Czytaj książkę: «Между ударами»

Между ударами

Игорь Орлав

Лида Северина разложила ткань прямо на счёте за новые рамы. Через серое полотно шла бурая полоса шириной в ладонь.

— Вот здесь ваши часы решили отдохнуть.

Савел Рудый отодвинул чашку, чтобы не добавить к полосе ещё и круг.

— Часы не отдыхали.

— Полотну от этого легче?

Он провёл ногтем поперёк волокон. Бурая часть была жёсткой, словно в неё втерли сухую глину. Заказ на подключение сушильни лежал под локтем; внизу Савел различил собственную подпись. Сорок восемь лет прожил, а всё ещё оставлял подпись там, где следовало сначала оставить вопрос.

В башню поднялись втроём. Антон Вешний, смотритель, придержал дверь плечом. Над шахтой висел единственный чугунный груз, поднятый утром. От него получали усилие и часы, и колокол, и новая сушильня на другой стороне площади.

Савел откинул крышку распределительной пластины. Тонкая светлая жилка под стеклом ровно пульсировала: ход часов брал своё первым. Две широкие жилки сходились ниже, у чёрной черты. Один тяжёлый толчок пластина пропускала; два сразу — нет. При совпадении она отдавала усилие колоколу, а команду рамам гасила.

— И потом возвращает? — спросила Лида.

— При прямой подаче — теряет.

Рядом стоял регулятор с ползунками задержки. Савел отвёл один, придержал рабочую команду и выпустил её на свободном такте. Из открытой двери сушильни донёсся короткий стук.

— Можно заставить её ждать. Но груз от ожидания вверх не поднимется.

Лида потёрла ткань между пальцами.

— Наш ветролист терпит короткую выдержку. Только следующую надо считать после поворота. Если потом наверстывать, опять будут полосы.

Антон закрыл ладонью винт боя.

— Вот это не трогаем. И бегать сюда к каждому удару я не стану.

Савел достал записную книжку. Ему хотелось обещать, что к обеду всё будет исправно. Вместо этого он спросил, сколько испорченного полотна осталось для проб.

* * *

На площади в Клинцах-на-Ветру пахло печным дымом и мокрыми канатами. Ветер поднял угол счёта, который Лида несла обратно, и Савел увидел над своей подписью: «До шести партий за смену».

Он вписал это число после испытания пустых рам.

В сушильне тёплый воздух шёл от кирпичной печи. Чары ничего не грели: они только поворачивали рамы, подставляя потоку другую сторону ткани. Лида велела нагрузить пробную раму мокрыми обрезками до обычного рабочего веса. Савел попросил сначала повесить половину.