Czytaj książkę: «Лавка сновидений Юнсыль»

Name: Лавка сновидений Юнсыль
Author: Хёрин Ли
ISBN: 9785002501038

Хёрин Ли

Czcionka:

Original title:

DREAMWEAVER AND THE FANTASY SHOP

Hyo-rin Lee

На русском языке публикуется впервые

Originally published by FANDOMBOOKS

Russian edition is published by arrangement with FANDOMBOOKS Through BC Agency, Seoul.

* * *

Пролог. Роковой день

Принц Королевства Грез Кассель проснулся посреди ночи. Это был дурной знак. Ведь за все восемнадцать лет своей жизни с ним такого ни разу не происходило. В Королевстве Грез крепкий сон считался великой добродетелью, которую обязательно надо было беречь и лелеять. Кассель перевернулся на другой бок и попытался снова заснуть.

Но только он задремал, как кто-то с силой толкнул дверь и вошел к нему в комнату. Яркий свет и громкие звуки хлынули в спальню. Кассель открыл глаза и, прищурившись, взглянул на силуэт стоящего перед ним человека.

– Кассель, поднимайся!

Услышав знакомый голос, принц удивленно округлил глаза. Это была его мать, правительница Королевства Грез. Кассель привстал, чтобы поприветствовать ее. Дверь закрылась, блокируя шум снаружи.

– Мама, почему ты пришла? Да еще и ночью…

Королева приблизилась к Касселю своей обычной изящной поступью, но спешность шагов выдавала ее нетерпение. Она положила руки на плечи сына и очень серьезным тоном произнесла:

– Кассель, слушай меня внимательно. Во дворце Пожиратель снов, и он хочет заполучить Камень грез. Едва кристалл попадет ему в лапы, он не только станет владыкой нашего королевства, но и сможет управлять всеми снами в реальном мире.

– Пожиратель снов? Ты имеешь в виду того самого, которого я вырастил? Но, мама, если это произойдет, то люди…

– Вот именно! Либо все сновидения будут уничтожены и никто больше не сможет их увидеть, либо все погрузятся в вечный морок, чтобы наполнять желудок Пожирателя снов. Нельзя этого допустить! Теперь ты – будущее и надежда Королевства Грез и реального мира. Твой долг – защитить Камень. Король уже направился к логову Пожирателя снов, и я скоро последую за ним.

Кассель побледнел от страха. Выросший в мирном Королевстве Грез, он не привык к подобным вещам.

– Кассель, твои способности Ткача снов сильнее, чем у кого-либо еще. Пока мы будем тянуть время и истощать силы Пожирателя, ты нанесешь ему последний сокрушительный удар. Только так можно навсегда изгнать его из нашего королевства. И ты должен это сделать.

– Но, мама… Ты думаешь, я справлюсь?

– Неважно, что я думаю. Ты должен справиться. Не сомневайся, Кассель. Ты – посвященный и самый могущественный Ткач снов. Просто верь в себя.

– «Посвященный»… что это значит?

Но королева не ответила на вопрос Касселя. Лишь крепко обняла его, и это объятие было таким быстрым, словно времени совсем не осталось. Раньше Касселя никогда так не обнимали, только в самом раннем детстве. Отчего-то к глазам подступили слезы.

– Сынок, не забывай, что мы всегда будем любить тебя. Прощай.

Королева вышла из комнаты. Она даже ни разу не оглянулась. Но едва заметная дрожь пробежала по ее спине, как будто на плечи правительнице опустилась тяжелая ноша.

Когда королева скрылась из виду, Кассель распахнул шторы, закрывавшие окно. Мирное и прекрасное Королевство Грез, которым принц любовался буквально перед тем, как лечь спать, куда-то исчезло. Пыльца снов, сиявшая в воздухе подобно Млечному Пути, превратилась в едкую гарь. Две луны, которые прежде ярко светили на безоблачном небе, теперь заволок дым, что поднимался из каждого уголка королевства. Пение фей грез, обычно тихое и спокойное, превратилось в невыносимый вопль. Прекрасная земля сгорела, сверкающие реки высохли, а великолепные здания обратились в руины.

А еще там был огромный дракон.

Задними лапами он топтал землю королевства, а передними хватал сны, которые росли здесь же, и запихивал их в свою пасть. Именно этого дракона король и королева называли Пожирателем. Он был проклятием всех снов и кошмаром Королевства Грез.

В то же время это было существо, которое Кассель любил и о котором заботился. Впервые они встретились в Королевстве Грез на плантации снов, что относилась к владениям Касселя. В то время Пожиратель был малюсеньким черным существом. Молодой и ничего не подозревающий Кассель приютил его и стал кормить снами, которые сам и выращивал. Однако по мере того, как Пожиратель рос, его аппетит становилось все сложнее удовлетворить, и в конце концов Кассель изгнал дракона.

Теперь же Пожиратель снов вернулся в новом обличье. В сто раз больше, в тысячу раз свирепее.

Если бы Кассель знал, что его желание позаботиться о хилом существе приведет к такому результату, он бы никогда этого не сделал. Но сожалеть было поздно, и теперь ему предстояло биться с драконом или умереть вместе со всем Королевством Грез.

Но как сражаться с этой тварью?

Даже на таком расстоянии Пожиратель снов выглядел устрашающе. Кассель понимал, что до могущества настоящего опытного Ткача ему еще далеко. Принц прижался спиной к окну. У него не было ни малейшего желания встретить свою смерть в бою с Пожирателем снов, но он не хотел и погибнуть вот так, даже не попытавшись что-то предпринять.

Кассель вспомнил разговор с матерью. Та сказала, что они с отцом смогут на какое-то время задержать дракона, истощая его силы, после чего Кассель должен будет нанести решающий удар. Однако принц оказался большим трусом, чем сам думал, у него даже не хватало смелости встретиться с Пожирателем снов лицом к лицу.

Поэтому Кассель решил поступить иначе. Камень грез. Королева сказала, что артефакт ни в коем случае не должен попасть в лапы Пожирателя. Ведь это – самое ценное сокровище королевства, кристалл, который дает «силу сновидений». Именно благодаря ему королевство продолжало существовать, а люди реального мира могли видеть сны. Если Пожиратель завладеет Камнем, это не только уничтожит земли фей, но и подчинит людей власти дракона. Да и, с другой стороны, восстановление королевства станет возможным только при условии, что Камень грез будет под защитой. Потому что силы Ткача и пыльца снов исходят именно от него.

Кассель решил, что прежде всего необходимо перенести Камень грез в безопасное место. Он верил: король и королева продержатся достаточно долго.

– Это вовсе не бегство. Защита Камня сейчас важнее… Поэтому я поступаю именно так. Я никуда не сбегаю, – пробормотал Кассель и направился к сокровищнице Королевства Грез. Слуги и феи с воплями метались вокруг него, но он шел, не обращая на них внимания.

Сокровищница находилась в самой глубокой части дворцового подземелья. Какая звенящая тишина! Кассель на секунду заколебался, но затем отворил дверь.

Ему пришлось зажмуриться от ослепительного света, что исходил от Камня грез. Кассель видел кристалл впервые. Камень лежал на алтаре. Он оказался гораздо красивее и ярче, чем Кассель представлял себе, но при этом был совсем небольшого размера – примерно с два кулака. Как завороженный, принц потянулся к нему.

В тот самый момент, когда кончики пальцев Касселя коснулись Камня, стены задрожали. Затем дворец буквально зашатался – как будто в королевстве произошло землетрясение. Держаться на ногах стало невозможно. И в конце концов Камень грез покачнулся и скатился с алтаря.

– Нет!

Кассель бросился к нему и схватил, – к счастью, тот лежал неподалеку и по-прежнему ярко сиял. На удивление, Камень оказался теплым. Сжимая в руках кристалл, Кассель повернулся к выходу из сокровищницы.

И тут…

Сознание Касселя на некоторое время отключилось. Принц Королевства Грез, он всегда считал себя высшим созданием, непохожим на обычных людей, но теперь, когда перед ним оказалось поистине могущественное существо, понял, насколько самонадеянным был.

Его накрыло ощущение давящего ужаса. У Касселя перехватило дыхание, его зрачки расширились, ноги онемели, а тело отказывалось двигаться.

Перед ним стоял Пожиратель снов. Вход в сокровищницу был слишком мал для громадного черного тела, и вместо того, чтобы открыть дверь и войти внутрь, дракон решил разнести на кусочки весь дворец.

Мама? Папа? Они же говорили, что задержат его…

Эта мысль мелькнула и пропала. Пожиратель снов стал беспорядочно размахивать передними лапами. Одним движением он смел бесчисленные сокровища Королевства Грез – и те превратились в обломки, осколки, труху.

Что же делать? Голова кружилась от прилива адреналина. Для Касселя больше не существовало ни короля, ни королевы, ни даже самого Королевства Грез. Только собственное выживание. Принц крепко сжимал Камень, тяжело и прерывисто дыша.

В следующее мгновение Пожиратель снов разинул пасть и издал оглушительный рев. Из ушей Касселя заструилась кровь, но, как ни странно, боли он не почувствовал.

Что

же

делать?

У Касселя кружилась голова. Он смотрел то на Камень грез в своей руке, то на красные глаза Пожирателя снов. Оставалось только два варианта.

Первый – сражаться. Если бы королева оказалась права и родителям удалось измотать дракона, это было бы возможно. Однако Пожиратель снов не выглядел ослабленным. Возможно, он был гораздо сильнее, чем думали король и королева, и их сопротивление не оказало никакого эффекта. Поэтому, кинься сейчас Кассель в схватку, он, несомненно, погиб бы.

Второй – бежать. Да, в итоге Пожиратель все равно рано или поздно явится за ним. Но, по крайне мере, на какое-то время Кассель останется в живых. А значит, сможет строить планы на будущее. В его руках был Камень грез, и, пока тот цел, спасение королевства тоже возможно.

Решение было принято. На кончиках пальцев Касселя появился небольшой шар света, сотканный из пыльцы снов. Принц начертил в воздухе магический круг. Такого он еще никогда не создавал – сам видел его лишь раз или два в древних книгах в дворцовой библиотеке. Принц даже не успел проверить, правильно ли его изобразил.

Как только магический круг был завершен, Пожиратель снов замахнулся на Касселя и кончиком когтя зацепил Камень грез. Поговаривали, что артефакт невозможно разбить, но от прикосновения дракона он рассыпался на семь мелких кусочков. Камень выпал из рук Касселя, но, к счастью или к сожалению, один из осколков воткнулся прямо в его ладонь. Принц втиснулся в узкое пространство магического круга, унося с собой кусочек артефакта.

Кассель не собирался ставить на кон свою жизнь. Он оставался принцем, облеченным обязанностями Ткача снов. Даже если ему придется горько пожалеть об этом своем решении.

Поэтому на перепутье он предпочел спасаться бегством.

Лавка снов

Однажды в газете появилась короткая реклама: «Продаем сновидения. Какой бы сон вы ни пожелали – мы поможем вам его увидеть».

Поначалу многие думали, что это просто розыгрыш или очередное кафе, где можно выпить кофе и заняться чем-нибудь интересным, но постепенно слухи о «Лавке снов» расползались, и посетителей становилось все больше.

Угодив в паутину узких улочек, усыпанных магазинами старых музыкальных инструментов, антикварными и букинистическими лавками, будто оказываешься в прошлом. Можно долго блуждать по переулкам в этом непривычном ощущении, пока в дальнем углу вдруг не заметишь вывеску: «Лавка снов». Она не самая яркая и довольно пошарпанная, зато навевает ностальгию.

Первое, что встречает посетителей Лавки, – экзотический аромат, которого они никогда раньше не чувствовали. Он как своеобразный препарат, который не приносит вреда здоровью, не вызывает зависимости, но заставляет чувствовать себя вялым и сонливым. И тут вы понимаете: все уже началось!

Затем желающие купить сон должны подписать некое соглашение с довольно странным содержанием. После этого пути назад уже не будет.

Соглашение
1. Ткач снов и покупатель сна осознают, что содержание сновидения является лишь иллюзией.
2. Ткач снов и покупатель сна входят в сновидение вместе, чтобы предусмотреть любые непредвиденные обстоятельства.
3. Ткач снов никогда не вмешивается в сновидение покупателя сна.
4. Покупатель сна ни при каких обстоятельствах не может остановить сновидение после его начала. Единственным исключением является случай, когда безопасность покупателя сна находится под угрозой.
5. Ткач снов и покупатель сна сохраняют конфиденциальность всей информации, связанной с консультацией и содержанием сновидения.

Если покупатель подписал это странное соглашение, он может войти в «комнату сновидений» вместе с двумя владельцами Лавки. Путь в это помещение похож на запутанный лабиринт, и без подсказок тут легко заблудиться.

Оказавшись внутри, покупатель получает краткую консультацию и чашку какого-то напитка, выпив который сразу же засыпает… и погружается в долгожданное сновидение.

Первая встреча

Кассель кубарем покатился по полу.

– Ай!

Держась за голову, которую больно ушиб при падении, принц попытался встать и взглянул наверх, чтобы понять, где находится.

На него пристально смотрела пара черных глаз.

– Ой!

Кассель ошеломленно опустился обратно на пол.

Осознав – пусть и с запозданием, – как нелепо и даже жалко выглядит, принц покраснел. Обладательницей черных глаз оказалась маленькая девочка. И пока принц возился на полу, она смотрела на него не моргая. Это был тяжелый, даже пугающий взгляд. Наконец Кассель овладел собой и как следует огляделся.

Комната оказалась немного – нет, значительно меньше спальни Касселя во Дворце грез, но по-своему уютная и симпатичная. Стол был завален учебниками и рабочими тетрадями, повсюду валялись карандаши, носки и одежда. Хозяйка комнаты, похоже, не умела поддерживать порядок.

Когда Кассель перевел взгляд в другую сторону, его внимание привлек книжный шкаф. Тот занимал целую стену и был весь заставлен детскими книгами. Невзирая на полный беспорядок, шкаф сиял чистотой. Некоторые книги были настолько потрепаны, что даже их названия не получалось прочитать.

Кассель обернулся на кровать, на которую изначально упал, а затем снова поймал взгляд девочки. Похоже, он выскочил из ее сна, пока та спала.

Кассель растерялся и не знал, что сказать. Наверное, в первую очередь полагалось представиться.

Принц вспомнил давно прочитанную книгу о реальном мире. В ней говорилось, что люди там всегда носят маски. Притворно улыбаются, фальшиво сочувствуют друг другу или же делают вид, что им жаль.

Касселю совсем не хотелось улыбаться, но он все равно попытался изобразить безобидную, дружелюбную улыбку и поздоровался:

– Эй… привет!

После продолжительного молчания девочка наконец заговорила:

– Ты Санта-Клаус?

Это была их первая встреча.

Девочка оказалась разговорчивой. Даже слишком. К счастью или к сожалению, Кассель владел всеми языками реального мира. Уже через несколько минут после того, как принц сел на кровать напротив девочки, он знал ее имя, возраст, где она живет, сколько человек в ее семье и даже то, как долго она ждала Санта-Клауса в этом году. И каким-то образом, увлекшись разговором, девочка рассказала ему все на свете. Даже то, кто она на самом деле такая.

Итак, за время короткой, но довольно обстоятельной беседы Кассель узнал следующее.

Во-первых, девочку зовут Хан Юнсыль.

Во-вторых, ей четырнадцать лет и она на четыре года младше Касселя.

В-третьих, она гражданка Южной Кореи.

В-четвертых, она живет с родителями и у нее нет братьев и сестер.

И последнее – сегодня Рождество.

В Королевстве Грез, кстати, тоже отмечали Рождество. Точнее, давным-давно один король объявил двадцать пятое декабря государственным праздником. Это было сделано по просьбе фей, которые в конце года трудились не покладая рук. Однако вместо того, чтобы отдыхать, они взяли за привычку накануне Рождества выходить в реальный мир и дарить свои сны приглянувшимся им людям.

Поскольку в Королевстве Грез нет сезонов и всегда хорошая погода, Рождество, которое знал Кассель, всегда было теплым и безветренным. Он помнил сверкающую пыльцу снов, которая падала с крыльев фей, когда те перелетали с места на место. Помнил песню, которую они весело напевали, помнил ужины с родителями…

Кассель сжал кулаки и с трудом сдержал слезы. Юнсыль продолжала болтать без умолку. Казалось, она никогда не затихнет. Постепенно Кассель погрузился в бесконечный рассказ Юнсыль, сам не понимая, как это произошло. Именно так ей и удалось вытащить принца из глубин его печали.

– Так вот. Знаешь, что я попросила на Рождество в этом году? Принца из сказки! Сначала я приняла тебя за Санта-Клауса, но теперь вижу, что ты и есть мой подарок!

– Да, верно, я принц, но не из сказки…

– Из сказки или из сновидения – не так уж и важно. Главное, что Санта-Клаус действительно существует! И да, Кассель, как там называется твоя страна?

– Королевство Грез. И Санта не прилетал за мной, я сам сюда попал. Но дело не в этом, а в том, что Королевство Грез теперь…

– Точно, Королевство Грез. Боже мой, это так круто!

Юнсыль внезапно вскочила. Кассель устало взглянул на нее: даже после стольких разговоров она не растеряла энергии.

– Получается, я была права! А ма не верила! Сны реальны!

– Ма… что?

– Ма и па. То есть мама и папа. Ты что, не знаешь таких слов? Ой, и я же назвала тебя принцем… Может, это тоже для тебя незнакомое словечко.

Юнсыль снова плюхнулась на место, а затем схватила Касселя за плечи и с серьезным видом спросила:

– Так зачем ты прилетел сюда? Разве принцу Королевства Грез можно просто взять и сбежать? Или ты планируешь скоро вернуться?

Кассель не знал, радоваться ли ему, что наконец-то у него появилась возможность что-то сказать, или же огорчаться, ведь придется много говорить, а он так измучен. Как бы то ни было, принц постарался максимально правдиво рассказать Юнсыль историю о своей земле и Пожирателе снов.

Кассель поведал ей, каким блестящим и прекрасным было Королевство Грез, как дракон растоптал этот удивительный край и как ему самому пришлось спасаться бегством. Когда он признался, что не выполнил свой долг принца и бежал от Пожирателя снов, его лицо запылало от стыда.

Но Юнсыль не сильно волновало бегство Касселя. Она была очарована самим Королевством Грез и мыслями перенеслась туда.

– Ты же настоящий принц из сказки! Принц, который побеждает злых драконов и спасает мир! Кассель, а принцесса у тебя есть?

– Принцесса? Зачем мне принцесса?

– Ну, в сказках всегда есть принцесса. Знаешь, та, которая вместе с принцем побеждает дракона, спасает мир, потом выходит замуж за этого принца, и они живут долго и счастливо. А что, у тебя ее нет?

– Нет.

– Тогда я буду твоей принцессой.

Кассель в недоумении открыл рот. Но к тому моменту он уже успел немного привыкнуть к бесконечной болтовне и нестандартному мышлению Юнсыль, поэтому пропустил это заявление мимо ушей и решил просто поставить ее в известность касаемо своих планов.

– Принцесса – это вопрос будущего. Сначала нужно восстановить Королевство Грез. Если оно исчезнет, люди больше не смогут видеть сны.

– А что произойдет, если снов не станет?

– Все не так просто. Если ты не видишь сны, то перестаешь мечтать о будущем. А если не мечтаешь о будущем, то пропадает жизненная энергия. Без желаний и целей ты превращаешься в человека, который живет просто потому, что живет. Фактически ты становишься куклой, которая ничего не чувствует, ни к чему не стремится и ни о чем не мечтает.

Тут Юнсыль приняла серьезный вид. Она уже поняла, что стала героиней великой сказки, а такие люди должны быть серьезными и осторожными. Юнсыль выпрямилась, расправила плечи и спросила Касселя:

– И как же можно восстановить Королевство Грез?

– Во-первых, нужен Камень… Ах, точно! Моя рука!

Кассель быстро осмотрел правую кисть со всех сторон. Она была белой и гладкой, ни единой царапины!

– Как? Неужели мое тело восстановилось, когда я перешел в реальный мир?

На мгновение Кассель замешкался, силясь понять, что же происходит. А когда в его памяти всплыл образ застрявшего в ладони Камня, вздрогнул и резко вскочил на ноги.

– Эй ты, ты, случайно, не видела тут драгоценный камень?

– Драгоценный камень?

Кассель судорожно оглядел комнату Юнсыль, пытаясь отыскать артефакт. Вот только недавно осколок торчал из его руки, а сейчас исчез. И раны на ладони как не бывало.

– Да. Такой, чуть меньше моей ладони и с острыми гранями… Это не совсем драгоценный камень, скорее кусок разбившегося кристалла. Он еще ярко светится. Неужели ты его не видела? Разве он не упал вместе со мной? Что же делать?

Кассель продолжал осматривать комнату. Однако она была такой грязной, что напоминала свинарник, и найти здесь кусочек Камня казалось невозможным.

– Не открывай комод. Это мой тайник. И… Вообще-то, я видела его, этот твой камень.

– Что? Где он? Здесь?

Но Юнсыль не отвечала. Она просто смотрела на Касселя, нахмурив брови, как будто ей что-то не нравилось. Кассель уже начал терять терпение и готов был чуть ли не умолять ее не тянуть.

– Пожалуйста! Без него никак нельзя!

– Меня зовут не «эй ты».

– Что?

– Меня зовут не «эй ты», а Юнсыль.

Кассель зажмурился. Неужели он сам угодил в какой-то навязчивый сон? Юнсыль не могла в полной мере понять ситуацию Касселя, хоть и притворялась, что все осознает. Она была очень рада, что фантастический мир под названием Королевство Грез действительно существует, но все равно воспринимала историю Касселя как увлекательную сказку. Так она думала и про Королевство Грез, и про Пожирателя снов.

Но, как ни крути, сейчас Касселю была нужна помощь Юнсыль, поэтому он решил уступить.

– Разве это так важно?

– Важно. Для меня.

– Хорошо, Юнсыль, я понял. Мир? А теперь скажи мне: где мой Камень грез?

– Вон там.

Кассель проследил за кончиком пальца Юнсыль. Та указывала на окно с задернутыми шторами. Кассель осторожно приподнял занавеску.

На окне крепко спала маленькая фея с крыльями бабочки, а в руках у нее был осколок Камня грез.

– О нет, Тингл!

– Ее зовут Тингл? А я думала – Динь-Динь. Она вместе с тобой упала. Но так испуганно спряталась в уголок, держа в руках эту штуку, что я решила лишний раз ее не трогать.

Кассель осторожно взял спящую Тингл на руки – она как раз помещалась в его ладонях. Тингл была феей грез и работала помощницей Касселя.

Он снова и снова разглядывал ее со всех сторон, желая убедиться, что фея в порядке. К счастью, она была цела и невредима и просто спала. Осмотр Тингл на какое-то время отвлек Касселя от мыслей, как он оказался совсем один в реальном мире, куда так неожиданно свалился. Раз Тингл жива, то, возможно, кому-то еще удалось спастись.

Может быть, другим феям, а может… и его родителям.

Тут Кассель переключил внимание на осколок, который Тингл крепко прижимала к груди. Камень разбился вдребезги, благодаря чему и не попал в лапы Пожирателя снов. Этому Кассель не мог не радоваться. Но в то же время он даже предположить не мог, где и как найти прочие осколки.

К нему подошла Юнсыль.

– Это фея? Только посмотри на ее крылья: какие красивые… какие чудесные… Как только в мире может существовать такое создание…

– Да, это фея грез. Тингл была моей помощницей в королевстве.

– А чем занимаются помощники? А феи что делают? Они летают туда-сюда, рассыпая пыльцу, как Динь-Динь? Божечки, это так мило! Мне прямо квартиру разгромить хочется от счастья!

С этими угрожающими словами Юнсыль протянула руки к Тингл. Кассель на мгновение замешкался, но потом увидел, что девочка не намерена причинять вред фее, и просто остался стоять, держа в ладонях крохотное существо. Юнсыль осторожно погладила Тингл по кончику крыла.

– Насчет Динь-Динь я, конечно, не знаю, но, когда фея летает, с ее тела осыпается пыльца снов.

– Пыльца снов? Что это?

– Очень важное вещество в Королевстве Грез.

– А как его используют?

– Когда люди вдыхают пыльцу, они засыпают и видят сны. Феи грез питаются пыльцой. А еще она необходима Ткачам снов, чтобы применять свои навыки. Ткач может усилить свои способности, если вдохнет или проглотит пыльцу.

– То есть если ты Ткач, то можешь свободно управлять сновидениями? И способен прямо сейчас погрузить меня в сон?

У Касселя от нескончаемого шквала вопросов на мгновение закружилась голова, но он постарался объяснить как можно любезнее и подробнее:

– Все Ткачи разные. Например, я не могу создать новый сон, но мне под силу войти в уже существующий, и, оказавшись внутри, я могу в некоторой степени изменить его.

Когда Юнсыль услышала эти слова, ее глаза заблестели, а в голове быстро созрел отличный план. План, как помочь Касселю спасти мир, а заодно и исполнить ее собственную мечту.

– Значит, Королевство Грез – это место, которое существует только в мире снов, и попасть туда можно, лишь войдя в чужой сон?

– Верно. Потому-то я и не вижу снов. Выйти из Королевства Грез в реальность просто, а вот вернуться обратно – совсем другое дело. Легко очнуться ото сна, но увидеть его по желанию нельзя. Так и здесь: придется позаимствовать чужой.

– Тогда используй мои сны.

– Что ты сказала?

– Войди в мой сон. Ради тебя я буду смотреть их каждый день.

Кассель нахмурился. Насколько он мог судить, Юнсыль была всего лишь маленькой, слабой человеческой девочкой.

– Нет.

– Что? Почему?

– Если ты умрешь во сне, то потеряешь свою сущность. Пожиратель снов может проглотить тебя, если ему вздумается. Все это опасно, поэтому – нет.

– Так можно же убежать, если будет очень опасно! Разве нельзя просто выйти из сна, когда захочешь?

– Можно, конечно…

– Тогда в чем проблема? У тебя есть кто-нибудь знакомый в реальном мире?

Кассель запнулся. Конечно же, нет, и она тоже это знала. Способ, предложенный Юнсыль, выглядел почти идеальным. Однако Кассель был принцем Королевства Грез, и строгое воспитание не позволяло ему ни при каких обстоятельствах использовать других в своих интересах. Но если Юнсыль сама хочет… Разве это не взаимовыгодное сотрудничество?

Пока Кассель колебался, Юнсыль уже приняла решение за них обоих.

– Это моя мечта – стать принцессой из сказки! Конечно, я не собираюсь попадаться в лапы дракону, сидеть взаперти в замке и ждать, когда же принц придет мне на помощь, но, как бы то ни было, это то, о чем я мечтала все четырнадцать лет своей жизни!

Принц не нашелся с ответом.

– Кассель, ты же Ткач снов! Разве исполнять мои мечты – не твоя обязанность?

Кассель и Юнсыль смотрели друг на друга в упор. Полные сомнения глаза принца и решительный взор Юнсыль будто боролись друг с другом.

Но тут определился победитель.

– Я проиграл, – сказал Кассель и покачал головой.

Юнсыль захлопала в ладоши и обняла его. Он прижал к себе руку, в которой держал Тингл, зажмурил глаза и попытался вытерпеть неловкий физический контакт. В этот момент раздался стук в дверь. Кассель и Юнсыль так и застыли в обнимку.

– Юнсыль, ты чего раскричалась посреди ночи? Разбудила меня. Ты по телефону так громко разговариваешь?

– Ой, мама. Да, я заболталась по телефону. Прости, уже иду спать.

– Давай. Завтра тебе в школу.

Юнсыль выпустила Касселя только после того, как шаги за дверью снова стихли.

Затем она посмотрела на него и прошептала:

– Считай, это начало реализации нашего плана.

Юнсыль оказалась более упрямой и напористой, чем он думал. Она чем-то напоминала маленький бульдозер.

Первым пунктом плана была адаптация Касселя к реальному миру. Прежде всего требовалось познакомить его с семьей Юнсыль. Он сказал, что мог бы просто спрятаться в комнате девочки, но Юнсыль была против. Человек не может жить, запершись в четырех стенах.

На следующий день, как только Юнсыль вернулась из школы, она рассказала родителям о существовании Касселя. Конечно, девочка ни словом не обмолвилась о том, кто он такой на самом деле. Сказала, что просто «подобрала» Касселя. Его дом сгорел, и он в одночасье оказался на улице без средств к существованию. В целом Юнсыль не особо приукрасила, ведь Королевство Грез было сожжено дотла Пожирателем снов, но от мысли, что Кассель в одно мгновение превратился из принца в бездомного бродягу, ей самой стало немного не по себе.

А потом Юнсыль твердо заявила, что приняла решение взять на себя эту ответственность и что теперь Кассель будет жить с ними. Принц, который стоял рядом, жутко занервничал из-за такой невообразимой настойчивости Юнсыль. Какой родитель, услышав что-то подобное, пустит в дом неизвестно откуда взявшегося человека, особенно если этот человек – взрослый мужчина?

Но родители Юнсыль давно привыкли к ее упрямству и обычно уступали ей во всем.

Все произошло примерно следующим образом.

– Итак, он родился за границей, но с детства живет в Корее? Так сколько, ты говоришь, ему лет?

– Восемнадцать. Он как раз недавно окончил университет.

– Если ему восемнадцать, разве он не должен еще учиться в старшей школе? Как это так быстро уже и университет окончил…

– Он выпустился экстерном, потому что гений!

Отчасти это было правдой: Кассель окончил академию Королевства Грез на семь лет раньше остальных и был лучшим учеником в своем классе. Принц кивнул, затем повернул голову и неожиданно встретил восхищенный взгляд сидящей напротив него матери Юнсыль. На шее Касселя выступил холодный пот.

– В таком случае было бы замечательно, если бы господин Кассель мог заниматься с Юнсыль после школы! Какая у вас специальность?

Его специальностью была наука о материализации сновидений, но он понимал, что если скажет об этом напрямую, то его примут по меньшей мере за чудака. Кассель посмотрел на Юнсыль. Почувствовав, что принц отчаянно нуждается в помощи, девочка поспешила ответить за него:

– О, бизнес-администрирование! Он хорошо знает английский и корейский. И в математике просто профи. Я права?

Кассель перевел дух и теперь смог обстоятельно объяснить все родителям Юнсыль:

– Я хорошо владею английским, корейским и математикой. Если вы поручите мне заниматься с Юнсыль, я сделаю все, что в моих силах. А еще, думаю, будет неплохо, если я стану помогать вам с магазином, пока Юнсыль в школе, а дома буду следить за ее учебой. Что скажете? Вы мои благодетели, поэтому я хотел бы оказаться для вас полезным.

При этих словах отец Юнсыль, который до сих пор не проронил ни слова, вдруг захлопал в ладоши. Кассель умирал от стыда, но, как принц, старался держаться спокойно, чтобы сохранить достоинство.

– Работник за кров и еду. Не так уж плохо.

– Именно! А у меня как раз есть свободная комната – можешь пожить там.

Вот так внезапно Кассель поселился в доме Юнсыль вместе с ее семьей. Он одолжил кое-какие вещи у отца Юнсыль и, переодевшись, вошел в комнату, которая теперь стала его собственной. Кассель оглядел ее и вздохнул. Для принца, выросшего в роскошных покоях Дворца грез, она казалась слишком маленькой. Но в текущей ситуации выбирать не приходилось.

Кассель задвинул всю мебель в угол, чтобы стало просторнее. В другом углу он разложил мягкие подушки и одеяла и поместил на них Тингл. По какой-то причине она продолжала спать и не просыпалась, хотя на дворе уже был вечер.

Когда он закончил наводить порядок в комнате и сел, чтобы немного передохнуть, то вдруг осознал, что на улице уже стемнело.

– Зимой в реальном мире дни такие короткие.

Юнсыль скоро должна была вернуться с вечерних занятий, и Кассель решил помочь маме девочки приготовить ужин. В Королевстве Грез о принце заботились и следили даже за тем, какую одежду он наденет сегодня, что уж говорить о домашних хлопотах. Он был наследником королевства, поэтому не должен был утруждать себя рутинной работой.

– Как тебе комната?

– Лучше и быть не может, спасибо вам за вашу доброту и внимание. С завтрашнего дня я буду помогать вам в магазине.

Услышав это, мать Юнсыль рассмеялась. Когда Кассель вопросительно посмотрел на нее, она улыбнулась и мягко пояснила:

– Ой, да не надо всех этих формальностей. Мы же будем какое-то время жить вместе. Можно я буду обращаться к тебе на «ты»?

– Конечно. Так я могу быть чем-то полезен?

– Ну, раз мы договорились, то, пожалуйста, отнеси эти закуски на стол. И кстати, зови меня тетей. А моего мужа – дядей. Если кто-то спросит, думаю, лучше сказать, что мы родственники.

– Хорошо, тетя.

– У меня будто сын появился – это так здорово. Чувствуй себя как дома. В любом случае Юнсыль не просто так доверяет тебе и не просто так ты ей нравишься. По правде говоря, она с детства была немного… как вы это называете, особенная.

Кассель аккуратно поставил тарелку с кимчхи на стол и стал слушать маму девочки, вернее, его тетю. Было полезно узнать о Юнсыль как можно больше, ведь именно через ее сны ему предстояло снова попасть в Королевство Грез.

– Ни разу она не ошибалась в своих ощущениях. Не знаю, стоит ли называть это предвидением, или у нее есть что-то вроде шестого чувства… Однажды я договорилась встретиться с подругой, а Юнсыль заплакала и стала просить меня не идти. Она вдруг сказала, что очень боится огня. Я попыталась успокоить ее, но она рыдала взахлеб, поэтому я все же решила отменить встречу и сказала подружке, что увижусь с ней позже. А потом узнала, что в тот день в кафе, где мы условились встретиться, случился сильный пожар. И именно в то время, когда я должна была быть там.

Конечно, у некоторых людей развита интуиция. Хотя, может, это лишь ряд совпадений. Кассель решил не придавать рассказу значения.

– Такое происходит пару раз в год. Сначала я думала, что это случайность… Но однажды вышло настолько удивительно, что я даже спросила Юнсыль, как она могла знать.

– И что Юнсыль ответила?

– Сказала, что просто видела.

– М-м?

– Видела во сне.

Кассель был шокирован этим неожиданным заявлением. Получалось, Юнсыль видит вещие сны. Один или два раза можно списать на простое совпадение или на переживание в дреме уже существовавшего беспокойства. Но что, если это не совпадение? Не просто проявление тревожных мыслей?

Почему Юнсыль в свои четырнадцать лет до сих пор уверена, что сны реальны? Каким бы наивным ни был ребенок, с возрастом он начинает думать, что все это лишь сказки. Так почему же с Юнсыль не так?

Почему Кассель появился именно из ее сна? До сих пор принц был настолько занят другими мыслями, что не задавался этим вопросом.

Почему из огромного множества снов он попал в сон Юнсыль? Кассель начал догадываться. В Юнсыль было что-то необычное.

Ужин начался в уютной атмосфере. Кассель, который всегда ел в больших банкетных залах, не привык сидеть так близко к другим людями, но подумал, что это очень по-семейному и по-своему приятно. Однако брать еду палочками из одной со всеми тарелки казалось немного негигиеничным… В Королевстве Грез существовала поговорка: «Попадая в реальный мир, следуй его законам». И Кассель решил по возможности не отступать от этого правила. Он впервые ел такую простую еду, но она пришлась ему по вкусу. Во время ужина члены семьи перекинулись лишь парой слов, поэтому за столом было в целом довольно тихо.

Кассель охотно отвечал на все вопросы родных Юнсыль, параллельно размышляя о «тайне», скрытой в девочке. Так или иначе, у Юнсыль имелась какая-то связь с Королевством Грез. И он должен был это выяснить.

Закончив ужинать, Юнсыль и принц вымыли посуду и вместе вернулись в комнату. Кассель решил в первую очередь задать вопрос, который волновал его больше всего:

– Юнсыль, ты и раньше знала о Королевстве Грез?

– М-м? Да нет… В сказках я о таком ни разу не читала.

– Тогда как…

– А что?

– Говорят, что ты видишь вещие сны.

Кассель сказал это с таким серьезным выражением лица, что Юнсыль расхохоталась. Как будто она только что услышала какую-то ерунду.

– Это тебе моя мама заявила? Может, она еще сказала, что считает меня каким-то особенным человеком? В детстве мама называла меня музыкальным гением, вундеркиндом и одаренной гимнасткой и таскала по разным кружкам.

Юнсыль покачала головой, как будто ей было смешно даже думать об этом, и продолжила:

– Это все просто совпадение. И не было похоже на вещий сон. Разве такие сны не должны быть какими-то особенными? Они же как откровение свыше.

– Вовсе не обязательно, да к тому же…

– Кроме того, это случилось всего несколько раз. И много лет назад, когда я была совсем маленькой.

– Ты в детстве видела во сне что-нибудь странное?

– В смысле – странное? Призраков? Санту? Семерых гномов? Техасскую резню бензопилой?

Что, черт возьми, этот ребенок видел в своих снах… Неужели Королевство Грез создает подобное? Кассель на мгновение задумался и нахмурился.

Он не знал, то ли Юнсыль ничего не помнит, то ли такого действительно не случалось, но, как бы то ни было, она все отрицала, да и в любом случае Кассель не надеялся, что получит внятный ответ. Пока что он решил просто позаимствовать сон Юнсыль и вернуться в Королевство Грез.

– Нам нужно еще что-то подготовить?

– Нет, но мне необходима пыльца снов… Я схожу в свою комнату и принесу ее.

Кассель вернулся к себе и осторожно взял Тингл, которая продолжала лежать в уголке на подушке. Юнсыль была в полном восторге от феи. Увидев спящую на руке Касселя Тингл, она не смогла сдержать возглас восхищения.

– Какая она крошечная, милая, очаровательная и красивая!

Восторг Юнсыль позабавил принца. Он легонько подтолкнул Тингл, чтобы разбудить ее.

– М-м…

– Тингл! Тингл!

– Ваше сиятельство, я хочу еще поспать немного…

– Тебе пора вставать. Ты дремала больше двадцати часов. Почему ты так долго спишь?

Тингл с трудом открыла глаза. Феи, конечно, те еще сони, но не до такой же степени. В среднем они отдыхают около двенадцати часов в сутки, десять, если у них много работы, и около пятнадцати часов в выходные дни. К тому времени, когда Кассель попал в комнату Юнсыль около одиннадцати вечера, Тингл уже спала.

Принц не оставлял попыток разбудить фею, и наконец она встала, потирая глаза.

Тингл потянулась на ладони Касселя и зевнула. Юнсыль стояла рядом и разинув рот наблюдала за каждым жестом феи. Выражение лица девочки, казалось, говорило: «Ты такая маленькая и милая. Скажи что-нибудь!» По всей видимости, она уже влюбилась в Тингл.

– Я очень хочу спать, Ваше сиятельство. Меня еще никогда так не клонило в сон…

– Прости, что разбудил тебя. Но ты должна кое-что сделать. Какое твое последнее воспоминание?

– М-м… Помню страшное чудовище. Помню, как я повсюду следовала за вами, чтобы защитить. А потом, в конце, когда вы нарисовали волшебный круг, я полетела вместе с вами, потому что я же помощница принца.

Кассель был глубоко тронут, что такое крошечное существо желало защитить его в опасной ситуации. Тингл выпорхнула из рук Касселя и стала летать вокруг него, – должно быть, она окончательно проснулась. Юнсыль снова округлила глаза.

– Тингл, спасибо тебе большое.

– Я просто делаю что должна… Кстати, а что я должна была сделать?

– Может, у тебя есть пыльца снов? Мне нужно срочно попасть в Королевство Грез, а у меня нет ни крупинки.

– Есть, конечно! Феи грез всегда носят с собой пыльцу на случай чрезвычайной ситуации. Но так как это заначка для экстренного использования, ее немного.

– Мне нужно совсем чуть-чуть. Большое спасибо. Давай попробуем вместе вернуться в Королевство Грез. Вероятно, мы не сможем остаться там навсегда из-за Пожирателя снов, но…

Тингл сделала глубокий вдох и с выдохом развеяла разом всю пыльцу. Из ее легких появился таинственный порошок, напоминающий Млечный Путь. Это выглядело настолько фантастично и красиво, что Юнсыль ахнула от восхищения. Тингл аккуратно собрала парящую в воздухе пыльцу.

– Юнсыль, может, тебе лучше лечь на кровать? Вдохни этот порошок, и тогда ты сможешь уснуть. А когда тебе начнет сниться сон, я войду в него. Может быть, даже в моем нынешнем теле…

– Я ужасно нервничаю. Ведь отправляюсь в свое первое фантастическое путешествие…

Юнсыль легла на кровать, не в силах скрыть улыбку на лице. Она посмотрела на Касселя сверкающими глазами, полными предвкушения. Тингл высыпала пыльцу снов прямо в нос Юнсыль.

Через некоторое время та медленно погрузилась в сон. Кассель убедился, что Юнсыль крепко спит, и повернулся к фее.

– Тингл, ты останешься здесь и будешь собирать новую пыльцу из снов Юнсыль. Так она образуется естественным образом.

– Хорошо, Ваше сиятельство… Собрать пыльцу проще простого, поэтому не волнуйтесь и будьте осторожны!

– Последний раз я входил в чужой сон еще на школьной практике. Как думаешь, у меня получится?

– Конечно! Вы же величайший Ткач снов в истории!

Кассель улыбнулся, погладил Тингл по голове, а затем подошел к Юнсыль. Он положил кончик указательного пальца на ее лоб и глубоко вздохнул. Вдруг его руки ярко засветились, и Кассель исчез.

В комнате остались только спящая Юнсыль и Тингл. Фея закрыла глаза и сосредоточилась на приказе Касселя.

Луга и руины

Юнсыль проснулась на большом лугу. Раньше она никогда здесь не бывала. Девочка медленно пошла вперед, оглядываясь по сторонам. Тут не было ничего, кроме бескрайнего поля: ни цветов, ни деревьев, ни жужжания мелких насекомых. Лишь безоблачное лазурное небо над зеленым морем травы. Юнсыль посмотрела вверх, но не смогла найти солнца.

– Сейчас же день…

Впрочем, Юнсыль не нашла в этом ничего удивительного. Как будто с самого начала без солнца было даже более естественно. Сама не зная, с чего так подумала, она продолжила идти вперед.

Через некоторое время Юнсыль вдруг задалась вопросом: «Почему я здесь?» Ей показалось, что она что-то забыла, и Юнсыль оглянулась назад. Следов на траве не было. Юнсыль хмыкнула, покачала головой и снова двинулась вперед.

Какое-то время девочка просто шла, ни о чем не думая. Вопросы о том, почему она здесь и куда идет, отпали сами собой. Девочка даже забыла свое имя. Она просто существовала в этом пространстве и поэтому шла.

Как вдруг…

– Ай!

Кто-то с грохотом свалился на землю будто бы из ниоткуда. Впервые за долгое время девочка увидела что-то, кроме травы и неба.

– Ох, почему я все время так падаю? – заворчал этот кто-то и встал, держась за поясницу.

Девочка стояла неподвижно и смотрела на него. Она не могла понять, это женщина или же мужчина.

На человеке был костюм как у настоящего принца из сказки. Светлые волосы, по цвету схожие с золотыми эполетами на мундире, были коротко подстрижены, – он был ослепительно красив. А еще в нем ощущалось что-то притягательное, к чему внешность не имела прямого отношения.

Девочка подошла к нему. Он помахал ей рукой и улыбнулся, как будто наконец заметил ее. Его глаза были светло-голубыми, как небо. Словно несколько кусочков отломились от лазурного небосвода и слились с его радужками.

– Юнсыль!

Юнсыль? Что это такое? Она задумалась, чувствуя, что должна помнить значение этого слова. Девочка откуда-то знала это имя…

Точно, имя!

Это же ее имя. Только тогда Юнсыль поняла, что уже давно не дышит. Она сделала глубокий вдох и из-за головокружения рухнула навзничь прямо там, где стояла.

– Юнсыль! В чем дело? У тебя кружится голова?

Принц бросился к ней и стал трясти обмякшее тело. Лицо Юнсыль было бледным, а глаза пустыми. Кассель занервничал. Нельзя, чтобы с ней произошло что-то плохое. Он не мог допустить, чтобы из-за него и его целей погиб человек, который был так добр к нему.

Наконец ее легкие наполнились воздухом. Как же долго она задерживала дыхание! Юнсыль вспомнила свое имя, семью. С каждым новым вдохом в ее памяти всплывали все забытые картинки.

– Что случилось? Что-то не так? Нет, этого не может быть…

Незнакомец смотрел на Юнсыль глазами, полными отчаяния. Только увидев их, она вспомнила своего собеседника.

– Кассель…

– Ха, ты в порядке, да? Нет, нет, нет. Сначала мне надо вернуться…

Юнсыль нежно держала принца за руку, пока тот рисовал магический круг. Хотя это было легкое прикосновение, Кассель боялся пошевелиться.

– Все нормально. Просто я очень долго шла.

Юнсыль старалась держаться. Кассель нахмурил брови и внимательно посмотрел на нее. С каждым вдохом цвет ее лица постепенно улучшался. Принц наконец убрал ладонь. Он медленно положил Юнсыль, которую все еще держал в руках, на траву и сел рядом с ней.

– Что произошло? – спросил Кассель, вздохнув с облегчением.

– Не знаю. Я просто шла и, пока шла, забыла, кто я…

– Забыла, кто ты?

Юнсыль кивнула и продолжила:

– Я забыла, кто я и зачем здесь оказалась. Ничего не помнила и просто продолжала идти. Как человек, который движется просто потому, что жив.

– Вряд ли это из-за пыльцы снов. В чем же дело?

Кассель погрузился в раздумья, но тут Юнсыль хлопнула его по руке. Он вновь посмотрел на девочку. Казалось, теперь она была в полном порядке. Юнсыль повернулась на бок и спросила:

– Это и есть Королевство Грез? Здесь ничего нет…

– Нет. Мы все еще в твоем сне, или, точнее, в самой глубокой части сна, в подсознании. Это твоя сущность, и ты не могла бы попасть сюда обычным путем. Я специально привел тебя сюда.

– Мое подсознание настолько пустое?

Вообще-то, его нельзя было назвать пустым. Уж кто-кто, а Кассель знал, что такое действительно пустое подсознание. В таком не было ни света, ни тьмы, ни мыслей, ни каких-либо признаков жизни. И никакой красоты.

Подсознание Юнсыль было полным. Луг – достаточно широкий, чтобы построить все, что она захочет, небо – ошеломляюще прекрасное даже без солнца и облаков. Ее подсознание было готово в любой момент принять новое.

Вместо того чтобы ответить на вопрос Юнсыль, Кассель встал. Она тоже поднялась, ухватившись за руку, которую протянул ей принц. Юнсыль все еще выглядела встревоженной. Она очень переживала, задаваясь вопросом, нет ли в ней чего-то ненормального. Кассель коротко буркнул:

– Да полное оно.

Принц был так занят поиском способа вернуться в Королевство Грез, что не заметил, как изменилось лицо Юнсыль, когда она услышала эти слова.

Оба двинулись дальше. Они шли долго, но, вероятно, поскольку находились во сне, она не чувствовала усталости. Через некоторое время Кассель остановился.

– Мы на месте?

– Еще нет, но, кажется, уже почти…

– Где же оно находится, это Королевство Грез, что нам приходится так долго идти? Оно вообще здесь?

– Не столько здесь, сколько… Нам нужно добраться до края твоего сна. Край каждого сна – это граница Королевства. Но обычно область сновидения не такая большая. Чаще всего это замкнутое пространство. Но твой сон действительно масштабный, поэтому граница довольно далеко.

– Да, по правде говоря, у меня сны всегда необъятные.

Будто хвастаясь этим, Юнсыль нарочито расправила плечи. Кассель усмехнулся и опустился на одно колено. Быстро осмотрев землю под травой, он понял, что та пахнет совсем не так, как раньше: то был аромат пыльцы снов, который не почувствовал бы ни один человек, его могли уловить только Ткачи снов.

– Здесь.

Юнсыль в замешательстве огляделась. Они все еще находились посреди луга.

– Это край?

– Да, здесь граница Королевства Грез. Я расчищу нам путь…

– Подожди, Кассель! Подожди!

Кассель уже было собирался начертить магический круг, но Юнсыль схватила его за руку.

– Ты же говорил, что Королевство Грез было разрушено Пожирателем снов. А что, если мы его встретим?

Кассель глубоко вздохнул. Из-за страха он вычеркнул из памяти все воспоминания о встрече с драконом. Принц надеялся, что ему не придется снова столкнуться с чудовищем.

– Ничего такого не произойдет. Наверняка он уже съел все сны в королевстве. И вообще, моя цель сегодня – просто взглянуть, что там происходит, так что все будет в порядке.

– Ну а вдруг он все еще там? В принципе, я не против, чтобы меня съели, – ведь это всего лишь сон. А что насчет тебя? Ты же не умрешь, если тебя проглотят?

Слова Юнсыль удивили Касселя. Пусть все происходило во сне, но это не означало, будто он готов был пойти на ужин Пожирателю снов. Мы во сне – это наше подсознание. Если во сне человек умирает – не когда он просыпается после того, как ему приснилось, что он умер, – он теряет свое подсознание. В таком случае, даже если несчастный проснется, ему придется жить без души.

Стоит ли говорить об этом Юнсыль? Совесть подсказывала, что принц должен быть с ней честен, но он боялся: вдруг расскажет правду, а Юнсыль больше не захочет ему помогать.

А еще…

Касселю вспомнились наставления королевы.

«Ваше сиятельство, сон – это зеркало подсознания. Когда вы станете королем, все сны будут под вашим контролем, и они могут измениться вслед за переменами в вашем характере. Чтобы сохранить сны всех людей такими, какие они есть сейчас, важнее всего следить за состоянием своей души».

Все, чему учила королева, было для Касселя абсолютной истиной.

Наконец он заговорил:

– Юнсыль, послушай. Даже если это всего лишь сон, полная смерть здесь может сильно повлиять на твой разум и душевное состояние, так что всегда будь осторожна, и…

– Все в порядке! Приключения – всегда отчасти риск. Разве это проблема? Я вот больше о тебе беспокоюсь.

Касселю уже однажды удалось сбежать от Пожирателя снов. И хотя где-то в глубине души он сожалел об этом, возможность того, что удастся провернуть трюк еще разок, была довольно велика. Достаточно нарисовать магический круг, и они с Юнсыль в любой момент вернутся в реальность.

– Не отходи от меня ни на шаг. Как только я увижу Пожирателя снов, то начерчу магический круг, и через него мы убежим. Поэтому будь всегда рядом, пожалуйста.

– Не волнуйся. Может, нам за руки взяться?

Юнсыль сказала это просто так. Однако Кассель неловко улыбнулся и протянул ей руку. Девочка на мгновение замешкалась, ведь она лишь пошутила, но потом осторожно вложила свою руку в ладонь Касселя.

Принц начертил в воздухе магический круг. Пыльца снов, стекавшая с кончиков его пальцев, образовала замысловатый узор, который выглядел как переплетение множества символов и линий. Некоторые из них соединялись между собой и напоминали шестеренки. В обычной ситуации Юнсыль была бы поражена и заинтригована происходящим, но сейчас она даже не могла сосредоточиться, потому что держала Касселя за руку и пыталась успокоить свое выпрыгивающее из груди сердце.

Когда круг был завершен, Кассель наполнил его силой Ткача снов – и тут он засветился и пришел в действие. Переплетенные части закрутились, как упомянутые шестеренки, и на их месте появился большой портал.

– Ну что, пойдем?

– Ага!

Кассель и Юнсыль одновременно вошли в портал. Она почувствовала, как ее засасывает внутрь, и еще крепче зажмурилась. Ее тело, которое впервые пересекало границу между измерениями, подавало странные сигналы. Живот свело, словно ее вот-вот вырвет, голова закружилась, а ноги ослабли. Симптомы очень напоминали морскую болезнь. Юнсыль изо всех сил пыталась сдержать подступающую к горлу тошноту.

Наконец они добрались до пункта назначения. Кассель давно привык к такого рода перемещениям, для него они не были чем-то особенным. Однако едва принц вышел по другую сторону портала, он чуть не потерял дар речи от зрелища, которое предстало перед его глазами.

– Юнсыль, мы на месте. Что еще за чертовщина?

Услышав, как изменился голос Касселя, Юнсыль приоткрыла глаза. На краткий миг ей удалось оценить, как прекрасна природа Королевства Грез и как величественен дворец, которые, даже пострадав от лап Пожирателя снов, сохраняли частичку былого очарования.

Но все же Юнсыль тоже лишилась дара речи. Прекрасного Королевства Грез, о котором Кассель рассказывал ей при первой встрече, нигде не было. Горы, реки и поля тоже куда-то пропали.

Пожиратель все сровнял с землей и засыпал песком и камнями. Земля высохла и растрескалась из-за огня, что исходил из пасти дракона. Раньше при свете закатного солнца поля Королевства Грез ослепительно сияли благодаря ярким плодам сновидений. Но теперь они превратились в пустыню. Немногие уцелевшие деревья были сильно обожжены и напоминали обугленные пеньки. От пыльцы снов, которая заставляла воздух в Королевстве Грез искриться и сверкать, не осталось и следа – Пожиратель уже давно поглотил ее. Здания, когда-то такие прекрасные и полные покоя, превратились в бесформенные руины. Из-за пожаров, которые виднелись то тут, то там, небо было красным, как при кровавом закате. Солнце заволокло дымом, поэтому повсюду царила темнота, несмотря на полуденный час. Создавалось ощущение, будто весь мир окрасился в пепельно-красный оттенок. До побега Касселя ситуация была не так плоха.

Лишь королевский дворец стоял нетронутым, как могло показаться на первый взгляд. Но, приглядевшись повнимательней, можно было заметить, что некоторые части его разрушены, а сам он пострадал от пожара. Кассель взглянул на флаг королевства, что развевался на ветру на самом высоком шпиле дворца. Он уже более чем наполовину сгорел, герб исчез, но само полотнище все еще висело.

Кассель пошатнулся и упал на колени. Рука, которая крепко держала Юнсыль, разжалась. Даже в этот момент, закрыв глаза, он все еще мог увидеть перед собой прекрасное Королевство Грез. Поля, где резвились феи и Ткачи, полноводные реки, что искрились, как Млечный Путь, солнце, которое было не слишком жарким и не слишком холодным, две луны, что загадочно освещали небо разными цветами…

Ничего из этого не осталось.

Кассель набрал горсть земли. Обычно почва здесь была плодородной и влажной, и, куда бы ни попал сон, он быстро вырастал и давал много плодов. Но сейчас земля в руке Касселя была сухой и безжизненной, и стоило ему поднять ее, как она рассыпалась, словно пыль.

Юнсыль первой оправилась от шока и, взяв за руку поникшего Касселя, помогла ему подняться на ноги. Она заботливо смахнула грязь с брюк принца.

– Можно все восстановить. Все создать заново. Ты же сам сказал. Надо только найти Камень грез.

Кассель смотрел на Юнсыль стеклянными, ничего не видящими глазами. Дело в том, что первое, о чем он вспомнил, когда оторвался от созерцания открывшегося перед ним зрелища, были король и королева.

– Отец, мама…

Юнсыль обняла и похлопала по спине рыдающего Касселя. Принц был гораздо выше и крупнее девочки, поэтому, даже привстав на цыпочки, она едва могла дотянуться до его плеч, чтобы заключить в объятия.

– Все будет хорошо, с ними все нормально…

Кассель покачал головой, несмотря на робкие заверения Юнсыль. Интуиция подсказывала ему, что родители, которые наверняка в первых рядах боролись с Пожирателем снов, погибли. Его сводила с ума мысль, что где-то на этой земле его отец и мать были раздавлены Пожирателем снов.

Когда Ткач умирает, он превращается в пыльцу и разлетается по ветру. Она смешивается с воздухом и землей и становится питательной средой для взращивания сновидений. Таким образом, Ткач становится новым сном и возрождается в ином облике. Но в королевстве не осталось ни горстки пыльцы. Пожиратель снов навсегда забрал у него родителей.

Из глаз Касселя полились слезы. Он ничего не говорил, ничего не делал, просто плакал в объятиях Юнсыль. Девочка не знала, что предпринять, и пыталась утешить принца, как могла.

– Это не твоя вина. Ты ничего не мог сделать…

Через какое-то время Кассель, пошатываясь, выпрямился. Голова кружилась от долгих рыданий. Юнсыль с беспокойством посмотрела на принца и поддержала его за руку.

– Пойдем во дворец. Я посмотрю, не осталось ли там чего-нибудь, – сказал Кассель низким хриплым голосом.

Юнсыль прикусила губу. Она хотела отговорить принца, но было очевидно, что Кассель не послушается. В итоге Юнсыль пролепетала лишь:

– Давай посмотрим немного, а потом вернемся. Там может быть опасно.

Дорога к дворцу оказалась неровной из-за множества рытвин. Во сне Юнсыль идти было так легко, но в Королевстве все обстояло иначе.

Здесь их не ждали сказочные чудовища, которые заточают в башню принцесс. Зато воздух был плотным и густым от пепла и жара опустошенной земли – дышать становилось трудно. Пот стекал ручьем, но, даже быстро испаряясь от температуры, капли снова и снова катились по лицу, щипля глаза. Кассель снял мундир и вытер мокрое лицо Юнсыль. Затем схватил сопротивляющуюся девочку за руку и потянул за собой в сторону дворца.

– Кх, кх… Я хочу пить…

Пройдя всего два или три шага, Юнсыль начала задыхаться. Сухой воздух вызывал сильную жажду, но поблизости нигде не было воды. Она упала в изнеможении. Кассель тоже был сильно измотан, но, не сказав ни слова, он взял Юнсыль на руки и продолжил идти.

Хотя дворец был наполовину разрушен, внутри здания жара чувствовалась не так остро. Кассель ускорил шаг. От мерного покачивания у Юнсыль слипались глаза, она не могла больше бороться со сном и в конце концов задремала.

Так они брели еще какое-то время. Солнце зашло за горизонт, и небо стало еще темнее, чем прежде. Наконец они добрались до королевского дворца. Главный вход сгорел дотла, и от него ничего не осталось. Кассель осторожно встряхнул Юнсыль, приводя ее в чувство.

– Юнсыль, пришли.

Она даже не шевельнулась. Не став больше ее будить, Кассель так и вошел во дворец и первым делом направился в свою комнату. Толкнув приоткрытую дверь, он шагнул внутрь и обнаружил спальню целой и невредимой, хоть и покрытой пеплом и пылью. Кассель откинул черное одеяло: под ним скрывался кристально-белый матрас. Принц уложил Юнсыль на кровать и задернул шторы, чтобы хоть немного уменьшить жар.

Затем Кассель направился в примыкающую к комнате ванную. Включил кран, но вода не пошла. В общем-то, он не сильно надеялся, но все равно было неприятно. Кассель решил передохнуть прямо там, в ванной, и сел на пол. Холодный мрамор постепенно успокаивал разгоряченное тело. Веки становились все тяжелее.

– Мне нельзя засыпать…

Но измученное тело не хотело повиноваться разуму. Глаза Касселя закрылись.

Юнсыль проснулась из-за режущей сухости в горле. Вокруг все еще стояла жара, но не такая изнуряющая, как прежде. По крайней мере, пот уже не лился градом.

– О… вода…

Юнсыль схватилась за шею и села на кровати. Протерла еще сонные глаза, отдернула шторы и огляделась по сторонам: эту комнату она видела впервые. Обстановка немного потускнела, но все еще производила впечатление.

– Где это я? – сказала себе Юнсыль и, почувствовав невыносимую боль в горле, тут же снова обхватила шею. Она даже собственный голос не узнала.

Юнсыль слезла с кровати. На полу в ванной она заметила Касселя, который спал в неудобной и даже странной позе.

– Кассель! Кассель! – едва слышно прошептала Юнсыль, потому что голос у нее практически пропал.

Принц вздрогнул и проснулся. Он поморщился: у него затекла шея.

– Юнсыль.

Он хотя бы мог говорить. У Юнсыль же получалось только шептать:

– Сколько времени прошло? У тебя есть вода?

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Я в порядке, но у меня очень болит горло. А как ты? У тебя есть вода?

– У меня тоже болит горло. Что касается воды… видимо, придется поискать. В подвале дворца есть убежище. Давай сначала сходим туда, а по пути осмотрим покои.

Кассель отряхнулся, встал и вместе с Юнсыль вернулся в свою комнату. Вокруг было гораздо светлее, чем до того, как они заснули, – возможно, потому, что уже наступил день. Но от этого жара становилась еще невыносимее. В конце концов Кассель снял с себя всю громоздкую верхнюю одежду, оставшись лишь в тонкой рубашке и брюках.

Принц и девочка вместе вышли из комнаты. Юнсыль с любопытством оглядела дворец и спросила:

– А разве ты не можешь просто сотворить воду? Если ты Ткач снов, не означает ли это, что тебе под силу делать во сне все, что захочешь?

– Конечно, Королевство Грез – это мир, существующий во сне, но здесь не действует сила Ткачей. Даже нам не дано управлять чужими снами в королевстве по своему усмотрению. Да, можно пользоваться какой-нибудь простой магией, но уж точно не заклинанием на создание.

– Но при этом ты можешь спать во сне?

– Теоретически да. Когда я жил в королевстве, то, естественно, спал. Но обычно я этого не делаю, потому что попадаю в короткие сны… – объяснил Кассель, осторожно спускаясь по сломанной в нескольких местах лестнице. По пути он поддерживал Юнсыль, которая и так пару раз чуть не свалилась.

Спустившись на два этажа, они попали в огромный зал. Раньше его использовали как парадную гостиную. Люстра, которая когда-то сияла на потолке, была разбита вдребезги. Сердце Касселя сжалось от тоски по старому Дворцу грез: закрыв глаза, принц отчетливо представлял его былой облик.

Этажом ниже находился подвал. Так как Пожиратель снов уничтожил все подземные помещения, подвал тоже был разрушен. Фонари, которые при помощи пыльцы снов освещали путь, пропали, и Касселю пришлось самому приманить ее, чтобы создать источник света. К счастью, впереди показалась узкая щель между завалами – через нее вполне сумел бы протиснуться человек.

– Это может быть опасно.

– Пока мы ничего не трогаем, все будет в порядке, верно же? И кстати, в подземелье есть тюрьма?

– В Королевстве Грез нет такого понятия, как преступление. Потому что нет тех, кто их совершает. Единственное, что можно с натяжкой назвать преступлением, – это отлынивание от долга… поэтому под землей нет тюрьмы, только убежище, кладовая и сокровищница. Когда доберемся до убежища, то найдем там запас воды.

– Тогда пошли быстрее.

Они ускорили шаг. К счастью, убежище оказалось недалеко от лестницы, по которой они спустились, и, хотя дверь была сломана, внутри все осталось цело благодаря крепкой конструкции. Друзья довольно быстро нашли воду. Сначала Кассель дал бутылку Юнсыль, а потом взял другую себе.

– Даже пыль сюда почти не попала, – сказала Юнсыль. Она выпила всю воду за раз и теперь держала в руках чистую стеклянную емкость.

Кассель кивнул, им действительно повезло.

– И что мы теперь будем делать?

– Вообще-то, моей первоначальной целью было буквально осмотреться вокруг… но что-то я слишком увлекся. Прости.

– Да брось. Мне же все равно было любопытно, что это за место и на что оно похоже.

Кассель улыбнулся.

– Ты, наверное, ожидала большего. Надеюсь, не сильно разочарована, увидев его в таком состоянии?

– Нет! Вовсе нет! И мы ведь сможем все восстановить, как только найдем и соединим осколки Камня грез?

– Я не уверен, но мои знания о силе Камня дают мне основания думать, что это возможно. Да и в целом Королевство Грез сохранилось именно благодаря Камню. Так что я почти уверен, что мы сможем все восстановить.

Кассель и Юнсыль вышли из убежища, держа в руках по две бутылки воды.

– Сейчас мы отправимся в кладовую, чтобы забрать побольше хранящейся там пыльцы. А потом, если останется время, попробуем заглянуть в сокровищницу и поискать осколки Камня грез.

– Кажется, что мы здесь уже целый день. Сколько же времени прошло в реальном мире?

– Трудно сказать, потому что от одного и того же сна некоторые люди просыпаются через десять минут, а некоторые – через два часа. Но вообще видеть слишком длинные сны нехорошо.

Кассель и Юнсыль направились в кладовую пыльцы снов, которая находилась еще глубже, чем убежище. А по мере приближения к сокровищнице в памяти Касселя все чаще всплывали воспоминания о встрече с Пожирателем.

Его массивное тело и крылья, огромные лапы с острыми когтями и жуткие красные глаза… В этих глазах не было ничего, кроме неутолимого голода по сновидениям и бесконечной жадности. Они пугали Касселя до такой степени, что у него перехватывало дыхание, а одна мысль о них заставляла его дрожать и обливаться холодным потом.

– Кассель, ты в порядке?

– …Да.

Юнсыль украдкой взглянула на бледное лицо Касселя и последовала за ним вниз по лестнице.

– Пришли.

– Она что, заперта?

На двери Кладовой хороших снов красовался большой висячий замок. Воспоминания о Пожирателе снов появлялись каждый раз, стоило Касселю прикрыть глаза. Принц прислонился к стене и попытался перевести дыхание. Поэтому вместо Касселя к двери подошла Юнсыль и начала бездумно тянуть замок. Он несколько раз щелкнул, но больше ничего не произошло. Пыльца снов считалась самым важным сокровищем Королевства Грез, а замок, ответственный за ее сохранность, конечно, был крепче любого другого. В конце концов Юнсыль сдалась, посчитав, что с нее хватит. Внимательно осмотрев замок, она спросила:

– В нем даже нет скважины? Он такой прочный; похоже, его так просто не сломать. Неужели тут нет какого-нибудь инструмента, который мог бы разрезать замок?

Пока Юнсыль осматривалась вокруг, Кассель медленно подошел к запертой двери.

– Он заколдован. Его нельзя открыть ни ключом, ни инструментом. А если точнее – на весь склад наложено защитное заклинание.

Из кончика его указательного пальца исходило яркое сияние пыльцы снов. Он принялся чертить магический знак. Но рука дрожала, и часть круга получилась неровной, поэтому Кассель стер ее и нарисовал заново. Когда руки начинали трястись слишком сильно, принц и вовсе останавливал работу. Так что ему потребовалось много времени, чтобы закончить круг целиком.

Дорисовав символ, Кассель наполнил его своей энергией, круг ярко засветился и пришел в действие. Шестеренки его начали медленно вращаться. Когда самая большая сделала около четырех оборотов, механизм, который, казалось, отлично работал, вдруг перестал функционировать: самая крупная шестеренка и вторая по величине никак не хотели сцепляться друг с другом. Их заклинило, а ужасный скрежет лишь подтверждал поломку. Шестеренки беспрерывно скрипели, пытаясь прийти в движение, но в конце концов в какой-то момент просто рассыпались в воздухе.

– Ой.

– Что? Ничего не происходит?

– У меня не выдержала рука… Хотя подожди…

Кассель никогда раньше не совершал подобной ошибки. Пусть все, что он сейчас испытывал, было для него в новинку, магия по-прежнему оставалась его самой сильной стороной. Да и заклинание для открытия замка было не таким уж сложным. Кассель со всей силы ударил кулаком по стене, потрясенный первой в своей жизни неудачей.

– Ой, ты меня так испугал. Что случилось?

– У меня не вышло. Я нарисую его снова, но у меня сейчас так трясутся руки… О, прости, что напугал тебя.

– За что ты извиняешься, если просто можешь еще раз его начертить? В любом случае ты единственный можешь открыть замок, Кассель. Неудивительно, что магический круг не работает, если его неправильно нарисовать.

Юнсыль продолжала болтать как ни в чем не бывало. Кассель попытался вернуть себе самообладание и снова начал создавать магический круг. Словно в подтверждение, что вся сила сосредоточена в его руках, пыльца снов, исходившая из кончиков пальцев, засияла еще ярче.

В памяти Касселя всплыли наставления королевы. Он учился у нее магии с самого раннего возраста. Она была прекрасной матерью и в то же время великим магом. Несмотря на то что король и Кассель обладали более выдающимися навыками Ткачей снов, королева лучше всех в Королевстве Грез умела рисовать магические круги.

«Сохраняй спокойствие в любой ситуации, Кассель. Нарисовать магический круг сложнее, чем ты думаешь. Если он будет хоть немного неправильным, то ничего не получится. Если разум ослабевает, то и кончики пальцев тоже. Сохраняй спокойствие и самообладание. Разум должен быть похож на озеро, а не на океан. Очень спокойное, тихое озеро без волн».

Он глубоко вздохнул и начал заново с особой тщательностью вычерчивать магический круг. Кассель представил себе озеро, такое спокойное и неподвижное, что даже ветер не колышет его глади. Кончики пальцев прекратили дрожать, а взгляд стал неподвижным.

Наконец Кассель снова наполнил магический круг, и замок заработал. Гудел он очень громко. С этим звуком один за другим отпирались замысловатые затворы. Затем замок с грохотом упал на пол.

– О, он открылся! – воскликнула Юнсыль.

Она распахнула обе двери, и перед ней предстала огромная кладовая пыльцы снов. На полках стояли стеклянные баночки с волшебным порошком. В кладовой не было специального освещения, но пыльца, напоминающая Млечный Путь, источала собственный свет. Лицо Касселя будто переняло его и волшебным образом засияло. Юнсыль мгновение завороженно смотрела на него, а затем заставила себя вернуться к делу.

– Ты же говорил, что Пожиратель снов съел всю пыльцу?

Юнсыль осторожно взяла флакон и протянула Касселю, который внимательно осмотрел его со всех сторон.

– Пыльца снов должна быть герметично закрыта в стеклянной банке, иначе она рассеется в воздухе. Видишь, горлышко плотно запечатано? Наверное, поэтому мы не видели здесь ни одной песчинки.

– Хотя бы в этом нам повезло! Но разве мы сможем унести ее всю? Здесь так много.

– Давай пока возьмем ровно столько, сколько нам может понадобиться. Тингл она тоже будет нужна, поэтому, я думаю, примерно четыре флакона. Все равно пыльца здесь в полной сохранности, поэтому мы можем просто снова запереть дверь и повесить замок обратно.

Юнсыль взяла в руки две баночки. Стеклянные флаконы размером с бутылку для воды доверху полнились пыльцой снов, но при этом их вес совсем не ощущался, словно они были пустыми.

– Потрясающе. Она такая легкая! – удивленно пробормотала Юнсыль.

– Пыльца снов ничего не весит.

Кассель взял еще один пузырек, и они вдвоем покинули кладовую. Заперев замок тем же способом, что и открывал, Кассель вместе с Юнсыль направился вглубь подземелья.

И в этот момент дворец сильно задрожал, как будто произошло землетрясение.

– Ой!

Юнсыль потеряла равновесие и упала, выронив флакон, который держала в руках. Из разбитого стекла поднялась пыльца снов. Она мгновенно рассеялась в воздухе, окрасив его разноцветными искрами. Кассель бросился к упавшей девочке и рукой прикрыл ей рот и нос.

– Не вдыхай! Параллельные сны опасны. Я сейчас уберу ладонь, а ты задержишь дыхание, договорились?

Юнсыль кивнула – Кассель отнял руку с ее лица и помог ей подняться на ноги. Тут принц увидел, что проход в сокровищницу завалило, и быстро пересмотрел свой план. Они не смогут там пройти, значит, нужно быстрее выбираться отсюда.

Но что это за землетрясение?

В Королевстве Грез не бывает стихийных бедствий. Само по себе оно является абсолютным пространством. Поэтому в данной ситуации существовало только две возможные причины землетрясения.

Либо обвалилась часть полуразрушенного дворца, либо…

Откуда-то пришла волна тепла. Такой жары они не ощущали с тех пор, как оказались под землей. Кассель машинально повернул голову в сторону источника жара.

И встретился с красными глазами.

– А…

Кассель тихо застонал. Его пульс участился, сердце бешено колотилось. Один только вид чудовища наполнял принца таким глубоким ужасом, что он не мог пошевелить ни единым мускулом, и все же тело тряслось и дрожало помимо воли.

Он хотел сбежать. Он должен был сбежать. Он хотел выжить. Он должен был выжить. Но ничего не мог сделать.

Кассель лишь безучастно смотрел на медленно приближающегося Пожирателя снов. Все вокруг замедлилось. Крошечные частицы пыльцы, рассеянные в воздухе и медленно переливающиеся цветными искрами, камни на стене, шипящие и плавящиеся от дыхания дракона, биение пульса в собственной все еще дрожащей руке – и приближающиеся в темноте два красных глаза Пожирателя снов.

Наконец дракон просунул голову в тесный проход, а потом и сам вошел внутрь. Подземные коридоры Дворца грез за его спиной складывались как карточный домик, не выдержав напора громадного туловища. Кассель, интуитивно почувствовав приближение смерти, закрыл глаза.

– Кассель! – судорожно закричала Юнсыль, собрав последние силы и сделав глубокий вдох, ведь до этого она продолжала задерживать дыхание. И только тогда время принца снова потекло в правильном направлении.

Почувствовав аромат пыльцы, Пожиратель снов бросился на Касселя, но массивное тело застряло в проходе. Принц воспользовался заминкой и начал чертить магический круг. Это был тот же самый круг, который он нарисовал, когда спасался бегством в прошлый раз.

На этот раз кончики пальцев не дрожали, а разум оставался спокойным озером.

Когда Пожиратель снов уже готов был сожрать Касселя, магический круг засветился и активировался. Пространство треснуло, образовав щель. Кассель бросился в нее, схватив за руку Юнсыль, которая едва не потеряла сознание от долгой задержки дыхания. В одной руке он все еще держал пузырек с пыльцой снов.

Из пасти Пожирателя вырвался огонь. Через некоторое время пламя утихло. Но в комнате никого не было. Лишь пыльца из разбитого флакона поблескивала в воздухе.

За окном уже рассвело, и небо стало ярко-голубым. Кассель, как и в прошлый раз, попал в реальность, упав с кровати. Свалившись, он тут же вскочил на ноги. Края его одежды сильно обгорели. Он стряхнул сажу и пристально посмотрел на Юнсыль, которая все еще лежала на кровати.

– Юнсыль! Юнсыль?

Несмотря на то что они вышли из сна вместе, девочка так и не открыла глаза. Кассель поставил стеклянный флакон на пол и проверил пульс Юнсыль.

– Он слишком слабый.

Сердце Юнсыль билось, но чересчур медленно. Засучив рукава, Кассель тут же опустился на колени и начал делать ей искусственное дыхание. После того как он несколько раз энергично надавил ей на грудную клетку и дважды вдохнул воздух в легкие, Юнсыль наконец проснулась.

Она открыла глаза и закашлялась. Дело в том, что Юнсыль уже давно не дышала. Кассель облегченно вздохнул и вытер пот со лба.

– Фух, ты в порядке?

– Боже! Похоже, я воскресла из мертвых…

Юнсыль приподнялась с кровати. Кассель заботливо похлопал ее по спине и помог успокоиться. После долгой паузы она пробормотала:

– Я же только во сне задерживала дыхание, так почему же…

– Иногда сны влияют на реальность. Если ты умираешь во сне, то в реальном мире тоже уже не сможешь остаться целым и невредимым.

– Ладно, но, слава богу, все обошлось. А где же пыльца?

– Нам повезло, что я забрал с собой два бутылька, так что этого должно хватить на некоторое время.

Убедившись, что все уже позади, Юнсыль плюхнулась на кровать. Кассель же продолжил стоять рядом с ней на коленях, и, заметив это краем глаза, она похлопала по соседней половине.

– Что ты делаешь? Тебе же тоже сегодня непросто пришлось. Так что приляг ненадолго.

– Я же из Королевства Грез, поэтому в реальном мире не сплю.

– Тогда просто отдохни. – С этими словами Юнсыль снова закрыла глаза.

Очень медленно и осторожно Кассель лег рядом с ней. Не открывая глаз, она спросила:

– Который сейчас час?

– Половина седьмого. Много времени прошло.

– Скоро пора вставать… спать что-то совсем не хочется. Странно.

– Потому что физически ты все равно спала. Но так как испытала сильное напряжение, то могут начать болеть мышцы. И к тому же ты не дышала, поэтому будь сегодня осторожна. Если почувствуешь что-то неладное, сразу же отправляйся в больницу.

Юнсыль кивнула в ответ на предостережения Касселя. Через некоторое время она окончательно проснулась и повернулась к принцу. Ее глаза сияли. В этом блеске смешались радость, веселье, восторг и любопытство. Но прежде всего ее глаза были полны уверенности. Уверенности в том, что мир снов реален.

Она посмотрела на Касселя в упор и сказала:

– Все равно мне понравилось. Я, конечно, не могу сказать, что это было… весело. Но вышло захватывающе! Я узнала, что этот мир действительно существует. Значит, не ошиблась.

– Впредь я буду ходить один.

– Нет. Ни за что. Мы пойдем вместе. В конце концов, я должна сама быть в своих снах.

– А если я просто брошу тебя в твоем сне?

– Тогда я останусь там и примусь плакать, пока ты не вернешься. И буду делать это очень, очень громко. Пока ты не заберешь меня за то, что я так громко реву.

Кассель лишь холодно усмехнулся. Юнсыль продолжила издавать бессвязные звуки, чтобы рассмешить его. Это заставило Касселя на мгновение забыть о Королевстве Грез и своих родителях.

Он пообещал себе больше никогда не подвергать ее опасности. Но было очевидно, что если она на самом деле начнет плакать, то Касселю придется сдаться. Так они и лежали бок о бок еще довольно долго. Пока не пришло время идти в школу.

С тех пор они отправлялись в Королевство Грез ежедневно, за исключением тех дней, когда Юнсыль болела. Неприятных случаев потери памяти у нее больше ни разу не было.

Друзья тщательно готовились к возможной жаре и жажде в сновидениях Юнсыль, куда попадали до того, как войти в Королевство Грез. Они надевали одежду, которая могла защитить их от зноя, покрывали голову и лицо специальной тканью и брали с собой несколько бутылок с водой.

Оказавшись в царстве снов, оба быстро перебирались через участок с пылающей растрескавшейся землей в полуразрушенный дворец и выполняли поставленные перед собой задачи, испытывая значительно меньше трудностей, чем в первый раз. Ткань, обернутая вокруг их тел, не позволяла пламени соприкасаться с кожей, но самым приятным было то, что под рукой всегда было достаточно воды и не приходилось мучиться от жажды.

К счастью или к сожалению, Пожиратель снов больше ни разу не показывался им на глаза. Поначалу, опасаясь его появления, Кассель и Юнсыль все время держались вместе, но вскоре стали бродить по Дворцу грез куда вздумается.

В месяц Тингл требовалось около одной баночки пыльцы. Держать больше десяти штук в запасе было бессмысленно. Поэтому, захватив с собой именно столько, Кассель и Юнсыль отправлялись в библиотеку Дворца грез, надеясь найти хоть строчку о Пожирателе снов и Камне грез.

Увы, библиотека сильно пострадала от огня, записи разлетелись, и разобраться в них было очень непросто. Однако и после того, как друзья сгребли все в стопки, ситуация не стала лучше.

Дело в том, что ни один текст не уцелел полностью. Какие-то листы сгорели наполовину, другие – без остатка, а в некоторых то тут, то там виднелись дыры с обугленными краями.

Кассель и Юнсыль провели много долгих часов, собирая и сортируя оставшиеся записи. Но даже расшифровав то, что смогли, они не нашли никакой информации ни о Пожирателе снов, ни о Камне грез.

Кассель и Юнсыль совсем выбились из сил. Так прошло десять лет, и наконец все письмена были истолкованы.

– Все, закончила…

– Что-нибудь нашла?

– Нет, опять то же самое, ни единого намека.

В итоге ничего не вышло, и друзьям пришлось признать, что их долгий и усердный труд оказался практически бессмысленным.

Шло время, и путешествия в Королевство Грез становились для них все более привычными. Эти ночные вылазки поменяли и Касселя, и Юнсыль.

Девочка больше не считала Королевство Грез чем-то удивительным, оно перестало быть сном. Скорее, превратилось в альтернативную реальность, куда Юнсыль входила и откуда выходила каждую ночь. Она полностью освоилась в мире снов и Королевстве Грез: овладела законами в области сновидений и полюбила аналитическую психологию.

Глаза Касселя больше не наполнялись слезами, когда он попадал в королевство. Его печаль, отчаяние и жажда мести постепенно притуплялись из-за невозможности увидеть Пожирателя снов, отсутствия прогресса в исследовании Камня и, самое главное, из-за родителей Юнсыль, которые по прошествии многих лет вместе стали относиться к нему как к родному сыну.

Способ победить дракона и восстановить родную землю пока не нашелся, а жизнь с людьми в реальном мире казалась слишком комфортной и стабильной.

Поэтому однажды Кассель начал думать о том, о чем не должен был думать.

Что ему нравится жить вот так.

Что если он сможет заботиться о Юнсыль до тех пор, пока она не станет умудренной опытом старушкой и не увидит своих внуков, то, возможно, все его стремления не имеют значения. Что, наверное, он продолжит присматривать за всеми людьми, в которых будет течь кровь Юнсыль, так как сам не постареет в реальном мире. Что было бы нормально жить обычной мирной жизнью, в которой он воспринимает мать и отца Юнсыль как своих новых родителей, храня память о настоящих в сердце. Кассель очень хотел, чтобы Юнсыль знала счастье, а не опасность. По этой причине он постепенно терял мотивацию для восстановления Королевства Грез.

Принц и девочка выросли как одно целое: они могли читать мысли друг друга по глазам, угадывать настроение по прикосновению руки.

В двадцать четыре года Юнсыль окончила университет, в который, кстати, поступила только со второго раза. Но время Касселя было связано со снами. В реальности оно шло иначе.

Те три года, пока Юнсыль училась в средней школе, она спала по восемь часов в сутки, из-за чего Кассель старел лишь на две трети медленнее остальных.

В старших классах она проводила во сне всего по шесть часов, поэтому Кассель старел в четыре раза медленнее других людей.

В тот год, когда Юнсыль готовилась к повторной сдаче вступительных экзаменов в университет, она спала всего четыре часа в сутки, из-за чего возраст принца накапливался в шесть раз медленнее.

В университете Юнсыль вновь стала спать по шесть часов в день, как и в школе. И Кассель опять подстроился под нее.

Таким образом, когда Юнсыль исполнилось двадцать четыре, Касселю сравнялся двадцать один – прошло примерно два года и одиннадцать месяцев с его восемнадцатилетия.

Именно тогда хрупкий покой Касселя был нарушен.

Люди со съеденными снами

– Кассель, ты не пошел на работу?

Услышав знакомый голос, принц закрыл начатую книгу, на обложке которой крупными буквами было написано: «101 совет по инвестированию в акции для начинающих». За десять лет жизни в реальном мире Кассель полностью освоился здесь, привык к корейскому обществу, и теперь его очень интересовали ценные бумаги. Он скопил немного денег, помогая родителям Юнсыль в магазине и время от времени подрабатывая в разных местах.

– У меня сегодня выходной.

– Что ты читаешь?

– Книгу про акции. Решил попробовать заработать немного денег.

– Ого, Кассель!

– А что такого?

– Ты совсем не похож на принца.

Кассель улыбнулся, вытянул ноги и встал с дивана. Он был одет в обычные бежевые хлопковые брюки и черную футболку с длинными рукавами. Тем не менее его высокий рост, прекрасное телосложение и удивительная красота – собственно, это была самая главная причина – делали его похожим на принца. Юнсыль посмотрела на лицо приближающегося к ней Касселя и неожиданно для себя тяжело вздохнула. Он схватил ее за руку и потянул, приглашая сесть вместе с ним.

– Потому что теперь я не принц.

– Но ведь я буду принцессой?

– Ты же еще ребенок?

– Да я старше, чем ты!

Кассель на мгновение потерял дар речи. Эта мысль в последние дни занимала его больше всего.

Кассель не старел в реальном мире, его возраст увеличивался только в мире снов. Он будто просто застыл во времени. А Юнсыль продолжала развиваться и взрослеть.

Поначалу он думал, что это не так уж и плохо и что он сможет позаботиться о потомках Юнсыль, но когда снова и снова возвращался мыслями к растущей разнице в их возрасте, то ему становилось тоскливо.

Может, он любит Юнсыль? Не в смысле любви мужчины к женщине. Он чувствовал сильную привязанность к девушке и был уверен, что ничто в мире не сможет разрушить эту связь. Теперь Кассель сомневался, сумеет ли пережить смерть Юнсыль. Они стали словно одно целое в разных телах. Разум и подсознание, эго, ид, супер-эго, комплекс, персона, тень, анима и анимус – все было переплетено. Даже души их стали едины.

Как бы он жил, если бы ее не было?

Можно ли определить это чувство простым словом «любовь»? Юнсыль же, несомненно, любила Касселя. И как мужчину тоже. Это было очевидно. Кассель и сам это замечал. Он видел, как меняются глаза, как краснеют щеки и как бьется сердце девушки, когда она смотрит на него.

Но как же сам Кассель? Он…

– О чем ты думаешь?

– О том, как хотел бы, чтобы все было как прежде.

Кассель представил, что однажды, когда наступит последний час Юнсыль, не сможет поддержать ее и снова сбежит. Он всегда был трусоват, и десять лет назад, и сейчас.

Догадывалась ли Юнсыль, о чем думает Кассель? Кто знает. Она взяла закрытую принцем книгу и начала ее перелистывать. Кассель как будто невзначай спросил:

– А что там с родителями? Они что, еще спят? Сколько времени?

Он посмотрел на телефон и увидел, что уже почти одиннадцать утра. Родители Юнсыль были трудолюбивыми людьми, поэтому вставали не позже восьми. Кассель глянул на Юнсыль с недоумением и некоторым подозрением, но она пожала плечами и сказала, что не знает, в чем дело.

Пока они молча смотрели друг на друга, в доме воцарилась жуткая тишина. Из комнаты родителей не доносилось ни звука. Ни храпа, ни даже скрипа кровати.

Как будто там вообще никого не было.

В этот момент сердца Касселя и Юнсыль наполнились всепоглощающим чувством тревоги. Их души переплелись, они понимали мысли друг друга без слов. Юнсыль медленно поднялась со своего места, кончики ее пальцев дрожали. Прежде чем Кассель успел схватить ее за руку, она уже повернулась к двери, чтобы направиться в родительскую спальню.

Юнсыль постучала. Тук, тук, тук. Привычный звук прозвучал слишком громко. Кассель нервно сглотнул и подошел к ней.

– Юнсыль, давай я отк…

Не успел Кассель закончить фразу, как Юнсыль распахнула дверь спальни и подбежала к кровати, не в силах сдержать учащающееся дыхание.

И отец, и мать лежали на спине, положив руки на живот. Какие-то неестественно правильные позы, что-то здесь явно шло не так. Они были похожи на людей, которых собираются положить в гроб. Кассель и Юнсыль одновременно почувствовали, как волосы на голове встали дыбом.

– Э-э-э… мама? Папа?

Но родители не просыпались.

– Вы же спите, да? Просыпайтесь. Папа, мама! Проснитесь!

Юнсыль закричала, будто в истерическом припадке, и бросилась к родителям. Их недвижность и пугающая поза на какое-то время лишили ее рассудка. Кассель тоже подошел к кровати.

Пока Юнсыль кричала и плакала, словно мир вокруг нее рухнул, Кассель поспешно поднес руку к носу родителей, чтобы проверить их дыхание. Оно было слабым, но улавливалось. Едва успокоившись, Юнсыль снова начала дрожать от душевного потрясения.

Кассель молниеносно подхватил ее со спины, чтобы удержать от падения. Она сопротивлялась и пыталась вырваться из его объятий. Но Кассель продолжал крепко сжимать ее.

– Отпусти меня! Отпусти, я сказала! Мама!

– Юнсыль, успокойся! Она просто спит! Я же сказал, что она дышит! Посмотри внимательно!

Слова Касселя заставили Юнсыль остановиться. Она разрыдалась. Немного овладев собой, но все еще со слезами на глазах, Юнсыль сфокусировала взгляд на одеяле, которым были укрыты ее родители. Оно слегка приподнималось и опускалось.

– Тогда почему они не просыпаются, хотя я зову их? Они спят? Просто спят, правда? Очень крепко заснули? Верно?

– …

– Скажи уже что-нибудь, Кассель! Ну пожалуйста…

Юнсыль обмякла в объятиях Касселя, будто все ее тело лишилось энергии. Кассель наклонился к ней, пытаясь успокоить. Потом бережно усадил ее на пол и ободряюще похлопал по спине.

– Посиди тут, а я посмотрю внимательно. Все будет хорошо. Пожалуйста, Юнсыль, только не плачь.

– Я же сплю, да? Пожалуйста, скажи мне, что это сон…

Кассель подошел к родителям Юнсыль. Несмотря на шум, они все еще мирно спали. Кассель осторожно положил руку на лоб матери Юнсыль и закрыл глаза. Он хотел узнать, что ей снится. С кончиков его пальцев посыпалась пыльца снов.

Юнсыль с тревогой посмотрела на него и через какое-то время заметила, как с его лба капает пот.

Минуты тянулись медленно. Затем Кассель повторил те же самые действия с отцом. Когда все закончилось, принц наконец посмотрел на Юнсыль. Все это время она не могла унять слез.

Касселю даже показалось, что он сам – одна из этих слезинок, которые бесконечно капали с кончика ее подбородка. Он срывался, и падал, и в конце концов разбивался на десятки сверкающих осколков.

Кассель точно погрузился в беспросветную тьму. Перед лицом всепоглощающего страха он не мог скрыть ужаса на своем лице.

Юнсыль что-то почувствовала, когда Кассель в упор уставился на нее, и вскочила на ноги. Она схватила правую ладонь Касселя обеими руками, прижала ее к своей щеке и закричала:

– Что ты видел? Я спрашиваю: что ты видел? Что заставило тебя так отреагировать? Кассель, я напугана до смерти, пожалуйста, скажи мне хоть что-нибудь…

– Ничего…

– Что?

– Ничего не видел.

– Что ты имеешь в виду?

С мрачным выражением лица Кассель ответил:

– Думаю, что их сон съел Пожиратель.

Юнсыль сидела на диване, обессилев от долгих рыданий. Ее глаза были красными, взгляд устремлен в никуда. Казалось, она в любой момент могла снова расплакаться. Кассель с тревогой наблюдал за ней, заваривая в чайнике горячий чай. Поставив напиток на стол, он сел рядом с Юнсыль.

– Выпей немного. А то всю воду выплакала уже.

– Спасибо.

Кассель подумал, ей понадобится время, чтобы собраться с мыслями. Но Юнсыль, уставившись на чашку зеленого чая, спросила:

– Так что же ты все-таки видел? Что происходит, когда сон съедает Пожиратель?

Кассель тяжело вздохнул.

– Помнишь, что я тебе рассказал в первый день нашего знакомства?

– О чем?

– Что если ты не видишь сны, то не можешь представить свое ближайшее будущее. Люди, которые не видят сны, становятся печальными и разочарованными. У них нет эмоций, надежд, мечтаний. В их снах не было буквально ничего. Только пустота.

– Ты хочешь сказать, мои родители станут такими? И как это связано с тем, что они не могут проснуться?

– Думаю, они в шоке оттого, что их сон съели. И просто блуждают в пустом сне. Когда они придут в себя, то проснутся…

Кассель умолк. На протяжении всего разговора Юнсыль изучала свой чай, пока наконец не подняла голову и не встретилась взглядом с Касселем. Увидев его беспокойство и грусть, Юнсыль почувствовала странное утешение от мысли, что не только она потеряла что-то ценное.

– Когда они проснутся, то уже не смогут, как раньше, любить и ценить ни меня, ни тебя. Но это не значит, будто то время, что мы провели вместе, исчезло. Они навсегда останутся в наших сердцах…

– Тебе легко говорить! Это же не твои родители! – выкрикнула Юнсыль.

Кассель промолчал. Несколько раз он порывался что-то сказать, но не смог. Юнсыль, поняв, что выпалила в сердцах, закусила губу.

– Прости, я не хотела…

На самом деле Юнсыль все понимала. Достаточно было взглянуть на выражение лица Касселя. Он едва сдерживался. Его мучили не только мысли о родителях Юнсыль, которых он воспринимал практически как родных, но и воспоминания о правителях Королевства Грез, погибших от лап Пожирателя снов. Но, стиснув зубы, принц терпел.

Если он сдастся сейчас, Юнсыль не на кого будет положиться.

По правде говоря, когда Кассель увидел сон ее родителей, ему снова захотелось громко закричать и убежать. Единственное, что удержало его, – это плачущая рядом Юнсыль и то тепло, которое ее близкие дарили ему на протяжении последних десяти лет.

От их сновидений не осталось ничего, поскольку дракон разжевал и проглотил каждый кусочек. Во сне было так темно, что Кассель даже не мог понять, стоит он с открытыми или с закрытыми глазами. От одного воспоминания об этом отсутствующем сне его прошиб холодный пот.

– С ними все будет в порядке. Сам я никогда не видел, чтобы чей-то сон был съеден, но слышал о подобном от матери. Я уверен, что есть способ это исправить.

– Да, пожалуйста, постарайся что-то сделать…

– Ты много плакала и, наверное, очень устала – не хочешь поспать немного? Я попробую применить к тебе пыльцу.

– Нет, я останусь здесь.

Юнсыль совсем не хотела отдыхать, и Кассель начал беспокоиться. Он взял ее за руку и аккуратно повел в комнату, приговаривая:

– Но ты так много плакала. Может, тебе стоит выпить побольше воды и отдохнуть? Нужно беречь силы. Юнсыль, когда твои родители проснутся, тебе же придется о них заботиться.

– Это правда, но…

– Юнсыль, как бы то ни было, я войду в сон твоих родителей. Но это не Королевство Грез, поэтому тебе там делать нечего. На сей раз я возьму всю ответственность на себя и как-нибудь да разбужу их. Верь мне.

Впервые Кассель был таким категоричным. Что касается Юнсыль, то она с возрастом стала немного мягче, хотя ее характер все еще оставался в некоторой степени «бульдозерным», совсем как в детстве. Обычно Кассель уважал ее мнение и старался не спорить. Но на этот раз он не собирался уступать.

– Только разбуди меня, если мама и папа проснутся раньше…

– Не волнуйся! Я так и сделаю!

Юнсыль, крепко сжав ладони Касселя, еще несколько раз повторила свою просьбу. Только после этого она вошла в комнату, снова и снова оглядываясь назад, словно сожалея о собственном решении.

Когда дверь за ней наконец закрылась, Кассель прислонился к стене и глубоко вздохнул. На плечах будто лежал тяжелый груз.

В этот раз ему предстояло сделать выбор. Остаться ли восемнадцатилетним подростком, который вечно убегает от Пожирателя снов, или стать героем, что победит дракона и спасет близких, даже если для этого придется рискнуть всем?

Darmowy fragment się skończył.