Czytaj książkę: «Внучкины истории»
Знакомство с Кирилловной.
Жила-была бабушка — Галина Кирилловна. Когда речь идет о бабушке, сразу представляется этакий Божий одуванчик: маленькая, сухонькая, очень добрая старушечка, умеющая печь необыкновенные пироги и обязательно вяжущая носки. Кирилловна обладала двумя последними навыками. На этом все и заканчивалось. Бабушка — ураган, торнадо и наводнение в одном флаконе. О её смелости и боевитости можно легенды слагать!
Начнем с того, что Кирилловна держала в узде детей, внуков и многочисленных родственников. Никого в большой семье так не боялись, как её. И никого так не уважали, как её.
С возрастом, а Галина Кирилловна дожила до 86 лет, боевой задор немного иссяк, но пороха в пороховницах осталось — хоть отбавляй. Её последним годам жизни посвящены данные рассказы. В них не будет описания старческих немощей и болезней. Только оптимизм, только хардкор.
Смерть мухам и тараканам
Любовь — это иногда возникающее желание переубивать друг друга, но только не разъехаться! (почти (с)). Жизнь внучки с Кирилловной была самой настоящей любовью. Смею подозревать, что жизни Кирилловны с внучкой — тоже. А когда к внучке ещё и доберман добавился, в маленькой семье воцарилась ну просто любовь любовная.
Новогодье. Третье января. Кирилловна приняла «пенсионерские» 30 грамм. Исключительно в честь дня рождения усопшего родственника. Вообще-то, бабушка практически не употребляла горячительные напитки. Так… Два-три раза в год, по особым поводам да «для разгону крови», как она говорила. Внучке вздумалось подстричь доберману когти. Доберман визжал дурниной, очень уж процедура нелюбимая. Кирилловна смотрела телевизор, визжащий громче добермана: на экране очередной «Голубой огонёк». На кухне свистел, захлебываясь, чайник.
Семейную иддилию прервал звонок в дверь. Бабушка дверь открыла, а там… Господин полицейский: молоденький, светленький, кудрявенький. Настоящий молодой Есенин. Бабушка руками всплеснула и говорит:
- Батюшки! Сынок, как ты на Есенина похож-то! Да ты не стой на пороге, заходи-заходи.
«Сынок» покраснел, зашел и попытался объяснить тугоухой Кирилловне цель визита. А сам осматривается вокруг: коридор обшарпаный, ибо подготовка к ремонту. Но полицейский-то о данном факте не знал. У старушки глаза сверкали, попахивало от неё подозрительно, сама в сто одежек замотана. На улице холодрыга, Кирилловна - старенькая и дома мерзла, а запах… Так это из-за «пенсионерских» граммулек в честь дня рождения усопшего родственника. Но полицейский и об этом не знал. В довершении, в комнате, за закрытыми дверями, истошно орала собака. Последняя стала причиной вызова, кто-то из недавно заехавших соседей решил, что пса убивают.
Никто не собирался разделывать добермана на котлеты. Пока это выяснялось, Кирилловна внимательно наблюдала за происходящим. Когда страж порядка уже собирался уходить, бабушка ему поведала о том, какая собака умная. О занятиях «с хорошим парнем-кинологом». О родословной добермана чуть ли не до седьмого колена.
Еле-еле парень от словоохотливой Кирилловны отбился. Только ногу за порог поставил, а бабушка и говорит радушно:
— Сынок, может чайку попьешь, а?! Я картошечку сварила, и аджика у меня есть — смерть мухам и тараканам!
Сынок вежливо отказался и быстренько сбежал от гостеприимной бабульки.
Москва у ног или веник
В молодости Кирилловна была удивительно хороша. Коса русая до пояса, в руку толщиной, тонкие черты лица, выразительные глаза. Настоящая русская красавица. Женихи за ней увивались.
С возрастом Кирилловнина красота сохранилась, женихов не убавлялось. Но Бабушкина строгость в их отношении диктовала свои условия. Женихам - от ворот поворот, и точка!
Как-то сватался к Кирилловне большой человек. Двоюродный брат известного советского политика, сам политик, интеллигент до мозга костей и редкий умница. Сватовство прошло безуспешно, но человек этот, все же, вошёл в семью, став родственником Кирилловны.
Однажды, на каком-то торжестве, сидя за богато накрытым столом, большой человек вспомнил былое и обиженно сказал:
- Галочка, я тебя всю жизнь любил... Ну почему?! Почему ты мне отказала?! Да я бы для тебя... Да вся Москва была бы у твоих ног!
"Галочке" уже было под 80 лет, от неожиданности старушка опешила. А потом очень и очень разозлилась...
"Вот старый дурень! Помирать скоро, а он все никак не успокоится со своей любовью." - Мысленно возмутившись, бабушка тяжело поднялась и отвесила "жениху" подзатыльник.

- Как был дураком, так и помрешь. А Москва твоя мне зачем? Что я с ней делала бы? Вот веник хороший - это подарок, я понимаю! А Москва... Тьфу.
История несостоявшейся любви завершилась на грустной ноте - венике.