непросто, было тяжело, было больно. На мгновения, он даже задавался вопросом: “И неужели эти люди работают тут каждый день?”. “Правильно отец говорил, нужно учиться хорошо, чтобы не закончить свою жизнь, работая на этой треклятой стройке”. К половине пятого дня, к Евгению подошёл Иван, и пришёл он к нему с известием о том, что его смена закончилась и мы можем ехать домой. Тяжело выдохнув, закрыв глаза и откинув голову назад, он про себя говорил: “Наконец-то”, после чего отправился в главную бутку с целью положить весь взятый инвентарь, попрощаться с начальником и уже отправиться домой.

Как только они сели в машину, Женя совершенно не чувствовал своих пальцев, ноги у него косились, а улёгся он на кресло так, что до этого пробежал внушительный марафон. Как только они двинулись в путь, дядя начал спрашивать про первые ощущения после полноценного рабочего дня:

“Крутые” – быстро сказал в шутку Евгений, чуть ли не выдавливая из себя это слово.

“Сегодня тебе повезло, что нет у тебя уроков, а завтра то, как поступишь? Точно не хочешь отказаться?”

“Да не, всё нормально. Язык я уже знаю, а потому я там буду только сидеть и говорить, да и тем более смогу отдохнуть пока еду на автобусе туда обратно. Так что, нет, я, пожалуй останусь”

“Ну смотри сам” – произнёс Иван, после чего они без слов стали держать путь по дороге к дому.

По приезду домой, Женя наверное ещё никогда не радовался тому, что сейчас сядет в своё кресло и испытает заслуженный отдых. Зайдя в квартиру, он первым делом моет руки, переодевается сквозь боль и стоны, после чего, как и Иван садиться на диван и радуется хорошему завершению первого рабочего дня. Как только они оба сели по своим делам, Иван сказал ему: “Ну, надеюсь ты понял, как непросто зарабатываются деньги. Всё это тяжёлый труд и кропотливая работа на протяжении целого месяца, что бы в конце получить долгожданную заработную плату.

Но, запомни одну вещь. Работа – это не жизнь. А жизнь – не работа. Работа это всего лишь способ зарабатывания денег, на которые ты можешь жить и радоваться в своё удовольствие. Если ты найдёшь тонкий баланс между работой и жизнью, то всё время, аж до самой смерти, ты проведёшь с наслаждением и комфортом” – спокойным голосом сказал Иван.

“Я понял” – произнёс Женя, после чего, они оба ещё пять минут молча сидели, откинув голову назад, набираясь сил после рабочего дня.

Отдохнув часок, Иван, зная, как у Евгения всё болит и всего ломит, предлагает в шутку пройти прогуляться и подышать свежим воздухом. Женя же принимает это всё за чистую монету, а потому вежливо отказывается и предлагает перенести прогулку на какой-нибудь другой день.

“Теперь, думаю ты можешь меня понять” – вновь в шутку сказал Иван.

“Наверное, да” – произносит Евгений, после чего каждый приступает к вечернему отдыху. Дядя как обычно сел за телевизор, а Евгению сегодня даже как-то и читать не хотелось, а потому он пересматривал на телефоне любимые фильмы, с долгой рекламой, в не особо высоком качестве, но смотрел и даже получал это этого удовольствие. И так прошёл весь вечер. В часов семь вечера они принялись за ужин, где они также обсуждали все события прошедшие за день, а в девять наступила пора звонков к родственникам. На них он рассказывал о своей первой работе, как он там трудился и старается честно зарабатывать деньги. От всех них, он получил категорическое одобрение, только от отца он получил небольшое напутствие, что учёба для него должна быть в приоритете, и работа, ни в коем случае не должна мешать его продвижению по студенческой лестнице.

“Хорошо, я понимаю” – произнёс Евгений, после чего они мирно попрощались и на счастливой ноте, они завершили диалог.

Остаток дня не был ничем выдающимся, ведь что Женя, что Иван, сидели на своих любимых местах и занимались чем душе угодно. В десять вечера, все без доли промедления пошли спать, ведь завтра с утра, им снова предстоял полный рабочий день.

Евгений, словно уставший бегемот плюхнулся на кровать, и сам себе утверждал, что это самая приятная кровать, на которой он когда либо спал за всю жизнь. Укутавшись поглубже в одеяло, поставив будильник на шесть часов утра, он закрывает глаза и думает: “Вот мой обычный график на месяц и составлен”, что было истинной правдой, так как именно с этого дня, он точно знал что, когда и в какой день будет происходить то или иное событие. Работа, уроки, вечерние прогулки которые иногда проходили по желанию обоих жильцов дома, и даже воскресная поездка на загородный дом, где на этой неделе они собрали долгожданный урожай, половину из которого продали на удивление в кафе Иоганна, а часть отвезли домой и заготовили небольшие овощные запасы на зиму. Система работала идеально и бескомпромиссно, ровно до тех пор, пока двадцать первого числа всё того же сентября, казалось бы самого обыкновенного и солнечного на первый взгляд дня, не произошло довольно неприятное, даже в какой-то степени печальное событие.

Утро было совершенно солнечным и довольно приятным как в плане температуры, так и осадков в целом, что даже Евгений не решил брать с собой кофту, настолько было хорошо, да и работать он там будет довольно усердно, так что, не замёрзнет. Они весь день занимались строительством футбольной площадки, возводили небольшой забор, стелили газон и ставили ворота. Естественно, весь день Евгений старался работать усердно, где ему скажут. Для начала это было выкапывание ямок для залива бетона будущего забора, затем таскание специального искусственного покрытия, и после расчерчивание особых белых разграничительных линий. В общем, день был вполне себе напряжённый и весьма утомительным. Но существовала одна небольшая заминка. Главный руководитель стройки хотел завершить строительство поля всего за один день. Он сказал, что там осталось буквально пару штрихов, и много времени это не займёт. Нужно будет задержаться всего-то на пол часика, пока окончательно не затвердеет цемент и поле не пройдёт окончательный тест на пригодность.

Весь окончательный процесс затвердевания завершился всего за 15 минут, и проверять поле будут в самых натуральных условиях, то есть, в игре. Начальник дал им футбольный мяч специально купленный для проверки поля, и предложил своим работникам поиграть немного, да бы убедиться что поле вполне себе пригодное для игры.

Иван всё это время был рядом, и предложил Жене пойти поиграть. Евгений же в свою очередь, хоть и был довольно уставшим, но отказаться он от этой затеи он был не в силах. И как только он уже вошёл на поле, ему в голову влетает мысль: “У меня ведь урок будет почти через час, успею ли я поиграть?”

“Не волнуйся” – сегодня я тебя довезу до места твоего урока, а ты можешь пока пойти и смело поиграть минут 15.

“Спасибо” – с улыбкой на лице отвечает Женя. “А вы не хотите поиграть снами?”

“Нет, спасибо, я уже не особо в том возрасте для игры, да и как я буду играть в своём костюме?” – риторически ответил дядя. “Я тебя тут подожду, и так сказать, поболею за тебя” – на последок ответил Иван.

“Ну, хорошо” – произнёс Евгений, после чего стал готовился к игре.

Его футбольный опыт был особо не велик. Единственное где он играл, так это на изредка-выходящих игр на уроке физкультуры в школьное время. А потому, наверное не стоил ожидать от него особо много результативных действий.

Они разделились на команды по четыре человека. Евгений играл роль защитника. По плану должен был давать пасы и не давать проходить нападающим противника. Хоть с теорией он всё разобрал чётко и дословно, практика же, давалась ему не так замечательно.

Хоть он и что-то там старался шевелить ногами, отбирать и давать пасы, это всё равно выглядело так, словно в профессиональную взрослую команду, взяли какого-то совсем неопытного ребёнка.

Его обыгрывали пасом, оббегали по флангу на скорости и делали с ним всевозможные трюки. Если говорить прямо, то над ним проводилось самое натуральное футбольное унижение. Евгений это понимал, а также он понимал то, что за ним наблюдает его дядя, и от этого ему было вдвойне стыдно.

В результате довольно напряжённой игры, счёт между командами за несколько минут до конца матча составлял ровно 2:2. Уже все еле стояли на ногах, ведь они довольно усердно играли, после полноценного и тяжёлого рабочего дня. Но тут, буквально за пару минут до конечного свистка, было грубое нарушение правил на территории вратарского зоны, и вследствие чего, был назначен шестиметровый удар. Два нападающих уже оформили по своему голу, и они подумали, раз Евгений сам особо много не играл, то пускай он удостоится чести пробить финальный удар.

Он по началу отнекивался, говоря о том, что у него ничего не получиться, да вот только все игроки команды настаивали на этом, и он под этим общественным давлением, согласился сделать удар.

Поставив мяч на точку, он набирается смелости и думает в какую сторону сделать удар. Вратарь ему саркастически подмигивает, словно говоря ему, что у него ничего не выйдет. Но он был полон решимости, да и после всего, что видел Иван, он никак не мог облажаться с этим финальным ударом.

Делая уверенный взгляд, уже выбрав окончательную сторону направления удара, перед финальным замахам, он думает только об одном: “Главное не промахнуться”. И сделав беглый взгляд в сторону ворот, затем опустив глаза на мяч, Евгений делает небольшой разбег и удааааарррррр…, прямо в верхнюю часть правого нижнего угла ворот влетел красивым и грациозным ударом не менее красивый и грациозны мяч.

Все быстро ринулись с поздравлениями к Жене, жали руки и хлопали по плечу, а когда Евгений бросил свой взгляд на Ивана, он с улыбкой на лице поднял большой палец вверх, показывая то, что он в нём ни капельки не разочарован. Но расслабляться бы пока рано. До конца матча оставалась одна минута, и если команда соперников проведёт успешную атаку, то матч завершится в боевую ничью.

И пошла последняя атака. Если до этого у команды соперников было два нападающих и один защитник, то сейчас было три нападающих, а сам вратарь вышел на уровень защитника. Моментально пошла резвая игра в пас. Сначала был пас левому форварду, затем обратно, после снова пас но на сей раз правому нападающему, убрав двоих нападающих, левый форвард бежит в нападение, и бывший защитник даёт ему пас на опережение. Он принимает его, но правый нападающий команды Евгения не дремлет, а потому быстро побежал за ним, перекрыв возможность для дальнейшего прохода. Тогда он вновь отдаёт пас обратно бывшему защитнику, и пасует наперёд правому нападающему, тот видит манёвр, и обратно посылает мяч центральному нападающему. Весь этот момент, Евгений старался контролировать левого форварда, пока левый нападающий побежал отбирать мяч. Видя простор для удара, центральный нападающий собирается бить. Евгений же, видя надвигающуюся для ворот опасность, чувствуя, наконец свою значимость на этом поле, в отважном прыжке бросился наперёд удара, что бы как-то не дать мячу влететь в ворота. Удар прогремел страшной пушкой, и Евгений, бросившись в отчаянном прыжке, отбивает мяч, а правый нападающий его команды подхватывает мяч и выносит на другую половину поля. Тем самым, завершая игру со счётом 3:2, в пользу команды Жени.

Все радовались, участники команды Жени бегали, кричали и размахивали руками от радости, все, кроме самого Евгения. Может он отразил удар, но удар сам для него стал чуть ли не фатальным. Ну конечно, кто хочет получить твёрдым мячом по голове, до этого который пнули со всей силы тридцатилетний мужик. Удар был для него настолько сильным, что даже в прыжке когда он принял на себя удар, то он отклонил изначальный полётный курс Евгения, заставив его приземлится прямо на месте удара. Лёжа на земле, он схватился обеими рукам за лицо, и свернувшись в клубочек, продолжал озлобленно шипеть и стонать от боли.

После этого, к нему подбежали все участники матча. Даже руководитель по строительству, который играл роль судьи не остался в стороне. И уж тем более, первым делом к нему на выручку подбежал Иван, который мгновенно сел к нему на олени и начал расспрашивать про его состояние.

“Ты как? Сильно же тебе досталось” – обеспокоенно спрашивал Иван.

Не убирая руки с лица, шипя и говоря паузами он отвечал: “Мда. В первый раз я так получаю по лицу. Думал как-то раз, какого это. И вот узнал”

“А как лицо? Сильно болит?”

“Ну, да, пока болит” – злостно ответил Женя.

В этот момент, к нему подходит собственно виновник удара, и просит у Евгения прощения. Но не успев Женя ничего сказать, Иван злостным тоном кричит на него: “ОТСТАНЬ ОТ НЕГО. Была бы моя возможность, уволил бы тебя ко всем чертям”

“Ну ладно, всё ведь будет в порядке.”

-“Ты что, совсем охренел? Ты представь, если бы тебя со всей силы ударили мячом по голове. Что бы ты тогда чувствовал?” – кричал Иван, держа голову племянника у себя на руках.

“Ну, простите меня”

“Проси прощения не у меня, идиот” – злостно Иван ответил ему

“Ладно, ладно, всё нормально” – старался ответить Евгений не смотря на боль.

“Хорошо. Пойдём пожалуй” – произнёс Иван, после чего он поднял Евгения на ноги и они оба пошли к машине, оставляя за собой след озадаченных и слегка даже растерянных взглядов.

В то время пока они шли к машине, боль Евгения по немного стала угасать, но неприятное жжение всё также продолжало оставаться на его лице.

“Ты в конце прям всех сегодня удивил. А когда ты забил финальный гол, я был искренне рад за тебя. Прямо настоящий гений футбола. Я бы так однозначно не смог” – говорил Иван, приободрить Евгения и отвлечь его от боли.

В ответ на это, Евгений промолчал и молча продолжил свою дорогу.

“А тебе самому играть как, понравилось, не смотря на полученный тобой удар?”

“Да” – уверенно и твёрдо заявил Женя. “Даже если бы я не забил тот гол, и мне бы ещё несколько раз прилетел тот мяч в голову со всей силы, я бы не капельки не пожалел о том, что согласился выйти на поле. Ведь чувства от игры, команды и самого игрового процесса, многократно оправдали бы то, что я в теории мог бы получить”.

“Ну, тогда я рад за тебя” – сказал Иван, после по дороге.

Придя к машине, Иван сказал Евгению убрать руку с лица, что бы тот посмотрел на область, куда прилетел мяч. Отодвинув руку, Ивану показывается неприятная картина, где с левой стороны от левого глаза, куда собственно и влетел мяч, уже виднелось синее пятно, которое в будущем разрастётся по всей нижней области глаза.

“Что там, всё плохо?” – на удивление, с улыбкой спросил Женя.

“Ну, как сказать, смотри сам” – после слов которых, Иван достаёт телефон и показывает Евгению самого себя на фронтальной камере.

После того, как Женя основательно рассмотрел себя, он со счастливым лицом отвечает: “Ну, так и запишем. Первый фингал получил в результате удара об мяч”

“Хорошо, пиши” – также с лёгкой улыбкой отвечает Иван. “Но всё же чтоб боль поскорее ушла, к месту ушиба нужно приложить что-нибудь холодное” – сказал Иван, и ушёл в магазин неподалёку, перед этим наказав Женю, что бы тот тихо посидел в машине.

Дяди не было на протяжении десяти минут. И всё это время пока он его ждал, он с радостью вспоминал ту игру, как ему было весело и просто приятно, даже не смотря на этот неприятный инцидент.

Как только Иван пришёл к машине, он дал Евгению замороженную курочку и бутылку холодной воды с просьбой приложить это к глазу, что бы боль поскорее утихла. Сев за руль, Иван спокойным голосом говорит: “Ну, поехали”, после чего он отпускает педаль тормоза и они двинулись к своему дому.

По дороге домой, Иван ещё не раз спрашивал Женю по состоянию его лица, но тот ему всё время отвечал, что с ним всё в порядке, и так они продолжали дорогу. По приезду к дому, дядя задал Жене один вопрос: “Ты сегодня тяжело работал, потратил все силы на все эти копания и игру в футбол, так ещё и по лицу мячом получил, может, останешься сегодня дома, ничего не думаю будет страшного, если пропустишь один урок”

“Нет, не надо” – твёрдо и решительно ответил он. “Мои родители отдали за это деньги, а потому я обязан проходить каждый урок до конца”.

“Ладно, как хочешь. Тогда быстро беги, поднимись и возьми всё необходимое, я тебя здесь подожду”

“Хорошо” – отвечает Женя, после чего мигом выбежал из машины с мясом и водой, да бы поскорее забрать все вещи для урока.

По прошествии пяти минут, Евгений выбегает из подъезда с сумкой тетрадей и пеналом, сам он переоделся в более чистую для уроков одежду.

Сев в машину, первым делом Иван взглянул на Женю и спросил его: “Может вернёшься за кофтой? Не прохладно тебе будет вечером по возвращению домой”. Сам он был к слову одет в обыкновенные джинсы и лёгкую футболку.

“Да, нет, всё будет нормально” – оптимистично заявляет Женя.

“Ну ладно, как хочешь. А раз ты с собой всё взял. То мы можем ехать” – после чего машина поехала в сторону курсов.

По дороге к месту назначения, Иван всячески пытался разузнать, как происходит его урок, всё ли он вообще понимает, не зря ли он учил язык такое огромное количество времени и как ему сам педагог?

“Первый час мы повторяем грамматику, делаем упражнения и слушаем диалоги, затем второй час мы сидим и разговариваем. Порой берём темы из учебника, порой сами себе тему выдумаем. Но понимаю я всё хорошо и делаю задания на отлично. Видать не зря всё это время учил язык. А учитель, очень даже хороший. В своей профессии разбирается, своё дело знает, и старается подносит материал с максимальной вовлеченностью и интересом, по типу нарисовать что представляешь и описать это. А потому, педагог мне нравится” – рассказал Евгений.

“Ну, тогда ты не будешь против если я с ней немного поговорю?”

“Ну ладно” – сказал Женя, после чего они дальше молча поехали к уроку.

Когда они подъехали к нужному месту, на часах уже стояло время в 17:50, а потому у них было достаточно времени всё спокойно обговорить и обсудить. По входу в здание, по расписанию, в кабинете ещё сидел учитель с другим учеником, а потому они спокойно сели и подождали ещё минут, ровно до того момента как тот ученик не выйдет из кабинета. Как только он вышел, в кабинет по началу зашёл Евгений, здоровается и садиться за стол, а потом уже в кабинет входит Иван, также здоровается и начинает диалог.

После коротких приветствий, он больше всего хотел разузнать об успехах Евгения, и обладает ли он окончательно достаточным уровнем для учёбы в университете на ровне с обычными немецкими студентами.

“Да. Хоть сейчас” – уверенно заявляет учитель. “Это впервые, когда на моей практике попадается такой одарённый юноша, который с самого начала умеет и свободно читать, писать слушать и говорить. Я поначалу не верила, думала, он знает пару грамматических правил со словами и не более, но нет. Уже на первом уроке он поразил меня своими познаниями в языке. Да, конечно у него была проблема с разговором, но мы это уже исправили и сейчас он в состоянии порой переговорить даже меня. А потому, я могу уверенно заявлять, что у него не выйдет никаких трудностей в обучении в местных университетах. По крайней мере, говорю за язык”

“Чтож, видать не зря он учил столько времени язык у себя в России” – гордо заявляет Иван.

“Это да. Самостоятельно, своими силами, это же сколько сил было на то потрачено. Просто гений я бы даже сказала”. От этих слов, Жене даже стало на минутку смущённо.

“Ну, тогда хорошо у него всё. За язык думаю можно не переживать”

“Не в коем случае. Всё у него с этим замечательно”

“Тогда ладно, я пожалуй поеду” – говорит Иван уже обращаясь к Жене.

“До свидания” – произносит Женя в ответ. После дядя прощается с учителем и так начинается урок.

Первым делом, она заметила его синий фингал под глазом, чему несомненно была крайне удивлена.

“Откуда ты получил столь большой синяк под глазом?” – с изумлением спросил учитель.

“Да, так, играл с мужиками в футбол на работе, да и влетел мяч прямо в лицо” – легко смеясь заявил Женя.

“Чтож, никак от тебя такого не ожидала” – с удивлением заявил учитель. “Ну так, раз ты готов к занятию, то давай обсудим тот случай поподробней. Если ты не против.”

“Да, нет. Давайте” – изъявил Евгений, после чего начался урок, на котором они только и делали что говорили, говорили и говорили, на самые разные темы до конца всего урока.

По наступлению восьми часов вечера, урок был благополучно завершён, Евгений попрощался со своим учителем и он стал держать дорогу к дому. По выходу со здания, он почувствовал на себе приближающийся дождь, немного мелкий, но думает, что лучше ускорить шаг, дабы не попасть чуть что под ливень. Пока он шёл, капли дождя стали бить по его телу всё интенсивней и интенсивней, вода потихоньку начинает мочить кроссовки, и сам он начинает чувствовать по телу лёгкий холодок. Обдумывая всё это, он решает пойти на остановку лёгким бегом, дабы окончательно не промокнуть под столь неудачно начавшимся дождём. Затратив на дорогу пять минут времени, он добрался до остановки слегка промокшим, и желающим поскорее добраться домой что бы согреться в зале с приятной кружечкой ароматного чая. Но пока, он всё также продолжает стоять на остановке, каждую минуту смотря на табличку прихода автобуса, в надежде увидеть его раньше запланированного времени прибытия. Что его утешало в тот момент, так это отсутствие подозрительных и неформальных лиц в рядом стоящем окружении. Лишь простые люди, которые по своему поведению и внешнему виду не вызывают никакого страха и настороженности. Пока он ждал, его ноги уже начинали промокать от протекающих мимо луж и массивных капель дождя падавших на его ноги. По телу начал бегать чуть ли не мороз, так ещё и прохладный воздух всё никак не утешал ситуацию.

“Чтож тебя днём то не было?” – риторически спрашивал Евгений у природы.

Всё стоя на этой остановке и ожидая своего автобуса, он от безысходности начинает быстро тереть ладонями свои голые руки, а также немного приподнимать ноги для активного обращения кровотока. Простояв так минут десять, всё это время занимаясь гимнастикой для согревания тела, он был безумно счастлив, наконец, сесть в тёплый автобус и отправиться ко столь желанному дому. Сидя в кресле, отогреваясь от всей этой уличной мерзлоты и слякоти, он, как и в прошлый раз, смотрел в окно и наблюдал удивительные красоты яркого и столь манящего ночного города, на сей раз укутанный в завораживающую плёнку буйного дождя.

Созерцая всю эту успокаивающую и приятную атмосферу, его тело, вспоминая то, сколько трудностей оно за сегодня пережило, подавало сигнал мозгу, напоминая ему то, как много он говорил и думал на уроке, что в свою очередь, тот давал глазам команду непроизвольного закрытия, на что глаза отвечали покорностью и согласием. Засыпая прямо на окне автобуса ухватившись за свою сумку, он понимал, что не в коем случае не может засыпать, ка бы не пропустить нужную ему остановку. Но и сопротивляться жажде сна своему телу он никак не мог. А потому, стараясь не засыпать, он то закрывал глаза, то открывал их, в надежде поскорее добраться до своего пункта назначения. В очередной раз закрыв глаза, и на минутку откинув голову на стекло, он слышит в объявлении о приходе автобуса на нужную ему станцию. И поэтому, быстро разинув очи, раздражённый и уставший Евгений, продолжил свой путь к дому, под всё столь ещё буйным и проливным осенним дождём.

Холод, вода, промокшие ноги, это он почувствовал первым делом, как только вышел со столь уютного и тёплого автобуса. Стараясь не медлить ни секунды, он побежал домой как можно быстрее. Но его ноги и мозг, не были способны удовлетворить данное пожелание Жени в полной степени, а потому ему только и оставалось, что повиснув голову и подтягивая ноги при каждом шаге, бежать лёгким бегом из всех его последних оставшихся сил. В тот момент, он вовсе не обращал внимания не на какие подозрительные элементы. Лишь прямая ровная дорога, осыпанная светом высоких фонарей, и его ноги, за которыми он следил пока бежал до своего дома.

Меньше десяти минут он бежал лёгким бегом до своего дома. По входу в подъезд, боль в ногах, голод и холод, окончательно подорвали его моральное состояние, но сделав последний рывок, он собирает себя в кулак, и воодушевившись последним испытанием, добирается до своей квартиры, открывает его ключом, и чуть ли не падает на порог столь желанного ему коридора.

Закрыв дверь, первым делом он замечает перед собой обеспокоенный взгляд Ивана, который с ходу спрашивает у него, как он и берёт у него его сумку.

“Нормально” – уставшим голосом отвечает Женя.

“Так ты ведь весь промок” – возмущённым голосом восклицает дядя. “Предлагал ведь тебе взять кофту”. “Ладно, ты иди быстро переодевайся. Надень свитер, трико и иди ноги попарь, обязательно после надев тёплые носки. Всё понял?” – повелительным тоном спрашивает Иван.

“Да” – отвечает Евгений.

“Хорошо. Тогда иди всё выполняй, а я пока вновь разогрею тебе ужин” – произнёс дядя, после чего все пошли заниматься своими делами.

Одевшись потеплее, он мигом идёт в ванну ставить тазик и наливать туда побольше горячей воды. Как только вода пошла, он тут же поставил туда ноги, ощущения горячей воды он не сразу прочувствовал, так как у него были явно застужены. На часах было без десяти минут девятого, и он как раз думал, что он пропарит свои ноги и позвонит своим родственникам.

Сидел он так минут десять, периодически вытирая водяные сопли капающие с его носа.

“Как бы мне не заболеть” – думал про себя Женя, в надежде, что всё обойдётся.

По выходу с ванны, он надевает носки и мигом берётся за телефон, дабы всем сообщить, что у него всё в порядке.

Первым делом, как и всегда он позвонил родителям. И стараясь не шмыгать соплями из носа, он продолжал диалог, в котором всё закончилось на позитивной ноте, где они обсуждали все пройденные за день события. Благо, на сей раз трубку взяла мама.

Со звонком к бабушке вышло всё тоже самое. Поболтали по душам, спросили как дела, что было и всё закончилось на позитивной ноте, где его старики просто пожелали ему дальнейших успехов.

Прядя на кухню в свитере, трико и двойной паре носков, он приступает к своему столь желанному ужину, запивая всё это большой кружкой крепкого горячего чая, пока Иван расспрашивал его про его приключения домой в этот непростой дождливый вечер.

Как только всё было съедено, Иван посоветовал Жене лечь если он того хочет в зале под одеялом, и пока ещё не наступило время сна, полежать на диване послушав голос телевизора. Сам Евгений возражать не стал. А потому, взяв одеяло, он лёг в зале на диване, где обычно сидит Иван, слушал телевизор с новостями, и старался отдохнуть после весьма затруднительного буднего дня.

Весь последующий час он как мог старался закрыв глаза, просто пораньше лечь спать под звуки нескучного телевиденья. Но все его попытки это сделать обвенчались провалом. Дёргаясь, ёрзая по всему дивану, он никак не мог засунуть из-за наступающей головной боли, некой боли при закрытии глаз и обильного подступающего пота по всему телу. Видя всё это, Иван решает взять градусник и измерить Евгению температуру, и результат был явно удручающим. Лоб был горяч, и посему градусник показал температуру практически в 38 градусов, после чего всем стало ясно – Женя заболел.

Чуя всю неприятность ситуации, Иван не решается напичкать молодое дитя таблетками и лекарствами, а как рассудительный человек, решил доверить состояние Евгения специалистам и вызвать на дом врача. Благо, его страховка это позволяла.

Через пятнадцать минут, врач скорой помощи приехал обследовать Евгения, затем выговорил свой вердикт: “Ничего особо страшного. Обыкновенная простуда. Видать где-то гулял в нету погоду, как к примеру сегодня. И вот во что это вывелось”

“И как нас с этим справится?” – обеспокоенно спросил Иван.

“Да, как и всегда. Пускай лежит, пьёт больше жидкости, особенно чая горячего с лимоном. Полоскать горло и нос солевым раствором также необходимо каждый час, старайтесь проветривать помещение, чтоб свежий воздух заходил к нему в комнату, а если на ночь поднимется температура, давайте жаропонижающее.

У него ничего серьёзного. Пусть самое главное лежит и соблюдает все эти правила. И после где-то дней пять, максимум недели, он должен пойти на поправку.”

“Ну он ещё ходит на работу, а с ней то как быть” – спросил Иван.

“Чтож, раз так, то держите больничный отгул неделю, а там уже посмотрим”. “Вы ведь тоже ходите на работу я надеюсь” – спросил доктор и дяди.

“Ну конечно” – возмущённо ответил Иван.

“Тогда, отпроситесь на неделю взять себе отдых. Ведь при первых днях болезни, вряд ли он сможет сам за всем уследить”

“Я вас понял” – понимающе говорит Иван.

“Тогда увидимся через неделю. Следите правилам, и тогда всё будет хорошо” – после слов которых, они попрощались и врач ушёл из дома.

“Простуда, как не вовремя” – разочарованно произнёс Евгений лёжа на диване. “А как же работа, уроки, мне ведь через неделю уже тест по языку сдавать”

“Ладно, не вини себя. Кто же знал, что так резко изменится погода? В следующий раз, будем смотреть прогноз погоды, а пока, ложись спать и отдохни” – успокаивающим голосом сказал Иван, сидя рядом.

“Хорошо, хорошо” – сказал Евгений, после чего отвернулся на бок, перед этим приняв таблетку жаропонижающего и наконец заснул, пока Иван сидел с ним до этого момента, после чего, с грустным выражением лица отправился спать.

Следующий день, как и день до него, был довольно неприятным и болезненным. На протяжении всех последующих двадцати четырёх часов, Женя испытывал недомогание, повышенную температуру и заложенность в носу. Естественно, он всё это время находился дома, даже не задумываясь о стройке и уроках, находясь под опекой и заботой своего дяди, который также вынужден был остаться дома, дабы поставить своего племянника на ноги. Весь день он готовил ему растворы для полосканий, следил за температурой и готовил всю еду, за что ему Евгений был крайне признателен и благодарен.

Весь день он практически лежал на диване зальной комнате, лишь слушая телевизор с закрытыми глазами стараясь сохранять своё тело в тепле давая ему постоянный отдых и покой.

Так прошёл весь день, вплоть до девяти часов вечера, когда Жене необходимо было сделать звонок домой и сообщить о своём состоянии. И наверное, он ещё ни когда так не волновался перед звонком родителям, с того момента как он сюда приехал, как ему это приходилось делать сейчас. Он надеялся, что телефон возьмёт мама, но какой был основной день, таковым было суждено стать и его завершению, а потому, подняв трубку и услышав голос своего отца. Женя даже на пару секунд замолчал, словно воды в рот набрал, пока чрезмерное “Ало-Ало”, не заставили начать его вечерний диалог с отцом.

Уже с первых звуков голоса своего сына, Виктор почувствовал что-то неладное, а потому он спросил его: “Что-то голос у тебя какой-то хриплый, ты там не заболел случайно?” – волнующе спросил Виктор.

Скрывать правду было бесполезно, а потому он во всём ему признался, что ещё со вчерашнего дня он почувствовал слабость, как к нему приходил доктор, а сегодня целый день валялся в постели, пропуская рабочий день.

“Всё ясно” – разочарованным тоном сказал Виктор. “Так это получается, что завтра ты и на урок не сможешь пойти, да?” – уже раздражённым тоном спрашивал отец.

В ответ на это, Женя только молчал, и даже под угрозой расстрела, он никак не мог сказать не единого слова. А лишь чувство стыда охватывало его с ног до головы.

“Как ты хоть объясни мне ты умудрился заболеть? Ты хоть своей головой понимал, как ты нас сейчас можешь подставить? И все эти годы, которые мы на тебя потратили, могут оказаться брошены впустую. Так что давай, рассказывай всё как было.”

После этого, Евгений рассказал отцу всё как было. Про то, как стояла на остановке, про тот злощастный дождь, своё одеяние, визит врача, и его диагноз про обыкновенную простуду.

“Всё ясно” – спокойным голосом сказал Виктор. “Ну это полностью твоя вина. Если бы ты посмотрел в календарь, то понял что на улице уже не май месяц. В куртке и шапке уже должен по вечерам ходить, а не в футболке расхаживать.”

Слушая это, Евгений также продолжал испытывать стыд за свой поступок, “а всего-то надо было надеть куртку” – думал он про себя. И вместе с ухудшающими мыслями о своём поступке, из-за волнения у него начала болеть голова и в целом ухудшаться самочувствие.

“Давай там, ты обязан вылечится как можно быстрее, что бы ты смог продолжить работу, завершить свои уроки немецкого, сдать экзамен, поступить в колледж и …” – неожиданно, Иван выхватывает трубку у Жени и начинает по душам общаться с Виктором, попутно уходя в другую комнату. Он не слышал весь диалог, а лишь начало в котором Иван приветствуется с Виктором и спрашивает как дела, пока Евгений всё это видел и первую минуту недоумевал от чего он это сделал.

Через пять минут, Иван возвращается с кухни, где говорит ему, как папа пожелал ему здоровья и что бы он поскорее поправился. Услышав это, он капельку засомневался в достоверности данного изречения, но с другой стороны он услышал всё то что хотел, а потому успокоившись, он стал обдумывать все сказанные отцом слова, аж до того момента, пока он наконец не заснул.

Эти слова оставили глубокий отпечаток в сознании нашего героя. Он понимал, что ещё легко отделался, но даже этим безответственным и глупым поступком, он сумел разочаровать своего отца, когда они так на него надеются. А потому, перед сном он дал себе обещание: “Больше никогда их не разочаровывать, и дарить им только самые лучшие новости”. С этими мыслями, он откинулся на боковую и был готов встречать следующий день с мыслями о том: “Что же меня завтра будет ожидать?”.

Все последующие пять дней он усердно лечился и подходил на поправку. На протяжении всех этих дней, он наверняка ещё никогда не испытывал такого прилива заботы и внимания, пока за ним ухаживал его дядя. Чуть ли не каждые пять – десять минут, он заходил в зал, дабы спросить всё ли с ним хорошо и как он себя чувствует. Хоть он и постоянно отвечал: “Всё хорошо”, ему было всё равно приятно, что о нём волнуются и уделяют внимание. По вечерам, в тихой и уютной обстановке, Женя просил Ивана почитать ему книжку, на странице которой он остановился, чему он естественно отказать не мог. А перед сном, Иван продолжал рассказывать свои весёлые истории из студенческой и не только жизни. В такие моменты, он как никогда чувствовал домашний комфорт и тепло собственного дома.

На третий день, вместо уроков немецкого, он на удивление для Ивана, даже просил хотя бы часик поговорить с ним на немецком языке, дабы его разговорные навыки совсем не зачахли за время проведённое дома. На пятый день, Женя чувствовал себя уже довольно бодро. Пропала температура, жар, головная боль и насморк. Этому и способствовала моральная поддержка со стороны матери, которая сама ровно в девять часов звонили сыну и спрашивала как обстоят дела со здоровьем.

На понедельник следующей недели, Иван уже ходил на работу, пока Евгений сам продолжал своё остаточное лечение, и даже смог убраться по дому согласно уборочному расписанию, затем читал, и после делал свои оздоровительные процедуры. А вечером, когда Иван приходил домой с работы, они устраивали небольшие прогулки вдоль ближайших улиц, и чувствовали себя вполне комфортно от всей этой рабочей суеты.

На следующий день пришёл врач, тот самый который давал диагноз Евгению ровно неделю назад. После осмотра, он заявил о полном выздоровлении, и разрешил вновь Евгению отправляться на работу и уроки, чему он был несомненно категорически рад.

Вернувшись к работе, он был несомненно рад вновь увидеть столь приятную площадку, которая довольно сильно изменилась за всё то время, пока он дома боролся со своим неприятным заболеванием. Уже полностью была постелена дорожка для ходьбы, везде были расставлены лавочки и вдалеке виднелась первая детская площадка.

“За этот месяц мы конечно далеко продвинулись, но останавливаться пока рано. У нас ещё остались объекты, до которых руки ещё не дошли, а потому я рад, что ты вернулся, и поможешь нам быстрее завершить работу” – произнёс его начальник, после чего отвёл Женю на место работы и приступили они все к заготовке места для второй детской площадки. Весь день был плодотворным и трудоёмким, что аж в конце дня у него вновь болели руки и ноги, но Евгению после ленивого недельного отдыха это даже понравилось.

Плодовитостью и трудоёмкостью также отличился и сегодняшний, почти завершающий урок немецкого языка, на котором, преподаватель подготавливал его к будущему языковому экзамену, а также поступлению в до университетский колледж, рассказывала как там всё будет происходить, какие предметы будет в зависимости от выбранной специальности, и как в общем будут проводится уроки. Крайне много информации нужно было запомнить в такой крайне маленький промежуток времени. Из-за болезни, наступал непростой период в жизни Евгения, вызов который, он был готов принят с гордо-поднятой головой.

Весь последующий вечер он готовится к приближающемуся тесту. Смотрит пройденный материал, повторяет его, практикует диалог со своим дядей. Он сидел чуть ли не до одиннадцати часов вечера, внушая себе то, что у него есть всего одна попытка на всех этапах поступления, и при самой, даже мелкой неудаче, он вернётся обратно на родину в Россию, тем самым, так сильно подвёв своих родителей и других родственников, которые так сильно на него надеются. Видя всё это, Иван говорил ему: “Всё будет нормально. Тебе ведь сам учитель говорил, что уже с самого первого дня мог бы сдать этот экзамен. Что ты так переживаешь?”

“Не, я должен к нему подготовится как можно лучше, что бы в тесте не допустить ни единой ошибки, и что бы всё было идеально” – уже пароноедально внушал себе Женя, сидя и проговаривая в слух каждое предложение. Так он сидел вплоть до одиннадцати часов вечера, лишь единожды отвлёкшись на звонок родственникам.

Следующий день в первое время не выделялся весьма особенностью. Хотя он прекрасно понимал, что именно сегодня должен был состоятся его последний урок немецкого языка, после которого последует сдача экзамена и последующее поступление в колледж.

Рабочий день казался ему весьма обыденным. В первой половине дня они достроили вторую детскую площадку, а после обеда отправились на площадь, где будет стоять сцена, делали замеры и подготавливали почву, усердно работая, гребя землю лопатой. По благополучному пришествию на урок немецкого, всё также по началу было как обычно без ярких моментов. Первый час поговорили о насущем языковом экзамене, а другой час обсуждали всякие разные темы. И за десять минут до конца самого последнего урока, учитель задаёт ему один вопрос: “Помню, ты как-то на первом уроке говорил мне, что тебя отправили родители Германию, заниматься языком, поступать, учиться, что бы ты так сказать, помогал им в будущем. Но, если бы у тебя не было мотивации, ты бы сам не выучил язык, каких бы учителей тебе бы не преподносили. А потому, я задаю тебе последний вопрос, после которого мы завершим наш месячный курс.

Что именно тебя самого мотивировало учить язык, и со столь трепетным желанием ехать именно в эту страну?” – спросил учитель с полной заинтересованностью в глазах.

“Город” – спокойно, быстро и чётко отвечает Евгений. “Я с самого детства пересмотрел множество видео, фильмов, онлайн-экскурсий по Гамбургу, и о величии Германии в целом, что по моему с пяти или шести лет, я хотел приехать именно в этот город, дабы увидеть и насладиться им в полной степени, не через экран ноутбука.”

“И как, насладился по приезду?” – спрашивает учитель, перебивая его.

“Да, в полной степени. За только одну, первую неделю в городе, я испытал куда больше чувств и эмоций, чем за все восемнадцать лет жизни с родителями в России.”

“И я так понимаю, ты остался полностью доволен от города и своих ожиданий?”

“Определённо” – с воодушевлением говорит Женя. “Малоэтажная застройка, ровная брущатка, прямые автомобильные дороги и ухоженные дома с площадками на них, но…”. После этого, Евгений молчит пять секунд, после чего продолжает: “Но, мне рисовали картину города, как место идеальное для жизни. Как тут хорошо и все люди живут счастливо. Но всё больше гуляя по городу, я замечал его довольно серьёзные изъяны” – уже с некой грустью говорил Женя.

“Отсутствие чувства безопасности при ночных прогулках. Как сейчас вспомню, как мы один раз шли с дядей домой, а на нас напёрлись двое, не совсем так сказать подходящих под определение “европейцев” людей, и стали просить приобрести их товар. Как я тогда испугался, это просто ужас. Но к счастью, мой дядя уверенно дал им отпор, и с того момента, никто к счастью ко мне более не лез. Но всё равно когда я иду домой после уроков, чувство тревоги и опаски, не перестаёт меня покидать.

Дальше идут магазины. Они хорошие, но почему так рано закрываются?” – с возмущением спросил Женя. “Даже у меня в стране, практически все магазины имеют круглосуточное расписание, где я даже придя в два часа ночи, смогу купить всё необходимое”.

“Ну а также к проблеме могу отнести и вандалов. Те вандалы, которые своими баллончиками разукрашивают все стены, порой настолько красивых и великолепных домов”.

“Да, эти проблемы есть” – спокойным тоном сказал учитель.

“Надеюсь, на этом примере ты понял, что на нашей планете не существует ни одной идеальной страны, ни целиком идеального города. Излишнее идеализирование чего-либо, крайне неправильный шаг. Ведь у каждого, даже на первый взгляд, самого идеального места есть свои проблемы. А если ты изо всех сил будешь верить в совершенство того или иного города, страны или чего угодно, то при встрече с ним, крайне высок шанс разочароваться и потерять к нему всякий интерес”

“Я понял” – даже с каким-то расстроенным тоном сказал Женя.

“Чтож” – произнёс учитель, будто собираясь сказать что-то ужасное.

“Меня об этом всячески твои родители просили не говорить, но раз уж ты собираешься остаться тут жить, то рано или поздно всё равно с ним столкнёшься, а потому, готов ли ты услышать про остальные проблемы Гамбурга и всей страны в целом?”

“Ну, ладно, давайте” – с грустным тоном ответил Женя. “Раз я всё равно с ними встречусь, тогда что бы мне не узнать обо всём заранее” – произнёс он тогда в слух для учителя.

После этих слов, неожиданно для Евгения, она встала и закрыла входную дверь, раньше которая была открытая, дабы в кабинете не было через чур душно. Затем, ещё более неожиданно садится к нему рядом за парту и начинает тихо говорить:

“В Германии, как ты и сам наверное знаешь, очень много достойных и привлекательных плюсов. Стабильная экономика, качественное образование, медицина, дороги, еда, чистая экология, сама по себе страна является четвёртой в списке сильнейших экономик планеты, потому в неё и стекается столько людей чуть ли не со всей Европы. Но и у этой как ты говорил, “идеальной страны” есть свои проблемы и недостатки, некоторые из которых, только и могут, что поражать своей критичностью.

Первая и самая такая заметная проблема, как ты об этом сам и говорил так это именно мигранты. До пятнадцатого года, конечно, был небольшой приток, но было это совсем незаметно и то, во что это всё обойдётся, даже никто не думал. Затяжные военные конфликты на ближнем востоке и перенаселение многих африканских республик, заставили многих иммигрировать в Европу якобы спасаясь от войны, хотя на самом деле, уже просто от ужасного уровня жизни.

Большая, часть из ныне живущих немцев, отказывается их принимать как часть общества, в следствии чего, создаются для них отдельные зоны проживания, где они зачастую всячески не соблюдают законы, где они создают собственные религиозные общины, и где им всячески помогают оплачивая квартиру, мебель, предметы обихода, отопление а также дают чистыми деньгами около четырёх ста евро ежемесячно. Казалось бы совсем не много, для Германии уж так и подавно, но учитывая всё то, что государство всё необходимое уже оплачивает, то эти четыреста евро сразу заиграют новыми красками. А откуда идут все эти деньги? Правильно, из кармана честных и верных налогоплательщиков, которых государство в последнее года обдирает до нитки, оставляя на проживание по сравнению со средней зарплатой, совсем уж скудные денежные размеры. А кто это делает? Наша толерантная и спешащая всем на помощь верхушка власти, которая всеми своими законами всячески легитимируют всё то, какой ужас у нас в стране происходит. И почему так происходит? Да потому что видите ли Европа исповедует принципы толерантности, помощи и свободы, только этой свободой тут так и не пахнет.

Из рассказов моего деда, который проживал в Мюнхене, в те далёкие времена, семидесятые, средина восьмидесятых годов и раньше, это…, было совсем другое время. Была наука, культура, искусство, цивилизация, и просто красота. И вот, уже к концу восьмидесятых, начало девяностых годов, всякие левые идеи уже стали поражать, тогда ещё здоровый и чистый организм Европы. Но я это видела только в конце восьмидесятых годов, когда собственно мы и переехали в Гамбург. Также как и сейчас, это были лишь жалкие отбросы общества, которые якобы сражаясь за великую идею, просто хотели сами заработать ничего не хотя делать и ничего не умея. И поверь мне, если, по какому-то невиданному чуду, у них появляются деньги, то все их ярые порывы в построении равенства зачастую куда-то сами по себе улетучиваются. Ну не лицемеры ли они в таком случае?

Но, к большому сожалению, на них никто тогда не обратил внимания. Кроме моего отца, который был доктором исторических наук, и который сразу увидел в них угрозу, болезнь, и чуму. Он ещё тогда предсказывал, что если не пресечь их на корню, то со временем, их количество со временем будет только расти, так как все эти лёгкие популистские идеи, в купе с прошедшей безбедной жизнью, будут вместе образовывать союз, благодаря которым, число последователей социалистических идей будет только расти. Также он утверждал, что из-за истории самой европейской нации, то есть апартеиды, рабство, колониальное прошлое, европейцы будут чувствовать стыд и вину за своё столь не толерантное прошлое. И он ещё тогда оказался прав. Он объяснил нас с матерью про все минусы и опасности этого движения, с историческими фактами, справками, документами, благодаря чему у маня с мамой появился как он говорил “иммунитет” от этой ужасной заразы.

Как бы это не было печально, его тогда услышали только мы. Он старался эти идеи публично освещать, публиковать, но его тогда никто не слушал, называя это чрезмерным преувеличением. И к чему всё это привело мы можем видеть сегодня. Вот если бы тогда, в 60-ых годах в Европе и США не появились первые группы “новых левых”, которые боролись против социального неравенства, “общества потребления”, и бездарности массовой культуры, всего того, что происходит за окном, возможно никогда бы не было. Вот если бы тогда, их пресекли на корню, то они бы не выросли, не добрались до власти, и не устраивали бы весь тот беспредел, творящийся сегодня в Европе.

И ты наверняка думаешь: “Почему я закрыла двери и говорю с тобой шёпотом?”. Да потому что если ты хоть слово скажешь против главенствующих партий, их взглядов, политики и мнений, в сторону более угодных индивидуумов, то тебя моментально лишат работы!”

Произнесла с экспрессией учитель, даже после этого немного отдышавшись, но после продолжив.

“Ты наверняка слышал выражение: “История циклична”.

“От чего пала Римская империя? Верно от варваров. Это многократно доказанная и неоспоримая истина. Невероятная степень цивилизации, сытость народа, всё это приводит к тому, что начинает сносить голову. Варваров пропустили в сенат, другие прослойки общества, и к чему всё это привело? Пало одно из величайших в мире государств подаривших миру историю, право, искусство, письменность, архитектуру, организованное военное дело и ещё много другого. Но это всё умерло. И надлежащая ситуация в Европе и в особенности в Германии, являются шикарным основанием для повторения римского сценария.

Ты не задумывался: “А почему же в Восточной Европе, нет такого количества “беженцев””?. Единственная и основная причина, по которой это происходит, так-как восточная часть является куда менее богатой и развитой по сравнению с их западными соседями. Им бы просто на просто не давали бы такое количество пособий, такое количество услуг, и такое количество привилегии. Им либо приходилось оставаться и там работать, или же, искать новое место для проживания. И так как они обыкновенные, примитивные создания, которые даже наверняка и в школу не ходили, а потому не имеющие образования, то конечно, они выбрали не первый вариант.

Десятилетия безбедной жизни в сытости, тепле, достатке и культуре, привели западную цивилизацию к альтруиским настроениям с желанием всем сочувствовать и помогать.

И к чему это в итоге привело? Они массово стали переселяться в западные Европейские страны, после чего последовала серия терактов, убийств, продажи наркотиков, нападений, грабежей, которые были устроены существами, якобы спасаясь от войны. Смотрю на восточных соседей и задумываюсь: Да, может “социалистический укол” и загнал их в экономическую яму, поле тотальной цензуры и временами катастрофический дефицит базовых средств существования, но может и это всё, привило им любовь к своей родине, к своей земле, своей культуре. А ведь именно культурный аспект в данном случае играет непосредственную роль. На протяжении всей жизни, это были выходцы воспитанные в строго-консервативной, строго-религиозной модели поведения, которая не способна к ассимиляции на чужой земле. В следствии чего, и происходит столкновение культур, последствия которые мы можем видеть в новостях в минутке “экстренных новостей”. И нет бы, видя как убивают твоих же граждан, образуя опасные районы и грабя местное население, хоть как-то остановить этот поток миграции, так нет же.

Нет, ты не подумай. Сама миграция, это благо. Благо, когда она контролируемая, и будет существовать чётко выверенная программа интеграции. А не как здесь, просто расселили в определённые зоны, создавая опасные районы, и спонсируя лодырей деньгами за счёт тех, кто упорно и долго работал. Вот ты приехал сюда, выучив язык, ты будешь учиться, работать и помогать обществу своими знаниями и способностями. Это я поддерживая и одобряю. Ведь это и есть свойство умного человека, стремиться к большим перспективам. Но в этом случае, надо признать – план правительства по интеграции беженцев провалился. Они надеялись прибавить приток рабочей силы, но НЕТ. Так как единственным чем они занимаются, так это грабежи, разборы, теракты и продажа наркотиков. И никакой рабочей силой, тут и не пахнет.

В следующем году по статистике, прибыло ещё больше нелегалов, и только после 16-ого года, численность прибывающих стала идти на спад. Но тенденция всё равно остаётся катастрофической. Ведь они толпами запускают врагов. Врагов европейской цивилизации, врагов европейского общества, врагов европейской культуры.

И если это не остановиться, к чему это всё приведёт? К ещё большим убийствам? К ещё большим терактам? К ещё большему страху? Или всё это развернётся в полномасштабной войне?”

После этого монолога, учитель аж немного отдышался и протёр лоб платком. Но после продолжила, пока Евгений сидел и слушал с удивлённым и вовлечённым лицом?

“А такие “истинно” верные взгляды у правительства не только на мигрантов, а также, на всякие левые и крайне левые взгляды. Вот ты, возможно видел в новостях парады, так сказать, радужного оттенка. И даже слова против них ты не имеешь сказать. Так как я повторюсь, у тебя просто на просто отнимут работу. А потому то, и об этом и никто публично не говорит. Ты можешь говорить своё слово протеста, только против тех, против кого выступает наше правительство. А если ты будешь нейтрален ко всем этим идеям “равенства” и “свободы”, то ты также будешь считаться враждебным. И при любом подозрении на хоть малейший протест, чревато печальными последствиями. А поэтому, когда говорят, что Германия это свободная страна, то знай, что они категорически неправы. Она свободна ровно до тех пор, пока ты будешь следовать всем догматам партии”.

Прослушав это, Евгений тут же вспоминает его первую прогулку с дядей по городу. И тот момент, когда по подъёму домой после стычки с варварами, при разговоре с дядей по вопросу только что прошедшей ситуации, он говорил встревоженно, нервозно, и даже с какой-то степенью, долью страха. И теперь, он понимает почему.

“Вторая проблема страны, это собственно цены на жильё и высокие налоги. По второму пункту, думаю, мы сами понимаем куда они идут. И нет, не только кормление безработных лиц, но и действительно на нужные для города вещи. Дороги, образование бесплатное между прочим, образование, сам внешний вид городов, всё это обустраивается, не без нашей помощи. И приятно знать, что хотя бы часть этих налогов, идёт на пользу нашей стране.

А по первому собираюсь дать совет. Если ты собираешься жить одному как студенту или в будущем как одному человеку, то если хочешь брать квартиру в аренду, то бери однокомнатную квартиру в месяц с расчётом до шести ста евро, плюс коммунальные услуги. Но а если так сказать, карман не бедствует, то можешь снять двух или даже трёх комнатную квартиру, уже с расчётом до тысячи евро.

А если же ты в будущем планируешь покупать свою собственное жилище, то пожалуйста соизволь потратить минимум полмиллиона евро за благоустроенную квартиру в новостройке и что немало важно, в прилежном районе. Да, я соглашусь, цена мягко говоря, достаточно не маленькая, и этому способствую несколько причин:

1) Чтобы в районе не было “интеллигентных” представителей нового общества. И чтобы прямо у твоего подъезда не торговали не пойми чем.

2) Приход рабочих рабочих, также пошатнули цены на недвижимость.

3) Ну и третье, компании в последние годы начали скупать всю недвижимость, из этого следует, что для обычных граждан создаётся дефицит и в последствии этого, цену собственно и растут.

Но я тебе скажу больше. Около 70-ти процентов людей до конца жизни только и снимают квартиру. И дело не в том что они бедные и плохо получают. Просто многие считают, что так удобней. Так как можно сохранить капитал на семью и собственные удовольствия. А потому ещё раз говорю, когда в первое время будешь снимать квартиру, то бери с расчётом до шестиста-семиста евро. Это будет хорошая однокомнатная квартира со всеми удобствами, при условии если будешь жить один. Хотя не пойму кто будет жить в двух, или тем более трёхкомнатной квартире совершенно один, просто пустая трата денег за лишне метры получается”

Может он и продолжал делать вид, что он также внимательно слушает, но на самом деле, он глубоко ушёл после этих слов в свои мысли, задаваясь вопросом: “Раз дядя Ваня живёт один, тогда зачем он снимает трёхкомнатную квартиру, где живёт только он один? Неужели этот факт никак не бьёт по его кошельку, а в его голове не приходили мысли о смене жилья?” – задумчиво спрашивал он у себя.

Складывая весь этот вопрос в голове, ему невольно приходили другие недосказанности дяди по поводу тех людей с фотографии и продолжении истории с университета, словно он намеренно утаивал от него всю надлежащую правду.

“Всё” – уверенно произнёс Евгений про себя. У него было слишком много вопросов, а потому вечером, он наконец решится начать столь важный и чуть ли не даже, судьбоносный диалог, от которого он потребует Ивана, ответов на множество важных вопросов. Но пока ему придётся дослушать этот длинный, но полезный монолог от своего преподавателя.

“Ну и последняя такая, критичная проблема, это бы я сказала, наше подрастающее поколение, в котором я всё также считаю виновато, наше правительство” – она стала говорить так, словно это проблема была для неё особенно печальная. А потому, уже без экспрессии, и даже с какой-то долей грусти, он начала говорить о последней весомой проблеме.

“Почему я так считаю? Нет, это не в коем случае не банальная ненависть к молодёжи на фоне моего поколения. Это всё здравый анализ бытности, бытности простого гражданина, которыми мы с тобой и являемся.

Да дело в том, что я думаю, что знакомить ребёнка со всеми видами рас и разновидностями так сказать, любовных интересов, это не совсем то, что необходимо ребёнку в возрасте шести лет. Назначение гормональной терапии, вместо таблицы умножения и гендерное самоопределение, вместо правил по правописанию, вот чему учат современных детей, вместо действительно правильных вещей.

Я сама как ты наверное понимаешь, человек старой, я бы даже сказала, пролетарской закалки. Во время наших разговоров, я как-то рассказывала, что сама родом из Берлина, причём восточного. А ты должно быть знаешь, под каким государством находилась эта часть Германии лет 50 назад. Но даже тогда, когда людям в открытую говорили в какую верить идеологию, со школы выходили образованные и грамотные ученики.

И всё это навязывание в наше время, якобы либеральных, даже в какой-то степени, социалистических ценностей, коснулись и…, моего сына.

Мы с мужем были целый день на работе, а потому, в основном его воспитанием занималась школа. И раз ты сам упомянул о проблеме с граффитистами, то я то и заметила его совершенно случая проезжая мимо, что он раскрашивает стены зданий, окутывая их “красными” лозунгами, рисуя портреты Маркса и Энгельса, попутно держа в зубах какой-то непонятный дымящийся свёрток. Когда я это увидела, то была совершенно поражена, так как он мне сам говорил, что просто пойдёт поиграть в футбол со школьными товарищами. Естественно, злостно подойдя к нему, я заставила его выбросить тот свёрток, немедленно сесть в машину и уехать домой, пока вечером нас ожидал серьёзный разговор.

“Вы не понимаете!!!” – чуть ли не кричал он нам тем вечером.

Как бы мы не старались объяснять, говорить и упрашивать, всё это оказывалось бесполезным. Тогда мы обратились к школьному психологу, и первого приёма, тот нам заявил:

“Всё это юношеское проявление тяги к высшим социалистическим идеалом, вероятнее всего вызвано недопониманием этого мира, его правил и устоев. Этот, юношеский красный порыв ко всеобщему равенству, случай совершенно не уникальный и вполне обыденный для его поколения. Но курс я знаю замечательное лекарство от этой, как вы говорите проблемы. Время. Вот какой курс лечения я прописываю вашему ребёнку. В его возрасте, действительно, почитав все эти исторические заголовки, где все люди в стране живут счастливо и хорошо, все эти крайне простые для человека вещи, очень легко ложатся на неокрепший и слабо понимающий ум ребёнка. А потому, пускай пройдёт время. Он повзрослеет, прочувствует жизнь так сказать, и со временем, все эти “красные” взгляды исчезнут, словно ничего и не было.” – сказал психолог, после чего мы стали ждать.

Естественно, с того момента контроля стало куда больше. Мы сами привозили его в школу и сами старались забирать. Еженедельно был осмотр личных вещей, дабы не нашлось никаких баллончиков, а не то ли чего похуже. Старались с того момента проверять всё то что он делает, читает и смотрит. А при малейшем подозрении в хотя бы малейших социалистических наклонностях, мы проводили с ним очень долгие и основательные профилактические беседы.

Так прошло два года. И со временем, ситуация к сожалению только обострилась. Когда ему было семнадцать лет, ну то есть почти что как и тебе, мы не смогли забрать его со школы, потому как у меня был урок, а у отца срочное совещание. Я ему позвонила, сказала, что бы он шёл домой сам, там на самом деле минут 15 ходьбы, и он ответил: “хорошо, я приду”. Думали, он придёт быстро и точно во время, как-никак два года наблюдений всё же не должны пройти зря, но всё оказалось плачевно.

На звонки он не отвечал, учителя также говорили, что он ушёл и более его не видели, звонили на телефон одного из его приятелей, всё было бесполезно. Мы баялись, волновались и надеялись, что всё с ним будет хорошо. А теперь угадай, во сколько он в тот день пришёл домой? В час ночи. В час ночи! Именно в час ночи, он пришёл в стельку перебравший всяких алкогольных напитков, пока от его рта и его самого пахло не пойми чем, а на одежде был символ борьбы с капитализмом.

Естественно, после такого наше терпение лопнуло. В результате очень громкого спора. Где чуть ли дело не доходило до драки, мой муж сказал следующее: “Раз уж ты считаешь себя приверженцем таких взглядов, то уходи и не смей пользоваться плодами грязных и консервативных по твоему мнению капиталистов. Уходи, и более не возвращайся.” – угрожающе тогда сказал его отец. После этого, не сказав ни слова, он пошёл в свою комнату, выйдя из неё о своей поношенной кофтой, которую он хранил как утверждал, из приятных воспоминаний, после уйдя, громко хлопнув за собой дверь.

Естественно мы потом ругались по этому поводу, я обвиняла его в излишней жестокости, хотя он утверждал, что это будет ему хорошим жизненным уроком. В итоге, в тот вечер, после того как он ушёл, мы после ссоры так и не пришли к соглашению, и опечаленные, злые, мы ложились спать после столь непростого вечера.

На следующий день, я естественно попыталась найти своего сына. В школу он после этого перестал ходить, на звонки он не отвечает, мне с отцом также не звонил, в общем, он был полностью от нас отрезан.

Я опрашивала всех его друзей, всех учителей и других хоть маломальских знакомых. И посредством всех опрошенных людей, я узнала, что в тот вечер, он находился в так называемых “сквотах”. Ты наверное не знаешь, но это пустующий дом в котором уже долгое время никто не живёт, а потому в него нелегально вселяются всякие анархисты, современные марксисты, идейные художники, борцы за свободу и другие им подобным. Как к сожалению оказалось после, из всех его друзей, именно он был самым ярым и сильным приверженцем “красных” идей. И только он ходил по всем этим сквотам, только он из его друзей, и никто более.

Но мне ничего не оставалось делать, кроме как пойти туда и попытаться найти его в этом самом месте.

Приближаясь к нему, мне на глаза попалось абсолютно страшное, изрисованное в граффити здание, на которое без страха и не взглянешь.

Войдя в него, прямо возле входа лежал непонятно накаченный какими препаратами бродяга, сразу на первом этаже меня ударил резкий запах какого-то перегара, а на стенках весела плесень и потёки.

Обойдя все пять этажей этого здания, заглядывая во все приоткрытые комнаты этого здания, я так и не встретила своего сына, ни на одном из этажей, ни в одном из комнат. И поэтому, как бы мне этого не хотелось, но я была вынуждена хотя бы спросить одного из постоянных жильцов этого заведения, чтобы узнать где он наверняка мог бы находиться. Конечно, не желая нарваться на неприятности, я пыталась найти более менее спокойного человека, который наверняка не станет проявлять агрессии при задавании вопроса.

К счастью, одного такого я вроде бы заметила. Он сидел на подоконнике третьего этажа, глядя в окно, куря длинный свёрток с непонятным мне содержимым внутри. С лёгким волнением подойдя к нему, спокойным голосом, я задала ему вопрос: “Здравствуйте. Я ищу одного человека. Его зовут Томас. Вот его фотография, а я его мама. Он вчера был здесь, но после этого дома он не проявлялся. Может, он вам не говорил, куда мог бы пойти?”

Втянув тот свёрток поглубже и выдохнув сгусток едкого дыма, он медленно повернул на меня голову, и на удивление, сказал довольно ясным и спокойным голосом:

“Да. Может я знаю где он, может и нет. Хотя, вы вполне можете внести ясность в мою голову” – проговаривает он, и тянет мне пустую руку и вновь проворачивает голову обратно к окну.

Поняв, что он хочет денег, я положила ему на руку десять евро. В ответ на это, он своими пальцами пару раз подтянул к себе, дав мне ясно понять то, что ему этого категорически недостаточно. Тогда я положила ещё одну купюру, зачем ещё, и ещё, в общей сумме положив ему на руку около двух ста пятидесяти евро, но вот только он всё не поворачивался.

“Это все деньги, которые у меня есть” – в отчаянии ответила я ему.

Но он же, продолжая сидеть повёрнутой в окно головою ответил мне, всё тем же спокойным голосом: “Я заметил у вас хорошие серёжки, думаю, они то уж точно внесут мне ясность в память”.

Простояв так из последних сил секунд 10, я так уж и быть, отдала ему эти треклятые серьги, которые мой муж подарил мне на десятилетие годовщины нашей свадьбы.

Ощутив их вес на своей руке, он кладёт серёжки вместе с деньгами в левый карман, после чего поворачивает ко мне голову и говорит: “Да. Он вчера здесь был. Пришёл он сюда абсолютно уставший, с явно нехорошим настроением. Всосав в себя одну другую бутылочку пива, он на полном серьёзе громким тоном заявлял: “Всё, хватит. Они никогда меня не понимали, а потому, когда я ушёл, и назад дороги больше нет, меня здесь более ничего не сдерживает.

Они слишком стары. Они слишком глупы. Всю жизнь сидя в своих удобных и тёплых офисных креслах, пока люди по всему миру голодают и страдают от рук угнетателей. Маркс был прав, и наконец, настало время, когда мы уже можем построить мир, где все живут в мире и согласии друг с другом. Мир, где нет угнетателей и угнетённых. В мире, где все наконец смогут жить счастливо. Они этого не понимают. Но я всё должен исправить” – заявлял он прям таки с огненными глазами.

“Взяв деньги, которые я копил в своей кофте, я наконец смогу отправить туда, где я смогу быть полезен. Туда, где я смогу быть нужен.” – но вот только туда, он так и не сказал. А лишь попрощавшись, наперевес со своей кофтой, отправился в неизвестном направлении”

“Этого не может быть!!! Куда, скажите мне, куда он отправился!”

Говорю абсолютно честно, я не знаю. До двухгодичного перерыва, он никому особо не рассказывал о своих планах. Убеждая нас в том, что это исключительно его дорога. После этого, он не появлялся, не приходил и не звонил. И нам лишь только остаётся гадать, куда он пошёл и куда держит свой путь.”

“На этом всё. Всё что я мог вам рассказать о нём”

“Прям вообще ничего? Ну может, хотя бы маленькая зацепка куда бы он мог направиться?”

“Нет. Вообще, и некуда”

После этого, я поблагодарила его за разъяснение, и вышла на улицу со слезами боли и горечи на глазах. В тот момент, в голове крутился лишь один вопрос: “Как я его до такого довела?”. Ведь он с самого рождения был казалось бы таким послушным и умным мальчиком, который даже в шутку побоится взять сигарету в руки. Но и тогда я поняла, что довела его до такой жизни вся эта мусорная идеология, которая в последние лет пять льётся изо всех щелей прямо на улице. А мы, вместо того что бы ему всё объяснить и помочь, только отбирали у него свободу и заставляли делать то, чего хотим именно мы”

Мы оставили заявление в полиции по пропаже ребёнка. Но сколько бы мы не ждали и самостоятельно не пытались искать, никаких следов мы так и не нашли.

И весь этот год, мы с мужем не знали, куда себя деть. Ежедневно, не видя его лежащего в кровати своей комнаты, и помня каждое слово которое мы ему высказали в тот вечер, мы не первое время не могли толком уснуть в нашей казалось бы тёплой и уютной постели. И от этого незнания, от этих вопросов: “Куда он пошёл? Где он может сейчас быть? Всё ли с ним в порядке? Я…, я не знаю до сих пор” – говорила она уже со слезинками на глазах. “И эти мысли, меня пугают. Это незнание, убивает. Порой, даже приходит на ум то, что он… уже мог…” – оборвал учитель свой монолог на данном слове, изо всех сил стараясь не показывать слёзы. Но это у неё, всё никак не получалось.

Протерев щёки платком и глубоко выдохнув после небольшой паузы, она уже уверенным и серьёзным голосом, говорит Жене последнюю мысль, которую она хотела донести:

“А сейчас, слушай меня и вчитывайся в мои слова крайне внимательно: Даже не пытайся втягиваться во всё это якобы народное и дружелюбное движение за права людей во всём мире. Это всё обман и иллюзия, которые ничему к хорошему не приведут. Они сами только и делают, что только говорят и яростно кричат, но ничего для этого не предпринимая. Потому как сами не видели проблем в своей жизни.

Вся эта молодёжь, которая кричит: “Стоп угнетение” или “За борьбу простив социального неравенства”, они просто зажралась. Не было ни холода, ни голода, не проблем. И естественно, когда у тебя всё хорошо, ты пытаешься помочь другим. Но так как это, всё ещё даже не образованные дети, которые и на работу нормальную толком не устроятся, то им и остаётся, что только кричать, клеить листовки на улицах, да граффити на стене рисовать. А самое страшное то, что они ещё всячески стараются легитимировать весь тот беспредел, которые происходят по всей западной Европе. Бандитизм, граффити с “красным” посылом, массовое переселение беженцев, которые только и делают, что убивают население, да торгуя не пойми чем. Всё это они делают потому, как жизни плохой не видели, и не жили в той разрухе, где ранее проживали те людишки, про права и привилегии которых они так яростно кричат.

Казалось бы, какой ужас твориться в последние время. Уже все всё видят и все всё знают, но говорить публично люди боятся, так-как их просто на просто лишат работы, пустив всю жизнь под откос. И если это происходит, значит правительства всех западно-Европейских стран, поддерживают это и всячески этому помогают, закрывая рот работающим, образованным гражданам! А из этого можно понять, что работая сообща и абсолютно организованно, все эти ультра-популистские идеи и убеждения, приводящие к беспределу и беспорядку в стране, рано или поздно разрушат всю нашу Европейскую культуру и цивилизацию, которую умные и талантливые люди воссоздавали на протяжении многих веков”! – сказал учитель, после чего капельку отдышавшись, продолжает:

Не ведись на пропаганду со стороны власти, не вступай не в какие сомнительные организации, которые обещают золотые горы и оставайся интеллигентным гражданином. Я вижу в тебе потенциал большого человека. Не сбивайся с верного пути. Поступи в колледж, затем отучись в университете, найди работу, и хорошо трудись. Поверь, если ты станешь обученным и правильно-мыслящим специалистом, в наше время за тебя будут драться компании, словно за последний кусок хлеба на земле. А потому не сбивайся с пути, и думай своей головой”.

После слов которых, она встала со стула, открыла дверь и села за свой столик, продолжая протирать очки и переводить дух.

Евгений на это, опустил голову и хорошенько задумался над последними словами. Но чуть только он стал размышлять над услышанным, преподаватель говорит ему уже своим нормальным голосом: “Ладно, это был последний урок. К экзамену по языку в кротчайшие сроки мы подготовились, и даже на прощание поговорили. Вот как время то быстро прошло. Тебе, наверное уже пора домой. Только, ничего не бойся” – в шутливой форме сказала напоследок она.

“Я понял” – задумчивым голосом сказал Женя.

“Тогда, пока. Ты наверняка навсегда останешься моим самым удивительным учеником”

“До свидания” – с улыбкой на лице сказал Женя, но как он собрался уходить, то сказал напоследок: “Только, не теряйте надежды. Не бросайте попыток найти и поговорить с ним, он знает, что вы его любите, просто пока ещё этого не понял.”

“Хорошо” – спокойно и с улыбкой она ответила. И после заключительного прощания, Евгений наконец, ушел с его самого последнего урока по курсу немецкого языка.

После выхода из здания, первым делом его голову мучали следующие мысли: “Ого. Неужели у такого на первый взгляд улыбчивого и приятного человека, может быть столько внутренних переживаний и настоящих проблем? А ведь я считал её самым спокойным и счастливым человеком на свете. Видать даже на первый взгляд у самых счастливых людей есть собственные проблемы, о которых они обычно не говорят” – думал про себя Евгений, пока шёл на остановку и не сел на автобус.

Во время поездки домой, он размышлял над той самой последней фразой из рассказа учителя: “Не сбивайся с пути, и думай своей головой?”, которая всё крутилась и крутилась у него в голове. Во время обдумывания этих слов, первая часть была ему понятно без всяких объяснений. Но вторая часть, заставила его задуматься над приоритетами о том, что есть для него своя голова. Всю жизнь ему говорили, что именно и как делать, а любые попытки инакомыслия и действия по собственной инициативе, моментально воспринимались родителями в штыки и последующими наказаниями за совершённые проступки. И в тех немногочисленных ярких моментах, где он испытывал искренне удовольствие не с разрешением родителей, так это было написание своих собственных произведений. Но его и этой участи лишили начисто, сделав из него вновь послушного и понятливого ребёнка, который не имея собственного мнения, должен был следовать исключительно воли своих родителей, в особенности, своего отца. Внушая ему то, что он хочет именно того, чего хотят сами родители.

“Нет, нет, нет, нет и нет. Я, я должен, нет, я хочу поступить на врача” – говорил тихо про себя Женя, искренне убеждая себя в том, что он хочет именно этого. “А значит, у меня есть своя голова на плечах, и я иду по правильному пути” – тихо проговаривал он про себя на протяжении всего пути.

И третей заключительной мыслю, которая осталась в его голове, так это: “Почему дяде, проживая совершенно одному, необходимо платить наверняка столько денег, буквально за совершенно ненужные ему комнаты?” – задавался таким вопросом Евгений, всячески пытаясь найти ответ. Пока он шёл, естественно в его голову лезли мысли о тех самых фотографиях, книжках и людях которые на них изображены. А потому, имея в своём багажнике столько вопросов без данных на них ответы, он всячески размышлял о том, что пришло время, наконец таки узнать о Иване, всю надлежащую правду, и раскрыться Евгению в полноценной степени.

По пришествии домой, было уже как обычно на часах уже стояло девять часов вечера. Первым делом как он зашёл ему на встречу, совершенно спокойно вышел Иван, который сразу начал задавать вопросы по тому: “Как прошёл последний урок?” и “Готов ли Евгений к завтрашнему тесту?”. Ответив: “нормально” пока он продолжит работать за своим компьютером. На всё ответив согласием, он, полною головой мыслей идёт мыть руки, после чего берётся за телефон, дабы позвонить родственникам в Россию.

На сей раз, он хотел как можно быстрее закончить данный разговор, что бы у него осталось побольше времени на переговоры по другим серьёзным вопросам. Ему повезло. И когда он позвонил домой, то трубку сняла его мама, которая была рада слышать своего сына, и пожелал ему удачи при написании завтрашнего теста. Он ответил, как всё понимает, а потому обещает не подвести, сделав всё по высшему разряду. А уже после того как они пообщались и мама собиралась бросить трубку, неожиданно, и к сожалению, к несчастью, телефон выхватил отец, который в свою очередь заявлял, что у него есть всего одна попытка, и он обязан выложиться на этом тесте на все сто процентов. “Я понимаю всю возложенную ответственность, а потому обещаю не подвести” – с неким чувством волнения произнёс Женя.

“Хорошо. Давай там, не подведи.” – спокойным голосом произнёс Виктор. “Ты ведь знаешь, как мы на тебя надеялся?” – задал он вопрос вдогонку.

В ту секунду, Евгений испытал резкий прилив злобы и ненависти, но сумев справиться со своими чувствами, он спокойным голосом отвечает: “Да, понимаю”. После фразы которой, они прощаются и Женя начинает уже звонить своим “старикам”.

Пока шёл гудок, он думал: “Может это знак? Может весь этот разговор с негативным настроением, является предостережением от неудачного разговора с дядей?” – думал про себя Женя. “Нет, наверное, сегодня не стану. Лучше послушаюсь знака с выше и отложу этот разговор на неопределённый срок” – размышлял он про себя.

Да вот только услышав радостный голос дедушки с бабушкой, его настроение словно ракета полетела вверх. Они не стали говорить ему о надежде, настаивать на том как это важно. Они просто ему пожелали удачи, и сказали, что уже за все проделанные успехи, они им непомерно гордятся.

Чувство радости охватывало нашего героя после того отличного звонка. А потому, передумав откладывать свой диалог, он направляется в кухню, что бы поужинать и обсудить конечный план своего “допроса”.

В тот день, он сидел и ел свою еду дольше обычного. Ведь всего на один укус тарелки, приходили десятки мыслей о том: “Как правильно составить вопрос? С какой интонацией лучше говорить? Какие варианты конечного исхода могут произойти и многое другое”. Ведь очевидно, что эта тема была для дяди крайне болезненной, а потому необходимо было подойти к ней максимально деликатно и тактично.

Просидев так за столом минут двадцать, он заметил, как на улице вновь пошёл лёгкий на первый взгляд дождик. Смотрит минутку в окно, потом всё же с некой тревожностью на душе, он встаёт из-за стола, моет посуду, и с очень нервозным и волнительным чувством, моет посуду, вытирает стол, и непонятно зачем, также начинает протирать и раковину, и шкафы и плиту. Хотел оттянуть время? Однозначно, ДА.

“Всё, ладно” – уверенным тоном заявляет про себя он. “Надо, надо надо надо надо идти, и…, спросить всё как есть” – говорил Женя стараясь сделать уверенный тон. Выпив стакан воды, сделав пару глубоких вдохов и выдохов, идёт на диван, видя справа от себя работающего за компьютером Ивана, садится на своё кресло и начинает искать подходящий момент для начала.

Сидя на диване ещё минут пять, делая вид отдыха после тяжёлого дня, вокруг себя он лишь замечал звук нажатия кнопок на клавиатуре, и стучащиеся в окне капли осеннего дождика, которые только нагнетали и без того напряжённую атмосферу дома. Перед собой, он видел своего дядю, который было видно, уже несколько часов сидит за компьютером и по глазам было понятно, как он за сегодня устал.

“Может в другой раз?” – спросил сам у себя Евгений в голове. “Нет. Сейчас или никогда” – уверенным тоном заявил он себе. А потому, сделав глубокий выдох, Евгений, с дрожащими руками, чувствуя некий холодок по спине, решается набраться смелости и начать этот судьбоносный диалог:

“Сегодня, ну, на последнем уроке, мы обсуждали недвижимость в Германии. И учитель мне заявил, как всё, что касается недвижимости здесь очень дорогое, как в плане покупки квартиры, так и в плане аренды.” – волнительным голосом произнёс Женя.

“Да. Есть такое.” – спокойным голосом ответил Иван, не отрывая глаз из-за компьютера и продолжая работать.

“А вот вы, уже купили эту квартиру, или снимаете её?”

“Я, снимаю” – также спокойным голосом заявил Иван.

“Ну, а, сколько вы за неё отдаёте в месяц?”

“А зачем тебе это знать?” – уже с заинтересованностью задал дядя вопрос в ответ.

“Ну, так. Я ведь буду в будущем здесь жить один, а потому мне хотя бы приблизительно необходимо знать цены на жильё”

“1000 евро” – заявил Иван совершенно спокойно, правда уже с таким тоном, словно он не хотел на него отвечать.

“И вы, всегда в ней жили один?”

“Да. До твоего приезда, я жил один” – ответил Иван, уже с тоном повышенного голоса. Но Евгения это не остановило.

“Понятно. А вот, получается, раз вы живёте в этой квартире только один, то вы не хотели бы жить где-нибудь в другом месте. По ближе к работе к примеру, и где бы пришлось платить за куда меньшую цену? Зачем вам ещё целых две ненужных комнаты?”

Чувствуя в тоне отчётливые нотки возмущения и недовольства он всё же в голос произносит: “Я здесь живу, потому как меня всё устраивает. И цена, и количество комнат, и место где находится. Я этому вполне доволен, потому как я люблю жить в большой квартире.” – ответил дядя уже злостным и нагнетающим тоном.

Чувствуя, что ситуация выходит из под контроля, Евгений было думал ответить согласием и прекратить разговор. Но: “Я обо всём спрошу именно сейчас, или никогда!” – заявил сам себе Женя, от части понимая, что ситуация может выйти из под контроля. А потому, не теряя самообладания, совершенно и отчётливо говорит:

“Тут да. Только вот у меня ещё остался вопрос, который у меня появился ещё с самого первого дня проживая у вас”. “Зачем вы храните в своём шкафу книги из под детской литературы?” – с Евгений с заинтересованностью спокойным голосом.

“ЭТО КАКОЙ-ТО ДОПРОС?” – с возмущением и в голос сказал Иван, уже отчётливо понимая, что Евгений пытается докопаться именно до той самой правды, уже чуть ли не крича отвечает: “РОДСТВЕННИК С ДЕТЬМИ ПРИЕЗЖАЛ, ВОТ И ЗАБЫЛИ!!!” – кричал Иван, уже чуть ли с дрожащими от усталости и злости руками.

Евгений ещё никогда не видел дядю таким раздражённым и злым, а также он отчётливо понимал, что он сейчас находиться на грани того, что бы окончательно вывести дядю из самого себя. Но не взирая на самый вероятный исход последнего вопроса, он подойдя на середину комнаты, задаёт последний, самый страшный и болезненный для Ивана вопрос: “Тогда, кто эти люди, которые изображены на фотографиях внутри книг?” – спросил Евгений, уже чуть ли готовясь к физической атаке.

В этот момент, у Ивана окончательно сорвало крышу. Если до этого, он отвечал на вопросы племянника, смотря в экран своего ноутбука, стараясь не показывать все свои эмоции наружу пряча их за спиной, то теперь, его самообладанию пришёл конец. Резко встав изо стола, громко хлопнув ладонями по столу, Евгений больше не видел перед собой столь доброго и заботливого дядю. Перед ним стоял словно зверь, с огромными собранными кулаками, озлобленным оскалом и взъерошенными волосами, которому только ему самому было известно, что он сейчас будет делать с нашим героем.

“ЗАЧЕМ ТЫ ВСЁ ЭТО СПРАШИВАЕШЬ?” – спрашивал Иван, делая с каждым новым предложением всё громче и громче. Евгений же, из-за страха и даже потрясения от увиденного, даже стал аналогично дяде идти, только уже назад, в противоположную от него сторону. “ТЫ РАЗВЕ ТОЛЬКО ЧТО СВОИМИ ГЛАЗАМИ НЕ ВИДЕЛ, КАК Я УСТАЛ?! ТАК ЕЩЁ И ВСЁ ЛЕЗИШЬ, И ЛЕЗИШЬ СО СВОМИМИ ТУПЫМИ ВОПРОСАМИ. ВСЕ ТВОИ ВОПРОСЫ ТОЛКЬО И ДЕЛАЮТ, ЧТО ВСЁ ЗЛЯТ МЕНЯ И ЗЛЯТ. НО ТЫ ПРОДОЛЖАЕШЬ, И ПРОДОЛЖАЕШЬ ЛЕЗТЬ КО МНЕ, ДОНИМАЯ МЕНЯ СВОИМИ БЕСЧИСЛЕННЫМИ ДОПРОСАМИ. Я ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ СТАРАЛСЯ БЫТЬ К ТЕБЕ МАКСИМАЛЬНО ДОБРЫМ, И РАЗВЕ ТЫ ХОЧЕШЬ ВИДЕТЬ МЕНЯ ТАКИМ?”. На последнем вопросе, Иван даже от злости толкает Женю прямо на диван. Но не рассчитав силы и точку опоры на которую он давил, Иван может и оттолкнул его прямо на диван, но толчок был на столько сильным, что тело может и осталось на диване, а вот голова, продолжила свой путь и прямо затылком, врезалась в заднюю стенку комнаты. Иван же тем временем, во весь рост с устрашающей позой стояли рядом с ним, чуть ли не как бык вдыхая и выдыхая воздух из своих ноздрей с крепко сжатыми кулаками. Во время полёта, за секунду до встречи со стенкой, Евгений увидел стоящего в грозной позе дядю, от чего его страх и безнадёга, ещё более усилились, пока в голове веяли мысли: “Боже мой, что же я сделал?

Удар…, был со страшной силой. Чуть только его голова коснулась стены, так в это же мгновение раздался очень отчётливый и внушительный стук. Моментально закрыв от боли глаза, стиснув зубы и ухватившись за голову, Евгений свернувшись калачиком, лежал на боку, на диване, скуля и мыча от полученного удара, думал про себя: “И что же сейчас будет?”.

Увидав, что он натворил, лицо Ивана сею-секундно приняло лицо ужаса, страха, и прежде всего, ненависти к самому себе. Опустив взгляд, рассматривая вблизи свои красные, дрожащие от страха и злости кулаки, он с дрожью резко их разжал, затем повернув голову в строну окна, он замечает каждую капельку уже усиливающегося дождя, капающая на ему на окно. И упустив взгляд, он увидал, как Евгений лежал практически в такой же позе, в которой он был на поле когда ему прилетел мяч в лицо. Только на сей раз, это была целиком его вина. От того, страх за прошедший поступок заставил презирать себя, ещё сильнее.

Быстро побежав на кухню, резким движением он открывает дверцу морозильной камеры, откуда берёт недавно купленный замороженный окорок, после чего мигом бежит обратно, да бы приложить это к его затылку и облегчить боль. Прося своего племянника отодвинуть руки, он смотрит на место ушиба, где замечает пока что небольшое покраснение, после чего кладёт Евгения на диван лицом вниз, пока сам держит окорок на месте повреждения. Сидя так минут десять, он обдумывал свой необдуманный поступок, и просит прощения у племянника. Тот в свою очередь, прощает его, и говорит, что он выбрал неудачное время и неудачное место. Иван же, следующим образом на это ответил: “Нет. Всё верно ты сделал. Рано или поздно, ты должен был всё разузнать. А я всё боялся говорить тебе правду. Вследствие чего, ослеплённый своим страхом и ненавистью, прежде всего к самому себе, я вылил на тебя свою боль. Прости меня.”

“Хорошо” – спокойным голосом ответил Евгений, после чего они ещё минут пять лечили пострадавший затылок Жени.

Как только мясо остыло, и Женя на вопрос про боль ответил отказом, Иван наконец сумел успокоится и вновь начал мыслить своей головой. Оставив Женю на диване с просьбой не ложиться на спину, пока сам идёт на балкон, что бы освежить голову и ещё раз подумать о случившемся.

“Мда, так себе вышло” – недовольно говорил Евгений.

“Ответы что-то подозрительные и так сказать, не внушают доверия. Неужели дядя мне всё наврал?” – задумчиво спросил Евгений.

Потерев затылок, он всё ещё чувствовал некую боль в области ушиба. Попытавшись встать, голова резко начала болеть, но в целом было довольно терпимо. А потому, он решается выйти на кухню и посмотреть где и что делает дядя, делая вид, что он просто хочет попить воды. Выйдя на кухню, на балконе он замечает стоявшего с повившей вниз головой Ивана, пока на него дул вечерний прохладный ветерок. Просмотрев на него так секунд 10, он берёт стакан и из специального краника набирает себе воды прям до самого горлышка. Сделав глоток, он вновь возвращается в середину кухни, где отчётливо смог наблюдать за размышляющим дядей.

Иван однако не глухой, а потому все шаги Жени он услыхал ещё когда тот только входил в кухню, и знал когда именно он стоял посередине. Не поворачиваясь к нему лицом, Иван говорит Евгению: “Пришло время, наконец таки тебе узнать всю правду. Если ты действительно хочешь всё понять, то одевайся потеплее, мы выйдем на прогулку”

“Что, прям сейчас?” – с удивлением спросил Женя.

Повернувшись к нему лицом, он отвечает отчётливое: “Да”, после чего, без слов уходит переодеваться в свою комнату. Сам Евгений даже представить не был в силах такой исход событий. Максимально близко одна из его теорий была такова, что его просто выгонят из дома, но никак не пойдут гулять вместе после случившегося инцидента. На часах было без пятнадцати десять, в двенадцать часов следующего дня у него экзамен, а за окном продолжал идти довольно внушительный дождь. Но “Ладно” – сам для себя ответил Евгений, после чего пошёл обратно в комнату для подготовки на ночную прогулку под дождём.

Через минут пятнадцать, они вышли со своего подъезда. На удивление, в этот раз дядя собирался куда более долго, чем обычно. По выходу на улицу, Евгений почувствовал леденящую вечернюю прохладу раннего октября. На улицах горели жёлтые фонари. А в воздухе веяло прохладным порывистым ветром, летящие вместе с капельками холодной воды прямо ему в лицо.

Иван сказал Жене пойти за ним. Куда? Зачем? – не уточнял. Лишь выдав зонт, отправились они туда, куда Евгению очень хотелось бы знать. На мгновение, у Жени даже появился некий мимолётный страх неизвестности это вопроса: “Куда же он меня собирается отвести?” – вопрос который, мучал его аж до самого места назначения.

После минут пятнадцати ходьбы, они наконец-то пришли на место, где Иван в конце концов остановился и сел на лавочку напротив ранее неизвестного Евгению двора, и тот попросил Евгения сесть рядом с ним. Сев на лавочку, Евгений всё ещё не понимал, какие мотивы преследовали дядю. Но после того, как он посидел с хмурым ещё секунд десять и делает пару глубоких вдохов холодного воздуха, он, набравшись смелости, начинает докладывать ему всё, о чём думал, и о чём так горько сожалел:

“Ты, прости меня ещё раз за голову” – со стыдом в глазах говорил Иван. “Тогда я совершенно не владел собой, и за это поплатился именно ты.

Твои вопросы, они словно, побудили во мне какую-то животную ярость. Словно я должен был на них ответить, но мне это совершенно не хотелось”

“Простите меня” – виновным тоном изъявил Женя.

“Нет, не извиняйся” – сказал Иван, после сделав глубокий выдох и продолжает. “Лучше послушай:

Я ведь тебе рассказывал как мы с моим, тогда ещё другом хорошо как-то раз пошутили над зубрилами с моего потока. И…, кто бы мне тогда сказал, что среди тех, кому я так хотел отомстить, окажется…, моя будущая жена.

Уходя из класса, я в слух бросил фразу: “Ну и идиот тот человек, который вздумал так шутить” – сказал я тогда, что бы отвести от себя подозрения. Вроде бы, тогда я говорил совершенно не громким тоном…, но…, одна из моих сокурсниц всё же это услыхала, после чего сказала: “Вот именно” – услыхал я тогда голос из-за спины.

На пару секунд, я остановился в недоумении, от части не понимая, что мне делать. Но так как я тогда был в хорошем настроении, то решил немного поддержать диалог одной из потерпевшей:

-“И в правду, у кого только наглости хватит, во время целого УРОКА, заниматься такими, детскими выходками” – тогда говорил я, стараясь изо всех сил сдерживать свой наступающий смех.

“Действительно!!! Знала бы я кто это сделал, я бы, я бы ему всё высказала. Это же надо, устраивать взрыв прямо у нас под стульями, перебивая ответ и сбивая с мысли”

-“Чтож, действительно ситуация не из самых приятных, но от части, она вышла довольно забавной. Согласись?”

“Ну, да, наверное.”

-“И заметь, что во время урока, этому так сказать, “сюрпризу”, подверглись исключительно самые умные и талантливые по предмету люди с класса. Интересно почему?”

“А ведь ты прав. Взрыву подверглись именно те, кто больше всех отвечает и старается работать на уроках. Знаешь, так это возможно и сделал тот парень из самой левой крайней парты последнего ряда. Который только и делает что спит, да периодически раздражает нас, примерных учеников.”

-“Ну знаешь, я бы не стал уж прям сильно считывать на эту гипотезу. Так как будем честны, вряд ли он смог додуматься до такой выходки”

“Наверное, ты прав”

-“Ладно, тогда, увидимся завтра наверное”

“Хорошо, давай” – с улыбкой сказала она мне, после чего я уже повернулся и стал уходить, как вдруг вновь неожиданно: “Послушай, я тут собираюсь в кафетерий сходить, может, не хочешь, ещё поговорить об этом случае?”

-“Ну, ладно, давай” – спокойно сказал я, с лёгким чувством волнения в груди.

“Я кстати Эмили”

-“Иван. Будем знакомы”– после чего мы неожиданно для меня пожали руки и пошли в кафетерий университета.

Там она приобрела бутылочку воды, пока я приобрёл себе интересного собеседника ещё на двадцать минут. Мы говорили о том случае, кто это мог быть, преподавателей, самих уроках, наших предпочтениях от работы, и даже провели небольшой “Мозговой штурм” по вопросам из лекций. В конце концов, мы мило попрощались возле главного входа университета, после чего пообещали завтра встретиться и завтра продолжить наш разговор. Когда мы расходились, мы одновременно обернулись и помахали друг другу рукой. На тот момент, мне это показалось весьма странным, но в тоже время приятным явлением.

Ночью того же дня…, я, я никак не мог толком заснуть. Я всё думал о ней, наших разговорах, завтрашнем дне, о чём буду говорить я, о чём она, все эти мысли и чувства, они…, мешали мне конечно заснуть, но в тоже время, давали мне невиданную раннее лёгкость, чувство внутреннего тепла и приятного волнения. Которое, раньше я никогда не испытывал, и тебе желаю, что бы ты когда-нибудь это обязательно узнать.

На следующий день, когда я пришёл на занятия и сел за парту, оглядевшись, я её не увидел вообще. Подумал: “Скоро придёт, скоро придёт” – убеждал себя в этом.

Не приходила она минут десять, затем двадцать, а после уже начался урок. Для меня это было довольно большой проблемой. Ещё вчера, человеку которому я так хотел отомстить, сегодня, без неё я чувствую некую грусть и пустоту. Даже с моим другом, с которым я так хорошо общался, мне ни капельки не хотелось разговаривать. А лишь лежать на парте, тосковать, рисовать в своей тетрадке грустные картинки, и размышлять: “Где же она и придёт ли вообще?”.

Радость, искренняя и неподдельная. Это именно то чувство, которое я испытал по её пришествию в класс. Через двадцать минут после начала урока, она заходит в кабинет с объяснением, что сегодня на дороге проводят ремонтные работы, а потому её автобус поехал другой, то есть более длинной дорогой. Увидав, как она садиться на своё место, чувство жизни и счастье, вновь наполняло мою душу, от чего я вновь берусь за серьёзную учёбу, зная, что на перемене, меня будет ждать приятный и душевный диалог.

Так продолжалось на протяжении десяти месяцев. Мы спокойно общались, узнавали друг друга всё лучше и иногда даже неофициально соревновались в том, кто сделает лучше то или иное задание.

В конце первого курса, я пригласил её так сказать, погулять наедине. До сей поры помню, как в перерывах между лекциями я мог часами болтать казалось бы, даже на самую абсурдную тему, а тогда, даже с трудом выговорил слово “привет”. Но всё в тот вечер прошло хорошо. Мы сходили прогулялись в парке, разложившись на лужайке поели на свежем воздухе. Спасибо отцу за хорошую идею. В конце концов, завершив день весьма тихо и спокойно. Так мы виделись практически весь июль и август. Всё то время, которое я не тратил на дополнительное обучение, я старался проводить только с ней. Она старалась делать тоже самое. И перед тем как должен был начаться новый учебный год, на последней летней прогулке, сидя на лавочке и державшись друг с другом за руки, мы, смотря на закат последнего летнего солнца, вместе рассмеялись, к сожалению не вспомню над какой причиной, затем, мы смотрим друг на друга, наши глаза принимают пронзительный зрительный контакт, в тот момент, она…, резко двигает голову к моему лицу, после чего наши губы соприкасаются в горячем урагане всевозможных ощущений.

Это…, было незабываемо. Ещё никогда я не был счастлив так до того момент как это было тогда. Сердце, сердце билось как не в себя, словно собиралась выпрыгнуть из груди от радости и блаженности чувств. Всё тело в тот момент было околдовано, где я не мог сделать не единого движения, лишь находившись максимально рядом с ней на одной единственной скамейке. Надеюсь, когда-нибудь и ты сможешь это ощутить.

Так продолжалось до 1996-ого года. Пока в этом году, мы официально не помолвились и расписались. Отец с матерью были строго за эту инициативу. Я знакомил её со своими родителями, и она им определённо понравилась. Даже когда она ушла и закрыла дверь, отец ко мне подошёл и заявил: “Только увидев первую мимику лица, я уже был готов признать её хорошим человеком” – сказал мне тогда мой папа. Он умеет судить людей по лицам, да и тем более такими фразами бросается крайне редко. А потому: “Выбор что надо” – сказал он мне в шутку тогда.

С её родителями, я бы не сказал, что всё прошло также гладко. Когда я их увидел впервые, по одному только пронзительному взгляду отца мне казалось, что меня собираются подать на ужин вместо поросёнка. Но всё обошлось. При нашей первой встрече, я был максимально вежлив и учтив, рассказал за ужином про все свои планы на будущее, откуда родом и вкратце описал себя, кто я есть по характеру и темпераменту. Тогда мне казалось, что всё идёт довольно гладко. Они меня слушали, одобрительно кивали головой, когда я что-то утверждал. И даже время от времени улыбались и смеялись в разгар нашей беседы. Выходя из квартиры, я думал, что произвёл достаточно лестное и приятное о себе впечатление. Но как только на следующий день я пришёл на пару и спросил, как всё прошло, она ответила: “Родители рады, что у меня появился именно ты, но у отца есть небольшие сомнения потому, что ты, как он сказал: “Не коренной немец в классическом понимании”. Но позже также добавил: “Я вижу в нём хорошего человека. Да и я сам воспитывал тебя прилежной и умной особой. А потому, раз ты ему действительно доверяешь, то и я ему также доверяю””. В тот день, и я, и она, были очень довольны и радостны от этой вести практически весь день. После этого события проходит год, и в декабре 16-ого года, мы как говориться, официально стали мужем и женой. Пышной свадьбы у нас тогда не было. А лишь уютно посидели в кругу семьи и родственников в загородном доме отца Эмили.

Боже, до сей поры не могу забыть как я ей всё сказал. Держав её за руку, именно тогда перед всеми родственниками и гостями, я всем рассказал как именно на самом деле познакомились, подорвав одну из петард находящегося у неё под стулом. Некоторые возмущались, некоторые истошно смеялись. Но сама она услышав правду, злостно повернувшись ко мне, с сердитым обиженным взглядом дала мне пощёчину со всего размаха. Все сию секундно испугались. Думали:

“Неужели на этом всё?”.

Но вмиг хладев, она кладёт эту же самую руку на ударенную щёку, затем мило заявив:

“Спасибо. Это самое лучше что ты мог для меня сделать” – и поцеловала меня прямо в губы на глазах у всех.

Но даже после этого, жили мы всё ещё тогда раздельно. Мы договорились на том, что нам нужно для начала закончить университет, найти работу, а уже после того как будем самостоятельно зарабатывать деньги, снять квартиру и зажить наконец-то вместе.

Прошёл последний год, и мы наконец окончательно можем считать себя “Образованными” людьми. Я по началу нашёл работу в небольшой частной компании, а после перебрался в более крупную, ну я тебе уже как-то рассказывал. А она решила пойти в свободной плаванье и работать на себя. То есть, она уже делала проекты, вне зависимости от компании, тем самым получая в месяц, если было хорошее число заказов, около двух тысяч евро. В августе 97-ого года, мы наконец переехали от своих родителей, и…, жили в той квартире где сейчас обитаем мы с тобой. На тот момент, мы обязаны были платить где-то в районе 1000 евро в месяц. Но когда мы туда заехали, то видели что, где-то отошла краска, или обои потихоньку отклеивались, техника довольно устарела, и в целом было множество весомых недочётов. А потому, до конца того же года, мы всё делали капитальный ремонт дома, дабы исправить все эти неприятные минусы. За это, хозяин квартиры даже скинул нам цену аренды с тысячи до восьми ста.

Заметь, мы взяли трёхкомнатную квартиру не просто так. Так как уже в те времена понимали, что скоро будет пополнение.

В августе 98-ого, у нас появился ребёнок. Нашего сына мы назвали Вильгельм. В честь отца моей супруги, который приходился влиятельным и уважаемым врачом.

Так мы жили, не тужили, разделяя все горечи и радости, все вместе.

Вильгельм, тот ещё любитель пошкодничать. До сих пор помню, как мы ему дали краски с бумагой и отошли буквально на пять минут, а тот озорник, всеми своими руками обмоченными в краске исписал в комнате все стены, свою кровать и шкафы, после чего мы ещё мы три дня чисто начисто оттирали последствия всех его художеств. Но когда он садился за книжку, то внутри него словно просыпался маленький гений. Литература, математика, познание мира, немецкая грамматика, всё он читал отчётливо и понимая всё на лету. А временами, по вечерам, мы могли спокойно выйти на вечернюю прогулку, погулять все вместе и насладиться красотой чарующего мгновения. И что я тогда вообще никак не мог понять, так это то, почему он любил именно ту площадку, на которой мы сейчас собственно и сидим. Не знаю почему, не понимая как, но он на отрез отказывался гулять в нашем дворе и изо всех сил стараясь прийти именно сюда” – говорил дядя с опущенной головой, затем подымая её с лёгкой улыбкой, которая после меняется на грустный вид.

“Мда…” – заявил Иван с грустью после данной фразы и замолчал с поникшим лицом.

“Ну, а что же было дальше?” – спокойным и озадаченным голосом спросил Евгений.

После тяжёлого выдоха, Иван продолжает: “Пятнадцатое октября, две тысячи четвёртого года. Была ночь, и проливной дождь ливший словно из ведра. Я…, я вместе с Эмили и Вильгельмом ехали домой после приятного вечера ещё в старом доме у моих родителей. Всё…, по началу было…, как всегда. Как, неожиданно для меня, Эмили стала мне говорить: “Всё таки наверное стоило остаться на ночь у твоих родителей. Твоя мама ведь на этом так настаивала.”

-“Мне ведь завтра на работу. И если мы бы остались у родителей, то я скорее всего опоздал бы и ты это прекрасно понимаешь”

-“Да, да. Опять на работу изо дня в день, дабы после прихода домой весь остаток дня провести за телевизором, и дабы в воскресенье вновь лежать весь день и говорить, как ты устал и хочешь весь день спать. Завтра ведь суббота, мог и пожалеть одним деньком, а это ведь родители. Теперь, они видят своих детей крайне редко из-за нашего плотного графика. Разве ты не желал бы провести побольше времени с семьёй, нежели каждое воскресенье проводить его с постелью?”

-“Ну как ты не поймешь, что я столько работаю как раз для того, что бы в будущем побольше отдыхать, и быть как раз таки рядом с вами!”

-“Да, ты это говорил уже бесчисленное множество раз. Только у тебя сын растёт именно сейчас! А в будущем уже будет некогда с ним быть! Ты вообще хоть знаешь, что он уже как месяц в школу ходит?!”

-“Да, я это знаю. И по словам учителя, он вполне себе способный и умный ребёнок. А вот если бы ещё иногда не шумел на уроках, то был бы совсем совершенство” – произнёс Иван последнюю фразу обращаясь к сыну.

-“Все мы теперь стали ходить на свои работы, лишь вечером бросая пару фраз друг другу, после чего все вновь идут заниматься своими делами”.

-“Хорошо, и что ты предлагаешь?!”

-“Переведись как я, на самостоятельную должность. Тогда мы сможем работать вместе и проводить больше времени вдвоём”.

-“День рождения мамы был крайне долгим и утомительным. У меня даже сейчас глаза слипаются пока я еду, а потому давай не будем начинать!”

“Нет. Мы поговорим об этом именно сейчас! А потому, что я более не знаю, когда смогу найти хоть крупицы времени, да бы поговорить со своим мужем с глазу на глаз, и что бы тот не валялся весь остаток дня на диване, после как он всегда говорит: “Тяжёлого рабочего дня””.

-“Эми, мы уже столько раз это обсуждали, но не могу я, понимаешь?! У меня ведь тут есть фиксированная работа, фиксированная зарплата. И если я уйду, то все наши планы могу моментально подойти под откос. Вот ты за прошлый месяц получила две тысячи Евро. Допустим, что я тоже ухожу, и на первых парах, из-за моей не сильно широкой известности, я получаю полторы тысячи Евро и при этом ещё в хороших перспективах. Давай считать, аренда – 1000, ещё 1000 за оплату школы, 500 евро еда, и что, эта жалкая тысяча пойдёт на накопление земли?”

-“Вот скажи честно, тебе этот дом становиться дороже нас?”

-“И снова мы встаём на одни и те же грабли! НЕТ!!! Мне этот дом не дороже вас. Просто у меня есть цель, к которой я иду, и ради которой я столько работаю. У МЕНЯ ЕСТЬ ЦЕЛЬ! В отличии, от некоторых”

-“Ты всегда должен быть честен, прежде всего с самим собой. А потому, ты просто не можешь признать то, что ты просто стал зациклен на своей работе, не обращая на нас никакого внимания. И это значит, что именно не у меня, есть так называемая цель”

Может, если бы я тогда просто пропустил её слова мимо ушей. Может, если бы я тогда принял приглашение мамы остаться у них. И может, если бы тогда не потерял самоконтроль…, всё могло сложиться иначе.

-“НЕСМЕЙ МНЕ УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО У МЕНЯ НЕТ ЦЕЛИ. МЫ С ОТЦОМ УЖЕ КАК ЧЕТВЁРТЫЙ ГОД ИДЁМ К ЭТОМУ ДОМУ. ЭТО САМЫЙ ОТИМАЛЬНЫЙ И ПРАВИЛЬНЫЙ НА ДАННЫЙ МОМЕНТ ВЫХОД ИЗ СИТУАЦИИ. ХОЧЕШЬ ЧЕСТНОСТИ, ПРИЗНАЙ, ЧТО ТЫ ПРОСТО НЕ В СОСТОЯНИИ МЕНЯ ПОНЯТЬ. И ТОЛЬКО ПОСЛЕ ЗАВЕРШЕНИЯ ПОКУПКИ И ПОСТРОЙКИ, МЫ БУДЕМ НАКОНЕЦ ОТДЫХАТЬ И ПРОВОДИТЬ ВРЕМЯ В ДОМЕ ВСЕ ВМЕС…, ВОТ ЧЁРТ!!!”

Потеряв самоконтроль, только за мгновение до случившегося, я увидел встречную с боку машину. Наше столкновение которое, лишило самого ценного, что у меня было за всю жизнь.

“Вот чёрт. Б!№ть. С%»а” – говорил я сам себе со сломанным от подушки безопасности носом, постепенно приходя в чувства.

С мутными глазами, я увидел уезжающий вдаль чёрный внедорожник, пока я до конца осознавал, что мы получили удар, от которого наша машина перевернулась крышей к низу.

“Господи, твою мать. Эмили. Эмили, ты как?” – спрашивал делая паузу на отдышку после каждого слова.

“Эмили. ЭМИЛИ! Пожалуйста, ответь, ОТВЕТЬ мне что-нибудь. ” – кричал я ей изо всех сил. Не получив ответа, я стал просить ответить Вильгельма, но в ответ…, получил лишь ужасающее молчание.

Став из последних сил карабкаться и брыкаться, дабы сдуть подушку, выстрелившую мне в лицо, я расстегнул ремень и сумел её сдуть, после чего, я увидал самую страшную картину, которую только мог вообразить.

“Эмили. Эмили, ты как?” – спрашивал я видя её в кресле с откинутой на противоположную сторону головой.

Вновь не поучив ответа и видя, что она совершенно не двигалась, мною овладел самый натуральный страх вместе с паникой, от чего мои руки впервые стали дрожать так, словно я потерял над ними всяческий контроль. Отсоединив её от кресла, стараясь максимально аккуратно придерживать за голову, всё то…, что я видел в ту минуту, мне даже и не снилось в самых страшных кошмарах.

“О господи, нет. НЕТ, ПОЖАЛУЙСТА НЕТ!!!” – кричал я что есть сил когда увидел её. В голове была…, была трещина из которой чуть ли не рекой текла кровь, а по всему лицу были порезы и торчали осколки выбитого стекла.

“ПОЖАЛУЙСТА, СКАЖИ ЧТО-НИБУДЬ. ПОЖАЛУЙСТА, ЖИВИ, ЖИВИ!!!” – со слезами на глазах я тогда кричал, убеждая себя в том, что всё в итоге будет хорошо. Прижав её поближе к себе, я старался нащупать пульс и почувствовать дыхание, но как позже я узнаю, уже напрасно. Крича, что есть сил, не сдерживая боли, ненависти и скорби, я моментально отправился на заднее сиденье, молясь Господу в надежде на то, что с моим сыном всё обойдётся.

Я, я…, не знаю, за что я получил такое наказание. Что я натворил и что сделал. Но как только я перелез в заднюю часть салона, то увидел лишь…, лишь всё перекрученное, лежащее в луже собственной крови на сотнях осколках…, мёртвое тело своего Вильгельма.

“НЕЕЕЕЕЕТ, ЗА ЧТО?!!!, За что?” – кричал я сам себе в ту страшную минуту, ненавидя и призирая себя за то, что посмел потерять контроль над дорогой.

Уже полностью отбросив всяческие мысли и разум, я взял…, взял его маленькое тело, сел спиной к ближайшей двери, обняв его как можно сильнее, стал тихим шёпотом со слезами на глазах говорить себе: “Всё будет хорошо, потерпи, потерпи. Папа рядом, всё обойдётся, всё обойдётся. И всё будет хорошо” – старался я его успокоить, на самом деле успокаивая тогда себя, давая себе ложные надежды на счастливый конец.

Просидев так с ними минут 10, я прижал их как можно сильнее к собственной груди, нашёптывая со слезами на глазах то, что всё будет хорошо, и необходимо лишь, немного потерпеть. После этого времени, ко мне подоспела скорая помощь. Они открыли двери заднего салона, где увидали меня, и пару изувеченных тел.

Увидав их, я до отказа не хотел им отдавать своих близких. Пинаясь ногами, и всячески старался не в коем случае не забирать их у меня. Но в итоге, они сумели вколоть мне в руку какой-то успокаивающий раствор, после ещё полуминутного сопротивления, у меня стали опускаться руки, закрываться глаза, а позже я так и уснул на внутренней части крыше своего автомобиля, пока вокруг меня валялись тысячи битых осколков стекла и лужи крови самых дорогих для меня людей, а перед сном я одним глазом наблюдал, как сначала забрали мою жену, а после, забрали и сына.

Очнувшись с перевязанными руками, пластырем на носу и присосками на груди в отделении скорой помощи, первое время я даже не понимал где я, почему у меня перевязаны руки, и к кому мне можно было обратиться. Единственное что я прекрасно тогда понимал, так это пикающий кардио автомат, издававший звук при каждом постукивании сердца, почти полное отсутствие возможности шевелиться первое время, и ранее невиданную мною невыносимую головную боль. Валяясь на белой постели с надетою на мне бежевой накидкой, я стал проворачивать голову из стороны в сторону в надежде на хоть какие-то прояснения. Повернув голову влево, увидал множество приборов с трубками и собственно кардио экраном. Повернув направо, вновь увидал приборы, да и трубки. Не желая рисковать последствием нажатия неизвестных мне кнопок, лёжа на кровати, я стал кричать изо всех возможных для меня сил, дабы ко мне в палату зашёл хоть кто-нибудь и окончательно не прояснил ситуацию.

После минуты громких мычаний и истошных криков, ко мне в палату забежала медсестра, которая просила меня успокоится и начать вдумчиво слушать.

“Вы попали в серьёзную аварию, но вам крайне повезло и вы остались живы. Пожалуйста, полежите тихо, сейчас я приведу глав. врача”

“Авария, авария” – стал бормотать я тогда себе под нос.

“Авария. В аварии, были мои жена и сын. Пожалуйста, скажите где они сейчас?” – старался спросить я у неё.

“Пожалуйста, дождитесь врача. Он вам всё вскоре в подробностях объяснит.”

Cделав глубокий выдох, я опустил свою голову, перекинув её на другой бок закрыв глаза, тем самым стараясь ещё побольше отдохнуть в надежде на скорый приход врача.

Когда он пришёл, моему взору предстал вполне себе на вид интеллигентный, по виду знающий своё дело человек пред пенсионного возраста. Я его тут же спросил: “В аварии у меня были жена и сын. Где они сейчас?”

“Вам пока ещё рано знать. Как полностью придёте в себя, тогда я вам всё и скажу”

“Они в порядке, пожалуйста, скажите, что они в порядке!” – спросил я с закрытыми глазами в надежде услышать положительный ответ.

“Вы попали в страшную аварию. У вас были переломаны кисти рук, сломан нос и получили многочисленные ушибы туловища. Но вас спасла, исключительно ваша подушка безопасности. Вам надо будет у нас полежать несколько дней, пока вы окончательно не придёте в здоровое психическое и физическое состояние”

“ У МЕНЯ ЕСТЬ СЕМЬЯ. СКАЖИТЕ, СКАЖИТЕ, ЧТО С НИМИ?” – кричал я на врача в надежде услышать ответ, пока кардио аппарат становился пищать всё быстрее.

“Вам пока нужно отдохнуть. Мед. сестра даст вам успокоительное, а вы пока отлежитесь и придите в чувства.”

“ПОЖАЛУЙСТА. ПОЖАЛУЙСТА СКАЖИТЕ ЧТО С НИМИ СЛУЧИЛОСЬ!!! Я ГОТОВ УСЛЫШАТЬ ЛЮБУЮ ПРАВДУ, ТОЛЬКО ПОЖАЛУЙСТА СКАЖ., скаж, ите мне” – произнёс я эти слова, а затем уже и не до конца вспоминал, что дальше вообще происходило.

На следующий день, мне пришёл ответ. Перед тем как мне его озвучили, медсестра под видом антибиотика вколола мне паралитическую сыворотку, боясь что узнав правду, я вновь потеряю контроль. Лежа, ни капельки не имея возможности хоть как-то шевелиться, я получил ответ, который ожидал меня столь долгое время.

“Мы сделали всё что смогли. Примите наши соболезнования” – выслушал я валяясь чуть ли не парализованным, лишь только имея возможность видеть и слышать.

От услышанной вести, мне хотелось от злости, ярости, ненависти и боли, разгромить всю палату, всю больницу, весь город. Но всё на что я был тогда способен, так это неподвижно лежать на кровати и осознавать услышанную правду. Как только я закрыл глаза и погрузился в раздумья, врачи тут же моментально испарились, давая мне время но то, чтобы всё принять и обдумать.

Все следующие три дня пока я был в больнице, запомнились мне как годы максимальной скорби, отчаянья и утраты. Мне не хотелось ни есть, ни спать, не более существовать. Единственным моим желанием было тогда, так это вновь увидеть мою семью, обнять и сказать, как я их люблю. И только тогда, лежа на белой кровати с подключённым кардио устройством груди я осознал – каким же я был идиотом и уродом. Вместо того, чтобы каждую свободную минуту уделять своим близким, я лишь приходил домой и ложился на кровать. Прося о том, чтобы никто меня более не беспокоил.

“Урод” – говорил себе я тогда каждый день.

Через три дня после аварии, меня выписали из больницы. Придя домой, я более не мог вообразить, что теперь, я буду жить совершенно один. Придя в зал и взяв в руки на наши совместные фотографии, я ещё не был способен принять тот факт, что людей окружавшие меня на фотографии более не существует. От этой мысли, сжав кулаки так сильно, что аж треснула рамка нашей фотографии. Более не желая мучать себя, в ту минуту я просто сел на диван, желая вообразить то, что это, всего лишь плохой и неприятный сон и через пару минут, Эмили с Вильгельмом вернуться домой после вечерней прогулки. Но как бы я себя не убеждал, прийти они тот день, как и во все остальные, они так и не смогли.

Ночью того же дня, я всё никак не мог уснуть, мысли о том, что я теперь лежу в кровати совершенно один, а в комнате напротив никто не спит, ещё более заставляли меня забыться в своих мыслях, и принять новую, жестокую реальность. В ту ночь, свет от луны падал прямо на нашу совместную с женой фотографию, и глядя в её глаза, я решив крайне радикально избавится от боли, беру её фотографию вместе с мешком, и кладу туда все фотографии, все наши совместные семейные картины, всю одежду, игрушки и личные вещи, кладу его на прихожую, пока сам одеваюсь, да бы с ним кое куда пройтись. Выйдя на улицу, я иду ещё пару минут, пока не дохожу до ближайшего мусорного бака, с чёткими мыслями о том, что мне нужно всё это закончить.

Держа в руках большой мешок со всеми вещами моей семьи, и видя перед собой глубокий мусорный бак как казалось мне на тот, с бесконечным и безвозвратным дном, мой мозг приказывал мне всё бросить и избавиться от проблем, пока сердце мне твердило, не в коем случая не бросать туда фактически единственные ощутимые воспоминания о моих близких. Тогда, сердце и мозг вступили в ожесточённую схватку. Один твердил: “Выброси, забудь, и боль пройдёт”, а второй кричал: “Не вздумай. Ты действительно хочешь забыть тех, кого ты так обожал и так любил?”. В результате ожесточённых боёв из громких убеждений, я решаюсь…, пойти домой с оставшимся у меня мешком в руках принимая идею того, что лучше пока не стоит делать столь резких и столь необдуманных решений.

На ближайших выходных, я поехал в квартиру своих родителей с одной единственной целью – отнести им весь мешок с вещами и пусть он там у них храниться до скончания времён. Когда я им это объяснил, они меня отговаривали, сообщая о том, что у меня тяжёлый жизненный период, а потому, необходимо прийти домой и оставить всё как есть, а время залечит и всё вернётся в норму. Но тогда я понимал, что уже ничего не вернётся в норму, а потому, я молча оставил все вещи в прихожей квартиры своих родителей, и без лишних слов, сел к себе обратно в машину, которую отец отдал в ремонт в то время когда я был в больнице, пока мать мне кричала, что если я их забуду, то буду вечно несчастен. Да вот только в тот момент, я её совершенно не слушал.

После того как я сел в машину, я отправился без приглашения к родителям своей погибшей Эмили, в надежде всё рассказать как было и объяснить всё с глазу на глаз. Но как только я открыл дверь, её мать яростно стала на меня кричать, и заявлять, какой я убийца, преступник и идиот, раз позволил случиться данной ситуации. После этих слов, к крикам присоединился отец, который также кричал, что я всего лишь жалкое отребье настоящего немца, убийца и предатель, который виновен во всех смертных грехах этого мира.

“Если сейчас же не уберёшься, то я возьму совой скальпель и отправлю тебя прямо к ним” – злостно он отвечал.

Глубоко выдохнув и попрощавшись, я, без лишних слов, отправился обратно к себе в машину, пока за дверью слыхал продолжительный и истошный рёв рыдающей матери.

Разумеется, оставить виновника без наказания я никак не мог. Пойдя в полицию, я хотел оставить категорическое заявление на того ублюдка, который лишил меня двух самых близких для меня людей. Но когда я хотел это сделать, мне сообщили, что преступник уже сидит в следственном изоляторе в ожидании суда.

“Мы вам хотели отправить письмо, но раз уж вы сами пришли, то объясню всё на месте” – сказал ему тогда прокурор. “Через три дня, вот по этому адресу в пять часов дня состоится суд над подсудимым. Вы обязаны будете прийти как один из потерпевших, и дать судье все необходимые показания”

“Не волнуйтесь. Я приду. А на самого подсудимого взглянуть мне нельзя?” – спросил я в надежде услышать положительный ответ.

“Нет. Вы его сможете увидеть исключительно в зале суда” – спокойным голосом тогда мне сказал прокурор.

“Чтож. Не переживаете. Даже если мне станет известно, что он смог нанять лучших в мире адвокатов, я всё равно, буду, обязательно” – произнёс, я ему на прощение после уйдя без лишних слов. На протяжении всех этих трёх дней, я представлял себе весь процесс заседания, что на нём будут говорить, и что я сам буду говорить. Несмотря на ненависть со стороны родителей Эмили по отношению ко мне, они всё же также придут в суд на заседание, дабы убедиться, что виновник понесёт справедливое наказание.

Через три дня, начался процесс. По входу в зал, я с первых секунд на скамье подсудимых увидел виновника той страшной аварии, сидящего рядом со своим адвокатом. В тот момент, я не испытывал к нему никакой жалости и сострадания. У меня была одна цель – добиться того, чтобы судья приговорил к самой суровой участи за такую провинность. Я был готов уничтожить что его, что его адвоката. И ради этого, я был готов пойти, на что угодно.

Во время суда, его адвокат выводил всевозможные доводы касательного того, почему его клиент не был виновен. Но он ещё тогда не понимал, что у меня был самый страшный козырь который только мог быть при суде – правда. А потому, у кого и была правда, тот и был сильней. Судья, принимая во внимание две задокументированные жертвы, вождение в нетрезвом виде и уже ранний штраф за вождение с промилием алкоголя в крови, вынес подсудимому вердикт на пожизненное заключение в колонии строго режима без права на реабилитацию.

Когда судья стукнул молотком, я осознал: “Это победа”.

Я видел его заплаканную мать в зале суда. На тот момент, мне было на неё абсолютно всё равно. Месть пожирала меня изнутри, и как только я услышал стук молотка, моя душа успокоилась. Следующие пять минут, я с огромной радостью наблюдал за его лицом, выражающую искреннюю неподдельную ненависть, разочарование, боль и безысходность. Я понимал, что в момент аварии, страдал я, теперь, пускай страдает он.

Через пять минут после оглашения всех вердиктов, к нему подошла пара ребят в особой форме, после чего сразу увезли далеко и надолго, хотя мне от себя ему ещё лично хотелось сказать пару “ласковых” слов. И выходя из зала заседания, я уже окончательно был уверен в том, что наконец, смогу обрести внутреннее спокойствие, наконец зажив полноценной жизнью как раньше…, но вновь придя домой, в мой пустой и занятый только мною дом, я осознал, что хоть и добился для виновника справедливого наказание, но этим наказанием моих родных уже не вернуть. А потому, в первое после прихода в дом, я лишь садился на диван, и стал с улыбкой вспоминать все те прекрасные моменты, которые я проводил со своей столь любимой семьёй.

Мы похоронили их на городском кладбище. Вопрос цены меня совсем не волновал. Я желал отправить их в последний путь со всеми почестями и по достоинству, что я разумеется и сделал. И с того момента, я, наверное, не желая возвращать внутреннюю боль, с того момента их более не навещал, а лишь продлевал аренду на землю на кладбище где они собственно и лежали.

Шли годы, боль и отчаяние потихоньку угасали, пока наконец в моём сердце не наступал относительный мир и покой. Но так…, так продолжалось до момента смерти моих родителей. Когда они умерли, конечно, я не мог не вспоминать об Эмили и Вильгельме. Я считал, что я их уже забыл, и боль о их памяти ушла навсегда. Но…, как только я вновь о них вспомнил, то осознал, какую ужасную ошибку я совершил.

Всё это время, я жил в обмане из само иллюзий, изо дня в день лишь убеждая себя в собственной лжи, словно у меня и раньше не было никакой семьи. А потому, когда я тебе советовал быть честным, то именно ты должен был мне давать этот совет. Все те ответы на вопросы, которые ты мне сегодня задал, та история, о которой я рассказывал тебе по поводу моей работы, и те детские книжки с фотографиями, всё это было ложью.

Тебя мучали вопросы, и это я заметил ещё в наш первый день, когда ты убирался в шкафу. В ту ночь, когда ты спал у меня в первый раз, я вошёл к тебе в комнату и уже более хотел забрать эти книги, но оставил их на месте, так как хотел тебе обо всём рассказать, только, не знал когда.

И изначально, когда твой отец предложил мне, чтобы ты остался у меня, я даже вообще не рассматривал вариант, как бы ты приехал ко мне, жил у меня и полноценно учился под моей опекой, так как я боялся, боялся, ответственности. И страх, что с тобой могло что-то случиться, брал верх каждую секунду моих размышлений. Но после задумался, что…, твоё будущее, твои цели и амбиции, стоят куда выше, нежели моих возможных страхов и опасений.

И ты, именно ТЫ, вернул мне давно забытые чувства волнения, радости, переживания, гордости и заботы.

Когда ты пошёл на вечернюю прогулку, и я сказал тебе надеть кофту, только после закрытия двери я осознал то, с каким чувством волнения и опаски я это сказал, беспокоясь за тебя. Также я и беспокоился, когда одевал сына на зимнюю прогулку.

И когда ты забил гол в ворота, и когда ты получил удар мячом по голове, и когда ты гулял по двору без телефона, что я до тебя дозвониться не мог, и когда ты заболел, где я практически всю неделю за тобой ухаживал, всё это были чувства. Чувства давно забытые, давно утерянные, но которые ты мне помог возродить и понять всю красоту этих прекрасных ощущений. Все эти годы, я словно жил в вакууме, который ты помог мне разорвать.

И знаешь, хоть мы с тобой и не можем считаться кровными родственниками, но я чувствую, что мы с тобой очень близки. Ты удивительный и гениальный человек, который даже во многом похож на моего сына, а потому, мне вдвойне обидно видеть то, что с тобой сотворил Виктор и в кого он тебя превращает”.

“Ну, я бы не сказал что это плохо. Ведь именно благодаря его, единственно верному воспитанию, я могу назвать себя, спокойным, умным, ответствен…”

“Хочешь? Ты хочешь узнать всю правду о своём отце? Почему он тебя так воспитывал и от всего ограничивал?”

“Но я ведь знаю ответ. Ради того, что бы я не связался с плохими компаниями, был вежлив, интеллигентным ради того, чтобы в будущем найти работу и помогать родителям” – уверенно произнёс Евгений.

“Это лишь половина причины, по которой он так с тобой поступил. А потому, слушай меня внимательно и готовься услышать всю правду.

Я и Виктор жили в одной деревне недалеко друг от друга. Жили мы не богато, но и сказать, что мы бедствовали тоже нельзя. Начала девяностых годов. Неудачные государственные реформы, тяжёлый экономический кризис и повсеместное разочарование в социалистической системе, привели к распаду советского союза и образовании на его территории пятнадцати суверенных государств. Как мне рассказывал мой отец, откуда он сам про это узнал, ему рассказал его старых товарищ, который собирается переехать в Германию по программе “возвращения этнических немцев на свою родную землю”, или же “репатриация”.

Когда он вернулся домой, то он обо всём рассказал моей маме, та, которая в свою очередь, в первое время была категорически против данной инициативы. Но после трёх дней раздумий и всеобщего осмысления, так как устав терпеть прежде всего постоянный товарный дефицит, она поддержала идею отца по данному вопросу и скорейшему переезду в ФРГ.

Мне тогда было только 17 лет. Естественно, я слышал и понимал все намерения своих родителей, и по данному вопросу я их категорически не приветствовал.

На дворе стояла середина декабря 91-ого года, и тогда я задавался себе вопросом: “Зачем нам куда-то переезжать?”. “Да, страна на данный момент находиться в не самом лучшем состоянии, но и трудности ведь рано или поздно должны пройти, и всё будет как раньше” – говорил я тогда самому себе, убеждая себя в собственной правоте.

И только спустя несколько лет я осознал, что говорил так только потому, что вся моя жизнь была сосредоточенна в пределах одной деревни, рядом с которой стоял завод по переработке молочной продукции, вокруг которого всё и было построено.

Вся моя жизнь, была бы построена по советским лекалам, потому как другой я и не видел. Рождение-школа-завод-пенсия и смерть. А потому, я хоть и был яро против переезда, только со временем я осознал, что это был единственно верный и правильный стратегический шаг.

Так как с моим мнением родители вообще в те времена не считались, решение было принято и сам переезд оставался исключительно вопросом времени. Тогда я рассказал о планах родителей Виктору, который абсолютно также как и я не разделял идеи переезда. Но только он разделял это мнение только потому, что боялся потерять меня и мы с ним более никогда не увидимся.

Родители его, как и мои, также могли иммигрировать в Германию по программе “Репатриация”, однако также как и мы вдвоём – не разделяли идеи переезда, называя нас тогда чуть ли не “предателями родины”.

“Зачем куда-то переезжать, когда тут у нас есть работа, своё хозяйство, язык, и в целом почва под ногами. Ради прыжка в неизвестность? Чтобы возыметь шанс всё потерять и остаться ни с чем?” – говорили они. Доводы и аргументы отца они тогда вообще не воспринимали всерьёз, а потому, через два месяца после того как я узнал об этой теме, мы уже летели в Германию, для получения гражданства и поисках лучшей жизни.

Как ты наверняка знаешь, такое слово как “интернет” в умах простых граждан тех лет даже в теории ещё не существовало. А потому, мы договорились писать друг другу письма, дабы узнать, как друг у друга идут дела и всё ли с нами хорошо. Важным условием был тот факт, что эти письма были исключительно личными и конфиденциальными для чужих глаз кроме как для нас двоих. Наши родители над этим посмеялись, улыбнулись, но идею поддержали и заявили, что не в коем случае не будут читать чужие для них письма.

В них, он просил меня побольше рассказать о Германии, её людях, как там всё выглядит и всё устроено. В ответ же, я присылал ему ответы на все эти вопросы, порой даже с фотографиями вложенными в конверт. От себя же, он в основном писал, что родители на него начинаю давить, побуждая к наилучшей учёбе и отстранению от всех людей в своём классе, заверяя его о том, что они в будущем потащат тебя на дно, и успехами можно будет добиться исключительно своими силами.

“И, ты считаешь это нормальным?” – задал я ему вопрос после прочтения данных предложений.

“Наверное, да. Ведь мне родители с самого детства говорили, что главное в жизни, это успех и реализация в жизни. И ради этого успеха, можно и потерпеть несколько лет труда и забот” – написал Виктор в одном из писем.

“Ну а сам то хоть думал, кем хотел стать в этой жизни?”

“Врачом” – коротко и чётко о мне тогда ответил. “Сколько я себя помню, мне всегда легко и интересно давалась биология, вне зависимости от сложности проходимой темы. А потому, с пятого класса, как только она появилась, именно в тот год, я твёрдо решил стать врачом и лечить людей, правда ещё пока не определился каким.”

Но, сам задай себе вопрос, сказал Иван обращаясь к Жене: “Раз он так хотел пойти во врачи и так этого желал, то почему он не работает по этой специальности?”.

Также, в одном из своих писем, он, даже с некой грустью рассказывал, что не сможет учиться в медицинском институте, поскольку у родителей просто на просто не хватило всех финансовых средств на обучение.

Родители естественно копили ему, собирали и старались держать эти деньги как можно сильнее, да только как он мне писал: “непредвиденные жизненные обстоятельства”, лишили его возможности обучения именно на том факультете, в котором он так долго планировал учиться. Тяжело заболела мать, понадобились отцу новые детали для трактора, а без него он бы не смог работать в поле, и даже представь, что в рядом стоящее дерево ударила молния, повалив его, а то в свою очередь, упало прямо на дом Виктора и его семьи. Деньги откуда брали на все эти случаи, правильно, из “университетской” копилки Виктора.

Все эти непредвиденные факторы, которые требовали колоссальных затрат, в момент, когда просто на просто уже необходимо было давать деньги за учёбу, у его родителей их просто не было. И единственное, на что у них хватало денег, так это пожарно-техническое направление в одном из университетов Санкт-Петербурга, после завершения которого, по старым связям отца, у его сына определённо будет работа и стабильный заработок.

Ну а теперь, я тебе объясню, почему именно вы жили так небогато и по большей части довольно скромно.

Дело также было в родителях. Они ему с самого детства внушали мысль того, что он обязан хорошо учиться сначала в школе, затем в институте, получить работу, и с каждой заработной платы отдавать проценты родителям во имя помощи беззаботной старости. И так было практически на протяжении всех поколений, что были в его семье. Меня это не коснулось, так как мой папа открыто послал куда подальше своего отца, так как он был той ещё старой пьянью, ничего не делал а только всё требовал. А потому, он в 16 лет ушёл из дома, старался учиться и подрабатывать как мог, лишь изредка финансово помогая матери с отцом материальными благами.

И от тебя он требует, того же самого. Ты выучишься, найдёшь работу, и всю оставшуюся жизнь будешь только и делать, что отдавать почти четверть своей зарплаты своим старикам, которые сами толком жизни хорошей не видели, в надежде вернуть все свои утраченные молодые годы, которые они утратили, так как родили детей слишком рано, за счёт собственно и самих детей.

Ты…, ты удивительный человек. Ты очень умён, вежлив, работоспособный, и что самое главное, у тебя есть цели. Но это вовсе не твои цели. Ты идёшь на врача, не потому что тебе этого хочется, а потому что тебе это сказал отец, верно? Он сам не смог стать тем кем стал, вот теперь будет находить отражение своих несбывшихся желаний именно в тебе. Но если ты его сейчас послушаешь, то до конца жизни своей будешь несчастен, находясь там, где тебе быть совершенно не хочется. Вспомни всё то, чем ты занимался, к чему питал рвение и искреннее наслаждение, и иди по этой дороге, не слушая абсолютно никого. Потому как только на месте, где от работы ты получаешь настоящее удовольствие, то сможешь добиться куда более высоченных высот, нежели ты будешь находиться там, где тебе абсолютно не место”.

От услышанных слов, которые только подогревались холодными осенними ветрами, в голове у Евгения появилась целая россыпь различных сомнений, споров и противоречий. Все эти слова, всё то услышанное и полученное со слов дяди, заставили опустить его голову и крепко взяться за неё руками, пока он сам не был, чуть ли не на грани нервного срыва.

“Запомни – ты, ничего, никому, не обязан. Даже если ты вернёшься домой, родители тебя всё рано не убьют. Они всё также будут любить тебя, и примут обратно домой, что бы ты не сделал и не совершил” – закончил свой монолог Иван на данной фразе, давая племяннику обширную тему для глубоких размышлений.

Сам главный герой, в ту минуту вообще не знал, что ему как быть, о чём чётко мыслить, и что ему делать дальше. Ведь этот монолог, словно гигантской кувалдой ударил по его чётко выстроенной стене из строгих целей, обязанностей и забот.

“Только ты сам вправе решаешь, кем тебе быть и кто ты есть для этого мира. Ты запутался. Подумай над этим, и прими верное решение.” – произнёс Иван эти слова, после которых пошёл один легкий, чуть ли не дружеский хлопок по спине, после удара которого, у Евгения окончательно что-то пошло не так с головой.

Резко встав со скамейки, со злыми, и заплаканными красными глазами, он, сильно заикаясь и делая чуть ли не полноценную паузу после каждого слова, чуть ли не кричит уже истинно, без сомнений для него устоявшуюся, и непоколебимое мнение, который более никто и никогда не сможет для него пошатнуть:

“НЕТ…, НЕТ НЕТ НЕТ. Я…, я, н-н-не могу вернуться, домой. Родители столько, столько в меня, в-в-вложили, столько, с-с-сил, денег, времени было потрачено на меня, что я н-н-не в коем случае, н-н-не могу их п-п-подвести.

Я…, я знаю своё будущее. Я, я обязательно выучусь на врача, п-п-потому что я этого хочу, ч-ч-что бы…, что бы потом получить р-р-работу, и хорошую з-з-зарплату и по-по-по-помогать потом род-дителям. П-п-потому что они этого зас-с-служивают. Я-я-я з-з-знаю, совё б-б-будущее. А п-п-потому вы не г-г-говорить мне, ч-ч-что я-я-я, запутался.

З-з-запутались как раз т-т-таки в-вы. В-вы мне утверждали о в-важности ч-честности, как в-важно быть честным с другими и что это одно из самых достойных ч-человеческих качеств. Н-но сами, столько лет, столько долгих лет, в-вы лгали прежде всему с-самому себе. Вы не можете их забыть, не можете тех, к-кого любили, убеждая себя в том, что никого и не было, но тем самым, вы делаете только хуже самому себе, что и делает вас совершенно несчастным. Вы убегали, убегаете и будете убегать от правды, думая, что это вам поможет, но это только иллюзия нужного вам решения. И пока вы будете убегать, вы и будете всё также несчастны. Живя в доме, где когда-то жили ваши близкие, на вас будут давить воспоминания прошлого, ещё больше загоняя вас в пучину скорби и отчаяния. А потому, вам нужно, либо окончательно отказаться от всего, что вас с ними связывало, либо принять тот факт, что их больше нет и наконец нормально зажить дальше. Вам необходимо принять решение. Наверное, самое больное и страшное, но в тоже время, важное решение. Но до тех пор, вы будете несчастны, абсолютно всегда.”

От услышанных слов, Иван даже сам на пару мгновений упал в тяжёлое раздумье от услышанных слов.

“Ты прав. Столько лет, я лишь лгал самом у себе. Но смогу лия вернуть то, что так упорно пытался забыть?”

“Вам было тяжело. Все эти годы. Но как говорила Эмили, вам необходимо быть честным, прежде всего самим с собой. А правда в том, что вы не сможете их забыть, как бы вы не старались. И поэтому, именно сейчас пришло время принять решение, от которого вы столько времени убегали, и которое обязано изменить всю вашу жизнь, как бы не было тяжело”.

Встав со скамьи и повернувшись к Евгению спиной, Иван закрыв глаза и наклонив голову принимает все слова племянника, и после полутра десятка секунд размышлений, он говорит Жене:

“Тогда поехали. Нам нужно кое куда съездить” – твёрдо и уверенно заявил дядя, после без лишних слов пойдя обратно в строну дома. От услышанных слов, Евгений ещё пару мгновений простоял от недоумений, но в конечном итоге всё же быстро последовав за ним.

Через десять минут ходьбы ускоренным шагом, они находились возле машины, и Иван говорит Евгению: “Садись, нам нужно кое-куда съездить!” – уверенным и твёрдом тоном произнёс он.

“В такую темень, в такой час?” – с лицом искреннего удивления спросил Женя.

“Да, садись” – произнёс дядя, после слов которых Евгений озадаченный садиться в машину.

“Ааа, куда мы едим?” – спросил Евгений с крайней степенью озадаченности.

“В одном очень и очень важное место. И я хочу, что бы ты там был” – уверенно сказал Иван. “Ты лучше поспи. Путь особо не близкий, а у тебя ведь тест завтра. Хоть так ты должен поспать”

“Вы, простите меня за мои слова по поводу семьи, это вышло с гореча, я вовсе не…”

“Не. Ты всё верно сказал. Хватит бегать от своей многолетних ложных убеждений. Пора посмотреть ей в глаза, и встретиться с тем, чего я столько упорно избегал”. “А ты, лучше, поспи”

“Хорошо” – спокойным тоном произнёс Евгений, и после около двадцати минут езды на машине, наблюдая за окном падающие капли уже уходящего дождя, он наконец заснул, вновь ощущая это чувство недосказанности, пока его последней в шутку фразой перед сном не стала: “Надеюсь, не лес”.

Через два с половиной часа, пока Евгений находился в машине, находясь в объятьях хрупкого сна, они наконец приехали к месту назначению, по остановке которой, Иван попросил Евгения пойти вместе с ним. С немного больной головой, и слипшимися глазами, он не спеша выходит из машины, параллельно стараясь распознать “незнакомую”, как ему казалось местность. Хлопнув дверью, Евгений прежде всего занимается лёгкими упражнениями для шеи, так как из-за почти трёхчасовой поездки в одной позе вызвали у него небольшие затёки. Протерев глаза, Евгений по началу дивиться: “Ого, наш дом” – заявляет он спокойно и уставши.

Видя, как Иван входит дом, Евгений после прихода в себя, идёт за дядей, в надежде поскорее уже с этим закончить. Зайдя туда, он увидал лишь как тень Ивана поднимается на второй этаж, так и ещё подзывает его поторопиться. На втором этаже, он увидел то, чего никак не мог увидеть ни разу за все те дни, пока он был в этом доме. Дядя, стоя на лестнице, открывает ключом верхний металлический люк ведущий на чердак, в который Женя пытался пробиться в тот раз, когда он впервые здесь побывал.

С грохотом открыв люк открывающий ему проход в неизвестность, Иван забирается на чердак и просит Евгения подняться за ним. На секунду, ему даже стало капельку страшно, так как он вообще не понимал, что его будет ожидать на этом чердаке. Но не став перечить словам дяди, он всё таки решается подняться на этот злополучный чердак, в надежде на самый лучший исход.

Как только он поднялся, там было так темно, что можно было глаз выколоть. Только уже после пары мгновений, там загорается яркая жёлтая лампочка, которая осветила весь чердак, и из-за которой, теперь можно было разглядеть все предметы, находящиеся в этом помещении. Первым делом, Евгений смотрел за тем, чем же занимается сам дядя. А тот в свою очередь, пробираясь через горы старых ящиков и коробок, увидал он этот злосчастный мешок, по началу замирает на несколько мгновений, но после глубокого и уверенного выхода, он берёт его в руки и вытаскивает его ставя на пол отчётлива показывая Жене, затем прося его подойти поближе для наилучшего рассмотрения.

“Ты, правильно сказал. Хватит убегать от собственных проблем. Я, я так боялся взять его вновь, но ты открыл мне глаза на правду. И я наконец готов сделать выбор, от которого столько убегал, и от которого столько прятался раз, и навсегда.”

“Как-то это всё расплывчато. Не хватает чёткого и уверенного ответа” – подумал Евгений в то мгновение. Но увидев легко-улыбающееся лицо Ивана, он думает, что он наконец готов принять своё прошлое, а потому радуется за него, и говорит: “Хорошо. Рад за вас.” – произнёс Евгений также улыбаться в ответ.

“Ладно, спускаемся. Мы тут закончили” – произнёс Иван спокойным тоном.

“Что, и это всё?” – с удивлённым тоном спросил Евгений в ответ.

“Да, может это дело и короткое, но я хотел, что бы именно разделил этот непростой для меня жизненный момент”

“Ладно, я понимаю” – с улыбкой ответил Женя, после чего он стал спускаться обратно на первый этаж и идти обратно к машине. Через минут пять, с мешком вышел и Иван. Закрыв дверь, он аналогично Евгению подходит к автомобилю, открывает его и кладёт к себе в багажник, пока Женя садиться в машину и пристёгивает ремень.

Как только Иван сел за руль и завёл мотор, он проговаривает племяннику: “Ну, теперь едем обратно. Даже и не думал, что когда-нибудь сделаю это” – со смешком сказал Иван. В ответ на это, Женя легко улыбнулся, и откинув голову обратно на плечо, понимал что в таком положении ему более не уснуть, а потому попросил дядю перейти на заднее сиденье, дабы попытаться поспать в более удобной обстановке. Иван не был против этого, и после небольшой остановки длившееся пару секунд, Женя уже более комфортно устроился на заднем сиденье салона автомобиля, с чувством гордости за своего дядю, и внутреннем удовлетворением того, что он сделал нечто приятное, и даже в какой-то степени, нечто грандиозное.

Через два часа и 50 минут, машина уже стояла во дворе дома. Время телефона показывало почти четыре часа утра. Иван разбудил Женю и оповестил о пришествии. Евгений протерев глаза, стал обувать свои ботинки и выходить из салона машины.

Перед тем как пойти к двери, Иван сказал Жене: “Вот, держи ключи. Войди в квартиру, закрой дверь, переодевайся и ложись спать. У меня если что с собой запасной. А у тебя ведь завтра экзамен, и ты обязан быть в хорошем расположении духа дабы всё хорошо сдать. А я пока что, отгоню машину на более удобное место”.

“Хорошо” – сказал Женя попутно беря ключи.

Как только он их взял в руки, Иван начал кататься по двору, да бы найти ещё более удобное место для ночной парковки.

Поднимаясь, после уставшей и измученной поездками Евгений, наконец таки рад подняться в квартиру, и попытаться поспать на нормальном постельном ложе.

Зайдя в квартиру, он закрывает дверь, и тут же начинает снимать с себя всю верхнюю одежду, пока не ходил по квартире в одних лишь трусах да майке. Он был настолько уставшим, что ему было даже лень почистить зубы и найти свою одежду для сна. Но перед тем как плюхнутся на кровать, Евгений думает посмотреть, где же всё-таки припарковался его дядя. Выглянув в окно, он на удивление не замечает его белого легкового автомобиля, хотя он на весь двор насчитывает всего пары штук. Хорошенько приглядевшись, он вообще не замечает ни Ивана, ни его автомобиля, что сильно озадачило главного героя. Но его мозг был настолько сильно уставшим от всех этих поездок и не до сна, что не желая мыслить логически он сказал себе: “Ладно, наверное, пошёл отогнать в соседний двор”. Мысль как минимум странная, но тогда он был готов поверить во всё что угодно, дабы поскорее успокоить свой мозг и лечь в свою настоящую кровать.

Укрывшись одеялом, он закрывает глаза и готовиться ко третьему за сегодняшнюю ночь, уже заключительному сну, пока его последней мыслю не стало: “Уже сегодня экзамен. И я его, обязательно сдам”.

Относительно Евгения, он закрыл глаза на пару минут и немного полежал в своей постели. Но относительно мира, он проспал так ещё целых три часа, пока на утро, новый мир, готовил для него множество занятных сюрпризов.

Не успев толком протереть глаза, только пока в то время когда его голова лежала на подушке, он замечает карту мира, довольно потёртую и с небольшими трещинами, но на которой всё ещё можно было увидеть расположение всех стран. По разглядывав её минуту, Евгений поворачивает свою голову в сторону компьютерного стола, на которой стояла рамка с фотографией умершего сына Ивана, в забавном пиратском наряде. Также рассматривая её пару минут, Евгений прихмурился, затем быстро протерев глаза и мигом одевшись, он стал осматривать остальную часть дома, в надежде увидеть ещё больше памятных вещей.

Первым делом, он естественно зашёл в комнату дяди, в которой сам он не находился, по всей видимости находясь на работе в этот субботний день. Но только бегом пробежав глазами по комнате, он увидал рамку с фотографиями, которая по рассказам дяди, мешала ему уснуть в первую ночь в доме после утраты семьи.

Но больше ничего интересного в комнате не было, а потому, поставив рамку на место, он стал держать свой путь в туалет и ванную, дабы сделать все утренние дела и продолжить изучение уже нового по ощущениям дома. В если в первой комнате оставалось всё как есть, то во второй, где стояла уже сама ванна, его ожидал маленький, но всё же приятный сюрприз. Только открыв дверь, он сразу на зеркале в комоде замечает старую фотографию, по всей видимости, сделанная на фотоаппарате мгновенной печати. На ней было изображён тот момент, когда ещё молодой дядя со своей женой делают фотографию самих себя, пока Эмили целует его в щёку, а сам дядя радостно улыбается, глазами смотря прямо в её красивое лицо.

При виде этой картинки, на лице Жени непроизвольно появилась улыбка, и с приятным на душе настроением, он начинает чистить зубы, всё ещё параллельно продолжая рассматривать фотографию на зеркале. По выходу из ванны, он направился в главную комнату, где к большому удивлению, сидел на диване Иван и рассматривал старый фотоальбом.

В тот момент, когда Иван увидел Женю, он его тепло поприветствовал и поблагодарил за хороший совет. Но в то время, пока он это говорил, Евгений старался ушами слушать его речь, а глазами рассматривать предметы, которые определённо наполнили ранее пустую и скучную комнату.

На шкафу в телевизоре, он увидал семейные фотографии, некогда счастливой и единой семьи, вместе с общей фотографией Ивана и его родителей. Рассматривая полки дальше, он заметил грамоты на имя Вильгельма, которые он получили в детском саду за достижения в математике и чтении. Дальше были видимо сувениры с мест совместного отдыха Ивана и его Жены. Там были совместные фотографии на фоне Эльфе вой башни в Париже, на фоне Пизанской башни и не большой бычок, по всей видимости был взят из отдыха в Испании.

Повернув голову на 180 градусов, на стене он видит картину, обыкновенного приятного пейзажа, ныне стоящая на месте тёмного пятна.

Когда он осмотрел всё вокруг, то Иван попросил его сесть рядом с ним, и посмотреть старые фотографии из его семейного фотоальбома. Пока они сидели, Иван рассказывал и показывал Жене фотографии из детских утренников Вильгельма, его первого похода в школу, и просто совместных прогулках в их же собственном дворе, когда они были ещё дружной и крепкой семьей. Дядя рассказывал всё это с лёгкой улыбкой, на сей раз с истинной и искренней, словно на его душе, более не лежал никакой тяжёлый груз.

Рассматривая все эти фото, в один момент, Женя всё же задаёт вопрос, который появился у него с сегодняшнего утра: “Когда я вчера поднялся в дом и посмотрел окно, то не увидел ни вас, не вашу машину. И когда засыпал, я вас так и не дождался. Это вы так долго место искали, что аж к чужому двору поехали?”

Резко, лёгкая улыбка Ивана сменяется на каменное лицо, после которой он уже начинает рассказывать правдивую историю:

“Когда ты мне вчера сказал, что мне необходимо сделать выбор, ты тогда бы прав. Мне действительно пора было перестать бегать от своего прошлого, иначе я до конца своих дней буду думать о них, терзая душу былыми воспоминаниями.

А потому, когда я тебя оставил у дома, я…, поехал к реке с мешком, что бы сделать окончательный и бесповоротный выбор. Выйдя из машины с мешком, я подошёл к самому краю середины моста, поставил мешок на перила, им мне оставалось сделать один толчок, который в теории мог бы избавить меня от всех больных воспоминаний.

Стоя на краю, держа в руках этот страшный мешок, как и тогда у мусорного бака, мозг и сердце, как и в прошлый раз, вцепились в битве, каждый давая мне советы, которые должны были изменить к лучшему мою жизнь.

Я сделал толчок. Лёгкий, совершенно не сильный. Те мгновения, длились для меня словно целые вечности. Видя то, как последний лоскуток исчез с края моста, в моём мозгу что-то резко щёлкнуло, и я, не взирая на всю опасность упасть с моста самому, резко тянусь к мешку, что бы не в коем случае на не дать ему свалиться в бездонную реку.

Ухватившись в последний миг буквально за самый край, я резко вытащил его из пропасти, сказав себе: “Значит, я сделал свой выбор”.

Сев с ним обратно в машину, я обдумывал то, почему я так сделал. Тогда, на мосту, мне словно само тело приказало ухватиться за мешок, не в даваясь в подробности и не объясняя причин. Но, только обдумывая всё сделанное по пути домой, я осознал, что причина – ты. Как я уже говорил, именно ты напомнил мне про ценность чувств и эмоций, которые я давно утерял. И если бы я тогда не потянулся за мешком, то это по сути означало, что я навсегда бы навсегда отказался от этих…, болезненных, но в той же степени тёплых ощущений и воспоминаний.

А потому, спасибо тебе ещё раз.”

“Ну, ладно” – произнёс за смущённо Евгений, до конца в тот момент не понимая, что ему необходимо было сказать.

“Ну ладно. Давай бегом есть и повторять изученный материал. А то через пару часов тебе тест сдавать, и ты должен сдать его хорошо”

“Хорошо” – сказал Евгений, всё ещё сидя на диване, но собираясь встать.

Неожиданно для него, Иван тоже встал и немного пошебуртил макушку его волос со словами: “На кухне уже стоит всё готовое, тебя дожидается. Давай бегом, сорванец.” – легко улыбаясь и заявив это в шутливой форме.

Женя не понял, почему он сказал на него слово “сорванец”, но ему понравилась это лёгкая непринуждённость жеста, который Иван проделал с его макушкой. А потому произнеся лишь “спасибо”, он отправляется на кухню, дабы поесть и повторить напоследок весь изученный материал.

Через два с половиной часа, он уже стоял возле кабинета, переполненный чувством страха и волнения. По входу к двери, его попросили сеть на одну единственную парту посреди кабинета, где и будет проходить его контрольная работа. С каждым шагом ко столь страшному месту, ноги становились всё тяжелее, дыхание перебивалось, а руки, казалось бы, вообще отказывались его слушаться. Сев, и испытав лёгкий холодок по всему телу, дожидаясь необходимых анкет, он, с закрытыми глазами повторял правила, невнятно для остальных бормота их себе под нос.

Бумаги, были положены нас стол. Лежавшие в специальном файле, Евгений достаёт один из них, листок первый который, попадается с заданием по грамматике.

“У тебя есть по 45 минут на два листка с грамматикой и письмом. Как закончишь, я поставлю тебе аудио текст, который ты прослушаешь два раза и ответишь на вопросы. И на десять минут, ты обязан будешь мне рассказать текс. Можешь приступать”, пока сам проверяющий, сидел за столом и пристально смотрел, как бы он чего не достал подозрительного.

Бегло пробежавшись по первому листу, он себе говорит: “Вроде бы ничего сложного, но лучше быть внимательней”. Сделав глубокий выдох, покрепче ухватившись за карандаш, он наконец приступает к тому, к чему так долго готовился и к чему так долго стремился. И этот тест покажет ему, не зря ли он учил немецкий язык, все эти долгие годы.

Евгений выходит из кабинета, после полутра часа усердно работая над этим тестом. Может он и был уверен в ответах, но лёгкое чувство неопределённости сохранялось с ним. Его попросили подождать возле кабинета 15 минут, пока экзаменатор всё проверит и не выдаст окончательную оценку. Во время этих ожиданий, секунды длились словно часы, а минуты, целые годы. Пока он ждал, он в голове проверял сам у себя ответы, точно убеждая себя в том, что он выбирал исключительно верные и правильные варианты.

После 15 минут, выходит проверяющий. В глазах Евгения, даже без лишних слов можно было прочесть надпись: “Ну же, что у меня?”. И после пяти секунд молчания, словно как можно сильнее наращивания уровень драмы, она с улыбкой на лице вручает ему диплом о знании немецкого языка на уровне В2, после чего она его поздравила со словами: “Теперь, двери в любой университет для тебя открыты” – произнесла она тогда пожимая нашему герою руку.

В одной руке держа диплом, а вторую поживая руку этой прелестной даме, он тогда испытывал неимоверную гордость за самого себя, свою маму, и в целом семью, которые подарили ему возможность сейчас здесь находиться и принимать данный языковой диплом. От радости, его руки в ту минуту слегка дрожали, а ножки тряслись так, словно были сами выпрыгнуть из тела и пойти в пляс на самотёк.

После ещё минуты диалога, они прощаются, и Евгений, радостью полных штанов, чуть ли не выбегает прыжком из здания приёмной ученической комиссии, побежав не отпуская свой диплом из рук, словно за ним бежит целая стая гепардов.

Придя на остановку, только тогда он сумел полноценно сесть, всё обдумать, успокоиться, и ещё раз возгордиться собой за проделанную тяжкую работу. А приезжая домой на автобусе, он очаровывался прелестными видами этого прелестного города, пока на его душе стояла неимоверная радость, которую ничто и никак не могло пошатнуть.

Придя домой, у нему на встречу выходит довольный дядя Ваня, который уже и так знает ответ, спрашивает его: “Ну, как сдал свой тест?”

Евгений же, без лишних слов, даёт ему в руки свой диплом о знании немецкого языка, в то время, как Иван уже пожимает ему руку и на немецком говорит: “Herzliche Glückwünsche” или же “Поздравляю”.

“Знаешь, это нужно отпраздновать!” – сказал довольным голосом Иван. “Одевайся потеплее, мы съездим в одно приятное место, которое тебе обязательно понравиться. А выходим, прямо сейчас, не теряя времени.”

“Ну, хорошо. У меня сегодня никаких планов не было” – сказал с улыбкой Евгений.

“Ну тогда, иди собирайся, и чтобы через 10 минут уже стоял готовым у выхода” – также весело и задорно говорит дядя.

“Хорошо” – ответил Женя, и как только он вошёл в комнату, неожиданно услышал вопрос: “Не хочешь рассказать об этом родителям пока не уехали?”

“Да, нет наверное. Вечером позвоню и обо всём скажу” – спокойным голосом сказал Евгений.

“Хорошо. Иди одевайся” – после фразы которой, оба пошли собираться туда, куда Евгений сам не знает пока.

Через минут 15, они оба сидели в машине. Дядя на сей раз, не был одет в свой строгий костюм, а даже напротив, в синих джинсах, белой футболке и не застёгнутой кофте, которые только доказывают то, что сейчас они поедут куда-то хорошо отдыхать. Только вот оставался у Евгения один вопрос: “А куда мы едем?” – с интересом спросил Женя и Ивана.

В ответ на это, Иван произнёс ему: “В парк один съездим за городом”

“О, хорошо” – произнёс Женя, усевшись в кресле поудобней и став дожидаться времени прибытия.

На удивление, дорога к парку заняла целых 30 минут времени, во время которых, Евгений только и делал, что смотрел в окно, лишь изредка посматривая время на телефоне. Но в один момент, незадолго до приезда, он увидел что-то типа огромной железной волны, на которой катались люди в маленьких вагонетках. Протерев глаза, Женя тут же обращается к дяде со словами: “Мы что, едим в парк аттракционов?” – с энтузиазмом спросил он.

“Именно” – произнёс Иван улыбаясь. “Сегодня ты сделал большое дело, а потому заслужил день хорошего отдыха”

От этих слов, Евгению уже не сиделось на месте. Находясь в неком приятном волнении, от части всё время двигаясь и извиваясь, стараясь как можно быстрее пропустить время, он в своей голове представлял, как будет пробовать всевозможные аттракционы, наслаждаться приятной атмосферой, и просто в своё удовольствие проводить время.

Через 10 минут, наши герои припарковали свою машину и отправились покупать билеты. По входу в парк, он старался вести себя совершенно адекватно и спокойно. Что на самом деле, было достаточно трудной задачей, так как в душе пробудился давно умерший дух маленького ребёнка, который всё везде хотел потрогать и исследовать.

“Ладно, пошли пообедаем для начала, а уже затем пойдём туда, куда ты сам захочешь”

“Хорошо” – сказал Евгений, после чего они пошли набивать свои животы максимально жирной едой, переплатив за адекватную цену в два с половиной раза.

Этот день, определённо запомниться Жене надолго. Ведь ему позволили прикоснуться ко столь желанным моментам беззаботной юности, которые он так давно упустил.

Прежде всего, они направились в близстоящий тир. Стоит ли говорить, что Евгений держал своё первое, хоть и искусственное оружие, почти что первый раз в жизни. А потому, он даже и не надеялся попасть в метки хотя бы более двух раз. Подойдя к оружиям для осмотра, Иван предложил Жене посоревноваться в меткости, на предложение которое, Евгений ответил категорически за. Выделив по две винтовки по 15 патронов в каждой, Иван с Женей встали на боевую изготовку, и уже приступили к стрельбе.

На протяжении четырёх минут, Иван с Евгением стреляли по мишеням, дорожа и ценя каждым выпущенным патроном. С первых попыток, выстрелы Жени, словно сами по себе отказывались лететь, даже в самые большие и высокие цели. Дядя же в свою очередь, видя все первые неудачные выстрелы своего племянника, помогает ему дельным советом по правильному охвату винтовки, и куда действительно необходим смотреть. После ещё двух неудачных выстрелов, на шестой раз, он наконец попадает в свою первую мишень, от чего у него на лице и душе, образовалась яркая и отчётливая улыбка.

После 15-ти попыток попасть в цели, в общей сложности, Иван сумел поразить цели 10 раз, в отличии 5 от Евгения. Но даже не смотря на это, в те минуты, он не никак не переживал касательно потраченных патронов. В его душе была неимоверная радость, которая, не смотря на результат, искренне радовалась эмоциям от каждой поражённой цели, и даже от части, каждой не поражённой.

После тира, наши герои решили отправится к падающей башне, которая была видна практически со всей территории парка. Подойдя к ней вплотную, Иван по началу предлагал Жене отказаться от этой неприятной по его мнению затеи, но стоя на своём, он не только уговорил его прокатиться на данной аттракционе, но и сам Иван так уж и быть, согласился составить ему “Сопровождения в целях безопасности”. И единственное, что отделяло их от столь ярких ощущений, так это на первый взгляд небольшая очередь, время ожидании в которой заняло около 15-ти минут. Подходя к ней, с каждым шагом казалось, что она становиться всё ближе и ближе. Евгений всё ждал и ждал свою очередь с нетерпением, пока Иван до конца надеялся: “Может он всё таки передумает?”. Как только подошла их очередь, Женя радостно с поднятыми руками крикнул: “Ура”, пока дядя про себя сказал: “Ладно, быстрее начнём, быстрее закончим”. Усевшись в кресло и пристегнувшись, Иван сказал Жене: “Ты главное не бойся, но если станет страшно, то лучше закрой глаза”. “Хорошо” – произнёс Евгений находясь в предвкушении. И вот, башня начала подниматься. Женя был в нетерпении, пока она со всей скоростью рухнет вниз, в то время как Иван, смотрел на время, параллельно волнительно стараясь наслаждаться окружающей, находясь на большой высоте. В тот момент, когда башня остановилась на верху, на пару секунд, всем участниками аттракциона представилась ясная картина целого парка, где они могли с такой высоты понаблюдать за всеми возможностями и красотами данного великолепного места. “А тут красиво, не правда ли?” – спросил Иван и Жени. “Действительно, тут и вправду довольно красИИИИИИИИИ” – не успел произнести Евгений, как уже на полной скорости полетел вниз к земле. Во время падения, абсолютно все участники аттракциона без исключения, кричали что есть сил, словно это были последние мгновения жизни. После остановки, у наших героев было совершенно противоположное, и на удивление разное мнение о прошедших нескольких секундах. Иван с улыбкой прижался к креслу, и с радостным лицом поглядывает на своего племянника. Пока тот в свою очередь, аналогично прижавшись к креслу, начинает из всех оставшихся сил кричать: “Господи!!! Зачем я только сюда пошёл?!!!”. “Да ладно, по моему было довольно весело” – с улыбкой утверждает Иван. “НЕТ!!!” – категорически возражает Женя. “У меня словно вся жизнь пронеслась перед глазами за эти пары секунд. И будет наоборот лучше, если мы сейчас же спустимся на землю, и спокойно пойдём, ой ДА ЛАДНО…” – произнёс Евгений, пока дядя над этим искренне смеялся, пока на протяжении всего второго подъёма, Женя уже в шутку спрашивал дядю за то, зачем он уговорил его пойти на этот страшный аттракцион.

В конечном итоге, башня “рухнула” на землю в общей сложности три раза, пока после третьего падения, они оба с дрожащими ногами вышли оттуда, пока один говорил: “Боже мой, спасибо что всё это закончилось”, в то время как второй утверждал: “Нужно будет ещё раз как-нибудь повторить”.

“Ну что, у тебя ещё остались силы на оставшийся день?” – иронично спросил дядя. “Да-да, конечно, было, было весело. Только, можно минутку посидеть?”

“Да, конечно, пошли” – ответил Иван, ухватив Женю за плечо. Посидев минут пять ближайшей скамейке, они решили отправиться к последнему и самому громкому аттракциону на сегодняшний день. К огромной американской горке, которая так символично находилась рядом с озером вблизи миниатюрной статуи свободы.

Вновь ожидая очереди на горку, на се раз приблизительно двадцать минут. И на сей раз, не делая громких заявлений перед поездкой, это определённо пошло ему на пользу. Сев в кабину, пристегнувшись и начав движение, Иван и Женя делились мнением перед поездкой, пока ещё медленной и изнурительной, поднимаясь всё выше и выше, на самую высокую точку. И вот, за мгновение до падения, они оба сжали руки к поручню настолько сильно, что словно это этого будет зависеть вся из жизнь, что от части, было капельку правдой.

Последние мгновения перед падением и…, вниз. Резкий поток ветра обдувал всё тело главных героев. Люди с задних и передних рядов кричали что есть сил, по пока встречный воздух обдувал назад все кончики волос. Двигаясь со скоростью 160 километров в час, в эти как им казалось, “последние мгновения жизни”, вся жизнь вновь пролетала перед глазами. Страх, радость, безнадёга, экстрим, драйв, все эти чувства бешенным ураганом эмоций захлестнули Женю и Ивана на протяжении тех пяти минут, пока они с дикой скоростью то поднимались, то опускались на этих бешенных горках.

Когда вагонетки окончательно остановились, все были от части рады, что смогли пережить эти захватывающие мгновения. Вновь выходя с трясущимися ногами, первым делом, Женя попросил дядю как можно быстрее пойти в туалет, потому как ему в ту секунду казалось, что всё содержимое в желудке после испытанного обеда, собиралось немедленно выйти наружу. Искав ближайший туалет на протяжении трёх минут, Женя со скрученным животом вбегает в него, занимая одну из последних свободных кабинок. Не брезгая от части не мытым полом, он наклоняется к унитазу, и от вони подступающей снизу, всё само собой вываливается внутрь невезучего туалета. Иван же, в это время также стоял в туалете, только снаружи кабинки, так как сам Евгений попросил его не смотреть на него в этой кабинке.

Стоя, спрашивая его как он себя чувствует и не получая, но слыша звуки “извергающегося” племянника, через пару три минут он выходит, с длинно капающей слюной и раздражённой глоткой, он, не говоря ни слова, мигом подходит к умывальнику, дабы умыться и приобрести человеческий вид. И уже после этого, как он более менее пришёл в себя, он, поворачивается к дяде его говорит: “Да, было круто”

“Мда уж, было весело” – иронично ответил Иван. “Ладно, тебе нужно немного отдохнуть. Пошли посидим, и я куплю тебе воды”.

“Хорошо” – ответил Женя, после чего они пошли к ближайшему кафе, посидеть и прийти в чувства.

Сидя в кафе, не издавая ни звука 10 минут, после того как Евгений уже задышал спокойно, Иван спрашивает его: “Раз тебе стало лучше, то ты можешь сам выбирать, поедим ли мы домой, или продолжим наш день в парке, только уже с более спокойными развлечениями? Выбирай сам”.

Сам он, проверив состояние своего желудка на отсутствие боли, попросил дядю остаться и завершить день в перке, но уже в более спокойной и приятной обстановке, на что он сам, дал своё согласие.

Оставшиеся часы, они в основном гуляли, и пробовали спокойные развлечения, всё также продолжая наслаждаться этим чудесным деньком, словно этого неприятного инцидента и вовсе не было. А последние минуты этого прекрасного дня, завершился лёгкой и тихой прогулкой, на которой они просто ходили, общались, наслаждаясь эстетикой вскоре подходящего заката, перед уходом, сделав совместное фото на фоне центрального озера. Жалко лишь было то, что парк закрывается в столь ранний час.

Ехав домой, Женя чувствовал приятные нотки весёлой усталости. Ноги капельку болели, пока голова вспоминала все самые приятные моменты прошедших часов. Иван же, как и Евгений, не смотря на свой возраст, разделял все эти приятные ощущения со своим племянником. А потому стал поддерживать диалог о всех полученных ощущениях и эмоциях, аж до самого конца поездки к дому.

Вечер дня обещал быть спокойным и тихим. Женя с Иваном в семь часом вечера спокойно поели, а после, аж до самой ночи, уткнулись от части уставши в свои любимые экраны. И только в девять часов вечера наступал звонок родственникам на родину, которых определённо ждала радостная новость.

“Молодец! Поздравляю! Во-молодец!” – кричали в трубку все. И деда и баба и мать, и даже отец. Все поздравляли и хвалили нашего героя, и было действительно за что. Этот разговор был без громких нравоучений и так уже оставивший немалый след на душе Жени, фразе о надежде. Лишь Виктор от себя добавил, что бы тот старался в том же духе, и всё должно у него получиться, после изречения которого, его попросили рассказать как прошёл его день, и тут то, уж действительно было о чём поговорить, за исключением одного “грязного” инцидента.

Закончив разговор со всеми на высокой ноте, на последок получив ещё парочку похвал в свой адрес, Женя плюхнувшись на свою кровать, и с закрытыми глазами размышлял, какой это был чудесный и сказочный день, закончился который, приятным просмотром фильмов и непродолжительными разговорами с дядей на тему испытанных аттракционов.

Лёжа на кровати, уже перед самым сном, его не волновали никакие мысли, никакие чувства, никакие догадки. В тот миг, он хотел без лишних раздумий завершить этот чарующий день, лишь на секунду пожелав: “Вот бы так было всегда”.

В отличии от первого выходного, второй не выделялся чем либо особо выдающимся. Только вот на сей воскресенье, Евгений попросил Ивана остаться сегодня дома, и отдохнуть в спокойной и уютной атмосфере квартиры, без всех этим длительных дорог и уборок. Капельку призадумавшись, Иван отвечает: “Чтож, ладно. Как хочешь. Только вот я думал предложить одно интересное дело по пришествии к дому, о котором ты точно не пожалеешь. Но ладно, сделаю его сам.”

На мгновение, ему стало капельку стыдно, ведь он думал, что дядя посчитал, что ему просто лень идти убираться. И поэтому, беря во внимание эти мысли, а также то, что дядя предложил ему: “Интересное дело, о котором он точно н пожалеет”, он соглашается поехать с дядей, не смотря на своё желание остаться сегодня дома. Сев машину, Евгений всё же спрашивает дядю касательно интересного дела. Но тот в свою очередь, открестился от ответа со словами: “Приедем, и всё узнаешь”.

После не получения ответа, Евгений понимает, что его уже начинает раздражать эта постоянная недосказанность дяди. Но после он вспоминает, что все эти недосказанности его ещё ни разу не разочаровывали, и с более менее положительным настроением, они двинулись по своим обычным делам через долгую долгую дорогу.

В первое время, всё было действительно как обычно. Они спокойно приехали, пообедали и после приступили к уборке. Убрались они в общей сумме за минут 30, и так как огород не обещал никаких обязанностей, Иван предложил Жене пройтись прогуляться по местной небольшой лесной чаще, подышать свежим воздухом и насладиться окружающей природой. Евгений понял, в чём заключалось тайное дело дяди, по началу к которому, он про себя подумал со скепсисом. Но не став это показывать, он согласился сданной инициативой, хотя в душе оставался вопрос: “И что же мы там будем делать?” – пессимистично задал он вопрос сам себе.

Но эта прогулка, была безусловно приятным и от части, чарующим времяпрепровождением, которая сильно изменит мнение о таких, как он считал бесполезных и скучных лесных прогулках. Не успев только войти в самую глубь, так он тут же замечает чистый и натуральный лесной воздух, окружающую зелень и приятное осеннее солнышко, все факторы которые, безусловно положительно сказывались на приятном настроении спокойном состоянии души.

Он увидел красоту, и красота эта была заключена в простых вещах. Поющие в высоте пролетающие птички, мельком слепящее глаза ласковое солнышко, капельки росы, дополняющие и так казалось бы безупречную красоту девственной и непорочной природы. Увидав всё это собственными глазами, только сейчас он стал задаваться вопросом: “Неужели, для столь большой радости, необходимы столь маленькие мелочи?”. А потому, он определённо не пожалел на счёт того, что предпочёл поехать вместе с дядей, вместо того, чтобы остаться дома и просто впустую по большей части тратить время.

Во время прогулки, Иван показал Жене местный ручеёк, место с грибами и ягодами, а также, им довелось поведать настоящего проходящего мимо лося, наслаждаясь красотой природы и окружающим их благополучием.

Гуляли так они аж до четырёх часов дня, пока они не вернулись обратно к машине и не выдвинулись обратно к дому. На всей почти трёхчасовой поездки к дому, также как и в прошлый раз, Женя предпочёл улечься на заднем сиденье салона автомобиля, на протяжении целого часа который, он вспоминал все приятные моменты и воспоминания, испытанные в этой чарующей лестной чаще. На протяжении всех этих 60-ти минут, никто и слова друг другу не сказал, пока в один момент, дядя всё же не задал вопрос своему племяннику: “Ну что, не пожалел что поехал сегодня со мной?”. Переспросил он так два раза, но так ответа он и не получил. Капельку озадачившись, он поворачивает голову, а сзади себя, он видел лишь уснувшее, сохранившее улыбку на лице, тело своего племянника.

Увидав эту картину, он легко и довольно улыбнулся, с лицом которым, он проехал аж почти до самого конца пути.

Приехали они домой аж только к семи часам вечера. По выходу из машины, они оба поднялись к дому в хорошем настроении. И сразу принялись за принятие вечерней трапезы. А вечер который, завершение дня завершилось тем, что каждый из героев занялся своим любимым домашним делом. Только в девять часов вечера пришло время звонка родителям, трубку которая подняла мама, а та в свою очередь, пожелал хорошей учёбы и дальнейших успехов, без закоренелой фразы о надежде. От звонка деда и бабы он получил точно такое же пожелание. А потому, благоприятно завершив день, он вновь усаживается в кресло читать книжку, дожидаясь окончания этого прелестного дня.

Только вот в один из моментов, казалось бы совершенно внезапно, в его голову влетает довольно занятный и правильный вопрос. Повернув и обратившись к Ивану, он спрашивает: “если у меня с завтрашнего дня начнётся колледж с восьми утра до часу дня, то как я буду продолжать работу?” – с интересом спросил Женя у дяди.

“А ты действительно хочешь продолжать работать во время обучения?” – спросил его Иван в ответ.

“Да” – уверенно и твёрдо изъявил Евгений.

“А хочешь продолжать работать где сейчас, или сменить профессию?”

“Ну, наверное остаться там где есть”

“Чтож, ясно” – задумчиво ответил дядя. “А ты уставать не будешь? Как никак шесть часов на своей первой “работе”, затем идти на вторую. Уверен что справишься с такой нагрузкой?”

“Да, я справлюсь” – уже спокойным голосом сказал Женя.

“Тогда, тогда тогда что мы сделаем?” – произнёс дядя, после чего застыл на пру секунд.

“Хорошо. Если у тебя заканчиваются занятия в час, то приезжай домой, к двум, обедай, переодевайся в более грязную одежду, и к трём часам подъезжай к нам на стройку. Хорошо?”

“Ну, хорошо”

“Только посмотри какие автобусы едут до нужных тебе остановок, чтоб ещё не заблудился и не опоздал не в коем случае”

“Ладно”

“Но ты только завтра посмотри. Если тебе завтра будет трудно, и после занятий ты вернёшься весь уставший и без сил, то зачем тебе нужна эта работа? Потому как для тебя сейчас самое главное, это учиться. А деньги за прошлый месяц я тебе и так дам”

“Ну, ладно. Я посмотрю.”

“Хорошо”, после фразы которой, все до десяти часов вечера, вновь принялись заниматься своими делами.

Лёжа в кровати, перед тем как заснуть, у него в голове было множество различных мыслей. “Как будет завтра, проходит урок?”, “Будет ли там тяжело мне учиться?”, “Как же хорошо, что я всё таки согласился поехать с дядей к загородному дому”. Ну а перед сном, он уже которую ночь, задаёт себе уже ставшим классический вопрос: “Что же меня завтра будет ожидать?”

Честно, этот колледж, не представлял из себя ничего сверх особенного. Небольшой класс, в котором от силы учиться человек десять, с определённым предметным уклоном. В его случае, это био-химическое направление, с целью подготовкой будущих врачей.

По входу в класс, его уже ждал учитель. Поприветствовав его, она попросила его сесть на немецком, и дождаться момента, пока все ученики присядут на свои места и не начнётся урок. Пока Евгений сидел и осматривал кабинет, он заметил, что его окружение, уж точно состоит не из потомственных немцев. Было сразу по лицам видно, что это были ребята из России, Украины, люди из восточной Европы, и занятно было то, что никто из них, никак не обращали друг на друга никакого внимания, словно они и вовсе родились по разные полушария планет. По наступлении восьми часов, преподаватель попросил их всех убрать сои телефоны, достать тетрадки с ручками и приступить к занятиям. На протяжении всех пяти часов с небольшими переменами, материал преподавался исключительно на немецком языке. До входа в класс, эти мысли его беспокоили: “А что если я не буду понимать?”. Но по прошествии пяти минут, Евгений уже спокойно и во всю слушал учителя, вникал в материал, а также улавливал новые и полезные знания.

Если говорить то, что после этих курсов он вышел выжитый как лимон, то это не говорить ничего. Ну разумеется, кто не устанет после пяти часов прослушивания материала на всё таки иностранном языке, углубленных тем по химии и биологии? – все. И поэтому, забрав выданные ему книжки с полученным домашним заданием, он отправился домой, параллельно просчитывая все дальнейшие действия.

Его дорога туда и обратно длилась по 40 минут. И сидя в автобусном кресле наклонив голову на окно, он засёк время на телефоне в десяти минут, чтобы хотя бы это время полежать в тишине, имитируя спящий процесс. Но не успел он только закрыть глаза, как в автобус тут же входит грязный, и весь в оборванной одежде “новый” немец с неевропейским оттенком кожи, и непонятно взбодрив себя каким кофе, начинает на каком-то непонятном и странном диалекте немецкого, что-то там громко кричать и вертеться возле входа в автобус с наушниками на голове. Никто абсолютно на протяжении трёх минут его выступлений не сказал ему ничего в ответ, что по началу старался и делать Евгений. Но за неимением наушников и настроение мириться с его выходками, он, даже не смотря на все истории рассказанные учительницей по немецкому, не вставая с места выкрикивает:

Можете ли вы пожалуйста помолчать?. Ноль внимания со стороны получателя. Зато внимание, и ещё какое получил отправитель, который оглядевшись, ловил взоры удивленных и от части, непонимающих лиц. Видя всё это продолжающее хамство, Евгений наверное единственный раз в своей жизни, добровольно подходит к нему не без доли лёгкого страха, и два раза коснувшись его плеча так, что бы он его наконец услышал, вновь обращается к нему с вежливой фразой вести себя по тише. Тот же в свою очередь, говорит, что и так себя тихо ведёт и приказал ему не мешать. Наш герой, всё же настоял на своём, и говорил то, что своими возгласами, он мешает абсолютно всему автобусу. А потому ещё раз вежливо попросил его уже если не замолчать, то по крайней мере просто вести себя тише. Уже “Враг” Евгения, как он от части и предсказывал, уже с агрессией, начинает на него кричать, настаивая на том, что если он сейчас же не отстанет, то быстро вылетит из этого автобуса. Чуя отсутствия физического преимущества над своим оппонентом, Евгений, не желая ввязываться уже в неприятные истории, разворачивается и собирается идти на своё место, улавливая в свой след изумлённые взгляды окружающих. Но как только, он уже почти сел на своё место, тот вновь начинает по началу тихо, но через пару секунд, как в самом начале, кричать на весь автобус, словно ничего и не было. Накопив всю полученную злость, и не желание находиться с ним ещё 35 минут, Евгений, уже злостно подходит к этому оборванцу, и в грубой форме кричит ему:

“Господи, а можно рот закрыть или нет, чтобы не беспокоить других?”. В ответ на это, последовал акт безоговорочной агрессии. Своей огромной немытой лапой, он толкает Женю прямо во внутрь салона автобуса, от чего он падает прямо между рядами, в то время, пока в голове крутиться миллионы различных мыслей по выходу из данной непросто ситуации. В то время пока он думал, этот бугай, шёл на него с угрожающим видом, проваривая фразу: “

Значит, ты меня не понял. А потому, пришла твоя остановка”, после фразы которой, он потянулся дабы взять его за куртку, остановить автобус и выкинуть его оттуда. Евгений же, уже из чувства самосохранения, начинает всячески брыкаться и быть его по рукам, в то время, пока тот улыбаясь, поднимает зловеще его с пола. И тут думает наш герой всё. Пришла его остановка не только с этого автобуса, но остановка с жизни. Да вот только не успев его до конца поднять, как с задних мест встаёт пожилой дедушка и говорит ему:

“Отпусти его, немедленно”. Тот в свою очередь смеётся, и просит его сесть на место, пока он и до него не добрался. И в ту же секунду, встаёт ещё один, уже взрослый мужчина, и кричит ему туже самую фразу, затем встаёт и женщина, и ещё один мужчина, и студент, который по возрасту был чуть старше Евгения, и все они кричали одну и туже фразу. Чуя ныне отсутствия преимущества у своей стороны, он, бегло пройдясь взглядом по каждому из тех кто ему ответил, аккуратно кладёт Женю на пол, со словами: “ Вы знаете, мне проблемы не нужны. Вот, я его не трогаю. И вообще, пришла моя остановка”, после слов которых, он нажимает на кнопку, автобус резко останавливается, и этот бугай мигом выбегает из салона. Находясь в состоянии перманентного удивления, видя всё то, как тот, казалось бы крутое и борзое животное, наезжало на главного героя, при виде другой силы и сопротивления который, быстро поджав хвостик, мигов выбежало из салона автобуса. От этих мыслей и удивления, он даже не мог полноценно встать с пола. И поэтому, студент встал со своего места, и протянув руку Жене, помог ему встать на ноги. Приходя в себя, и обдумывая всё случившиеся, он слышит обращение в свою сторону от того самого дедушки, который первый встал и за него заступился.

“Это было глупо. Но смело.

Ты ведь явно не местный. Откуда ты?”

“Из России” – ответил Женя.

“Чтож, это видно” – с улыбкой и без злых помыслов ответил ему дедушка. “Знаешь, это время пройдёт” – уже тихим голосом стал говорить он. “И мы снова все когда-нибудь сможем говорить всё, что думаем в адрес кого угодно. И ты, ты молодец. Благодаря тебе, ещё сохраняется лучший лучик света свободы, в тотальном мраке запретов. Не переставай закрывать глаза, и продолжай бороться с этой несправедливостью”

“Но как? Как мне понять ваши слова о продолжении борьбы, если я только и сделал, что возразил одному человеку в автобусе?” – с недоумением спросил Евгений.

“Нет. Ты борешься всю жизнь. Смотря на тебя, я вижу интеллигентного, добродушного и порядочного юношу, без ветра в голове и чёткой целью в жизни. Выбрав учёбу и развитие вместо наркотиков, плохих компаний, вредных привычек, сохраняя свою голову на плечах, а также возымев чувство долга и ответственности, в будущем, ты будешь частью культурного и порядочного общества, который искоренит весь происходящий в нашей стране произвол.

Оставайся тем, кто ты есть, и не позволяй гнилым мыслям, проникать в твою голову”

Бегло бросив задумчивый взгляд в пол, затем, он вновь поднимает взор к тому дедушке с ответом: “Хорошо”, после небольшого прощания, вновь садиться на своё место, и уже хоть сейчас попытается капельку поспать в оставшееся время. Хотя, как тут после этого уснуть?

Восемь часов вечера того же дня. Уставший и измученный Евгений, только завершил делать домашние задания. Затем садиться в кресло, чтобы в спокойно обстановке завершить остаток дня.

Видя всё то, как племенник за сегодня был выжит как лимон, Иван спрашивает его: “Тебе сегодня было явно непросто. Пять часов учёбы, поезда домой, так и его какой-то утырок на тебя напал в автобусе. Но даже не смотря на всё это, ты всё равно приехал ко мне на участок разгружать грузовики. Не уж то ты хочешь так работать все пять дней в неделю?”

“Да-да, всё нормально. Просто это был первый день, и мне нужно привыкнуть” – сказал Евгений на выдохе.

“Но для чего ты всё это делаешь? Зачем ты так себя мучаешь?”

“Ну, наверное, что бы подготовиться ко взрослой жизни” – на выдохе вновь ответил Женя.

“Взрослая жизнь она на то и взросля, что идёт после студенческой. Не стоит преждевременно нагружать себя обязанностями, и лучше наслаждайся самым лучшим временем, которое у тебя может быть.”

“Да нет. Всё нормально” – спокойно утверждает Евгений.

“Это ведь всё из-за Виктора. Именно он сказал тебе работать, учиться, говорить тебе на всех языках мира, и быть лучшим воплощением себя. Может, позвоним ему и скажем, что отказываемся от работы хотя бы на веря учёбы?”

“Нет. Не надо” – уже взволнованно произнёс Евгений.

После трёх секундной паузы, пока взгляд Ивана принял взгляд искреннего сожаления, он с долью грусти отвечает: “Ладно. Как хочешь. Отдыхай.”

В ответ же на это, Женя ничего не ответил. А лишь с уставшим видом, улёгся в кресле и смотрел с дядей телевизор аж до самого отбойного часа. Единственное что беспокоило его, так это звонок родственникам, который так неприятно портил его сладостный покой.

Он им всем позвонил, и сказал, как прошёл его первый опыт в колледже. Деда с бабой похвалили его, сказав, что бы он продолжал и не сдавался, так как помнил, что они на него очень сильно надеются. Попрощавшись, он позвонил родителям, в котором поведал обо всём тоже самом. В ответ на это, отец завил, чтобы он не падал духом и продолжал работать. А так, всё в принципе тоже самое.

Завершив звонок, он всё также продолжил смотреть телевизор до десяти часов вечера. Пока лёжа в постели перед сном, он сам себе не сказал: “Завтра, вновь, всё тоже самое”.

Так всё продолжалось изо дня в день, из ночи в ночь. После завершения всех дел, он в полноценно садился отдохнуть только в восемь часов вечера. Было плохо, было тяжко, было больно, но от своих мыслей и целей он не отвлекался, и не смотря на все трудности, продолжал идти по установленному расписанию. Он мечтал, чтобы эта неделя поскорее завершилась. Во первых, чтобы просто отдохнуть на выходных. А во вторых, чтобы наконец дождаться пятницы, так как именно в этот день, будет ровно месяц, как Евгений впервые устроился на работу.

Эта пятница наступила. Сквозь терпение, нервы и отсутствие сил, но он всё-таки до неё дотянул.

Это был тёплый осенний вечер. В воздухе веяло радостью и предвкушением от проделанной работы. Подходил конец рабочего дня, и вдалеке он увидал идущего к нему на встречу Ивана в лёгком и свободном костюме. Он сделал вид, что не заметил его, и с улыбкой продолжал работу. Когда тот подошёл к нему, дядя с улыбкой на лице произнёс, что его начальник хотел бы его видеть. Женя понимал, что наконец, сейчас, он получит свою заслуженную заработную плату, к которой он шёл не покладая рук целый месяц. Дядя пошёл вместе с ним, чтобы разделить этот радостный момент вместе со своим племянником. Первую половину дороги, он с абсолютной радостью от предвкушения, шёл к будке своего начальника, и уже представлял, как получает долгожданные деньги. Но вторая половина дороги, неожиданно для него мучала его одним занимательным вопросом. “Если я болел целую неделю, то наверняка и зарплата будет меньше в пятьсот евро?” – спрашивал сам у себя Евгений по дороге. И уже после этого вопроса, абсолютная радость сменилась лёгким скептицизмом, от которой он задумчиво шёл всю остальную часть пути.

Но вот, момент настал. Они входят к начальнику по строительству, который собственно и давал поручения Жене, а тот встречает его с улыбкой и вместе с рукопожатием, даёт ему в руки белый конверт. Даже не смотря на скепсис от вопроса, он с радостью принимает конверт и с улыбкой жмёт в ответ руку.

“Ну, открой его” – с лёгкой улыбкой просит его дядя.

Держа конверт в руках и открывая его с неким предвкушением, он открывает и видит: “1…2…3…4…5”, целых пять бумажек по 100 евро каждая.

“Ну молодец, честно заработал” – произнёс Иван пожимая Евгению руку.

При виде таких денег, у нашего героя аж на пару секунд теряется дар речи. И лишь яркая улыбка, словно намертво приклеившееся к его лицу, подавала признаки того, что он всё ещё живой. Именно в ту минуту, он до конца осознал, что все эти трудности, убитые пальцы и время, оправдали себя, оказавшись у него на руках в виде этих пяти бумажек. Стоит ли говорить, что таких собственных денег он ещё не видал ни разу в жизни? – думаю нет.

И когда он уже вернулся в наш мир, Евгений всё же спрашивает своего начальника о том: “Почему же я получил 500 евро, если я не был на работе целую неделю?”

“Ну ведь пока ты болел, Иван составил на тебя больничный протокол, по которому твои деньги продолжают накапливаться, пока ты болеешь. Но это работает только одну неделю и не более”.

“Чтож, понятно. Спасибо” – с радостью сказал Евгений на последок.

“Ладно тебе, заслужил ведь” – сказал ему в ответ начальник.

“Знаешь раз уже ты получил всё что желал, то может пойдёшь к машине, скоры мы уже уедим?” – спросил его Иван.

“Хорошо” – сказал Евгений, затем положив свой конверт во внутренний карман сумки словно так, будто за ним охотятся все на свете. И попрощавшись со своим боссом, он радостный не спеша стал направляться к машине.

“И он действительно поверил во всю этот бред, что я ему сказал?” – спросил начальник у Ивана.

“Да. Потому что он сам хочет в это верить”

“Знаешь, я не думаю, что он бы сильно расстроился бы из-за не получивших 120 евро”.

“Ты не знаешь, пусть он порадуется” – с лёгкой улыбкой ответил Иван.

“Ладно. Дело твоё. Тогда, до завтра” – произнёс начальник, повернувшись спиной к Ивану и начиная проверять бумаги.

“Да конечно, до завт…, а хотя, знаешь, мы наверное завтра возьмём выходной. Неделя была тяжёлой, почему бы не побыть дома два дня”.

“Ого, с чего бы вдруг?” – с лёгким недоумением спросил его коллега. “Сколько я тебя помню, ты всегда исправно ходил на работу и по субботам. От кого, но от тебя я такой фразы услышать никак не ожидал”.

“Да знаешь, просто я понял, что лучше проводить как можно больше времени со своими родными, пока это ещё можно. Ты тоже завтра останься. Дома, с семьёй, а стройку, мы ещё успеем завершить” – сказал Иван, смотря в след уходящего Жени.

“Чтож, ты как хочешь, но мне нужно продолжать стройку. И без тебя мы один денёк как-нибудь протянем”

“Ладно, тогда, до понедельника” – спокойным тоном ответил Иван.

“Давай, до понедельника. А, и не забудь сказать ему, чтоб в следующем месяце лучше не болел”

“Хорошо, бывай”

“Бывай” – после фразы которой, Иван направился к Жене в машину.

Подходя к машине, он увидел в окне сидящего на переднем сиденье Евгения, который сидел, и просто рассматривал конверт, даже не рассматривая сами купюры. Сев в машину, он спрашивает: “Ну что, не думал на что будешь тратить свою первую зарплату?” – с интересом спросил его дядя.

“Да…, не знаю. Я даже как-то об этом и не думал”

“Возможно, это даже к лучшему. Вот, дай мне свой конверт.”

“Ну ладно” – с лёгким недоумением ответил Женя.

“Не волнуйся, отдам я всё” – в шутку сказал дядя, после чего достал все пять купюр.

“Вытяни две руки и слушай внимательно. В левую руку, я кладу тебе 100 евро, с которыми ты можешь сделать всё что захочешь, хоть порвать. А вот в правую руку, я полужу тебе 400 евро, и пускай эти деньги хранятся, в этом же самом конверте до всяких непредвиденных случаев. В кино сходить, купить или оплатить что-либо необходимое, а может отправиться к кому-нибудь на праздник и купить подарок. Ну ты понял, какие-никакие запасы у тебя быть обязаны. Минимум, пока для тебя в 350 евро чтоб лежали.

Но это я так тебе советую. Ты конечно можешь делать с ними что хочешь. Но я бы сделал, именно так. Просто этим…, хитростям, тебя не обучит ни один университет. И только жизнь, способна тебе дать эти ценные уроки денег.”

“Понятно” – задумчиво сказал Евгений.

“Ну так что, думаешь как отпразднуешь свою первую в жизни зарплату?”

“Да нет наверное. А хотя…” после фразы которой, они вернулись домой переодевшись в более чистую одежду и уже через час, они находились в кино и смотрели новый, только недавно вышедший боевик.

Через два часа после начала фильма, они сидели в местном кафе-ресторане быстрого питания, дабы вкусно поесть и с довольными лицами завершить сегодняшний день.

За этот вечер, абсолютно все растраты за обоих участников брал именно Евгений. Хоть он после и капельку жалел, что в общей сумме потратил за вечер около 50-ти евро, но ему было приятно чувствовать, хоть и небольшую, но всё таки состоятельность, настаивая на оплате всех затрат для дяди. А потому, в общем итоге, это был замечательный вечер, с определённо новыми, приятными ощущениями.

Придя домой, перед этим зайдя в магазин с продуктами закупив бутылочку питьевого молока и баночку пива, на вечер, на время перед сном, последнее дело которое ему оставалось, так это ежедневный звонок родителям, на сей раз с радостными новостями о том, что он получил первую, за его жизнь, заслуженную, заработную плату.

“Ого. Молодец. Поздравляю.” – говорили ему абсолютно все родственники по ту сторону трубки.

“Ну, еще не успел всё потратить?” – спросил его в шутку отец.

“Нет, я потрачу только 100 евро на месяц, а остальное оставлю на запасы” – спокойно ответил ему Женя.

“Это правильно” – на сей раз, довольным тоном высказался отец. “Ну ты хоть расскажи, как день прошёл?” – на удивление, спросил его Виктор.

От неожиданности от отца такого вопроса, Женя аж на пару секунд не знал, что и сказать. Но после пришествия в чувства, он уже с радостным лицом рассказал ему, как прошёл его длинный, но всё-таки приятный день. И с улыбкой на лице, он стал обо всём рассказывать ему всё то, что случилось с ним за сегодняшний день.

Расставшись на позитивной ноте, Женёк с Иваном в спокойно и приятной атмосфере домашнего уюта, оба сидели на диване и попивали свои выбранные напитки. Но как в один момент, Иван вдруг резко что-то вспоминает, и встав с дивана, идёт в свою комнату, пока Евгений, задаётся от недоумения вопросом: “Почему он так резко побежал?”

Вернувшись через пол минуты в зал с лёгкой улыбкой, он ставит что-то на полку над телевизором со словами: “Ну как тебе?”. А приглядевшись, он увидал рамку, внутри которой стояла фотография совместного фото Жени и Ивана на фоне озера в парке. А поставил он её, прямо между фотографией со своей семьёй, где они совместно читали книжку и совместной фотографией дяди с его родителями.

Разглядев её поподробнее, он с улыбкой на лице утверждает: “Хорошо”, после слов которых, Иван подходит к Жене, вновь теребит его волосы, и сев на диван говорит: “Действительно хорошо”, затем продолжив смотреть телевизор.

Лёжа сегодня в кровати перед сном, его вновь окрыляло чувство лёгкости и хорошего настроения. И прокручивая в голове все пройденные за сегодня события, он точно осознал: “Теперь, я точно буду знать, что меня будет ожидать. Отныне не только на ближайший день, но и наверное на весь ближайший учебный год.”

Так проходит время, дни сменялись днями, а недели неделями. Жене было непросто, но он старался со всем справляться, так как не мог разочаровать своих родственников, которые возлагают на него большие надежды.

Так всё продолжалось до одного, на первый взгляд совершенно обычного и спокойного дня, но который начинался с неожиданного требования.

Иван сказал Евгению, что сегодня он не знает, встретятся ли они сегодня на работе или нет, так как ему необходимо сделать одно очень важное, старое дело. Но если что, то он постарается забрать его с работы. Евгений попросил его ответить, что это за старое дело такое. Но в ответ, дядя лишь произнёс, что вечером ему обо всё расскажет.

Так проходит почти что день, на котором Женя всё думал да размышлял, что это за старое дело могло быть у дяди? Забрав Женю с работы, он перво-наперво не торопился спрашивать у Ивана про на сущий вопрос, решив вновь дождаться подходящего момента по приезду к дому. Но вот была неприятность – они застряли в долгой автомобильной пробке, из которой они не могли выехать на протяжении полу часа, так как другую дорогу на которой они обычно ехали к дому закрылась на ремонт. Не зная сколько ещё они бы тут находились, Женя решается спросить у Ивана о том стром дельце, на что Иван, капельку призадумавшись, начинает рассказывать:

Девять часов утра, мысли в голове Ивана:

“Неужто, я сюда возвращаюсь, спустя столько лет. Чувства – смешанные. Сам не могу понять, готов ли я к этому или нет. Есть ли страх – определённо. Что я почувствую когда прибуду туда, я и сам не знаю”.

Приехав на место и оставив машину, он с лёгким волнением в ногах, начинает свою “игловую дорогу”. В руках с ним было было ведро, в котором находились щётки, тряпки и бутись с водой на 5 литров. Ноги, словно вели его сами собой, будто уже сотни раз прокладывали единождый путь. Окружение словно ему лично шептало ему на ухо: “Неужели, ты наконец вернулся”, от чего ему хотелось всё бросить и более сюда не возвращаться. Но не смотря на всю боль и нарастающий страх, Иван наконец вернулся туда, куда думал он более не вернётся никогда, придя на столь страшное давнее место, он говорит: “Привет” – обращаясь к двум могилам, Эмили и Вильгельма.

“Простите меня” – с подступающими слезами говорил Иван. “Я, я боялся видеть вас такими, и…, и хотел забыть, на протяжении стольких лет.

Все эти годы без вас, я жил, словно сам не свой. Ты мне тогда сказала, что мне нужно быть честным, прежде всего с самим собой. Но я не послушал тебя, с каждым годом лишь убеждая себя в собственной лжи и лишь только самолично закапывая себя в яму безнадёги и отчаяния.

Простите меня, пожалуйста” – сказал Иван, проронив скупую мужскую слезу.

“Но, почему же я сейчас здесь и говорю с вами спустя столько лет?” – уже со слезами радости проговаривает Иван. “Ну, на мою жизнь, чуть ли не буквально свалился, один удивительный человек, который и открыл мне глаза на ранее закрытую правду.

Помнишь, я как-то тебе рассказывал про своего брата Виктора из России? Так вот, это его сын, который представляешь, почти самостоятельно выучил немецкий язык, и прилетел в страну для получения образования и работы.

Его зовут Евгений. Он очень умный и воспитанный человек, с которым вы бы обязательно подружились” – сказал Иван, сделав протяжный и тяжёлый выдох.

“Именно он, помог мне вернуть давно-забытые чувства радости, волнения за кого-либо и заботы. Все эти годы отчаяния и безнадёги, он помог мне преодолеть, окончательно дав понять осознать, какую страшную ошибку я совершил. А потому, спустя столько лет, я наконец осмелился к вам вернуться” – произнёс Иван, стоя прямо пред могилами своих близких, и испытывая определённо радостные ощущения.

“Ладно. Я тут смотрю, за вами вообще не следят. А потому давайте я вам помогу” – сказал он, после чего приступил к уборке, рассказывая про все те немногочисленные яркие моменты из жизни, которые он сумел без них пережить.

Закончив с уборкой и историями, он отправился на могилу своих родителей, со всем инвентарём, на последок сказав фразу: “Я скоро вернусь”.

Придя к могилам своих родителей, он прежде всего извинился за годовое отсутствие: “Боялся видеть вас такими” – со стыдом и негодованием ответил Иван. В тот момент, он почувствовал ещё более страшный стыд за содеянное. За то, что даже после похорон он их ни разу не навестил, закончив фразой: “Более такого не повториться”. После чего, он стал рассказывать родителям всё то, что произошло с ним за этот год:

“За домом я слежу и стараюсь каждую неделю там убираться, как бы ты того хотела. За огородом я также продолжаю следить. Первый год прошёл вполне удачно, правда в одно время появились вредители на картошке, но с ними я уже разобрался. А сами овощи вышли отменными. Как мы и делали ранее, часть оставляли себе, а часть отдавали в кафе к Иоганну.

О чём бы вы меня ещё хотели спросить?

Работаю, как обычно. Должность – есть. Зарплата – тоже. Всё по старому и всё хорошо.

И нет. За этот год у меня так никто и не появился, как бы вы мне при жизни не советовали найти кого-то ещё, я так её и не нашёл. Надеюсь, сейчас вы понимаете почему.

Ну а хотя, почему у меня никого нет?” – уже с лёгкой улыбкой риторически спросил он.

“Последние полтора месяца, я живу с сыном Виктора. Ну вы знаете. Ну ты понимаешь, сыном твоего брата, которые в начале девяностых остались России. И Евгений, удивительный человек. Который помог мне понять мою ошибку, благодаря чему, я сейчас с вами говорю” – произнёс Иван, после чего наступили несколько секунд мёртвой тишины, лишь ветра порыв который, прорезывал глухую тишь.

“Вижу у вас тут не очень грязно. А хотя давайте уберу с вас пару листиков…, вот теперь хорошо” – с лёгкой довольной улыбкой он произнёс.

“Ладно” – произнёс Иван смущённым тоном, “Я пожалуй пойду, но на последок, навещу ещё Эмили и Вильгельма, потому как теперь, я их никогда не забуду” – сказал Иван, на последок достав из ведра букеты с цветами, и пожил их на каждую могилку. А затем, уже без лишних слов, ушёл обратно к могилам своей семьи.

Придя вновь к могилам своей семьи, он произнёс с радостной улыбкой: “Я вернулся”, но потом вновь “Я вернулся”, только на сей раз уже с более грустным и задумчивым лицом.

“Ещё раз простите, что я пытался забыть вас. Это было самое худшее решение, которое я мог для вас выбрать. А ещё, простите меня за то, что я позволил себе отвлечься на том перекрёстке. Я должен, должен был спокойно выслушать тебя, но я потерял контроль и вот к чему это всё привело. А дом, мы с отцом его достроили. И жили они там аж до самой смерти, после похоронив их на другом конце кладбища, даже не подойдя к вам и побоявшись сказать, как я по вам скучаю.

И этот дом, к которому мы столько шли, без вас, потерял большую часть своего смысла” – сказал он с грустным голосом, затем на десять секунд опустив голову Иван принимал то, что он наконец смог это сделать, спустя многие и долгие годы.

После тяжёлого выдоха, Иван говорит на прощание: “Ладно. Мне нужно идти. Но не волнуйтесь. Я к вам, ещё обязательно приду” – после слов которых, также кладёт букеты на могилы своих родных, после наконец со спокойным духом поехал к себе на работу, уже аж к почти что к 12-ти часам, чувствуя наконец спокойствие у упокоение на своей душе.

“Чтож, я рад за вас” – сказал с улыбкой Евгений своему дяде.

“Спасибо тебе. Спасибо за всё” – сказал ему Иван в ответ.

От услышанных слов, Жене аж стало на мгновение не по себе из-за смущённости. Но только он не успел об этом задуматься, как он заметил, что передние машины уже начали свой путь, и чтобы хоть как-то отвлечься, он указал Ивану на дорогу, со словами о том: “Наконец мы можем продолжить движение”.

Продолжить движение не только по дороге автомобильной, но и по всей дальнейшей жизни наших героев.

1)“Что это?” – как то спросил Иван в Женю в самый неподходящий для него момент.

“Дааааа, ничего на самом деле, так, просто” – с долей стеснения ответил Женя.

“Ну что ты, это абсолютно нормальная вещь, о которой ты меня мог спокойно спросить, раз твой папа тебе ничего не объяснил. Только давай покажу, как это правильно делать”

После слов которых, дядя забрал маленькие ножнички из рук Евгения, и дал ему свою полноценную электронную бритву, затем показав, как правильно применять её в действии.

Надув щёки, он аккуратно и не спеша, круговыми движениями начал сбривать все подступающие волоски на его лице, эстетически которые не нравились ему в зеркальном отражении.

“Ну вот, теперь выглядишь как человек” – в шутливой форме заявил Иван.

“Мда” – саркастично ответил Женя.

“Ни станков, ни пены, не порезов. Всё быстро и удобно. Ладно, теперь пошли есть”.

“Хорошо” – довольным голосом сказал Евгений положив бритву, после чего уже пошёл есть.

2) “Ты получил свою вторую зарплату, и что ты с ней будешь делать?”

“Да, я и не знаю даже, пускай хранятся, пока не понадобятся.

Но вот только у меня вопрос: Почему у меня зарплат всё ещё 500 евро, если я работал в этом месяце куда меньше времени, чем в прошлом?”

“Так это, нууу, ммм, ну, тебе как бы сказать, как твой работодатель говорил то. Ну, тебе, для проживания как студенту именно по закону полагается как минимум 500 евро в месяц. На которых ты хотя бы базово сможешь снимать общежитие и покупать еду. Но знаешь, хорошо, как хочешь. Это твои деньги, и исключительно ты можешь распоряжаться ими как твоя душе желает. Только вот, ты всё также хочешь продолжать ходить на работу? Не думал, не знаю, дать себе перерыв, отдохнуть хотя бы зиму?” – сказал Иван по началу с неким волнением в голосе, после быстро постаравшись сменив тему.

“Да, нет, всё нормально. Только вот думал, поработать ещё один месяц, хотя бы до зимы. А там уж наверное в холода работать не очень хорошая идея. А то вдруг заболею ещё и перестану ходить в колледж”

“Ладно, если ты этого хочешь, то дело верное. Но на зиму я тебе лично не позволю работать, не дай бог ещё заболеешь!”

“Ну ладно” – с лёгкой смешной улыбкой ответил Евгений.

3) “Я конечно тебе не говорил, но в детстве я очень сильно увлекался турниками” – сказал довольным голосом Иван. “У нас помню во дворике турник стоял, и так, и сяк крутился, и на стойки выходил и сальто крутил, в общем, много чего было.

Сейчас конечно у меня наверняка не получиться, но стандартные подтягивания абсолютно запросто” – произнёс дядя, после чего сделал ровно 5 подтягиваний на турнике, который они нашли на спортивной площадке, гуляя по своему же отстроенному парку.

“Вух…, ладно, годы отсутствия тренировок конечно берут своё. А теперь, давай ты, сколько сможешь”

“Ладно, хорошо” – произнёс Евгений без всякого энтузиазма, точно понимая, что сейчас он ничего показать не сможет.

Сделав одно подтягивание, руки слегка забились. Пошло второе, мышцы уже начали серьёзно болеть, сделав из последних сил хотя бы третье, он мешком падает с турника полностью повиснув от боли руки, пока параллельно он спрашивал у дяди: “Зачем я только согласился это делать?”

“Ха” – отвечает Иван, “Молодец чемпион. Немного тренировок, и сможешь делать все трюки не хуже чем я в свои лучшие годы”

“Хорошо, обязательно, конечно” – саркастичным тоном произнёс Евгений, после чего они продолжили свою вечернюю прогулку.

4) “Это…, они” – волнительным голосом спросил Женя у дяди.

“Да, это они” – отвечает Иван, указывая на могилы Эмили и Вильгельма.

“И вы…, всё ещё скучаете по ним?”

“Как мне не скучать?” – ответил Иван после тяжелого выдоха. “Скучаю, и скучать буду до самой смерти”

После небольшой паузы, Женя говорит: “Но сейчас, они с вами. И никто у вас их более не отнимет”

“Ты прав. Они со мной. И ты тоже” – ответил Иван, затем положив свою руку на плечо Жени.

От смущённости, он не знал что ответить, а потому просто повернув голову к могилам, пару раз одобрительно покачал головой.

5) “Вот и прошёл ещё один рабочий месяц” – произнёс Иван, как только они с Женей уселись в машину.

“Да, этот месяц таскания кирпичей в новом жилом комплексе, мне наверное навсегда заполниться.”

“Всё также положишь всю зарплату копилку?”

“Да, наверное. У меня там лежит, уже сколько получается, с этими деньгами…, где-то 1200 евро. Примерно так”

“Ого, уже довольно немаленькая сумма”

“Это да, только вот, наверное впервые деньги есть, а тратить куда не знаю” – с улыбкой ответил Женя.

“Какие интересные мысли. Но ничего, если деньги есть, то обязательно найдётся повод, что бы их куда-нибудь потратить. Только вот, не держи их слишком долго. Деньги они ведь нужны для того, что бы ты их тратил. А если они просто так лежат, тогда зачем ты на них работал, если не можешь потратить на себя?”

Призадумался Женя над этими словами, и просто ответив: “Хорошо”, они себе поехали домой, пока Евгений взял себе отпуск на все зимние месяцы.

6) “Я если честно, никогда раньше не праздновал Рождество. То есть да, мы конечно накрывали небольшой стол и садились ужинать все вместе, но не более” – произнёс Женя, впервые украшая дом дяди к празднику.

“По началу мне тоже было непросто это понять, но со временем привык”

“Я это понимаю, просто, как вы наверняка знаете, у нас просто всегда именно Новый год был в приорате как главный праздник”

“Да, я помню. Но знаешь что? У тебя в копилке сколько денег лежит, не напомнишь?”

“Эмм, щас, где-то 1150, где-то так”

“Неверно, у тебя там теперь 0”

“Что?”. От услышанных слов, Евгений бросился проверять свой кошелёк, бегло положив на полку старые игрушки. Открыв конверт, он увидел там свои деньги, сумма которых насчитывала равно 1150.

Вернувшись к дяде, он с недоумением отвечает: “Но вот же, вся точная сумма, которую я указал. Зачем вы мне сказали, что у меня ничего нет?” – с недоумением спросил Женя.

“А потому. Если хочешь сохранить свои деньги, никогда и не говори никому, сколько у тебя их на самом деле. Даже мне, или родителям. Так-как это твои заслуженно заработанные деньги, и только ты имеешь право, распоряжаться ими как хочешь, без обязанности рассказывать обо всём окружающим. Проболтаешься, и сразу потянуться люди, которые будут просить занять, одолжить и взять взаймы. Всегда старайся приуменьшать свой капитал, а ещё лучше, при вопросе отходить от ответа, и отвечать: “Ну, не знаю, может есть”, и так ты сохранишь свои деньги, на долгое долгое время.

“Деньги любят тишину”, если ты слышал такое выражение”

“Да, я слышал” – после ответа которого, Евгений поставил маленькую ёлочку на рабочий стол дяди, тем самым завершив украшать дом. А после сел на кресло, и стал обдумывая все сказанные Иваном слова.

7) “Так-так, что бы такого подарить?” – думал за два дня до праздника. “Что подарить человеку, который и так уже всё имеет?”

“Может, какую-то технику, да нет. Одежду, тоже не вариант. Какую-нибудь особенную вещь, но только что? На счету у меня лежит 1150 евро. И совершенно нет идей, что на них мне можно купить” – произнёс Евгений, и усевшись на диван, стал размышлять о подарке.

“А может, подарок не обязательно должен быть именно куплен. Ведь я как-то слышал, что лучший подарок, это то, что сделано своими руками. Но только вот теперь, что творить то?” – с задумчивостью спросил сам у себя Евгений.

Бросив беглые взгляды по комнате, посмотрев в окно и походив по дому пару кружков, в его голову всё никак не входило ни единой толковой мысли.

Он хотел отблагодарить Ивана, за то, что принял его в свой дом и заботился о нём все эти месяцы. Он должен был подарить ему идеальный подарок, который покажет ему всё то, насколько Евгений ему благодарен. Но как на зло, толковые мысли всё никак не хотели в тот момент посещать его голову. От всей четности поиска решения, он валиться на диван, с целью ослабить натиск на нагружённую голову, и просто тихо отдохнуть, найдя решение, как-нибудь попозже.

Дёргано перекатываясь с одного бока на другой, как бы он старался не думать, но мысли об идеальном подарке всё никак не выходили у него из головы. Как совершенно внезапно, вновь повернувшись на левый бок, он поднимает свой взгляд на окно, за которым, пошёл рассыпчатый пушистый снегопад.

На мгновение, падающий снег пленил внимание Жени, от чего, он даже не мог оторвать свой взор, совершенно позабыв о своей неприятной проблеме. Встав с дивана, он медленно и заворожённо подходит к окну, с отчётливой целью рассмотреть поближе данное явление природы. Стоя у окна, всматриваясь чуть ли не в каждую падающую снежинку, по лицу Евгения наконец таки за целый день прокатилась всё же лёгкая, но такая настоящая и искренняя улыбка, от которой призадумавшись, он сам себе отвечает:

“А почему бы собственно и нет?” – произнёс Женя, с чёткой уверенностью, запланировав отдохнуть куда получше.

Получив разрешение и выйдя из подъезда, его глазам предстала картина, словно только вышедшая со страниц зимних чарующих сказок. В воздухе веяло приятной морозной свежестью вместе с танцующими на ветру снежинками, а все аттракционы во дворе были окутаны белым пушистым снежком. Евгений, не мог не налюбоваться такой приятной и уютной красотой, хотя казалось бы, видел всё это уже столько десятков раз.

Выйдя со двора, он направился по левой стороне дороги, сама которая, была украшена ёлочками и снеговиками. Деревья и дома по округе были расписаны, пока ещё не мерцающими огнями ярких гирлянд, а местные магазинчики всё разукрашивали свои интерьеры рождественскими нарядами.

Гуляя по этому живописному и чарующему городу, окутанный приятным снежком и рождественскими украшениями, гнетущие мысли и раздумья сами собой улетучивались из его мозга. Ведь как можно думать о плохом, когда тебя окружает такая завораживающая красота?

Так ходил он в общей сложности, около часа, в очередной раз просто ходив, и наслаждаясь зимней эстетикой этого города. Только до тех пор, пока дело не подходило к пяти часам, к которым Иван должен был вернуться домой. Да и на улице дело подходило к темноте. Только вот на сей раз, он пошёл слегка другой дорогой, немного продлевая себе удовольствие, сделав на обратном пути ещё небольшой кружок. И на обратном пути, он увидел то, что и помогло решить ему вопрос касательно подарка своему дяде. В расписной и яркой витрине кондитерской, первой, кто зажёг гирлянды на всей улице, прямо самой витрине, лежали новогодние печенья в виде елочек, звёздочек и дед морозов, украшенные блестящей посыпкой, из красной, синей и зелёной глазури. В ту секунду, его заворожила их простота, но в тоже время красота и изящество данных произведений кондитерского искусства. Но это было бы слишком просто, просто войти и купить кулёк печенья. А потому, стоя перед витриной с печеньем, он сказал сам себе: “А что мне стоит, самому взять и приготовить это печенье?” – произнёс сам себе Женя уверенный в собственной идее, и уже со счастливым лицом, шустро направился к дому.

Придя домой и встретив дядю пришедшего с работы, он рассказал ему как прошёл его день, естественно, без всяких сладостных подробностей. Иван же, был в хорошем расположении духа, а потому, после часа отдыха, вместо очередного заурядного вечера по домашнему безделью, он предложил Евгению прогуляться по недавно-открытой рождественской ярмарке, в самом расцвете своей красоты. На что Евгений, безоговорочно согласился и обрадовался.

По прошествии часа отдыха, на котором Иван восстанавливал свои силы, они направились на недавно открытую городскую рождественскую ярмарку, находящаяся прямо на самой главной центральной площади города.

По приходу к её воротам, если говорить то, что это была самая яркая и красочная, вся усыпанная огнями ярмарка которую он видел, то это не говорить ничего. Буквально с первого взгляда на всю эту красоту, его пленило обилие красок, огней и гирлянд, окрашивающие целую площадь, вся укутанная приятным и рыхлым снежком. Они только ходили, да успевали подмечать завораживающие постройки: То сани деда мороза увидят полные подарков, то немаленькую ёлочку вся обвешанная яркими огнями, и казалось бы на первый взгляд, самые обычные уличные фонари, в окружении чарующей красоты, придавали им некую магию спокойного уюта, счастья, и тепла.

Ходя по ярмарке около часа, Иван подошёл к ларьку со сладостями, и купил для Евгения кусочек большого и сдобного немецкого штоллена, дав ему на попить стаканчик фруктового пунша. Себе же, он также не отказал в удовольствии съесть хороший кусочек приятного немецкого кекса, только что не было совсем сухо, купил он небольшой стаканчик горячего клинтвейна. После чего приступили к поеданию своих сладостей, сидя на лавочке в самом центре ярмарки.

Сидя в окружении чарующей красоты, поедая свой невероятно вкусный кекс, запивая его приятным на вкус пуншем, он чувствовал лёгкость, лёгкость и приятное ощущение, которое дополняло картину истинного блаженства. Усевшись поудобнее, Евгений говорит Ивану: “Здесь, просто великолепно” – с радостной улыбкой на лице говорит Женя.

“Да. Я уже и забыл как тут хорошо” – также с лёгким чувством радости ответил дядя.

“А эта ярмарка проводиться тут каждый год?”

“Ну конечно. Ведь рождество то наступает каждый год, а значит, и ярмарка приходит к нам каждый год”.

“Ясно” – спокойным голосом ответил Женя.

“И вы ведь, давно тут не были?” – неожиданно для Ивана спрашивает Евгений спустя нескольких секунд паузы.

“Мда” – с лёгким огорчением ответил он. “Раньше, мы ходили сюда каждый год. Катались на аттракционах, ели угощения, и просто весело проводили время вместе” – с лёгкой грустью ответил он. “Но давай сегодня не будем о грустном. Простите, я это у вас на секунду одолжу” – сказал дядя, снимая красную шапку с помпоном у рядом-стоящего снеговика. “Стой, не двигайся” – сказал Иван. Повернувшись к племяннику, он снял с головы его собственную шапку, и натянул её Евгению на голову со словами: “Ну прям вылитый дед мороз из тебя” – в шутливой форме изъявил Иван.

Посмотрев на себя в телефоне, Женя отвечает: “Мдаааа, так и есть” – чувствуя на душе некую смущённость и неловкость.

“Ладно, вот теперь улыбнись” – произнёс Иван, затем достав телефон, он делает совместный снимок себя и Жени, на фоне рядом стоящего снеговика, потешно улыбаясь прямо в камеру смартфона.

“По-моему, вышло вполне неплохо” – с улыбкой на лице сказал Иван.

“Да, мне тоже понравилось”

“Ладно, тогда отдай снеговику его шапку, и после ещё одного кружка, пойдём ка мы с тобой домой”

“Хорошо” – сказал Женя, после чего отдал шапку и сделали ещё один круг по этой сказочной ярмарке, пока наконец не двинулись к дому.

На обратном пути, они заехали в фотосалон, дабы снять с телефона эту фотографию. Им сказали приходить завтра, та как у него под праздники большая очередь, а сами они должны скоро закрыться. Но фотография будет готова уже к завтрашнему дню.

“Хорошо, ладно. Я завтра приду” – произнёс Иван, затем уехав с Женей окончательно домой.

8) “Так, завтра уже рождество. Я купил всё то, что мне было необходимо, и теперь готов приступить к готовке” – говорит Евгений, после чего уже собирается прикоснуться к продуктам как вдруг, “Точно, чуть не забыл!” – бьёт он себя о лоб, затем подходя к раковине и вымывая руки чисто начисто.

“Вот теперь, могу приступать к готовке”

Пока Иван был на работе, в общей сложности, Женя потратил на приготовление целой миски печенья целых два часа. Пока он заготавливал тесто, выпекал и раскрашивал каждую печенюшку, в самом конце он задался занимательным вопросом: “И неужели моя мама так готовила практически каждый день?”, после чего положил их в миску, положив туда ещё один маленький сюрприз, и завернув его в праздничную упаковку, положил его за своё кресло, что бы там уж дядя его точно не нашёл.

Весь остаток времени до прихода Ивана к дому, он по его указу, убрался во всём доме чуть ли не до блеска, чтобы к встретить рождество и последующий новый год в чистой и ухоженной квартире.

Вернувшись домой, Иван был не в самом лучшем расположении духа. “Представляешь, распечатать одну фотографию, и то не смогли вовремя. “Очередь” – видите ли. И необходимо действовать строго в рамках этой очереди. Сколько распечатывал там, но такое я слышу впервые.” – злостным тоном изъявил он.

“Ладно, ничего страшного. Рано или поздно, она всё равно будет. Не нужно нам беспокоиться перед праздником.”

“Да, ты прав”

9) Сам день рождества, наши герои провели достаточно скромно и покойно. Первую половину дня они просматривали классически фильмы на праздник, а во второй половине, к удивлению Евгения, они отправились в магазин за блюдами к вечернему столу, вечер который они провели за ещё одной приятной прогулкой.

Вечером, стол был накрыт из тех блюд, которые были куплены в ближайшем супермаркете.

“К чему вся эта долгая готовка и куханные мучения? Уж лучше слегка переплатить за хороший стол, чем париться несколько часов с их приготовлением” – заявил уверенно Иван, уже вечером накладывая на стол.

Возможно, в его словах и была доля рациональности, но с другой стороны, некая магия домашней приготовленной еды уже сама собой улетучивалась.

К десяти часам, они наконец сели за рождественский стол. И снова к удивлению, все тарелки были обёрнуты пищевой плёнкой. На соответствующий вопрос от Жени, Иван ответил: “А ты хоть видел сколько посуды остаётся после крупных застолий? Вода у нас тут не самая дешёвая. И повторюсь, зачем тратить время? Будто у меня или у тебя останется желание после полного живота еды, стоять у раковины и вымывать всю посуду от жира. А так, просто взял грязную плёнку, да и выкинул её с глаз долой” – спокойным тоном изъявил Иван.

Возможно, он мог от части согласиться с ним, и Евгений не думал, что такой подход к отметке праздника какой-то плохой. Просто, он был другой. Просто, холодный и рациональный.

Сидя за столом и наслаждаясь едой, они параллельно делились событиями из прошедшего года. Про то, как для них обоих, этот год стал явно очень важным особенным, и что он, для них обоих стал чуть ли не судьбоносным. В конце, Евгений ещё раз поблагодарил дядю за то, что он впустил его в себе в дом, а Иван благодарит Женю за то, что тот вошёл к нему в дом.

Ночью, уже получается следующего дня, проснувшись от звона будильника который Женя подложил под подушкой, он аккуратно, и стараясь максимально тихо, достаёт из-за кресла свою миску с печеньем и кладёт её возле маленькой ёлочки, стоящая на рабочем столе Ивана. Преисполненный радостью, он ложиться идёт ложиться обратно в свою постель, предвкушая всё то, что Иван скажет о его подарке.

Проснувшись наутро и протерев глаза, он с лёгким волнением направляется в зал, где уже увидал сидящего на диване дядю, только дожидавшегося своего единственного племянника. Только встретив его, он беглым взглядом кидает взор на ёлочку, под которой, уже лежит две довольно немаленькие коробки.

Пожелав доброго утра, Иван встаёт с дивана, берёт свой подарок из под ёлочки и вручает его Евгению. Тот, только получив его в руки, уже волнительно улыбается и говорит ему “спасибо”.

“Так ты для начала хоть открой его” – с улыбкой сказал дядя.

Со смущённой улыбкой сев на диван, он стал медленно раскрывать всю подарочную обёртку. На половине, увидел то, что Иван хотел ему подарить. И от удивления, у него аж раскрылись глаза куда больше обычного. Полностью избавившись от обёртки, он увидел его – ноутбук, глядя на которого, он по началу не мог и толком от удивления ни сказать ни слова.

“Я подумал, для учёбы он тебе обязательно пригодиться. Сам он стоил 1000 евро. Подумал, что тебе захочется не только на нём работать, но и к примеру фильмы смотреть. А то хватит тебе портить зрение за маленьким экраном.”

Придя в себя, только потом он сказал: “Да. Спасибо вам большое” – с улыбкой на лице произнёс Евгений.

“Чтож, тогда ты случайно не знаешь, что лежит во второй коробке рядом с ёлочкой?” – с лёгкой улыбкой спросил Иван.

“Да” – сказал Евгений, неожиданно для Ивана со смуглым, и даже в какой-то степени, разочарованным лицом. Положив свой подарок на диван, он направляется к своему подарку, после чего вручает его дяде, в ожидании худшего.

Усевшись на диван, он с предвкушением стал раскрывать свой подарок. И по полному раскрытию, он увидел его – миску печенья, на которой лежала совместная фотография Ивана и Жени на рождественской ярмарке.

“Это, наша фотография” – с удивлением сказал Иван. “Но как?”

“Это я сходил в фотосалон и забрал фотографию заранее до вас. И именно я сказал сказать продавцу, что у вас большая очередь, чтобы сделать вам вот такой подарок”

“Мда. Мне тогда придётся извинится перед ним за мои слова”

“А печение, я готовил сам” – смущённо сказал Евгений.

“Да?! Ну тогда попробуем” – говорит Иван, после чего пережёвывает во рту приготовленное Евгением рождественское печенье.

Стоя в предвкушении, Иван по началу задумчиво его пережёвывает, после чего, на его лице появляется лёгкая улыбка со словами: “Вполне, вполне неплохо” – с улыбкой на лице говорит он.

“Хорошо” – радостно говорит Женя. Но после вновь увидев свой подарок, его лицо принимает явно злостный, обиженный на самого себя вид.

Заметя это, Иван с недоумением спрашивает: “Что случилось?”

С грустным и стеснительным видом он отвечает: “Да, на знаю. Вы, подарили мне такой дорогой и ценный подарок, на фоне которого, эта миска с печеньем не представляет из себя хоть что-то существенное. И мне, не знаю, как-то стыдно за это”

“Ну что ты” – успокаивающим голосом говорит Иван. “Даже если бы ты мне ничего не подарил, для меня, самым лучшим подарком, было провести его с тобой. И спустя столько лет, не проснувшись в рождественское утро совершенно один в пустой квартире.

А ты, сделал куда больший подарок на самом деле чем это сделал я. Это ведь надо ещё придумать это сделать, всё приготовить, испечь, подготовить. А я что? Просто пошёл и купил компьютер в магазине по рекомендуемым характеристикам. Так что, всё в порядке, и не надо волноваться. Всё хорошо. Ты мне уже сделал самый лучший подарок тем, что ты просто есть.”

От этих слов, у Евгения аж непроизвольно пошли слезинки по лицу, которых он изо всех сил старался не показывать.

“Ой, ну что ты. Давай, вытри слёзы, всё ведь хорошо” – говорит Иван, протирая пальцы.

Взглянув ему прямо в глаза, такие довольные и счастливые, казалось, что слёз на его лице становилось всё больше. И уже не выдерживая эмоций, Евгений подошёл к нему чуть ближе, и уткнулся своей головою, прямо в его левое плечо.

От незнания и лёгкой растерянности, Иван на пару секунд просто стоял распахнув свои руки, но после анализа всех вариантов, он просто взял, да и обнял покрепче своего племянника, да так, что то в свою очередь, сделал это в ответ.

Так они простояли около десяти секунд, пока Евгений, со слезами на глаза, испытывал ворох самых разнообразных и различных эмоций.

“Ну всё, давай. Хватит плакать. Лучше давай раскроем твой подарок, и наконец проверил этого монстра в действии”

“Хорошо” – с улыбкой произнёс Евгений, затем протерев своё лицо, стали они оба доставать новый ноутбук из коробки и проверять его работоспособность, на протяжении всего утра.

10) “Ну что, готов увидеть шоу?”

“Ну, не знаю даже. Какое-то на самом деле, чувство необычное, впервые встречать новый год без своих родителей”

“Да, возможно, это может быть слегка некомфортно для тебя. Но зато ты наконец сам попробуешь, какого это праздновать свой первый новый год без какого-либо контроля. Ну, кроме моего естественно” – с улыбкой заявил Иван.

“Мда”

“Эй, ни задумывайся ты так над этим. Вы ведь всё с родителями обговорили, обговорили. Выяснили, что на новый год не получится приехать, не получиться, а приедешь к ним в гости летом.”

“Да, мы это обговорили”

“Ну вот и волнуйся ты так по этому поводу. Лучше давай считать”

И тут начинает считать вся толпа: “10,9,8,7,6,5,4,3,2,1…Fröhliches Neues Jahr!(Весёлого нового года), все стали кричать, как только в небе зажглись первые огни фейерверков.”

В тот момент, они оба испытывали радость. Радость искреннею и неподдельную. В те моменты казалось, что ближе них, не существовало никого на свете, и что именно они, были одной единой и счастливой семьёй. Они не хотели ни о чём думать, они не хотели ни о чём размышлять. Им просто хватало той простой, но столь значимой радости, которую они смогли подарить друг для друга, разделяя эти прекрасные моменты под грохот новогоднего салюта.

Придя домой, улёгшись по своим кроватям, перед этим поздравив друг друга со встречей нового года, голову Евгения посещало великое множество самых различных мыслей: Чего он добился, что он сделал, что он смог. Но самой главной мыслью останется то, что он всё также продолжает оправдывать надежды своих близких, которые они на него возложили. И это, для него самое главное.

А перед сном, закрыв глаза и улёгшись в голове, он вновь задаёт сам себе вопрос, вопрос который, вам уже хорошо и основательно знаком, вопрос который гласит: “Что же в этом году, меня будет ожидать?”

Через какое-то время…

“А ну, давай вставай уже. Как-никак второй будильник уже отключил. Опоздаешь ведь так” – в шутливой форме сказал Иван.

“Да, да. Встаю. А опаздывать мне нельзя.

А, мм, не можете пожалуйста сказать, холодно ли сегодня и надо ли кофту одевать. Не май месяц вообще-то”

“Читал, на улице сегодня ветрено, а потому, лучше всё таки надень кофту. Мало ли что” – произнёс дядя и уже собирался идти на кухню, как перед уходом заявил: “И для справки, с утра вроде как наступило уже 26-ое мая” – сказал он и пошёл на кухню.

Придя на завтрак, после всех утренних дел и уже готовым к выходу, Иван говорит:

“Вот, как ты любишь” – и кладёт на стол яичницу с двумя поджаренными ломтиками колбасы.

“Спасибо” – с улыбкой на лице отвечает Женя. “Вы меня уже знаете как облупленного”

“Ну может не как облупленного, но по крайней мере уж точно знаю, как поднять тебе настроение перед тяжёлым учебным днём.

А теперь давай ешь, опоздаешь” – после слов которых, Женя приступил к утреннему приёму пищи, пока Иван как обычно на завтрак, попивал чашечку крепкого кофе с намазанным маслом сдобным рогаликом.

Сегодняшний день был особенным. Так-как именно в этот день этого числа, должен был состояться последний день его обучения в подготовительном колледже, и на протяжении всего времени пути к данному заведению, Евгений всё думал и думал: “Каким же он будет, самый последний день?”

Придя в класс, всё по началу было совершенно обычно. Они также как и всегда сели за свои места, достали тетрадки с книжками и стали прогонять последнюю тему по программе. По прошествии пяти часов, только в самый последний день, преподаватель им говорит:

“Чтож, это был наш последний учебный день, и я определённо рада, что все вы прошли его достойно. Вы упорно трудились, учились и старались, дабы достичь наилучших результатов. Но расслабляться пока ещё рано. Я бы даже сказала напротив, теперь, самое время пришло потрудиться куда сильнее, дабы спокойно и уверенно сдать все экзамены и поступить в нужный вам университет.

По моим сведеньям, ровно через неделю у вас будет экзамен по проверке всего учебного материала, который мы с вами прошли за этот год. Только не нужно пугаться. Абсолютное большинство студентов его сдаёт с первой попытки, только единственное что я вам хотела бы порекомендовать, повторите ещё раз материал, особенно с 15-ого параграфа. В прошлом году большинство вопросов было оттуда.

Ну что ещё можно сказать? Я надеюсь, что я вас хорошо обучила, вы подготовитесь, и через неделю в двенадцать часов дня, особая комиссия будет ждать вас в этом самом кабинете, дабы взять у вас окончательный экзамен.

Спасибо вам всем, что учились у меня весь этот учебный год, ну а теперь, можете идти”

Попрощавшись, Евгений начал обдумывать все слова сказанные учительницей. Всю дорогу к дому он размышлял, как он будет сдавать этот злополучный и злосчастный тест.

Придя домой, он также не мог думать ни о чём кроме как об этом тесте.

“Что мне необходимо сделать, чтобы сдать тест? Я ведь готовился и учился, но вдруг он будет сложным и она сказала нам это только ради того, что бы успокоить? Какие там будут возможные вопросы? Что будет, если я не сдам? Неужели мне придётся вернуться домой, тем самым разочаровав и подвёв своих родителей?” – задавался тревожными вопросами Евгений.

Даже сидя за обедом за чашкой супа, мысли о скором, чуть ли не судьбоносном моменте, всё никак не покидали его голову. Ведь единственная цель которая у него была в жизни на тот момент, так это сдать тест колледжа и после уже вступительный экзамен в необходимый ему университет.

По окончанию обеда, он должен бы ехать на свою работу к Ивану наводить финальные штрихи по завершению парка. Но только с его мыслями в голове, от сознания всего скоротечного времени и без возможности тратя его куда попало, он позвонил Ивану и попросил его сегодня не прийти на работу, так-как ему необходимо был ни трать не секунды бесценного времени, а готовиться к своему экзамену, который будет уже совсем скоро.

Иван разрешил ему сегодня остаться дома, и предупредит его начальника об отсутствии его на сегодняшний день.

Поблагодарив, он бросил трубку, после чего приступил к обдумыванию своих будущих действий.

Идя по квартире из стороны в сторону, Евгений догадался, что ему необходимо было составить план, дабы структурировать вес последующие действия и основательно подготовиться к тесту. Сем за стол, открыв ноутбук и открыв печатный документ, только он хотел тут же расписать весь свой список действий от начала и до конца, как только он не успел напечатать слово “План”, то руки сразу остановились, и словно замороженные, всё никак не хотели писать дальше.

Сидел он так за столом минут десять. Смотрел он в монитор, молился на него, разговаривал с ним, но ни единой толковой мысли так в голову и не пришло. Тогда, решив выйти из-за стола, Евгений решается попить воды, сделать небольшую зарядку, включить телевизор, и даже сделать вид, что собирается спать. Но только всё, это не давало никакого толку.

Лёжа на диване в зале, повернувшись головою к стене, он всё размышлял про себя: “Мне нужно готовиться к тесту, а я тут лежу, валяюсь от кризиса идей. Что сказать, ты молодец. Родители, явно бы тобой гордились” – презренно сказал сам себе он.

Лежал он так минут пять, порицая себя за отсутствие правильных мыслей. Но только он повернул свою голову по направлению к залу, яркий луч света тотчас ослепил его лицо, от чего Женя аж немного прищурился. Раздражённый, он хотел был закрыть всё окно шторами, как в последний момент, видит перед собой на площадке ребёнка, мило играющий со своей матерью неподалёку от него. Мимо дороги, прошла собака со своим хозяином, пока на уровне деревьев, летали в ветреном карнавале вольные листочки. Глядя на всю эту картину, на лице у Жени появилась непроизвольная улыбка, а в голове появилась ясность того, что действительно необходимо было делать ему в ту самую минуту.

Закрыв ноутбук, положив его в сумку, а сумку возложив на плечо, он отправился на лёгкую прогулку, на которой он смог бы расслабиться и успокоить свою голову от гнетущих мыслей.

Позвонив и предупредив дядю о своих намереньях, он получил одобрение, и уже после, со спокойной душой, отправился на свою прогулку.

Выйдя с подъезда, яркое ослепительное солнышко ударило по его глазам, во дворе всё также гуляли мать с ребёнком, а в воздухе веяло лёгкой и приятной прохладой. Уже не став в один и тот же раз идти одним и тем же маршрутом, Женя решил пойти на остановку и словить автобус до ближайшего ботанического парка, где смог бы насладиться красотой и эстетикой, в приятном и утончённом для него окружении.

Через час, он уже был у ворот ботанического парка, где они с Иваном когда-то прогуливались вдвоём приятным осенним вечерком. Уже по входу в этот парк, его очаровывала атмосфера некой лёгкости и свободы. С первых шагов преобладала обильная зелёная растительность, что несомненно, благоприятно сказывалось на внутреннем ощущении и спокойствии главного героя.

Идя вглубь данного зелёного участка, он видел, самых обыкновенных людей, которые идут себе с обыкновенными серыми лицами. Некоторые просто идут с каменным лицом, некоторые же идут, опустив голову в свои мобильные телефоны. Видя всю эту картину, Евгений задавался только одним вопросом: “Как можно идти по таком прекрасному месту с таким лицом полным равнодушия, когда тебя окружает вся вот эта красота?”. И ведь действительно. Приятное солнышко, голубое безоблачное небо, чистый и приятный воздух, сочетающейся с густой окружающей его растительностью, казалось бы не в коем случае не должны отпускать его посетителей, и захватывать дух на протяжении всего пребывания. Но вот нет.

Гуляя лёгкой размеренной походкой, наслаждаясь окружающими красотами деревьев, узенькими тропинками по бокам окружённые яркими и пышными кустами, а также полюбовавшись местным небольшим озером, в его душе уже не лежал груз тех самых, злосчастных мыслей донимающих его голову. А лишь окрыляющее чувство свободы, дарящее ласку, заботу и тепло.

Проходя мимо данного завораживающего места на протяжении получаса, Женя решил сесть на лавочку, и с закрытыми глазами, подышать багряным, и чистым освежающим воздухом. Сделав пару вдохов и выдохов, он неожиданно открывает глаза и смотрит в сторону своей сумки, в которой лежал его ноутбук. Достав его и вновь зайдя в тот файл, уже полноценно собравшись с мыслями, он лёгкими и плавными движениями, начинает описывать весь дальней ши план своих действий       по сдаче экзамена, абсолютно не подвергая свою голову сомнениями о их реализации. Завершив все пункты и поставив финальную точку, он заявил: “Всё будет хорошо. Надо, просто делать”, после чего выдыхает и направляется по направлению к выходу.

Придя домой, его уже с порога добродушным видом встречал Иван, который только по входу Евгения в дом заявляет: “Ну, как прошёлся? Что видел?”

“Прошёлся вполне себе тихо и спокойно” – спокойно отвечает Евгений. “Только вот хотел бы обсудить один вопрос:

“Я наверное вынужден заявить, что наверное до конца середины следующего месяца, на работу ходить я более не буду. У меня начинается важный, и очень ответственный в жизни период, который я никак не могу пустить на самотёк.

В ближайшее время, меня ожидает два крайне важных экзамена, которых я обязан, буду сдать на отлично. И поэтому, я наверное прекращу приезжать на работу после полудня, так как мне нужно уделять всё своё свободное время учёбе и подготовке”

“Чтож, это дело твоё, и я тебя туда ходить не заставляю. Я понимаю, для тебя настаёт тяжёлый период. И если ты считаешь, что отказ от работы для тебя будет являться правильным решением, то поступай как считаешь нужным. Ты человек не глупый, и я абсолютно уверен, что всё у тебя получиться”

“Спасибо”

“Тогда, пойдём есть”

“Хорошо. А хотя, наверное лучше для начала прочитаю один параграф, и приду”.

С этих слов, начался упорный и изнурительный путь Евгения, по подготовке ко столь важным для него экзаменам.

Всё своё свободное и не свободное время, он тратил на подготовку к экзаменам. Перед тем как поесть, поспать, сходить по “делам”, даже просто лечь на диван и полежать хотя бы пару минут, он читал книги, делал конспекты, писать всё новые записи, дабы всё запомнить и успешно ответить в будущем на все поставленные вопросы. Он укоротил время своего сна, как бы не тратить лишнее время на какой-то там бесполезный и ненужный сон. А когда ему казалось, что он в совершенстве запомнил тот или иной параграф, он всё также продолжал перечитывать, чтобы ни в коем случае не забыть всю полученную из него информацию.

“Чтобы даже в три часа ночи я мог встать по резкому звону тревоги, и мог ответить на любой из поставленных в книге вопросов” – создал он для себя такой девиз во время подготовки.

Иван говорил ему: “Хватит тебе уже сидеть с этими книгами. Совсем перестал из дому выходить со своей подготовкой. Ты только посмотри на себя, на тебе ведь уже совсем лица нету, весь исхудал и побледнел.

Давай лучше сходим прогуляемся, только посмотри в окно, погода прям таки сегодня создана для приятного времяпрепровождения на улице”

“НЕТ!” – уверенно и чётко отвечал Евгений. “До первого теста осталось всего лишь пару дней. И мне необходимо ещё столько всего выучить, а после готовиться ещё и ко вступительному экзамену в университет.

Простите конечно, но, можете пожалуйста оставить меня одного.”

После протяжного небольшого выдоха, наполненным разочарованным лицом, Иван говорит: “Ладно, делай что знаешь”, затем закрыв дверь и более не донимая племянника отвлекающими его вопросами.

“Он не понимает. Никто не понимает как мне сейчас тяжело. Но я обязан не опускать руки. Не сдавать назад и продолжать работать.

Родители, баба с дедом на меня рассчитывают, и я не в коем случае не могу их подвести. Они вложили в меня столько сил, времени и денег, что я просто не могу отплатить им нечем, вернувшись, домой абсолютно никем. А потому, я обязан продолжать свою подготовку, как бы я не уставал, и как бы не было тяжело” – с такими словами успокаивал себя Евгений, когда становилось уже совсем тяжело.

По прошествии двух дней, наступило время первого теста. И казалось бы, что когда лучше подготовиться к экзамену уже было невозможно, неуверенность и страх всё равно укутывали тело Евгения с ног до головы.

Войдя в кабинет, ранее такой знакомый и родной, при нахождении в нём особой приёмной комиссии, обретал тона некого страха и нервозности. По прошествии первого шага, дыхание участилось словно бешеное, глаза стали бегать по уголкам комнаты, подмечая все возможные детали в тех секундах, а по ногам пробежала лёгкая, но непрерывистая дрожь. Сев на своё место, он сделал пару глубоких вдохов, затем закрыв глаза, начинает мельком повторять весь изученный материал. Как только он открыл глаза, ко всем участникам обратились кураторы, которые раздали тест, и предупредили, что если они хоть заподозрят кого-то в списывании, то весь тест будет засчитан как аннулированный.

И вот, через минуту, все нужные листки уже лежали у него на столе. Даже не смотря на них, он закрыл глаза, после чего сделав пару глубоких вдохов, тихо сказал для себя: “Всё будет хорошо”, затем уже окончательно приступив к своему тесту.

Весь все два часа шли более менее ровно. Были конечно некоторые вопросы над которыми Евгению необходимо было поломать голову, но в целом все вопросы шли в целом ровно, и особо ярых затруднений для нашего героя не вызывали.

В середине экзамена, неожиданно для Евгения, один из экзаменаторов подошёл к нему ссади, дабы убедиться в том, что он не пользуется никакой подсказкой или секретной запиской. Благо, он ничем таким не промышлял и пользовался исключительно своими знаниями, закрепленные из долгих и упорных часов учёбы. Но вот только, одному из его одноклассников повезло не так удачно. Словно тихая змейка, подкравшись сзади, он резким и уверенным движением выхватывает листок с подсказкой, после без лишних слов берёт в руки контрольные листы, затем бросив их в мусорную корзину возле стола говорит: “Ждём вас на пересдаче. А сейчас, попросим выйти из кабинета”.

Чувствуя всю безысходность и отчаяние от случившегося, тот собрал свои вещи, и ничего не сказав, выходит озлобленно из кабинета.

“Мда, серьёзные ребята” – сказал сам для себя Евгений, после продолжив выполнение своего теста.

Завершив выполнение и для убедительности прежде всего для самого себя, перепроверил все ответы по три раза, сдав свою работу на стол к экзаменаторам уйдя из кабинета с надеждами на лучший исход.

Ответы необходимо было ждать тем же вечером в виде письма на электронную почту. А поэтому, для Евгения наступил самый мучительный и долгий процесс, который он мог только себе вообразить – ожидание, ожидание ответов на один из самых важных и нужных тестов в его жизни.

Возвращаясь домой, его убивала страшная мука ожидания. Находясь дома, его постигала страшная мука ожидания. И на протяжении всего оставшегося дня, страшные муки тягостного бремени, всё продолжали занимать его голову.

Он не мог нормально есть, нормально отдыхать, нормально существовать. Всё что он хотел тогда делать, так это сидеть на диване, и ежесекундно проверять свою почту на наличие судьбоносного письма, в надежде на то, что оно придёт заранее, и он наконец узнает результаты, своего первого судьбоносного теста.

По приходу Ивана, он всё также продолжал сидеть на диване и перезагружать страницу своей почты, маниакально молясь на получения получение положительного ответа.

“Как написал свой тест?” – спросил Иван при встрече с племянником.

“Ну, думаю…, нормально. Но лучше дождаться результата”

“Не волнуйся ты так. Мы оба знаем, что ты написал свой экзамен на высший балл. И так как я в этом не сомневался, то в награду за это я…, принёс нам пиццы” – с улыбкой на лице воскликнул радостно Иван, пытаясь осчастливить племянника

“Спасибо, но…, я бы хотел всё таки узнать результаты, прежде чем праздновать”

“И когда сказали придут эти самые результаты?”

“Вечером” – быстро ответил он.

“Вечером. И зная тебя, ты наверное сидишь так с того момента как пришёл домой. Я прав?”

“Ну, да” – нервозно и судорожно заявил Евгений.

Глядя на явно нездоровую одержимость, Иван попытался спокойно отвлечь его от гнетущих мыслей, попытаясь оторвать его от своего ноутбука.

“Жень, мы ведь оба понимаем, что ты сдал этот экзамен на отлично. Ты к нему так усердно готовился, старался, всё учил, и всё твое потраченное время обязательно воздастся отменными результатами. Нужно, всего лишь немного потерпеть” – сказал Иван добродушным и спокойным голосом, после чего берёт ноутбук из рук Евгения.

“Простите, но можно возьму!” – спросил Евгений, но не дождавшись ответа, обратно выхватил ноутбук из рук дяди, сев обратно на диван и продолжая перезагружать страницу.

Иван не стал бросать попыток отвлечь Евгения от своей одержимости одной кнопкой, и поэтому, сев рядом с ним и приобняв его положив руку на плечи, он продолжает говорить:

“Послушай меня внимательно!” – сказал Иван закрыв ладонью экран ноутбука. “Ты самый умный, самый ответственный, и самый целеустремлённый молодой человек, которого я только встречал своей жизни. Если у тебя есть цель, ты сделаешь всё возможное ради того, что бы её добиться до конца. Я знаю, что ты хорошо сдал. Ты сам знаешь, что ты хорошо сдал. Нужно просто немного потерпеть, и все твои несомненно замечательные результаты придут к тебе. Лучше, не удлиняй сам себе время, и займись лучше чем-нибудь приятным.

К примеру, бросив свой ноутбук, мы пойдём поедим пиццу, горячую, свежеприготовленную, и очень вкусную”

“Нет, спасибо. Я должен дождаться своих результатов” – быстро проговорил Евгений, открыв ноутбук и продолжая перезагружать страницу.

Разочаровавшись от неудачных попыток, Иван идёт на последний решающий шаг, по отвлечению своего потерянного племянника из под плена ноутбука. Уверенно встав и выхватив ноутбук, он уже уверенным тоном, но всё же не злостным тоном говорит: “У тебя всё хорошо! И мы оба это знаем на сто процентов. А потому хватит быть настолько озабоченным своим результатам. Твой отец сделал тебя таким, но ты не обязан ему подчиняться досконально и полностью, иначе о тебя самого ничего не останется. Неужели ты действительно хочешь быть таким до конца своей жизни?” – произнёс Иван уверенным тоном

“А потому, давай лучше пойдём на кухню, забудем на время о твоих уроках, и пойдём наконец есть горячую пиццу” – произнёс он напоследок мягко и спокойно проговаривая последние слова, побуждая Евгения к отдыху, и отходу от гнетущих мыслей.

Но как бы не старался в тот момент, все его потуги к усмирению своего племянника, оказались абсолютно и совершенно тщетны.

“ДА!” – уверенно и твёрдо заявляет Евгений, резко встав с дивана. “Я не могу не думать ни о чём другом, кроме как о результатах этого треклятого теста. Ведь именно от него, зависит всё мое дальнейшее успешное существование. Именно от его результатов, я смогу узнать, способен ли я учиться дальше, и продолжить осуществление единственно-верной цели в своей жизни. Все на меня рассчитывают, все на меня надеются, и вы просто не можете понять, как для меня это важно. Для меня нет ничего важнее, чем узнать конечные результаты и поступить в университет! А потому, не надо строить из себя заботливого дядюшку, ведь вы даже не мой отец!” – грубым тоном выкрикнул Евгений, после ещё пару секунд всматриваясь в глаза Ивана.

На удивление, со спокойным, и даже в какой-то степени, хладнокровным видом, Иван после пяти секунд молчания отвечает: “Ты прав. Ты не мой сынок. А я тебе, не папочка” – после чего, отдаёт ноутбук обратно в руки Евгению.

Тот его с силой вырывает, продолжая смотреть озлобленным взглядом на оппонента, затем уверенными шагами направляясь по направлению к своей комнате, он берёт свою сумку вместе с купюрой в 500 евро, после, выйдя в коридор спрашивает: “И что, в даже меня не спросите, куда я пойду?!” – озлобленным тоном спрашивает Евгений глядя Ивану в глаза.

“Ты хочешь пройтись, и я тебе разрешаю” – спокойным тоном сказал Иван.

А Евгений на это, ни сказав ни слова, выходит из дома попутно забрав ключи, на последок громко хлопнул дверью. А Иван, глубоко вздохнув, пошёл в комнату с грустным, полным сожаления лица, обдумывать всю произошедшую ситуацию.

“Нет. Нет нет нет нет нет. Он не понимает. Никто меня не может понять. Он просто не до конца осознаёт, как это важно для меня” – говорил для себя громким тоном Евгений, на сей раз, идя по дороге, словно прихрамывая на правую ногу.

У него тогда не было чёткой мысли куда идти. Он просто хотел идти как можно дальше не зная куда, лишь бы подальше от своего дома, который на тот момент, более таковым не являлся.

Придя на случайную остановку сев на первый попавшийся случайный автобус, он поехал, в случайном направлении. Во время дороги, вновь на удивление, не оказалось ни одного пассажира помимо самого Евгения. И поэтому, вновь сем на первое место попавшееся ему на глаза, он, облокотившись на стекло, старался ни о чём ни думать, ни о чём ни мыслить, ни о чём размышлять. А лишь просто наслаждаться видом за окном, успокоиться и остудить свою голову, попутно лишь изредка задавшись мимолётным вопросом: “Куда это автобус мог его привести?”

Ехав по живописной дороге, стараясь замечать каждое маленькое здание и переулок, совершенно внезапно для него, ему на глаза попалось одно занимательное строение, которое отличалось по своему виду от других окружающих его построек, и которое он как-то замечал во время поездки по городу с Иваном, но особого внимания ему не уделил. И как ему казалось в тот момент, очень зря.

Выйдя на ближайшей от него остановки, он пошёл прямо к нему на встречу, параллельно оценивая весь его масштаб и размеры.

По пришествию, ему предстало на самом деле довольно небольшое по высоте здание, имеющее по большей части стекольную облицовку, имеющую основу из металлических арок.

Войдя в него, и поднявшись сразу на второй этаж по экскаватору, который находился прямо недалеко от входа, как ему выяснилось чуть позже, это был внушительных размеров торговый центр, с различными бутиками, удовлетворяющий вкусы, даже самых взыскательных магазинных гурманов.

Оценив масштаб сея заведение, на лице Евгения появилась непроизвольная улыбка удивления, и чёткая мысль о том, что он обязан исследовать каждый квадратный сантиметр этого торгового центра. Проходя мимо всех этих небольших киосках, бутиков и магазинчиков, он не мог отказать себе в праве зайти, и исследовать все интересующие его торговые точки.

Первым делом, он зашёл в магазин с техникой, дабы заценить последние модели техники и рассмотреть их цены поподробнее. “Ну, как обычно” – спокойным голосом сказал Евгений. Компьютеры, телевизоры, всякие домашние бытовые приборы, этим его ничем не удивило. Единственное что он делал, так это ходил всматриваясь в технику, считал их в рублях, и таким образом, сравнивал цены в Гамбурге со своим родным городом.

“Чтож, занятно” – произнёс он направляясь к выходу. Но как неожиданно, словно в самый последний момент ему на глаза падает стол с самыми последними моделями телефонов, выпущенные буквально несколько дней назад. Если не говорить, что цена его мягко говоря удивила, так это не говорить ничего. 1500 евро за новое устройство сотовой связи.

“Это забавно” – с ухмылкой произнёс Евгений. Только вот самого телефона на столе не было. Была только его коробка и описание самого устройства.

Евгений задумался: “Ну, наверное телефон находиться в самой коробке?” – произносит он эти слова и открывает крышку.

После её поднятие, Женя залился истерическим смехом от увиденного в данной коробке. Он был удивлён, он был в изумлении, он был обескуражен от золотой, и ослепляющей глаза “пустоты”, которая находилась под этой самой крышкой.

“Боже мой, что за, как это понимать?” – истерически смеясь, спрашивал сам себя он. “То есть, вы хотите сказать, что теперь при покупке новой модели надкусанного картофеля, сам телефона и коробка продаются отдельно?”. “И если столько денег стоит коробка, то мне что, придётся пару тройку органов продать, дабы телефон себе позволить?” – c истерическим недоумением спрашивал сам у себя Женя.

Подойдя к консультанту, наш герой спрашивает: “Извините, а, можно поинтересоваться, где собственно находить телефон из коробки?”

“Теперь, с недавнего времени, мы более не кладём товары дороже 1000 евро на прилавок наших магазинов, так как из соображений особой безопасности, теперь мы даём строго один гаджет в руки, на одного определённого человека. А сами модели хранятся в надёжном и укреплённом сейфе. Вы собираетесь покупать данную модель телефона?” – спросил на последок консультант.

“Нет, спасибо. Просто поинтересовался” – после слов которых, он с улыбкой ушёл из магазина, похихикивая от своей первой мысли и капельку смеясь.

Магазин книг, не вызвал у него столь же ярких и запоминающихся эмоций. Он смотрел витрины, искал знакомые имена, и рассматривал обложки, в один момент наткнувшись на одну знакомую книжку, которое он мельком как-то, где-то слышал про неё, и имеющее название: “Богатый дед, бедный дед”. Книга, которое формирует сознание на путь богатого и успешного миллионера. Взяв её в руки и бегло прочитав пару страниц, он с ухмылкой утверждает: “Ну, и где мои миллионы?” – саркастично спрашивал сам у себя Евгений, после чего кладёт её на место. “Господи, и кто-то действительно верит во весь этот бред” – проговорил сам для себя Женя, после выйдя из магазина с саркастичной ухмылкой на лице.

А напоследок, он зашёл в первый попавшийся магазин одежды, который хватил его, ровно на две минуты. Но даже этих двух минут было достаточно, чтобы заметить не просто львиное, а абсолютно подавляющее число представительниц прекрасного пола, немногочисленные кавалеры которые, просто сидели себе на диванчике, некоторые просто засыпавшие, а остальные уткнувшись в телефоны, ждали своих мадмуазелей. И так было, практически в каждом магазине, мимо которого Евгений проходил мимо, попутно разглядывая интерьер.

“Мдааааа, печальная ситуация” – так в общем выразился Евгений глядя на всё это великолепие.

Гулял он так в общей сложности целых полтора часа. Осматривал переулки, дизайн интерьера и окружающих мимо людей. “Приятно” – произнёс Евгений после чего сел напротив одного из кафе, заказав себе меню быстрой еды, неотъемлемым компонентом который был собственно Гамбургер, и наслаждался холестериновой пищей, на сей раз, в гордом одиночестве.

Сидя за пустым столиком, всего лишь с одним стулом, с одним вытащенным ноутбуком на столе, он стал вновь перезагружать страницу своей электронной почты, дабы не упустить момент, когда результаты его тесты наконец будут доставлены.

Перезагрузил страницу в первый раз – ничего. Во торой – пусто. В третий – ничего нового. В четвёртый – всё такая же пустота.

Разочаровавшись, он то злости и грусти сделал глубокий выдох и закрыл глаза, сидев так около десяти секунд обдумывая всю случившееся с Иваном ситуацию.

“Он просто не знает. Он просто не понимает. Он просто не может представить, как для меня это важно.” – проговаривал сам для себя Евгений с закрытыми глазами, убеждая себя в своей правоте.

Но только после открытия глаз и поднятия головы, только в ту секунду он осознал, что находиться совершенно один. За одним столом, на одном стуле, в окружении совершенно незнакомых людей, которых на него абсолютно наплевать. Осмотревшись вокруг, он видел счастливых вместе людей. Старых друзей, влюблённых молодых пар, отцов и сыновей. Все были счастливы, находясь друг с другом вместе, и лишь только Евгений, был маленьким серым пятном на этом солнечном счастливом холсте.

От грустного настроения, он решается в последний раз нажать на перезагрузку страницы своей электронной почты. И когда казалось бы, ничего не предвещало совершенно ничего нового, перед ним высветилось оно. Письмо, в котором должны были раз и навсегда стать известны результаты, которые он получил по первому, из двух самых важных экзаменов в его ещё столь непродолжительной жизни.

От удивления, его глаза раскрылись ему ранее до невиданных размеров. Сделав глубокий выдох, с некой долей страха, он открывает своё письмо с крайней осторожность, надеясь на хороший результат. И открыв его, неприятного чуда не произошло. Все эти бессонные часы, подготовки и заучивания не прошли даром, что вывелось в вполне себе отличные проходные баллы, с которыми Евгений мог без особого труда, обучаться в абсолютно любом университете Германии.

“Вух, да, это, это замечательно” – радостно заявил Евгений резко встав со своего стула. “Это замечательно…, это, замечательно” – после проговорил Евгений с грустным тоном и хмурым выражением лица.

Сев обратно на стул, он оглянувшись, видит вокруг себя всё тех же людей, которым было на него всё также всё равно. А напротив себя, он видел лишь ровную и отчётливую пустоту, которая словно кричала ему он его одиночестве и единении лишь с самим с собой.

“Ну и в чём смысл этих результатов, если я не могу не с кем разделить радость их получения?” – грустно спросил сам у себя Евгений.

Уже с трудом доев свой ужин, который почти никак не хотел есть в его живот, он решается вновь под вечер немного пройтись, чтобы освежить свою голову и обдумать случившуюся неприятную ситуацию.

Во время прогулки, было уже порядком половины восьмого вечера. Вечер пятницы, как всегда намечался для всех приятным и интересным. Для всех, кроме самого Евгения.

Прогуливаясь по улицам, он также как и в торговом центре встречал молодых влюблённых пар, счастливых семей с маленькими детьми, в машинах он наблюдал группы весёлых и смеющихся людей, и просто компания хороших друзей, также в это время прекрасно проводила свой вечер, пока Евгений просто шагал мимо них, замечая все эти маленькие нюансы.

Сев на ближайшую лавочку, сделав пару глубоких вдохов и выдохов, в его голову начала выходить ясность, от чего даже стали появляться такие мысли:

“Может…, я, действительно был через чур резок с Иваном в последний раз. Всё из-за этих проклятых результатов. Но они ведь важны для меня? Важны, обязательно важны…, но. Эх. Надо было просто оставить ноутбук и пойти поесть пиццы. А теперь, просто вернуться? Просто вернуться, и извиниться за всю свою бестактную грубость? А что если он более не хочет меня видеть? После всех сказанных мною слов. Я ведь знал, что сдал всё хорошо. И он знал, что я сдал хорошо. Но я его не слушал, и моя одержимость как он сказал, высказала ему то, что я бы никогда не помел бы ему рассказать. Но эта одержимость, откуда она? Неужели он был прав, и она действительно появилась по вине моего папы? Но…, нет. Нет, нет, нет, нет, нет. Папа бы никогда не привил бы мне такое плохое качество как одержимость. Он ведь любит меня, и всю жизнь старался, что бы сделать меня лучше, отгораживая от всего плохого. И мне…, просто надо сделать одно важное дело, дело всей моей жизни. А сегодня, я просто немного устал. Вот в это всё и вылилось в этот ужасный разговор. Ведь я абсолютно здоров. Просто…, просто мне нужно пережить этот непросто жизненный период.

А сейчас, я должен…, должен вернуться и всё исправить” – уверенно сказал Евгений, после уже побежав обратно на остановку, попутно начав обдумывать слова извинений.

Подходя к дому, всё тело началось трястись словно осиновый лист, дыхание периодически перебивалось, пока в голове прокручивались все слова примирений. Тихо войдя в квартиру около половины девятого вечера, Евгений перед собой не встретил дядю, который всегда выходил встречать его по возвращению домой. И от этой картины, страх и волнение нарастали ещё сильнее. Без лишнего шума оставив свою сумку в коридоре, он робкими шагами начинает свой путь, пока он не заглянул за угол зальной комнаты, где увидал как раз своего дядю, сидящего на своём диване с пустым выражением лица смотря телевизор, пока в руке у него лежала пустая банка из под пива. Может тот и увидел Евгения, скромно выглядывающего из-за угла коридора, но обращать на него внимания он никак не хотел.

От пустынного безразличия, Евгений почувствовал в груди жгучую боль, которые с каждой секундой перерастали в дикие страдания. Более не в силах терпеть, он с дрожащими в коленках ногами, медленно проходит прямо в середину комнаты, и пока он шёл, он понял, что забыл практически все заранее подготовленные им слова, а потому, ему только и оставалось делать, что придумывать извинения прямо на ходу:

“Дядя Ваня…, вы, простите меня за мои слова. Я был злым, уставшим, и раздражённым, ожидая результаты этого ужасного теста. Надо было послушать вас, оставить ноутбук и пойти вместе поесть пиццы. Но я тогда сам не владел собой. В результате сказав слова, за которые, мне очень стыдно. Простите меня пожалуйста…, за всё.” – сказал Евгений, с полным лицом боли, грусти и сожаления.

Всё выслушав, Иван выключил телевизор, и встав перед Женей, говорит спокойным голосом, и слегка грустным лицом следующие слова:

“Я на тебя не злюсь. Напротив, ты сказал всё верно. И мне…, следовало понять, что тебя не изменить, и тогда оставить тебя в покое. Но я лишь только желаю, чтобы ты когда-нибудь осознал, что в жизни, есть что-то важнее, помимо твоей учёбы, и долга перед родителями” – сказал Иван, после хлопнув пару раз Евгения за плечо, уходит, закрывшись к себе в спальню, пред этим лишь добавив: “Пицца лежит в микроволновке. Разогрей, если хочешь есть. И не забудь позвонить родителям, порадуй их сегодня” – после чего окончательно ушёл, до конца дня, так и не повидавшись вновь со своим племянником.

От всех услышанных слов, Евгению вроде как стало на душе полегче. Но от услышанных слов, он всё же с тяжёлым выражением лица, подходит к окну, чувствуя все сказанные дядей слова, параллельно всматриваясь в окно, пытаясь справиться с тяжестью гнетущего одиночества.

Простояв так минут 10, это неприятное ощущение словно и не собиралось покидать его тело, а потому, чтобы хоть как-то избавиться от этого неприятного чувства, он решается пойти на кухню, дабы съесть парочку ломтиков горячей пиццы, в надежде на то, что хоть этот приятное на вкус блюдо, поможет справиться ему с тоской и одиночеством.

Сев за стол, держа в руках треугольник столь притягательной и ароматной пиццы, только откусив небольшой кусочек, чувство сытости моментально приходит к нему в желудок. А может это была не сытость? Может, это внутренне чувство стыда и обиды на самого себя, мешало ему в тот момент насладить сия замечательным кулинарным произведением.

В конце концов, лишь с горем пополам, он доел лишь один несчастный кусочек пиццы, ровно до того момента, как не пришло время вновь звонить своим родственникам в Россию, чтобы на сей раз, порадовать их хорошей новостью, об успешном завершении первого экзамена.

Неохотно, уже без сил, с грустным выражением лица, он сидя на диване, набирает для начла телефон бабушки с дедушкой, чтобы подготовить себя перед наиболее значимым звонком.

“Отлично, молодец, поздравляем” – говорили ему его старики прямо в микрофон трубки. “Но расслабляться ещё рано. Ты ведь ещё не стал вступительные экзамены в университет, а потому, потрудись ещё немного, и приезжай к нам наконец на лето. Знал бы ты, как мы по тебе соскучились”

“Хорошо, спасибо” – сказал Евгений, после чего они попрощались, а у Жени, хоть и немного, но поднялось настроение.

Затем, наступало время звонка куда более важного. Дождавшись ответа, трубку поднял непосредственно Виктор, и тот без всяких приветствий, стал тут же расспрашивать его о результатах теста:

“Да. Всё хорошо. Я сдал первый экзамен, и теперь могу официально учиться в любом немецком университете”

“Это хорошо” – радостным голосом ответил Виктор по ту сторону трубки. Но сразу после, переключившись на более серьёзный тон заявляет: “Ты молодец, но расслабляться пока рано. Ты не останавливайся, продолжай готовиться уже к экзамену на поступление в вуз. Что бы окончательно поступить, и со спокойною душой отдыхать всё оставшееся лето.

Я понимаю, тебе сейчас тяжело. Но ты обязан не останавливаться, продолжать работать и трудиться, ради твоего счастливого будущего. Ведь ты наверняка помнишь, как мы на тебя наде…” – не успел договорить Виктор, так как звонок бы преждевременно завершён.

Не в силах терпеть последнюю фразу, Евгений злостно завершает вызов, не прощаясь с отцом и не дав ему возможности договорить последнюю фразу. В последующий раз заявив, что это были перебои со связью.

Посмотрев в окно, на улице были видны лишь наступающие сумерки и приходящая на смену дня сияющая темнота. Он был и так в неважном настроении. Ему не хотелось ни есть, ни пить, ничего не смотреть, и вообще не заниматься ничем. И поэтому, на сегодняшний день, он думает лечь пораньше, пока в голове крутиться народная мудрость: “Утро вечера мудренее”, и ему было так нехорошо, что даже не идя в свою комнату, и не выполняя перед сном всех своих вечерних чел, Женя просто плюхается на диван в своей уличной одежде, по началу непринуждённо лёжа глядя в беспросветный потолок, а после, неожиданно для него самого, переворачивается на бок лицом в спинке, закрывает глаза, и быстро, засыпает.

“Меня зовут Евгений, и я самый обычный человек. Человек, не обладающий особо яркими талантами, гениально-философскими мыслями, и сверхчеловеческим здоровьем.

Я приехал из России, страны большой, и страны необъятной для получения образования, и поисках лучшей жизни.

“Ну и зачем вы тогда нам здесь нужны?” – спросите вы меня.

Я понимаю, у вас в достаточной степени хватает своих студентов, так зачем вам ещё принимать из-за границы? Но дело в том, что с самого детства, я горю идеей об обучении, и счастливой жизни в таком великом государстве как Германия. Самостоятельно изучив язык, пройдя колледж, преодолев бесчисленное множество трудных и изнурительных часов работы, вырвавшись из небогатой глубинки, мне наконец даётся шанс, шанс, который обязательно мною реализуется, и для которого я приложу все возможные мною усилия.

Я желаю учиться у вас на медицинском факультете, не став лгать, не ставь лукавить, для дальнейшей высокооплачиваемой работы и последующего счастливого существования, абсолютно осознавая, что этот путь будет труден и тернист.

Но вы можете не сомневаться. Ставя себе цели в жизни, я любыми способами, но достигаю поставленных задач. Прилагая всевозможные усилия, я сделаю всё что можно, но добьюсь получение диплома Гамбургского университета медицинского факультета.

У меня отличная база знаний, которая поможет мне справиться со всеми преградами и трудностями на пути к получению диплома. Мне хорошо даётся химия, я прекрасно разбираюсь в биологии, чему свидетельствуют мой прекрасные результаты окончательного теста Штудиенколлега. А потому я абсолютно уверен в своих возможностях, в своих силах, и в своей силе духа, которые помогут мне преодолеть этот непростой жизненный этап, и стать полноценным почитаемым участником немецкого общества.

Вы мне можете конечно отказать, можете на моё место взять кого-то другого. Но тем самым, вы прервёте мою идеальную дорогу жизни, по которой я шёл долгие, и долгие годы. Необходимо ли вам это?” – прочитал Иван, проверяя вступительное письмо Евгения на поступление в университет.

“Ого, словно прочитал небольшое сочинение настоящего писателя” – с лёгкой улыбкой сказал Иван.

“Мда” – с лёгким недовольством ответил Женя.

“В своё время и помню, что в своём письме указал основную причину, что просто люблю рисовать и ставить всё на свои места, и хотел бы это превратить в полноценную работу.

Но в сравнении с твоим, между ними будет разница размером с Марианской впадиной. Молодец”

“Спасибо” – немного смущённо ответил Женя.

“Ну ладно, тебе наверное уже надо ехать. Интересно лишь то, что написал ты своё письмо ровно за 15 минут до выхода”

“Да, просто, вдохновения всё никак не было”

“Чтож, могу понять. Ну ладно, тебе наверное лучше выйти пораньше, на всякий пожарный случай.”

“Да, хорошо” – после чего, Евгений стал собираться на выход.

Стоя на пороге, уже перед самым выходом, Иван на последок говорит ему:

“Давай, возвращайся скорее. А хотя, лучше пиши сколько нужно. Но так-как, я ни в коем случае не сомневался в том, что ты сдашь свой экзамен, то вечером я приготовил для тебя особый подарок”.

“Может, не будем гадать заранее. Лучше просто надеяться, что всё будет хорошо” – робко сказал Евгений.

“Самое главное – не волнуйся, оценивай всё с холодной головою. Ты вновь готовился целую неделю, а потому в своей сдаче можешь не сомневаться.”

“Хорошо” – с лёгкой смущённой улыбкой ответил Женя.

“Ну ладно, давай, удачи тебе”

“Спасибо” – говорит Евгений, после уже окончательно выйдя из квартиры, и направившись к месту проведения окончательного, и финального, экзамена.

По дороге, Евгений всё размышлял по пути в университет о том загадочном подарке, который дядя уже пообещал ему за успешную сдачу последнего теста. “А потому, раз подарок уже подготовлен, я никак не могу его, на сей раз всех разочаровать и не сдать мои вступительные экзамены” – с такими мыслями ехал Женя в университет.

Стоя возле входа в вуз, по телу невольно пробежала лёгкая, но всё таки ощутимая дрожь, от которой, даже голова начала капельку кружиться вокруг своей оси. Но собрав себя в руки, сделав единожды глубокий вдох и выдох, собравшись с мыслями, он заходит на первый взгляд во столь страшное заведение, пока финальная битва, не началась ровно к шести часам вечера.

Через полтора часа, наш герой выходит из университета, и с облегчением, со всё также дрожащими ногами и руками, в надежде на то, что он сдал свой второй экзамен и теперь с сентября сможет спокойно учиться в немецком университете. Университете, к которому он готовился большую часть своей ещё юной жизни.

Ему сказали, что результаты придут к нему также на почту к девяти часам вечера. А потому, также как и неделю назад, для Евгения вновь наступает томный и тяжёлый период мучительного ожидания, где каждая секунда, отвечала за отдельные часы, а минуты, словно отдельные годы.

Придя домой после спокойной поездки, его с порога встречает Иван, в свою очередь расспрашивая, как Евгений написал свой тест:

“Думаю, неплохо. Но нужно дождаться результатов теста. Они придут сказали к девяти часам”

“И что, ты весь оставшийся час, будешь судорожно сидеть у ноутбука, ежесекундно перезагружая страницу, в надежде, что результаты придут заранее?” – саркастично спросил Иван.

“Ну нет” – с улыбкой заявил Евгений. “Я понял, что постоянно перегружая страницу, я только сам для себя тяну время. А потому, как вы мне тогда говорили, лучше всего наоборот отвлечься и заняться чем-нибудь приятным”

“Вот это дело. Ждать осталось недолго, а с интересным занятием, время пролетит совершенно незаметно” – с радостно заявляет дядя и уходит на кухню, пока Женя продолжает переобуваться и входить в квартиру.

Взяв в руки стакан воды, Иван, параллельно принимая стакан живительной влаги, заметил за окном одну приятную картину. Стояла солнечная вечерняя погода, дождь и слякоть даже не собираются приходить на этот вечер, а выйдя на балкон, он ощутил приятную и тёплую температуру воздуха. И поэтому, опустошив свой стакан, Иван прямо с балкона кричит племяннику:

“Женёк, погода просто прелесть какая. Не хочешь пройтись прогуляться вечерком?”

Шустро придя на кухню, он отвечает: “Да, давайте”

“Тогда не переодевайся, скоро выйдем” – говорит Иван, после уже выйдя с кухни и начав собираться на прогулку по живописному и красивому Гамбургу.

Выйдя во двор, неожиданно, Евгений спрашивает Ивана: “Извините. Я тут подумал. А не могли бы мы пожалуйста сходить в то кафе, в котором мы были в сентябре в прошлом году? То, которое находиться возле порта”

“Хочешь действительно поехать в то кафе?” – уточняющее спросил Иван.

“Да, если можно” – скромно ответил Женя.

“Чтож…, да, конечно, почему бы нет. Хорошая идея.” – ответил дядя, после чего они завели машину и выдвинулись в дорогу.

На часах было пятнадцать минут девятого вечера, Евгений сидел в машине и перезагружал почтовую страницу со своего телефона.

“Ничего?” – с интересом спросил Иван.

“Пока нет” – огорчённо ответил Женя.

“Не переживай. Осталось совсем немного времени. И скоро, мы всё узнаем”

“Да, скоро всё узнаем”, после продолжив свою вечернюю дорогу к припортовому кафе.

Придя в кафе и усевшись на места, Иван с интересом спрашивает Женю:

“А ты, помнишь как закончился наш вечер, когда мы здесь были в первый раз в сентябре?”

Тут Евгений стал вспоминать, но как бы он не старался, ничего из воспоминаний о том вечере в голове у него не возникало:

“Эээм…, по моему…, нет на самом деле. Почему-то, я совершенно не помню как провёл с вами тот вечер” – с изумлением отвечает Женя.

“Ну, это не удивительно. Ты в прошлый раз, так сказать, очень “интересно” провёл вечер, а потому неудивительно что ты ничего не помнишь”

После данных слов, Евгений резко вспомнил про ту злосчастную бутылку пива, свой отчёт и подготовку к употребилю. А после, опустошения, он не помнил абсолютно ничего. Он просто себя не контролировал, а потому мог сделать и наговорить много лишнего и ненужного. И за это, ему очень стыдно.

“Но ничего. Главное, что ты не сделал ничего плохого. И мы оба извлекли из этого урок” – приободряюще сказал дядя.

“Мда” – немного смущённо ответил Женя по дороге к кассе.

“Ну, что ты будешь?”

“Пожалуй, возьму тоже что и в прошлый раз”

“А я пожалуй, возьму себе пасту с белой рыбой и мидиями. А на попить что возьмёшь? Коньяк, виски, бурбон, джин, скотч. Или классической бутылочки прохладного пива тебе будет достаточно?” – с ухмылкой спросил Иван последний вопрос.

“Сок” – коротко и просто ответил Женя. “Яблочный, если можно”

“Ладно, как хочешь” – проговаривает Иван, после пробивая заказ и усевшись за столик, они стали дожидаться наиближайших приятных событий.

Поглядывая на часы, время стояло уже без пятнадцати девять, напряжение нарастало, так-как Евгению хотелось поскорее узнать свои результаты и поскорее покончить с этим.

Вновь взяв в руки телефон, он в очередной раз стал перезагружать страницу, перезагружать и перезагружать. Но всё это не имело никакого смысла. После от лёгкого отчаяния, он поставил таймер на 15 минут, ровно до девяти часов вечера.

Сидя в ожидании ужина и ответов, неловкое молчание повисло над нашими героями, и чтобы разрядить обстановку, Иван ему говорит:

“Почти год назад, ты сидел в этом заведении, не зная на практике ничего об этой стране, об этом городе, об этой культуре. Ты не мог толком разговаривать на немецком, а самого тебя поедала неуверенность и даже страх.

Смотрю на тебя, и не могу нарадоваться от того, смотря на того, через что ты прошёл и кем ты стал. И…, кто бы мне тогда в самом начале сентября сказал, что тот мальчик, тот юноша, которой от неловкости при первой встречи, упадёт мне прямо на ноги, изменит в моей жизни очень много”

“Мда” – смущённо сказал Евгений. “А кто бы мне при нашей первой встречи сказал, что всего за один год, вы дадите мне столько новых знаний, опыта, впечатлений, и просто радости, которые я не испытывал, на протяжении всей своей жизни. Спасибо вам”

“Ты не должен меня благодарить. Ведь это и называется жизнь. Она и была создана для того, чтобы пробовать новое, ощущать новое, и получать новые, уникальные эмоции.

До того, как ты приехал ко мне. Прости конечно, но, ты даже не жил. Ты существовал. И в своём письме ты указал именно о существовании, а не о жизни, и это неправильно.

Ты существовал в своей монотонной коробке, из обязанностей, дел и упрёков, которую твой отец воздвигнул для тебя. А поэтому, ты за все эти годы, так и не познал истинную ценность дружбы, любви, красоты, и настоящей свободы.

Каждый год, нет, каждый день, все мы должны испытывать нечто новое, уникальное и прекрасное. Сидя в застое из работы, и забот, ты так и не заметишь, как мимо тебя пройдёт такой уникальный шанс, который собственно и называется жизнью.

Я раньше тоже это знал, а потом забыл об этом на долгие годы. Но когда ты появился в моей жизни, ты смог вытащить меня из этого страшного плена, который я сам для себя воздвигнул, и в котором я просто существовал, не видя настоящей жизни.

Спасибо тебе” – со счастливым лицом говорит Иван.

“И вам” – также с улыбкой отвечает Женя.

После благодарения друг друга, к ним подходит официант и преподносит заказанные ими напитки. Взяв их в руки, Иван произносит: “За жизнь!”

“За жизнь”, затем стукнувшись, выпивают всё до самого дна.

Настроение и Евгения в тот момент было что ни на есть замечательное, но могло ли оно стать ещё лучше? Определённо. Как только они выпили свои напитки и пару минут наслаждались вкусом и спокойствием, неожиданно для дяди, на его телефоне резко зазвонил будильник.

“Это я поставил будильник на девять часов вечера. И…, можно я пожалуйста вновь посмотрю в свою почту?” – с лёгкой неловкостью спрашивал Женя.

“Да, конечно” – с лёгкой улыбкой ответил Иван.

Открыв свою почту, в надежде окончательно увидав судьбоносное письмо, перезагрузив страницу, он наконец находит письмо от университета, с поздравлениями о том, что Евгений успешно сдал все экзамены, и они с радостью будут ждать его на учёбе с началом первого учебного семестра. Там дальше были ещё некоторые документы и фотографии, которые необходимо было принести, но это его в те радостные мгновения абсолютного счастья, его никак не волновали.

На пару секунд застыв от счастья с широченной улыбкой на лице, когда он наконец приходит в себя, он без стеснений на всё кафе кричит: “ДААААААААА!!!”, поднимая руки вверх, и чуть ли не плача от удовольствия.

“Я так понимаю, у тебя всё получилось?” – с ухмылкой на лице спросил дядя.

“Да, да, да, да, да. У меня вышло! У меня получилось!” – громким радостным тоном говорил Женя от радости, чуть ли не запинаясь и не делая паузу после каждого предложения от нахлынувших на него эмоций.

“Тогда, позвольте пожать вам руку, уважаемый студент” – сказал с довольным лицом дядя. И Евгений её радостно пожал. От волнения, его руки вспотели, сама рука нервно тряслась, а сам он её старался сжать так сильно, как только мог.

“Ну и крепкая у тебя оказывается хватка” – в шутку сказал Иван.

“Да, простите” – нервозно на радостях сказал Евгений.

“Вот, ваш заказ” – сказал пришедший официант.

Взяв с подноса блюда и поставив их на стол, Евгений уже не хотел ничего делать, ни о чём не думать, не о чём не размышлять. После принятия ужина с подноса, он разлёгся на диване смотря в окно, с улыбкой и гордостью за самого себя, встречая прекрасный вечер, не менее чудесного порта, чудесного города.

“Ну чтож” – заявил Иван. “Думаю сейчас самое время тебе кое-что подарить” – после чего даёт в руки Евгению поздравительный конверт.

С недоумением открыв его, он находит в нём, по началу два непонятных ему маленьких прямоугольных бумажных документа. Которые и были для Евгения его подарком.

Вчитываясь в текст. Он по началу увидел, дату, время, посадочное место, и после самое главное: “Гамбург-Амстердам”, и логотип авиакомпании.

“Я, я, не пойму. Вы что, куда-то уезжаете?” – c недоумением спросил Женя.

“Нет. Мы, куда-то уезжаем.

Как я раньше говорил: “Хорошо работаешь, хорошо отдыхай”. Ты за прошедший год очень много и усердно работал, а потому по достоинству заработал на заслуженный отпуск”

“Я, я, я, не знаю. Аааа, как-же родители. Они знают, что я с вами поеду?”

“Да. Мы с ними уже всё обсудили, и они определённо дали своё согласие на твоё путешествие. Только при условии, что ты бы сдал все вступительные экзамены. Ну а раз ты их сдал, почему они должны говорит тебе нет?”

“Аааа, с работай что?”

“Ох, тоже мне нашёл причину. С ней я тоже договорился, и для меня и для тебя, мы взяли отпуск на целый месяц, дабы наконец развеяться и хорошо отдохнуть”

“Чтож…” – задумчиво произнёс Евгений. “И мы действительно совсем скоро полетим в Голландию?!” – с воодушевлением спросил Женя.

“И не только Голландия. Париж, Брюссель, Барселона, Милан, Вена, Прага. Мы с тобой объездим всю Европу за этот месяц. На последок, заглянув в чудесный Российский город Санкт-Петербург.

Ну так что, готов отправиться со мною в “Евро тур””?

“Ну, поехали”

Амстердам

“И, как тебе окружение?”

“Словно в сказку попал. Такого обилия красного облицовочного кирпича я ещё нигде не видал. Так аккуратно, стильно, лаконично, и просто прекрасно.”

“Да, соглашусь, тут красиво. Но пошли пройдёмся вооооон-туда.”

“А что там?”

“Ну пойдём и выясним”

Пойдя к тому месту, куда указал Иван, пройдя пару метров, в витринах магазинов они увидели…, женщин, в откровенном нижнем белье, зазывающих наших героев посетить их заведения. Гуляя по этому району, Евгений впервые в жизни удивлялся, как он привлекает такое обилие женского внимания. Но от такого внимания, он был мягко говоря не в восторге. И прикрыв левую строну лица рукой, он хотел пройти этот район как можно быстрее, уткнувшись взглядом прямо в землю.

Видя эту картину, Иван, капельку засмеявшись сказал:

“Слушай, а у тебя ведь ещё ну…, не было. А хотя, как с твоим режимом у тебя что-то могло быть.”

“Я…, не понимаю о чём вы”

“Слушай, может войдём в одно из таких заведений и, хотя бы просто ознакомимся с ассортиментом услуг?” – в шутку спросил дядя.

“Нет, нет. Не надо.” – смущённо ответил Евгений.

“Да, ты прав. Ведь добыча тем слаще, чем её труднее поймать”

В ответ на это, Евгений поднял взгляд на Ивана, и с недоумением посмотрел на него, не зная что ответить в такой ситуации.

“Ладно, однажды, ты поймёшь” – спокойным голосом сказал ему дядя, и тихо-мирно продолжив свою прогулку до конца дня.

Придя в арендованную квартиру, Иван указывает Жене: “Слушай, я тут молочка нам купил, можешь пойти на кухню и разогреть нам по стаканчику”

“Хорошо” – сказал Евгений и пошёл выполнять просьбу.

Через пару минут, они уже оба сидели на кухне, со стоящими тёплыми стаканами молока на столе. С ехидной улыбкой, дядя достаёт неизвестный Евгению бумажный пакет, из которого он вытаскивает два маленьких кексика.

“Мне они показались такими симпатичными, вот и решил взять нам парочку”

“Да, действительно, выглядит вкусно”

“Ну, тогда угощайся” – говорит Иван, протягивая племяннику этот маленький десерт.

Для начала понюхав и надкусив его, Евгений произносит: “Хм, ну, вкус, довольно интересный. Такого я ещё раньше не пробовал”

“А я, если не ошибаюсь, пробовал как-то давно когда также был в Амстердаме. Вкус, всё такой же сладкий и как ты сказал “интересный”. Видать, это какой-то древний семейный рецепт кекса с гашишем.”

“А что такое гашиш?” – с недоумением спросил Женя.

“Если не ошибаюсь, лёгкая форма спрессованной расслабляющей травы под названием марихуана.”

“Марихуана, марихуана” – задумчиво проговаривал Евгений что-то вспоминая.

Вдруг резко, его глаза резко надуваются, он смотрит на кекс у себя в руке, мигом кладёт его на место, а все остатки кекса выплёвывает в сторону.

“То есть, вы дали мне поесть кекса с наркотиками?” – возмущённым голосом спросил Женя.

“Да не бойся ты так. От маленького кусочка маленького кекса ты наркоманом уж точно не станешь. А лучше откинься на стуле, расслабься, и подожди пару минут, пока кексик сделает своё маленькое шеловливое дельце.”

Через пару минут, Евгений, стоя на коленях головою над унитазом, удалял из своего организма всё лишнее посредством орального канала, после шеловливого дельца столь маленького кекса.

“Слушай, ну, Жень, просто меня. Я ведь, хотел что, чтобы ты хорошо провёл время” – говорил Иван, сидя на полу возле туалета, находясь под действием столь маленького кекса.

“Нет, нет. Всё, всё нормально. Просто в следующий раз, можете пожалуйста спросить меня хочу ли я что либо принимать, с такими особыми ингредиентами.”

“Я знаю, тебе сейчас не очень. Но мне сейчас, так спокойно. Я думал с тобой будет точно также”

“Чтож, я рад за вас”

Париж

“Неужели, я действительно нахожусь здесь, с вами, рядом с Эльфивовой башней?”

“Да, это правда” – с радостно ответил Иван.

“Этот город, эта страна, она столько всего повидала, столько всего дала этому миру. За это, её можно и нужно бесконечно уважать. А этот вид, он, просто замечателен” – воодушевляющее произнёс Женя. “Правда…”

“Правда что?”

“Правда он был бы просто совершенен, если убрать с пейзажа вон тех попрошаек, и тех бездомных, и тех “новых” европейцев торгующих всяким хламом. А так, всё замечательно”

“Не волнуйся, рано или поздно всё закончиться.”

“Да, да. Я надеюсь”

“Фотографию на память?”

“А Давайте” – после фотографии на фоне башни которой, они дальше пошли прогуливаться по живописным уголкам чарующего Парижа, стараясь не обращать внимания не её “маленькие” огрехи, а лишь наслаждаясь волшебной архитектурой волшебного города.

Гуляя временами по маленьким, уютным улочкам, Евгения и Ивана не переставала восхищать красота местных пейзажей. Здания, совершенно разного назначения, стиля и временных эпох, в единой картине, всё равно каким-то единым образом, выстраивали общую архитектурную гармонию, радуя глаз и заставляя дыхание временно перебиваться. Видать не зря Евгений в конце прогулки, перед самым вечером изъявил: “Париж – это архитектурная столица мира. И раз в жизни, её обязан увидеть каждый.

Только вот, очень жаль, что Нотр-Дам я не смог увидеть в первоначальном состоянии собственными глазами”

Сидя во французском кафе, попивая французское вино, Евгений сидел с крайне задумчивым взглядом смотря на винный бокал в котором медленно колышилось терпкое красное вино, Иван спросил его: “Всё в порядке?”

“Да да, я, просто не знаю, у меня цена в голове. 100 евро за бутылочку вина. Это, это как по мне слишком дорого”

“Но вино хорошее, даже ты его оценил, а потому оно имеет право столько стоить”

“Да, но, это касается не только вина. Когда мы были в супермаркете, я всё также не мог выйти, из этого, состояния изумления от местных цен. Настолько они несопоставимо большие по сравнению с российскими”

“Это правда. Видать не даром Париж ежегодно входит в число самых дорогих городов мира. Но согласись, от части вполне заслуженно” – сказал дядя, попивая стакан с вином.

“Наверное да”

“Ладно. Деньги ведь есть. А потому давай не будем нагружать нашу голову всякими лишними мыслями, и спокойно насладимся видом”

“Хорошо” – довольно произнёс Евгений, сидя на террасе небольшого французского кафе.

Но только они откинулись на своих стульях, попивая вино и наслаждаясь неимоверно чарующей эстетикой города, как мимо них проходит, не совсем так сказать эстетический человек, который своим видом напротив, только отталкивает всё окружающее вокруг великолепие. “Новый” француз, находясь явно в не совсем адекватном под вечер состоянии, качаясь из стороны в сторону напротив наших героев, просто берёт, и со всей силы кидает стеклянную бутылку на брущатку, от столкновения с которой, естественно её осколки разлетелись на все возможные стороны. И лишь очень малый процент из сидящих мимо людей, повернул свою голову, чтобы обратить на это внимание.

“Пи№%№ц” – первое, что самовольно вырвалось у Жени, с выпученными глазами смотря на всю эту картину. “Ой, ой, простите. Я, я, не хотел простите пожалуйста.”

В ответ на это, Иван рассмеялся на весь голос со словами: “Ну наконец, хоть теперь адекватная человеческая реакция на этот ужас. Пи№%%ц, не то слово. Да я бл»№ь в а%»е с этого уж прости меня за выражение”

“Да ну, да ну, просто, как можно на фоне такой красоты вести себя как, как самое натуральное животное?” – со злостным недоумением спрашивал Евгений

“Мда, так и живём” – утешительно ответил Иван.

“Просто, за эту страну мне обиднее больше всего. Столько выигранных войн, столько достижений, столько великих людей было подарено именно Францией. И просто видеть, как она вот так умирает, это…, безусловно грустно”

Брюссель

“О господи” – первое что произнёс Евгений выйдя с вокзала Брюсселя.

“Ты видишь тоже что и я?” – с шокированным лицом в недоумении спросил Иван.

“Ну…, да. Просто, знаете, когда я приезжал, нет, когда я думал, что приезжал в Европейскую страну, я не думал, что в меньше всех кого я буду видеть, это собственно европейцы.”

Проходя вдоль терминалов, выйдя на первые этажи Брюссельского вокзала, в воздухе стоял слезоточивый запах мочи, абсолютно повсюду валялись пустые бутылки, битые осколки стекла, картон и фантики. В стороне спали и кажется дрались “интеллигентные” лица, и за всем этим, было мягко скажем неприятно наблюдать.

“Если нас так встречает вокзал, то каким будет сам город?” – обнадёживающее спросил Женя.

И на самом деле, не лучше.

Только выйдя на улицу, повсеместно, на улицах стояло огромное количество арабов, говорящих на незнакомом им языке, на дорогах от части лежал мусор, и только лишь от части отступивший неблагоприятный запах, скрасил тяжкое бремя наших героев.

“И это столица Европейского союза?” – с недоумением спросил Женя.

“Неофициально, но, да”

“Понятно” – разочарованно сказал Евгений.

Основавшись в апартаментах и выйдя на улицу, первым делом на первых этажах зданий, они заметили просто какое-то неимоверное количество граффити и тегов “прогрессивной” молодёжи. Продолжив свою прогулку, они очень часто стали замечать, некие каменные баррикады, которые стояли практически на каждом перекрёстке между дворов. Естественно, у Евгения мог появиться закономерный вопрос: “А зачем тут такое огромное количество баррикад?”

“А ты разве не слышал? В последние годы, как раз таки Бельгия била рекорды по количеству терактов, и эта, такая что ли полумера для того, что бы не заезжали в толпу”

“Чтож, думаю, мы оба понимаем, от кого они были выстроены. Ненавижу я их!” – озлобленно возразил Евгений.

Услышав тон последнего изречения, Иван на секунду задумался и сказал: “Слушай, что-то мне кажется, ты стал перебарщивать со своими высказываниями. Да, ты прав, это есть, и об этом нужно говорить. Но никак как это делаешь ты. Комментируя так ситуацию вокруг себя, мне порой кажется, что ты выставляешь себя самым обыкновенным расистом.

Запомни, любая культура, имеет право на существование. И не нужно, только из-за одних “выделяющихся” личностей, выстраивать мнение, обо всём народе.

Абсолютно у каждой нации, у каждого народа есть свои дикари. У немцев, русских, французов, американцев, всех абсолютно. Да, чаще всего нам на глаза попадают именно те, которые как раз таки устраивают все эти беспорядки, но, это очень неправильно выстраивать мнение о всём народе, о всей нации, опираясь лишь на одного, или группу сумасшедших. Ты меня понял?”

“Да, я понимаю. Очень важно проводить между ними дихотомию. Но просто знаете…, просто больно. Ведь уже не один год пытаются с этим что-то сделать. А в итоге, всё заканчивается ровным счётом одним ничем. И эта картина, категорически отличается от той, о которой мне говорили, и какую я представлял в экране своего ноутбука” – разочарованно сказал Женя.

Похлопав его по плечу, Иван стараясь приободрить его говорил:

“Ладно. Не думай об этом. Мы как-никак находимся в отпуске. Нечего нам забывать голову неприятными мыслями”

Гуляя вдоль определённых прелестных улочек, Евгений, из полученного опыта, даже мог изъявлять следующие изречения:

“Тут, я вижу очень отчётливый, французский, и голландский архитектурный стиль. Прям, чувствуется то, что словно Бельгия находилась под влиянием этих стран”

Зайдя в просторы интернета, потратив минутку на изучение вопроса, и действительно. До 1830-ого года, Бельгия действительно находилась под влиянием тогда ещё Нидерландского королевства, что сильно отразилось на её архитектурном ансамбле.

“Ну ты прям голова” – довольным голосом сказав Иван, после пожурив Евгения по голове.

“Ты наверное устал так много думать, пойдём лучше посидим и отдохнём где-нибудь в кафе” – предложил дядя.

“А давайте” – ответил Женя, после став искать дорогу, к ближайшему от них месту общественного питания.

Сидя во вполне себе приличном кафе, попивая терпкий горячий кофеёк, Иван с Женей между прочим, заказали себе не абы что, а между прочим, самые настоящие вафли, национальный Бельгийский атрибут. Конечно, всё это во шлось им в копеечку, но этот вкус, определённого, того стоил.

Закончив свой небольшой полдник, они вновь с хорошим настроением, отправились исследовать все закоулки этого города. И как выясниться позже, очень не зря.

Пройдя всего каких-то пол километра от центра города, тут наших героев, поджидала явно интересная картина. Везде мусор, грязь, некое подобие базара прямо посреди улицы, играет какая-то странная песня на незнакомом языке, повсюду граффити, теги, в общем одним словом: “Красота”.

“А я и не думал, что посещая столицу Европейского союза, я попаду в маленькую Африку” – иронизировал так Евгений окружающие пейзажи вокруг.

Также, гуляя по разным частям Брюсселя, его удивило то, их обоих удивило то, что в разных частях города, говорят на абсолютно разных языках. Одна часть на французском, одна на голландском, а третья, на знакомом им немецком языке. Не зная, думать про это хорошо и плохо, но точно удивляясь, Женя уже на второй день заявляет: “А можно, мы уже поедим на следующий пункт нашего путешествия?” – в шутливой форме заявил Женя после первого дня нахождения в Брюсселе.

“Я тебя могу понять. Но к сожалению, наш самолёт отправляется только послезавтра”

И следующие полтора дня, они также продолжали исследовать все “тёмные” уголки этого замечательного города. Которые к сожалению, их уже ничем в хорошем смысле, поразить не смогли.

Сидя в салоне самолёта и наблюдая пейзажи за окном иллюминатора, Евгений на прощания говорит:

“Да, я определённо буду скучать, по этой славно мусульманской стране”, после чего, их самолёт вылетел к следующему пункту их замечательных приключений.

Барселона

Только выйдя с борта самолёта, ослепляющее яркое солнышко славной каталонской столицы, с первых секунд ударили в глаза нашим героям. Благо, надев солнечные очки которые они прикупили прогуливаясь по улочкам Брюсселя, их мимолётное недовольство быстро сменились на приятные предвкушения, с ощущениями которыми, они собственно и вышли в город.

Гуляя по центральным улицам города, Евгения хватило приятное удивление: “Как же замечательно видеть в наше время в большинстве своём на просторах Испании, испанские лица. Хотя возможно, я прост не там гуляю.” – иронично высказался Женя.

Сидя на террасе кафе, закусывая обедом из аппетитной паэльёй, счастливые лица окружающих, яркое тёплое солнышко, нежно ласкающее личико, и несомненно приятные соточно кубические архитектурные пейзажи вокруг, самым положительным образом сказывались на внутреннем миросозерцании и настроении наших героев.

Рассматривая достопримечательности и интересные места в городе, Ивану в голову приходит одна интересная идея, с Женей которой он решает поделаться:

“Слушай, а ты плавки с собой не брал?” – с интересом спросил его Иван.

“Нет, а что”

“Очень зря, потому как на пляже, они бы тебе очень понадобились”

Купив специальные плавательные шорты и полотенца, Женя вместе со своим дядей отправились на самый знаменитый пляж этого города, потому как хотели прочувствовать обжигающий песок, а также попробовать воду настоящего океана.

Освоившись на своём месте, Женя иронично заявил:

“Да, это тебе не деревенские речки”

“Хватит болтать, пошли лучше опробуем воду”

Дядя, моментально окунулся в воду и поплыл на с десяток метров вперёд. Сам же Евгений в это время, лишь исключительно ходил в тёмных очках да летних шортах по океанскому берегу.

Увидав скучающего на берегу племянника, Иван подплывает обратно и спрашивает:

“Ты что, плавать не умеешь?”

“Да не, просто я… Да не умею”

“В этом нет ничего сложного нет. Просто на первое время задерживаешь дыхание, и твоё тело само будет поднимать тебя наружу”

“Буду знать”

“Ладно. Хороша водичка. Я на самом деле купаться особый не любитель. Больше импонирует лежание под солнышком.”

“Хорошо”

“Я тогда пойду полежу. А ты можешь купаться сколько хочешь. Только как выйдешь, не забудь обмазаться кремом”

“Ладно”

“Тогда давай, не утони” – в шутку сказал Иван на последок.

“Постараюсь”

Следующие шесть часов, Евгений с Иваном переменной очерёдность заходил в прохладительную водичку. Не забывая естественно мазаться кремом. Но в большей степени, они оба проводили время на берегу под ярким ослепляющим солнцем, по вечерам отправляясь по местным небольшим закусочным заведениям.

Все три дня, находясь на солнечном пляже, их не отпускало чувство некой, лёгкой беззаботности, веселья, и просто расслабленности, которая дарила им атмосфера этого пляжа, а также самого города.

Как-то, прогуливаясь без дел и забот днём перед отлётом, Иван где-то вдалеке небольшой дворик, в котором он сумел проглядеть стоящий прямо по середине турник.

Подойдя к нему, Иван сказал Жене: “А ну ка, вновь подтянись сколько сможешь” – с интересом сказал ему дядя.

Сделав глубокий выдох, немного потрясся руками и попрыгав на месте, он, зацепившись руками за турник, на удивление с твёрдым и уверенным взглядом, начинает показывать “На что он способен”.

Раз, два, три, четыре, пять, и затем словно мешок рухнул на землю, но после встав заявил: “Вух, да я Аполлон”

“Никто не спорит. А настоящий Аполлон, вполне сможет подтянуться аж десять раз до конца августа” – произнёс Иван, явно бросая Евгению вызов.

Капельку поразмыслив, Женя отвечает: “Да, конечно, чтоб не суметь” – иронично говорит Евгений.

“Ну молодец” – с улыбкой на лице утверждает дядя, хлопая пару раз с довольно уверенной силой по спине своего племянника. От чего возник довольно неловкий момент, и от силы удара, Женя аж падает на землю лишь руками капельку обезопасив своё падение.

“ВОТ ЧЁРТ, ты в порядке?” – с волнением и неловкостью спросил Иван.

“Да, да, всё отлично, всё в порядке. Только, дайте мне минутку отдыху” – с шутливым тоном и улыбкой до ушей, лишь ответил Евгений.

Улитая к следующему в следующий город, Женю не покидало чувство лёгкой грусти и тоски, которые он вместе с дядей сумели испытать в этом городе. И поэтому, улитая на самолёте, последней фразой которой он блеснул было: “Это было, чудесное время”

Милан

Приземлившись в аэропорту Милана, Женя надеялся также как и от Испании, испытать те же лёгкие и приятные душе эмоции. Но получил он их, давайте расскажу.

С первого взгляда, город действительно сумел захватить Евгения красотой местных пейзажей. Элегантно-невычурные новостройки, брущаточка, клумбы, приятная погода, все факторы которые несомненно положительно влияли на мнение Жени об этом городе. Правда первые, часа-полтора.

Только пройдя вдоль центра города, помимо несомненно бомбезных архитектурных зданий, поражавшие воображения и заставлявших перебиваться дыхание, ему на глаза стали попадаться всё чаще его старые друзья, прибывшие из стран средиземноморья. Довольно подозрительные личности, выполняющее странные телодвижение, находясь словно в не совсем адекватном состоянии. А также, просто невероятно огромное количество одержимых по модной одежде “прекрасных” дам, которые словно ошпаренные неслись по магазинам забирая себе в сумочки лишь самые модные одеяния.

“Столица моды как никак” – заявил Иван глядя на эту картину.

“Может, тогда пойдём и отведаем настоящей итальянской пиццы?” – немного взволнованно спросил Евгений.

“Ну пошли” – ответил дядя, после чего они принялись за поиски ближайшей пиццерии.

Сидя на сей раз внутри заведения, они заказали себе исконно итальянскую пиццу Маргариту, в надежде на то, что уж точно на родине этого блюда, они сумеют отведывать пиццы, которую они более нигде не смогут попробовать. И действительно, такой пиццы, они ещё не видели. Через двадцать минут ожидания заказа, то, что им принесли, это никак нельзя было оправдать словами. Вся подгорелая по коржам, неравномерная, с капающим жиром по краям, уж точно явно не это ожидали увидеть наши герои при виде исконной итальянской пиццы.

“Может, не будем судить о книге по обложке” – в шутку сказал дядя, затем приступив к поеданию кусочков.

“Ну, как тебе?” – с интересом спросил Иван после поедания одного кусочка.

“Нуу, вроде, эммм…”

“Пойдёт” – твёрдо сказал Иван на опережение.

“Мда, пойдёт” – разочарованным голом ответил Евгений.

Доев свой шедевр итальянской кухни, оставив лишь сухие коржи на столе, к ним приходит официант со счётом, и с безмолвной просьбой оплатить их обед. Естественно, они за всё заплатили, но на лице, ожидаемой улыбки, радости и счастья, у них никак не наблюдалось. И лишь ярко выраженный разочарованный вид на лице, выдавал искренние эмоции Жени и Ивана в ту минуту.

Видя всё это, неравнодушный официант на ломанном английском спросил их: “Вы остались разочарованными?”

“Да, нет, нет, всё нормально. Но город, разочаровал.” – сказав Евгений в ответил также на английском.

“Это я понимаю. Но не вся Италия такая. Съездите загород. В прилегающие города меньшего значения. Именно там, живёт дух настоящей Италии.” – посоветовал им тогда официант, после уйдя обслуживать других клиентов.

“Так, что он сказал?” – спросил от недоумения дядя, смотря на их диалог.

“Может, он прав, и мы действительно, просто выбрали неправильный город?”

“Как понимать?”

“Он сказал, мы можем поехать загород. Именно там, находиться дух настоящей Италии”

“И ты хочешь поехать в близстоящие деревни?”

“Наверное, да. Почему бы нет!”

На пару секунд задумавшись и всё просчитав в голове, Иван отвечает: “Ладно. Почему бы собственно и нет”

На следующее утро, сев на сиденье электрички и двинувшись в путь, глазам Евгения предстали именно те картины, которые мы обычно сохраняем на экранах наших компьютеров. Настолько приятных, зелёных ландшафтов, он точно никогда ещё не видел. Всё аккуратно, стильно ухоженно, что на протяжении все полутра часов езды, он практически не отрывался от окна, а всё с упоением продолжал наблюдать за красотами прилежащих пригородов.

Тому способствовало и место передвижение, в котором находились наши герои. Уютный, дизайнерский-эстетичный электропоезд, развивающий скорость под 150 километров в час, и который словно плыл по рельсам, доставляя Евгения на встречу новым ощущениям.

Выйдя с поезда, моментально приятное чувство охватило молодого эстета. Именно в тот момент, он увидел ту Европу, которая могла только присниться ему с самых сокровенных мечтах. Маленькая застройка, достигающая в длину не более трёх этажей, украшенная черепичной крышей. Идеальнейшие дороги, по которым ноги словно плывут. Окружающая зелень, дополняющая и без того сказочный пейзаж, несомненно чарующе влияли на внутреннюю гармонию наших героев, не на секунду отпуская их от чувства перманентного восторга.

Проходя меж узеньких улочек, шикарных католических соборов и добродушных итальянских лиц, им захотелось немного перекусить и дать традиционной итальянской кухне, ещё один шанс.

Зайдя в небольшой ресторанчик, на сей раз, они заказали себе по тарелочки исконно, как они хотели думать, итальянской пасты, дабы раз и навсегда убедиться: “Так ли она хороша, или нет”

Пока они сидели, Евгений рассматривал местные пейзажи, замечая детали устройства и обстановки интерьера. По углам, в основном преобладала густая растительность. Стены, были сделаны из красного благородного кирпича. А на сами стенах, висели фотографии, на удивление, чёрно-белого цвета, которые словно своим внешним видом, рассказывали всю многолетнюю историю данного заведения.

Также, во время их довольно продолжительного ожидания, в ресторанчик зашёл с виду, совершенно обычный человек. При входе, он пристально оглянулся, осмотрелся, и неожиданно для них закричал: “Роберто” – единственное словно которое понял Евгений с его приветствия.

И тут, словно пуля с пистолета, в зал выбегает сам шеф-повар, который радушно принимает и обнимает данного гостя. Начав говорить на знакомо-незнакомом языке, они сидели, что-то обсуждали, временами громко смеялись, попивая себе бокальчики видимо итальянского вина. Глядя на всё это, даже не понимая сути разговоров, Женя в те минуты испытывал, некое счастье за их двоих, за их дружбу, и за их радушную встречу. По сути, без слов, они сумели передать Евгению чёткое осознание того, что именно этот народ, является наверное самым искренним и дружелюбным, даже рядом нахождение с которыми, даёт искренние тепло.

Глядя на всё это, время пролетело совершенно незаметно, и казалось бы мучительно-долгое ожидание, обернулось всего лишь мимолётным временным промежутком.

Получив свой обед, на сей раз с некой осторожностью они наматывали макароны на вилку, подносили их ко рту, и только проживав, Женя с удовольствием говорит: “Я беру все свои слова назад. Это, невероятно вкусно” – с улыбкой сказал Евгений.

“Действительно, очень не дурно” – в ответ высказался Иван.

С удовольствием завершив свой обед, весь оставшийся день, они провели в высшей степени блаженства и комфорта. В этот день, им для счастья необходимо было так мало. Лёгкая прогулка, приятная компания друг друга, весело комментируя окружающую действительность, и сама Италия, а точнее, её небольшой пригород, который воистину умеет вдохновлять, принося неимоверный уровень эстетического наслаждения и комфорта.

Вечер, был проведён нашими героями, на берегу небольшого кристального озера. Сидя на скамейке, они безмолвно смотрели вдаль, наслаждаясь мгновением окружения, и компанией друг друга. Глядя в прекрасную бесконечность, в голову к Евгению влетел один вопрос, который он хотел бы задать Ивану, но задать он его, слегка боялся. Но переборов свои внутренние волнения, он всё таки произнёс:

“Извините, а, можно пожалуйста задать вопрос?”

“Да, конечно. Задавай любой вопрос который хочешь”

“Вы ведь, уже были здесь, ни так ли? Я это видел по вашим фотографиям которые вы мне как-то показывали”

“Ну, может и не прям здесь, но да. Я здесь был”

“Это было до того, как вы, ну…”

“До той автокатастрофы. Да” – опечаленным голосом говорил дядя. “Помню, мы усердно работали круглый год, и не только в университете, но и на дополнительной работе, дабы накопить на романтическое путешествие всей мечты.

В итоге, к концу учебного года, сдав все сессии, мы рванули практически по всей Европе, наслаждаясь окружающей красотой и компанией друг друга. И это было…, незабываемо. Надеюсь, однажды ты тоже это испытаешь”

“А после, ну, аварии, вы более не выезжали в такие путешествия?”

“Нет. Я не хотел, да и не с кем было. А потому, все эти долгие уже 19 лет, моими единственными путешествиями были только поездки от дома к работе, и еженедельные встречи с родителями в загородном доме.

И как ты помог мне осознать, очень зря.” – с некой долей тоски и одновременно радости сказал дядя, после положив ему правую руку на плечи.

В ответ же, без слов и противоречий, он, напротив, облокотившись на грудь к Ивану, стал провожать этот невероятный яркий и насыщенный день, не менее невероятным, и красным закатом.

Вновь поднимаясь на трапу самолёта, чувство грусти, и одновременно радости, всё никак не покидали его голову. Он надеялся получить такой же восторг и наслаждение, как это было в Барселоне, и он получил его, если даже не больше.

Вена

Это возможно странно, но уже пролетая над городом, Евгений заносит его в свой личный список одних из самых любимых и красивых.

Только выйдя из аэропорта, в воздухе появляется очень благородный, возвышенный запах культуры и искусства. А стоящая вокруг возвышенная, бомбическая архитектура, только дополняла это утверждение.

Находясь в съёмных на три дня апартаментах, перед выходом на прогулку, Евгений заявил: “Мы находимся, наверное в самом культурном центре планеты. Столько музеев, филармоний, театров, дворцов, всё это наследие великой культуры, к которой стремились многие европейские цивилизации. А потому, на сей раз, можно мы не просто будем прогуливаться по улицам, а обойдём как можно культурных, и исторических объектов?” – с воодушевлением спрашивает Женя.

“Да, ты прав. Пора наконец, культурно просветиться и стать хоть чуточку как это…, эстетичными. Я ведь прав?”

“Определённо” – после слова которого, началась личная эпоха Ренессанса, для наших двух культурных героев.

Купив билеты на восемь часов вечера, на вечерний сеанс композиций Иоганна Штрауса, у них было время, дабы поближе ознакомиться с городом и познать за столь короткий промежуток времени, весь его характер, харизму, и архитектурную культуру.

Гуляя по роскошным улицам Вены, лицезря широченный размах кисти имперского стиля, величественных построек стиля барокко, и невероятно красивых соборов и церквей, только Париж, мог сравниться с тем уровнем красоты и могущества, который может дать такой чарующий город как Вена.

Но останавливаться было рано. Во время таких вот прогулок, время идёт просто незаметно. И Евгений с Иваном оглянуться не успели, как уже наступила половина седьмого вечера, и им срочно необходимо было нестись прямо к филармонии.

Зайдя внутрь, им с первой секунды показалось, что они выглядят, самую малость чуточку не по стилю. Меж дорогих элегантных пиджаков и платьев, закатались каких-то два невзрачных пятна, в простых кофтах, джинсах и кроссовках. Но как бы на них косо в тот момент не смотрели, все те положительные эмоции и ощущения полученные от просмотра самого лучшего в мире оркестра, их просто нельзя предать словами. Эта музыка, антураж, атмосфера, все эти факторы играли так, чтобы каждая секунда проведённая Иваном и Евгением в том зале, повышали их культурный уровень до неузнаваемости. Каждая нота, каждый взмах палочки дирижёра, каждая струна, всё было сделано будто только для них двоих, чтобы он получали наслаждение, запомнившийся им до конца жизни.

На следующий день, они ходили по Венскому музею истории искусств, и не говорить то, что большую часть времени Женя ходил по этому месту чуть ли не с открытым ртом, то это не говорить ничего. Дизайн, интерьер, роскошь, благородство, вот те ассоциации, которые возникли у Евгения, при виде окружающей красоты. И это мы ещё не упомянули о самих картинах, величественно отражавшие прекрасные, ушедшие эпохи.

По выходу из музея, Женя почувствовал лёгкую головную боль, которая со временем, перерастало в грандиозное чувство удовлетворённости. Неужели так культура осваивалась в его теле?

А на последний день, они чудом сумели урвать суть ли последние билеты в Венской государственной опере, одну из самых грандиозных и величественных как он считал, и на которую у него самого были большие надежды.

Вновь, капельку находясь по одёжке, “не в своей тарелке”, сев на свои места, они были восполнены надеждой, увидеть нечто великое и грандиозное. То, что заставит их пересмотреть жизненные приоритеты, и стать полноценными, “культурными” людьми.

Но конечные ощущения, мягко сказать, остались смешанными.

С одной стороны, всё действительно было по высшей степени грандиозно. Музыка, костюмы, глубокие и величественные голоса артистов. Для истинного эстета, это была бы просто неземная услада. Да вот только, ощущение наших героев на протяжении всех трёх с половиной часов, можно было описать всего одним словом – скукота.

Возможно, они просто не являлись высокими ценителями данного вида искусства. На протяжении всего времени, они испытывали не то что наслаждение, не то, что огорчение, а просто, пустоту. Пустоту, которая не вызывала ни радости, не раздражения, а лишь скуку. И потому, выйдя из оперы, первое что произнёс Женя было: “А слухов то было”, после чего, они куда более приятно вновь прошлись по Венским улицам и местным заведениям, что подарило им куда больше приятных ощущений и эмоций, нежели долго и томительное сидение в роскошном, но таки неинтересном кресле.

Улетая из этого города, поднимаясь на самолёт, Иван, якобы надменным и аристократическим тоном спросил: “Ну, как вам запомнится Вена уважаемый сударь?”

Оглянувшись, Евгений всё тем же надменным тоном ответил: “Пленительно бесподобно, многоуважаемый дядюшка. Думаю, мы оба приобщились к центру великой Европейской культуре, которая является колыбелью современной мировой цивилизации. И даже порой окружающие нас друзья, из заморских регионов, никак не обесценивали мнение об этом величественном городе”.

“Чтож, тогда позвольте мне благодарствовать за вас… И я думаю, что не к месту сказал это умное слово, а потому давай уже полетим, отсюда”

Рассмеявшись, Евгений с широкой улыбкой на лице отвечает: “Хорошо, полетели”, затем уже зайдя в пассажирскую кабину самолёта, готовясь к очередному отлёту.

Прага

Только по выходу с аэропорта, Иван тут же якобы суровым и мстительным голосом заявил: “У меня с этим городом свои счёты”

Женя на это изречение, естественно с недоумением посмотрел на дядю, а после спросил: “А, как это понимать?”

“Увидишь” – прищурившись суровым голом ответил дядя.

Услышав это, Евгений стал представлять. Что у Ивана в этом городе словно есть какой-либо старый заклятый враг, с которым он давно хотел связать старые счёты.

Обустроившись в апартаментах, он сею минуту предложил ему кое куда сходить, вновь не уточняя куда именно.

“Может, всё таки скажете, куда мы идём?” – настороженно спросил Женя.

“Скоро сам узнаешь” – твёрдо заявил дядя, после продолжив уверенным шагом свою дорогу.

Идя так минут 15 по Пражскому центру, Иван всё ходил с суровым каменным лицом. Да только успевал разглядывать всё вокруг, словно кого-то пристально ища. И наконец, его поиски подошли к концу. Уверенно зайдя в одно на первый взгляд приличное заведение, он сию-секундно смотрит на табличку висевшую сверху, затем после пристального осмотра, он, на удивление вмиг раздобрев, и на ещё более удивление, на русском языке мягким и приятным голосом говорит: “Мне пожалуйста пункт 1, 8, 4, и 2, на полставки. А тебе чего взять?” – последним предложением спрашивает дядя.

От неожиданности, Евгений аж на секунду оцепенел, но после обдумывания произнёс: “То есть, вы с таким угрожающим и страшным видом вели себя практически целый час, словно убеждая меня в том, что дело действительно страшное и опасное, хотя на самом деле вы просто хотели попить пива?”

“Да. Хорошая шутка получилась, согласись” – с улыбкой утверждает дядя. “А теперь, выбери что ты хотел бы выпить?”

“Чтож, ну…, сока. Яблочного, если можно.”

“То есть, находясь в мировой столице пива, ты собираешься действительности пить яблочный сок?” – с недоумением спрашивает Иван.

“Да, пожалуй это, я и выпью”, после мгновенно получив свои заказы, они садятся за столик и приступают к дегустации.

Женя, в свойственной ему манере, лишь тихо мирно попивал свою любимый яблочный сок, попутно разглядывая красоты внутри, и снаружи помещения. Иван же, на сей раз, вёл себя как-то, по особенному. Сначала пристальный осмотр всего содержимого бокала, качество пузырьков, ширина пенки и насыщенность цвета. Затем, начался обонятельный тест, который вроде бы на первый взгляд, оставил приятное впечатление. И на последок, уже собственно дегустация вкуса. Словно утончённый и изысканный сомелье, делая маленькие глоточки, он пытался уловить все нотки, этого “божественного” напитка, вкушая каждый привкус, терпкость и послевкусие.

“Ну, как оно?” – с интересом спросил Женя.

“Ну…, я, не знаю” – разочарованно сказал он. “Может, просто этот экземпляр не по вкусу” – возразил Иван с долей надежды в голосе, приступив к дегустации следующих образцов.

“Ну как?” – “Пойдёт”

“Ну как?” – “Сойдёт”

“Ну как?” – “Ну как ну как, более менее нормально”

“Но это ведь совсем не то, чего вы ожидали”

“Буду честен, да. Я ожидал попасть в хмельное царство, а получил лишь солодовую деревню”

“Может, тогда знаменитое “чешское” пиво, это всего лишь преувеличение?”

“НЕТ” – твёрдо и уверенно заявил Иван. “Я уверен, я смогу найти тот вкус, который ещё заставит меня прослезиться от восторга, и от вкуса которого, я буду с призрением смотреть на другие сорта. И поэтому, в этом городе у нас будет всего одна цель – найти, тот самый сокрытый, но знаменитый вкус чешского пива. И мы направляемся на его поиски, немедленно. Только для начала оплатим наш заказ”

Тут, к ним подходит официант, и на русском языке говорит: “Вот, ваш счёт пожалуйста”

“Вот, держите” – проговаривает дядя, кладя ровную сумму прямо ему на счёт.

И казалось бы всё, он должен был спокойно уйти не задавая лишних вопросов. Но вглядевшись в купюры, официант совершенно спокойным голом говорит ему: “Это без чаевых”

“Но, это как бы моё дело, давать ли тебе чаевые или нет. Если бы ты сделал нечто большее, нежели просто принёс буклетик со счётом, то тогда бы я тебе обязательно оставил” – спокойным тоном возразил ему дядя.

“Не хотите, не оставляйте” – возмущённым голосом ответил тот молодой парень, после хлопнув своим чеков, ушёл горделивой обиженной походкой.