Czytaj książkę: «Самое главное. Психология народов и масс»

© Пестова А.Н., литературная обработка текста, 2026

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

Введение

Идеи, управляющие жизнью народов, рождаются медленно и исчезают не менее медленно. Даже тогда, когда образованные люди уже начинают видеть в них заблуждение, массы еще долго продолжают воспринимать их как непреложную истину. Новая идея с трудом входит в сознание человечества, но старая покидает его еще тяжелее. Люди способны веками держаться за давно умершие верования, словно за единственную опору среди хаоса жизни.

Одной из таких идей стала идея всеобщего равенства. Чуть больше века назад философы и публицисты провозгласили, что все люди по природе одинаковы, а различия между ними возникают лишь из-за воспитания, законов и общественного устройства. Эта мысль оказалась необычайно привлекательной для масс. Она быстро превратилась не просто в политическую теорию, а почти в новую религию современного мира.

Последствия ее были огромны. Она разрушила старые общественные порядки, породила революции, изменила политическую жизнь Европы и Америки и до сих пор продолжает действовать с прежней силой. Под ее влиянием возникла вера в то, что достаточно изменить политические учреждения, школы и законы – и люди автоматически станут равными по своим способностям, нравам и возможностям.

Так общественные системы превратились в главные надежды современных демократий. Им приписали почти чудесную силу.

Предполагалось, что они способны устранить все различия между людьми и исправить саму природу человека.

Однако опыт и развитие науки постепенно показали, что дело обстоит гораздо сложнее.

История, психология и наблюдение за народами убеждают нас, что различия между людьми и обществами не исчезают от одного изменения законов.

У каждого народа существует свой устойчивый душевный склад, складывавшийся веками. Воспитание и учреждения могут воздействовать на него лишь в известных пределах; иногда они даже оказываются вредны, если механически перенесены из одной среды в другую.

Но идеи, однажды овладевшие массами, уже не подчиняются своим создателям. Они начинают жить собственной жизнью. Даже когда практика опровергает их, общественное мнение продолжает держаться за них с прежним упорством. Идея равенства относится именно к таким идеям. Она не ослабевает, а, напротив, продолжает расширять свое влияние.

Во имя равенства требуют одинакового образования для всех, одинаковых прав, одинаковых общественных условий. Во имя равенства строятся политические программы и социальные теории. Социализм, все сильнее распространяющийся среди западных народов, также питается этой мечтой о всеобщем уравнении.

Массы редко задумываются о последствиях подобных идей. Государственные деятели тоже редко способны думать достаточно далеко вперед: их горизонт ограничен ближайшими выборами, настроением общества и давлением общественного мнения. А современное общественное мнение – самая могущественная сила нашего времени. Ни один политик не может долго противостоять ему.

Но значение идеи определяется не тем, истинна она или ложна, а тем, насколько глубоко она овладела умами.

Как только идея превращается в чувство, она начинает неизбежно производить все вытекающие из нее последствия.

Настоящий труд посвящен именно тем скрытым силам, которые управляют историей народов.

Историю обычно объясняют законами, учреждениями, формами правления, случайностями, деятельностью великих людей. Между тем за всеми этими внешними явлениями скрывается нечто более устойчивое – душевный склад народа. Именно из него вырастают его учреждения, верования, искусство, политическая жизнь и способы мышления.

Народ создает свои системы не произвольно. Они являются выражением его характера.

Поэтому невозможно просто перенести чужие законы и ожидать, что они будут одинаково действовать в разных странах. Система, полезная для одного народа, может оказаться разрушительной для другого.

Точно так же цивилизация не передается целиком вместе с книгами, школами и конституциями. Чтобы народ усвоил чужую цивилизацию, он должен обладать внутренними качествами, позволяющими ее принять. Иначе заимствованными останутся только внешние формы.

Безусловно, история полна случайностей. Войны, революции, выдающиеся личности, неожиданные события часто меняют ее ход. Но под всеми этими внешними колебаниями действуют более глубокие и устойчивые законы.

Случай может ускорить или замедлить развитие народа, но не может полностью изменить его внутреннюю природу.

Каждый народ обладает наследственным запасом представлений, чувств, привычек мышления и способов реагировать на мир. Этот запас создается веками и передается от поколения к поколению.

Именно поэтому разные народы по-разному воспринимают одни и те же идеи, законы и формы правления.

Мне неоднократно приходилось убеждаться в этом во время путешествий и наблюдений за самыми различными обществами. Люди, принадлежащие к разным народам, могут иметь одинаковое образование, занимать одинаковое положение и пользоваться одинаковыми учреждениями, но при этом мыслить и чувствовать совершенно по-разному. Под поверхностью цивилизации продолжает жить глубокое наследие прошлого.

Именно эти скрытые психологические силы – душа народов, власть наследия, влияние коллективных представлений и роль бессознательного в истории – и будут предметом дальнейшего исследования.

Часть I
Психология народов

Глава 1. Душа народа: постоянство и изменчивость

Натуралисты классифицируют виды на основании анатомических признаков, передающихся по наследству. В пределах исторического времени такие признаки кажутся неизменными. Применение этого метода к человеку позволило выделить расы, однако анатомические особенности дают лишь грубую классификацию и не объясняют глубинных отличий между народами.

Люди, сходные внешне, могут резко различаться по способу чувствовать, мыслить и действовать.

Их цивилизации, верования и формы искусства нередко несоизмеримы. Попытки классифицировать народы по языку, религии или политическим институтам также оказываются недостаточными: эти элементы могут заимствоваться и изменяться.

Более точную основу дает психология. За внешними формами жизни каждого народа скрываются моральные и интеллектуальные особенности, определяющие его развитие. Совокупность этих особенностей можно назвать душой расы.

Эта психическая организация столь же устойчива, как и анатомическая. Она формируется исторически и передается по наследству. Несмотря на индивидуальные различия, представители одного народа обладают общими чертами, позволяющими говорить о среднем типе. Именно он лежит в основе понятия национального характера.

Индивид является не только потомком своих родителей, но и результатом жизнедеятельности множества поколений. Наследственность связывает людей в единую цепь, возвращая их к среднему типу. Влияние предков оказывается гораздо значительнее, чем влияние среды, которая способна лишь постепенно и незначительно изменять психику.

Душа народа – это накопленное наследие идей, чувств и привычек. Она невидима по своей природе, но проявляется во всех формах жизни общества. Индивидуальная жизнь коротка, тогда как жизнь расы продолжительна.

Народ включает не только живущих, но и всех предшествующих людей.

Именно умершие поколения закладывают основы поведения, передавая не только физические особенности, но и образ мышления.

Их влияние определяет ход истории в гораздо большей степени, чем текущие события.

Формирование общей психической структуры требует длительного времени, хотя и меньшего, чем образование биологических видов.

Коллективная психика расширяется постепенно: от семьи к деревне, от города к нации. Это процесс медленный и не всегда успешный.

Там, где единство не достигается, возникают внутренние противоречия.

Небольшие сообщества могут обладать ярко выраженной культурой, но для формирования национального единства требуется длительное историческое слияние.

Даже образование государства не гарантирует появления единой души народа.

Современные цивилизованные народы представляют собой не естественные, а исторически сложившиеся расы. Их особенности – результат длительного развития и наследственного накопления, придающего им устойчивость и определенность.

Если душа народа представляет собой устойчивое наследие прошлого, то возникает естественный вопрос: почему история так часто создает впечатление ее изменчивости?

Кажется, что в разные эпохи один и тот же народ становится иным. Но так ли это на самом деле?

Психическая организация, как и анатомическая, включает два уровня: устойчивые основные черты и изменчивые второстепенные. Последние могут меняться под влиянием обстоятельств, среды и воспитания, тогда как первые остаются почти неизменными.

Человек обладает множеством скрытых возможностей характера, которые проявляются лишь при определенных условиях. В периоды кризисов и революций эти скрытые стороны могут внезапно выйти на поверхность, создавая иллюзию полного изменения личности.

Так, участники политических потрясений нередко кажутся потомкам исключительными фигурами. Однако в иных обстоятельствах они вели бы обычную жизнь.

Исторические события лишь активируют те черты, которые уже присутствуют в психике.

Во время кризиса поведение людей возвращается к привычным формам.

Под внешними изменениями сохраняются основные черты национального характера.

Даже радикальные политические перевороты не уничтожают этих глубинных особенностей. Например, формы власти могут меняться, но склонность к определенному типу управления остается.

Народ, привыкший к сильной власти, будет вновь и вновь воспроизводить ее в разных формах.

Влияние среды часто переоценивается. Она способна менять лишь поверхностные проявления или временно усиливать скрытые склонности. Глубинные же черты изменяются крайне медленно, через длительное наследственное накопление.

Даже сильные потрясения – войны, голод, социальные кризисы – не преобразуют характер народа окончательно. Они лишь временно изменяют поведение, не затрагивая его основу.

Таким образом, несмотря на видимую изменчивость, психический склад народов отличается высокой устойчивостью. Его развитие происходит медленно и подчиняется длительным историческим процессам.

Глава 2. Психологическая иерархия и формирование исторических рас

Итак, психологическая классификация народов, подобно анатомической, опирается на небольшое число устойчивых признаков. Несмотря на бесчисленные различия между людьми, именно эти ключевые черты позволяют выделять типы народов и понимать ход исторического развития.

Если рассматривать только главные психологические особенности, можно условно выделить несколько уровней развития народов. Различия между ними определяются прежде всего не внешними формами культуры, а способностью мыслить, действовать и управлять своими импульсами.

На низших ступенях находятся общества, в которых слабо развита способность к рассуждению, критическому мышлению и предвидению.

Их поведение определяется главным образом непосредственными импульсами и обстоятельствами момента. Отсюда – легковерие, неспособность к последовательному мышлению и слабая воля.

По мере развития народов усиливается способность сопоставлять идеи, делать выводы и подчинять поведение долгосрочным целям. Однако решающим фактором прогресса является не столько интеллект, сколько характер.

Характер складывается из устойчивых психологических элементов: энергии, настойчивости, способности владеть собой и подчинять действия выбранной цели.

Особое значение имеет нравственность, понимаемая как устойчивое, почти бессознательное следование правилам, обеспечивающим существование общества. Именно она делает возможными порядок, жертву ради идеала и устойчивое развитие цивилизации.

В отличие от ума, который может развиваться под влиянием образования, качества характера почти не поддаются изменению. Они передаются из поколения в поколение и составляют глубинную основу каждого народа. Именно народам легче делиться открытиями и знаниями с другими, тогда как формы поведения и внутренние установки остаются у каждого свои.

Из этого вытекает важное следствие: различия между народами обусловлены главным образом характером, а не уровнем знаний.

История показывает, что именно характер определяет силу и судьбу наций.

Народы могут обладать высоким интеллектом и при этом утрачивать способность к действию, тогда как другие, обладая более скромными знаниями, сохраняют устойчивость и влияние благодаря силе воли и дисциплине.

Различие психических структур делает невозможным полное взаимопонимание между народами. Даже используя одни и те же слова, люди разных культур вкладывают в них разные смыслы и ассоциации. Поэтому столкновения между народами нередко происходят не из-за внешних обстоятельств, а из-за несовместимости характеров.

Эта же причина объясняет, почему одна цивилизация не может быть просто перенесена на другую почву.

С помощью образования можно передать знания, но нельзя изменить мышление и характер. Внешнее усвоение культурных форм не ведет к их подлинному освоению, если внутренняя психическая организация остается иной.

Однако различия между народами проявляются не только между расами. По мере развития цивилизации усиливается дифференциация индивидов.

В обществах, находящихся на низкой ступени развития, люди мало отличаются друг от друга.

Их образ жизни, занятия и мышление почти одинаковы. В более развитых обществах, напротив, различия между людьми становятся все более значительными.

Общество можно представить в виде пирамиды: в основании находятся массы, в середине – образованные слои, а на вершине – небольшая группа людей, создающих науку, искусство и технический прогресс. Именно эта верхушка определяет уровень цивилизации, хотя численно она ничтожна.

Развитие цивилизации усиливает различия между слоями. Разделение труда делает деятельность большинства людей все более узкой и специализированной, что ограничивает их развитие. В то же время верхние слои вынуждены постоянно проявлять инициативу и изобретать новое.

Тем не менее эта дифференциация имеет пределы. Выдающиеся способности не закрепляются автоматически и часто исчезают в последующих поколениях. Поэтому высшие слои общества могут существовать только за счет постоянного притока новых способных людей из более широких масс.

Таким образом, несмотря на рост различий, основная масса населения принадлежит к среднему типу, который и определяет устойчивость народа.

Именно через медленные изменения среднего уровня происходит подлинный прогресс, тогда как отдельные гении лишь временно поднимаются над ним.

Рассмотрев психологические различия и их внутреннюю динамику, необходимо обратиться к вопросу происхождения самих народов. Современные народы представляют собой исторически сложившиеся образования, возникшие в результате смешения различных групп. Однако такое смешение далеко не всегда приводит к образованию единого целого.

Для слияния необходимо выполнение ряда условий: приблизительное равенство численности групп, сходство их психологических особенностей и длительное совместное существование в одинаковых условиях. При отсутствии этих условий смешение либо не происходит, либо ведет к нестабильным и слабым образованиям.

Слияние различных народов играет двойственную роль. С одной стороны, оно разрушает прежние устойчивые формы, ослабляя унаследованные психологические черты. С другой – оно создает возможность формирования новых типов, если в течение длительного времени закрепляются новые общие признаки.

Однако в начальный период смешения неизбежен кризис. Старые формы уже разрушены, а новые еще не сложились. Это сопровождается нестабильностью и конфликтами.

Лишь после длительного исторического процесса возможно формирование новой, относительно однородной общности.

Влияние среды в этом процессе зависит от стадии развития. На уже сложившиеся народы оно действует слабо, тогда как на формирующиеся – значительно сильнее, поскольку их психологическая структура еще не закреплена.

История показывает, что устойчивые народы формируются только медленно – через постепенное сближение близких по своим особенностям групп.

Попытки объединить резко различающиеся народы обычно приводят к нестабильности и распаду.

Таким образом, развитие человечества представляет собой сложное взаимодействие трех факторов:

– устойчивых психологических особенностей,

– внутренней дифференциации,

– исторических процессов смешения.

Именно их сочетание определяет судьбу народа, его характер и способность к развитию.

Глава 3. История и цивилизация как выражение души народа

История народа в главных чертах может рассматриваться как следствие его душевного склада. Пока этот склад неизвестен, события кажутся хаотическим сцеплением случайностей. Но стоит понять основные черты народного характера, как политическая жизнь, учреждения, верования, искусство и даже формы общественного поведения начинают представляться закономерными проявлениями одной и той же внутренней силы.

Особенно ясно это видно на примере политических учреждений. Их внешняя форма может меняться, но глубинная основа остается почти неизменной. Франция переживала революции, смену монархий, республик и империй; ее партии выступали под самыми разными лозунгами. Однако за этим многообразием обнаруживается один и тот же идеал: стремление к сильной централизованной власти, которая управляет обществом, регулирует его жизнь и освобождает гражданина от необходимости действовать самостоятельно.

Именно поэтому Французская революция, внешне разрушившая старый порядок, во многом продолжила дело монархии. Она лишь завершила централизацию, к которой стремилась прежняя королевская власть. Новые названия и новые политические формы изменили поверхностные черты, но не изменили самого принципа. Государство осталось главной силой, поглощающей инициативу личности.

Так проявляется власть исторической наследственности.

Народы часто верят, что меняют свою судьбу, когда меняют учреждения; в действительности же они нередко заменяют старые слова новыми, сохраняя прежние привычки мышления и действия.

Политическая форма оказывается не причиной народной жизни, а ее следствием.

Противоположный пример дает англосаксонский мир. Там, где латинский идеал стремится расширить роль государства, англосаксонский идеал, напротив, сводит ее к минимуму. Главной силой становится личная инициатива. Дороги, порты, школы, предприятия и общественные учреждения возникают прежде всего усилиями частных лиц, а не по распоряжению власти. Государство не заменяет гражданина, а оставляет ему пространство для действия.