Czytaj książkę: «Предвестница крови»
Пролог
Пролог
Когда мне было четыре года, началась война между королевством фейри и человеческим. Война между Фейвестом и Меретти идëт уже две сотни лет, то холодная то открытая, и видимо продлится ещë столько же. Оружие людей против магии фейри. После отбора новобранцев, мой отец уходит в войска и через шесть месяцев умирает. Через два с половиной года уходит Джорди, мой старший брат. Крупный парень с кучерявыми светлыми волосами и отцовскими чертами лица. Год спустя он объявляется посмертным героем. Следом уходит средний брат, худощавого телосложения с тëмными волосами, и голубыми глазами. За него семья переживала сильнее, потому что Генри и мухи не обидит, а оружие ему было противно. Через три года приходит письмо, то самое, которого мы все боялись. В нëм сказанно, что брат пропал после сражения, не смогли найти даже его тело. От отчаяния матушка заболела и почти всë время проводила в своей комнате, в кровати, отвернувшись от всех. Не пускала: ни меня, ни брата, ни своего отца, только прислугу.
Когда мне исполнилось двенадцать, я уже начала понимать всю серьëзность ситуации, горечь потери и боль отчаяния. Мы стали жить опасаясь за самого младшего мужчину в нашей семье, Энеля - моего младшего брата.
Прошло три года с последнего траура. Недавно на меня легло много обязанностей по дому, а так же пришлось искать подёнщину, посколько из-за нехватки денег пришлось распустить прислугу. Но самое невыносимое стало ухаживать за чужой женщиной, которая когда-то была моей мамой.
Закончив все дела по дому, иду на кухню что бы приготовить еды на ужин. И после того как дедушка и энель садятся за стол, я беру подноси и направляюсь к матушке. Захожу в комнату и снова подмечаю, как сильно она изменилась. Прошло всего три года, но кажется, что матушка постарела на пятнадцать лет. Вокруг глаз появились покраснения и морщинки, лицо опухшее - следы ночных слёз. В тёмных волосах уже видны седые пряди, глаза такие же тёмные, как мои, но с налётом старости. Осторожно подхожу и ставлю поднос с едой на столик у кровати. Сажусь на стул, беру мокрую тряпочку с её морщинистого лба, смачиваю в воде и снова кладу на место.
— Тебя покормить?
Услышав мой голос матушка медленно открывает глаза и хрипло произносит:
— Не нужно.
Встаю, направляюсь к выходу и слышу тихий голос:
— Постой, подойди ко мне.
Замедляю шаг, но не останавливаюсь.
— Виола...
Из-за произношения моего имени из еë уст, я застыла. Мурашки пошли по коже, а глаза наполнились слезами. Она три года делала вид что меня не существует, и ладно меня. Эта женщина забыла про существование своего меленького сына! Он в ней нуждался больше всего! И вдруг сейчас я ей понадобилась? Ну конечно, прислуги в доме больше нет, а ухаживать кроме меня за ней стало некому. Отмахиваюсь от негативных мыслей, быстро вытираю упавшую слезинку и медленно разворачиваюсь, делая невозмутимое лицо. Медленно шагаю, сажусь на тот же стул и жду…
— Прости меня, моя девочка. Я не должна была так поступать с вами, но не видела иного выбора. Потеряла мужа и двух сыновей, и не смогла справится с горем. Знаю...
— Ты не одна их потеряла! Я потеряла отца и братьев, но я же смогла жить дальше! — гневно вырывается из моего рта, не давая ей возможности продолжить свои оправдания. — Потому что у меня есть младший брат и дедушка, о которых мне пришлось заботиться. А ты так легко выбросила нас из своей жизни, когда мы в тебе нуждались!
Щëки заполыхали от ненависти и горечи моих же слов, а глаза наполнились слезами.
— Ты была ещё маленькой...
Снова еë перебиваю:
— Вот именно, была маленькой! Мне тоже было больно и тяжело, и единственное, чего я хотела, так это утешения в твоих объятиях! А ты представь какого было Энелю? Он до сих пор считает что ты больна тяжëлым, заразным недугом. А на самом деле ты трусиха, которая решила спрятаться от собственной же боли! — мой голос срывается на крик.
Глаза матери наполнились слезами, видимо я задела еë правдивостью своих слов.
— Да. — слезинка покатилась по еë щеке — Так и есть.
Выдыхаю, не понимая, что она хочет этим сказать.
— Ты права... слабая трусиха. Прости меня. — она делает паузу и умоляюще смотрит на меня мокрыми глазами. — если сможешь...
Между нами повисло молчание на несколько секунд, и она первая его нарушает:
— Я признаю свою вину перед вами. Но время на исходе и мне нужно тебе рассказать одну вещь, ты только обещай выслушать.
— Говори.
— Когда Генри ушëл, я отдала ему семейную реликвию, меч, если ты помнишь?
— Помню.
— Ты обязана разыскать этот меч и исполнить пророчество. Вы с Генри последние из рода короля фейри Элдрена.
— Кажется ты бредишь. Может принести..?
— Нет. — матушка схватила меня за запястье — Это не бред. Ты знаешь легенду про Кровавый меч, и короля Элдрена. Есть и другая легенда.
— Даже если это правда, то это было сотню лет назад, меч утерян. А я никак не могу быть потомком фейри, у меня нет рогов, копыт, заострённых ушей или хвоста.
— У тебя есть дар.
— Какой ещë дар? — от усталости слушать еë бред я опираюсь на спинку стула.
— Возьми ножик с подноса и подай его мне.
Мои брови взлетают от недоумения:
— Зачем?
— Поверь мне. Прошу.
Делаю как велено и в ту же секунду вижу как мать режет себе ладонь.
— Что ты твориш? Отдай нож! — кричу на неё и отбираю нож, чтобы она не убила себя. — Точно сумасшедшая!
— Подожди, я в абсолютном сознании. — спокойно отвечает мать, пока кровь капает на одеяло.
— Нет, ты…
— Не кричи, успокойся. Дай свою руку.
Я смотрю в её глаза и не вижу там безумства. Не знаю почему, но я протягиваю ей руку, а ту что с ножом убираю за спину, одна моя часть хочет ей верить, но вторая ссылается на потерю рассудка.
— Приложи к ране своб руку, закрой глаза и представь как порез затягивается.
— Это же смешно! Так могут только фейри.
— Попробуй.
Делаю как велено, уже не понимая, кто из нас сошëл с ума. Закрываю глаза, сжимаю её руку своей и представляю как рана заживает. Чувствую покалывание в своей руке, будто у меня такая же рана, а внутри неё что-то шевелится. Открываю глаза, смотрю на её руку и не могу поверить глазам. Нет! Этого не может быть! Раны как будто и не было, только капелька крови которая размазалась и запеклась.
— Теперь веришь мне?
— Но как ты узнала? Почему мы выглядим как обычные люди?
Она отодвигает пряди своих волос и демонстрирует ухо. На нëм виден маленький шрамик.
— Теперь ты посмотри в зеркало.
Иду к туалетному столику, на нëм лежат пудреница, сурьма и другие предметы косметики. На всëм этом как и на зеркале лежит хороший слой пыли. Рукавом я протираю кусочек зеркала и сначала смотрю на отражение, тëмные волосы, карие глаза, аккуратный кончик носа, пухлые губы и светлая кожа. Понимаю как сильно я похожа на мать. Наклоняюсь ближе что бы посмотреть на ухо. И там заметен такой же шрамик.
— Что это значит? — с недоумением спрашиваю я, ведь никогда не замечала его.
— На всю историю нет времени. Ты родилась эльфом, пришлось отрезать кончики ушей и срастить, так делала мне моя мать, а ей её мать. Честно говоря, не знаю почему, но кровь потомков передавалась только по женской линии. Мальчишки уродились в отца, поэтому ни внешних отличий, ни дара у них не было. Ты же родилась эльфом, но по началу дар твой не проявлялся. Мы подумали что из-за стольких смешаний крови, тебе достались только остаточные внешние данные. Но в один день, ты играла во дворике, и упала. Заплакала держась за коленку, а через минуту встала и продолжила носится по двору будто ничего и не было. Я подошла тогда что бы посмотреть, и увидела то, что ты сейчас увидела на моей руке.
— Я не помню этого.
— Конечно, тебе было четыре года.
— А что за меч? И пророчество? И наследница короля? — любопытство берёт вверх. И если это оказалось правдой, то может остальные слова тоже.
— Вторая легенда о мече. Способен кровавый меч начать войну, победить войну, или же положить ей конец. Но владеть им может только потомок короля Элдрена, заплатив лишь кровью.
Я отдала этот меч Генри, надеялась что он покончит с войной, хотя и не знала как. Но он умер. – она выдерживает паузу – Найди меч, и покончи с войной! Защити брата и спаси оба королевства.
Мои мысли концентрируются только на словах о смерти Генри.
— Он не умер!
— Виола, его нет уже четыре года.
— Может он выжил, или в плену или...
— Не будь наивной...
— Я не... – сразу же умолкаю потому, что не хочу спорить на больную для меня тему, и перевожу разговор в другое русло — От куда ты знаешь, что я потомок короля Фейвеста?
— Это долго объяснять.
— Объясни, я не могу в это взять и поверить. Это легенды! Если бы это была правда, то Генри бы уже всë исправил.
— Может из-за того что он больше пошëл в отца, меч его не признал. Но я уверена это ты предвесница Кровавого меча. Это твоя судьба!
— Я в это не верю! Всё таки ты потеряла рассудок!
Обронив последнюю фразу подрываюсь с места и убегаю из комнаты. Бегу в свою спальню, падаю на кровать и разрываюсь плачем.
Не заметила как уснула, и мне снился этот треклятый меч. Теперь я видимо тоже потеряла рассудок. За окном летнее утро, солнце только начинает вставать. Накидываю лëгкое платьице голубого цвета и выхожу из комнаты. Предвкушаю сегодняшний день, ведь сегодня я должна прийти к госпоже Нилор. Возможно она даст мне возможность служить в её доме, и я наконец смогу нас обеспечить. Мысль что у моих родных всё будет хорошо, дарит мне чувство покоя. Спускаюсь в холл, вижу как дедушка сидит на кресле с грустным видом, а в руках держит платок матери.
— Что случилось?
Когда он понял что он не один сразу замешкался, быстро вытирая слëзы.
— Виола. Твоя мать... она — видимо ему трудно говорить это, но я уже догадываюсь что он скажет — Она... Вообщем у неë не выдержало сердце…
Противоречивые чувства разрывают меня, но боль берет своё. Я закрываю лицо руками и начинаю плакать.
ГЛАВА I
ГЛАВА 1
«ЛЕГЕНДА О КРОВАВОМ МЕЧЕ»
Когда людям стало мало их земель они решили захватить земли магических существ.
Король, чья династия не прерывалась с самого зарождения королевства, обратился за помощью к богам, чтобы они защитили своих первых детей. Услышали боги мольбы и короля и даровали оружие, выкованное из его же крови.
Меч тот способен был повелевать стихиями и всеми тварями что ходят по земле или летают подле. Он даровал силу двадцати воинов, скорость самого быстрого гри фона, зрение на тысячи миль и могущество такое, какого мир не видывал. Тогда король заплатил за этот меч самую высокую цену — жизнь. Но успел он отправить подданных своих на защиту королевства.
***
Я просыпаюсь рано утром, помещение освещают первые лучи солнца. Пробегаю взглядом спящих девушек в этой спальне. Ближе всех ко мне кровать Даниелы, моей подруги.
В нашей комнате четыре спальных места, возле каждого стоит маленький комод для небольшого багажа. Два платяных шкафа из грубых дубовых досок, а в углу рабочий столик, на котором раскинулись мои карты, планы подготовки, стратегии и личные заметки. Всего в доме девять гостевых комнат, мы заняли шесть. Судя по размерам поместья, раньше здесь жили зажиточные люди, которые позже продали его под пристанище для бойцов. Видимо, с того времени, кроме перестановок, здесь ничего не меняли и не убирались: повсюду много пыли, полы грязные, а обои и вовсе отваливаются. По крайней мере это лучше, чем спать на улице в спальнике из овечьей шкуры. Сейчас мы находимся в тихой деревушке Шерунг. И я радуюсь каждому спокойному дню, ведь скоро нам придётся покинуть это полюбившееся место.
Я наспех надеваю свою военную форму, вешаю меч в ножнах за спину и выхожу из комнаты, потихоньку иду по тусклому коридору и попадаю в залу, поворачиваю налево и захожу в уборную. Умываю лицо, чищу зубы своей нитью и снова выхожу в общую гостиную. Здесь размещен небольшой синий диван, стулья, а посередине мощëный стол, на котором стоит графин воды, тарелка с лепëшками и маленький колокольчик. На цыпочках крадусь к входной двери, хватаю плащ и выхожу на улицу.
Снаружи ветер ударяет мне в лицо, сразу подмечаю, что скоро наступят морозы. Оглядываю деревушку в которой мы поселились: люди суетятся по хозяйству, спешат на рынок, разжигают костры, топят печи. Жизнь мирных жителей идет полным ходом. Хорошо, что мы поселились на окраине, где никто не будет мешать тренировкам, расспрашивать про войну, а после пускать слухи. Бросаю последний взгляд в сторону ветхих домишек, разворачиваюсь и бегу вокруг деревни.
Вернувшись к месту старта я начинаю делать базовые упражнения: отжимания, скручивания, наклоны, прыжки. Замечаю, что после этого выступили капельки пота на лбу и участилось дыхание, а значит нужно больше уделять внимание выносливости. В снегу и теплых одеждах будет сложнее сражаться. Следом отрабатываю приемы с мечем на невидимом противнике. После окончания личной тренировки захожу в дом, пью немного воды из графина, и начинаю будить отряд взяв колокольчик со стола. Жду несколько минут, прежде чем девушки выходят и выстраиваются в шеренгу.
— Доброе утро капитан Виола Девис. — громко и четко произносят все девушки.
— Доброе утро, отряд. План на сегодня: утром выполняем базовую тренировку, вечером осваиваем новые навыки.
Выжидаю пару секунд пока девушки осмысливают план и следом даю четкую команду:
— Кругом. — девушки разворачиваются в другую сторону. — На выход. Марш.
Девушки, организованные в строгий шеренговый строй, плавно движутся к выходу. Я, как замыкающий элемент формации, завершаю построение, аккуратно закрывая за собой деревянную дверцу, украшенную изящной резьбой.
— Построились в шеренгу. — отдаю приказ, замечая, что Агата и Фина посмеиваются, прикрывая рот рукой. — Отставить смешки. Забыли, где находитесь? Когда будете сражаться против настоящего врага, сразу забудете, что значит «шутки и смех». На поле боя только боль, кровь и ненависть. А теперь круг по деревне! Марш!
Все двадцать три девушки синхронно разворачиваются и бегут в нужном направлении. Я сажусь на небольшое бревно, которое скоро, судя по всему, станет дровами для камина. Наблюдаю за строем и скоростью отряда, пока они не скрываются за серыми домишками, обдумывая, не слишком ли я строга с ними. Хотя когда я пошла в отряд, меня гоняли больше, чем остальных, за любое непослушание били кнутом, а товарищи смеялись и подстраивали козни, чтобы меня лишний раз отхлестали, ведь я первая девушка, которая стала новобранцем. Я знала, на что иду, и выдержала всë. А теперь я не одна, у меня звание, статус и свой женский отряд. Ещё учитывая, что я была на двух сражениях, я серьезнее воспринимаю подготовку, и им следует понять, что на битве смерть будет ждать их везде. Любая ошибка, любой прокол могут стоить жизни. Успокиваю себя тем, что я ещë очень добра к ним.
Запыхавшиеся бойцы прибегают обратно и выполняют упражнения, те же что и я около сорока минут назад. Потом разделяются на пары, обнажают мечи и встают напротив друг друга.
Даниеле не хватило пары, поэтому она будет биться со мной.
— Наконец- то достойный противник. — радуется девушка.
— У меня видимо тоже. — с игровой улыбкой отвечаю я.
Всë как обычно, пары меняются каждый день, чтобы уметь отражать удары с разной силой и траекторией, а так же что бы научиться изучать слабые места каждого противника.
— Приготовились, — я выжидаю паузу, — в бой!
Теперь начинается борьба, слышен только лязг мечей, прерывистое дыхание с разных сторон и крики. Я делаю выпад и наношу несильный удар, противник парирует и делает обманчивый манëвр. Едва успеваю блокировать атаку. Снова перехожу в наступление, и в этот раз пробиваю защиту, задев кончиком меча броню девушки. Хищно улыбаюсь и даю совет подруге :
— Осторожнее, мне не нужны калеки в отряде.
— Эй, ты же сама...
Я снова наношу удар, не оставляя возможности закончить предложение, Даниела кое-как успевает увернуться, а я снова невольно улыбаюсь.
— Внимательнее. Не...
Тут она наносит удар, и я быстро блокирую его, ухожу от меча, бью ногой по еë бедру и она теряет равновесие.
— Ищи слабости, бей со всей силы, ты же не с ними дерёшься, — киваю в сторону остальных бойцов, — используй обманчивые манёвры.
— У тебя нет слабостей, это все знают!
— Слабости есть у всех. Нападай!
Вижу, как Даниела злится и с новой силой переходит в нападение. Я парирую, она уворачивается в другую сторону и пинает меня в бок с ноги, слегка теряя равновесие, даю ей преимущество, Даниела снова наносит удар. Блокирую и сразу перехожу в наступление, увожу ногу в сторону, подпускаю противника ближе, выбиваю оружие из еë рук, девушка падает на землю, и я прикладываю оба меча к горлу.
— Не плохо. — гордо произношу.
— Так не честно! — обижается Даниела.
— В бою мало честности. Это сложный приëм, который сегодня вечером мы изучим. Поднимайся, — я убираю мечи в одну руку, а другую подаю ей, она хватается и встаëт на ноги — ты неплохо владеешь мечом, но нужно больше практики. На сегодня с тебя хватит, понаблюдаем за другими.
— В чëм сложность этого приëма?
— В том что, нужно подпустить противника очень близко, при этом успеть выхватить оружие, иначе этот приëм будет использован против тебя самой. — разъясняю девушке суть ближнего боя
— Звучит круто! — радостно заявляет она.
— Я бы не была так уверена. Если не получится его освоить на сто процентов, то более вероятно, что тебя проткнут насквозь.
— Значит, я хочу его освоить.
— Это хорошо. Вот смотри на Зарину и Алию. Первая перед атакой смотрит на ноги противника, что это значит?
— Можно сразу приготовиться к блоку?
— Можно и так, а можно использовать хороший манëвр и нанести неожиданный удар. Вот Алия долго перебирает ногами — своего рода тоже слабость. Всë можно использовать против врага.
— А что у тебя за слабость?
Я начинаю хихикать:
— Так я и сказала, чтобы завтрашняя соперница сразу меня победила.
— Я никому не скажу, а с тобой мы всë равно больше не сможем сражаться. — ждëт моего ответа и снова просит толкая меня в плечо — Ну расскажи подруге.
И правда, тут Даниела стала мне ближе всех и знает, как меня уговаривать. С ней мне легко разговаривать, и я ей доверилась сразу после нашего знакомства, она знает обо мне многое, но не всю правду. Девушка чуть ниже меня ростом, смуглая кожа, тёмно-русые волосы, вьющиеся между собой, красивые зелёные глаза.
— На второй битве меня ранили в грудь, ещё немного и попали бы в сердце, до сих пор мне сложнее дышать, чем раньше, устаю быстрее. Это заметно при длительном бое. Если туда ударить даже не сильно, то это станет хорошим преимуществом для соперника и огромной слабостью для меня.
— Ужас! — кричит подруга.
— Тише! — командую я приставляя палец к губам.
— Прости. — девушка понижает голос до шëпота — Это навсегда?
— Не знаю, лекарь сказал, что шансов полностью востановиться мало.
Как ты вообще выжила? После такого...
— Не выживают, — вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать над оправданием. Ненужно ей знать о том, что я не совсем человек — знаю, Повезло, видимо.
— Вот это везение! Но...
Резко встаю и быстро даю команду, что бы не пришлось отвечать на расспросы подруги:
— Закончили отряд! Построились.
Моя собеседница бросает на меня подозрительный взгляд и шагает вперëд для построения. Девушки встали в одну шеренгу.
— Двое дежурных готовят завтрак, остальные отдыхают. Вольно.
Уставшие девушки побрели в дом. Некоторые девушки остались сидеть в холле за столом и ждать завтрак, остальные разошлись по комнатам. Я присоединюсь за стол.
— Кто сегодня кухарка? — спрашиваю, ведь за дежурством я не слежу, это их зона ответственности.
— Мари, Даниела и Нирин. — Говорит Фина, сидящая слева от меня. Очень красивая девушка с длинными светлыми волосами и изящными чертами лица. Не понимаю, что еë сюда привело. Казалось бы, ей только чаи распивать среди привилегированных особ.
— Значит сегодня будем отравлены и потом не придётся воевать. — шутит Зарина.
Девушки заливаются смехом. Я лишь из вежливости выпускаю смешок.
— Эй, — доносятся с кухни возмущения Даниелы — я всë слышу!
— Это после твоей стряпни у нас в прошлый раз болели животы почти два дня, просто повезло, что капитан Виола дала всем выходной.
— Это было один раз чёртовы эльфы! — Даниела появляется в пороге — И сегодня я не готовлю, только помогаю.
— О боги! Какое везение! — сарказмом отвечает Ария.
И девушки снова начинают смеяться. Данила идет к столу, присаживается рядом со мной на диван сложив руки на груди с обиженными видом и говорит:
— Тут посижу, и сами потом во всëм убедитесь!
— Она видимо уже успела подсыпать отравы. — едко шутит Сильвия — девушка со стрижкой под парня и шрамом на щеке. Очень таинственная личность, даже я о ней мало знаю.
Девушки залились звонким смехом.
— Я ничего не трогала! — рычит Даниела, а щеки начинают краснеть от злости, даже мне от этого становится смешно.
— Мы притворимся что поверили. — продолжает осыпать колкостями Сильвия.
Подруга ещё больше надула губы, подражая обиженному ребёнку.
— Даниела, помоги накрыть на стол. — слышится с кухни.
Девушка, продолжая строить обиженную гримасу, встала и побрела в нужном направлении. Как только за ней закрылась дверь, бойцы начали хихикать. Сильвия с самодовольной улыбкой раскинулась в кресле. Кажется, у неë было сложное детство, именно поэтому она вечно старается других унизить, задеть или оскорбить, бывает, и на меня огрызается. Мы ждëм ещë минуту, и девушки уже несут подносы с едой. Сегодня на завтрак овсяная каша с овощным салатом. Я беру колокольчик и начинаю им звенеть. Подтягиваются остальные девушки и рассаживаются по местам. Я зачерпываю ложку, и по виду это напоминает папье-маше. На вкус, кстати, неплохо.
— Кто это готовил? — спрашивает Лина
— Кашу варила я, салат резала Мари, ей слегка помогла Даниела. — объясняет Нирин.
— Ну, надеюсь, что он всего лишь пересолен…
Не понимая шутки, я решаю попробовать салат, и он действительно пересолен.
— Всë не так плохо, мы однажды ели черствый хлеб с солью, так что это ещё деликатес. — решаю подбодрить я подругу.
— Вот именно, я готовлю вас к худшему. — отвечает шуткой Даниела.
После завтрака все девушки решают отдохнуть. Я накидываю меховой плащ и направляюсь в сторону деревушки. Подхожу к привычному кабаку, оглядываюсь и захожу внутрь. Резкая вонь ударила мне в нос. Земля была застелена соломой, в которой можно было найти что угодно: монеты, кровь, рвотные спражнения, битое стекло и многие другие неприятные вещи. Стены были мокрые от влажности. А свет от свечей создавал полумрак. Стараясь не думать об ужасной вони, я прошла к столику в дальнем углу и присела. Заказывать тут особо нечего, но по привычке беру меню. Кроме картошки, риса, похлëбки и эля в нём ничего нет. Прождав около пятнадцати минут, в дверь зашëл молодой человек, высокий, худого телосложения, в длинном плаще и шляпе, из-под которой торчат волосы цвета соломы. Он направился в мою сторону и сел напротив, демонстративно играя скулами.
- Ну, привет, Уилл.
— Здравствуйте, капитан Виола. — с насмешкой произнëс он и небрежно поклонился.
— Ты опоздал на четверть часа!
— Простите, госпожа Виола. — наигранно проговаривает он.
— Давай без глупых шуток! Что-то удалось разведать?
Уил рассмеялся:
— У кого-то нет чувства юмора. Не просто так тебя называют «женщина из ада».
— Что?! Кто? — восклицаю, удивляясь новому прозвищу.
— Ничего, — парень снова посмеялся, я кинула неодобрительный взгляд. Парень прокашлялся и сменил тон, — хорошо. Я само олицетворение серьëзности. В общем, ничего не изменилось, новостей нет, но ходят слухи о перемирии.
— Каком перемирии? Не может быть! Столько лет люди отдают жизни, и ради чего?
— Это всего лишь слухи, также говорят, что силы противников на исходе. А ещё затевается заварушка, которая, возможно, сыграет в нашу пользу.
— Ага, как же... — я закатила глаза. — Так говорили еще в первый год войны, но почему-то я сейчас здесь. Что за заварушка?
— Информация конфиденциальная. — Уильям демонстративно перебирает пальцами, намекая на деньги.
— Ты слишком дорого обходишься для шпиона, — подкидываю монету большим пальцем, и Уильям тут же подхватывает её.
— Я хороший шпион, а главное, что верный. — парень с улыбкой растягивает последнее слово ожидая мою реакцию. Я закатываю глаза, позволяя ему насладиться своей маленькой победой. — Слышал, что будет военная операция, якобы шпионская миссия. Но ты же знаешь, что наших там всегда быстро рассекречивают. Никто ещё не вернулся, но тут говорят, что-то особенное. Что конкретно будет, никто не говорит.
— Чёртовы эльфы! Эта информация не стоит ни гроша! — возмущаюсь я, но сразу же успокаиваюсь. — Ладно. Скоро уже сама это выясню. Спасибо, Уильям. До встречи... наверное.
— Мне пришлось нелегко, добывая эти сведения, — возражает шпион, вызывающе развалившись на стуле. — Может, выпьем? Приму это в качестве прибавки к оплате. Нельзя же всю жизнь быть такой серьëзной? Иногда можно посидеть с другом и расслабиться, — последнее предложение он произносит игриво.
— Не припомню момент, на котором мы стали друзьями. Мы просто работаем вместе.
Нужно идти готовится к вечерней тренировке. Встаю со стула, развернувшись, делаю шаг к выходу. Уильям вскочил со стула и схватил меня за запястье. Я резко повернулась и скрутила ему руку на спине:
— Не стоит меня трогать! — шиплю я сквозь зубы.
Парень издал шипящий крик:
— Ладно, понял, ты не в духе сегодня, в другой раз выпьем?
Отпускаю его руку и быстро направляюсь к двери. Выхожу из заведения и направилась в хижину к отряду.
Два дня мы проводим, как обычно, тренируемся, отрабатываем старые приёмы и изучаем новые навыки, сегодня по плану стрельба из лука.
— Лук. Это оружие дальнего боя. Вблизи он бесполезен. Но этот навык важен для каждой из вас, потому что вы никогда не знаете, где и в каких обстоятельствах вы окажетесь. — говорю я громко, шагая взад-вперёд, не сводя глаз с девушек, которын выстроились в шеренгу.
Я эффектно достаю колчан и перекидываю его через плечо. Затем хватаю лук. Одним резким движением вытаскиваю стрелу и натягиваю тетиву. Стрела со свистом рассекает воздух и точно попадает в центр мишени. Зрители ахнули, не успев осознать, как быстро всё произошло.
— Вы следующие. — показываю на первых трёх девушек в шеренге.
Первая подходит Мари, забрав моё оружие, прицеливается и сразу промахивается.
— Не расстраивайся, попробуй ещё раз. Локти чуть ниже, ноги шире для равновесия, учитывай силу ветра и направления, прицелься и замри.
— Эта стойка наиболее подходящая для стрельбы из лука, запомните расположение рук и ног. — говорю я, поворачивая к отряду. — А теперь вдохни. — тихо проговариваю я, уже повернувшись к Мари.
— Выдох… — я делаю паузу для дальнейшей команды —стреляй!
Стрела со свистом пролетела пятнадцать метров и попала в средний радиус мишени.
— Уже лучше. Последний раз. Стрела на тетиву. — скомандовала я.
— Целься! —выкрикиваю приказ, как обычно это делают командиры в бою.
Мари дисциплинированно выполняет все команды.
— Огонь!
Стрела снова попадает в край мишени.
— По три человека встают и делают по три выстрела, каждый в свою мишень. И так далее. Тут всего пятнадцать метров, не разочаруйте меня!
Каждый раз я даю приказ, и девушки выпускают стрелы. Были и промахи, и удачные выстрелы. Нужно лишь больше практики, всё-таки это первый урок стрельбы из лука.Сама не знаю почему, но мне всегда очень хочется их пожалеть. Наверное, потому, что у меня таких поблажек не было.
После тренировки мы возвращаемся в избу. Снимаем ветхие доспехи и верхнюю одежду, после собираемся за обеденным столом, чтобы я дала распоряжение:
— Завтра подъём раньше, поэтому после ужина сразу спать. Прибудет капитан Гордон с дальнейшими указаниями, нужно хорошо его встретить. Отдыхайте.
Проснувшись, я всех начинаю поднимать. Обычно отряд спит примерно на полтора часа больше, но сегодня важный день. Из-за столь раннего подъёма девушки всё делают неохотно: кто-то ворчит, другие просят ещё пять минут, а кто-то и вовсе не может встать с кровати. Но спустя минут двадцать мы уже стоим на улице, готовые к тренировке.
— Бегом вокруг деревни, потом отрабатываем стрельбу из лука.
Всё разочарованно вздыхают.
— Марш! — командую я, и девушки неохотно начинают бежать.
Я завершаю строй и бегу следом. Деревушка небольшая, поэтому примерно через полчаса мы снова у хижины. Я ставлю три мишени чуть дальше, чем вчера. И девушки снова начинают их атаковать. Сегодня многие начали делать успехи, чему я искренне радуюсь. После тренировки я беру с собой двух бойцов, Сильвию и Зарину, для покупки продуктов, пока остальные прибирают хижину.
Мало вкусного можно найти на рынке в эту пору. Но нам удаётся раздобыть свежих лепёшек, засоленного мяса, козьего сыра, немного овощей, разных солений и эль для угощения капитана. По возвращению мы принимаемся за стряпание. Даниела находит сервиз на чердаке, и девушки сервируют стол, расставляют приборы. Я же больше уделяю времени блюдам, чтобы всё было максимально празднично. Обычно мы так, конечно же, не делаем, да и незачем, но для важного гостя это необходимо, дабы показать уважение вышестоящему чину. Мы делаем тушёные овощи с мясом, режем сыр и раскладываем на лепёшки, выкладываем соления в красивые фарфоровые тарелки, наливаем мёд в маленькое блюдце к взвару. Стол почти готов. Раздаётся стук в дверь, и как по команде все, кто находится в кухне, оборачиваются.
— Расставьте, пожалуйста, угощения и постройтесь.
Девушки очень быстро принимаются доделывать стол, а я иду встречать гостя. Распахиваю дверь, и передо мной стоит седой мужчина с шрамом на виске, острые черты знакомого мне лица и голубые глаза, которые уже будто покрываются пеленой слепоты. Командир одет в чёрный военный мундир, парадно обшитый серебряными нитями, на груди красуются медали, а на голове капитанская треуголка с золотым галуном. Рука командира лежит на груди, что означает военное приветствие. Я тут же прикладываю руку к груди, слегка кланяюсь и чётко говорю:
— Капитан третьего ранга Виола Дэвис, командующая первым женским отрядом рада приветствовать вас, Капитан первого ранга Гордон Нимерс.
— Здравствуй Виола, к чему формальности?
— Как к чему? Вы сами учили: «Выказать уважение порой важнее, чем проявить себя в бою».
— Верно, хорошо я тебя научил. — искренне улыбается старик.
— Лучше, чем многие. — Так же искренне улыбаюсь я, ведь он единственный, кто на моём пути поверил в меня. — Проходите скорей в кухню, вы как раз вовремя, мы уже накрыли на стол.
Капитан Гордон входит, а я запираю за ним дверь, он вешает мундир на деревянную вешалку и проходит в кухню, приходится быстро следовать за ним, чтобы убедиться, что мы готовы.
— Первый женский отряд, приветствуем вас, капитан первого ранга Гордон Нимерс. — проговаривают все выстроившиеся девушки с рукой на груди, чему я очень радуюсь.
— Здравствуйте девушки. Смотрю Виола в роли капитана неплохо справляется.
— Стараемся. — серьёзно отвечаю на риторический вопрос.
— Вольно отряд. — отдаёт команду старший Капитан.
— Пора завтракать, — предлагаю я, переходя на более расслабленный тон.
Когда все присаживаются на свои места, обстановка становится напряжённой, поскольку девушки ещё не встречались с столь высокими чинами, и я тут же пытаюсь её развеять:
— Как ваши дела капитан Гордон?
— В целом хороши. Скоро ухожу в отставку, хватит с меня войны.
— Когда? Почему? — сразу нападаю с интересующими меня вопросами.
— С приходом тепла сразу домой, обзаведусь хозяйством и буду его дела вести. Я уже не молодой, отвоевал своё.
— Да что вы? Вы ещё не одну победу принести можете! — специально начинаю льстить в шуточной форме. Отчего старик посмеивается, а следом закашлялся, нарочно придавая своему лицу больше серьёзности.
— Время молодых. Теперь они будут защищать нас. — отвечает Гордон на мою лесть с неподдельным облегчением.
Позже и другие девушки подключаются к разговору и расспрашивают о существах, что удалось повстречать на поле боя, о магии, с которой сталкивался капитан, и он с интересом рассказывал им свои истории. Я наблюдала, как у моих бойцов вспыхивает восхищение и удивление в глазах. Эти девушки напоминают мне меня. Когда-то я тоже так расспрашивала его о всех чудесах, и все те существа, о которых он говорил, меня завораживали, но когда ты сталкиваешься с этим в бою, ты перестаёшь этим восхищаться.
— А я рассказывал вам о фениксах? — спрашивает капитан.
— Нет, а кто это? — с интересом выкрикивает Мари.
— О-о-о-о… — наигранно протягивает старик, будто рассказывает сказки своим внукам. — Это самые опасные существа, которых я когда-либо видел. Это гигантские птицы, которые летают как самый быстрый ветер и горят как огонь. Они сжигают целые поселения, целые отряды, и на начале войны их было так много, что мы уже было проиграли войну, но потом мы всех перебили. Мне однажды удалось увидеть одного, тогда бой закончился не нашей победой, мы еле выбрались из пепелища, что устроила эта нечисть. Если бы не эти существа, возможно, мы бы сравняли их королевство с землёй ещё сто лет назад.
Я уже слышала эту историю, но повидать это существо мне так и не удалось, видимо они и правда все погибли в войне. После завтрака девушки убирают стол, а мы с капитаном Гордоном выходим на улицу размяться и поговорить о военных делах.
— На каком вы этапе подготовки? — сразу начинает капитан.
— Уже перешли к стрельбе из лука.
— Что же… — почесывает подбородок старик и словно обдумывает, устраивает ли его этот ответ. — Неплохо. Я думаю, дальше они справятся без тебя, Виола.
— Что значит без меня? Мы же вместе должны идти в бой? Разве нет? — возмущённо хмурюсь я.
— Не в этот раз. Тебя выбрали для особенной миссии. Поэтому ты должна отобрать четверых лучших воинов, и вы отправитесь в поселение Донгор. А остальные девушки будут переданы в обучение другого командира.
— Что? Почему я? Я ведь капитан. Не могу же я бросить свой отряд. Как? — паника захватывает меня всё больше. Глаза бегают по сторонам, а в голове начался хаос, они не готовы, они не справятся , я их подвела, я не справилась, они…
— Отставить панику! — поток моих мыслей прекращает резкий голос Гордона, он выдерживает паузу, и далее продолжает уже мягче — Виола, ты их не бросаешь, я уверен вы ещё увидитесь. Я не знаю почему тебя выбрали, не знаю что за миссия и почему вас должно быть пятеро. Но я уверен ты справишься, и оставшиеся девушки тоже. В конце концов до отставки их капитаном буду я.
Его слова поддержки меня успокаивают, и то что он станет их капитаном тоже. Пусть и ненадолго, но девочки будут в хороших руках, а не с каким нибудь жадным до крови командиром. Я сажусь на то самое бревно, на котором обычно сижу наблюдая за тренировками девушек, обдумывая всё сразу. Видимо миссия про которую говорил Уил и правда очень секретная раз даже капитану первого ранга не доверили эту информацию. До Донгора примерно три дня пути вдоль реки. Он находится рядом с границей, но вряд ли меня отправят в бой с четырьмя девушками. Что же это может быть за миссия на границе? Кого мне выбрать? И как? Вдруг меня отправляют на верную смерть, значит, я их забираю в конец? Как я могу выбрать, кому из важных для меня людей умиреть? Поток моих рассуждений снова прерывает старший капитан:
— Уже думаешь кого выбрать?
— Верно, но я не знаю кого, не знаю куда меня отправляют.
— Выбери лучших, или тех, с кем тебе будет за честь умирать, или тех, кого не жалко, — последнюю фразу он произносит шутя. Это вызывает у меня грустную улыбку.
— Они все мне как родные теперь. — печально произношу я.
— Я тебя прекрасно понимаю, когда ведёшь в бой людей, с которыми ты очень долго находился, ты молишься за каждого, как за своего ребёнка, в надежде что он выживет.
— Когда нужно прибыть в Донгор? — решительно спрашиваю, желая прекратить сентиментальную беседу.
— Дали четыре дня.
— Чёртовы эльфы! — вырывается у меня изо рта, прежде чем я успеваю понять, что времени почти нет. — Даже не дали попрощаться.
— Сама знаешь чем дольше прощание, тем больнее. — успокаивает меня старик.
***
Проснувшись, понимаю, что пора всё рассказать. Вчера я нарочно не стала ничего говорить, чтобы хотя бы девушкам было не так тяжело, как мне. Мы спокойно провели тренировку, а капитан наблюдал и оценивал навыки уже своего отряда. Он поддержал мою идею рассказать всё на рассвете, и поэтому подыгрывал мне всё это время.
— Доброе утро девушки, спасибо что так быстро собрались.
— Доброе утро , капитан Виола Дэвис. — хором отвечают девушки.
— Вольно, отряд. У меня скорбные вести. Со вчерашнего дня ваш капитан Гордон Нимерс, но говорю я это только сейчас, потому что я вас оставлю. Как ни тяжело это признавать, но мне больно с вами расставаться.
Среди толпы девушек пошли волны вопросов, никто не понимает, что происходит.
— Надолго вы нас оставите, капитан Виола? — не сдержавшись, спрашивает Улания.
— Я не знаю, возможно, и навсегда. Меня отправляют на важную миссию на границу, мне позволено взять четверых девушек с собой. Мне сказали взять самых лучших, но вы все по-своему хороши, поэтому этот выбор добровольный. Я не знаю, что там, может, и смерть, поэтому каждая, кто пойдёт со мной, должна понимать всю серьёзность ситуации.
Первая рука поднятая из толпы:
— Я пойду! — кричит Даниела.
Этого я и боялась. Самый близкий человек рвётся со мной на смерть.
— Ты хорошо подумала? — жалобно смотрю на подругу, в надежде, что она передумает, но она остаётся полной решимости:
— Я с тобой до конца!
— Хорошо. Кто то ещё ?
— Я хочу. — спокойно говорит Сильвия.
— Я тоже! — с нерешительностью в глазах кричит Зарина.
— Я! И я! Возьми меня! — посыпалось сразу с нескольких сторон, больше половины девушек подняли руки.
— Я была первой ! — кричит Нирин.
— Хорошо. Первые четыре человека, которые подняли руки, выйдите вперёд. — девушки послушно пробираются вперёд сквозь остальных. — Собирайте вещи, прощайтесь, через час уходим. Остальные, — я делаю паузу, уже обращаясь к тем, кто стоит подальше, — не опозорьте меня перед капитаном Гордоном. Он хороший наставник, будет с вами до тёплых времён. Берегите друг друга.
После этих слов все девушки подбегают и начинают обниматься, некоторые плачут, кто-то уже обнимает меня, и я не замечаю, как мы уже стоим всей кучей в объятиях друг друга, отчего у меня глаза наполняются слезами. Потом мы начинаем собираться, мне не нужно учить девушек сборам, ведь это был один из первых уроков, берём самое необходимое, а провиант и коней раздобудем на рынке. С каждой вещью походный ранец становился тяжелее, как и печаль, что распространялась на всех нас. Я старалась развеять грусть и думала о каждой девушке, с которой провела здесь время. Знакомство с Агатой, которая не могла даже просыпаться первое время, потому что не привыкла к такому, и каждый день будить её было той ещё задачей. Или как Фина не могла поднять средних размеров меч, из-за чего я учила её бою на небольших кинжалах. А как Элина возилась с огнём, злилась, что не получалось его разжечь, а потом подожгла целое поле сухой травы. Хорошо, что тогда никто не пострадал. Пришлось наказать её тяжёлыми упражнениями, но я помню, как она, выполняя их, радовалась тому, что у неё получилось развести огонь. Помню всех их маленьких успехи, словно мать, запомнившая первое слово, первый шаг или первый выпавший зуб своего чада. Помню все их страхи и сомнения, слёзы и боль, радость и смех. Я понимаю, что буду по всем скучать, и буду надеяться их увидеть снова. Собрав заплечные ранцы и седельные сумки, взяв оружие, одевшись потеплей и накинув доспехи, мы выходим из лачуги. Оглядываясь, это место кажется мне домом. Следом за нами выходят бойцы и капитан Гордон. Все снова прощаются, обнимаются, дают напутствия, я тоже стараюсь как можно больше сказать, как можно крепче обнять каждую девочку. И спустя пару минут мы выдвигаемся в сторону деревни. Уже в поселении берём пятерых коней, вешаем на них седельные сумки, находим на рынке немного провианта и удаляемся в неизвестность.
