Czytaj książkę: «Грани Грез»

Грань: «Экскурсия»

Ты когда-нибудь видел во сне совершенно незнакомого человека? Возможно, он приходил к тебе не один, а два или даже три раза. Однако, ты до сих пор не узнаешь его в толпе, среди твоих друзей и знакомых, пытаясь понять откуда в голове возник этот образ…

Ой, прости, наверное, непросто запомнить свои сны, не то, что упорно вспоминать детали лица. Но кто знает, может быть, тебе встречался один из наших неопытных сотрудников. Если ты вспомнишь описание твоего таинственного преследователя, советую рассказать мне. Ведь, как недобросовестный исполнитель, работник должен понести заслуженное наказание. Не волнуйся, я его всего-то чуть поругаю и заставлю очистить пару комнат архива.

Но сначала мне стоит представиться. Меня зовут Вэйт, и сегодня я твой личный гид. Ты оказался в довольно непростой ситуации, мой друг. Чувствуешь, как твой разум блуждает в безграничной фантазии?

Мир Грез обычно существует лишь в нашем сознании, поэтому люди могут попасть в измерение исключительно во сне или во время медитации. Здесь возможно материализовать любые безумные идеи. Например: летающий бутерброд с глазастым соусом или собственная говорящая вселенная.

Для тех, кто видит сны, этот мир открывает почти все возможности, за исключением того, что чудеса заканчиваются вместе с пробуждением. Но мы – нечто иное. Нас избрала сама судьба и наградила возможностью существовать в райском измерении. Избранники Грез – именно так прозвали себя герои, которые должны спасать сознание людей, защищая их сны от нежеланных гостей, приносящих кошмары.

Кошмарами мы называем любого виновника неприятных сновидений. Особенно опасны Иллинты – Кошмары, которые чаще всего даже умнее человека. Опережая вопрос, отвечу, что твой учитель, неразделенная любовь или же актер, сыгравший убийцу, не являются настоящими Кошмарами! Ну… я надеюсь. Когда-то эти паразиты населяли огромную территорию измерения Грез. Порождения хаоса окутывали мир тьмой, несли след разрушения, пожирали души других жителей Грез. Но и у любой страны или целой планеты есть свои границы. Любой мир не бесконечен. Закончив мрачный пир, Кошмары захотели найти очередной оазис. Жребий пал на мир, в котором находится наш дом.

К великому сожалению Кошмаров, устроить жатву у них так и не вышло. Не имея физического тела, монстрам оставалось только проникать в наш мир через ослабевшие сознания живых существ. Лучший способ ослабить разум – напугать его, запутать, заставить принять иную реальность за свою. Именно поэтому Кошмары всегда тебе неприятны. Но паразит не остановится, пока не завладеет вместилищем. Как ни странно, две души не могут существовать в одном теле, поэтому исходники, если оказываются слабее, мучительно умирают еще в процессе переноса сознания.

Известно, что вселенная любит баланс. Чтобы человечество не сместили существа из другого измерения, было решено позволить людям бороться с захватчиками. Как именно избирают людей на эту роль, Избранникам по сей день неведомо. Им может стать человек любого возраста, пола или расы.

Через несколько лет группа избранных людей объединилась и создала наш приют и работу – Отдел. Уничтожая Кошмаров, охотники с древних времен спасали миллионы человеческих жизней. Сотни лет назад избранные Созвездиями воины сражались ради чести и божественной власти. В современном мире нам не только позволяют использовать свои способности дома, но и прилично платят за работу. В конце концов риски для жизни есть, а страховку не оформить.

Избранников уже который век делят на группы. Хоть их и придумал сам Отдел, никто пока не задумывается над изменением существующих правил. И сейчас я вас познакомлю, если ты, конечно, не решишь пропустить эту часть.

Ловцы и Охотники, как следует из названия, занимаются уничтожением или арестом Кошмаров. Ловкие и сильные ребята, которые часто погибают на поле боя. Обычно, в год мы не досчитываемся 60% наших героев границ. Их униформа – любая одежда небесно-голубого цвета, с воздушными белыми перьями, в знак уважения погибшим коллегам.

Ирты – самые загадочные люди Отдела. Их первостепенной задачей является поддержка разума человека. Они защищают мысли, изменяют воспоминания, пережитые за сон, или вовсе стирают их из памяти. Порой, даже Избранники подвергаются их удивительному таланту, хотя, по правилам, это запрещено. Униформой Иртов обычно являются балахоны цветом багряного пламени и фиолетовых лепестков лаванды, в знак уважения своей профессии. Но в некоторых исключениях можно увидеть деловые костюмы или вовсе теплый свитер с шортами.

Прыгун – это личность с особой харизмой и коммуникативными навыками. Задача Прыгуна – обеспечить безопасность нашего мира. Если простой зритель вдруг углубится в мир Грез или, того хуже, начнет бродить в Отделе, а также близ Кошмаров, Прыгун должен вернуть разум блудного в свой мир, пока тело не попало в неприятности, а после внушить, что все произошедшее – лишь плод его воображения. Также эти ловкачи сообщают Отделу о появившихся на Земле Кошмарах или же самостоятельно их излавливают, заметая любую улику. Хотя, чаще всего они прячутся и сбегают. Прыгуны носят черные куртки, иногда толстые пончо или пальто. Всегда в белых перчатках, чтобы не оставлять следов и светло-бирюзовые рубашки с красными пуговицами, символизирующие закат.

Кори – истинные исследователи мира Грез. Они изучают строение, виды, возможности, силы, влияние Кошмаров и заносят данные в архив. Разработки опытных Кори спасают жизни многих людей, поэтому они редкие и уважаемые кадры Отдела. Вот только беспечность многих исследователей приводила к тому, что в список чрезвычайных ситуаций был введен пункт: «При обнаружении в поле зрения Кори неизвестной жидкости – немедленно оповещать всех тревогой второй степени».

Конечно, каждый кадр уважаем и бесценен. Но у каждой крупной организацит всегда есть глава, в роли которой выступают самые сильные и смышленые люди, доказавшие свою верность каким-либо подвигом. Представители власти – опытные многогранные личности. Каждый мечтает войти в их узкий круг и принимать судьбоносные решения наравне с ветеранами Грез. Наши главы всегда в ослепительном белоснежном одеянии, украшенном настоящим золотом звезд. Советники, а также их младшие помощники Шумсы и Стражи следят за порядком в Отделе и исправной работой сотрудников.

Предлагаю нам остановиться на этом. Возможно, тебе стало понятно даже меньше, чем в начале моего рассказа. Но, как любой гид, я обязан сказать: Все вопросы после экскурсии!

Пролог

Когда новичок только приоткрыл глаза вокруг было ослепительно бело. Мягкая земля проседала под ногами как вата. Все, казалось, окружено облаками. Удивительно. Так вот как ощущается законное проникновение на эту территорию. Но черный капюшон старшего напарника привел паренька обратно в реальность.

– Отлично, мы на месте. Судя по данным Маяка, сновидца обнаружили здесь. Довольно близко к Отделу, если подумать… Нет, все равно не то расстояние. – радостный Роланд обернулся на своего напарника. – Ты же в первый раз возвращаешь человека в свою "сферу"?

Тихий на вид парень в черной шляпе и темной кожаной куртке кивнул. Для него это была не первая вылазка за пределы безопасной зоны. Но обычно далеко он не заходил. Здесь, где начинали клубится облака, была территория чудовищ. Однако сейчас ему было поручено задание. И напарник, скорее считался для него надзирателем. Парень отошёл от старшего и сделал вид, что ему некомфортна близость.

– У меня есть предложение. – новичок деловито поправил шляпу. – Почему бы не сыграть? Кто первый выполнит задачу и вернётся в Отдел, получит желание.

– Ха, у нас тут смельчак. Замечательно. Сразу видно напарника лучшего выпускника. – Роланд чуть было не расхохотался, но вовремя вспомнил, что они могут быть не одни. – Только не заходи слишком далеко. И при опасности убегай. Прыгунам незачем жертвовать собой, мы же не охотники. – на эти слова младший даже не фыркнул, пусть и хотел.

Роланд поспешил начать поиск, предвкушая как новый сотрудник сделает ему массаж. Парень разлуке был только рад. Описание цели было ужасно неточным. Но, любой бродяга стал бы подозреваемым, поэтому Прыгун надеялся лишь на свою внимательность. Медленно перешагивая по мягкой субстанции, он искал человека с золотистыми волосами.

С новым шагом ему стал мешать сгущающейся туман. Новенький стал двигаться слишком медленно, чтобы случайно не оказаться на территории чужого сна. Это его ужасно раздражало. В голову лезли мысли: "А вдруг, этот человек и сам сейчас заблудился? Или прошел всего в нескольких метрах от меня?". Сползающий с облаков туман темнел. На перчатки попадали черные капли воды… Нет, это был точно необычный туман. Но мир снов преподносил и не такие сюрпризы. Парень, стараясь не отвлекаться, шел прямо. Наконец, ему посчастливилось заметить высокий человеческий силуэт.

Как только фигура стала различимой, парень пошел уверенно. Натянул на лицо дружелюбную улыбку и замахал рукой, окрикивая впереди идущего.

– Эй, друг! Зачем оставлять меня одного? Это так некрасиво с твоей стороны! – начал паренёк. На его удивление туман резко прекратился, оставшись позади, словно отрезанный кусок стены.

– Друг? – спросил светловолосый мужчина напротив.

– Уже забыл? Я – Месяц. – парень приблизился к сновидцу и неохотно положил ему в руку карамельку. В ней находился специальное снотворное, чтобы в случае чего не позволить гостю проснуться. Ведь при пробуждении он мог оказаться в совершенно незнакомом и опасном месте. – Мы отошли от дороги всего на пару метров. Эх, я же предупреждал тебя так не делать. Пошли, вернёмся и оставим этот проклятый камень и спасем Елену от того мерзавца! – все, что он говорил было ложью. Но собеседник в эту историю охотно поверил.

– Ах да, верно. – незнакомец расплылся в улыбке. – Пока я прятал здесь клад, совсем позабыл о своем любимом друге. Куда же ты направишь меня, мой верный Месяц?

Парень, играя искреннюю радость, постарался повернуть его обратно в сон. Но вдруг, неожиданно, в туманной стене повис круглый бирюзовый глаз. Небольшой объект всматривался прямо на людей, а вслед за ним и ещё один. Глазниц стало уже трое. Это пугающее чувство было знакомо Прыгуну не понаслышке – Кошмар.

Из тумана показалась черная когтистая лапа, вся изнизанная тонкими иглами, бегущими по конечности то вверх, то вниз. Глаза сместились, преобразуя область вокруг себя в острую морду. Рассеянный туман сливался в нечто, со множеством лап и длинным телом. Со шкуры стекала темная жидкость, которая периодически возвращалась обратно в кожу.

– Нужно уходить! – скомандовал парень, подталкивая лунатика в бок. Прыгун знал, что они не справятся с этим драконом. – Бежим к выходу!

Сновидец на удивление послушно последовал за парнем. Их целью был Маяк, который перенес бы людей обратно в сон заплутавшего мужчины. Они бежали так быстро, как позволяла им облачная поверхность. Ноги то и дело проваливались в воронки, а руки сковывали тонкие усики, которые существо выпускало вперёд, чтобы поймать добычу. Длинный дракон не спешил вытягивать пасть. Он играл с ними, и люди чувствовали это. Но настрой монстра сменился, когда впереди показался заветный прибор. Небольшой Маяк в форме сложного астрологического компаса левитировал недалеко от поверхности, зазывая своим светом путников. Прыгун сразу помчался к нему, почти силой уволакивая за собой уже выдохшегося сновидца.

Кошмар не желал отпускать людей. Он изогнулся словно волна и попытался упасть прямо на них. Избранник сжал свой знак, пытаясь вспомнить какой-нибудь безопасный предмет, позволивший им сбежать. Наконец, когда он решился создать ракетницу, тело монстра пронзила вспышка. Длинный луч тянулся далеко в небо, приковывая существо. Кошмар пытался вырваться. Вернуть себе форму тумана и сбежать. Но крохотная в сравнении с ним голубая фигура, не давала этого сделать. Быстрыми движениями Ловец обездвижил все его многочисленные лапы, а после… Новая вспышка света в этот раз пробила голову Кошмара. Тело рухнуло, частично застряв в облачной массе.

– Спасибо, рыцарь света! – крикнул Прыгун, а после театрально поклонился, даже сняв шляпу.

Человек в голубом костюме махнул ему в ответ, а после скрылся за другой половиной туши монстра, присоединившись к своим компаньонам. Сделал он это по простой причине. Сновидец, стоявший с изумлением, и так видел слишком много элементов охоты. По правилам, парень должен был привести его в Отдел, где над памятью свидетеля поработали бы творческие фальсификаторы. Но желание победить в его небольшом споре с Роландом, остановило Прыгуна. К тому же, вид у сновидца был восхищённый. Раз уж зрителю понравилась пьеса, парень решил отыгрывать роль до конца.

– Как хорошо, что ты решил заглянуть в белую обитель. – довольно сказал Избранник, похлопывая по плечу светловолосого мужчину. – Мы помогли им, а они нам. Замечательная сделка.

– И правда. Кто бы мог подумать, что в этом теле сокрыто столь нечто ужасающее и великое. – размышляя то ли о спасители, то ли о нападавшем раздумывал сновидец.

– Хороший финал радует любого. Тогда, продолжим наше путешествие? – Прыгун сделал несколько шагов вперед, почти принуждая следовать за собой цель. Но задумчивый вид сновидца, все больше раздражающего парня, заставил проводника недовольно покашлять в кулак. Блондин, словно осознав, что находится в привилегированном положении, стал активно ощупывать землю. Он даже попробовал потрогать шляпу Прыгуна, за что получил тяжелый щелбан.

– Куда же мы направляемся? К тому устройству, правда? Я уже видел один такой, когда оказался здесь. – сновидец выглядел все более счастливым. Какие же бурные эмоции бродили в его голове этой ночью? – Невероятное место.

Прыгун резко остановился. Скрыть свое удивление у него не получилось, что послужило мужчине дополнительным поводом гордо поднять нос, всем видом говоря: «Попробуй угадай».

– Погоди, уже после того, как здесь оказался? – почти продублировал вопрос Прыгун. – Друг, а ты, случайно не видел ничего примечательного? – спросил парень, пытаясь понять, насколько далеко появился его новый знакомый. Ведь, окажись он на пару десяток метров ближе к башням или даже у сада…

– Нет, не думаю. – мужчина погрузился в глубокие раздумья. Парень знал, что обычно они ни к чему не приводят. Память во снах коротка.

– Конечно. В таком случае…

– Листья?.. – неожиданно вспомнил сновидец. – Они считаются чем-то странным?

Конечно! Еще как считаются, прокричал про себя парень. Это было невероятное, редчайшее событие, которое могло даже не случиться в жизни сотрудника. В измерении Грез было лишь одно место, откуда до путников могли долететь обычные листья. С трудом успокоившись, новичок постарался удержать рацию, тихо пересказывая коллеге все услышанное. Абонент сперва молчал, также обрабатывая информацию, а после попросил подождать его на месте.

Ожидание не затянулось. Спустя всего пару секунд у Маяка, к которому шли странники, появилась знакомая фигура в черной накидке.

– А ты не шутил… – шепнул коллеге Роланд. Старший подошел к сновидцу, выражая при этом глубокое уважение. Он многое хотел ему рассказать, но боялся напугать потенциального второго новичка. – Привет, меня зовут Серп. Знаю, ты сейчас мало что понимаешь и, скорее всего, уже догадался что спишь. Молодец, сохраняешь такое спокойствие! Впечатляет! Но, если я скажу, что это место – не просто сон, а настоящее отдельно существующее пространство? Знаешь, я плохо объясняю. Но с удовольствием познакомлю с той, которая сумеет во всех красках показать целый мир.

Парень заметил, что поведение Роланда было значительно активнее и громче, чем в начале их поисковой операции. Но, кажется, это дружелюбие благоприятно подействовало на сновидца… Нет, если даже старший решил отправить их «находку» в Отдел, то перед Прыгунами стоял новый Избранник.

Немного похвалив и замотивировав мужчину, Роланд отправил его к Маяку, при этом стараясь скрытно послать сообщение начальству. Спустя миг у ставшего популярным прибора появился еще один Избранник. Это был посол, призванный забрать с собой сомнамбулу. Удивительная пунктуальность! Или в Отделе сегодня совсем нет работы?

– Месяц! – крикнул напоследок путник, почти прикоснувшись к прибору. – Спасибо тебе, что проводил меня! Надеюсь, тебе понравится наш клад!

Оставив желаемое послание, человек исчез. Чего нельзя было сказать о старшем коллеге.

– О чем это он? – спросил Роланд, явно подозревая своего компаньона в сложной махинации.

– Да так, я перестарался с игрой. – увиливал младший. Сложнее всего объяснять правду. Особенно людям, которые мастерски ее подделывают.

– Послушай, Геут. – парень все еще ощущал на себе взгляд Прыгуна. Несвойственная Роланду суровость давила сильнее любых угроз. Это было особенно неприятно. – То, что сегодня произошло не должно распространиться дальше нас, понятно?

– Разумеется. Я умею читать ситуацию. – фыркнул Геут. Такое событие могло и никогда не произойди в его жизни. Это означало простую и неприятную истину – запрет. Все уникальное в измерении Грез всегда было опасным, даже если это прибытие их будущего коллеги.

Роланд довольно кивнул. К нему пришла прежняя радость, а вместе с ней и неуклюжесть. Он множество раз спотыкался, пока не дошел до механизма. Настроить координаты Прыгун великодушно позволил младшему.

– Просто постарайся не создавать с этим проблем. И хвастаться своей подружке! – разумеется, юноша даже и не думал делиться этой новостью. Меньше всего ем хотелось рассказывать о том, что он был внутри одного из самых ужасных Кошмаров, поле чего еще и отыскал Избранника. Она бы не простила ему такое многократное везение.

– За кого вы меня принимаете, проигравший?

Глава 1 «Прогулка»

Часть 1 «Червь»

Весь мир рожден был ради нас,

А мы рождались ради мира.

Но, без желаний, ориентира,

Наш хрупкий мир в глазах угас…

Ночь в синих лугах всегда была тёплой и звёздной. Полная луна серебрила поле, закрытые бутоны маков, ромашек, ирисов. Тонкие паутинки сверкали во мраке, как алмазы, вшитые в синий бархат. Такое благородство полей может показать только безоблачная лунная ночь. Тишина полностью поглотила все поле. Лёгкий ветер беззвучно бродил сквозь травы, разнося их аромат по всей округе.

Среди сияния лунного моря уже двадцать лет стоял большой красный дом, потрепанный не одним стихийным бедствием. С недавних пор его единственным жителем оставался старый любитель цветов Дэн. Крупный нос, приятная улыбка и часто сощуренные глаза, над которыми нависали седые от возраста брови. Он часто выходил по ночам любоваться мерцанием звёзд, но неделю назад сменил эту привычку на крепкий сон со скудными сновидениями. Но в эту тихую ночь сновидение Дэна не пустовало.

Сон, с самых первых секунд, заставил бы любого зрителя заснуть дважды. Бессмысленная история раз за разом проигрывалась в подсознании. Дэн сидел в засыпанном снегом саду с высокими белоснежными деревьями, уходящими далеко в тучи, и внимательно изучал чистую книгу. Мороз просачивался через одежду, слегка обжигая кожу. Но было в сновидении нечто, выходящее за рамки обыденного. Среди ослепляющих стволов стояла беловолосая девушка. Её голубой итальянский костюм, с тремя золотыми полосами, закольцованными на рукавах и брюках, значительно выделялся ярким пятном на холсте реальности.

Этим феноменальным человеком была Ловец из Отдела – Мун Хатсон. В свою первую рабочую смену, ей повезло встретить давнего знакомого. Если бы Мун знала, что ей попадётся прежний сожитель, она бы ни за что не пришла ловить Кошмар именно сюда. Ожидаемая, казалось бы, радость от встречи улетучилась при виде бывшего соседа. Ужасное, скорбящее чувство возвращалось каждый раз, как она вспоминала свой первый дом. Встрепенувшись, Мун направила мысли в сторону работы. Подумать только, недавний переезд до сих пор жестоко откликался как в жизни, так и во снах.

– Зачем меня сюда отправили? Я готова биться с самым кошмарным монстром, но не с ужасами скуки. – Мун обошла весь сад, в поисках чего-либо необычного.

Окаменевшие от холода стволы потрескивали, создавая монотонный зловещий звук. Как подснежники, через прохладный снег росли редкие цветы лаванды. Они оставались единственными пахнущими растениями, среди этого безжизненного сада.

Немного побродив по округе, Ловец зашла в беседку. Внутри постройка обросла инеем, но без характерного блеска наледи. Крыша, как на вид, так и по ощущениям напоминала плотный картон. А все остальные элементы никак не притягивали к себе внимание, повторяя структуру крыши. Это был не более, чем бумажный домик, собранный мастером. Единственное, что заставляло Хатсон уверовать в жизнеспособность сновидца – стены этой коробки, которые приятно пропахли везде растущей лавандой. Этот цветок пророс тут из-за совета Мун. Дэн уже давно жаловался на бессонницу или пустые сны из-за старости, когда семейство Хатсон еще проживало в соседнем доме. Поразмыслив над проблемой, девушка предложила поставить под окном символ чистоты снов, чтобы разнообразить запах и успокоить мысли. Даже после ее ухода Дэн пробовал успокоить кошмары запахом свежих цветов. Но в итоге предложение не так успешно усовершенствовало белую пустошь.

Становилось все скучней. Первый рабочий день, точнее ночь, проходил, как дежурство в классе. Единственное, что заботило невезучего Ловца в тот момент – бездействие.

– Но почему именно сегодня? Что тут не так? Ну нет, я так долго не продержусь. Даже разминка не поможет мне спастись от невыносимых испытаний скуки. – думала Мун, перебирая ногами снег.

Холодный воздух, казалось, заморозил даже время. Крупное тело старика еле дышало, а полузакрытые глаза, спрятанные за толстым стеклом очков, казалось покрылись тонким ледяным узором.

– Ну что можно ожидать от Дэна? – возникали мысли в голове Хатсон. – Флорист достаточно медленно думает и испытывает эмоции только при работе с цветами или общению с ее тетей. А сейчас он видит сон. Глупо и безнадёжно ожидать от бедолаги что-то сверхъестественное.

Тут, к своему счастью, Мун заметила движение. На странице книги, которую держал в руках Дэн, самостоятельно начали вырисовываться слова. Этот метод часто используют в Отделе, когда необходимо передать информацию сотрудникам. Но Хатсон не предупреждали о послании. Нрав и этика не позволяли девушке читать чужие письма. Мун старалась себя сдержать и отошла от Дэна на пару метров. Но любопытство неизбежно одержало победу, и Ловец все же прочла появившуюся надпись.

Неизвестно, что больше ее удивило: то, что в этой снежной пустыне произошли изменения или то, что почерк был невероятно аккуратен. Мун с опаской вытащила темно-зеленую книжку из рук сновидца, стараясь его не побеспокоить. На белоснежных бумажных листах вновь образовалась странная надпись.

Послание было написано на языке Грез. Этот язык известен каждому человеку еще с рождения. До постройки Вавилонской башни его называли первым языком человечества. Сейчас его не существует на Земле, но если ты вдруг увидишь причудливые буквы Грёз, то неизбежно поймёшь, что они хотят рассказать.

"С возвращением в Грезы. Наконец-то Хатсон вновь вернулись. Без вас здесь ужасно тоскливо."

Мун оцепенела. Избранники могли передавать сообщение друг другу разными способами. Одним из них была передача информации через бумажный источник и особых чернил. Однако, бумага, пропитанная чернилами, полностью черная. Чернила, словно магнитная стружка, собираются с уголков листа в заранее записанное сообщение, которое остается неизменным. Мун решила, что она могла не заметить изначальный цвет страницы из-за ослепительно белого окружения. Поэтому с недоверием ткнула палец в книгу.

– Может ошиблись Отделом? В конце концов их несколько, не так ли? Да, точно так. Сколько есть людей с такой фамилией? Думаю, немного… И как они узнали, что в этот сон прибуду именно я? – рассуждала Мун.

Сосед продолжал держать руки в том же положении, что и при чтении. На удивление сильные кисти даже не дрогнули. На белых страницах проявилась новая надпись в сопровождении похожего на скрежет звука. На этот раз Мун даже вздрогнула от такой неожиданности. Буквы заполняли пространство с невероятной скоростью, будто в данный момент какой-то невидимка печатал эти послания. Может, это кто-то так неудачно шутил?

"Чудная ночь для прогулки, правда? Для нас она – вестник удачи."

Если она была и не чудной, Ловца все равно бы отправили сюда. И каков был шанс, что этим Ловцом окажется Хатсон? Было бы намного приятнее самостоятельно выбирать участок снов. Но это невозможно. Если внутри сознания спрятан Кошмар, то в него сразу же отправляют свободного сотрудника. Отдел направляет Ловцов в зависимости от предполагаемой сложности работы, которую определяют следящие за снами датчики Иртов. Мун же только выпустилась со специальных курсов и не могла рассчитывать на опасную добычу.

– Кто бы ни оставил послание, эта работа не для исполнителя. Убийцы Кошмаров не должны думать ни о чем, кроме как о работе. Именно этому и учат новоиспечённых Ловцов. Ведь, если новички часто отвлекаются, их убивают уже на первой неделе. – с этими мыслями Мун захлопнула книгу и бросила вглубь снега. Она не чувствовала ни паники, ни страха перед неизвестным, однако её не оставляло чувство, что совсем скоро ей придётся встретиться с самыми глубинами омута мира сновидений.

Книга терпеливо лежала в снегу в ожидании читателя. После загадочных текстовых явлений Мун была уверена, что мелкий паразит, подосланный из тьмы, прячется у неё под носом. Ведь единственный способ создать подобное чудо – использовать книжного Червя.

– Ну хватит. Я раскусила тебя, скользкая гадость. – Мун подняла книгу и разрезала ее своим фантомным ножом.

Оружие у сотрудников Отдела может быть любым: от арбалета, до ядерной бомбы. Форма и сила зависят от точности и количества вложенной в него энергии. Например, запуск небольшой ракеты будет сравним, по ощущениям, с забегом на пять километров. Это означает, что если использовать мощное оружие, то ты быстро потеряешь сознание. Грёзы – пространство вне материального мира, поэтому почти любая фантазия здесь реальна, конечно, за определенную плату.

Из книги, с неохотой и осторожностью выполз жирный двухметровый Кошмар. Курносый червивый демон, больше похожий на змею, выпрямился как кобра и, с опаской, посмотрел на Ловца. Его чёрная гладкую кожу покрывала тёмная липкая смазка, которую Кошмар использовал для проявление текста на бумаге. Вдоль спины тянулись тонкие синие полосы, сплетаясь у головы в единое пятно. Сверкнув яркими бирюзовыми глазами, беспозвоночный прижался к плотному снегу и прыгнул в сторону Ловца. Прыжок Червя был похож на непрерывное отрывание всего тела от земли. Словно баг, встречающийся в программах, монстр несся на Ловца. Девушка, заучившая на тренировках действия противника, ловко увернулась от его многочисленных зубов. Червь врезался в ствол, и дезориентировался. На него, с верхушки незримой кроны, просыпался снег и залепил глаза. Монстр в панике вновь ударился о то же дерево, и на него упала новая порция сугроба.

Мун воспользовалась случаем и быстро сдернула с пояса специальную клетку в форме белого куба. Способ заточения Кошмара был очень прост: следовало только приоткрыть или отломать одну из граней белого куба, и демона тут же затаскивало в тюрьму. Таким же простым способом буйный Червь был пойман в маленькую коробку. Его так быстро заперли, что Мун не успела определить возраст. С первого взгляда, эта особь не взрослая. Анализируя движения и размер не нужно было быть специалистом, чтобы понять: Кошмар молод и неопытен. Обычно данные особи вырастали больше пяти или десяти метров.

– Ну вот и все. А теперь, кто тебя прислал? – Мун усердно потрясла куб. Из него только доносилось хриплое недовольное шипение. – Что же, наверное, двухметровому существу тесно в кубе на двенадцать сантиметров. – размышляла Хатсон, пытаясь выяснить насколько потяжелела ловушка, качая в руках, как весы, пустой и заполненный куб. – Но это ли причина вести себя так бесцеремонно?

Мун осознала, что немного поспешила с его заточением. От Червя без книги не дождёшься объяснений. Но, с другой стороны, это работа учёных Кори. Верное решение – спихнуть всю работу на специалистов. Пусть сами выпытывают из него всю информацию.

Мун ещё раз обошла сад, рассчитывая найти автора посланий. Сами по себе эти существа по снам не ходили. Но поиски прошли безуспешно. К сожалению, книжный Червь оказался единственным недоброжелателем.

Дэн вдруг опомнился. Он рассеяно огляделся и стал медленно вставать. Стул, со скрипом, выпрямился. Бывший сосед усердно что-то искал, раскапывая снег. На Мун и её заложника он не обратил внимания. Наверное, хотел найти книгу? Жалко, что вместо захватывающей истории его ожидали мокрые клочки бумаги.

В руке у неудачливой Мун лежал жалкий Червь, пойманный в коробку. Такое разочарование не постегало ее со времен первого прокисшего молока. Эти гады просто проедают во снах логику действий. Пустая трата времени, ведь сны и так хаотично собирают в себе самые разнообразные эмоции, пережитые за день. Но Черви выворачивают наизнанку заготовленный разумом сценарий, разрывают его на мелкие кусочки. Книжных Червей очень много, иногда в одном разуме можно поймать десяток этих туповатых Кошмаров. Их и паразитами называть сложно, сон и без них – частенько сплошная бессмыслица.

– Ещё бы попался Пэззл – невидимка, который не даёт зрителю бежать. Более известный под именем «сонный паралич». – разочарованно бубнила Мун – Вредный, но до ужаса неуклюжий тип. Этих Кошмаров так же много, как бактерий в человеке. Со схожим уловом в Охотники не перейти.

Хатсон, с грузом на душе, достала свой телепорт. Этот прибор выглядел, как маленькая желтая капсула, которую нужно раскрыть. В ней находилась жидкость, проводящая в пространство между двух разных измерений или точек одной планеты. Вещество окутывало атомы и клетки плоти, сохраняя их живыми при перестройке их в заданном месте. Проще говоря, устройство создавало портал. Открыв портал, вещество мигом оплело девушку, и Мун помчалась назад, в Отдел грёз.

Часть 2 «Нелюдимый коридор»

Пылали земли, звезды гасли.

Кошмаров мир рос и крепчал.

Кто скажет слово – замолкал

И в страхе хаоса сны погрязли…

Пути к измерению Грёз существуют по всей вселенной. Не думаешь же ты, что у жителей космоса нет снов, верно? Но Избранниками Грез выступали исключительно люди. Среди всего космоса только Землю и еще одну пострадавшую недавно планету, не могли защитить даже самые высокотехнологичные устройства. Причиной тому, служило их отсутствие.

В землях Грёз стояло всего три ослепительных, высоких здания Отдела. «Нижний» Отдел образовался всего несколько столетий назад, когда в его землях обнаружили узел – скопление энергии, позволяющей использовать власть Грез, без серьезных затрат собственной силы. Благодаря этому в башню приводили стажироваться неопытных Избранников и выпускников особых курсов, чтобы подготовить их к частому использованию необычных даров Грез. Однако его основной проблемой, как и преимуществом, стала близость с допустимой для людей границей измерения. Высокие башни Отдела сплетены друг с другом часто встречающимися мостами, похожими из далека на порванную сеть. У окон дрейфовали облака, а вокруг оснований целую вечность цвел пышный сад.

Отдел – место не похожее на остальной мир, настоящее осиное гнездо Избранников. Повсюду ходили Ниточники и Ловцы. Ниточниками отдел называл учеников Иртов. Причиной этого прозвища являлся их знак – перекрещенная золотая нить в круге.

Определяющие род занятий знаки имел каждый сотрудник. Знак, как и цвет формы, помогал определить уровень опыта, возможности и власть в Отделе. Рассматривая количество золотых полос на одежде, можно было определить, насколько силен или умен человек. Новые сотрудники, как Мун, получали от четырех, до двух полос. Если их количество уменьшалось до одной, Избранник получал повышение и мог побороться за возможность стать Советником. Золотые знаки – обязательная часть работы. Только благодаря им люди Отдела имели возможность использовать власть изменять грёзы и воплощать любое желание.

Ирты и Ниточники считались в Отделе сборщиками любой информации. Для сотрудников каждое их слово могло оказаться дороже золота, а могло испортить им всю жизнь. Советники и Прыгуны очень любили заваливать бедолаг работой по зачистке воспоминаний людей тем «мусором», который они услышали. А Охотники и Ловцы просто всегда рады с ними посплетничать об очередном случае в Отделе.

Именно слухов старалась избежать Мун. Обычно у Ловцов всегда есть такой трофей как Червь и Пэззл, но находятся и те, кто тащит за собой монстров покрупнее. К примеру, Фобы – опаснейшие кошмары! Не имея собственной формы, Фобы могли принять любой облик. Они легко превращались или проецировали страх смотрящих, пользуясь этим при уходе от Ловцов. Очевидно, не лучших Ловцов, раз они допустили побег.

Существовали и Орди – они быстрые и практически неуловимые пожиратели цвета. Выглядели Кошмары, как полуметровые куклы из пыльных тканей или старой бумаги. Делая сон черно-белым, Орди мастерски маскируются и сбегают от охотника, в разум следующей жертвы. Их укус может навсегда сделать сон черно-белым, как и реальный мир вокруг вас самих. Паркки, Нотуру, Фультеры… Можно долго перечислять имена всем знакомых, надоедливых Кошмаров. Правда, опасных существ тащили чаще всего взрослые Ловцы.

У Мун же цель была достичь статуса и звания Охотника. Их знак говорил сам за себя. Золотой меч, пронзающий саму луну. Этот ранг мог задать трепку любому ужасу человечества. У них есть доступ в таинственное зеркальное отделение, куда стремилась попасть Мун, чтобы легально посмотреть воспоминания дорогого ей человека. Охотники выполняли самые сложные задачи, уничтожая опаснейших представителей в мире Грез, а ловлей обычных Кошмаров занимались ради смены обстановки.

Очень печально, но сейчас Мун шла вперёд совсем не Охотником. Маленький Ловец, которого только вчера выпустили в этот опасный мир. Ей хотелось поскорее избавиться от этого гада, а вместе с ним и от сопутствующего стыда. Казалось, все взоры Отдела обращены на ничтожную добычу Ловца.

Чтобы избежать лишнего внимания, Мун решилась пройти через самый нелюдимый коридор. Он остаётся самым быстрым способом пройти к точке сбыта. Почему же его так не любят люди? Причиной тому – погасшие звезды на пенсии. Звезды, привязанные к потолку, чтобы не упасть, освещали все тёмные коридоры без окон. Но именно на этом пути собрались самые вредные, язвительные и надоедливые светила.

– Погляди, ни это ли та самая многообещающая выпускница? Она ведь сдала экзамен с лучшим результатом за последние пол века. Поговаривают, сама Венельт приглядывает за ней. Хотя, кто знает, возлагает ли Советница надежды, или следит за тем, чтобы в очередной раз это семейство не предало Отдел. – одна из тусклых звёзд подлетела к Мун прямо к лицу – Ну же, расскажи, что ты там поймала, маленький Ловец?

Мун наклонила голову и постаралась спрятать куб поглубже в рукав. Вот только от вездесущих звезд это не спасло.

– Не ожидай от человека чего-то стоящего! Или забыла, как сами сотрудники просили у нас исполнить их желания? – звезду поддержали другие.

– Это верно. Но, когда ты упал с неба, тебя спутали с мусорной кучей. А здесь всё отшучивался, когда с потолка свалился прямо в кучу макулатуры. – залилась смехом соседская звезда.

– Завидуешь? На меня ещё хоть что-то возлагали. Будь люди хоть чуть умнее, не стали бы доверять мечты таким, как вы, а всегда обращались бы ко мне. – коридор становился все шумней.

– Так, мисс, покажите же мне свою первую добычу! Только не говорите, что вы ее отпустили. Хоть раз вам следует выбирать правильную сторону. – Одна из надоедливых звёзд выхватила куб и стала крутить его сквозь нити своих собратьев.

Спросишь, есть ли у звёзд руки? Конечно нет. Но у любого небесного тела более эффективный метод притягивания предметов.

– Это же … Червь! – после этих слов весь коридор засиял от радости и смеха.

– Слышали? Слышали новость?! Потомки Хатсон в этот раз превзошли сами себя! Любимчик дарующего удачу Ротто вдруг принес нечто настолько убогое! Какой стыд! Или же опасного Кошмара ты оставила во снах? Глупое дитя!

Звезды буквально облепили Мун. Их яркий свет окружил еще недавно тёмное пространство. С высоких сводов стен и потолка полезли светящиеся колючие шары.

– Если желаете потешить себя человеческими неудачами, то имя великих звёзд вам пора забыть. Самое время менять их на номера гелевых лампочек. – от слов девушки толпа на секунду затихла. «Лампочки» или «низшие светила» – оскорбление, которого звезды не выносят больше любого другого.

В тот же миг на Мун набросилась сотня маленьких яростных шариков. Даже малая температура, оказалось, достаточно горяча для ожогов. Мун вовремя выхватила ловушку из нитей звёзд и быстро помчалась через анфиладу. Вспышки света преследовали ее до самого конца пути, сопровождая погоню жалобами и угрозами в сторону Избранника.

Мун вылетела из коридора. Звезды до последнего тянулись к противнику, но расстояние оказалось слишком большим. Недовольные, пенсионеры вернулись на свои места. Испытание было пройдено почти без потерь. Пара прожжённых дыр на рукавах и подпаленные концы волос – малая цена за сохранение достоинства.

Пройдя через центральный коридор, увешанный угасшими звездами, можно найти приёмную для Кошмаров. Большой стол, заваленный бумагами, справочниками по Кошмарам, записями Кори, цветными капсулами и мелкой канцелярией. За массивным дубовым столом сидела крупная женщина. Рядом с ней трудились пара Кори, которые усердно таскали стопки бумаг.

Лори Вект из отдела по борьбе и уничтожению темных тварей. Ответственное лицо, на которого скидывают весь распределительный процесс. Поговаривают, что её много раз пытались повысить в должности, за собственные заслуги и исключительный ум, но Лори предпочла остаться рядом с сестрой, вечно попадающей в опасные неприятности. К ней всегда можно обратиться за советом, но она непредсказуема и зависит от погоды. А ведь сегодня обещали туман…

Мун с грохотом бросила ловушку на стол. Рядом стоящая стопка бумаг рухнула прямо на макушку Лори. На удивление, в кудряшках приёмщицы, листья почти не застряли. Вект спокойно поправила очки и потянулась за кубом.

– Знала, что ты не просто так прошла через адский коридор. – Лори громко усмехнулась. Из большого завала можно было только разглядеть её голову – Твой улов должен быть настолько великолепен?

– Ха, ха. Можно и так сказать. С такими трофеями я навечно останусь мелкой сошкой. – Ловцы, как испытательный срок перед вступлением в ряды Охотников. Если справился с ответственностью, то повышают. В обратном случае, после ряда ошибок происходит суд и, вероятнее всего, Избранника переводят в бумажно-исполнительный отдел, кратко БуИО.

– Ну, Ловец, тоже не плохой вариант. В любом случае, хоть говорить и не принято, молода ты еще для крупных дел. Вон, сколько тебе? Лет тринадцать? – Лори рассматривала улов и, казалось, говорила сама с собой. Еле протиснув пухленькие руки через завал, она дотянулась до клетки и пристально вгляделась в белые грани. Её кривые зубы немного торчали изо рта, а маленькие темно-синие глаза никак не сочетались с пышной русой шевелюрой.

– Мне шестнадцать, но разве разница велика? Вспомни Мари, ей всего восемь лет, а она уже один из ведущих исследователей. Я знаю, время еще есть, но не хочется вечно оставаться позади… – Мун скривилась. Утешать себя оказалось не лучшей идеей.

– Глупая, разве можно по чужим достижениям судить о своих? Главное не сдаваться. И почаще сдавать мне крупных Кошмаров. Я говорю тебе истину, тогда до Охотника допрыгнешь в один миг. К тому же, на первый взгляд, твой Червь не самый обычный. Но это мы еще проверим. – Лори закинула белую ловушку в общую кучу идентичных кубов. Мун постаралась улыбнуться, в знак согласия. Вышло ужасно. Подобная улыбка была схожа с оскалом. – Ещё было бы неплохо позвать сюда еще подмогу. А то эти бездельники, как всегда, понаставили мне тут свои каракули.

– А про что здесь написано? – спросила Мун, когда увидела рисунок огромной гарпии с человеческими ногами и спиной. Она старалась не трогать качающуюся бумажную башню, поэтому разглядывала только те документы, которые чудом оставались не заваленные на столе. Среди бумаг часто встречались иллюстрации с мифическими существами. К некоторым папкам даже были прикреплены фотографии.

– Да тут ерунда, присланная Кори. Понатащили свои легенды. Мол, идут работы, в архивах места нет. А вашим людям стоит почитать… Хотя, мне лично даром не нужны эти стопки! Жаль их нельзя сжечь. – Лори, в знак протеста щёлкнула рядом лежащей зажигалкой. Стоящий рядом Кори содрогнулся. Он попытался перехватить зажигалку, но Вект в ту же секунду затушила огонь.

– Подождите, я забыла сказать, что Червь оставил послание во сне. Оно было адресовано мне, но хозяин так и не объявился. Не могли бы вы, прежде чем переработать его, узнать отправителя письма? – сказала Мун, заметив, что Вект стала вставать с кресла. Лори одобрительно кивнула в ответ.

Небрежным движением женщина смахнула непослушные локоны со стоящего рядом испуганного коллеги и гордо ушла. Удивлённый Кори даже не успел ответить убегающей Лори. В холле послышалось только далекое цоканье каблуков. Мун заметила, что среди существ не было ни одного Кошмара. Только мифические существа и помеси их, с людьми. Довольно странно держать эту информацию Отделу, работающих только с Грезами, но архивы всегда полны неожиданных находок.

У Мун из головы не шли слова, прочитанные из книги старого Дэна. Какой смысл несло то послание, и что более важно, кто его отправил? Такой фамилии, как Хатсон никто не носил. Да и репутация ее семьи оставила глубокий неприятный след в истории Отдела, поэтому, даже в шутку, люди не стали бы шутить с ней. Правильно ли спихивать ситуацию на ошибку или неудачный случай? Но пока Мун решила оставить это при себе. Уж больно быстро люди разносят слухи.

Часть 3 «Бесполезный отдых»

Но найден путь – желанья власть!

Прошла сквозь тьму душа пришельца.

И, чудных грез пожрав владельца,

Познал Кошмар и жизни сласть.

По пути в свою следующий пункт, Хатсон решила подлечить свои ожоги, ведь если проснуться с ранениями, они всегда каким-то образом появляются и в земной жизни. Чтобы не допустить повреждений тела, Мун пошла к врачевателям – дипломированным Кори и их все исцеляющей мазью.

Все пути Отдела проходили через центральный зал, который на любом уровне был узнаваем. Дело было в том, что на каждом этаже, в самом центре, находилась огромная дыра, создающая туннель, ведущий от основания до самой вершины. Такое архитектурное решение задумывалось для обеспечения безопасности: если Кошмар проникал в Отдел или вырывался из ловушки, то люди сбегались сразу со всех уголков, придавливая монстра всеми своими силами. Однако, со временем этим небезопасным спуском стали пользоваться экстремалы, поэтому отверстия перекрыли специальными барьерами. Эти необычные заслонки всегда видны с нижних этажей, ведь они пропускают односторонний свет. Поэтому, идущий никогда не увидит пропасть под ногами, но, подняв голову может насладиться светом со звёздного сада, расположенного под крышей. Хотя, пусть страх высоты отступает, в первый раз люди пугаются, когда видят зависшие в воздухе многочисленные фигуры Избранников.

Выслушав от медицинского работника советы по безопасности, Мун нанесла неприятно холодную плотную мазь на обожженные участки и недовольно поплелась к информационной стойке, в надежде, что ей дадут шанс поймать больше Кошмаров. Но, к сожалению для Хатсон, правила Отдела под нее не подстроились. Как и для любого новичка, Ловцу можно было лишь раз входить во сны, пока не закончится ее первый месяц практики.

Остаток ночи Мун провела в комнате отдыха. В том помещении сотрудники, отработавшие свой ночной план, могли играть в игры, читать, и просто наслаждаться видами из окна, лишь бы занять свой разум делом. Мун не любила это место. Лучше прыгать по снам, рискуя жизнью, чем бездельничать в окружении диванов. Но большинство обожало эту комнату за большой арсенал видеоигр и библиотеку художественной литературы.

Светлое помещение с ватным облачным потолком, золотистыми декоративными элементами в форме четырехконечных звезд на нитках, мягкими диванами и креслами приглашало в гости людей. Размером комната была ненамного меньше парка, среди улиц города. В её пределах можно было бы легко провести крупный забег и даже усадить зрителей с судьями. Большое окно от потолка до пола и шары-светильники освобождали сотрудников от болтливых звезд. Большие подушки часто заменяли сидения, или же оружие во время известной всем игры, как и мягкий ворсистый ковёр, чаще всего служащий фортом. На стенах висели плакаты, панно и картины, написанные местными художниками. На холстах чаще всего изображались высшие чины, также сцены из жизни людей разных профессий. Серьёзные лица Советников разбавили абстракции, а баталия прошлого величественно возвышалась над пейзажами.

До Мун донеслись приятные запахи мяты и клубники, вместе с ними играли нотки орехового печенья. Пройдя вглубь комнаты, Хатсон заметила одного молодого Прыгуна. Его фигура из далека сильно напоминала ее напарника на выпускном экзамене. Ах, это знакомое лицо принадлежало Геуту, который с большим наслаждением жевал свой бутерброд!

Черноволосый парень с зелеными глазами удобно устроился на золотом кресле – мешке. Его работа также удачно закончилась раньше времени. Что же он попросил в награду от старшего? Именно то, что он сейчас ел.

– Привет, уже закончил? – Мун уселась на соседнюю подушку.

– Работы как-то маловато. Недооценивают двух лучших выпускников. Я быстро справился с этим типом. Хорошо, что он поверил в мою туфту. Может я зря это говорю, но этот индивид достаточно наивен. Не повезло ему в жизни. – Геут сидел очень расслаблено. Его прическа сайд парт была хорошо уложена, а на коже не было ни пылинки.

Даже не похоже, что парень сегодня вообще работал. Только потрепанная куртка, песок на ботинках и заляпанный знак месяца выдавали, что сегодня была продуктивная смена. Как и у всех молодых Прыгунов, у Геута висел тонкий месяц. Его задача – ловить людей, которые проникли в Грезы, помогать их сонливым телам, идущим в неизвестность по улице, а также докладывать о возможных Кошмарах в реальном мире. Работа сложная, ведь надо убедить очевидца, что это сон или они просто сомнамбулы. Детали зависят от ситуации и места, где они разговаривают. Но чаще всего люди просыпаются на полпути к измерению снов и оказываются потерянными посреди улицы.

– А ты чего так скоро? Я на себе прочувствовал твою подготовку. Тебя же можно отправлять на бои с самыми физически сильными Иллинтами. Скажем, в кошмар моей сестры, ух! Там точно Охотники не справляются. – заметив равнодушие подруги, парень наклонился к ее голове и, нахмурившись, грозно уставился. – Ну ты чего такая мрачная? Не понравился сон? Эй, да ладно, ты же классно бьёшь. Наверное, первый улов… Кошмарный Орди? – поинтересовался Геут.

Мун была уверена, что ее друг давно все знал. Но его взгляд действительно был полон любопытства. Это – главная проблема Прыгунов. Они так хорошо играют любую роль, что в жизни, зачастую, нельзя понять настоящую эмоцию.

– Нет, мой первый честный противник – Червь… – В ответ послышался ехидный смешок. Геут чуть не засмеялся во всю силу. Еле сдерживал себя! Мун видела, как вся жизнь в одно мгновение рассыпается в пыль. Но друг быстро успокоился, заметив очевидное раздражение собеседницы.

– Червь, как Червь. Мы не выбираем ни сны, ни противника. Ну не повезло разок, что из-за этого о жизни судить? У многих на работе смены неприятные ежедневно. Просто мы выходим из чудесной системы "Новичкам везёт". – Геут продолжал хихикать, но теперь уже над ситуацией. Червя поймать смог бы любой, даже ученик.

– Да, я смотрю тебе неизвестно такое слово, как поддержка. – Мун стукнула Геута по макушке. Зачем она это сделала? Уж слишком довольным он выглядел.

– Почему? Я про него где-то читал, только не понимаю значение. Увы, на него не оставляют сносок. – Геут доел бутерброд и посмотрел на электронные наручные часы. Через секунду на часы поступил звонок. Геут быстро собрал ланч бокс и удалился.

– Проницательно. Эх… Ты совсем не меняешься. – вздохнула Мун.

– Не парься на счёт этой ночи. У тебя ещё будет шанс все изменить! Ты покажешь всему Отделу мира, что Мун Хатсон – человек тысячелетия! Вот увидишь, я всегда прав! – крикнул на прощание Геут и захлопнул дверь. Как напоминание, на его мешке остались лежать крошки. Хорошая же компания: портреты, подушки и крошки.

Чтобы не сидеть в четырёх стенах, Мун вышла на террасу. Оставшееся время она ходила по саду "Эдем". Этот сад сажали сотни лет все Избранники снов, самых разных рангов. Тут росли и ели, и яблони, и кусты с малиной. На отдельном участке прижились не только пшеница, помидоры, горох, но и те растения, которые давно вымерли на Земле. Все это разнообразие природы цвело, пахло, давало сочные плоды. Но их вкус ощущался не так, как в обычной жизни. Вкусовые рецепторы в измерении грёз немного изменены. Но это не мешает многим гурманам экспериментировать с блюдами.

Приятно находиться в таком месте, после напряжённой работы. Дремать и видеть сны в Отделе невозможно. Он расположен в измерении Грез, а значит, все уже находятся в сновидении. Сны работники могут видеть только в особых случаях, но они случаются крайне редко и могут просматриваться коллегами.

Ночь пролетела незаметно. Мун проснулась ужасно разбитой от чувства тоски. Белые перепутанные волосы и уставшие голубые глаза наводили ужас на отражение в зеркале. В такие моменты поневоле завидуешь вампирам. После ночной прогулки Мун было не по себе, и это сказалось на самочувствии и внешнем виде.

Утренние лучи неяркого солнца освещали висящий на шее маленький кулон в форме ловца снов. Мун открыла окно, чтобы хоть немного развеяться. Нити сверкали на свету и качались от холодного горного ветра. Приятный аксессуар и практичный символ уровня, если встретится кто-то из своих в нашей общей реальности.

Бывает так, что самое страшное уже позади, но жизнь любит преподносить сюрпризы. Мун думала, что червь, это плохо, но были и те, кого обрадовали куда большей проблемой.

Глава 2 «Спасение»

Часть 1 «Странник»

В то время, пока новички грустили о своих неудачах, Прыгун Роланд сидел, озадаченный более сложной ситуацией. Перед ним лежал поджаренный, почти мертвый человек. Можно было бы подумать, что у пострадавшего чёрные волосы и на удивление бледная кожа. Однако, из-за копоти, образовавшейся от электрического удара, все тело было покрыто липкой сажей.

Как же произошла эта трагедия? Два часа назад в Отдел поступила очередная жалоба на заблудшего сомнамбулу. Его описали, как молодого человека, бродившего в опасной близости от стаи электрических светлячков. Вразумить пришлого отправили только что освободившегося Роланда Мекки. Но пока Роланд добирался до места назначения, через коридор Отдела, неуклюжий человек прочувствовал на себе несколько сотен вольт.

– Эйдж, у меня тут странник сильно ударился током. Не уверен, жив ли он, но если да, то состояние критическое. Я не могу переубедить труп, понимаешь? Что мне делать? – Прыгун оттащил тушку неудачника подальше от мелких Кошмаров. Временно отступив на безопасное расстояние, Роланд передал сообщение в Отдел. Ответ Эйдж не заставил себя долго ждать.

"Говорит Эйдж Венельт. Мекки, для начала научись подробно излагать все детали. Что касается странника, отправляй его к нам на осмотр. В описанном тобой состоянии, нельзя отпускать его обратно. А после, напишешь подробный отчёт о том, почему допустил очередную ошибку."

Роланд нахмурился. Такой ответ был очевиден, но все равно не устраивал Прыгуна. Он не хотел писать стостраничную пояснительную балладу о том, почему медленно добегает до портала. Но глянув на побитого странника, Роланд взял себя в руки. Его еще можно спасти, а значит нельзя медлить и секунды!

Неизвестный гость оказался лёгким, но ужасно грязным. На чёрном пончо грязь от опаленной ткани была мало заметна, чего не скажешь о свитере светлого мятного цвета. А вот от запаха спастись было уже трудней. Дымчато-пурпурный волос также испачкался в саже, как и лицо с перчатками. Но стая Натуру, маленьких электрогенерирующих светлячков, не давала Прыгуну и шанса на отдых. В таких случаях принято звать на помощь Ловцов, но прежде, чем Роланд успел дотянуться до передатчика, его груз проснулся.

– Твой голос… Какой громкий и звенящий голос… Пожалуйста, помолчи. – незнакомец пошевелил кистью, но сил вырваться из хватки не хватило. Прыгун хотел замедлить шаг, но вовремя вспомнил, что агрессивные Кошмары в любую минуту могут их обнаружить.

– Так, приятель, без паники. Тебя сильно пришибло. Боюсь, что ещё бы немного и ты не досчитался пары конечностей. Сейчас я отведу тебя к врачам, и они тебя подлатают, надеюсь. А после ты всем нам расскажешь, как же попал в самое сердце Нотуру. Так еще и не через свой сон…

– Рассказать? Я не понимаю, кто вы и куда меня тащите. Может, это вам следует мне что-то объяснить? – мысли странника все никак не собирались. Даже при допросе, он не смог бы ничего рассказать. Последнее, что помнил пострадавший, это как когда-то давно, он целенаправленно шёл в сторону высокого здания. Там находился кто-то важный для него. Но ни лица, ни характера странник вспомнить не мог.

Силы давно покинули неизвестного. Голова кружилась, каждое слово давалось через острую боль. Руки и ноги, все тело совсем не слушались. Когда тьма попыталась вновь забрать сознание сновидца, странник услышал мягкий далёкий голос. Он звал его, просил поскорее очнуться от грёз. Жаль, зов все время прерывали крики Роланда.

– Ты чего задумал? Нет, не просыпайся прямо сейчас! В таком состоянии все раны могут перенести в тело, и ты умрешь! Стой… Слышишь?!.. Не… Просыпайся…

Голоса постепенно утихли. Через миг темноты, над головой уже нависала большая белая луна. Ее свет не слепил, но и не успокаивал. Скорее, это напоминало, момент, когда человек смотрит в потолок, пытаясь смириться с тем, что время вставать. Иногда светило закрывали тучи и ветки высоких сосен, качающихся от ветра. Не так давно в этой местности прошёл дождь. Земля была мокрая и холодная, а с верхушек периодически падали ледяные капли воды. Тело ничуть не изменилось. Та же боль распространялась по всему телу.

– Ветер в горах поднимает лучше ведра воды. Вот только тебя почему-то разбудил не он. Хорошо поспал? – Этот мягкий журчащий голос уже был знаком. Верно, именно он пробудил ото сна жертву Нотуру!

Странник повернул голову. Перед ним сидел рыжеволосый человек в белом, светящемся от луны, пальто. Тёплая улыбка приветствовала вернувшегося из мира Грёз. Широкая шляпа и вязаный розовый шарф придавали личности ещё более мягкий характер. Но кое-что не давало ему покоя… Сверкающие бирюзовые глаза с пурпурным оттенком хищно оценивали состояние спасённого.

– Меня называют Гроф Хэнг. Я успешный владелец частной почтовой компании. Но для некоторых, как и для тебя, я – Иллинт по имени Смог. Не знаю, сколько ты помнишь из этой бесполезной терминологии людей, но справедливо считать, что я твой спаситель. Понимаешь? Я защитил твою жизнь, а значит теперь за тобой должок.

– Вы помогли мне?.. Не очень похоже, что все в порядке. Я же… Знать не знаю, кто вы. – странник привстал. Ему хотелось сбежать, но адская боль вновь и вновь отнимала силы и подгибала колени.

– Какая досада, я ведь только что представился. Не хочешь принимать это за знакомство? – странный человек задумчиво наклонил голову. – Согласен, верное суждение. Но, при любом исходе, я знаю тебя. И советую доверять мне, если не хочешь провести остаток жизни под шипами этих отвратных цветов. – Смог достал из сумки таблетки. – Это обезболивающее, оно помогает телу обмануть себя. Твоя боль временно успокоится. Хватит времени дойти до города и обсудить твое «место» в этом городе.

Принимать неизвестное лекарство из рук подозрительного человека? Мало кто решится на такое безрассудство. Странник собирался отбросить таблетки в сторону, но Смог, вдруг резко навалился на него всей массой тела. Боль тут же пробежала по спине, заставив руки дрожать, а зубы, прикусить губы. Но именно действие Смога спасло странника от быстрой атаки прилетевшего неизвестно откуда снаряда.

На стволе, о который секунду назад опиралась голова Смога, образовалось немалое отверстие. Послышались крадущиеся шаги. Следом за шуршащим звуком молниеносно вылетел второй снаряд. На этот раз, Смог оттолкнул приятеля в ель, а сам прижался к земле. Снаряд, по форме напоминающий дротик, бесшумно поглотил землю, оставив за собой метровую воронку.

– Вечно ты все усложняешь. Не считай себя неприкосновенным, Смог. Мне передали, что где-то в этой области был обнаружен пострадавший странник. Которого, как я погляжу, ты силой вытянул из Грёз. – Голос разносился глухим эхом по чаще. Шаги в этот раз послышались со спины.

– Не сочти за грубость, но шаблонная реакция Прыгунов мне порядком осточертела. Добавь же в свои действия хоть толику остроты и неожиданности! – Смог отошёл поближе к тонкому дереву.

В тот миг, как звук шагов прекратился, он резко упал. Поглощающий боеприпас пронесся лёгким дуновением над ухом Смога. Стойкость ловкого Иллинта подвёл лёгкий шарф, который слегка всколыхнулся воздушной подушкой. Третий удар пробил древесину и ствол с оглушающим хрустом упал на землю.

– Скажи спасибо, что тебя запретили убивать. Иначе, ты давно повторил бы судьбу этого растения. Не думай, что я забыла тот случай. – Смог заметно разозлился. Все потому, что дерево чуть не завалила нору лисицы, которую часто навещал Иллинт.

– Дай угадаю, Избранникам в радость найти очередной предлог, чтобы угрожать мне. Твой отпрыск сам полез к опасным людям. – усмехнулся Хэнг, придерживая шляпу. Мужчина выстроил в голове четкий план, и, наконец был полностью в нем уверен. – Ты хоть цель свою помнишь, снайпер?

– Моя цель? Она уже давно на примете. – Как и раньше, снаряд полетел совершенно бесшумно. Но отличием стало не оружие, а цель.

Из кустов показалось тонкое сверкающее дуло. Направлено оно было в сторону пострадавшего от тока прохожего. Странник не успел даже понять, как его левую руку, а также грудную клетку и часть шеи что-то поглотило. Это был четвёртый снаряд. Боль моментально ушла. Причиной тому мог быть шок или же приближающаяся смерть. Случайный свидетель рухнул в заросли пушистого букашника, так и не успев осознать, что стало причиной направленных на него действий.

– Отдел в очередной раз избавляется от трудных жителей или же причиной стало моё вмешательство? Если считаешь, что я разгадал загадку перемещения миров, то нет. Узел для всех – непостижимая тайна. Я просто нашел его спящее тело в лесу. – Смог без колебаний подошёл прямо к засаде снайпера.

В кустах сидела укутанная в темный костюм женщина. В руках она держала длинную трубку и привязанный к ней значок полумесяца. На поясе висели еще три поглощающих снаряда. Жаль, если бы они продержались бы еще три выстрела, снайперу пришлось бы отступить, чтобы восполнить запасы…

– Ему оставалось прожить не больше часа. Бедняга, умер бы в агонии от полученных травм. Раны души можно залечить только в мире Грёз, тебе ли этого не знать. Но что интересно, я не нашла информации об этом человеке. И если его не существовало, то я почти уверена, что информация изменена твоими руками. Не думай, что я забуду эту встречу, несущий смерть демон. – девушка выкарабкалась из кустов. В последний раз холодно глянула на силуэт жертвы, а после ушла вглубь леса.

– Я-то демон? – наклонившись к телу спросил Хэнг. – Убила она, а виновным выставляет меня? Избранники такие лицемерные. – на слова Грофа пострадавший так и не отвечал, безмолвно лежа в дикоросах.

В эту ночь неизвестный странник умер из-за глупости своего спасителя. Но в лице Смога не было ни намёка на разочарование. Теперь невезучего сновидца сочтут мёртвым, а, значит, носитель придуманного имени Клавис или же Армелхейд сможет жить независимой полной жизнью.

Часть 2 «Дом»

Безжалостный будильник продолжал звенеть даже после того, как хозяйка давно проснулась. Обычно стены в это время ярко желтели от утренних лучей. Но сегодня город накрыл туман, от чего темный дом казался Мун еще более страшным. Девушка взглянула на новую школьную одежду. Темно-синяя юбка, синий кардиган с эмблемой школы – пурпурного цветка лаванды в зелёных крыльях птицы. На соседних плечиках висела светло-коричневая рубашка, а также приготовленный заранее плащ от дождя.

Семья Хатсон переехала в прибрежный город Монс Понтис неделю назад. Дорога была не из простых. Хатсон ехали почти неделю до точки назначения и многое пережили. В первый же день путешествия им попался хитрый вор. Тётя Мун – Анна остановилась в мотеле, недалеко от небольшого леса, а на утро обнаружила, что все вещи из чемодана раскиданы по округе. С такой же проблемой обратились и другие гости. Многие из вещей бесследно исчезли. По камерам видеонаблюдения сотрудники отыскали и поймали виновного. Им оказался юркий енот, который залез внутрь каждой припаркованной машины в поисках еды. Но слишком заигрался с плохо убранными сумками приезжих.

А на второй день дядя, заслуживший за свой круглый живот и неуклюжесть кличку Перышко, отравился местным острым блюдом. Его ещё два дня мутило, до самого города. Каждый раз, когда он видел что-то зелёное и длинное в супе, сразу панически отказывался пробовать. Но вскоре отравление ушло, и Перышко опять стал пробовать новые экзотические блюда. К концу поездки мужчина так осмелел, что вновь дегустировал все подряд. Тёте Анне оставалось только неодобрительно качать головой и держать наготове аптечку.

С каждым днем Хатсон отдалялись от прежнего дома. Поля сменялись сопками, а сопки заснеженными горами. Высокие колосья злаков остались далеко позади, стали все чаще попадаться кустарники, затем высокие деревья и, наконец, столетние ели и годовалые пихты. Но было и то, что преследовало семью на протяжении всего пути. Частые гости дороги – дикие курицы. Фазаны, что на полях, что в лесу одинаково бесстрашно и напористо летели прямо перед лобовым стеклом, спасаясь от части шашлыка, только хорошей реакцией водителя.

Мун совсем не впечатлили горы. Большие булыжники торчали из земли и иногда сбрасывали свои частички из-за землетрясений. Их заснеженные верхушки задерживали облака, от чего в низинах часто шли дожди. Горный хребет выглядел так холодно и бесчувственно, несмотря на то что все подножье заросло густым лесом. Даже через окна слышались сильные порывы ветра. А скрипучая Волво – верная машина семьи – покачивалась от новых ударов стихии.

У подножья огромных гор стоял портовый город Монс Понтис. Трудно сказать почему порт до сих пор пользовался спросом. Но ни одного грузового судна в тот день на море не стояло. Только редкие товарные лодки и два пассажирских парохода ежедневно продляли жизнь сооружения. Вдалеке показались первые домики на побережье тёмного моря. Цветные маленькие, аккуратные постройки пригорода разбавляли серый ландшафт. Внутри Мун все съёжилось. Из достопримечательностей: старая церковь с колокольней и сверкающими витражами, музей истории города и любимые туристами руины осадочной крепости или замка, на вершине сопки. А всё остальное занимали магазины, дома, школы и офисные здания.

Новый домик Мун стоял за городом, на краю скалы. Небольшая лужайка раскинулась за домом. Её богатством были: одинокое старое дерево и примятая широкая трава, ненамного выше мха. В траве цвели мелкие жёлтые цветы, они напоминали те, что росли у дома, в котором остался Дэн. Воздух был очень чистый, влажный и холодный. Красивое живописное место навевало грусть, привыкшей к солнечным полям Мун. Небо почти затянуло облаками, и только редкие лучи пытались прогреть мелкую рябь воды.

Внутри дом казался ещё меньше. Его тёмные стены сжимали пространство. Пахло отсыревшим деревом и древней пылью. Под полом сквозило, а на потолке красовался лишайник. Особая красота царила в ванной. Там уже давно никто не убирал скользкие стены и плитку. В одной из комнат под высокой крышей тетя Анна обнаружила гнезда ласточек. Да и дом словно сто лет пустовал.

– Ух, работы тут много. – проворчал Перышко, брезгливо отрывая проникшую растительность с порога – Боюсь даже заходить в подвал.

Тётя Анна рассказала, что дом им предоставила компания, в которой они работают. Что за компания такая, если они отдают полу – развалины своим дорогим служащим? Комната, которую забрала себе Мун, находилась на чердаке. Не было ничего похожего на старую комнату. Она была больше, но размер не мог уберечь визуальное пространство из-за давящей тьмы стен. Её бурый дуб вытянул даже самые яркие цвета одежды. Хорошо, что на чердаке не решили обустроиться животные или насекомые. Иначе бы маленьким существам не повезло оказаться под прицелом ловкого охотника.

Воспоминания прервал новый звон будильника. Быстро одевшись в школьную форму, Мун помчалась вниз по крутой лестнице. За ночь жилище не изменилось. Как бы школьница ни старалась, в душе жил лишь милый старый дом и тёплая поляна. Но Мун встречали всё те же каштановые комнаты, мокрое дерево и любопытные глаза птенцов, которых семья решила не беспокоить.

Дядя Перышко приоткрыл массивную дверь, чтобы занести дрова. Холодный воздух тут же ударил в нос. Пахло ручьём, который тёк рядом с большим обрывом у дома.

– Отопление для заброшенного здания временно отключили, поэтому приходится использовать старый метод, пока не приедет мастер. Но нам не впервые бороться с трудностями, верно? – тётя Анна улыбнулась. Её блондинистые волосы ещё больше кудрявились от влаги, а веснушки совсем потемнели. Теперь тётя Анна ещё больше походила на солнце, отчего ее племяннице сразу полегчало.

Школа Инока была совсем рядом, у подножья. Пока Хатсон шли по извилистым улочкам, увидели рабочее парусное судно с тяжёлыми пушками. По рассказу проводника, корабль еще стоит на военном учете и считается полностью боеспособным судном. Над горами и городом каждые двадцать минут летал спасательный вертолёт. Шумели прохожие, обсуждали последние новости у информационного столба.

Школа, как и многие сооружения Монс Понтиса, ничем не выделялась. Серое здание, с высокими узкими окнами и маленьким двориком. Краска, хоть была новой, успела отсыреть от вчерашнего дождя. Главный вход украшали маленькие синие ели и горные камни. По обе стороны двери развивались два флага с гербом Инока. Уроки уже начались, поэтому безумная толпа школьников почти полчаса сидела притихшая под надзором преподавателей. Для Мун же это означало – спокойное передвижение по учреждению.

Внутри школы на удивление царил порядок. У стен стояли зелёные диванчики, высокие фикусы и даже кактусы. Висели зеркала, стояли витрины с наградами за достижения школьников и учителей. Рядом с художественным классом к стене были прикреплены доски, на которых ученики могли писать сообщения или рисовать, вместо того чтобы портить имущество школы. А для любителей спорта у территории школы расположился малый стадион и тренажерная комната, откуда стащили каждый плохо лежащий канат. Так же на большом участке стены и пола была сложена мозаика из стекла с изображением моря, елей и гор. Даже в туман, цветное стекло переливалось на свету и отражалось цветными лучами на потолок и стены.

Тётя Анна и Мун прошли в кабинет директора, чтобы познакомиться с руководителем учреждения. Тётя Анна взволнованно пыхтела и на каждом шагу слегка подпрыгивала. Они прошли мимо обклеенных наклейками ящиков и кабинета химии, от которого ужасно пахло химикатами. Ох, не завидная участь у сидящих там детей. Мун стало немного плохо. Это чувство принято называть бабочками в животе. Но в ее случае бабочки не порхали, а носились на мотоциклах по арене. Наконец-то Хатсон нашли кабинет директора. Над матовой стеклянной дверью висела табличка: Норсон Верли.

Кабинет оказался просторным и светлым. Стол стоял напротив большого окна. Рядом со столом пристроилась маленькая тумба из светлого дерева. На стене лоскут перламутровой ткани и прикрепленный к нему серебряный старый месяц. На полках, среди документов стояли пугающие цветные баночки. В одних находились речные камушки, в других конфискованные вещи как учеников, так и недобросовестных сотрудников школы.

"Может он был знаком с Прыгуном? Или же директор им и является? " – вдруг пронеслось в голове Мун. Кабинет директора сильно напоминал планировку приемной одного Советника. Но не секрет, что многие люди любят месяц. И не обязательно все они Прыгуны. Полотно? Любой может украсить комнату. Вот только цвет ткани без остановки прокручивал навязчивую мыль в голове Мун.

В кабинете сидел мужчина с каштановыми волосами и темно лазурными глазами. Одет директор был в каноничный коричнево-синий костюм, как и учителя с учениками. Квадратные очки подчеркивали схожий тип лица, отчего директор казался молодым, но опытным человеком. На руке висел плетёный кожаный браслет с преследующим Хатсон золотым полумесяцем.

– Ах, ты должно быть новая ученица! Я как раз вчера записал тебя в класс. – объявил хозяин кабинета. Его голос был громким и уверенным, немного весёлым, хитрым и играющим. Мун все больше убеждалась в поражающей гипотезе.

– Знаете, мы только переехали в город и … – тётя Анна всегда говорила немного неуверенно, когда дело касалось Мун. Она беспокоилась за упрямый, прямолинейный характер своей подопечной. Или за то, что в прежней школе у Мун был не лучший послужной список? В какой-то момент ее чуть не выгнали за очередную шалость. Хотя, как считала Мун, ее проделки – не более, чем эксперименты с силами Грез.

– Не успели все осмотреть? Вы волнуетесь за девочку, вдруг её не примут? Или же причина в том, что она немного импульсивна? Я могу вас заверить, что все будет хорошо. Я ознакомился с жалобами прошлого директора. Неприятная новость, но с нами Хатсон раскроет себя с лучшей стороны. Обещаю лично проследить за этим. Ученики часто жалеют о своей жестокости в будущем, но наша школа всегда вовремя усмиряет их жаркий пыл. Ведь откуда берутся проблемы? Я думаю, от простого непонимания поколений, как я с отцом в детстве. – директор глянул на тётю Анну.

В яблочко! Этот прием Мун точно знала и даже испытывала на себе! Геут вечно перебивает её таким способом, как и многие другие Прыгуны! А еще этот тембр навевал воспоминания о тренировках друга. Девушка решила осторожно проверить, чтобы в будущем тётя Анна не стала задавать лишние вопросы.

– Простите, директор. Ваш акцент мне немного знаком… – начала Мун – Способность предугадывать слова о многом говорит. Я знаю одного человека, который точно так же, как и вы, общается с людьми. Забавное совпадение, да?

Тётя Анна удивилась. Дома у Мун был один друг, и он точно так не разговаривал. Во-первых, потому, что это была соседская дворняга Аркен. А во-вторых, потому, что Мун жила в нескольких километрах от города и часто училась дистанционно, посещая учреждения только по особым случаям, на которых всегда успевала набедокурить. Хатсон, заметив смятение Анны, решила увести разговор подальше от неудобной темы, но Норсон сделал это раньше.

– Что ж, хороший директор знает подход к каждому своему подопечному. Первый урок ты пропустила, но поспеши на следующий. Вот расписание, учебники в библиотеке. Ну, или, если хочешь, попроси поделиться заданиями у своих новых одноклассников. Это был бы верный толчок к хорошим отношениям. А теперь, поторопись. – Верли, как кот на солнце, прищурил глаза.

В заметках к расписанию занятий Мун нашла интересную запись, подтверждающую предположение. «Я думаю не стоит пренебрегать даже, как считают школьники, скучными занятиями, иначе второй хороший выпуск нам обоим только приснится.»

Часть 3 «Долгожданный звонок»

Мун воодушевилась. Было очень приятно встретить здесь Избранника. Может, был и ещё кто-то? Но этот кто-то оказался не в новом классе. Мун поплелась на алгебру. Класс встретил ее удивительно равнодушно. За передними партами сидели самые низкорослые ученики, в углу кто-то, не отрываясь от телефона выигрывал командный матч, крича в наушник нецензурную брань. Рядом с невнимательным игроком стоял друг, который все время, невзначай, стаскивал пронесенные одноклассником чипсы.

К Мун, все еще стоявшей посреди класса, подошла невысокая девочка с короткими чёрными волосами и такими же темными карие глазами. Она была немного крупная в теле, а на носу рассыпаны веснушки, прямо как у Анны. Девочка была одна из немногих учениц, одетых не по форме: жёлтая толстовка и чёрные джинсы.

– Привет, ты новенькая? Я Алис, староста нашего класса. – девочка указала на парту у окна – А там твоё место. – оглядев почти пустую, тонкую на вид сумку Хатсон, Алис сжала губы и задумалась. – Смотрю, ты не получила учебники. Наверное, не хватило времени узнать, где наша библиотека… Директор рассказал, что у тебя была личная программа обучения. Если возникнут проблемы, обращайся ко мне. Я могу тебе все показать в школе. Ну знаешь, будет сложно если… – Алис перешла на шепот – ты захочешь в туалет, но не будешь знать где он.

Одноклассница весело улыбнулась Мун и хотела еще расспросить новенькую, но в кабинет вошёл учитель. Это была маленькая дама в длинных красных сапогах и нежно – фиолетовом платье. Она сбросила пальто и важно встала у доски.

– Ещё вчера вам должны были рассказать, но я напомню о Мун Хатсон. Ее доверили именно вашему классу, поэтому не пугайте девочку в первый же день учебы. Прошу относиться подружелюбнее. Ладно, думаю вы ещё пообщаетесь, а сейчас добро пожаловать в удивительный мир формул, билет в который вы завалили на прошлом уроке. Поэтому готовьте ручки, нас ждет долгое повторение. – Весь класс тяжело вздохнул.

Предпоследнее предложение учительница особо подчеркнула. Мари Долсон – учительница в возрасте. На её кругленьком лице красовались квадратные очки, прямо как у директора. Короткие прямые волосы до плеч, немного ювелирных украшений и присущий каждому учителю особый, порой навязчивый, запах.

В режиме тянущейся карамели все изучали трапеции и формулы. Алис поймала Мун на перемене и, по пути за учебниками, расспросила про первый дом. Оказалось, что и она приехала сюда четыре года назад. До этого Алис жила в столице, пока не решила изучать геологию с отцом.

– Так, ты была рада переехать сюда? – спросила Мун, ожидая очередного радостного ответа от Алис.

– В первый день я… Просто ненавидела этот город. Хотелось, чтобы все здесь разрушил какой-нибудь сильный обвал. – ответила Алис, упираясь о подоконник коридора, куда согнали детей, чтобы те не разрушили хрупкую технику учебного помещения. – Вот только в один день мое желание почти исполнилось. Я, папа и его команда с проводником пошли изучать ущелье. Но вдруг, без видимой причины случился обвал. Мне было до ужаса страшно. Папа тоже испугался, но пытался делать героическое лицо. В тот момент, да и сейчас, это казалось забавно.

– Но вы благополучно выбрались, и ты стала больше ценить город?

– Ну, это довольно близко. Почти вся группа пострадала. Но наш проводник выглядел не испуганным, а очень злым. Как сейчас помню, он ворчал про младшего брата. – девушка немного рассмеялась от нахлынувшего воспоминания. – Это тоже меня так рассмешило.

– Так… Как же вы выбрались? – Мун сжала учебники. Эта история напоминала ей сюжет любимого фильма, про ловушку в разломе. К сожалению, финал кинематографической картины был весьма мрачен.

– Не ожидай, что мы прорыли туннель или пустили сигнальную ракету, хорошо? Проводник вызвал спасателей, и мы просидели под завалом несколько дней, дожидаясь, пока нас освободят. Страшно стало, когда у ламп начала иссякать энергия. Проводник все посылал какие-то координаты. Еще несколько дней мы просидели без еды. Ужасное тогда было чувство. Хотелось поскорее вернуться домой. Но он ускользал, понимаешь? Растворялся в воспоминаниях. Ведь, на тебя всем плевать. Будь мы в городе, мы бы не только умерли, но и заплатили бы за это штраф, за загрязнение среды. Когда мы наконец выбрались, к нам помчалась толпа волонтеров с горячим супом, одеялами. Я поняла, что Понтис добрый, маленький город, в котором все знают друг друга. И поэтому меня здесь не бросят и помогут. Вот такая история. К тому же, наш город удивительно загадочен. Монс Понтис скопил немало тайн, на первый взгляд кажущимися аномальными или скорее мистическими. Но только копнув в них, ты понимаешь, насколько ошибаешься.

– Они оказываются простыми преувеличенными фантазиями? – словно ведущий из программы по разоблачению фальшивых легенд, саркастично спросила Мун. Но Алис на удивление серьезно посмотрела на собеседницу.

– Они оказываются еще черней и глубже, чем предстают в первый раз. – неожиданно серьезно ответила одноклассница.

– Так ты любишь искать тайны? – Мун была все еще скептически настроена. Будучи Избранницей, она могла представить, что одноклассница сталкивалась с Кошмаром, проникшим на Землю в теле животного. Однако, зная впечатлительную натуру людей, Хатсон могла лишь посочувствовать травме бедного ребенка.

– Нет, совсем не люблю. – чувствуя недоверие, Алис казалась расстроенной. Но черноволосая девушка не сдавалась, пытаясь доказать правоту своих слов. – Ты знаешь, что наш город имеет странную планировку? Монс Понтис разделен горой Фель, и его единство поддерживается лишь нешироким трактом и стоящими вдоль него домами. Одна его часть «Монс» лежит по ту сторону горы. Там обрабатывают камни и изучают эндемиков – каких-то особенных белок. На нашей же стороне «Понтис» – портовая часть. Хотя, начиная с осени к нам редко заплывают суда, но, как начнет теплеть, ты увидишь, что эти старые причалы еще пользуются спросом.

– Вы поэтому называете город просто Понтис? – задумалась Мун.

– Ага, так ты легко определишь, кто из какого района прибыл. – радостно ответила Алис, выпрямляя от усталости ноги, которые все время норовили соскользнуть и уронить тело подростка.

– Но, неужели нельзя было окончательно разделить города? Получилось бы два крупных поселка, но с меньшей запутанной системой. Все-таки, гора – не маленький холмик. Мы даже не видим ту часть, спрятанную за вершиной.

– Я не знаю подробностей, но, видимо, оставить единый пункт на карте все еще выгоднее, чем выделять отдельно управляемые области. Да и сама гора является частью города. У нее, вроде, даже есть владельцы. – на секунду Алис усомнилась в рассуждении. Девушка хотела было потянуться за телефоном, чтобы подтвердить свои слова фактами из местных информационных сайтов, но громкий звонок и открывающий дверь учитель заставили бедняжку послушно спрятать прибор обратно в рюкзак.

Мун все еще не могла разделить любовь Алис к городу, но теперь окружающие казались не такими уж и скучными прохожими.

После карт одноклассники перешли к изучению испанского. Мисс Лупита с детства была мастером своего дела. Она родилась в Саламанке, на северо-западе Испании, где обучилась своему ремеслу, а после переехала в Монс Понтис. Интересно что её суда привлекло? Лупита рассказала по-испански историю о том, как она чуть не попала в полицию из-за выброшенной ореховой пасты прямо в лицо проходившему мимо аллергику.

Учительница была самым молодым сотрудником школы. Ей не так давно исполнилось двадцать лет. Среднего роста, с объёмными волнистыми русыми волосами и чистыми карими глазами. Испанский пролетел незаметно и интересно, жаль Мун ничего не понимала без перевода Алис. Вот бы все могли говорить на языке Грез. Как удобно жилось бы людям!

После занятий Алис и Мун немного поболтали с одноклассником Голдоном о местных развлечениях. Парень больше всего любил ходить под парусами. Он пол дороги описывал, как правильно швартовать парусник, и что шкот и штат – принципиально разные вещи. Мун понимала только половину слов. Алис тоже мало разбиралась в парусных терминах, от того быстро перетянула одеяло на себя.

Маленькая девушка рассказала про поход к дальнему горному озеру и о местном зале видеоигр, набирающем людей для клуба киберспорта. Каждый раз, когда Алис говорила про цифровые рекорды, Голдон недовольно ворчал. Ему так и не удалось победить в этой виртуальной битве с главным городским боссом – Алис. А вот гонки под парусами были по его части. Он предложил и Мун попробовать устроить морской поход весной, когда льды в бухте оттают. После шестой попытки уговорить, она все же согласилась попробовать. После, Алис решила, что Мун необходимо выпить воды из главного городского фонтана. Оба поморщились и решили, что из-за монет, валяющихся на дне, вкус будет отвратителен. Это и к лучшему.

На вопрос о том, где расположен дом Мун, она рассказала, что живет у расщелины. Около дома протекает ручей, а потом обрывается и водопадом впадает в поток ниже. Он будет течь до середины зимы, пока снег с верхушки полностью не заморозит исток. Услышав это, ребята пришли в восторг. Алис даже решила, что на днях придёт полюбоваться природной красотой. Мун тоже хотелось бы так же реагировать на это необычное и временное явление. Но если Алис смогла стать таким оптимистом спустя четыре года, то есть в Монс Понтисе место и для Хатсон.

Глава 3 «Что бы прорычал Орт?»

Грань: «Мир сна»

Что за места мы видим, когда спим? Мы часто видим красочный или серый мир. Иногда он похож на то, что мы видим на Земле, порой мир уникален. Не знаю, замечаешь ли ты, что на фоне некоего дома, где проходит твое приключение, стоит та самая гора, которую ты иногда покоряешь, в другие ночи. Причина этого проста. Мир снов – одна большая площадь, где, в зависимости от человека, находятся места для разнообразных приключений. Они бывают размером с город или даже целый континент. И всегда, каждую ночь, во снах планируют как проведет время сновидец.

Часто, когда мы прогуливаемся по обратной стороне улицы, она кажется нам незнакомой. Или если носящий очки человек в один день снимает их и внешность кажется уже совершенно другой. Мир снов работает по тому же принципу. Благодаря тому, что мы можем забыть сон, повторение окружающего мира не является проблемой для его обитателей. А для тех, кто детально запоминает сновидения, единый мир лишь повод для изучения и попытки исследовать его увлекательные уголки.

Единственная возможность создать новый мир – изменить уже существующий. Чтобы сделать это, человеку нужно немного: проявить фантазию, наблюдательность и веру. Можно создать море в пустыне, взрастить город в лесах. Главное – быть уверенным, что ты на это способен! Иногда нам встречаются люди, способные полностью переписать свой мир. Для Избранника эта способность человека в разы хуже, чем проделки Кошмара. Представь, что ты бежишь за недругом по степи и вдруг, под ногами появилась болотистая тина!

Ты можешь оспорить мою информационную сводку. Я же не могу доказать свою правоту. Могу лишь сказать, что в мире сна есть земли. Они являются целым миром. Миром, где хозяин лишь ты.

Часть 1 «Охота»

Сегодня ночью в отделе снов все Кори ходили хмурые. Хотя среди них и попадались встревоженные сотрудники. Они всегда так беспокойно бегали только тогда, когда переводили очередное предсказание про конец света. При обычных обстоятельствах, Кори весёлые, но сейчас их бледные силуэты бродили из угла в угол с очень задумчивыми лицами. Они что-то бубнили под нос и быстро листали свои блокноты. Резкий звук перелистываемой бумаги эхом разносились по непривычно тихому Отделу. Это настораживало. Мун не стала расспрашивать про их тяжёлые думы, но такое поведение определённо не вело к чему-то хорошему.

По пути Хатсон встретился Геут. Он тащил за собой одного из нарушителей. Как подумала Мун, человеку рассказали о Избранниках, и тот специально пробрался в Отдел. Пленник даже не сопротивлялся и покорно шёл со связанными руками. Мун невольно поймала тяжелый взгляд разбойника. Такой мрачный и желающий знать правду. Обычно нарушителей передают Стражам, а затем Ирты стирают им всю информацию, конечно, после долгой неприятной беседы, что и случилось.

– Геут, привет! – крикнула Мун, зазывая рукой. Тот удивлённо посмотрел в сторону Ловца.

– Мун? Я думал тебя ограничили. Как и всех остальных Ловцов. Ну, я имею ввиду особый указ, после утечки некоторых данных.

– Погоди, от чего отстранили? Так, если меня понизят, я устрою им весёлую жизнь. За один день никто не имеет права лишать меня работы!

Геут усмехнулся. Другой реакции подруги он не представлял. Прыгун отвёл Мун в сторону, сопровождаемый недовольным взглядом Стража.

– Говорят, в измерении грёз вновь появился Негл. Пока его не поймают, всех, кто имеет доступ ко снам, ограничили. Многих сейчас проверяют. Особенно осторожны с Ловцами, Охотниками и Иртами. Но я думаю, что особый приказ Эйдж касается именно тебя. Сама понимаешь. Причинно-наследственная связь.

Мун чуть не закричала от удивления и восторга. Конечно, ее совсем не радовали принятые Советниками методы или возращение чего-то чудовищного. Но само ощущение того, что прямо на ее глазах оживает вечная легенда Отдела, будоражило Мун от пяток до макушки.

– Но как? Тебе уже известно, кто он? – глаза Мун пылали огнем. Геут постоянно осматривался. Разговор был опасен, среди возможных сторонников Кошмара и любителя сплетен. Стоит только услышать, что великий Негл вновь пробудился, начнутся междоусобицы.

– Никто не знает. Я слышал, этим уже занялись Шумсы. Но они не из тех, кто быстро выполняет свою работу… Скажем, эти ограничения надолго. – Сейчас Геут был прав. Шумсы – работники выявления темных существ. Они как шпионы, изучают, наблюдают и раскрывают личности Иллинтов или других Кошмаров и часто работают детективами в обоих мирах.

Разговор прервал маленький белокожий человечек по имени Уайт, известный на все башни своими разведывательными дронами. Неизвестно, закрывала ли его лицо белая круглая маска или же это и был настоящий лик. Но на мордашке виднелись только нарисованные большие глаза и маленькая улыбка. Голубая туника и такие же волосы гармонично сочетались в образе. К белой пелерине, неизвестно для чего, был грубо пришит кусок длинной узкой ткани, болтающейся, как кончик шарфа на груди. На макушке торчало два фиолетовых плоских рога разной длины. Сотрудники Отдела до сих пор не знают, что за житель Грез скрывается за этим причудливым обликом. Многие думают, что он и вовсе – миролюбивый разумный социальный Кошмар. Однако, глаза существа всегда скрывала маска, поэтому никто не решался определить вид Уайта.

Иллинтов на Земле всегда можно было узнать по их глазам, если те не были под чем-либо скрыты. Когда Кошмар смотрит прямо на тебя, у его радужки можно едва заметить бирюзовый отблеск. Все меняется, как только Иллинт немного наклоняет или поворачивает голову. Снизу радужка до зрачка светится ярким розовым цветом, а верхняя часть бирюзовым. В измерении Грез этот отблеск является полноценным цветом глаз, отчего их легко отличать от Жителей.

– Геут Ниса, я к тебе от Советницы Эйдж. Должен ли я поздравить тебя со скромным, но все же повышением? Ха! В любом случае тебе дали одно важное задание, от которого зависит не одна жизнь. Советница уже ждёт у себя. И советую не злить её своим долгим отсутствием. Уж не знаю, что сегодня произошло, но настроение у Эйдж скверное. – Уайт без конкретных объяснений схватил Геута за руку и быстро поволок в сторону лестницы. Интересно, он проигнорировал рядом стоящий лифт специально или его задачей было сопроводить Прыгуна лично?

В любом случае, многие Ловцы были в коридорах, а, значит, возможность входить в сны оставалась. Мун пошла к большому телепорту, в надежде, что ее все же отправят на задание.

Устройства мгновенного перемещения стояли во всех углах Отдела, рядом с лифтами. Самое страшное то, что по внешнему виду телепорты почти копировали подъемники. Незнающие новички или уставшие сотрудники часто путают их с менее функциональным способом перемещения. Жаль, что после этого, Ловцы и Прыгуны ищут их по всевозможным снам. Телепорт чаще всего похож на круглый стеклянный подиум с панелью управления. Но в исключительных случаях их могут маскировать под двери, высокие вазы или же душевые кабинки. Последнее особенно пугает Избранников. Бывали случаи, когда ты хочешь отмыться от кусков Кошмара, включаешь воду и… Ты уже стоишь посреди нового боя, но в совсем неподходящем виде.

Сегодня прогулка Мун началась во сне директора крупной фирмы из Швеции. По крайней мере об этом можно было рассуждать, так как за окнами офиса виднелась знаменитая на весь мир Стокгольмская сферическая Авичи-Арена, а на деловом костюме сотрудницы красовался тонкий золотистый бейджик. Мун надеялась, что на этот раз ей попадётся дичь покрупнее.

Сюжет сна вновь оставлял желать лучшего, но жаловаться сейчас было бессмысленно. Компьютерный офис вмещал в себя двадцать человек, но все кресла, кроме одного, пустовали. Шведка сидела за столом, покрытым ветками белой колючки. Девушка нанизывала на мелкие шипы кусочки неизвестной серой желеобразной массы. Её руки и лицо, а также, все стены и пол офиса были запачканы толстым слоем все той же жижи. Около сотрудницы стоял высокий черный призрак с большим ореолом на лбу. Такие призраки на самом деле являлись частью сновидца, от лица которого они видели сон. Иногда они выглядели в точности как хозяева, иногда как силуэты. Черными тенями сновидцы становились, когда находились на грани отчаяния, поэтому Мун беспокоилась за психологическое состояние человека, но помочь ей никак не могла.

– Где же ты? – Мун осмотрела мякоть кактусов, но ничего подозрительного не нашла. В серых каплях тоже не наблюдалось следов Кошмаров. Сам человек был чистый. Однако, его движения были слишком напряжёнными для сновидца. – Что же это?! Если этот сон был ложным, мне никогда не подняться. Кто вообще режиссирует такие отвратительные сны? Местным нужно поработать над этим.

Мун решила проверить улицу, но окна и двери не открывались. Оконные рамы тоже не таили в себе что-то новое. Кажется, собственная судьба Ловца намертво застряла на мели.

Надежда почти оставила Мун, когда в одной из тысячи игл что-то пошевелилось. Многие бы не заметили этого движения, но только не Мун. Когда живёшь среди полей, нужно быть начеку. Всегда есть шанс, что в траве затаилась шипящая опасность.

– Ну, и кто тут у нас? – Мун осторожно вытащила иглу из растения, с помощью созданного властью Грез пинцета. – Так и думала, это близнецы Южи. Зараза снов, не лучше Червя, но хоть более редкая.

Южи – маленькие и глупые Кошмары. Сами по себе они ничем не вредны, только кусаются в два раза больнее ос и часто оставляют шрамы у Ловцов. Для измерения снов такие способности излишни, но близнецы призывают Ортов своими отвратными песнями. Если, конечно, тот есть поблизости, он обязательно услышит манящий ор. Южи выглядят как крупные осы, но крылья больше и ярко-желтые, а сопровождающие звуки будто вытягивают душу, на много дней тревожа того, кто их услышит. Иногда, крик Южи доводил до безумия тех, кто несколько раз слышал его. Близнецами их прозвали за то, что их толстые боковые усы с рождения срощены, как у сиамских близнецов.

– Глупые насекомые, хватит уже орать!

Мун быстро прихлопнула их фантомными бирюзовыми ножницами, из-за невыносимого шума в ушах. Но она надеялась, что Орт все же придёт на адский зов.

– Я легко с ним справлюсь! А с Ортом есть шанс доказать, что я стою больше Червей. – В предвкушении думала Мун. Надежды оправдались. Уже через минуту из-под пола послышался треск. Куски бетона разгромили столы, а серая субстанция активно полилась на нижний этаж. Уже через секунду пыльная голова Кошмара очутилась в опасной близости с хозяином сна. Перед призраком стоял огромный Орт.

Его неестественно уродливая жабья морда и мохнатое жирное тело летучей мыши были срощены у шеи. Под темной фиолетовой шерстью выделялся зелёный секрет, а кожа была пронизана алыми острыми наростами. Орты – глупые существа, которые просто съедают все в поле зрения, не разбирая ни вещей, ни людей, ни собратьев. Из-за животного инстинкта разрушения, Орт признан не очень опасным Кошмаром, однако физически сильным, поэтому ловить его в одиночку рискует не каждый.

Мун дернула вниз одно из трех перьев звенящего на груди знака. Нить ловца снов потянулась вслед за металлическим пером. Её цвет постепенно из золотого стал нежно пурпурный, а старый материал преобразовался в сеть из самого прочного вещества миров – мифтодии.

Орт отпрыгнул и набросился на шведку.

– Ну нет, не уйдёшь! – Мун в прыжке перехватила огромную пасть монстра и повязала полупрозрачные крылья.

Орт пытался подцепить сеть зубами, но вместо ожидаемого освобождения, только больше запутался в верёвках. Нить затянулась и сжала Кошмара, однако удержать его оказалось труднее, чем думала Мун. Большими сильными лапами зверь упёрся в землю, а после стал усердно тянуть Ловца к себе. Он с трудом разинул пасть. Мифтодия натянулась до тонкой нити и почти прорезала десны Кошмара, повредив его язык. Мун несло к Орту с такой скоростью, что если её не покромсали бы зубки чудовища, то это обязательно сделала бы сковывающая его сеть. Ловец сжала в руках перо, от которого отходили нити и бросила его за спину Кошмара. Наконечник не плотно прибило к грязному столу. Инерцией Хатсон продолжила бежать прямо в сторону глотки Кошмара. Выставив ногу вперед, Ловцу, в прыжке, пришлось ударить Орта по морде, чтобы тот не откусил девушке голову.

Мун оттолкнулась от ноздрей и зацепилась за отросток. Орт попытался сбросить Ловца со спины, но сеть помешала ему перевернуться. Перо на последних силах сдерживало живой танк. Дыхание пленного участилось. Все его тело, кожа, покрытая спутанными назойливыми нитями волосами, кровоточила. Орт, через силу снова открыл пасть, но в этот раз он стал втягивать воздух в себя.

Поле боя занимали руины кабинета. Серая склизкая субстанция стянулась со столов на пол. Теперь помещение можно смело называть настоящим катком. Вот только Мун совсем не устраивало на нем кататься. Она покрепче схватила Кошмара за шкуру и попыталась завалить его. План основывался на том, что монстр стоял на той же скользкой площадке, что и человек. Но когти прошли через деревянный настил и намертво впились в бетон пола. В такие моменты Ловец могла только позвать поддержку, но Избранницу смущала обстановка в Отделе.

Было бы приятно сделать пару дыхательных упражнений, но времени на это, к сожалению, не оставалось. Мун захватила с шерсти Орта моток сковывающих нитей и со всей силой потянула на себя. Руки, даже защищенные властью Грез, заныли в ту же секунду. Не выдерживая давления, ладони сначала покраснели, а до самого предплечья волнами пронеслась колющая боль. Одна из кистей не выдержала. Нить разрезала кожу девушки, а вскоре и вторая ладонь присоединилась к медленной казни. В таких условиях человек чувствует нарастающую жгучую боль, но адреналин заглушил почти все неприятные ощущения. Жертва не прошла даром. Пасть Орта вновь удалось захлопнуть, а лапы сместить ближе к центру. Монстр медленно, но уверенно терял равновесие. Мун резким движением вытащила из чехла за спиной карманный нож и выколола жабий глаз. Орт не отвлёкся на рану, но слепая зона позволила Хатсон прижать перо плотно к пузу Кошмара.

– Ещё повяжем передние лапы и будешь ты пойман. – напевала Мун, обездвиживая Орта крепким узлом. И вот, через мгновение, он уже лежал на полу, поверженный. Ему оставалось только кусать сеть и нервно подергивать задней лапой.

Уверенный Ловец сорвала с пояса белый куб – клетку, чтобы поступить с нарушителем также, как и с Червем. Куб может вмещать в себя почти бесконечное количество материи. Если бы он за раз не сбрасывал все свое содержимое, то получился бы отличный рюкзак. Но в эту ночь, куб неожиданно… Перестал функционировать. Все дело было в ограничении, объявленном Отделом. Чтобы предостеречь сотрудников от глупости, вроде действий Мун, следящие за устройствами Кори временно отключили все их функции.

– Да ладно?! Не верю! Мне в самом деле придется тащить эту громадину на своих двоих? – Мун глянула на ладони. Боль еще не дошла до апогея, но их разорванный вид пугал героиню. Хорошо, что в Отделе подобные раны заживают за час, если, конечно, не вернуться назад в наш мир. – Ох, минутку… Я опять слишком быстро справилась и теперь моим единственным заданием на сегодня будет очередная трата времени в обители лентяев?! Почему это в самом деле происходит?

Расстроенная Ловец хотела уже уходить, но увидела, что с призраком что-то не так. Он стал быстро ходить по сну. Его тело разрывало на части, а после он вновь появлялся целым в другом месте.

– Это ты сделал? – спросила Мун Орта, но в ответ получила только рычание и пронзительный взгляд, посылаемый уцелевшим глазом.

– Ч-человек на границе. Он-на больше н-н-не спит. – тихо прошелестел появившийся неподалёку призрак. Его голос колебался от низких до высоких частот. Постоянное изменение собственного черного силуэта выглядело пугающе, вызывая только неприязнь и желание поскорее покинуть сон. – Думаю, те-е-бе уже пора.

– Ой, да? Тогда мне пора! Спасибо?!.. – вообще-то с призраками, из которых уже ушла душа сновидца, запрещено было общаться, ведь неизвестно, кто захватил тело. Но, если сон исчезнет, то Избранник вместе с Ортом потеряются в вечном лабиринте Грез. Странно было, что пустая кукла заговорила, но, как подумала Мун, в жизни и не такое случается.

Хатсон вернулась в Отдел с Кошмаром, превышающим её рост почти в три раза. Она потащила монстра Лори Вект, в этот раз через общий холл. Ее поступок действительно привлек много внимания. Слухи… Как быстро они разойдутся? Сегодня, на Лори было воздушное пестрое платье и блестящий яркий макияж. Нарядный вид был очень непривычен для Лори. Если вспомнить, по Отделу давно ходил слух, что холодная Вект наконец-то нашла своего спутника жизни. Наверное, сегодня у них намечалась особая ночь.

– На этот раз получше. Но… Секунду, он же из сегодняшнего сна? Видимо, это наказание судьбы. Тебе, как всегда, везёт на проблемы. Это ещё с курсов, или того раньше, не так ли? Ваша семейка всегда отличалась. Хотя, прогресс на лицо. Свалилась на мою голову опухоль. Ладно, только, если что, ты его повязала у границы Отдела! Или в крайнем случае вчера так вышло, что случайно зашла в телепорт, ну и понеслась история сегодняшней ночи. – Лори позвала двух Стражей, помочь дотащить Орта. Она была весёлой и мягкой. Но за краской на лице было не скрыть очевидного волнения. Лори была очень бледной, как Анна, когда её с дядей лишили работы. Опять нам не дано понять всего того, что творится в Отделе.

– Ну да, что может быть лучше Ортика?.. – Мун, постучав по столу, решилась расспросить Вект. – Вам плохо Лори? Вы выглядите неважно. Может поделитесь со мной?

– Эх, Хатсон, научись уже манерам! – внезапно вспылила Вект. – Между прочим, даме о таком говорить неприлично. Что значит, выгляжу неважно? От Нисы нахваталась, да? Всё нормально, но, прости, душу изливать у меня настроения нет. – Лори одной рукой уволокла Орта, который весил почти пол тонны, разогнав ошалелых помощников. Недовольно ворча, она давила плитку пола и кидала гневный взгляд в сторону отражений. Истинно сильная женщина, особенно когда злая. Мун даже не успела спросить про её наряд.

По пути на пост, Мун перехватил патрульный. Человек с сияющей трех-лучной звездой, в темной серой рубашке с ярким фиолетовым воротником и идентичными ремнями, набросился на Хатсон. Эта эмоционально необъяснимая личность – Дон. Он уже неделю работал младшим Стражем. Дон выглядел уставшим. Все волосы были в колтунах, а по лбу стекали редкие капли пота.

– Ух! Привет. – переведя дух, сказал Дон. – Я ищу тебя уже часа два! Бегаю, как во время тренировок. Туда – сюда.

– Зачем ты меня искал? – радостно отбивалась от объятий друга девушка.

Дон для Мун был не просто приятелем из Отдела. Они встретились в земном мире ещё три года назад. Правда, в интернете. Но это не мешало хорошо общаться. А когда Хатсон узнала, что он Избранник, то, в прямом смысле этого слова, вскочила до потолка от счастья. Пришлось ей потом чинить крышу класса по изучению аномалий мира Кошмаров. В прежнем поселении Мун бы не встретила Дона… Думая об этом, Хатсон вновь вспоминала дом. Даже ночь не могла унести настолько большую печаль.

– Мне так и не сказали. – пропыхтел Дон.

Парень был метисом, но глаза, на удивление, выделялись чистым изумрудным цветом. Жил Дон в районе западных гор и местность, которую он описывал, очень напомнила Мун ее новый «ореол обитания». Возможно, в соседнем от Монс Понтиса городе стоит прибежище мальчика. При большой удаче Мун хотела бы съездить к нему в гости и наконец-то увидеть дом друга. Как Страж, Дон носил длинную серую рубашку и коричневые штаны, на поясе повязывал толстую мифтодию и электрическую дубину с острым наконечником. Очень забавно, что его голос был высоким и совсем не ассоциировался с ним. Но, как говорил юноша, его время еще не пришло.

– Ну да… Интересно, почему ты ничего не сказал мне в напутствие? – тихо ответила Мун, натирая пальцами кончик пера своего знака.

– В какое напутствие? – изумился Дон.

– Ты что, так и не прочёл!? Я тебе пол дороги писала про переезд! – возмутилась Мун. – Зачем печатать сообщения в интернете, если получатель их не читает?

– Вы уже переехали?! Вот же, хе-хе… – Дон растерянно почесал затылок. – Я не знал, прости. Хотя живёшь и высоко, связь бывает обрывиста. Да и я не всегда успеваю читать сообщения. – пытаясь исправить ошибку, Дон виновато качнулся и, словно ничего не произошло, снова заговорил. – Ну и где вы сейчас?

– Эй, правило двадцать шесть! Ты же знаешь. – Мун стукнула друга по плечу. – Читать не успеваешь, что за детские отговорки?

Дон приуныл. В другой реальности эти двое никогда не встречались. Представьте, что каждую ночь вы безмятежно плаваете по рифу, а просыпаясь, в не видите ничего, кроме безжизненных барханов. Грустно, верно?

– Стыдно, признаю ошибку. Но отложим пока нравоучения. Я не просто так искал тебя. Без понятия зачем, меня попросили передать тебе весть. Тебя ждёт Укрей. У него очень важный разговор. – Дон указал на верхние этажи.

Если Избранника зовет Укрей – дело дрянь! Мун либо ждёт выговор, либо что-то хуже. С Советниками дела вести опасно, а тем более с Укреем! Но почему? Лори права, Хатсон – магнит для проблем! Ещё этот Негл… С ним у Отдела печальная история. Интересно, он решил отомстить за прошлое? Или это просто очередная попытка возвысить Кошмары? Что-то определённо расчерчивало свои планы. И это что-то опять не пройдет в стороне от Мун? Многие мечтают о путешествиях, но сами не понимают заплаченную для них цену. У Мун приключения всегда перенасыщены событиями, эмоциями, опасностью. Но желанные события не всегда проходят так, как вы мечтали. Они всегда перевернут историю в обратную сторону.

Часть 2 «Напарник»

Сидеть в совете – дело не из простых. Эта профессия заставляет идти человека на крайности. Многие совершают страшные вещи, ради знака солнца. Но Советники, помимо того, что обязаны помнить каждого Иллинта в лицо, должны уметь управлять и решать проблемы Избранников. Их жизнь – вечные переговоры, решения, заговоры и тайны.

Солнце было особенным даже среди прочих символов воинов снов. Каждый изогнутый луч на круглом золотом светиле был показателем статуса Советника. Чем больше таких лучей окружало солнечный круг, тем выше власть и возможности Советника. Внутренний узор знака тоже был уникальным. В центральной башне располагался целый памятник со старыми золотыми дисками прошлых глав. Ни одно солнце не повторялось. Укрей выбрал для себя символ четырех-лучной звезды, в знак признательности Стражам. Униформа Совета была белым костюмом или платьем с золотой полосой на боку. Многие любили дополнять образ золотистым плащом и янтарными украшениями. А бывшие Охотники пришивали к плащам или ботинкам легкие брошки из перьев.

Когда-то Укрей был самым знаменитым Охотником, убивающим Кошмаров исключительно издалека. Его любимым оружием даже сейчас являлись пропитанные ядом перья. Лёгкий, незаметный и быстрый способ избавиться от опасности. Даже его внешность соответствовала воздушному символу. Светло русые, как шерсть каракала, волосы, вытянутое лицо с тонким длинным носом, а гетерохромия выделяла его глаза: один был серо-голубой, а другой настолько светлый, что казался слепым или ненастоящим. А истинная мания Советника к перьям – неотъемлемая часть образа Укрея.

Суровый взгляд мужчины просачивался в душу и передавливал все внутри. Сейчас он спокойно сидел за рабочим столом и постукивал по дереву перьевой ручкой. За спиной Укрея слепил свет, исходящий из трех панорамных окон, выходящих в самый центр Отдела. На столе лежали папки, тикали треугольные часы. Кабинет освещали те же шары, что и в комнате отдыха. На полу и стенах украшения из любимых Укреем перьев. И лишь одинокое золотое кресло как бы приглашало будущую жертву устроиться поудобнее.

– Присаживайтесь, Мун Хатсон. У меня к вам очень важный вопрос. Вы же ответите честно? – Его голос был точен и приятен. Простота слова и определяла всем известного Укрея.

– Да, как и всегда. Какой вопрос настолько важен, что потребовал нашей личной встречи? Я недостаточно хорошо выполняю работу? – Мун поймала себя на мысли о том, что сейчас разговаривает с Советником на равных. Ей стало даже приятно, хотя по глазам Укрея, было видно небольшое недопонимание. Тут Мун вспомнила, что даже не поздоровалась, однако и собеседник не проявил должного уважения.

– Нет, работа соответствует порядку плана, однако, не оправдывает надежд Эйдж… Но это проблема второго плана. Сейчас Отделу важно избавляться от сорняков. До тебя уже дошли слухи, не так ли? – Укрей даже не улыбнулся, хотя в любой другой раз он бы давно это сделал. Однако его глаза засияли.

– Возможно, у вас будет более достоверная информация? С некоторыми подробностями? – Если это связано с Неглом, то точно будут проблемы, думала Мун. Меньше всего ей хотелось стать приманкой для опаснейшего Кошмара. Но, с другой стороны, девушка не могла упустить шанса найти эту опухоль измерения. В случае победы, уважение к ней было бы обеспечено до конца истории Отдела. Как и утвержденное место Хатсон среди Охотников.

– Что ж… Уверен ты знаешь. Не так давно «Центральный» Отдел обнаружил следы власти Грез, вне человеческих возможностей. Есть даже те, кто считает, что дело вовсе не в измерении, а его детищах. Многие специалисты пришли к более интересным выводам, но держат их при себе, поэтому мне сложно объяснить их ход мыслей. Но я точно знаю, что где-то проснулся опаснейший паразит. Поговаривают, что это предводитель ужасов – Негл. Может это просто слухи, а может и нет… Как считаешь? – От слов Укрея Мун стало чертовски плохо! Нет!

Она все не могла понять зачем Советник рассказывает секреты Отдела? От нее же после этого не избавятся, как от лишнего свидетеля? Надо сохранять хладнокровие. Ловец постаралась держать уверенное, серьезное лицо, но взволнованные глаза – беспроигрышное зеркало души.

– Мы не можем делать точные выводы, основываясь на сплетнях. Но я хочу перестраховаться. Если слухи правдивы, то над нами нависла угроза. Что именно вам необходимо от меня? Вы ведь понимаете мой уровень. – Мун смутилась, понимая, что сейчас у нее нет должного опыта для таких ответственных миссий. Если нанять неопытного ребенка, эта операция может закончиться, толком не начавшись.

– Именно, что я понимаю уровень. Ты лучший выпускник, хороший практик. Но что самое главное – Негл всегда предстаёт в форме ребёнка и для взрослых большая проблема даже приблизиться к нему. Думаю, тебе не привыкать работать с Кошмарами, если вспомнить события на курсах. Я так же выделю средства, такие как: личный телепорт и доступ в архивные данные. К тому же, в тебе нет стремления подтянуться до Охотника? – Укрей сплёл пальцы рук и пристально посмотрел на Мун. – Не упускай возможность идущую прямо в руки.

Отличная возможность, которую тебе навязывают никогда не является таковой. Но Мун не хватило духу произнести это. Советник все ещё ни разу не улыбнулся. Такого безэмоционального Укрея не видел ни один Избранник. И что ещё больше привлекло Мун, так это обещание дать на эту миссию многоразовый телепорт.

– Верно, но я все же спросила, что от меня требуется. Я бы хотела узнать подробности задания чуть… подробнее. – Мун сжала рукава рубашки от волнения. Ей хотелось уже прямо сейчас выбить дверь и помчаться навстречу с легендой Отдела.

– Хотелось бы нейтрализовать опасное существо. – устало сказал мужчина. – Скажу сразу, одной тебе не справиться с Неглом. Твоей задачей будет защита и помощь Шумсу – Сури Акеру. Найдёте, как выглядит и где находится предводитель ужаса, доложите мне. И мы вместе избавим мир от очередного представителя хаоса. – Укрей не дожидаясь ответа выставил Хатсон за дверь. Мун ещё пол минуты не могла переварить это все. А Сури, это который Избранник? Неважно. Все равно, Мун уже не сбежать.

Десять минут спустя Ловцу пришло сообщение по рации. В нем описали довольно необычное место и время встречи. И этим божественным, всеми обожаемым местом оказалась не комната отдыха, где всегда мало народа, а шумная столовая. Мун сильно удивила локация, но она все равно уверенно направилась на особое знакомство с новым напарником.

Большие столы каждую ночь расставляли по-разному и меняли им форму самой столешницы. Например, сегодня их форма напоминала распустившиеся цветы мака. Щедрый шведский стол предлагал блюда любой кухни мира. Думаешь, зачем питаться во сне? Но не стоит забывать о людях, которые медитируют сутками, не возвращаясь в реальный мир. К тому же приятно иногда разнообразить жизнь турецким водяным пирогом или жареным пауками.

Потолок освещали молодые звезды. Они висели на нитках, как и их старые собратья. На первый взгляд казалось, что это была экономия электричества, фонарей или свечей. Но на самом деле молодых звезд готовили висеть над толпой людей неподвижно и молча. Однако почти ни у кого этого не получалось. Иногда, задорные звездочки отвешивали неудобные шутки в сторону Избранников. Самые тихие же, обычно были страшно наглые и просто жевали обеды зазевавшихся рабочих. А после, взлетали так высоко, что голодный Избранник никак не мог достать наглеца. Да, если тебе интересно, то знай, что у звёзд тоже есть чувства и характер.

Мун взяла чай и любимый грибной кекс, чтобы не привлекать лишнее внимание, затем пошла к тридцатому призрачному столу. Этот столик славился своим тёмным прошлым и настоящим. Дело в том, что его всегда ставили в угол, где не висят звезды и не попадает свет из окон. Кто знает, может за этим столом обсуждали новые законы, планировали заговоры или мятежи… Люди тоже сторонились тридцатого столика. Старались даже не смотреть на него. Все из-за легенды о том, что, если просидеть на нем тридцать минут и более, тебя утащит окружающая мебель тьма. Забавное совпадение, но Избранники не редко пропадали у этого столика, после получасового перерыва. Хорошее место для переговоров с тайным умыслом. Но не слишком ли оно очевидно?

Когда Мун подошла ближе, сидящий за столом Шумс включил ручной фонарик и поставил его на середину доски. Мун вздрогнула от неожиданности. Этот юный детектив был в тёмном пальто, с накинутом на голову капюшоном, поэтому Хатсон не замечала Сури до последней секунды. Да и при свете фонаря человека выдавали лишь отблеск в глазах и сияние маленького знака Сатурна.

Мун долго не подходила к столику. Тянув время, она отвлеклась на звезды или изучение содержимого шоколадного кекса. Но кажется напарника совсем не раздражало то, как ползёт испуганный до полусмерти Ловец. Он продолжал смотреть на девушку и время от времени что-то записывал в записную книжку. Успокоившись, Мун села напротив Избранника и залпом выпила весь чай.

– Вы Мун Хатсон? Не ожидал такой странной реакции от Ловца – Сури усмехнулся, хотя и чувствовал себя виноватым. Его каштановые волосы светлели к концам. Серые глаза серебрились, как покрытые инеем камни. Кожа юноши была немного загорела, а сладкий фруктовый запах переносил Мун в теплые южные страны. Все детективы ходили в серо-синем пальто и тёмных штанах. Мун заметила, что у Сури было всего две золотых полосы на рукавах, а значит перед ней был более опытный страдник, чем она. Это ее удивило. Возможно, цель ее защиты не такая уж безнадежная.

Сейчас этот серый колоритный наряд, даже при свете фонарика, затемнял Сури. Да так, что Мун казалось, она разговаривает с приведением.

– Да, а вы… Сури Аккер? – Сперва Мун думала, что это девушка, поэтому фигура парня в разы сильнее вывела из строя Хатсон. Наверное, ей стоило пересмотреть именные значения.

– Сури Акер, без паузы на букве. Есть предположения? Или, может, вы знаете что-то?

– Нет. Я думаю, ты должен знать больше. Все-таки информационная часть и есть работа Шумсов, а не Ловцов. – На слова Мун, Сури мило, но устало улыбнулся.

– Есть только слухи и пара очевидцев, а с ними горы дезинформации. В архивах полый бардак из-за плановой перестройки. Но, я все равно их проверил. Думаю, достаточно для хорошего первичного анализа, не так ли? Не могу сказать точно, скорее всего Негл проснулся с погрешностью в возрасте. Наверное, ему сейчас от шести до семнадцати лет, хотя по архивным данным этот Кошмар чаще всего появлялся в возрасте трех или пяти лет. Я считаю, что Негл в теле школьника или студента. Но подтвердить хоть одно его старшее воплощение никак не получается.

– И как шестерни твоей головы дошли до этого? – почти перебила его Мун, скептически уставившись на его обиженное лицо.

– Догадки. Разум детей легко поддаётся захвату и имеет более хорошую форму оболочки. Я могу даже предположить, что для Негла предпочтительнее простой эмоциональный человек, а не избранный снами. К тому же у него скрытная натура, присущая подросткам, а не маленьким детям. Это свело бы маскировку на уровень обыденности. – Мун ему не верила, точнее не хотела, но уверенный в теории Сури не оставлял шанс усомниться в его мышлении. Однако, анализировать Кошмара по слухам и устаревшим архивным записям, немного не точно.

– Но какой толк от человека, который не умеет входить в мир Грез? Это же нелепо. В зеркальное отделение, где хранятся все пути перемещения по снам, простому смертному не попасть, а Негл же туда и стремится. Если он в самом деле хочет сломать разум каждого человека, было бы логично пристроиться у квалифицированного Ирта… – Мун немного помолчала, задумавшись. Сури для Хатсон оказался очень странным и непостижимым человеком. Нелогично с его стороны выбирать простого сновидца, пусть даже самого знаменитого или сильного.

– Что меня действительно заинтересовало, так это то, что Негл не приписан ни к зверям, ни к разумным Кошмарам, ни вообще к личности. Абсурдно будет просто бежать на защищенный разум Избранника, уговаривать его или пугать, а после ещё прыгать по снам. К тому же я предполагаю, что это существо захочет обосноваться в одном с тобой городе. Все-таки, как известно, у него с семьёй Хатсон были особые отношения во время бунта. Я слышал твой предок… Помог? – Мун резко встала. Она злилась на то, что Сури мог узнать, где она живет. Хотя, это и нарушение правил, детективы везде суют нос. Им ничего не стоит пробить информацию. Но откуда он знает? Что вообще можно знать из ничего. Сури все больше пугал Мун, ведь теперь к устрашающему внешнему виду, прибавился пытливый ум.

– По описанию старых сотрудников – Негл сущность мстительная. Но, несмотря на это, он всегда очень спокоен и рассудителен. Все очевидцы встреч с ним рассказывали, насколько сдержан и льстив этот Кошмар, а ещё: ему не ведана смерть. Видно, удачи Кошмару не занимать. В Нижнем Отделе он считается самым сильным из всех ужасов тьмы. В противостоянии он уступил только Советнику из Центрального Отдела Улли и Охотнику Укрею.

– Хм? Праотцу нынешнего Советника? Если это не однофамилец, тогда не удивительно, что наш Укрей так стремиться разобраться с Кошмаром без помощи остального Совета. Завершить дело семьи и спасти мир Грез.

– Будем верить, что это его настоящий мотив. Не хотелось бы узнать, что он желает только мести Кошмару.

Молодые люди старательно строили план, составляли возможные сетки событий и даже придумывали очевидцев и потенциальных жертв. Но, несмотря на активные дебаты, ребята не достигли единого мнения. Единственным хорошим решением было проверить дату прошлого появления Негла, но в этот раз не в архиве, а в закрытом от посторонних мастерской Иртов – скоплении воспоминаний. Ещё Сури предложил Мун самостоятельно пересмотреть записи из центрального архива. Мун хотелось проверить найденные в измерении Грёз следы. Но оказалось, что из-за ограничений все Маяки отключили и порталы стали заблокированы. Даже её собственный ручной телепорт отказался работать. Хм, получается толку от него нет? Ее подкупили безделушкой!

Неожиданно, в ушах Мун раздался тонкий протяженный звон. Звук, что не спутать ни с чем другим – мелодия будильника. Самое полезное и кошмарное изобретение человечества. Колокольный перезвон настойчиво требовал от Ловца немедленного пробуждения.

– Эх, черт! – проскрипела Мун. Шум не умолкал. Он только набирал обороты.

– Да тебя конфузит. Что, уже пора? – спросил Сури, заметив непроходящие страдания напарника. – Ну ладно. Я ещё пять часов тут буду, поищу чего-нибудь по делу.

Мун хотела бы отсрочку хотя бы в два часа, на осмысление всего. Но суровый школьный график не давал такой возможности. Коллеги попрощались. На этот раз Мун проснулась бодрой и довольной. Состояние избранника после ночи было таковым: больше работаешь – лучше высыпаешься.

Колени дрожали от пережитого волнения. Разум отрицал происходящее.

По комнате разносилось монотонное тиканье часов. Движение стрелок в полной тишине казалось громким раздражителем пошатнувшейся нервной системы. Всё что сейчас происходит как-то связано между собой или это просто череда обстоятельств? Но ответ был точно не перед носом. Он скрывался далеко за горизонтом, где-то в вершинах гор.

Глава 4 «Пред звёздный ход»

Грань: «Созвездия»

Наша экскурсия продолжается. Перед тем, как мы продолжим, я хочу поведать тебе о важной части культуры мира Грез.

В измерении Грез нет правителей, как у людей. Однако, есть существа, стоящие выше остальных. К ним прислушиваются, просят о помощи, даже доверяют свои судьбы и жизнь своих сородичей. Звучит красиво, но для жителей Грез и для Избранников эти сущности столь же сильны и велики, как Боги. Покровители Грез не очень скрытны. При желании и определенной удаче всегда есть шанс лицезреть Великих.

Этих существ еще в древности прозвали Созвездиями, чтобы не смешивать языческую веру людей и измерения Грез. Созвездия покровительствуют разным явлениям, таким как «время», «пространственные аномалии», «свет» и многому другому, что можно встретить во вселенной. Обращаю твое внимание, что они не управляют ими, а лишь направляют тот тип энергии, от которого сами же и происходят, хотя и весьма умело.

Мы питаем к ним уважение и празднуем несколько дней, почитая их силу и мудрость. Если подумать, есть единственное Созвездие, которое носит за собой негативную репутацию – Турлин. Это Созвездие определяет границы и порядки миров и порой делает опасные исключения, позволяя кому-либо находится в нескольких измерениях. Избранникам она не нравится потому, что иногда порождает людей, способных использовать власть Грез безгранично. Звучит как отличный дар, но его итогом становится разрушение и хаос, влекущий за собой исключительно смерть.

Мы не знаем о Созвездиях практически ничего. Даже жители Грез могут не увидеть своих божеств, прогуливаясь у дома. Но есть одно исключение, по имени Ротто.

Ротто – уникальное Созвездие удачи, которое любит вмешиваться в дела остальных. Он часто показывается не только Избранникам или жителям Грез, но и людям, и космическим обитателям, и Кошмарам. Помогая, Ротто не требует ничего взамен, поэтому каждый мечтает встретить его и получить благословение удачи. Но знаешь, что я скажу тебе? Всегда наступает момент платы. Хотя, есть несколько личностей, плату за которых это Созвездие платит само.

Часть 1 «Труппа»

Каждое утро жители Земли встречают своего злейшего недруга – будильник. И если для кого-то этот прибор не хуже спасательного жилета, то для Хатсон все иначе. Каждый раз, когда во время работы она слышит звон, то первым же делом, когда проснётся, швыряет часы в стену. Это утро стало исключением. Просто потому, что Мун побоялась серьёзно повредить древесину крыши.

За ночь школа не изменилась. Но изменилось отношение к ней, когда в малую школьную оранжерею приехали школьники другого учреждения.

Погода была не дождливая, в какой-то момент через кучевые облака пробилось солнце, поэтому ученики спешили поесть на дворе школы. И заодно попытаться понаблюдать через изгородь за гостями, дразня голодных сверстников. Горячий обед Мун съела быстро. Но вот, Мун вдруг подавилась соком, когда увидела Его. Через щель между камнями перегородки показался Дон?! Желания всегда сбываются тогда, когда их не ожидаешь. Дон также заметил свою подругу и быстро подбежал к ней.

– Эй, Мун! Я сегодня заметил, как ты идёшь в школу. Если честно, наверное, не хорошо в школьной форме пробираться через заросли по грязным камням. Тебе следует быть осторожнее в горах и, хотя бы, ходить по тропинкам. Мне лучше промолчать об общественном транспорте? – Дон был очень весел, но Мун наблюдала лишь за половиной тела и рук. Он висел на каменной перегородке. Изгородь отделяла общую школу от оранжереи. А сейчас от учеников элитной частной школы "Формир".

Школа «Формир», которая являлась пристройкой к университету, выделялась в архитектуре города своей абстрактной волнообразной формой из стекла. На его крыше находилась профессиональная обсерватория, которой пользовались не только ученики, но и астрономы с туристами. Вокруг учреждения стоял небольшой общественный парк, финансируемый школой. А у ограждения играли каменные скульптуры вальравнов – вороны, по легенде обретшие мудрость и облик человека. Эти мифические существа так же служили эмблемой благородного предприятия. Чёрный вальравн с копьем в лапах.

– Дон?! Не верю, это не соседний город, и даже не другая страна! – Мун завизжала от счастья! Уже второй Избранник в Монс Понтисе, к тому же ее друг!

– Ха-ха. Тише, Мун, а то мне влетит от классного руководителя. Как успехи в вашем особом деле? – Спросил Дон, разминая руки, на которые он опирался.

– Прознал, значит. Ну да. У нас даже чихнуть нельзя так, чтоб об этом не узнали все сотрудники. А прогресс равен нулю. Мой новый напарник считает, что он человек не из Отдела, но я пока не разделяю его мнение. Не в обиду детективам, но…

– Одобряю решение того напарника. Было бы глупо подвергать опасности новое вместилище. Если я правильно помню срок спячки в триста лет и близко не прошел. Он же сейчас наверняка ослабевший. Да и кто сказал, что вкусы у Кошмаров не меняются со временем? Я тебе кое-что принёс. – Дон огляделся. Он опустил руку и протиснул книжку в ту самую заветную щель между булыжниками. На обложке был сложный механический Лунный замок, который возможно открыть только с применением магической власти Грез или хорошего огнестрельного оружия. – Прочти. Тебе, как никому надо знать про Негла. Это книга легенд ещё первого тысячелетия. Говорят, её послали сами божественные Созвездия. К тому же, ты явно про Негла ничего не знаешь, как и все в Отделе. Это особая книга досталась мне большим трудом, о ней даже Советники знать не должны.

– П-почему ты не рассказал ничего главным?! – возмутилась Мун, пытаясь залезть на скользкие камни.

– Ноги не сломай, скалолаз. – посмеялся Дон.

Мун настырно пыхтела и хмурилась, пока нога не зацепилась за камень и Хатсон вновь не разглядела хотя-бы пол тела друга. Но зафиксировать ногу на мокрой поверхности надолго у Мун так и не вышло. Ей пришлось несколько раз запрыгивать на вертикальную плоскость, прежде чем удалось крепко уцепиться руками. Повезло, что во время потуг ее школьная форма не испачкалась.

– Слушай, без обид, но тебя совсем не волнует, что на дело отправили неопытных детей? Не хочу допытывать, о чем вы беседовали с Укреем, но Геута тоже беспокоит твоё положение. – Дон просверлил Мун вопрошающим взглядом, сравнимым разве что с глазами умоляющего дать лакомство питомца.

– Может, тогда подробнее расскажешь об этой занимательной литературе? Так интересно, где же ты ее откопал. Хотя нет, каким образом она оказалась у тебя?

– Ой-ой, понял. – быстро отступил Дон, явно не желая рассказывать о своем труде. – Но, если возникнут сложности не скрывай это от нас. Хорошо? Только не выдавай меня, прошу! Не хочу отрабатывать остаток жизни в БуИО. Ах, да, если Негл где-то в нашем мире, то обещай сначала все о нем разузнать, а не лезть на рожон, как часто бывало на курсах. – Страж Грёз спрыгнул вниз и убежал вслед за группой.

Дон без сомнений прав. Стоило узнать получше про Негла и его действия в прошлом. К тому же, это было изначально разумной частью плана, которую Избранники собирались воплотить.

Школьные занятия закончилась уроком физкультуры. Вышибалы! Любимая игра Мун. Когда играешь в вышибалы на выживание твоих рук против круглых кусачих монстров, быстро научишься уворачиваться. А после нескольких таких испытаний станешь асом в игре. Тут главное лупить в неполную силу, иначе обученный Избранник мимо ходом переломает кости всем одноклассникам.

Мун ловко отбивала мячи и, стараясь сдерживать удар, отправляла их обратно. Голдон, друг Алис и теперь уже Мун, на пару с Хатсон уворачивался от каждого летящего снаряда. Он был высоким и худеньким парнем. Синие волосы все время сбивались в кучу, орлиный нос удлинял и без того вытянутое лицо. Но собранности Голдона завидовала даже азартная Мун. Она старалась изо всех сил, чтобы в тело не попала и пылинка с мяча. Но увидев удивление и увлечение тренера, Мун неохотно позволила попасть в себя. Хотя, это произошло и под самый конец, когда Ловец сделала вид, что отвлеклась на непослушный шнурок. Но ты и я знаем, что удивительная ловкость Мун не пронесётся мимо незаметно.

Казалось, в этот день не могло произойти ничего удивительного. Но всего один видеоролик смог перевернуть всю школу с ног на голову. Эту судьбоносную запись сделал один из ведущих журналистов города Вэйт Клайдис, который всегда в курсе последних новостей и даже опережает телевидение.

Видео началось со слов Вэйта, стоящего за кадром своей камеры. Информацию в видео передавали забавные анимации и фото, показывающие то город, то главное здание, то нарисованного представителя известной киностудии.

– Привет, дорогие потенциальные зрители и участники конкурса, о котором я случайно узнал, пока проходил мимо совсем не подозрительного здания. У меня для всех вас важная новость! Городская администрация, в паре со знаменитой киностудией Лайн объявляют конкурс короткого кино.

В этот момент на фоне вылезли актеры, загримированные под зомби, а журналист, продолжая оставаться за кадром, подбежал к массовке.

– Как известно, темой конкурса видеороликов будет хоррор или же комедийный ужас. Вашей задачей будет не просто напугать или рассмешить зрителя пародиями, но и затронуть все ниточки их эмоций! Не забывайте, короткометражки должны передать целый мир за пару минут. Хэй, ребята, не поделитесь со мной тем, что вы планируете сделать?

Один из зомби, кривляясь и мыча посмотрел в сторону камеры. В объективе сверкнули кислотно – зеленые глаза. Затем он сначала медленно поковылял в сторону журналиста, а после галопом бросился прямо на камеру. Остальные последовали примеру своего товарища. Вэйт выхватил камеру и сделал вид, что пытается убежать от настоящих монстров. Но притворство улетучилось, когда в кадре объявились разгневанные охранники с командой гримеров.

– Ой-ой, у нас могут возникнуть технические проблемы. Удачи в начинании, друзья. Зарегистрируйте коллектив и отправьте видео на почту, указанную внизу экрана… Техник же ее вывел, верно? Ну, надеюсь на это. Ох, если я выживу, не забудьте позвать меня посмотреть на ваш шедевр.

На этом видео обрывается, а на экране высвечивается извинительная запись о неполадках с журналистом.

Школа Инока воодушевилась. После объявления официальной новости, директор одобрил участие в конкурсе. Школьный совет принял решение доверить организацию съемок одному из членов кино-кружка. Это была старшеклассница Кристина Коль, которая в тот же час организовала сбор всех тех, кто хотел бы поработать со сценарием. Мун в число писателей не входила, поэтому весь процесс разработки сюжета она пропустила. Хатсон не планировала участвовать в съемках, поэтому постаралась как можно скорее покидать пределы школы всю оставшуюся неделю.

В очередной беспокойный день – четверг, шестого числа, Мун в коридоре встретил директор Иноки. Вид у Норсона Верли был многообещающий. Казалось, что при нем Ловец нарушила с десяток правил, за что без промедлений получит строжайший выговор. Но заметив волнение Мун, Норсон поднял голову и расслабил плечи.

– Как дела на новом месте? Может, есть жалобы или же хочется чем-то поделиться? – Верли встал так, что Мун могла избежать разговора, только повернувшись к директору спиной и быстро побежав к выходу.

– Все в полном порядке, я уже начинаю запоминать имена преподавателей и учеников. – Мун в надежде высматривала знакомые лица, способные ее забрать, но безуспешно.

– Хорошо. Тогда, как насчет выполнить одну мою маленькую просьбу? Почувствовать в жизни общества? В команде Коль дефицит кадров, им не хватает актеров на роль призраков. Вот, по ее просьбе, я и брожу по школе в поисках подходящих людей.

– Разве участие не должно быть добровольным? Это не совсем достойно поведения главы школы. – На ответ Мун, Верли недовольно покачал головой. Его волосы доходили почти до плеч, поэтому при каждом движении головы они чуть пушились, натираясь о край пиджака.

– Хатсон, я что тебя сейчас схватил за руку и принудительно увожу в команду? Просто напомню, что те, кто участвует в съемках временно освобождаются от занятий и домашних заданий. Ты, как и другие маленькие призраки, могла бы получить бесценный опыт. Но если отказываешься, то так тому и быть. Набор актерской труппы ведется в главном зале, если все же надумаешь сходить, проверить свой актерский талант.

Верли размеренным шагом направился в сторону кабинетов естественных наук. Мун проводила его взглядом до конца коридора. Только после того, как директор заговорил о схожей просьбе с другими учениками, Мун, со спокойной душой отправилась вперед.

Путь в класс, как назло, пролегал через актовый зал Иноки. Из него доносилась то классическая, то живая музыка кантри. Но Мун не смогла пройти мимо, когда после мелодичного отступления, вдруг на весь коридор заиграл тяжелый металл. Ловец приоткрыла дверь и просунула голову, в надежде глянуть, что происходит на прослушивании.

Классическое представление тендера разрушилось в один миг. Внутри актового зала происходило настоящее безумие. Актеры внизу безуспешно пытались собрать рассыпанные по полу глаза, мишуру и разлитую краску. Пришедшие на пробы дети оказались в затруднительном положении. Страховочные тросы, благодаря которым создавался эффект полета, притянуло к потолку. А все из-за того, что люди, натягивающие их, поскользнулись на искусственной крови, затем случайно отпустили канат. На этот случай внизу постелен большой надувной матрас. Но вместо ожидаемого падения, трос запутался в сценических проводах и намертво застрял в двух метрах от сотрудников. Музыка же играла различные мелодии, потому что один из учеников просто оставил в проигрывателе свой телефон. Посреди хаоса стояла высокая девушка, в темно – зеленом берете, теплом красном свитере, больших черных шортах, под которыми порвались как колготки, так и чулки. Казалось, она просто обдумывает план, как всех успокоить, но во взгляде считывалась еще большая паника, чем у любого присутствующего сейчас здесь ребенка.

Мун решила войти и попытаться пробраться к проводам. Это оказалось даже проще, чем она ожидала. В беспорядочной беготне на Мун никто и не обратил внимания, до того момента, пока школьница не приблизилась к сцене. Один взрослый работник подбежал к Мун и попросил подержать лестницу. Его коллега потянул ногу, поэтому сейчас спасти детей может только один из них. Хатсон охотно согласилась. Волнение за незнакомых людей охватило девушку до такой степени, что она еле удерживала лестницу. Ее разрывало от желания самой вскарабкаться по тросу и спасти бедолаг или же использовать власть Грез, чтобы просто разрезать канат. Но сотрудник вовремя распутал узел и пленники высоты с шлепком упали на матрас.

Мун выглянула из-за сцены. Кажется, ребятам удалось собрать весь мусор с пола и остановить проигрывание случайных песен.

– Вот так еще до сьемок кадры получатся. Ты превзошла саму себя, Кристина. Уверена, что после такого нам необходим материал? – в углу стоял невысокий кудрявый белокурый мальчик четырнадцати лет. В руках он сжимал камеру, чудом уцелевшую, после взрыва краски.

В ответ девушка в берете только швырнула в сторону оператора комок слипшейся мишуры. Она осмотрела всех, а потом громко стукнула по полу ногой.

– Я сделала выбор, дорогие участники! Нам идеально подойдешь ты – Кристина направила палец в сторону темноволосого мальчика, всего покрытого розовой краской – и ты! – второй жертвой оказалась Мун, которая только наполовину выглядывала из-за кулис.

Пока Мун приходила в себя, как и половина толпы в зале, сотрудник, повредивший ногу, спокойно встал, собрал лестницу и пошел. То же самое сделали трое застрявших на потолке ученика. Часть людей эффектно поклонилась и громко захлопнула за собой дверь. До Мун сразу дошло, что здесь происходит, правда причина столь экстравагантного испытания, для нее, как и для всех участников, оставалась загадкой.

– И так, я объясню вам, что вы только что пережили. – начала Кристина – Эти изумительные члены театральной труппы помогли мне выявить тех, кто испытывает подходящие по сценарию эмоции и готов справиться с возложенной на него миссией!

Кристина схватила мальчика и подтащила поближе к себе ошалелую Мун.

– Вы такие героические натуры! Я чувствовала в вас страсть, желание и главное не отчаяние, а смелость рвать все вокруг ради цели! Поэтому вы станете идеальными антагонистами в нашей постановке! Полагаюсь на вас, мстительные призраки героев!

Часть 2 «Продадим же побольше марок»

Объявление видео-конкурса затронуло сердца не только детей школ, но и многих взрослых. Некоторые уже планировали посмотреть творения своих коллег, а кто-то упорно составлял графики съемок на выходные. Ведь главным призом было финансирование настоящего полнометражного фильма с полным составом группы победителей. Ну конечно, кто упустит возможность сняться рядом с любимой актрисой или же оказаться в кадре знаменитого режиссёра.

Одной из компаний, решившей принять участие была известная на всю страну почтовая сеть Аэроплан. Что же выделяло ее из общей толпы? Нет, вовсе не знак бумажного самолетика со следом из трех бирюзовых листьев. Во-первых – их ответственность. Не важно шторм за окном или землетрясение, но письма и даже самые крупные посылки приходили целые и точно в срок. А во-вторых, владелец Аэроплана был популярен не только в обществе людей, но и уважаем среди беспощадных Кошмаров.

При свете дня Гроф Хэнг выглядел куда более привлекательно, чем ночью посреди леса. Как всегда, на рыжеволосой макушке красовалась новая светлая плетеная шляпа. На плечи было накинуто легкое белое пальто, под которым не менее светлая хорошо отглаженная рубашка. А вот аксессуар на шее, кажется мне, оставался неизменным. Смог носил розовый шарф даже в жаркие летние дни. Он скрывал некоторые значительные дефекты в районе головы и глубокие неприятные шрамы, оставленные хозяином тела. И лишь при свете дня некоторые люди могли увидеть истинно удивительное явление – мохнатые розовые остроконечные уши торчащие прямо из-под шляпы! На самом деле эти уши ничто иное, как символ смертельного проклятия. Вот только, из-за удачи и быстрой реакции Смога, оно всегда сходит на нет или даже приносит пользу.

В центральном штабе прозвучал сигнал пожарной тревоги. Звук, который мог запросто вывести из себя толпу людей с ужасающим скрежетом оповещал работников. Те, в свою очередь, старательно игнорировали происходящее. Очередные учения? Нет, все куда хуже, и каждый знал об этом.

– И так, я объявляю общий сбор! Начнем же наш мозговой штурм. Нам необходимо попасть в десятку лучших, чтобы прорекламировать нашу почтовую сеть. – как и ожидалось, на зов Смога никто не откликнулся. Не удивительно, что сотрудники стерпевшие шумовые пытки хотели бы только закопать своего начальника. – И никакой реакции? Печально. Хорошо, тогда поступим иначе. Если мы не попадем в десятку лучших работ, я лишу некоторых членов оплачиваемого отпуска.

Последняя фраза прозвучала как заклинание, на которое пришли трое главных сотрудника офиса Аэроплана Монс Понтиса. Собрание проводилось за столом, стоящим посреди темного склада, который часто переполнен всякими бумажками, пакетами и разбросанным наполнителем. Поэтому нетерпеливое дыхание каждого участника приводило в движение ту или иную стопку бумаги.

– Хэй, погоди секундочку, ты не можешь так поступить с самыми верными тебе работниками! – В основном, условием была недовольна только одна сотрудница – Беки Шолд.

Беки, как и Смог являлась Кошмаром. С самого детства девочка развивалась в человеческом обществе, поэтому ее назначили разносчиком писем. В скорости Шолд превосходила большинство людей, а усталости почти не чувствовала. Из-за удивительной выносливости и внимательности, ей приходилось одной разносить почту по всему городу всего за два часа. Бывало, Смог помогал ей, но только во время циклона или более крупномасштабного катаклизма. Почти все сотрудники Аэроплана считали Бэки дочкой Хэнга. Она повторяла как цвет волос, так и оттенок глаз, тон кожи и даже частичную мелазму Смога. Единственным отличием были объемные курчавые волосы, несносный характер и маленький круглый нос.

– Конечно, вы настолько верны своему делу, что не смогли оторваться от телевизионного шоу, когда я вас дважды позвал. – Смог растаял в фальшивой улыбке, от чего у остальных пробежали мурашки.

Напротив владельца компании стоял недовольный парень в длинной салатовой кофте, капюшон которой накрывал почти половину лица. Его и без того темные серо-карие полузакрытые глаза казались под тканью более мрачными и безжизненными, чем у кукол на витрине. Этой недавно проснувшейся личностью было самое настоящее Проклятие по имени Некорил. Верно, Нек – воплощение самых смертельных проклятий, которые он все время применял на людях. Жертв Нека можно легко отличить от других неудачливых проныр, ведь каждый меченый смертник носит такие же, как и у него, остренькие пушистые ушки. Вот только, в отличие от цели, уши Нека видны любому человеку, поэтому он всегда их прячет под специальными, пришитыми к капюшону зелеными чехлами, повторяющие форму ушей.

– Если ты собрался прервать мой сон очередной бесполезной информацией, я нашлю на тебя проклятие утопления под зонтиком… – пробубнил Нек, протирая глаза.

– Э-эй, прекрати так шутить! В прошлый раз из-за такого же проклятия на Понтис налетел недельный шторм. Не прибавляй мне работы и не лишай благ человечества! – Бэки недоверчиво посмотрела в сторону Смога, который тихо посмеялся с ее фразы. Злость переполняла девочку и, чтобы не разбить окружающую мебель, Шолд со всей силой сжала рукав Нека.

– Спокойно, Бэк. Нас же просят подумать над чем-то… эм… конкурсном видео, помнишь? Про него еще Вэйт бубнил сегодня. – Нек разговаривал спросонья очень лениво и медленно, что еще больше раздражало Беки.

Группа задумалась. Муза все никак не могла посетить ни одной присутствующей головы. Тишину нарушил резкий выкрик Шолд. Она ударила ладонями о стол и, выделяя свой статус, подняла голову вверх.

– Нам же нужно сделать фильм ужасов? Так просто заснимем Фоба, а после он спроецирует для каждого зрителя свой страх! Ха, да мою гениальность надо продвигать в массы!

– Не хочу огорчать тебя, глупый ребенок, но если мы каким-то чудом заснимем этого Кошмара, то это никого не напугает, кроме нас самих. Он же просто покажет наши страхи. Например, твое любимое пережаренное безе. – От слов Нека, Шолд перекосило от охватывающего ужаса.

– Тогда, почему бы не использовать пример человека, который пугает не хуже вашего… Существа? Ведь люди будут бояться больше того, что может произойти с ними в любой момент. – Наконец, заговорил новый член команды.

Несколько дней назад в главном почтовом отделении появился загадочный работник. Он не мог ничего о себе рассказать и, кажется, ничем не интересовался, кроме как о частой боли в руках. А все дело в том, что совсем недавно эта личность за один день, дважды чуть не отправлялась на тот свет. В первый раз молодой мужчина пережил удар током, а во второй раз настоящим чудом справился с серьезным смертельным сквозным ранением.

Смог рассказал узкому кругу знакомых, знающих о мире Грез, о том, что новый сотрудник – Клавис Хэнг или же существо Армелхейд. Он старый знакомый Смога, однако недавно с ним приключилась беда, из-за чего Клавис постоянно теряется в мыслях и не может вспомнить почти все моменты из жизни. Но есть у Армелхейда одна особенность, превосходящая многих Иллинтов, за которую Смог и привел юношу в Аэроплан. Он назвал ее подобием бессмертия. Именно поэтому, в ту ночь, когда Клависа разъело снайперским снарядом, он лишь временно потерял сознание, а не умер.

– Это может сработать. Убийца, который давно промышляет в Монс-Понтисе, уже не сенсация. Но если мы добавим немного остроты в сюжет, сможем сделать так, что прямо в кинозале люди начнут подозревать и друг друга. – Нек схватил листок, с рядом стоящей полки, и принялся быстро вычерчивать какие-то картинки.

Спустя пять минут упорной работы тупым карандашом, Нек наконец-то продемонстрировал товарищам свой замысел. Раскадровка, не хуже профессионального комикса, рассказывала историю убийцы, который нацелился на девочку: «Он заманивает ее на горные озера, а затем, окрашивая воду в красный медленно раздирает жертву на части. Вину злодей спихивает на участника культа, который является еще одной легендой города. Несмотря на то, что убийцу могут заподозрить в любой момент, он нацеливается еще на одного человека. Медленно водя рукой по различным фотографиям, он придумывает очередной изощренный способ насилия. На последнем наброске был изображен довольный человек, который сидит в зале и смотрит кино про себя же.» Сценарий очень понравился Бэк. Смог и Клавис хотели было попробовать доработать сюжет в более реалистичную сторону, но отказались от этой идеи, увидев убийственный взгляд автора сценария.

Самым сложным этапом подготовки к съемкам стал поиск подходящего маньяка. Кандидатуру взялся подбирать Смог, озадачив при этом Нека и Клависа поисками главной героини. Без лишних промедлений Иллинт захватил сумку и маленькую камеру, а затем, предварительно распахнув дверь пинком, вбежал из Аэроплана. Повезло, что в тот момент не было никого, чтобы пришибить металлическим препятствием. Клавису оставалось только удивляться странному поведению нового босса. А вот Некорила и Беки заботила совсем другая ситуация.

– Почему ты не можешь сделать меня хоть раз центральным героем? – крикнула Бек, пытаясь схватить коллегу за тканевые уши. Тот же с легкостью уклонялся от ее выпадов.

– Главная героиня моей истории должна быть нежная, уверенная в себе девушка. Актриса должна уметь передавать не только ужас, но и вызывать доверие, симпатию к ее смертельному будущему. Словно она под проклятием, которое сама же и наложила на себя. – Нек говорил так воодушевленно, что его голос стал нежен и высок, как у задуманной героини. Тот, кто видел множество смертей, живо представлял каждый элемент предначертанной судьбы жертвы.

– У меня и так есть все эти качества, так еще и умноженные на сногсшибательную мимику и красоту! – прорычала Бек, готовая свернуть ножку шкафа, лишь бы достать длинное оружие.

– Ага, ты своей мордой кого угодно заставишь упасть. Или заставишь подняться и сбежать от испуга каждого зрителя еще до презентации антагониста. Постой, ох неловко, но разве работа Пэззла не состоит в том, чтобы не дать человеку встать? – после этих слов Бэк окончательно впала в бешенство. Теперь преграда в виде башен из коробок для нее казалась ничтожной галькой.

Бек разом перепрыгнула преграду и свалилась прямо на макушку Проклятия. Тот без сопротивления принял захват Кошмара. Все для того, чтобы поскорее успокоить девочку. Собрав все силы, Нек с осторожностью встал. Бек нависала на его голове и плечах, продолжая балансировать даже когда ее заложник выпрямился в полный рост и стал разминать спину. Зная свою маленькую коллегу, Нек решил переждать, пока обессиленная Беки сама не соскользнет с тела.

– Слушай, а ты не пришибла там Клависа? – спросил Нек, когда обнаружил безлюдный разгромленный склад.

– Нет, уж его лицо я бы запомнила при ударе. Но даже из любопытства ни за что не трону Армелхейда. Ты же понимаешь, он и сам жуткий, а наш глава еще хуже… – Шолд огляделась и тоже поняла к чему клонит существо под ней. – Когда он успел улизнуть мимо меня?!

– Ты задаешь неверный вопрос. Если склад пуст, нам бы знать куда он направился и где сейчас. К счастью, на нем нет нашей эмблемы, а то у некоторых жителей могут возникнуть нежелательные вопросы.

Пока Некорил и Беки воевали на складе, Клавис решил самостоятельно поискать подходящего актера. Хэнг детально запомнил, как должна выглядеть героиня, ее повадки, голос и взгляд. Именно поэтому Клавис неспеша прогуливался по округе, заглядывая во дворы и окна каждой встречной машины. Если успевал, то даже останавливал прохожих и просил поговорить с ним, чтобы проверить тембр голоса. Некоторые девушки действительно рассказывали мужчине о своих домашних делах или о чудной солнечной погодке. Но каждый раз он бесцеремонно закрывал рот собеседницы ладонью и просто уходил, когда понимал, что голос не подходит героине. Когда же Клавис заприметил автобус, то ворвался в него на остановке и щупал лица каждой, хоть немного подходящей девушки. Не сложно догадаться, что уже через пару часов беспризорник был задержан, с красным от множества пощечин лицом.

Сдавливающий черный салон полицейского автомобиля еще больше заставлял чувствовать на кистях наручники. Заслужил их наш спокойный и уравновешенный друг, когда спутал со спины сотрудника полиции с девушкой. Его искала не одна бригада, но из-за быстрого передвижения мало кто запомнил приметы безобразника. Счастливый случай предоставился дорожной полиции, которая только узнала о странных домогательствах. Клавис схватил сзади блондинистую голову стража порядка и, ощупывая его шею, не на шутку напугал второго напарника.

Клависа задержали и усадили на заднее место полицейского автомобиля. Нарушитель не переживал о том, что его сейчас ждет. Основная причина этого было очевидное незнание ни законов, ни что следует за их нарушением. Один из представителей порядка Кортот – высокий молодой мужчина с короткими черными волосами и хорошо ухоженной бородкой, хотел было завести машину и отправиться в участок, как вдруг к окну подбежал взволнованный от радости Смог. Он нагло открыл водительскую дверь и заглушил двигатель автомобиля.

– Вениамин! Наконец-то я тебя нашел. Поверить не могу, весь город оббегал в поисках твоей хитрой душонки. Хочу предложить одну роль… – Смог вдруг притих, распознав в лице нарушителя своего подчиненного.

– Черт бы тебя утопил, Гроф, ты в своем уме?! Не знаю, для чего я тебе так срочно понадобился, но перестань задерживать нас и подожди конца смены. А еще лучше, сделай милость и прибавь мне работы своей пропажей. – недовольный мужчина попытался вытащить рыжую голову наглеца, но Смог упорно продолжал осуждающе всматриваться в невинные глаза Клависа.

– Прости, отступим на шаг. Веня, тот человек на заднем сидении… Что он натворил?

– Не твое дело, Хэнг. Если продолжишь, я и тебя захвачу с собой. Там мы о многом поговорим.

– Какая славная идея! – Кошмар еще глубже залез в салон, чтобы нажать на разблокировку задних дверей. В ходе этой операции, Смог разлил кофе на форму служащих, к тому же поцарапал щеку напарника Вениамина полем шляпы. После того как он вытащил голову, запрыгнул к своему названному другу, закинул шляпу в середину салона и комфортно уселся на оставшемся сидении.

Лев Полиа – напарник Вениамина – хотел вышвырнуть хулигана прочь, но его приковал взгляд коллеги. Кортот вопреки обстоятельствам, стал счастлив, после того, как Смог избавил его от лишней беготни за Кошмаром. Он довольно улыбнулся и заблокировал двери, в попытке запереть обоих Хэнгов в салоне.

Машина с максимально допустимой в городе скоростью помчалась на базу. Оба заключенных не знали, везут их на оформление штрафа или во второй участок, где размещают задержанных. Смог хладнокровно молчал и лишь сверлил взглядам Клависа. Тот же, сидя скованным законом, продолжал поиски лучшей актрисы. Игнорируя окружение, он внимательно разглядывал пешеходов. Особенно везло на светофоре, регулирующем перекресток. Там, вместе с ними стояли горожане, среди которых мог оказаться подходящий персонаж. Но, постепенно тротуары становились все безлюдней, дома просвечивались сквозь ели все реже. Только когда город остался совсем позади, Армелхейд решился повернуться назад, чтобы посмотреть, как далеко они от знакомой улицы. Смог схватил Клависа за руку и утянул обратно вниз, намекая всем своим видом сидеть тихо и не делать лишних движений.

Смог аккуратно постучал по наручникам, крепко скрепляющим кисти Хэнга. Затем взял указательный палец приятеля и направил в то место, где только что клацал сам. Клавис решил не спрашивать, что за странные телодвижения его принуждают делать. Ведь не сложно постучать по металлу, да и долгая поездка уже совсем наскучила. Если раздражающий динамический звук выведет из себя впереди сидящих, это можно считать маленьким торжеством мести.

Стук раздался тонким звоном по салону, резонируя с шумом дороги. Высокая нота не доставляла дискомфорта, а наоборот постепенно перерастая в ультразвук создавала невероятные ощущения. От ее мягкой прохлады Клавис почувствовал себя так, словно вышел прогуляться под звездами одной давней летней ночью. Ненадолго прикрыв глаза, Армелхейд продолжал легко касаться наручников, по примеру Смога. Он делал это до тех пор, пока не послышался громкий хлопок с улицы. Автомобиль повело, и, после звука взрыва, каждый почувствовал резкое торможение.

Часть 3 «Способность»

Резкий толчок пробудил от медитации не только Клависа, но и всех остальных.

– Мы остановились так быстро. Так тормозят все люди? – Клавис потер голову, только что стукнувшуюся о сидение впереди. Боль, ненадолго утихшая после недавних страданий, вернулась в многократном размере.

– В самом деле, как считаешь, Кортот, все ли нормальные люди так тормозят? – Смог выглядел довольно, будто только что подставил водителя перед толпой фанатов. Вениамин же напротив, ужасно разозлился. В приступе ярости, он ударил руками о руль и на всю дорогу послышался оглушающий сигнальный гудок.

– Это одно из проклятий Некорила? – Шепотом спросил Клавис, внимательно разглядывая лес через затонированное окно.

– Нет. Видишь, ни на одном из них нет метки проклятого. А я свое сегодня уже пережил. Могу поспорить, что причиной будут порванные от льда шины. Лед часто покрывает некоторые холодные участки дороги. Но обычно он проявляется в конце осени, что поставит нашего водителя в тупик. Они посчитают, что кто-то специально испортил шины, пока они задерживали тебя. Не удивлюсь, если их доводы в конечном итоге приведут к моему обвинению. Должен признать, отчасти эти двое будут правы. Вот только шины были испорчены несколько минут назад, с помощью кристаллизованной вокруг них влаги. – Смог самодовольно поглядел в окно, где еле заметные силуэты осматривали оставшиеся куски резины.

– Такие явления возможны? Разве не нужна нулевая температура, для образования льда? – Клавис настороженно глянул в лобовое стекло. Местность глухая, значит, встречного движения можно ждать часами.

– Ох, поверь, чтобы образовались условия, достаточно одного только звука. Я бы на твоем месте больше волновался о том, почему мы едем в участок этим забытым миром маршрутом. Вся дорога проросла травой. В последний раз ее использовали, наверное, лет пять назад.

– Неправильный путь? Я знаю только улицу, на которой находится Аэроплан и не больше. – Клавис закинул голову назад, сопровождая движение продолжительным грустным выдохом – Если честно, то я потерялся уже на третьем перекрестке. Вокруг только лес, дикие животные и четверо мужчин. Мы так не найдем героиню фильма.

– Великие Созвездия, и как мне тебя после этого отпускать одного? Но сейчас лучше забудь о героине. У меня такое яркое ощущение, что мы и сами можем стать героями фильма Некорила. – Смог подергал ручку двери. Как и ожидалось она еще заперта, а ключи Вениамин прихватил с собой.

Армелхейд решил действовать более смело. Если тебя заперли в консервной банке, то единственным выходом будет либо взывать о помощи, либо пытаться выбить крышку. Клавис решил не выбирать и использовать все возможные способы побега. Он поднялся на сидение и громко постучал по крыше. Смог подхватил мысль и стал упорно выламывать дверь ногами. На несносный, крушащий имущество дуэт, Лев и Вениамин билетов не заказывали.

– Просто выруби их уже. Еще секунда вместе с Грофом, и я заживо закопаю его прямо на этом месте. – Полиа приготовил электрошокер, чтобы успокоить бунтарей, но, как только он открыл левую дверь, Клавис не удержал равновесие и вывалился прямо под ноги полицейскому. Его нога задела и шляпу, соседствующую с ним в машине. Та слетела вниз и, как лепесток багульника, опустилась на землю.

Смог без промедлений бросился вслед за товарищем. Он отскочил от машины широко расставив руки, как для объятий, схватил Льва и прижал к асфальту. Придавив руку мужчины локтем, Хэнг выхватил оружие и перебросил Клавису. Тот моментально, на уровне рефлекса или же физической памяти, подобрал электрошокер и встал в оборонительную стойку. Без свободных рук, тяжело держать источник молний. Клавис неуверенно пошатывался. Его руки дрожали от волнения. Он вспоминал, как по его телу пробегал ток от кошмарных светлячков Натуру. Клавис почти опустился на землю, из последних сил стараясь удержать в руках источник страха. Приметив поведение задержанного, Вениамин без колебаний направился к мятежникам. Вот, бывают ошибки по прихоти судьбы, а бывают по собственной глупости.

Одним расчетливым движением, Смог ударил по спине оппонента. Его рука на мгновение прошла сквозь кожу, захватив связку нервов. Возможно, для человека было бы невозможным разобрать какой из них ответственен за передвижение. Однако, Смог мог не просто различать физиологию врага, но и манипулировать его душей. Поэтому, всего за секунду, Кошмар временно «удалил» из полицейского возможность передвижению. Хэнг отряхнул испачканные рукава, поправил скосившейся шарф и поспешил спасти своего неуклюжего друга. Но помощь Клавису уже не требовалась. По неизвестным причинам Вениамин лежал в глубоком обмороке. Руки Клависа онемели, но не от страха или волнение за содеянное. Просто в очередной раз по ранам пробежал десяток ватт.

– Ого, дай угадаю, после встречи с маленькими электрическими светлячками, не страшно получить удар в десятки раз слабее. А он удивился от того, что ты и глазом не моргнул от боли. – Смог похлопал Клависа по плечу. Его слабые удары отозвались в теле ужасно колющими чувствами.

– Не в этом дело. Наши удары получились почти синхронны, но кажется мой прибор оказался сильнее… Я не знаю, что точно произошло, но он просто упал еще до легкого прикосновения. – после этих слов Смог наклонился, чтобы проверить состояние побежденного. Полицейский лежал на пыльной обочине, все больше привлекая ползающих по округе муравьев. Кошмар аккуратно отодвинул плотный воротник у шеи Вениамина, чтобы нащупать пульс.

– Вот значит, как… – Смог отряхнул ладони от осевшей пыли. – Я проверял, насколько сильный ущерб ты нанес, чтобы потом можно было в деталях рассказать о произошедшем. Но, как оказалось, в этом нет смысла. Я с минуту пытался почувствовать хоть толику жизни, но безуспешно. Он уже мертв. Его темная, прогнившая душа уже не в отвратительном теле.

Местность, в которой случилась авария, хоть и была безлюдной, но вблизи от города. На горизонте под сопкой стояли знакомые дома, и бегали, в поисках любого Хэнга, безутешные Нек и Бекки. Связь так же отлично ловила сеть в некоторых точках дороги. Смог вытащил из кармана умершего ключи от машины и по-хозяйски пошел рыться в вещах. Первым сувениром, который он наудачу отыскал, стал его сотовый телефон. Недолго думая, Хэнг набрал номер скорой помощи, затем полиции и попросил их как можно скорее приехать на старую тропу Дин Джейст, где лежит один пострадавший и убитый. После, он отключил вызов и присел на обочине, рядом с покалеченным Львом. Армелхейд устроился по соседству. Теплая земля согревала ноги, в противовес холодные порывы ветра обдували шею морозными потоками воздуха. Клависа от холода не спасал ни беленький шарфик, подаренный Некорилом, ни теплая шапка, из-под которой отовсюду выглядывали пряди волос, по цвету напоминающий черный опал.

Мертвый. Это слово отзывалось в голове Клависа непонятным, но знакомым ощущением. Ведь всего несколько дней назад его так же назвали мертвым. Это слово несет в себе много боли, растущей в геометрической прогрессии, зависящей от причины смерти. Но почему же тогда и Клавис, и Смог выглядят так спокойно? Их не задевает боль других или создания ада не осознают важности жизни? Ответ на это более очевиден, чем кажется.

– Кого мы ждем? – ненавязчиво спросил Клавис.

– Я вызвал полицию на этих ребят, что пытались вывезти нас из города. Повезло же тебе именно в это время попасться им на крючок. Хотя, я так же виноват в произошедшем. Объяснить бы тебе попроще… Дело в том, что Лев и Вениамин мои недавние знакомые. Хотя, я сомневаюсь, что они бы сказали обо мне тоже самое. Они уже вторую неделю без устали наблюдают за мной, еще и так неумело. Просто невыносимо терпеть подобную слежку. Эти люди даже не Избранники, но все равно уделяли Аэроплану слишком пристальное внимание. Я решил разузнать о своих новых преследователях и, как оказалось, их история не так проста, как могло показаться.

– Они злоупотребили полномочиями? – Смог только усмехнулся непривычно холодным тоном.

– Если бы у них вообще были эти полномочия. Вся правда в том, что они бывалые убийцы. Мы не первая их жертва. Всегда один и тот же сценарий: притворяются сотрудниками компании или кем получше, следят за своими жертвами и, когда выдается наилучший момент, увозят от глаз подальше. Думаю, исход очевиден. Бывало, жертв даже не могли опознать из-за количества увечий. Лица гадов до сих пор никто не может зафиксировать. Наверное, причиной тому хороший покровитель или же их уверенная работа с местностью. Но в этот раз они меня удивили. Ума не приложу как они устроились в полицию. Может, забрали форменную одежду у хозяев перед выступлением, а может в самом деле обманули бывалую систему. Без сомнений, меня бы эти ничтожества не убили. Но мне стало любопытно, и я решил познакомиться с маниакальными личностями поближе. Ну, на случай если они все же решились бы напасть, я хотел исключить лишние неловкости в общении. К тому же, я рассчитывал включить их в актерский состав нашего фильма. Это создало бы крупную шумиху после их ареста. Но они, видимо, перехватили поступающие на тебя жалобы. С другой стороны, они получили по заслугам. Если у тебя есть совесть, то самое время ее успокоить полученной информацией.

Смог поддел свою шляпу ногой и подкинул ее прямо к себе в руки. Он осторожно прогладил на ней пару складчатых вмятин, проверяя целостность головного убора. Спасать шляпы от мятой смерти – благородный поступок, но Смога интересовала не только эстетическая ценность вещи. Все дело в маленькой камере, которую Смог изначально прихватил с собой и хорошенько замаскировал в волокнах шляпки.

– Эта камера прошла все проверки, поэтому ее записи не раз выручали меня из беды. Но сегодня ей цены нет. Я записал все мелочи нашей поездки. Вплоть до этого момента. Так что сомнений ни у кого не будет насчет некоторого саботажа. – Смог довольно надел шляпу, знаменуя победу.

– Значит, убийца о котором упоминал Нек, и есть эта пара? Не ожидал, что слухи так легко разбить. – Клавис все еще переваривал ситуацию, пытаясь определить какие эмоции сейчас подходят. Но ни радости, ни сожаления он не чувствовал. Только досада от того, что сегодняшний день – сплошные бедствия.

– Нет, конечно же эти бездари не он. Слухи о нашем жнеце стали уже легендой. Им более десяти лет. Но в любом случае эти парни те еще…

Разговор прервали громкие крики воронов. На небе началась настоящая война за кусок украденного где-то шашлыка. Смог души не чаял в умных птицах. Его любимым почтальоном был черный пернатый друг по кличке Тоша, который прямо сейчас убегал от погони голодных собратьев. Заприметив своего хозяина, Тоша спикировал вниз. Толпа отчаянных птиц бросилась за ним. Наглый воришка облетел Смога и спрятался за его широким шарфом. Но этот трюк не остановил преследователей. Они, будто не замечая людей столпились у куска заветного мяса.

Самый крупный и старый из воронов, чтобы сократить путь до шашлыка, прыгнул на ноги Армелхейду. Острые когти впились в кожу, которая и без того болела после неоднократного удара током. Клавис вскочил от неожиданного колкого чувства, отбросив ворона в сторону. Птица, не успев расправить крылья, ударилась о землю и бездвижно пролежала пару секунд. Удар пришелся на бок и большую часть спины, но пернатый быстро оклемался. Встрепенувшись, он показал свой боевой настрой и помчался на Тошу, который во всю выклевывал свою добычу. Тоша кидал насмешливые взгляды в сторону остальных голодных неудачников. Старый ворон взмахнул огромным черным крылом, но вместо того, чтобы подняться к другим кричащим, он вдруг опять прижался к земле.

– Я его так сильно ранил? – забеспокоился Клавис, когда подошел к обездвиженной птахе. Ворон не подавал признаков жизни. Остались только легкое покачивание перьев от ветра и устрашающий открытый черный глаз.

– Выглядит целым… Я понял, дело не в падении или его побочном эффекте. Кажется, ты использовал на нем свою особенность. – Смог встал во весь рост и вытянул руки, чтобы отмахнуться от назойливых воронов. Но птицы улетели еще до того, как Хэнг встал на колено. – Сколько отваги я слышал от их криков, а на деле только один из них действительно рискнул ради цели. Ну, нам же спокойней. Не хотел бы объяснять полиции, почему у человека, погибшего от инфаркта, раздроблены части тела.

– Ты сказал, что я использовал на нем способность. Что это значит? Разве ее смысл не в бессмертии? Ты шутишь сейчас или врал еще тогда? – Клавис посмотрел на лежащего без сознания ворона. Он не понимал умер тот или нет, возможен ли третий исход. Лес вновь окутала мертвая тишина, изредка нарушаемая треском веток или довольным карканьем Тоши.

– О, точно, ты же до сих пор не понимаешь, как работает твоя сила. С чего бы начать? У каждого Кошмара есть своя особенность, позволяющая выжить или довести цель до предела. Например, у нашей Бек есть возможность стать невидимой для глаза простого человека и ее скорость передвижения при желании намного превышает даже скорость автомобиля. Одной из моих главных особенностей является чтение души. Я могу с легкостью рассказать, какая личность передо мной, ее характер, желания, страхи и даже прошлые и будущие поступки. Ну, а что касается таких существ как Армелхейд… Ты можешь наделять любой предмет новыми свойствами. Так, например ты сделал бессмертным свое тело, как и когда-то продлил жизнь нашему Тоше. Или же, как сейчас, пробил шины льдом, наделив соответствующим свойством издаваемый от наручников звук.

После последней фразы, Смог вспомнил о том, что его друг все еще скован наручниками. Спохватившись, Хэнг прозвенел ключами от машины и пошел на поиски отмычки. Остаться наедине с трупом и двумя полумертвыми существами довольно необычно. Клавис нежно поглаживал птицу, размышляя над словами Смога. Если он в самом деле может сделать кого-то бессмертным, не значит ли это, что возможность вернуть только что погибшего от приступа человека – не звучит, как сказка?

Как бы услышав мысли Клависа, под холодной ладонью зашевелилось пухленькое пернатое тело. От радости, мужчина поднял проснувшегося ворона и приобнял его. Птица послушно уселась на руках и только ее прерывистое дыхание нарушало тихую идиллию незнакомых существ. Недовольный пробуждением конкурента Тоша каркнул в сторону обидчика и улетел в сторону дома, прихватив недоеденное мясо. Объятия могли бы продолжаться до тех пор, пока Смог не отыскал бы ключи от наручников, но отчего-то руки Клависа опускались все ниже. Вес птицы заметно изменился, как и ее размер. Смог с трудом оторвал ключи от растаявшей в бардачке жевательной резинки. Гордый своими действиями он направился в сторону друга, которого вот-вот придавит черная масса.

На глазах ворон потяжелел в два раза и чуть не спрессовал счастливого Клависа. Еще пару мгновений и птица превысит рост человека, но свидетелей этому уникальному событию нет. Два удивленных Кошмара могли только беспомощно наблюдать, как в чащу леса улетает страшное чудовище, продолжая расти и линять огромными жесткими перьями. В этот момент мы должны задуматься только об одном: «Надеюсь, он не полетел в сторону отдыхающих – за добавкой шашлыка.»

– Я предлагаю сказать всем, что мы ничего не видели – сказал Смог, освобождая руки собеседника.

Вдали послышались сигналы полицейских машин и сирены карет скорой помощи. В этот день предстояла встреча с делом, которое впоследствии станет одним из самых таинственных и сложных в истории следователя Элизы Бриз. Та, вместе с экспертом криминалистом Томасом Одриком первой приехала на место происшествия. Смог разъяснил ситуацию и предоставил записи, для рассмотрения дела, предварительно оборвав видео на моменте возникновения огромного монстра. Элиза задержала свидетелей для дальнейшего допроса. Вместе с этим Смог грустно объявил, что съемки фильма откладываются на неопределенный срок. Никто и никогда бы не догадался, откуда в городе появилась новая легенда про черную тень, способную поглотить целый фургон. Но куда опаснее последствий могут стать только новые начинания.

Глава 5 «Лабиринт из грез»

Грань: «Ответвления»

Как ты уже догадался, в начале истории я рассказал не про все «профессии» в Отделе. Например, Стражи – патрульные Отдела, которые стремятся попасть в ряды Советников наикратчайшим путем выслуги. Лучший пример для описания Стражей – военное дело, где с достойным обучением и стажем, можно получить высокую должность. Чтобы стать одним из них, Избранник проходит суровую подготовку и сдает сложный экзамен, с повышенными стандартами. Но после поступления испытания только усложняются. Новичкам выдают знак звезды с тремя лучами – символами того, что получатель следует трем основным законам Отдела. Но, чтобы пробиться в элитные круги, им необходимо увеличить это количество вдвое. Сделать это можно, совершив подвиг, пожертвовав свое время или стать общественным любимцем. В последнем у Избранников особенные проблемы, ведь хитрые Советники могут устроить проверку и подсунуть Иллинта, вместо человека. А дружба с Кошмаром к хорошему не приводит.

Еще есть Бумажно-исполнительный отдел, распределяющий отчеты, записи и, как ни странно, значки и чертежи Избранникам. Многие считают его наказанием для Избранников, чьи выходки несут угрозу окружающим, ведь требующей точности или монотонной работой в Отделе давно занимаются роботы. С другой стороны, уставшие или сильно травмированные Избранники предпочитают спокойные дни, за которые им платят даже во сне.

Существуют также отдельные направления, тесно связанные с основными группами, но, к настоящему времени, ставшие независимыми. Как правило, в каждом из этих направлений работает не больше трех человек. Например, Архиваторы, отделившиеся когда-то от Иртов, хранят все записи предшественников. Или направление, к которому принадлежит Лори Вект мы называем Оценщики. Оценщики распределяют Кошмары и артефакты по нужным «ячейкам».

Ходит слух, что среди людей существует и таинственная группа Чистильщиков. Они убирают Избранников, которые переступили черту дозволенного. О последней ветви знают все, но никто не видел представителей страшной профессии в Отделе и даже не знает кто именно определяет ту самую грань.

Но есть профессия, любимая каждым Избранником. Это наши наставники, тренера, друзья и защитники. Я говорю про Инструкторов. Инструктор на протяжении всего обучения Избранника, до поступления в Отдел, по-своему воспитывает дух подопечного. Порой мне кажется, что даже Советники проходят меньшую подготовку, чем наши важные благодетели.

Единственной проблемой в разделении должностей стало то, что люди перестали использовать все знания, накопленные за существование Отдела. Избранники не любят изучать профессии, к которым они не относятся. Забавно, что они и не замечают мою важную миссию – проводить экскурсию для прекрасного человека, умеющего читать.

Часть 1 «Конец выходным»

Во время работы над своим проектом мы стараемся как можно лучше и быстрее получить результат, рискуя потерять как качество, так и целостность итога. Однако, когда процесс не двигается с мертвой точки, мы хотим умертвить свои нервы, чтобы они больше не вопили от усталости.

В комнате отдыха раздавался веселый смех. Радостные возгласы детей перебивали слезы счастья вымотанных взрослых. Еще вчера их жизнь висела на волоске, а теперь щедрый Инструктор позволил увидеть голубое небо над шпилем Отдела. Будущие служители Грез, перед тем как ступить на выбранный путь, проходят сложную, опасную тренировку. Курс напрямую зависит от выбранной профессии и зачастую проходит в таких отвратительных местах, что болотистая местность в период циклона, град и землетрясение покажутся легкой прогулкой от кухни до дивана.

Каждый месяц обучающихся на специальных курсах выводят из опаснейшей зоны подготовки на трехдневный отпуск. Точнее на познавательную прогулку, чтобы заранее приучить их работать в будущих кабинетах и местности. В обычное для Избранников время, новички, бродившие из угла в угол – центр всеобщего внимания, а для изворотливых хитрецов, еще и мишень розыгрышей. Но сейчас, когда ввели ограничения, толпа безработных ловцов занимала как головы коллег, так и все свободные помещения.

В этом межличностном хаосе Сури чувствовал себя, как рыба в воде. На первый взгляд, отстраненный от мира мальчик, внимательно вслушивался в сплетни и ругательства каждого прохожего. Его блокнот молниеносно заполнялся всевозможной бесполезной информацией о том, где поужинал некий Дмитрий или когда у старушки Виолетт юбилей свадьбы.

– Ты не считаешь, что у твоего блокнота ограниченное пространство? Это, конечно, твое дело, но не слишком ли абсурдно принимать во внимание, что сломался чей-то утюг и теперь потребуется четыре тысячи на замену нагревательного элемента? – Мун старательно вычитывала заметки напарника, но с каждым новым предложением, понимала, насколько бесполезна каждая из записей.

– Любая информация играет свою роль. Возможно, сейчас она покажется тебе бесполезной, но через час или неделю ты перечитаешь ее и вздрогнешь от мысли: «Вот это да! Как я не понял этого раньше?!».

Если бы слова Сури имели для Хатсон вес, то сейчас они не превышали тяжести мокрого страусиного пера. Бесконечный поток фраз, незначимых для ее важной миссии, выводил Мун из себя. Она из последних сил сдерживала медленно нарастающий стресс и злобу. Чтобы хоть немного успокоиться, Мун выстукивала ногой ритм, давно услышанного рекламного ролика. В мыслях она давно прокричала бы в громкоговоритель нечто схожее с объявлениями на вокзале или самолете, когда пассажиров немедленно требуют успокоиться, приковать себя к одной точке и заткнуть рты. Но мысли, даже в измерении, способном их воплощать, остаются лишь незримым желанием…

«Всем внимание! Прекратите уже это столпотворение и успокойтесь! Мы все ответственные, непоколебимые перед лицом опасности герои! Так почему всего за одни сутки ваша организация упала до уровня общины австралопитеков?»

Эфир шел из комнаты радиовещания. Сидя в безопасной зоне, сотрудники не спешили вмешиваться во все, происходящее ниже уровня их вышки. Жаль, что из-за вредных Советников пришлось прервать бесплатное шоу. Манера речи ведущего показались Мун очень знакомой, но аппаратура значительно искажала голос. Но главное – воцарилась долгожданная тишина. Объявление прозвучало так громко, что положительного результата добились не слова диктора, а оглушающий эффект. В такие удачные моменты ты в самом деле веришь, что высшие силы слышат твои мысли. Если быть точнее – твои мысли услышали Советники.

Громкость значительно убавили и продолжили вторую часть объявления. Шум от предыдущей попытки забил уши. Звон, волнами колебался, то отступая, то вновь нарастая. В комнате стояли и те везунчики, что успели прикрыть уши или стояли в плотных головных уборах, блокирующих половину звонкости.

«Прошу прощения за столь грубый метод. Но вы сами виноваты, что не следуете простым правилам Отдела. Группы, которые сейчас находятся в центральном холле, а также в рабочей зоне Ловцов и Охотников, прошу проследовать в рекреационные комнаты. Экскурсионную группу прошу подойти к Советнице Софии Хор, за специальными гостевыми пропусками. Для тех, кто не находит себе места от безделья, прошу взглянуть на информационные стенды, которые половина из вас благополучно игнорирует! Возможно, для Ловцов помогать с работой Кори и Архивистов – самое скучное занятие в мире. Если это так, то у меня для вас хорошая новость. Советница Эйдж дала согласие на возможность выходить в сны Избранникам, в составе группы. Подробности объявим позже, если вы посидите без взрывов, драк, споров и мятежей – в не предназначенных для этого местах – два часа, и позволите все организовать».

Мун с облегчением выдохнула. Теперь можно было обсудить, каким образом сыщикам отыскать сведения о таинственном Негле. У информационных стендов, расположенных близ дверей каждой комнаты, столпились редкие любопытные Ловцы. Новость о том, что ограничения будут ослаблены, вдохновила каждого в комнате, поэтому никто не спешил спасать Кори от бумажной волокиты или их опасных экспериментов. Почти никто не торопился и покидать комнату, за исключением Сури. Его рука рефлекторно водила пером по плотной обложке блокнота, от чего он всегда был измазан пастой.

– Нам следует пойти к ним. Смена обстановки пойдет на пользу нашим нейронным связям. – Сури хлопнул себя по коленям и быстро встал, но тут же покачнулся, оказывается, ноги успели онеметь.

– Ты имеешь ввиду Кори? Зачем? Они нам точно не помогут с продвижением по делу. А если говоришь об Архивистах, то не забывай, что ты сам мне рассказывал о том, как перерыл каждый уголок архивов, связанных с Кошмарами. – Мун, в протест, уселась в кресло и прижала к уху, похожий на плеер, передатчик, боясь пропустить свежие новости о перемещении по измерению Грез.

– Во-первых, как я уже упоминал – любая информация может оказаться ценной, как и опыт, пережитый во время ее исследования. А во-вторых, я говорил про экскурсионную группу. У них есть доступ в те места, куда нам сейчас потребуется разрешение.

– Не ожидала от тебя такого коварства. Сури, ты с каждым разом все сильней удивляешь меня. Я считала, что из нас двоих я – авантюрист, а ты осторожный законопослушный работник. – Мун резко сменила тон. Она вскочила с примятого сидения и схватила напарника за рукава, словно вытягивая из него оправдание ранее звучащим словам.

– Не подумай, что я предлагаю нарушить правила. Мне просто интересно, что им будут рассказывать и какие вопросы зададут. Это может вывести нас из кризиса, уж поверь! У меня часто бывает, что кризис решается простой прогулкой по парку. И я прямо сейчас договорюсь с Советницей на счет сопровождения! – Сури быстро стряхнул Хатсон и, стараясь скрыть смущение, в ответ покачал головой.

Догнать экскурсионную группу оказалось легко. Десять человек и один высокий Инструктор стояли в центральном холле, освещенном нежными лучами небесных звезд, несущих службу наблюдателей. Они ждали своего проводника, который, как гид туристических маршрутов, расскажет им про Отдел и его жизнь. Мун и Сури уже много раз бывали на подобных инструктажах и наизусть знали план мероприятия.

В первую очередь, новеньким расскажут о значении Нижнего Отдела. Он расположен ближе всего к допустимой границе Грез, а значит Кошмаров тут в десятки раз больше, чем в остальных Отделах. Поэтому «Нижний» Отдел славится своей защитой, которую прорывают не Кошмары, а местные Кори, во время полевых испытаний очередного оружия.

Далее, внимание обратят на витраж центрального входа. С самого основания Отдела он упорно подбадривает Избранников своей изысканной красотой, играющей сквозь преломлённые лучи небесных светил и тремя основными правилами. Первый витраж, с синими звездами, кристальными облаками и парой, держащейся за руки, означал правило «Приоритетной защиты сновидцев». Второй витраж располагался ниже и левее первого. На нем было изображено алое пламя, поглощающее черный переломанный силуэт человекоподобного Кошмара. Это символ правила «Полное уничтожение опасности», говорящее нам о том, что нельзя соглашаться на условие Кошмара или недооценивать врага, даже если на вид он безобиден. Правее этой композиции приютилось правило «Не покидай границ», изображаемое, как черная дыра из множества цветных стекол, и перламутровой сердцевиной в виде звезды.

После представления одной из важнейшей духовной ценности, отряд отправится на исследовательскую базу Кори. Она находится ближе всего к центру Отдела, поэтому всех обязательно отправят по данному маршруту. Мун мысленно проецировала план внедрения в экскурсионную группу. Так же она просчитывала все возможные пути для того, чтобы скрытно, а в случае неудачи открыто, забрать пропуск во все основные комнаты Отдела.

– Сури, как быстро ты умеешь бегать? – прошептала Мун, не привлекая внимание Инструктора группы.

– Если я скажу, что бегаю ужасно, ты не станешь втягивать меня в неприятности? – Сарказм Сури не пробил упрямство Мун. Она недовольно фыркнула и демонстрируя скептицизм скрестила руки.

– Знаешь, у нас не будет больше шанса достать пропуск. Подумай! Чтобы нам одобрили подобное – должно пройти как минимум две недели. Наша цель должна быть выполнена быстро. К тому же, мы не знаем, кому еще могли поручить поиски Негла. Я не хочу остаться последней в списке.

– А разве у нас нет преимуществ? Найти Негла – особо важное задание, назначенное лично Советником. И навряд ли кто-то еще занимается этим. Не думаешь, что мы могли бы воспользоваться положением вместо того, чтобы обворовывать людей?

– В этом-то и все дело, балда! Это задание повышенной секретности. Они не смогут написать отчет о том, за какие заслуги двое детей получили универсальный пропуск. Кто из нас еще гениальный детектив? – Мун надменно задушила напарника взглядом.

– Я не считаю себя гениальным детективом! И вообще, любой Советник может легко скрыть тот факт, что отдавал его нам…

Криминальные планы Мун и Сури вовремя остановило быстрое движение сзади. Маленькая ручка легко похлопала по спине Мун, привлекая внимание и ее соседа. От неожиданного касания пробежал холодок, заставляя дрогнуть плечи и грудь. Жест, неприятный даже в дружеской беседе, сейчас был подобен угрозе. Словно вместо руки, незнакомец прижал дуло пистолета. Оглянуться ли? Если вспомнить всех детей Отдела, подходящих под размер ладошки, очутившейся на спине девушки, можно насчитать не более семи или восьми человек. Но что самое страшное, каждый из этих детей настоящая катастрофа для тех, кто решил идти против правил или хотя бы думал об этом.

– Вы следите за ними что ли? Не хочу вас расстраивать своим появлением, Хатсон, Акер. Вообще-то, обсуждать подобные темы прилюдно немного… Рискованно. Меня не интересуют ваши «тайные» дела, но воровство всегда каралось законом. – Мягкий голос Уайта в этот раз звучал, как ледяное острие. Маленький рост и недовольный взгляд не должны были напугать и младенца, но, почему-то, Хатсон не могла пошевелить и пальцем, от повисшего в воздухе напряжения.

– Нет, не делай поспешных выводов, Уайт. Мы просто шутили. Ты же не поверишь, что такие ангелы, как мы, могли бы сделать что-то настолько бесчестное? – Мун продолжала шептать, скрывая свое место нахождения от ожидающей группы, которая начала сомневаться в оперативности Отдела.

– Славное оправдание для тебя. Жаль, что после твоего буйства на курсах, в него никто не поверит. Вы в самом деле хотите пройтись по всем кабинетам и лабораториям? Хочу напомнить, что за время вашего обучения этот путь был пройден вами двадцать шесть раз. Неужели, не хватило? – вопрос поставил детей в тупик. Лишние оправдания только усугубят положение, но сказать правду равносильно предательству. Заметив растерянность Хатсон, Сури взял инициативу в свои руки.

– Верно, мне не хватило. Почти каждый раз, как нас приводили в Отдел, случалась неконтролируемая чрезвычайная ситуация. Нас отправляли назад еще в первый день! Не будь таким эгоистом, пожалуйста, пусти нас к ним. – Сури выразил всю печаль, гнев и отчаяние в последней фразе. Мун отреагировала на правдоподобную игру Акера, как на полный крах их плана.

Уайт задумчиво глянул на Избранников. В его голове отчётливо собиралась воедино ложная информация, которую Сури сочинил за эти несколько секунд. Сейчас главной задачей маленького гида – подменить старшего коллегу, прихватившего хворь от сильного укуса Кошмара. Меньше всего ему сейчас хотелось разбираться в проблемах неудавшихся актёров.

– Ладно, у меня к вам предложение… Хотя нет – условие. Раз уж вы бездельничаете, но при этом стараетесь попасть в некие секторы Отдела, я дам вам шанс без нарушений правил выполнить задуманное. Вам нужно сопровождать этих ребят вместо меня. И помните, я всегда узнаю, что вы сбежали, благодаря моим малышам. – Уайт направил палец в сторону парящего дрона, ожидающего команду у двери офиса. Эти приборы на удивление прочные и бесшумные, но их главное преимущество в том, что никто, кроме хозяина, не знает всего, на что способны дроны. Лучшего шпионского аппарата в Отделе не придумаешь. Так еще и все Советники одобряют их вездесущее присутствие.

Не согласиться на условия оба пойманных не смогли. Лень маленького демона вырвала Избранников из безвыходного положения. Удачная возможность не воруя ключ пройти по всем комнатам. Сури, с улыбкой на лице, принялся воплощать свой план. В то же время Хатсон провожала взглядом не менее довольного шалопая.

Часть 2 «Группа за нами!»

Удобная отмазка у школьника – сказать учителю или родителям о том, что у них вдруг заболел живот. Не всегда работает эта уловка, но часто помогает избежать плохой оценки за неподготовленную домашнюю работу. Но еще лучше избегать проблем, когда их берутся решать за тебя добровольцы. Им ведь нужны твои хлопоты, значит у обеих сторон мир и лад, конечно, на неких обговоренных условиях. С такими довольными мыслями Уайт удалился по своим делам, делегировав работу на Сури и Мун. Ты что, считаешь их сделку неравноценной? Если бы разговор этих везунчиков услышал острый слух другого работника, их отправили бы на суд к Советникам, а после никогда не доверились бы любым их речам.

Наконец-то, группа дождалась своих проводников. Любопытные дети обрадовались новым лицам, как аниматорам на празднике. Не задавая вопросов трое, на вид девятилетних, детей подбежали к приближающейся фигуре и повисли на шее Мун, накрепко сковав ее тело. Это был способ проявить себя перед Инструктором. Ребята долгое время отрабатывали этот захват. Вечером, перед экскурсией они дали слово, что обязательно опробуют навык на своем гиде.

Неожиданный прием должен был раззадорить экскурсовода, однако возымел обратный эффект. Девушка схватила за воротник самого крупного из атакующих и совершила бросок через спину, стараясь не причинять своей жертве сильного вреда. Метод сработал отлично. Остальные в ужасе разбежались подальше от жестокого гида, с ухмылкой, наблюдавшего за своим триумфом.

– Я должен извиниться перед ними за твое импульсивное поведение? – Сури хлопнул блокнотом по макушке напарницы. Та замахнулась в ответ, но промазала, так как Сури уже направился в сторону людей. Ну что за невезение?

Инструктор изменился в лице, когда полностью осознал, кто пришел, вместо обещанного проводника. Раздражение… Нет, испуг заставил нервничать остальную группу. Но его поведение было не беспричинным. Все дело в далеко не лучшей репутации Мун. Пока она обучалась на курсах каждый Инструктор остерегался ее, как огня. Неисправимая и почти непокорная Хатсон, хоть и была самым умелым бойцом, притягивала к себе всевозможные неприятности. Например, со стоящим рядом Бором, они пережили занимательный опыт по ловле хулигана, разливающего повсюду липкий мед, привлекающий насекомоподобных Кошмаров. Виновник нашелся быстрее, чем все ожидали. Все-таки он стоял рядом и принимал активное участие в собственном же поиске.

– Если Боги решили меня за что-то покарать, то могли хотя бы придумать что-то менее болезненное. – Бор потер переносицу, а после повернулся к своей группе. – Прошу каждого быть предельно внимательным! Рядом с нами стоит угроза не меньшего масштаба, чем радиоактивная утечка на производстве.

– При всем моем уважении к вам, Инструктор Бор, но вы пересекли черту! Разве профессионально с вашей стороны так унижать меня? – Внушительная фигура Ловца выглядела в глазах Мун настоящей грушей для битья. Без сомнений она не хотела решать любой конфликт силой, однако сейчас порыв эмоций сдерживала лишь тонкая нить самосознания.

– Ой, прости меня, Хатсон. Не хотел тебя так обижать. – Бор поправил воротник, кашлянул в кулак и принял презентабельную позу. – Верно, рядом с нами, несомненно, стоит катастрофа глобального характера.

Инструктор приготовился блокировать стремительный удар Мун. Но, к всеобщему удивлению, она стерпела шутку старшего. Мун спокойно шагнула в сторону группы и представила себя и Сури. Ее напарник не сказал и слова. Его сильнее остальных шокировало спокойствие Хатсон, что как только Шумс пришел в себя, первым делом записал данное событие как «особо важное происшествие, не подлежащее описанию». Причина, по которой Мун сумела обуздать себя заключалась в простом понимании того, что сейчас она отыграется на Инструкторе в комнатах Кори.

Как по шаблону, Сури рассказал всем про витражи и три основных закона. Затем он отметил, что для Отдела характерно вместо отдаленного солнца видеть остальные, не менее чудесные звезды. Обратил внимание на исторически заложенный фундамент общества и предложил своими глазами взглянуть на внутреннее устройство Отдела.

Первой остановкой стали лаборатории Кори. Нижняя третья башня славился своими изобретениями. А также числом крупных неудач, которые превращали все лаборатории в неприступные руины. Да, страшные истории быстро разносятся по миру, от чего предвкушение становится незабываемым опытом. Всех дружелюбно поприветствовал второй ведущий исследователь Отдела – Эмиль Флам. Азиат, с рыжими объемными афро кудрями, старательно впихивал в карманы какие-то листки бумаги. Не совсем понятно – исследования ли это были или шпаргалки.

– Приветствую вас – мои дорогие Избранники. Меня зовут Эмиль и сегодня я проведу для вас волнующее путешествие в мир настоящей научной фантастики. – Кори пригласил гидов за собой, чтобы остальные последовали их примеру. Те неохотно, но стараясь держать авторитет друг перед другом, двинулись за белым халатом нового рассказчика. – Возможно, некоторые из вас думают, что сошли с ума. А может есть и те, кто видит возможность проявить пережитое в творчестве? Например, написать книгу о приключениях своих или же своего знакомого. Но главное – что это место позволяет вам по-настоящему проявить все свои мечты. А для меня мечты – изучать, пробовать, открывать новое! Представьте, что вы попали в место, где можно спокойно создавать ракеты с сверхсветовым двигателем, а после пускать их в космос, без риска для своей жизни! Так вот, наш Отдел – это и есть такое место!

– Ага, вот только они не очень задумываются о рисках для окружающих жизней. – шепнула Мун на ухо Сури. Тот в ответ чуть улыбнулся и хотел было добавить что-то от себя, но Кори резко остановился и чуть не сбил Акера с ног.

– А здесь мы проводим наши опыты над Кошмарами. Простите, я могу показать вам только безопасные особи, однако, если вы станете ведущими исследователями, как я, то вас допустят к ужасающим и мощным тварям.

Флам подошел к столику и нажал на неприметную кнопку в углу. На миг ударила вспышка света. Глаза не сразу привыкли к освещению. Надоедливые зайчики мешали разглядеть, что собирался показать воодушевлённый своей речью Кори. Спустя несколько секунд зрение вернулось в норму. Перед людьми стоял огромный стеллаж, переполненный белоснежными кубами. Под каждой секцией висели бирки со сложными названиями типа Кошмаров и их личными номерами. Свет от подсвечиваемых ловушек ослеплял, как прожектора. Эмиль же стоял среди них, как актер, купающийся в софитах.

Первыми прикоснуться к таинственным артефактам решили взрослые. Мун с опаской поглядывала на каждого из любопытных подопечных. Особенно ее настораживали те моменты, когда «новоиспеченный» Избранник приближался к месту раскрытия ловушки. Кори в такие моменты только шире улыбался и с интересом наблюдал, сумеет ли новенький справиться с проблемой. Детей ждать долго не пришлось. Увидев, с каким любопытством взрослые разглядывают механизм, те быстро перехватили инициативу и стали вертеть кубы, изучая их текстуру и вес.

Сури подошел к детям, чтобы перестраховаться на случай внепланового открытия клетки. Мун тоже хотела присоединиться к нему, но как только девушка сделала шаг в сторону ребят, те ринулись прочь.

Мун подумала: «Видимо, их страх передо мной крепко засел. Лишь бы, когда они выпустились не стали меня так же сторониться. Я же не могла переборщить? Всего один бросок и они уже бегут от меня? Помню, Инструктор со мной обращалась не очень ласково». Пока Мун отстранилась от мира в мыслях, Сури быстро завоевал детские сердца, отвечая им на вопросы.

– А в этом месте есть туалеты? – спросила девочка, нависая на руке Сури. Шумс призадумался, так как не знал считается ли туалетом только сама уборная или же кустам и душевым кабинам тоже можно присвоить это понятие?!

– Ну, тут есть возможность испражняться, однако туалетов в нашем Отделе нет. Но я слышал, что в Главном Отделе они есть из-за людей, медитирующих годами. – Сури не успел договорить, как горсть новых вопросов нависла на нем, вместе с отобранными опасными ловушками.

– Скажите, вы уже встречали в Отделе своих друзей или родителей? Я бы очень хотел увидеть маму с папой! – Самый маленький мальчик схватил пальто, ближе подтягивая к себе Акера.

– Нет, я никого не встречал. На самом деле, редко кто может похвастаться тем, что дружит с кем-то в обоих мирах. Еще реже можно встретить своих родных. Кажется, на все Отделы есть всего три или четыре семьи, которым удавалось передать дело, словно по наследству… – Сури оглянулся на Мун. Ее фамилия часто мелькала в документах архива, да и слухи о побеге ее семьи за границу Грез до сих пор были темой обсуждения. Все фамилии семей занимали высокое положение в Отделе и были связаны с крупными и не всегда приятными событиями. – Не хочу хвастаться за другого, но эта седовласая девушка должна быть как раз из такой особенной семьи.

Услышав напарника, Мун поперхнулась. Она удивленно уставилась на Сури, не ожидая того, что он обратит внимание на ее предков. Ее ранее четкие движения сейчас стали неуклюжими, из-за резкой смены обстановки. Теперь дети смотрели на нее с восхищением, хотя все еще боялись подходить. Взрослые, кажется, придали этому меньше значения. Хотя и изредка бросали на Хатсон изучающий взгляд. Особенно страшно ей стало, когда Эмиль сощурил и без того раскосые глаза и непрерывно наблюдал уже за юным Ловцом, вместо желторотиков. Ей самой не казалось чем-то удивительным быть частью данного общества. По многим причинам фамилия никогда не являлась гарантом стать избранным миром Грез. К тому же, Отдел не наделял такие семьи особыми полномочиями.

Внимание ребёнка трудно удержать, даже когда ему это интересно. Поэтому неловкая ситуация быстро растворилась с появлением новой ловушки, отличающейся особо крупным размером. Эмиль попросил ее принести, вспомнив, что ее пленник когда-то был удачно пойман одним из предков Хатсон.

– Давайте-ка лучше вернемся к нашим кошмарным врагам. В этой ловушке находится один из самых крупных и разрушительных Кошмаров. Познакомьтесь с Рубкастром. – Флам похлопал по ящику, чуть превышающему его собственный рост. – Его ткани плотнее бронированного танка, а рост может превышать пятьдесят метров. Но вот габариты экземпляра в этой ловушке аномально велики. Представьте себе толстую красную рептилию размером с тридцатиэтажный дом! Кори того года пришлось разрабатывать эту ловушку всего за несколько часов, пока монстр лежал без сознания. Но главное, что даже при огромной массе, никто не мог обнаружить Рубкастра много дней.

– Но вы только что сказали, что победили его и посадили в эту коробку! Нехорошо обманывать детей! – девочка, с двумя торчащими косичками, уперла руки в бока. Она никак не могла простить обман от взрослого, даже после самой захватывающей байки.

– Ой, ой, не спешите с выводами, юная леди! Его обнаружил Ник Хатсон, когда выполнял задание по поимке Всевидящего ока. Забавно, не так ли? Прогонять маленький летающий глазик и наткнуться на великана. Ну, так говорится в записях. Будь я свидетелем этой легендарной встречи, то расписал бы вам ее во всех красках.

Око… В голове Сури вертелась неоднозначная и рискованная мысль. Он никак не хотел ни нарушать правил Отдела, ни рисковать своей жизнью понапрасну. Стоят ли того риски? Схожие рассуждения были и у Мун. Чтобы не обременять напарника, она решила изложить идею раньше.

– Мы оба понимаем, что если записи – выдумка, то у нас есть шанс раскрыть дело буквально в мгновение ока. – Мун усмехнулась со своего каламбура, но Сури не мог оценить шутку из-за ее смысловой нагрузки.

– Нет, это исключено, я против и… Все остальные отрицания! Искать одно легендарное существо, чтобы попытать счастье на втором? Ловцам не только запрещено покидать Отдел в одиночку, но и своевольно выбирать сны. Какова вероятность того, что нам повезет? – Сури попробовал просчитать риски, но Хатсон прикрыла ладонью страницы блокнота. Акер на секунду остановился, а после принялся выписывать расчет прямо на руке Мун. – Так даже лучше. Может это окажется более эффективный способ пробить твое упрямство.

Мун одернула уже наполовину исписанную кисть. Заодно Ловец забрала и записи. Девушка захлопнула блокнот и кинула обратно Акеру. Тот сунул свой любимый предмет в карман и с раздражением глянул в сторону Мун. Они оба понимали к чему сейчас может привести конфликт. Избранники чуть не забыли, что стоят среди группы, считающей этих двоих представителями Отдела.

«Во чтобы то ни стало следует закончить экскурсию, а после решать, что делать» – подумали гиды и продолжили следить за сохранностью экскурсионной группы. Дальнейший путь прошел без опасностей. Когда все покинули лабораторию Флама, у ребят упал камень с плеч. Дальше оставалась только безобидная столовая и шатры, где курсантов ожидали представители рабочих групп. Но оставлять свой план Мун не собиралась. Сури и сам был не против его воплотить, после получения всех необходимых разрешений и тщательной подготовки. Мешало только одно – времени на поиски оставалось все меньше.

Кошмары в последнее время появлялись все чаще, хотя их и истребляли Охотники. Среди темных существ ходили разные слухи. Кто-то верил им и спешил обрадовать остальных. Другие сомневались и прятались глубже в сознание. Но уже каждый Кошмар в той или иной степени чувствовал присутствие своего символа, идола, героя, вдохновителя. Негл. Негл. Все чаще наполнял каждый уголок земель Кошмаров.

Часть 3 «День чистоты»

Слышишь ли ты музыку? Как играет скрипка, как трубит тромбон или свирель струится звонким переливом? Не слышно? Конечно, ведь все, что находится внутри наших мыслей только там и остается. Но есть существо, которое не только услышит ваши мысли, но и сможет их показать. Правда, показать каждому, кто его найдет. Шустрое и ловкое существо, признанное Кошмаром только потому, что может показать все тайны Отдела врагу. Хотя и Избранникам оно может открыть секреты любого Иллинта. Таковым является Всевидящее око. Как существо из символизма, оно наблюдает за каждым твоим шагом, чувствует все твои эмоции, знает по имени каждую клетку тела.

Схватить неуловимое существо – как играть в прятки. Даже если ты нашел его, то успей зажать. Главное, чтобы не успели поймать тебя, когда ты играешь в прятки с профессионалами. Именно этим сейчас и занимались Мун со своим одноклассником Голдоном. Оба старательно избегали встречи с директором или любым другим взрослым. Сегодня от Верли Норсона бегала вся школа, за исключением младших классов. Первогодки важно расхаживали по коридорам, ища скрывающихся школьников. Их схему составляли настоящие взятки в виде сладостей или денежной единицы. Если же обнаруженный отказывался платить, те бежали к директору и выдавали координаты «добровольцев».

Прятки на выживание – не что иное, как побег от страшного санитарного дня. День уборки призван воспитать в учениках аккуратность, которую игнорирует каждый второй ребенок. Во время перемен каждый класс по своему желанию может помочь сотрудникам школы с их делами. Многие не отказались разбирать бумагу или чистить полы. За успешное выполнение заданий директор лично раздавал добровольцам приятные подарки, о которых заранее голосовали школьники. Но все безопасные и легкие задачи успели разобрать в первые же минуты. Остались только самые страшные задания. Например, вычистить мех чучела росомахи в кабинете биологии или отковырять все жвачки со стены последнего темного туалета у столовой. Поэтому остальные классы не высовывались из тайных углов, пока сотрудники не поймают достаточно жертв. Одной из таких неудачниц оказалась Алис, которую утащил за собой преподаватель информатики, чтобы вычистить древний компьютерный класс.

Мун скрылась среди полок библиотеки, заодно заучивая сценарий предстоящих съемок. Голдон притаился по соседству с классической литературой. Толстые книги отлично скрывали его длинный рост. До конца большой перемены оставалось двадцать минут. Но часы, которые должны точно отсчитывать секунды, кажется, встали на месте. Как ни глянь, минуты все те же.

– Как думаешь, если бы у тебя была возможность решить все проблемы, но для этого тебе пришлось бы нарушить пару незначительных правил, ты бы решился? – спросила Мун, проигрывая в голове сценарии, чтобы уговорить Сури совершить самостоятельную вылазку в Грезы.

– Ты имеешь ввиду, что мы должны уйти с уроков и тогда все проблемы решатся? – Голдон осуждающе взглянул на Мун, хотя в глубине души так и мечтал поступить. Девушка хотела кинуть в друга книгой, но ее спугнул проходивший рядом человек, из укрытия не было видно: ученик или сотрудник.

– Нет, я не об этом. Хотя, если честно, звучит заманчиво. Но я о другом! Просто мой знакомый не терпит даже самого малого нарушения правил, хотя я хочу помочь и ускорить его работу. Но даже не знаю, как уговорить на риск такого атихифоба.

Голдон невольно примерил описание на себя, но надеялся, что речь идет не о нем или его подруге. Мун с самого утра казалась всем какой-то отстраненной и печальной. Это беспокоило Голдона, но Мун всячески отрицала свое подавленное состояние. Алис списала это на неудачный будний день, который решится уже через шесть с половиной часов.

– Знаешь, если человек вправду боится неудач, то следует доказать ему, что этого самого провала не может быть. Просто, я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, прости. Может есть способ обойтись без нарушений чего-либо, а может доказать, что твой план не такой безумный. Как было написано: «Все же всегда нужно строить планы, чтобы воплощать идеи. На одном энтузиазме, интуиции или удаче далеко не уйти». – Голдон указал на один из сборников стихов, обложка которого настолько стерлась, что на ней оставалось лишь несколько отдельных букв. – Пусть не самая поэтичная, но моя любимая часть этих страниц.

– Не ожидала, что ты станешь заучивать цитату, которой даже нет в лирике Есенина. – Опознать книгу оказалось несложной задачей. Внизу под неизвестным сборником было указано авторство произведений.

– Очень остроумно, аплодисменты гениальности Мун. Но эта цитата неизвестного ученика. Он написал ее на титульном листе. Вообще-то если посчитать книги, на которых написаны его цитаты, то можно уже составить целое пособие. Считай, что легендарный автор – знаменитая тайна нашей школы.

Жаль только порча общественного имущества – прямое нарушение правил, именуемое вандализмом. Восхищаться тут нечем. – за темным стеллажом раздался неловкий смех ученика старших классов.

Голдон подскочил от неожиданности и сильно ударился макушкой о полку старого шкафа. Мун, не растерявшись, свернула толстую распечатку сценария и подготовилась вырубить оппонента. Парень, пытаясь удержаться на ногах, схватил книгу с полки и также встал в угрожающую позу. Перед ними стоял ученик выпускного класса, ошеломленный агрессивной реакцией на его присутствие.

– Эй, спокойней, я ничего не сделал вам, ребята. Я просто помогал стряхивать пыль с этих замечательных произведений искусства. К сожалению, в последний год отлынивать от помощи директора звучит как приговор. – Светло-пепельные волосы, форма и ботинки собрали в себе всю пыль библиотеки, отчего образ старательного ученика сменялся видом неряшливого лентяя. Юноша махнул тряпкой и поднял свободную руку в знак примирения. – Не стоит переживать, я не стану выдавать вас. В конце концов я десять лет скрывался от наших многоуважаемых учителей.

Двое неуверенно переглянулись. В руках они крепко сжимали предметы самообороны. Оба прекрасно понимали, что один крик случайного свидетеля станет для них последним. Их настрой не радовал парня. Ученик робко улыбнулся, увиливая от агрессивно настроенных детей. Его беспокоило, что буйство в библиотеке не только привлечет внимание, но и испортит книги, многие из которых переживают не лучшие годы жизни. Какое-то время троица стояла неподвижно. Никто не решался завести разговор или сделать движение. Выпускнику казалось, что любое вырвавшейся слово станет последним произнесенным звуком в здоровом, не покалеченном теле. Но время шло, а работа остановилась вместе со встречей. Чтобы не провоцировать на насилие зажатых детей, парень развернулся и направился вычищать полки.

– Моя голова стерпела атомный взрыв? – Голдон потер ушиб. Навернулись слезы, а покрасневшее место стремительно опухало. Травма неприятная, но Голдон мужественно стерпел болевой порыв. Помутнение в глазах прекратилось и мир вернулся в нормальную четкость. – Ты же… Коул?! Ха, помнишь, в позапрошлом году ты помог нам проскользнуть прямо под кабинетом директора? Мун, перестань, герой судного дня не станет нас выдавать.

Мун опустила самодельную дубину. Голдон окончательно пришел в себя, но расставаться с книгой не собирался. Он узнал в уборщике одного из самых ловких игроков в санитарных прятках на выживание, который только в прошлом году помог скрыться двум классам в морозильной камере. Чтобы через полчаса повар не нашел сорок обмороженных тушек, зачинщик утеплил себя и детей куртками. На пол настелил ковер из прихожей и заварил горячий чай в термосах. Но быть уверенным до конца, что доброволец не переманит на свою сторону вольных учеников недальновидно.

– Приятно слышать, что меня считают такой важной личностью. Но вам не стоит прятаться в библиотеке. Вместе со мной тут убирают еще пара моих знакомых рабов, которые не столь благородны. Я могу облегчить вашу ношу и спасти от смертельных заданий. Взамен вы поможете мне убрать мою часть. Думаю, пыль куда лучше помощи в джунглях, ой, то есть в огороде Лупиты. – предложение Коула прозвучало в сторону беззащитных пленников обстоятельств как приговор.

Мун уже не мог удивить тот факт, что в последнее время все только и ищут способ ее использовать. Голдон даже обрадовался такому щедрому предложению, ведь в садах учительницы много опасных и вонючих тропических растений. Уборка проходила в полной тишине. Периодически, когда мимо проходили дети или сотрудники школы, Мун и Голдон маскировались среди книг. В критических ситуациях, когда подходил библиотекарь или одноклассники Коула, тот перекрывал помощников рассказывая небывалые байки, от которых слушателю становилось так тоскливо, что они спешили покинуть его общество.

– Книги, если бы вы правда могли решить мои проблемы… – проворчала Мун, заканчивая работу. Ее грустные размышления привлекли внимание старшеклассника. Домывая последние полки, Коул взял в руки толстый справочник, из которого торчало множество закладок. Он пихнул Мун в бок и сунул ей под нос книгу.

– Не стоит недооценивать книги. Возможно, интернет сейчас найдет для тебя все, что захочешь, но есть в страницах что-то захватывающее. Не представляешь, но даже в нашем городе есть одна книга, о которой можно слагать легенды. Говорят, на ее страницах есть все истории, приметы и даже карты мира. Ее обложка украшена то ли сапфирами, то ли алмазами. Поэтому все хотели ее себе в коллекции. Местные же прятали богатый знаниями артефакт. Даже сейчас ценность книги неизмерима. Ведь ее написал древний народ в эпоху, когда бумагу заменяли каменные стены пещер. – Коул хитро улыбнулся, как делал это, ожидая чаевых.

– Не хочу расстраивать, но твоя легенда несет в себе исключительно историческую ценность. И какая получается польза от небылиц? – Голдон не любил читать и делал это исключительно на уроках литературы.

– Как насчет хорошего настроения? – Коул обожал рассказывать различные истории своего города. Интересные легенды приходили послушать не только туристы, но и местные жители. Хотя, в случаях, когда Коул хотел избавиться от непрошенных гостей, его талант раскрывался с практичной стороны. Но Хатсон не восхищал этот разговор в момент, близкий к отчаянию.

– Оба варианта зачастую бесполезны, парни. С удовольствием бы прониклась духом Монс Понтиса, но у мня реальные проблемы, которые не решить ни интернетом, ни книгой… – Книга, которую Мун отдал ее друг, сейчас лежит на столе в доме. Единственная причина, по которой Хатсон еще ее не открыла – подозрительная предыстория, о которой ничего неизвестно. – А эта твоя легендарная книга, она только карты этого мира может показывать?

– Ты же только что не хотела и слушать об этом. Да… Быстро же ты меняешь мнение. Но лишать слушателя того, что он желает, не в моем стиле. Я не слышал о том, чтобы создатели владели знанием других планет. Боюсь, даже наши современники еще не решили данную дилемму. Знаю только, прочесть ее может любой житель нашей планеты. А все потому, что ее текст… – Коул сделал паузу. Он закинул грязную тряпку к себе на плечо, ухмыльнулся и чуть наклонился, чтобы его глаза были на уровне девушки. – написан первым языком. И никакими не рунами или иероглифами. Сложным необычным языком, понятным даже малым детям.

Мун сжала тряпку. Она внимательно вглядывалась в довольное лицо Коула. Но; прежде, чем девушка рассмотрела ложь или правду говорит выпускник, прозвенел звонок. Дети сорвались из укрытий. В мгновение ока первогодки потеряли власть, учителя прекратили охоту. Голдон одернул одноклассницу и пулей вылетел из библиотеки, попутно напугав работавших там старшеклассников. Коул помахал подопечным на прощание, за что получил удар по спине от друга. Все добровольцы вернулись за парты. Пришло время занятий.

Часть 4 «Книга»

День добровольца, репетиции и утомительная учеба – настоящее приключение для вторника. Говорят, школьное время остается теплым воспоминанием в сердцах взрослых. Но, чтобы постичь небывалую тоску, нужно сначала дожить до этих времен.

Еще три перемены Хатсон и Голдон помогали своему надзирателю с работой. На этот раз о их существовании знали все добровольцы, поэтому распределили работу на пятерых. Оставив позади суматошный день, девушка побежала домой, чтобы поскорее открыть книгу, которую Дон любезно подарил Мун.

Объект послушно лежал на столе, притягивая к себе всю пыль с комнаты. Темная обложка, слегка обтесанные края. Место крепления замка скрывал сложный механизм из шестерней и множества тонких прочных нитей. Каждый элемент замка украшен мелкими камнями, по огранке и цвету напоминающие сапфиры, размером с росинку. Центральную шестеренку украшал черный опал, сверкающий как ночное небо. Обратная сторона книги выглядела более невзрачно. Замок находился и по ту сторону обложки, однако не был украшен и выглядел проржавевшим.

Мун повертела книгу в руках. Ее терзали сомнения, что этот предмет подкинули Дону, чтобы использовать или подшутить над Избранником. Лунный замок свидетельствует о том, что эта книга написана кем-то, связанным с измерением Грез. Ключом для замка служит предмет, который определяет хозяин. Чаще всего в роли ключа предстает код или словосочетание. Но вот кто именно ее написал? Это мог быть Советник, умелый Кори, коварный Кошмар или мирный житель измерения. Стоит ли ее открывать? Мун взвешивала все риски. Это шанс ускорить, нет, закончить все их расследование. Но сейчас Мун начинала понимать смятение Сури, когда речь заходит о нарушении правил.

– Хорошо, я просто это сделаю. – Мун наклонилась к книге и посмотрела прямо в ее корешок. Ее глаза были наполнены решимостью и толикой страха. – Если внутри тебя спрятан Кошмар, то ты попал не в те руки. Я – будущий Охотник, меня не запугают уловки ничтожеств. В крайнем случае, у меня есть целый арсенал оружия.

Установив книгу напротив себя, девушка приготовилась к внезапной атаке. Мун дернула свой кулон и крепко сжала в руке. Металлический ловец снов всегда успокаивал ее, особенно когда украшение могло создать в соседней руке острый меч, светошумовую гранату или автомат.

Власть Грез сравнима с магическим явлением. Только вместо палочки у хозяина долен быть значок, а заклинания должны сопровождаться точным расчетом, основанном на реальных, заученных схемах. Чем лучше «заклинатель» знает строение создаваемого предмета, тем мощнее, защищённее и разрушительнее будет предмет. Чертеж деталей, система ковки оружия, схема наполнителей одежды. Например, созданный лишь с помощью воображения расщепитель атомов будет уступать по силе шариковой ручке, спроецированной на основе детального плана. Если Избранник не может выучить чертеж, но хочет рабочий прототип прибора или оружия, то в Отделе всегда можно найти особенные панели. В них можно найти любую мировую разработку за период существования человечества и скопировать в свой знак нужный чертеж. Этот способ используют большинство сотрудников, однако, у созданных таким способом предметов малая прочность.

Кисть Хатсон крепко удерживала пистолет, сотканный из окружающего света. Его материал отличался от привычной стали, хотя форма в точности повторяла модель МЦ-1. Это было самое изученное девушкой оружие. Но, в отличие от своего учебного прототипа, пистолет ловца отличался высокой разрушительной мощью, способной разорвать в клочья не только книгу, но и кровать, на которую опирался загадочный предмет.

Мун отложила кулон в сторону и медленно двинулась к замку. Она приложила пальцы к шестеренкам и стала вращать их в разные стороны, чтобы найти скважину. В одних углах что-то щелкало, в других скрипело. Хатсон продолжала двигать элементы замка в разные стороны, по часовой стрелке и против нее, но замок не поддавался. Тут к девушке и пришло осознание того, что она понятия не имеет, как справиться с этой головоломкой.

Ловец плюхнулась лицом в соседнюю подушку и выкрикнула все ругательские слова, которые позволял ее лексикон. Скажешь, сейчас самое время плакать? Ей не хотелось ни плакать, ни опускать руки. Но эмоции взяли вверх, поэтому сбежать от душераздирающего крика не вышло. С кислой миной Хатсон потянулась за книгой, не выпуская из рук оружие. Она вглядывалась в механизм, пытаясь найти лазейку. Но тщетные попытки продлились до самого вечера. Мун испробовала множество вариантов, но ни один из них не смог даже на миллиметр сдвинуть крепкий замок. Время приближалось к полуночи, а значит взлом отнимает часть любимой работы.

Как рассказывал наставник Хатсон: «Лунные замки могут быть раскрыты ключом власти Грез или же мощным ударом, сравнимым с огнестрельным залпом». Мун глянула в сторону ствола, направленного в сторону предполагаемой опасности. Если не выходит взломать, следующая ступень – сломать. Простая мысль давно вынашивается в голове, но, если удар окажется слишком сильным, письмена в книге могут распространиться по всей комнате, если и не исчезнут полностью. Мун навела пистолет на замок. Щелкнул курок. Ее терзали сомнения, а в ногах появилась неприятная пульсация. Предвкушение радостного события сопровождалось комом в горле. Палец неуверенно коснулся спускового крючка и, в порыве отваги, совершил выстрел по драгоценному камню.

Удар прозвучал тихо. Любое оружие Грез почти бесшумно, чтобы не напугать власти и мирное население. В ожидании того, что камень сейчас расколется, Мун прикрыла глаза свободной рукой. Не ощутив боли, ловец опустила конечность и обомлела. Камень, механизм и сама книга остались невредимы. Судьба подушки, которую прожгло пулей, осталась незавидной. «Прочность книги настолько высока? А, может, ее не разрушить силой Грез? Выглядит как самая настоящая магия». – подумала девушка, изучая ущерб, причинённый подушке. Книга совсем не изменилась, а вот ее замок слегка сместился. Заприметив изменения, Избранница испугалась, что эффект продлится недолго. Мун откинула пострадавший предмет в сторону и быстро открыла книгу.

Начинка темных страниц отличалась от представления Мун. Она ожидала, что сейчас ей придется разбирать многочисленные тексты языка Эдема, но реальность оказалась приятнее. На толстых, вышитых из смеси металлов страницах выгравированы точки, короткие и длинные тире, завитки. Их текст можно прослушать или прочесть с помощью специального оборудования. Самым верным сравнением станет перфокарта или виниловая пластинка. Для чтения страниц аппарат негромоздкий. Его можно легко скопировать и встроить в свое хранилище, где мирно покоятся ракетницы и огнеметы. Создание оборудования не заняло много времени. Деталь за деталью стали проецироваться в комнате, соединяться в единую систему. Винты скручивали основу генератора, внутри формировались считывающие элементы и блок фотоприемника, который переводил получаемый код. Когда проекция повторила точный объемный чертеж оригинала, полые стенки заросли плотным материалом, излучающим легкий лазурный свет.

Мун отделила первую страницу книги и вставила в прибор. С низким гулом устройство начало свою работу. Чтобы перевести текст машине понадобились считаные секунды. Однако массив, который по итогу оказался в руках девушки превысил летопись пяти-вековой жизни планеты. Мун оставалось только печально вздохнуть и продолжить расшифровку каждой страницы удивительной книги. В ее сердце тлела надежда, что ее напарник облегчит задачу. Но как объяснить Сури о книге, не искушая его излюбленное любопытство? Хатсон ничего не могла придумать. Она слишком мало знала о своем новом знакомом. Давить на него или торговаться – сложный выбор.

Как говорится в народе: «Утро вечера мудренее». Надежда, что дает силы засыпать с накопившимися проблемами и тяготами жизни. Даже если твоя работа, призвание связаны со снами, засыпать порой бывает невозможно. Но неотлагательное расследование ждет своих героев. Вот только на территории Отдела не только дети изучали настоящего короля Кошмаров.

Часть 5 «На вес золота»

Тайные расследования всегда известны малой группе людей. Их количество может насчитывать, как и три, так и десятки людей. Даже при условии, что тайное расследование происходит в секретной организации.

Мы уже слышали о том, что Мун и Сури должны разузнать о том, как сейчас выглядит Негл и разведать его местоположение. Но на ужас с детским лицом были нацелены не только наши герои, но и другие заинтересованные лица. Третьим Отделом руководили двое Советников. За работу с людьми отвечала Эйдж. Она помогала Избранникам с их работой, контролировала результаты Иртов и справлялась с распрями между сотрудниками. За работу с существами Грез отвечал бывший Охотник – Укрей. Для него не было различий между Иллинтами и их низшими братьями.

На каждого из Кошмаров Укрей тратил все свои силы. Но все изменилось, как только он услышал новость о том, что среди земель Грез появилась сила, превышающая ранее зафиксированные стандарты. Укрей отстранился от Ловцов и Охотников. Даже запретил самостоятельный выход в сны, под предлогом обнаружения аномального мирного жителя, влияющего на власть Грез. Подтвердить теорию о появлении Негла Укрей пытался и до сегодняшнего дня. Его пугала неизвестность, появление нового кризиса. Пустить все силы на поиск неподтвержденной легенды, устроить суматоху в башне Отдела и подвергнуть опасности детей. Каждый шаг Укрея сопровождался сомнением. Он делал все необходимое, чтобы средства не превышали цели проекта. Рядом с ним размышлял его единомышленник – София Хор, такая же опытная Советница из «Второй» приграничной части Отдела. Укрей позвал ее, чтобы снизить риск при поимке Негла, если тот решит действовать, как и в прошлое свое появление. Седые длинные волосы София постоянно окрашивала в чернильный цвет, но то ли из-за качества краски, то ли это было намеренным дизайнерским ходом, в хвосте переплетались оба оттенка. Глаза Хор часто выделяла темными тенями, придавая нависшим векам свой неповторимый шарм.

– Знаешь, с моим возрастом каждый день на вес золота. Поиски затянулись, не считаешь? – В эту рабочую ночь София перекатывала по столу стеклянные цветные шарики. Ее одолевала настоящая тоска. Укрей посмотрел на свою собеседницу, важно восседающею на его рабочем столе. Поведение настоящей Хор давно известно в кругах Советников. Но сегодня ее скверный характер проявился особо ярко.

– Я не могу ускорить расследование Шумса, не привлекая внимание остальных Советников. – Укрей внимательно разбирал отчеты, не обращая должного внимания на гостью, что сильнее разжигало раздражение у Софии.

– Славно, славно. Я могу понять твою кандидатуру, чтобы влиться в доверие к Неглу, но разрешать вести расследование подросткам… Меня терзают сомнения, что они тебя подкупили. Или твой разум уже помутнел? Есть более квалифицированные детективы. – Хор подбросила шарик к высокому потолку. Шар удачно коснулся люстры, а после стремительно полетел на пол. Стекло с треком разбилось. Его кусочки разлетелись по всему полу, чудом не задев важную голову Советника. – Мое терпение, Укрей… Мое терпение истощено. Негл – не просто Иллинт, которого можно изучить. Его сила не поддается анализу. Ей не противостоять, не уловить и не доказать. Она попросту невозможна, даже в рамках этого измерения.

– Хочешь подавить его силу или изучить ее? Да, твое прошлое Кори – то, как благословение, то, как проклятие. Считаешь, сможешь сдержать прародителя Кошмаров? – Укрей задумчиво перелистнул документ и, словно не обращая внимания на слова собеседницы, продолжил читать содержимое листа. – Боюсь, для твоих исследований достанется только труп. Я не стану рисковать, даже если ты предоставишь мне беспроигрышную тюрьму.

– Без риска, первые Избранники не смогли бы возвести Отдел. Каждое наше достижение сопровождается горечью неудач. Оружие разрабатывается после новой смерти невинного. У нас есть возможность исключить жертвы. Так что же ты выберешь – свой страх или надежду? – София недовольно хмыкнула.

Женщина щелкнула пальцами, чтобы дать команду стеклянному шарику вернуться в исходное состояние. Шарик послушно исполнил волю Избранницы. С точностью он повторил свой полет в обратном порядке. Хор ловко поймала уже целый декоративный предмет. В ее руке он переливался прекрасным пурпурным цветом. В золотом кабинете свет, проходящий сквозь шар, окрашивал шкафы с бумагами и различными перьями в банках.

– Знаешь, Укрей, в моем возрасте каждый день на вес золота. – София, словно фокусник, сжала в ладони шарик, а после, раскрыв ее показала, что предмет исчез. – В жизни я успешно исполнила все свои цели. Но даже прожив более полувека, у людей остаются мечты. Жадность порождает любопытство и закрепляется наслаждением. Этот принцип применим ко всему живому. И я не из тех, кто станет усмирять порыв желаний.

Советники затихли. Укрей наконец рассортировал все отчеты и вышел из кабинета. Этот разговор был ему неприятен. Он знал, что мечты Софии всегда связаны только с одним – получение все большей власти Грез. Это желание посещает многих Избранников на протяжении всей истории Отдела. Как ни странно, их не убивали корыстные мечты. Наоборот, сила таких людей многократно росла, а навыки владения властью Грез превышали чудотворное влияние коренных жителей измерения.

Советник резко встал посреди лестничного пролета. Укрей глянул на площадь, по которой ходили группы самых разных Избранников. Воодушевленные премьерой фильма, Ирты строили планы на «новый сон». Спешащий в лабораторию Страж, толпа радостных Ловцов, обсуждающих свою победу с одним из Охотников. Все эти незнакомые люди казались Укрею ближе, чем его подчиненные в нашей реальности. Он любил каждого, кого встречал в Отделе. Стражи, жертвуя своими жизнями, могут спасти отвратительного человека. Гарантии, какая личность будет спасена нет. Бывали случаи, что спасенный тобой вчера человек, сегодня задушит своего спасителя.

Укрей встал у перил, чтобы насладиться результатом труда многих работяг. Этот миг никогда не будет мирным, но смотря на рутину живых людей, Укрей быстро успокаивался и на его лицо возвращалась узнаваемая улыбка. Радость прибавила и знакомая пара детей, пробегающих в сторону архива.

– Надо бы завтра разузнать у них, как продвигается процесс. Каждый день на вес золота, да Соня. Но, если о Негле узнали другие Кошмары, то время уже закончилось. – пока внутренний монолог Советника сеял семена сомнения в его уставшую душу, другой Избранник заставлял засиять веру у своего товарища.

Сорок страниц из древнего артефакта превратились в восемьдесят шесть томов о сотворении мира. Каждое слово было после описано и обосновано. Записана история каждой деревни, всех лесов и даже камней. Среди бесчисленной информации Мун предложила найти упоминание о Негле или последствиях его влияния.

– Я думаю, нам понадобится много времени. Окупится ли это или нет, я не могу гарантировать, но разве не это ли наш шанс узнать все, не рискуя жизнью? – Пока Хатсон расписывала Сури важность увековеченных слов, Шумс обдумывал как им отфильтровать историю.

– Я уверен, что в твоем ловце занимательное чтиво, но я не хочу постареть, прежде чем закончится наше расследование. Знаешь, что мне напоминает твой сборник? Интернет! Давай просто найдем некие ключевые слова. В архиве есть прибор, управляющий картотекой. Он быстро считает всю летопись и предоставит нам ее на компьютер. Есть высокая вероятность, что те, кто писал хронологию могут дать необходимым нам явлениям иные названия. Но если на книге, которую ты нашла взаправду был лунный замок, то скорее всего имя Негла неизменно. – Мун не сказала ни слова. Ее поразило, что Сури даже не спросил ее о том, откуда эта книга или каким образом в ней уместились миллионы слов. Девушка медленно кивнула на предложение Акера.

Парень сделал пару заметок в блокнот, пока Хатсон отходила от состояния шока. Для того, чтобы вывести из него Мун понадобился лишь один щелчок колпачка ручки. Ловец вздрогнула и чуть не бросила в сторону пера наспех созданный топор. Ее решение вовремя остановили испуганные глаза Сури. Мун вспомнила что, как бы не хотелось, ее миссия защищать детектива, а не ускорить его смерть. Чтобы сгладить ситуацию, Мун забросила оружие на плечо и с довольным видом протянула руку.

– Вставай, нам нельзя терять ни секунды. Вдруг уже сегодня мы узнаем, где искать нашего Кошмара. – На слова девушки Сури только улыбнулся, как от самой обыкновенной шутки.

Напарники поспешили к архиву. Преодолевая каждый метр коридоров, Мун все больше предвкушала триумфальный финал и признание Советников. Сури разделял ее стремление успешно завершить задание. Акер рассчитывал на спокойную службу Грез, поэтому сложное задание приносило ему лишь дискомфорт и дополнительную головную боль.

Милость глав Сури была нужна лишь для того, чтобы каждую ночь он мог оставаться в архиве и читать записи без упрека смотрителей. Он отлично ориентировался в лабиринте данных. Бывало, еще до выпуска прятался от Инструктора в темных углах архива, где с наслаждением впитывал в себя каждую букву личных данных какой-нибудь интересной личности. За выходки, Сури отбывал наказания и каждую ночь повторял наставнику все правила поведения в Отделе. Пытки продолжились и после сдачи экзамена. Ограничения для Шумсов самые незначительные, но треть всех записей остаются под замком. Сури очень огорчился, когда на просьбу выдать ему карты третьего века Отдела, Архиватор прогнал его и пригрозил никогда не пускать мальчишку в архивы. Амбиции Сури воплощались на его глазах. События приносили Шумсу одни лишь проблемы, однако они же доставляли ему небывалое удовольствие от законного проникновения в секреты Отдела.

Глава 6 «Разлом»

Часть 1 «То, что не изведано»

Говорят, если тебя преследует неудача – это всего лишь черная полоса жизни. Но, если на тебя положило глаз настоящее проклятие, то одного терпения зачастую бывает мало. Что хуже всего, ты совсем не понимаешь, откуда этот глаз взялся.

Глаз выглядел, как настоящий, но проверить так ли это Беки побоялась. Несмотря на импульсивную натуру, любящую авантюры и опасности, Шолд всегда была брезгливой и аккуратной. Она неподвижно лежала на кровати в надежде, что скоро о ее положении прознает хоть одна живая душа и спасет ее. Но герой все не приходил или не прилетал. Собрав волю в кулак, почтальон накинула на глаз кусок одеяла и ловко проскочила через щель в ткани. Крупный глаз, Шолд оставила под одеялом и поспешила на работу.

На одном глазе приключения доставщика писем не закончилось. Пока юный Кошмар добиралась до Аэроплана ее чуть не пришиб грузоподъёмный кран со строительной площадки. Затем, в голову Беки прилетел ледяной снаряд, выпавший из прицепа, пересекающего мост. Напоследок, перед почтовым отделением, на Беки упал комок липкой массы, происхождение которой не известно по причине вывода из строя зрительного восприятия жертвы.

– Некорил! Ты меня окончательно вывел из себя! Я еще прощу тебе тот глаз, кран и даже лед… Но как можно было испортить мою одежду и прическу этой… Этой… Я даже не знаю чем! – Беки, покрытая толстым слоем массы, стояла посреди пункта выдачи. На ее возмущение Нек отреагировал весьма бесчувственно, как настоящий кот. Смогу случай показался забавным, а Клавис виновато опустил водный пистолет.

– Прости, но это виноват я. – извинился Клавис. – Мы проверяли, как работает водяная пушка. Все было в порядке, но, когда ты подходила к двери, вода вдруг поменяла цвет и потяжелела.

– Да, я все гадал, во что по итогу обратится жидкость. Будем знать, это масса напоминает строительный клей. Занятно. Дружочек, ты когда-нибудь ее видел? – Смог внимательно ощупал прилипший к Беки смолистый материал. Шолд с трудом держалась, чтобы не кинуться на двух шутников.

– Речь сейчас не об этом! – возмущению Бек не было предела – Нек, зачем ты меня так подставил? С самого ура меня преследует смертельно опасная неудача! Только ты мог это сделать!

Нек спрыгнул со стола, на котором прежде прятался от снарядов. Вид его был невозмутим, похоже, ситуация его немного забавляла.

– Боюсь огорчить ваше самолюбие… Но ты, милая, не пережила бы и первого своего приключения. И прошу, не забывай, что меня интересуют только умные и расчетливые жертвы. – Некорил скрестил на груди руки. Его слова звучали высокомерно. Словно перед проклятием в ловушке барахтается слабый таракан.

Смог одернул Нека, прежде чем тот успеет еще нагрубить влипшей в неприятности девушке. Клавис старался вернуть воду в изначальное состояние, но попытка привела лишь к тому, что его собственные руки увязли в клее. Беки пыталась обругать троицу, но выходили лишь невнятные звуки, похожие на чавканье теста. Говорить ей постоянно мешала мокрая тряпка, которой присутствующие по очереди пытались стереть с лица наполовину застывшую массу. Наконец, спустя сорок минут усердной работы, Беки была освобождена. Раздраженная от растирания кожа щипала и чесалась. Смог, взглянув на жирные пятна от клея, достал помятый костюм со склада на замену испачканной одежде. Взглянув на неказистые штаны, широкую куртку, которая ранее была пиджаком, Беки обозлилась еще сильнее. Девушка, пока переодевалась, гневно описывала, какими методами расправится с товарищами.

– Беки, прежде чем винить Некорила, посмотри на свою макушку. На тебе нет метки. Поэтому воздержись от буйства. – Смог указал на свои торчащие розовые уши, проглядывающие через шляпу.

Беки неуверенно подошла к зеркалу. Она боялась, что сейчас оно разобьется и осколки причинят ей непоправимый вред. На удивление, прогулка к умывальнику прошла, как в любой нормальный день. Кошмар всего пару раз поскользнулась на плитке и, защищая лицо, ударилась локтями о раковину. В попытке схватиться за край умывальника, Шолд задела мыло. Как по команде мыльце пролетело через керамическое углубление и, как на трамплине, вылетело из ванной комнаты, чуть не задев наблюдателей.

– Что? Правда ничего нет?! – Не веря своим глазам, Беки прочесала каждый волос на голове. Ничего, даже мельком напоминающее кошачьи ушки, не было обнаружено. Девушка растерянно уселась на плитку. – Тогда что же это?

– Врожденные данные? – Смог только развел руками. Шолд могла только открыть рот на такое заявление. С трудом сдерживая слезы, Беки вглядывалась в Некорила.

– Хватит на меня так смотреть. Я ничего не делал. Только навел на тебя справки, чтобы помочь моему знакомому потренироваться на ком-нибудь интересном. – Слезы Беки тут же высохли. Грусть моментально переросла в бушующую ярость.

– Так ты все же виноват?! – Беки встала, чтобы схватить обидчика за капюшон, но ноги повело в разные стороны, и девушка вновь оказалась на полу. – Советую уверовать хоть в одно высшее существо. В противном случае умирать тебе будет обидно.

Некорил протянул руку, как жест доброй воли. Беки зажала ладонь проклятия и расплылась в маниакальной улыбке. Многообещающее выражение лица несло за собой не только устрашение врага, но и попытку объяснить сопернику свое положение. Нек принял вызов и не двигался, вглядываясь в глаза маленькому Кошмару. Игра в гляделки продолжалась до тех пор, пока Смогу не наскучило детское поведение подчиненных.

– Закончили этот конкурс на выдержку слизистых. Разве я объявлял вам сегодня выходной? – Смог щелкнул пальцами перед носом напряженных конкурентов. Беки разжала руку. Она недовольно вышла, пихнув вредное существо в бок.

– А нельзя ли снять с нее вашу порчу? Мне кажется это довольно жестоким. – Клавис старался разобраться в сложных отношениях троицы. Но сколько бы он не пытался, истина раскрывалась у каждого по-своему.

– Не в моих силах снять проклятие, если оно наложено не мной. Единственное, что я могу – перебить его собственным, но в таком случае Беки навряд ли прибудет завтра. Переживать не стоит. Я навел на нее самого неопытного из нас, чтобы потренироваться на стойкой жертве. Будет настоящим чудом, если наш несносный ребенок сломает сегодня палец или получит глубокий порез. – Нек легкомысленно отнесся к сказанному. Для проклятий неважно кто перед ним: дерево, человек или Кошмар. Единственное, что немного беспокоило Некорила это то, что Беки сумеет найти своего преследователя.

Планы Беки совпадали с опасением Нека. Работа почтальона – ответственное дело. Как прописано в договоре Аэроплана, почтальона не могут остановить такие трудности как: ураган, мерзлота, дальние расстояния или проклятие. Пока девушка мчалась по мокрым от ночного дождя улицам, она выслеживала источник сегодняшних бед. Останавливаясь у домов, Беки вглядывалась в дворы, следила за движением в кустах или на кроне деревьев. Упертое проклятие продолжало скрытно атаковать Шолд из-за спины. Пока почтальон оборачивалась, проклятие успевало перебраться в слепую зону и продолжать охоту. По дороге назад ничего не приключилось. Неприятная боль в животе сопровождала Беки еще с завтрака. Прилипшая на ботинки грязь казалась бедняжке ничем, по сравнению с недавним инцидентом с клеем. Через каждую улицу Беки в лицо прилетали разные предметы: пакеты, пух чьей-то собаки, листья, бутылки и прочий мусор. Когда рыжеволосая девушка подъезжала на рабочее место она резко затормозила и провела полный осмотр порога Аэроплана. Почтовый отдел выглядел мирно и безопасно. Но в глазах уставшей от пакостей проклятия Беки, здание представляло собой опасную мишень!

Пройдя на цыпочках до стойки выдачи, Шолд проскочила на склад и зарылась в коробках. На попытки Клависа разговорить ее, девушка кидала настороженные взгляды и отмалчивалась, все глубже прячась в темных углах. Сейчас она напоминала ондатру, закопавшуюся в норке. Повторяя надутые щеки грызуна и, его стремление «смыться» от опасности, Шолд смешила Некорила.

– Эх, ну же, Беки, если будешь сидеть под всеми нашими заказами, они могут упасть на тебя и испортиться. – проворчал Смог, убирая хрупкие посылки подальше от эпицентра неудач.

– Если с твоим бесценным грузом что-то случится, вени не меня, а Некорила и его неуловимого товарища. Боюсь, одно мое движение сегодня может привести к краху нашего участка. – пробубнила под нос грустная Беки.

– Не преуменьшай мои силы. Если от моих проклятий не происходит масштабных разрушений в Аэроплане, то от твоего сглаза не пошатнется даже шкаф! – выкрикнул из-за стойки Некорил. Реакции со стороны Шолд не последовало. Попытки успокоить ее не увенчались успехом. Хотя, они прекратились сразу же, как вокруг девушки расчистили место.

– Уверен, что ее можно так оставлять? – обратился к Смогу Клавис. Мужчина поморщился, как от кислого леденца.

– Пускай отсидится там. Мы все равно ее не вытащим. Такова природа Пэззлов. Если не удалось обездвижить жертву, сонному параличу остается только отступать. Беки там останется до самого утра, уж поверь. Не в первый раз. – Смог постучал по картонному бункеру, а после отправился помогать Некорилу с оформлением посылок.

Клавис присел рядом с убежищем Беки. Ему не доверяли никакой работы, пока не перестанет бесконтрольно превращать вещи в нечто противоестественное. Оба молча сидели, издали наблюдая за работой сотрудников отделения. Проклятие Беки продолжало действовать на нее и окружающих. Клавис наклонился, чтобы приободрить подругу, но свет неудачно преломился, создав из воодушевляющего лица зловещую коварную улыбку. Прежде чем он успел сказать хоть пару слов, из-под нижнего яруса раздался испуганный возглас. Беки вытянула руку и схватила Клависа за нос.

– Ау, за что? – Клавис хотел потереть нос, но послушная прежде рука замерла на пол движении. Время будто остановилось. – Беки, можно задать тебе вопрос? Как долго длится эффект от твоих способностей?

Конечности онемели и Клавис в драматичной позе упал на пол. Стук получился глухим, но чуткие уши Некорила услышали его. Звук приняли за последствия проклятия. Упавший ящик или тело – неважно. Смог решил проверить, чем вызван шум, чтобы ликвидировать последствия. Как только он ступил в зону проклятия Беки, Некорил сделал свой долгожданный ход. Он весь день придумывал подходящую идею, каким образом страшное проклятие сможет навредить везучему Смогу. Мысль озарила существо внезапно, хоть и была рискованной.

Ни Беки, ни Клавис до конца не понимали, как это случилось. Виной тому была невнимательность каждого. Какая радость, что на этот случай у нас есть чудесный способ обернуть время вспять – описание.

Все произошло в момент падения, когда рука Клависа дотронулась до пола. В этот момент сработало проклятие Некорила и его соучастника. Соединив все возможные пути невезения, злодеи создали идеальное условие для ранее невыполнимой задачи – создание червоточины. Армелхейд взял за основу ангидрит – довольно маленький минерал, содержащийся в составе напольного покрытия. Он придал ему свойство, как у суперпозиции атома, который может находиться сразу во всех состояниях. Сила распространилась на весь пол и унесла в неизвестность каждого, кто стоял на заливке.

Клавис не решался открыть глаза. За свой короткий, но очень богатый опыт, Хэнг понял, что, открывая глаза, нужно быть готовым к любому пейзажу. Прежде, чем увидеть неизвестность, нужно к ней подготовиться. Под ногами мягко, немного упруго. Воздух влажный и холодный, как ранней зимой. Может, всех перенесло на вершину горы, и они не так далеко от дома? Клавис приоткрыл глаза.

Местность оказалась совершенно незнакомой. Вместо земли и грязи расстилалось курчавое облако. Что было под ним, понять невозможно. Сколько не разгребай руками, в глубине все та же быстро восстанавливающаяся снежная тучка. Но если под ногами облака, то над головой должна быть трава, почва или песок? Нет, небо было вполне обычным. Серые тучи нависали, грозя вот-вот пролить на путников свои мокрые сокровища. Казалось, до них можно было дотянуться, но любопытную руку остановила подбежавшая Беки.

– Вот ты где! Скорее, мы тебя совсем обыскались! Идем, нам неудобно будет возвращаться по-отдельности. – Беки старалась не хватать друга. Проклятие все еще могло действовать и не отпускать Кошмар до истечения суток. Вскоре пара присоединилась к Смогу, внимательно рассматривающему окружение.

– Отлично, вот и вы. Надеюсь, вы не пытались трогать небо открытыми участками тела. Не советую. Эти тучи ближе, чем кажутся и куда тяжелее. – Смог укоряюще посмотрел в сторону Клависа, который постоянно стремился схватить все, до чего дотягивается. Тот и не думал стыдиться своих поступков или отрицать их.

– Лучше скажи, где мы? С каких пор под ногами так мягко и холодно? Это же не снег? Неужели в самом деле облака? – Беки решила проверить на себе, что покрывает землю. Спрятав руки в карман, она упала в объятия белой ваты, но ее тут же откинуло назад, как при падении на батут. – Что? Не пойму, что это за место! Признавайся, Клавис, куда ты нас перенес?

Клавис пожал плечами. Он сам пытался разобрать, в каком неизведанном месте они сейчас стоят. Стоят ли вообще, или это массовый гипноз? Возможен и вариант, что это место мерещится лишь ему одному? Вопросы и гипотезы переполняли Клависа.

– Пожалуй, я отвечу за него. Но прежде хочу кое в чем убедиться. – Смог сунул руку в карман своего белого пальто. Ничего там не обнаружив, мужчина снял с плеча верную сумку и стал вытаскивать из нее то письма, то обычные клочки бумаги.

Беки и Клавису наскучило наблюдать за своим предводителем. Армелхейд обрадовался спасению от утомляющей беседы и с прежним интересом стал вглядываться в окружающие тучи. Продолжая движение в сторону более темных туч, Клавис почувствовал дуновение лёгкого ветра. Но, чем больше мужчина отдалялся от спутников, тем сильнее становился порыв. Пройдя еще пару переулков Клавис, обнаружил новшество в небесном царстве. Путник стоял на вершине то ли скалы, то ли обрыва, покрытого тем же, чем и все в округе. Вдали, в плывущих облаках росло множество круглых сфер, светлого, почти ахроматичного¹ красного цвета. Клавис хотел подойти к ним ближе, но его побег перехватила Беки.

– Опять за свое? Я не собираюсь препятствовать твоему личностному росту, но ты ведешь себя как ребенок. Вернись… Ого… – Беки заметила то, что приковывало взгляд Клависа. – Если это место не мастерская декоратора, то остается только один вариант.

– Это наш дом, Беки – измерение Грез. – Из-за спины показался Смог, переминая облака по следу своих сотрудников. Он упер руки в бока и с восхищением осматривал россыпь красных шариков. – Без сомнений, это оно. Мы находимся недалеко от границы с Отделом. Рядом должны стоять вышки с людьми, которым нам лучше не попадаться на глаза.

– Ого! Значит мы спим? Некорил – злодей, вырубил нас, чтобы насмехаться. – Беки оскалилась при упоминании проклятия.

– Тогда почему ты не превратилась в мохнатого палочника? – спросил Беки озадаченный Клавис, никогда прежде не видевший земли Грез. – Смог рассказывал, что Пэззл похож на них или на исхудавших котов, например.

– Какой ужас обо мне рассказывает наш босс? Даже жаль. Но ты прав, никто из нас не изменился. Разве мы не возвращаемся в свой изначальный вид, когда переходим в Грезы? – Оба уставились на Смога, требуя от него ответы. Но и сам Кошмар мог лишь гадать, почему человеческое тело последовало за душой.

– Есть предположение, что нас перенес сюда Клавис. Это в духе сил Армелхейда. Правда, на это должно было уйти куда больше времени, нежели доли секунды. Но теперь я окончательно убедился. Знаете, в моем кармане часто лежит одна бумага. Она пропитана кровью вождя червей. На Земле она – пустой клочок мусора, а в измерении Грез всегда проявляется рисунок.

Смог распрямил руку и разжал кулак, прятавший сложенный лист. Бумага расправилась, и наблюдатели лицезрели рисунок тонкой работы. Плавные точные линии, тонкие серебряные штрихи иллюстрировали цветок узколистной лаванды. Это распространённый дикорос в измерении Грез. На языке Армелхейда вертелось: «Какая красота! Тот, кто сотворил это – настоящий гений!». Смог самодовольно улыбнулся. Но атмосферу любования нарушал более важный вопрос, который первым задал сам виновник неожиданного приключения.

– Здесь красиво и интересно. Отлично, надо ходить почаще на эти чудные земли. А теперь… Как нам вернуться назад?

Часть 2 «Код»

Если ты сможешь пробежать через длинный центральный коридор, не отвлекаясь на манящие белоснежные двери, то вскоре появится развилка. Поверни налево, а после наберись смелости пройти по кромешной тьме. Пока ты наощупь пытаешься найти ориентир, тебя будет сопровождать жуткое искаженное эхо.

Многие Избранники любят проводить в этом мрачном месте испытание на смелость. В необычном коридоре запрещено проносить любой источник света. Ходит множество версий о том, что на его стенах записаны тайны измерения Грез или мрачная сторона Отдела. Каждый, кто проводил рукой по стене рассказывал, как ощущал холодный камень, влажную траву или гладкий металл. Всем нравились сюрпризы, но мало кого интересовало, что место охраняло большие двери архива.

– Я частенько бегаю сюда. Коридор остается неизменным, сколько себя помню. Нам рассказывали, что его построили для защиты от забредших в Отдел людей. У Шумсов даже есть сказание о страннике, который потерялся в темном коридоре и до сих пор блуждает во тьме, моля о спасении. – Сури уже наизусть знал, как пройти к архиву. Мун с осторожностью следовала за ним, придерживая конец пояса Акера.

– Хочешь меня запугать? Не забыл, из нас двоих, я владею искусством воссоздания любого изученного оружия. – Мун терпеливо шла по длинному пути. Сияние звезд от дальнего холла пропало за поворотом. Людей окружала непроглядная тьма.

– Какая предсказуемая реакция. Я просто рассказал тебе историю, чтобы скоротать время. Твоя грубость с незнакомцами однажды приведет к неконтролируемым вспышкам. И почти уверен, что вспышки понесут негативный характер. – фраза прозвучала мягко, как утешение в сторону недоверчивой девушки.

Совет не пришелся ей по душе. Мун скорчила рожицу в незримую спину впереди идущего. Она оставила эмоции при себе, боясь заблудиться без проводника. Ловец деформировала лицо до тех пор, пока не почувствовала, как шаг Сури замедлился. Избранники остановились. Мун отпустила мягкий пояс пальто. На миг ей показалось, что сейчас она парит в бескрайнем космосе, где погасли звезды и вселенную поглотила тьма. Фантазию прервала холодная плоскость. Хатсон провела по неизвестной стене рукой. Поверхность гладкая и теплая, в отличие от соседних стен, обжигающих морозом.

– Это двери архива. Старайся не трогать дверную коробку. Ее ежесекундно обрабатывают азотом, чтобы не дать Книжным Червям проползти в архивы. – Сури вовремя предупредил любопытного Ловца. Мун тут же одернула руку от окружающей двери области.

Сури подтолкнул массивную дверь. Открытый проход, все еще замаскированный тьмой, не превышал и полметра. Двери мешал открыться неизвестный предмет. Парень протиснул ноги внутрь, чтобы придержать тяжелую дверь. Стиснув зубы, Шумс проскрипел: «Мун, придержи дверь, пока я проверю что не дает нам пролезть». Девушка неохотно выполнила просьбу. Дверь оказалась действительно тяжелой. Ручка норовила выскользнуть из рук Мун, задавив при этом Акера, роющегося в поиске преграды.

– Что вы тут делаете? – послышался басистый голос из глубин архива.

– Стараемся сдвинуть с места незримое. – ответил Сури, из последних сил напирая на возможный переполненный контейнер.

Неизвестный пробубнил себе под нос пару ругательств, которые обычно проходят цензуру на телевидении. Он подошел к наполовину торчащему парню и нажатием одной кнопки откатил источник помехи. Дверь наконец полностью открылась. Когда оба сотрудника оказались внутри архива, за их спинами захлопнулся дверной проем, а комнату освятили яркие лампы. Внезапная вспышка ослепила Мун. Глаза заслезились и окружающий мир залепили бело-зеленые пятна, через секунду меняющие свою круглую форму в нечто неописуемое. Сури же вовремя прикрыл глаза. Как он считал: в первый раз каждый должен пройти испытание фотонов и больше не попадаться на их уловки.

Когда плавающее помутнение ослабло, Мун увидела перед собой пожилого человека с очками ночного виденья на макушке. Мужчина был одет в черный костюм с длинным фиолетовым галстуком. Из-под украшения виднелась спираль – отличительный знак Ирта. На воротнике и нижней части рукавов были вышиты по одной золотой полосе. Черные туфли с красной подошвой перекликались с широким ремнем, повторяющим их цвет. Старик устало глядел в сторону гостей. В архивах ведутся профилактические работы, поэтому каждое новое лицо, кем бы оно ни было, вызывало у смотрителя апатию.

– Что вы тут делаете? – повторил свой вопрос архиватор.

– Мы пришли воспользоваться вашим компьютером, многоуважаемый Турсун. Мне дали расследовать давнее дело. Оно простое, но требует дополнительного поиска в архивах. – Архиватор сразу узнал Шумса. Он мельком глянул на Мун, после чего недовольно цокнул.

– Мне по… – Турсун кашлянул, вспомнив запрет на ненормативную лексику. Создано было это правило по одной простой причине – речь. Язык, который отражался в голове зрителя образами, на определенные слова, вызывал ужасные картинки. – Глубоко начихать на ваши происки. Но компьютер сейчас обрабатывает огромное число карт. Пока не закончится профилактика не суйте… свой нос к прибору.

– И сколько продлятся работы? – спросила Мун. Она все еще каждую ночь наблюдает заваленный стол Лори Вект.

– Еще два месяца. – кратко ответил старик. Его голос становился все грубее с каждой фразой. Очевидно, общество кого-либо для него неприятно.

– У нас есть столько времени? – прошептал Сури на ухо Мун. Та покачала головой. Оба знали, что слухи о Негле точно уже просочились в мир Кошмаров. За этим следует, что уже завтра Отдел может встретить судный день. – Что нам делать? Хм…

Сражение в архивах. Три простых слова вызывают море идей для динамичной картины. Но есть одно «НО»: драгоценный прибор, за который происходит вымышленная схватка легко ломается от слабого удара или пинка. После недолгих раздумий Сури пришел к единственному, по его мнению, решению.

– Взаимовыгодная сделка вас устроит? У меня есть как и компромат на вас, так и желанный материал, многоуважаемый Турсун. Я могу похвастаться записями с вашими красноречивым пособием ругательств или… Можно дать нам на пару мнут компьютер и получить ту самую, скрытую от издателей коллекцию книг Ованеса Туманяна² с его автографом. – Сегодня Сури поражал Мун на каждом действии.

То, что сейчас происходит называют – взятка. В данном случае, из-за того, что дети не требуют в обмен никакой информации, она не нарушает правил Отдела, поэтому Сури уверенно предложил обмен. Старик потер нос, стараясь не выдавать заинтересованность в сделке. Но Сури был уже давно знаком с Турсуном, поэтому много раз слышал, как тот из кожи вон лез, лишь бы достать заветное сокровище. Завязался жаркий спор. Турсун не хотел уступать наглому юноше место для работы с компьютером. Сури напоминал Ирту о его страстях к первоисточнику книг. Мун стояла в стороне от происходящего. Она ничего не понимала и даже не стремилась этого сделать. Все, о чем надеялась Хатсон, что нелепое приключение в архиве закончится.

Пока Сури и Турсун выясняли хозяина компьютера на двадцать минут, Ловец устроила экскурсию по архиву. Зал архива уходил далеко вглубь. Не смотря на отличное освещение, стены напротив входа не было видно. Пол заменяли крупные ячейки, внутри которых хранилась личная информация Избранников. События Отдела, изменения в его правилах или ошибки истории занесены на специальные карты в колоннах, считываемые аппаратом. Высокие тонкие стеллажи тянулись от пола до потока. Грани, содержащихся внутри карт, сияли алым светом, окрашивая прозрачные столбы. Повторяющийся со всех сторон вид наводил ужас. Единственными ориентирами в лабиринте были манипуляторы, свисающие с потолков.

– Ладно, я согласен. – наконец-то прокричал архиватор. Лица обоих покраснели. Тяжелая отдышка и першение в горле одолевали оппонентов. Сури довольно хлопнул в ладоши, чтобы вывести Мун из гипноза, вызванного их дебатами. Ожидая, что девушка, как обычно, попытается атаковать Шумса, Акер пригнулся. Но Мун лишь потерла глаза и размяла спину.

Весь архив состоял из основ классицизма – симметрии. И чтобы ее не нарушать ассиметричным прибором, его спрятали за встроенной рядом с выходом стеной. Большой экран и такой же по размеру компьютер. С левой стороны к устройству подключен прибор для считывания карт и принтер со сканером. С другой сложный механизм для преобразования информации, записанной властью Грез. Данные записи хранятся у Избранников в их символе, поэтому разъем флэш-карты или диска не сможет обработать расшифрованный код Мун.

Вложив свой знак ловца в специальный ящичек, Мун подала сигнал Сури. Чтобы засечь ровно двадцать минут, архиватор запустил таймер на наручных часах и повертел ими перед гостями. Сури вежливо попросил Турсуна не заглядывать в секретные файлы. Тот положил часы на принтер и намекнул, что придет по их первому зову. Сури заметно расслабился, когда надоедливый старик вышел за перегородку. Шумс опрокинул стул и открыл на компьютере нужную папку.

– Итак, давай проверим, на что способен этот работяга. Я забью ключевые слова, такие как: Негл, Прародитель Кошмаров, их король, вожак. Ух, надеюсь твоя книга приблизит нас хоть на шаг. – Сури быстро печатал слова, но ни на одно из них не находилось ответа. На экране высвечивались слова «Ничего не найдено». Взгляд Сури значительно мрачнел. Шумс раздраженно покусывал губу, вводя в строку поиска слова, связанные с Кошмарами. Результат не менялся на протяжении десяти минут.

– Может ввести туда что-то схожее не с Неглом, а например с его поиском? Например, пятилетний мальчик устроил восстание Кошмаров уже около трех раз. – Мун глянула на Сури. Парень задумался над предложением Ловца. Пальцы зависли над клавиатурой, прежде чем продолжить быструю печать.

– Ты сказала, что в этой книге есть информация обо всем. Но мы не смогли найти никакое конкретное лицо. А что, если автор не записывал их, чтобы запечатлеть только события. Тогда мы никогда не найдем упоминание о Негле. Но вдруг мы сможем узнать о его действиях. А если не сможем и этого, то вернемся к нашему первому плану. – Сури проверял самые разные слова, но после просмотра очередной записи он хмурился и повторял процесс.

– Первый план? Ты имеешь ввиду найти Всевидящее око? Я предлагала тебе прогуляться в его поисках. Твой отказ глубоко ранил меня, но я нашла выход. И что я слышу теперь? – Мун злобно фыркнула на Сури. – Считаешь, что с наличием в книги слов об Око, мы сможем поймать его за пару ночей?

– Конечно. Бывает, то, что уничтожается в одном месте, навсегда запечатлено в другом. Когда я перечитывал карты архива, то понял, что в них есть очевидные белые пятна. Их сложно игнорировать, задавать вопросы так же запрещено. Но кто запретит рассказывать свидетелям с другой стороны? – Рассуждения в слух Шумса продолжались, пока тот проверял информацию о существе.

– От того, кто следует каждому пункту правил, я не ожидала даже подобных мыслей. Нам запрещено выходить в земли Грез или допрашивать Кошмары. Даже с нашим расследованием исключений быть не может…

– Нам и не придется. При наличии карты, мы сможем поймать существо на нашей территории. Знаешь, на каждой первой странице пишут имя автора и место издательства. В нашем случае почетное место занимает Око. Возможно, это приветствие со стороны писателя, а может предупреждение, но… Нам оставили подробную карту миграции Всевидящего ока. Почти вся территория находится за пределами, но есть клочок в пространстве Избранников. – прошептал восторженный Сури.

Шумс приблизил отмеченный на карте клочок земли и сверил с изученной картой Грез. Указанное место совпадало с приграничной зоной, откуда Избранники наблюдают за зараженными снами. Мун прислонилась к монитору, чтобы спланировать путь до места.

– Хм, тут написано, что период их миграции происходит часто. Судя по датам… -Мун постаралась посчитать в уме, но на выручку пришел напарник. Сури воссоздал калькулятор и бросил в сторону девушки, продолжая подробнее рассматривать карту. – Так, значит, он будет там уже через полчаса… У нас немного времени, нужно бежать!

Мун откатила Акера от компьютера. Сури поспешно перенес карту на золотой ловец, прежде чем суматошная владелица предмета вытащила его из ящика считывания.

– Мы сумеем прибыть вовремя? Я слышал, что до границы можно добраться без телепорта, но успеем ли мы? – Сури удалил все действия на приборе.

– Если никуда не побежим, то точно нет! Нельзя терять время, иначе наша встреча состоится не ранее, чем через месяц! – Сыщики вылетели через перегородку и умчались прочь.

Как же изменчивы люди. Шумно ввалившись в помещение, теперь Избранники незаметно покинули помещение. Архиватор даже не услышал их побег. Наручные часы Турсуна грустно пропели окончание времени. Жаль, когда за ними пришел архиватор, детей и след остыл. Осчастливленный скорым исчезновением нарушителей спокойствия, Турсун снова заблокировал дверь и уселся за просмотр любимого сериала.

Часть 3 «Дотянуться»

Чтобы попасть в соседний город мы часто пользуемся транспортом. Мы используем машину, даже для прогулки в соседний магазин, чтобы не нести тяжелые сумки. Изобретение 18 века покорило сердца пассажиров и выручало ноги владельцев.

Измерение Грез не стало исключением. Когда первые чертежи попали в руки к Избранникам, те стали активно улучшать механизм. В итоге вышло самое быстрое устройство для перемещения – телепорт. Данная конструкция могла бы стать вершиной эволюции техники, но ее принцип основывается на материалах, прочность и энергозатраты которых нельзя получить искусственным путем на Земле. Это очень печалит Кори и мотивирует их сохранять каждое свое творение. Удачи и ошибки нужно держать при себе, в специальных складах, гаражах и прочих пустых комнатах. В одну из них побежали Сури и Мун. Ребята надеялись найти прочный автомобиль или, на худой конец, быстрые велосипеды.

Сури привел напарницу к ближайшему складу, о котором он знал. Внутри тот ничем не отличался от музея. Разные приборы под подсвеченными витринами укомплектованы по размеру и скорости. Сури осмотрел первые витрины с роликовыми коньками. Мун решила не мелочиться и сразу полезла повыше. К потолку были прикреплены самолеты разной вместимости. У самого выхода, рядом с широкой дверью, стояли крупные внедорожники, легковые автомобили и даже танки. Рядом с входной дверью под витринами лежали более компактные изобретения: спортивные велосипеды, доски для серфинга, самокаты, лыжи и прочие приспособления личного пользования. Внизу метался Сури, пытаясь примерить какой из имеющихся транспортов самый быстрый и неприметный. Больше всего Мун понравились скейтборды. Взять в пользование крупную технику – означает оповестить весь Отдел о походе, а неприметная вещь легка в управлении и быстро доставила бы их до места. Сури не был против затеи.

Избранники подняли витрину и осторожно вытащили две доски. Надели защиту и подготовили маршрут. Затейники, не дожидаясь пока выйдут за пределы Отдела, выехали из склада и промчались до главного выхода по коридору. Сотрудники давно привыкли к тому, что по Отделу можно встретить хоть всадника, хоть пилота. Их не удивляли ни двое подростков, разъезжающих по коридорам, ни разбушевавшийся неподалеку Кошмар, ни попытки незнакомых Избранников докарабкаться до третьего этажа, используя лишь собственную ловкость.

Когда башня Отдела удалилась, а сад постепенно поредел, у горизонта показались тучевые облака. Метеорологическое явление окружает Отдел со всех сторон. Если подняться выше десятого этажа, облачный пейзаж охватывает местность со всех сторон, скрывая за собой удивительный, непознанный мир Грез. Облачный занавес создали местные жители измерения, чтобы изолировать прихожан от своего присутствия. Главной особенностью облачного настила стала возможность передвижения по нему. Мягкие, упругие облака, по которым очень неудобно передвигаться, все же были способны выдержать любой вес. Проехав ровную местность сада, исследователи прибавили скорость и поехали к границе, в зону сновидений. На высокой скорости, которую поддерживала власть Грез, Избранники разрезали воздушные массы, изредка подскакивая на кочках и углублениях. Наконец, спустя половину оставшегося времени, показались проблески надежды.

Скейтборды отлично справились со своей задачей. Мун приготовилась к столкновению с облаком, перекрывающим путь в зону сновидений. Девушка пригнулась и создала плащ, закрывающий все ее тело. Сури повторил за ней. В отличие от Ловца, Акер не бывал за стенами Отдела и никогда прежде не пробирался по облакам. Он поравнялся с напарницей и оба столкнулись с облачной стеной. Три, четыре, пять секунд людей окружал непроглядный туман. Не сбавляя скорости, Избранникам ничего не оставалось, кроме как ехать вперед, не сворачивая и не теряя еле заметный свет от знаков друг друга.

Находясь в бесцветном мире, голова каждого постепенно пустела. Ноги сводило в сторону, а спина изнывала от продолжительной неудобной позиции. Мун представляла себе, как войдет в кабинет Советника и важно объявит о своей победе над неуловимым Неглом. Сури же ничего подобного не представлял. Парень, чтобы скоротать время, вспомнил музыкальный клип и прокручивал в голове обрывистые воспоминания звучания мелодии.

Со свистом в ушах, дети наконец вынырнули из облаков. Перед ними открылся завораживающий и в то же время отчужденный вид. На километры вширь уходило множество фиолетовых шаров, чуть превышающих два метра в диаметре. Сферы нарастали на земле ровными рядами, напоминая ухоженную аллею. Внутри шаров прятались сны людей. Но заходить во сны напрямую – худшая идея, что может прийти в голову Избраннику. Многие из сфер заражены Кошмарами, проникающими внутрь из-под облачной земли. Поэтому, как только ты проникнешь в чужой маленький мир, произойдет отторжение. Стать врагом как Избранникам, так и Кошмарам – не завидная участь.

– Как мы найдем Око в этом лабиринте? – спросила Мун, объезжая очередную сферу. – Карта не дала тебе точных указаний?

– Нет, не совсем. Око должно тут появиться уже с минуты на минуту. Нам нужно быть внимательными. – Сури остановился и присел на облако. Он спроецировал на землю скопированную карту. Места, где предположительно могло показаться Око, были разбросаны недалеко друг от друга. Однако никому из присутствующих не хотелось играть в «рулетку» и упустить ценные данные. – Пока есть время оставим во всех точках камеры или датчики. Так мы сможем среагировать если одна из ловушек подаст сигнал.

– А, может, старый проверенный метод? Мы заберемся повыше и будем выслеживать добычу, как кошки! – Мун указала на темные облака, которые как скалы поднимались над полем.

– Хорошо, можешь потратить свое время на то, чтобы забраться, а после быстро спрыгнуть с высоты не менее четвертого этажа. У нас в запасе примерно семь – восемь минут. Лично я пойду их тратить целесообразно.

Мун нахмурилась и медленно поехала за Акером. Шумс пролистал свою толстую книжку, чтобы вспомнить точный чертеж передатчика, который недавно оказался в коллекции его значка. Датчики, спроектированные Сури оказались довольно громоздкими. Одна только камера с трудом умещалась в руках Хатсон. С другой стороны, сигнал приборов не терял силы и был устойчив, а нестабильная поверхность продавливалась под весом фотоловушки и больше не могла сдвинуть ее. На размещение пяти точек понадобилось все оставшееся в запасе время. Сури сразу подключал камеру к панели на визоре защитного шлема и с любопытством наблюдал за пустынными видами. Мун еле как держалась на ногах, после каждой установки прибора. Процессу мешала ватная поверхность туч и сильный порывистый ветер, исходящий как сбоку, так и с низу, задувая в штаны Ловца. На вопрос, почему Сури не может переместить устройство непосредственно на облако, Шумс либо отмалчивался, либо бубнил невнятные слова. После этого случая Мун твердо решила, что по окончанию задания она как следует воспитает характер напарника с помощью верной лазурной дубинки.

На камерах не фиксировалось никакое движение. Предсказание опаздывало вторую минуту. У детей возникало неприятное чувство, которое мы обычно чувствуем, когда просыпаем будильник или подготавливаем не тот материал для задания. Расчет был неточным? Книга оказалась фальшивкой? Чья-то хорошо продуманная шутка или, что хуже, попытка замедлить расследование? Мун старалась выкинуть все сомнения. Она еще не встречалась с Кошмарами, которых бы интересовало что-то, помимо проникновения в ее родной мир. К счастью, отчаянные мысли отступили после сигнала одного из датчиков.

– Это пятый, скорее за ним! – Крикнул Сури, тут же встав на доску. Мун, не раздумывая, вскочила и поехала в точку. Хатсон отлично запомнила расположение каждой тяжелой камеры. – Невероятно, его скорость превышает десять километров в час. И это с учетом того, что у объекта пассивное, сонное состояние.

– Славно, не спугнем его. Насколько я помню, этих ребят и на машине догнать сложно. – Мун виляла между шарами, стараясь подобрать оптимальный маршрут.

– Его обычная скорость не превышает тридцати километров в час. Но мы не можем утверждать, что это пределы Кошмара. При бегстве его замечали даже со скоростью семьсот метров в секунду. Подкрасться к нему мы в любом случае не сумеем. Поэтому нужно каким-то образом загнать его в тупик.

– Тупик? – Мун огляделась по сторонам. Бескрайнее облачное море с множеством круглых островов. – Объясни, где здесь тупик? Чтобы его сформировать потребуется целая команда.

– Верно подмечено. – Когда Акер повернулся к Мун, обычная суровость Сури вдруг сменилась детским восторгом. Сури ускорился, заприметив на горизонте движение с трудом различимой тени. – Ты же поставила камеры под моими точными указаниями. Если я не ошибаюсь в своих расчетах, что случается редко, то загнать его в «тупик» будет проще простого. Конечно, я все рассчитал, основываясь на твоем таинственном справочнике.

Установленные камеры продолжали передавать на монитор изображение быстро движущегося объекта до последнего момента. Когда Око скрылось из виду, приборы послушно передали сигнал в предполагаемую область миграции сущности. Вращательный механизм, установленный внутри корпуса, повернул каждое устройство на нужную координату. Установив цель, каждая из камер без промедлений выпустила гарпун с привязанным к нему длинным наэлектризованным канатом. Как известно каждому Избраннику и, возможно, тебе, электрический ток заставляет наши мышцы сокращаться, независимо от того, наше это желание или принудительный фактор. По этой же причине существа Грез не переносят электричество, есть ли «оболочка» у жителя или нет. Ведь, в отличие от нас, у бедолаг нет мозга, в привычном для нас понимании, и электромагнитный след причиняет им неудобства.

Канаты потянулись вдаль, пробивая тучи. Мун с удивлением наблюдала, как по небу тянутся темные полосы, бут-то разрезая небо на отдельные куски. Явление, которое окутало все небо, заметил каждый: преследователи, случайно пробравшиеся на территорию Кошмары и смотрители вышек.

– Сури, что ты творишь? У нас тайная миссия! – крикнула на напарника Мун.

– Но мы еще ничего не нарушаем. – Сури был доволен, что его работа успешно прошла первый этап. Акер все больше погружался в предстоящую операцию. – Давай поспешим, канаты скоро опустятся. Нам нужно оказаться над поверхностью, прежде чем гарпун зафиксируется. Поверь, ты не захочешь оказаться в области поражения.

Гарпуны достигли точки. Канаты упали между сферами и с треском распространили по облакам электрический импульс. От места соприкосновения разошлась темная масса грозового облака. Нестабильная плотность необычной поверхности Грез позволила пустить волну нарастающего тока, сжигающего на своём пути любую преграду. Подпитывая друг друга, каждая из наэлектризованных областей разрасталась, оставляя все меньше обычных белоснежных безопасных облаков. Равнина не давала шанса Избранникам на секундный полет. Ближайший естественный трамплин, в виде зияющего каньона, далеко за сферами.

– Ты не мог рассказать мне о своем плане с самого начала? У мня складывается впечатление, что сейчас Око имеет второстепенную роль, нежели спасение от участи стать курой гриль. – Не дожидаясь неизбежных травм, Мун въехала в Сури и запрыгнула на его спину. В этот же момент Хатсон вытащила из ловца пару пластмассовых труб, скопированных с водоотвода. Обхватив товарища за талию, девушка стянула с себя плащ, продев в рукава ранее воссозданные трубки.

– Что ты делаешь? – спросил Сури, с трудом продолжая движение в неудобной позе. – Это мое наказание? Да брось, нас не должно убить. Разве что, будет немного больно.

– Ни за что! Ты мазохист? – Мун соорудила конструкцию, напоминающую парашют. Затем, скрепив детали властью Грез, Хатсон потянула за конец плаща, тем самым придавая ему иную форму. Этот способ «склейки» предметов дает возможность быстро создать похожий по конструкции объект.

– Погоди, этот способ быстрого изменения предметов? То, что ты планируешь создать… – Сури не сумел договорить, как порыв ветра поднял Избранников ввысь.

– Именно, это называется Дельтаплан, мой ужасный подопечный. – Мун расправила треугольный планер. Сильный восходящий поток играл детям на руку. Управление парящим предметом не было для Мун чем-то новым. В подготовку Ловцов входит много занятий, связанных с опасными для жизни трюками.

Изменять предметы с помощью власти Грез – менее энергозатратное действие, чем создавать тот же объект из ничего. Однако необходимы предметы с нужными качествами и материалами, которые можно преобразовать во что-то. Поэтому, не смотря на простой способ создания, этот метод не пользуется популярностью.

Дельтаплан поднял обоих высоко над пузырями снов. Их нежный фиолетовый окрас постепенно менял цвет, следуя обратному порядку радуги. Когда Избранники оказались высоко в облаках, ранее фиолетовые сферы приобрели серо-красный цвет.

– Какая красота! – восторженно сказала Мун. – Я слышала, что зоны грез – настоящие хамелеоны и даже помню некоторые фотографии Инструктора. Но увидеть такое чудо своими глазами куда приятней.

– Ага. Помнится, мой Инструктор рассказывал, что все дело в длине световой волны. Знаешь основы оптики? Короткие видимые волны – фиолетовые, а длинные – красные. Конечно, измерение Грез приукрашивает исследования Ньютона. Когда мы близко, длина волны отраженного света от сферы короче. С другой же стороны сложно сказать, работает ли на нас все тот же принцип работы глаза или нет… – В голове Сури резко отпечаталось слово «глаза». Легендарное существо, ради которого была проделана грандиозная работа лежало где-то среди темных туч. Сури внимательно пригляделся, но его напарница оказалась проворней. Обнаружив Око рядом с одним из канатов, Мун осторожно спланировала вниз. Перед тем, как коснуться облаков, Мун и Сури решили обезопасить пятки резиновыми сапогами, созданными в спешке, и от этого получившимися немного великоватыми, едва не слетающими с ног.

Посадка оказалась мягкой. Ловец с легкостью разобрала планер, пока Акер осторожно подходил к существу Грез. О внешности Всевидящего Ока говорится во многих мифах и верованиях Земли. В тучах, слегка потрескивая от остатков тока, лежало крупное глазное яблоко. Веки ему заменяла похожая на темную желеобразную кожу субстанция. Но прикоснувшись к ней Сури понял, что она в разы глаже и плотнее человеческой. Ресниц у глаза не было, как и слезного канала или капилляров. Зато, глаз обладал широкой радужной оболочкой, такой же черной, как и сам зрачок. Око лежало неподвижно. Для существа были чужды эмоции, поэтому все, что чувствовало сейчас Око – поскорей бы возобновить движение. Мун присоединилась к изучению Ока. Избранники расхаживали вокруг диковинного существа пытаясь понять, как им следует выуживать информацию.

– Может, нам следует ему сказать то, что хотим услышать? – спросила Мун, присев напротив черной бездны глаза. – Хэй, дружок. Прости нас за такой горячий прием. Мы лишь хотели узнать у тебя о том, где сейчас Негл. Понимаешь, о чем я, да? Н-е-г-л. Ты же должен знать.

На уговоры ответить людям, Око только молча смотрело на лицо собеседников.

– У него нет рта или других отверстий, так? Скорее всего оно немое. – Сури присел, чтобы думать в удобной для себя позе.

– Разве, оно не было послом всезнания? Оно должно как-то говорить!

– Ну, если учесть, что большее влияние Всевидящее око получило в кругах Масонов, то складывается впечатление, что это существо должно скорее уметь писать.

Мун обхватила глаз и прислонилась как можно ближе к зрачку: «Тогда напиши мне тайну Негла, прямо сейчас».

В ответ Ловцу было горделивое молчание высшего существа. Мун долго играла в гляделки с, как она считала, упорным соперником. Безмолвие продолжалось бы целую вечность, или еще пару минут, пока парализующий эффект тока не прошел бы окончательно. Но Око, как только почувствовало, что может немного шевелиться, тут же попыталось ринуться в бегство. Крепкие объятия Мун не позволили глазу умчаться. Голова девушки дернулась вместе с мифическим существом и оказалась прямо внутри него. Склизкая масса, заменяющая слезы потекла по спине Ловца. Сури еле сдержал рвотный позыв. Он быстро собрался с силами и бросился на помощь Мун. Ухватив покрепче ее тело, Сури потянул Хатсон на себя. Мун тоже помогала ему, упираясь руками о кожу Ока. Но, чем сильнее оттягивали увязшую, тем глубже она уходила в глаз.

Сури не сдавался. Он начал быстро искать чертежи лебедки, пока Мун медленно тонула в непонятном существе. Суматошно, Акер пробовал создать прочный механизм, но рыхлая туча не позволяла ему этого сделать. От Мун же быстро осталась только пара торчащих ног. Сури схватил оставшуюся лебедку и привязал к ногам Мун. Он решил, что сам будет держать ее, пока напарница не будет спасена. Прибор издал пару щелкающих звуков и потянул к себе ноги Хатсон, правда, вместе с оком. Сури заметил, что погружение Ловца прекратилось. Торчащие из зрачка стопы ног не двигались с места.

«Она утонула?» – была первая возникшая мысль Сури. Чтобы проверить, Сури снял со стопы ботинок Мун и легонько пощекотал. Пятки задвигались. Кажется, что они не смеялись от щекотки, а угрожали, что окажутся в зубах того, кто пытается к ним притронуться. Сури облегченно выдохнул, хотя и переживал о состоянии Мун. Он хотел попробовать проникнуть внутрь Всевидящего Ока, но создание Грез было против гостей. Сузив радужку и зрачок, Око ринулось в сторону от Шумса и продолжило свой первоначальный путь. Сури мигом бросился вслед, но как только он взял в руки выжившую доску, кто-то схватил его за плечи.

Сури впал в ступор. Ближайшая смотровая вышка находилась далеко. Стражи не успели бы добраться к ним так быстро, даже с реактивным самолетом. Поворачиваться было страшно. Невольно Шумс сложил руки у живота. Прикусывая губу, Сури старался разглядеть по тени того, кто может быть за спиной. Размытая тень перекрывала его собственную, но из-за постоянного движения тучи, ее невозможно было прочесть. Набравшись смелости, Шумс резко обернулся, чтобы лицезреть незнакомца, заранее спроецировав в руке маленький шприц с быстродействующим парализующим ядом.

За спиной не оказалось никаких страшных чудовищ. На вид необычный человек отпустил пальто Избранника сразу, как тот развернулся. Вид Незнакомца или Незнакомки был необычен. Высокий человек выпрямился. Длинные, густые, прямые серые волосы до колен закрывали часть груди, а челка не давала разглядеть лица. Бледная кожа на руках и шее слегка потрескалась от окружающего холода. Одежда выглядела как длинная светлая роба с редким вплетением в ткань черных волокон. Вместо штанов и носков с ног свисали пыльные куски ткани разных текстур и фактур. Странный человек опустил голову к уху Шумса.

– Я все думаю, почему в этой области стало так оживленно. – прошептал нежный, холодный голос. – А это детишки решили погоняться за моей добычей. Нехорошо так поступать, ребята. Каждый, кто ступает на эти земли – моя цель. И мне не важно кто это: Житель или человек.

От последнего предложения Сури содрогнулся. Монотонный, спокойный голос, как приговор пульсировал в голове парня. Он поднял глаза, чтобы внимательней разглядеть черты лица. Серый, как тучи, волос закрывал половину лица собеседника. Еле различимы были острый нос, худые впалые щеки и внимательно изучающие Шумса большие глаза. Они вглядывались прямо в душу Сури. Увидев их, Акер не мог переключить внимание ни на что другое. Круглые глаза с белыми плотными ресницами не имели зрачка, а радужка была яркого бирюзового цвета с насыщенным пурпурным оттенком по краям. Парень сразу осознал. Уже было неважно кто это существо: девушка или парень, монстр или демон. Если на пути встречается Иллинт – выхода нет.

Глава 7 «Нити судьбы»

Грань: «Раскрытие»

Привет, с тобой снова говорит Вэйт, твой любимый гид по измерению Грез. Возможно, есть то, что тебя может заинтересовать. Что же такое Иллинт? На этот вопрос можно получить множество ответов. Ловцы и Охотники скажут тебе, что это настоящие демоны, которых нужно уничтожать еще до того, как они скажут хоть слово. Большинство Избранников согласны с этим мнением. Любой Кошмар – проявление глубинного страха. Но представь, если твоя фобия имеет свое мнение и отлично манипулирует этим. Они очень сильны, коварны и непонятны. Единственные, кто относится к существам мирно – это исследователи. Если задать им вопрос, то Кори хитро улыбнутся, намекая, что для них любое проявление существ Грез не более, чем материал для изучения.

Но, как и везде, бывают исключения. «Кошмарами» могут назвать обычных жителей Грез, которые несут потенциальную угрозу Отделу. Еще, в редких случаях, Иллинты могут принимать сторону людей. Можно ли назвать их предателями? Думаю, мы не сможем прийти к однозначному ответу.

Хоть Кошмары и не терпят людей, есть те, кто охотно примет обратную сторону. Так, например, в третьем Отделе проживает один такой индивид. Эта маленькая сущность следит за всеми процессами в Отделе с помощью дронов. Механические помощники настолько незаметны, что большинство даже не догадывается о слежке, пока не получит уведомление от Советника о нарушении правил. Мне трудно признать, но этот отвратительный метод порой выручает. Как сейчас, на монитор передавалось изображение дрона, забредшего вслед за людьми в поле снов. Экран показывал, как одного нарушителя захватил представитель высоко – интеллектуальных Кошмаров.

– Остановить передачу. – Как только Иллинт решил отправить отчет о бедственном положении парня, Кошмара остановила команда следящего хозяина. Убедившись, что об инциденте еще не прознали сторожевые башен, следящий довольно ухмыльнулся и уселся перед экраном. – Будет лучше, если только мы станем свидетелями этого чудного шоу.

Часть 1 «Шоу»

Встреча, начертанная судьбой, порой не радует ее участников. В то же время, запланированные встречи приносят нам больше радости. Даже если ее финал огорчает, то предвкушение, подготовка поднимают и вдохновляют нас. Но что, если судьба и ваши планы сходятся? Что, если судьбой управляет некто, стремящийся к встречи?

В то время, как дети разминулись при самых худших обстоятельствах, Беки шаг за шагом преодолевала расстояние. Проклятие, наложенное Некорилом и его знакомым могло превратить ее в пыль просто потому, что она стоит рядом со Смогом. Клавис, подражая движениям напарницы из интереса, продвигался немного быстрее. Но, как только он уравнивал шаг с начальником, Шолд хватала руку ассистента и утаскивала назад.

– Мы точно не идем наугад? Сомневаюсь, что в тучах может хоть что-то прорасти. Если мы умрем с голоду?! – Беки покосилась на Клависа, старающегося не вихрить облака. Неосознанно у нее потекли слюни, а руки потянулись ближе к путнику – Ты же наложил на себя силу бессмертия верно?

– Если попытаешься съесть меня, то я брошу тебя к Смогу. Посмотрим, кого проклятие одолеет первым. – ответил Клавис, наклонив голову в сторону Смога. Беки обиделась и отошла в сторону.

Команда спускалась вниз по облачным уступам. Спрыгивая на пружинистую поверхность, каждый балансировал, удерживая тело от падения в бездну. Холодные капли влаги оседали на лице и одежде, а обувь все сильнее покрывалась необычным белесым налетом, поблескивающим от редких лучей света. В этот раз Смог опускался последним, чтобы минимизировать ущерб проклятия. Путь возглавлял Клавис. Он усердно ощупывал ногами поверхность, на которую приземлялся и, будучи уверенным в безопасности маршрута, давал утвердительный сигнал для посадки.

Спуск продолжался несколько минут. Порой окружающие путников облака рассеивались, открывая однообразный далекий вид на сферы, которые становясь ближе, приобретали все более яркий красный цвет. В таких случаях, Клавис вглядывался в даль, определяя расстояние до земли. Тучи, независимо от ветра, быстро меняли свое направление и закрывали поле зрения, поэтому расчеты приходилось делать быстро. Наконец, спустя полчаса, покорители облачного пика оказались почти у подножия.

– Справились без происшествий. – Смог выглядел довольным и, в отличие от своих попутчиков, уставшим. – Но напомню, пока мы не покинем это место, не вздумайте касаться облаков. Как только ваша кожа дотронется до них, нас обнаружат.

– Кто обнаружит? – поинтересовался Клавис. Ему не терпелось схватить кусок облака и проверить насколько мягким и холодным оно может быть.

– Те, кто тут обитают. Нам лучше не встречать никого, будь то Житель или человек. Поторопимся и дойдем до узла.

– Узла? Так вот куда мы направляемся?! Это очень опасно! О чем ты думаешь? – вмешалась в разговор Беки. Ее мягкие щеки надулись, преобразив лицо в широкий шар.

Клавис тяжело вздохнул. Он устал постоянно задавать вопросы, получая на них неоднозначные ответы. Если бы только ему повстречался человек, который без утайки смог рассказать все, о чем ни спроси. Однако, к счастью Смога, в окружении Клависа не было подходящих кандидатов. Заметив раздраженное выражение Армелхейда, Смог пихнул в плечо подопечного, подталкивая его к движению.

– Ты и сам в состоянии узнать все, что приходит на ум. Познать мир своими силами. Если я буду давать тебе ответ на каждый вопрос, то это будут лишь слова, не отражающие смысла. Но в случае, когда ты сам открываешь ответ, изучаешь его и обдумываешь, то получаешь нечто большее, чем просто описание картины. Ты получаешь опыт. Поэтому не стоит корить меня в своем неведении. – Клавис хотел было ответить Смогу, но тот уже отошел в сторону, стряхивая со шляпы и ушей накопившейся конденсат.

Клавис медленно направился вперед, с трудом обходя облачную преграду. Рыхлая структура облаков в редких углублениях поглощала часть сапог, как болотная тина. Путникам приходилось старательно выкорчевывать свои ноги из необычной субстанции. Трудно было сдержать себя и не коснуться облаков, даже ради опоры. Холодный ветер становился сильнее, превращая капли воды в острые снаряды. Свет вдали приближался. Из глубины воздушных масс вырывались лучи. В рассеянных областях облаков радуга играючи перебегала по тучевой стене, исчезая и появляясь в новых местах. На Земле подобное явление называется иризацией. Тонкие перистые облака, плывущие ближе всего к светилу планеты, преломляют солнечный свет, создавая в небе фантастическую картину.

Вспышка света, приветствовавшая Армелхейда на спуске, быстро преобразилась в белое сияющее поле. По низу плыли чистые кучевые облака, а цветные далекие сферы изменили свой тон на желтый.

– Ха? Разве они не были красно-серыми, пока мы стояли на вершине? – спросила Беки, как только вышла к Клавису.

– Может, это игра света? Под одним углом они выглядят красными, под другим золотыми… – неуверенно рассуждал Клавис.

– Ты близок к истине, друг мой. – Смог наслаждался пейзажем, слушая тихое завывание ветра, гуляющего через сферы. – Как сказали бы люди, здесь присутствуют законы оптики. Цвет, как и все в нашем мире, состоит из волн. Чем меньше волна, тем она темнее и тускней. Так, яркий красный и желтый видны нам пока мы далеко, но стоит подойти ближе, как цвет станет синеть и превратится в фиолетовый.

– Звучит знакомо. – Беки почесала затылок, стараясь извлечь из памяти нужный ей фрагмент.

– Там находится Узел? – нетерпеливо спросил Клавис.

– Да, все верно. Нам нужно найти пульсирующий шар, покрытый снизу темными жгутами и войти внутрь. Далее можете предоставить все мне. Итак, команда Аэроплан, за работу! – скомандовал Смог и поспешил вперед.

Беки наклонилась как можно дальше от края. Ухватившись за Клависа, она повисла над низменностью и принялась искать отличную от остальных сферу. Выследить объект для зоркого Кошмара не составило труда. Темный у крепления шар подрагивал у самого горизонта. Беки переполнил азарт и радость от предстоящего похода на большой открытой территории. Игра в прятки от постов Избранников и, возможно, еще действующее проклятие могли привести девушку в опасное приключение, о котором уже давно мечтал несносный почтальон. Хотя Кошмар переживала о осадке проклятия, она была уверена, что ее собственная неудача исчерпала суточный запас. Согнув колени, Шолд приготовилась к прыжку, но удерживающий ее Хэнг ухватил вторую руку искателя и потянул к себе. Не удержав равновесие, девушка упала на облако, вытянув руки вперед, чтобы не коснуться поверхности кожей.

Прежде чем отомстить Клавису, сбросив его с возвышенности, Беки ухватилась за штаны приятеля. Армелхейд наклонился и помог встать коварной девушке. Шолд, оставаясь в полуприседе, была готова перебросить через себя наглого помощника, но вдруг желание резко пропало. Внимание троих привлекло необычная активность на небе.

– Что это такое? – прошептала Беки.

Темные тучи и верхние белые облака пронизывали тонкие черные жгуты. Смог сощурил глаза, разбирая из чего сделаны пугающие канаты. Сплетённые нити из серебра и алюминия трещали, передвигаясь в воздухе. Задевая верхушки нимбострат³, неизвестные нити полетели вниз и опустились, охватив немалую территорию поля. Кошмар уперся в облака и, как только небесная конструкция полностью приземлилась, прыгнул, ухватив с собой Беки и Клависа. Каждый завис меж воздушных масс. Парение длилось не более пяти секунд. Белые ранее облака закручивались в танце с электрическими волнами, разносимыми с помощью импульса по площади. Тучи потемнели, вдали послышался гром. Сильный нисходящий поток продлил падение, что спасло странников от мощного удара током, но приземляться на заряженную поверхность было опасно.

Получивший иммунитет к электрическим раздражителем Клавис, в полете отбросил коллег выше. Как только он приземлился, по телу пробежала легкая дрожь. Быстро сориентировавшись, Хэнг подбежал к предполагаемому месту падения товарищей и вытянул руки, чтобы поймать Беки. Вес молодого Кошмара оказался невелик, а руки Армелхейда не настолько слабы, чтобы их оторвало. Однако, поймав Шолд, Клавис не удержался и рухнул вниз, удерживая девушку от опасной близости с тучами. Смог самостоятельно совершил посадку, обмотав ноги своим шерстяным шарфом. Ток прошел по его торсу, вспушив рыжий волос, но не причинил вреда.

– Нас атаковали? – Беки спрыгнула с Клависа, проверяя состояние поверхности. Тучевые облака сгустились и, рыхлая ранее оболочка уплотнилась.

– Нет, не нас. Не видел ничего подобного прежде. Тот, кто создал это – глупец. Глупец с гениальным умом. Но есть и преимущества. Теперь центром внимания мы не станем. – Смог стянул с сапог розовый сырой шарф и закинул обратно на шею. На момент Клавису показалось, что вокруг шеи Хэнга протянулось странное пятно, но волокна ткани слишком быстро скрыли его. Теперь Клавис не был уверен в том, что он увидел пятно на самом деле.

– Теперь мы сможем пройти незаметно? Поспешим, пока нас не обнаружили. – Клавис выпрямил спину и пошел в направлении, ранее указанным Беки.

– Жгуты не представляют опасности? Может, узнаем про их создателя? – спросила Беки, заворачивая рукава, чтобы те не мешали движению. После слов Смога, ее азарт мгновенно улетучился.

– Я пройду вперед и посмотрю. – уверенно сказал Клавис.

– Не спеши. Как бы любопытно мне ни было, даже я осознаю всю опасность ситуации. Лучше отправим на поиски кукол Смога. Наш план состоит лишь в том, чтобы поскорее покинуть мир Грез! – Беки перекрыла рукой обзор к покрытой канатами областью.

– Я против. Не знаю о каких куклах ты говоришь, но они не помогут, если вдали прячется опасное существо. – Клавис настаивал на своем, обходя Беки, как охотник дикого хищника.

Не желая дальнейших распрей с напарницей, Армелхейд отошел назад и побежал в обход. Беки умчалась в след за мужчиной, оставив Смога одного перед мирами чьих-то снов. Отпустив на минуту подчиненных, Кошмар медленно пошел вперед, наслаждаясь удивительной красотой простого и в то же время сказочного пейзажа.

Часть 2 «Кайлум»

Поиски организатора инцидента быстро завершились. Клавис, поспешно отдаляясь от шустрой Шолд, вдруг остановился. Между посиневших сфер он увидел два близко стоящих силуэта. Промедление Хэнга обернулось для него поражением в гонке с безумным почтальоном. Беки, заметив остановку жертвы, ускорилась и с разлета схватила Клависа. Оба с трудом удержали равновесие.

Шолд самодовольно ухватила плечо Клависа, находившегося чуть ниже уровня ее носа. Мужчина глянул на Беки, а после продолжил наблюдения за таинственными незнакомцами. Девушку тоже привлекли нехарактерные для измерения фигуры. Спрятавшись за сферами, двое смогли разглядеть как длинноволосый кошмар медленно обходил парня. Качая рукой, Иллинт ловил куски своей одежды, а после накручивал на кисть и отпускал. Ткань плавно распутывалась и возвращалась на место. Повторяя процесс, существо изредка поглядывало в сторону неподвижного гостя, определяя, каким из тысячи способов можно наказать его.

Клависа одолевало желание помочь остолбеневшему парню. От Иллинта, наслаждавшегося своим доминантным положением, веяло опасностью. Хэнг сделал робкий шаг в сторону наблюдаемых существ. Шолд без слов поняла намерение напарника. Девушка пригнулась и осторожно подкралась ближе к незнакомцам. Спрятавшись за сферой, Беки махнула рукой. Жест означал: «Подходи тихо, не раскрывай меня». Армелхейд кивнул и на цыпочках подошел к ближайшим шарам, с трудом, закрывающим скрытую операцию. Когда устрашающий Иллинт приблизился к укрытию Беки, юный Кошмар выпрыгнула и ухватила монстра, чтобы обездвижить его с помощью «паралича». Клавис тут же выскочил из-за сферы, ухватил мальчика за пояс и быстро побежал, волоча того за собой.

Ошалелый от событий Сури все не мог прийти в себя. Его только что пытался убить Иллинт, но вдруг из неоткуда появился мужчина в широкой шапке, темно-красной курткой и с легким шарфом, накинутом на шею. Шустрый спаситель, не оглядываясь, бежал вперед. Акер, осознав, что его пытаются увести от опасности, прибавил ход и побежал наравне с Клависом. Ноги сами уносили обоих прочь от опасности. Дыхание обжигал ветер, горло сохло, а нос забился от нарастающего давления. Однако, играющий от страха, адреналин продолжал двигать вперед уставшее тело.

– Я… Я должен поблагодарить вас. Вы из другой башни Отдела? Обещаю, я еще верну этот долг! – прокричал Сури, откашливая слизь, быстро копившуюся из-за продолжительного бега.

– Поблагодарить? Хорошо, я принял твою благодарность. Ты знаешь где можно скрыться? – Клавис бежал с необычайной легкостью. Отталкиваясь от облака, мужчина отпрыгивал и ловко приземлялся.

– Не знаю. До вышек далеко, а создавать транспорт у нас нет времени. Единственный выход… – Сури глянул в сторону фиолетовых сфер, мельтешащих в глазах. – Нет, что за бред? Продолжим бежать! Это наш единственный шанс!

Клавис нахмурился. В его голове все не укладывалась мысль, что, спасая одного, они жертвуют другим. Он резко остановился и поймав за плечо Сури, развернул его к себе, пристально вглядываясь в глаза юноши.

– Мы достаточно далеко, чтобы ты ушел. Но я не могу оставить ее одну. – Клавис не мог определить, почему малознакомая девушка была ему так важна. Для жителей Грез, эмоции – редкое и слабое понятие. Но глядя на Беки, Клавис невольно стремился уберечь ее.

– Ты собираешься вернуться?! Я не встречал такого Иллинта в записях. Если о нем нет упоминаний, значит все, кто встречался с ним, мертвы! – Сури старался отговорить спасителя от бесполезного подвига.

– Тем больше причин вернуться. Я не хочу, чтобы наши действия привели тебя к боли. Но я не могу позволить моему другу оставаться одной… Я справлюсь, даже если придется стерпеть смерть. – Клавис твердо решил, что лучше его настигнет десяток смертей, чем маленький Кошмар испытает неописуемую боль от кончины.

– Я понял… В таком случае, я позову подмогу. Сторожевые вышки уже должны были заметить аномалию в этом округе. Наверняка они сообщили Охотникам. Вскоре Иллинт будет задержан.

– Они задержат всякого Иллинта? – спросил Клавис, вспоминая неприятный опыт с полицией. Для молодого существа понятие «задержать» приравнивалось к смерти.

– Ну, думаю, даже мы не станем исключением. Хотя, с нами в следствии условий обойдутся значительно мягче, чем могли бы. – слова Сури Армелхейд перефразировал как: «В отличии от этого Иллинта, мы обойдемся быстрой и почти безболезненной смертью».

Клавис нахмурился. Его волнение переходило на Сури. Оба не могли предугадать поведение друг друга, отчего нарастала неловкая атмосфера. Первым нарушив молчание Клавис. Он чертыхнулся и побежал обратно. Армелхейд верил, что Смог обязательно спасет Беки, но что-то подсказывало ему, что наилучшим решением будет спасение от Кошмара без помощи Избранников. Акер мог лишь беспомощно наблюдать за убегающим вдаль спасителем. Сури заколебался. Парень не желал обесценивать жертву глупого, но благородного человека… Неожиданно для себя, Сури осознал, что спасший его Избранник не носит ни знака, ни похожую на форму одежду, что было несвойственно Избранникам, покидавшим сферы снов или Отдел.

Во время побега, все мысли юноши были заняты планом спасения, но, как только опасность миновала, он понял, что рядом находился кто-то другой. Это мог быть новый Избранник? Нет, Сури сразу отбросил эту идею. Избранники, хоть и появляются в разных, порой опасных местах, но расстояние до Центральной башни Отдела всегда равно не более семи километрам. В то время, как сейчас они находились на расстоянии, превышающем данную меру почти в два раза. Тогда, кто же он? Вести расследование без улик и наблюдений – все равно, что искать кольцо в море. Прорычав под нос невнятный звук, Акер создал хрупкую модель левитирующей лодки и помчался вслед за неопознанным бегущим объектом.

Не смотря на молниеносный побег, преследовать человека длинноволосый Иллинт не стал. Его заинтересовала девочка с пугающими способностями. В человеческом теле, Беки почти не подавала признаков Пэззла, за исключением возможности обездвиживать врага и становиться почти невидимой в темноте. Даже характерный градиент бирюзового цвета глаз с розовым или пурпурным, особо заметный вокруг лакун, у Шолд почти не проявлялся, оставляя естественную светло-карюю радужку.

Беки не спешила нападать. Иллинт, стоящий перед девушкой, был неизвестного для нее вида, о котором Смог никогда ей не рассказывал. Подобный человеку, стоящий ровно и уверенно, даже после того, как Беки парализовала его. Казалось, что существо удерживают невидимые нити, не дающие телу упасть. Но, на самом деле, не нити удерживали стойкого Иллинта, а облака. Воздушная «земля» медленно огибала ноги незнакомца, просачивалась сквозь ткань до кожи и, словно металлический каркас для куклы, оплетала пленника.

– Милое дитя, не ожидал что существуют те, кто может овладеть Жителями Грез. Не расскажешь подробней о том, как ты попала сюда? – Иллинт приподнял руку, показывая Пэззлу свою превосходящую силу.

Настрой Беки резко изменился. Она хотела убежать, но ее ноги в ту же секунду глубоко увязли в облачном настиле. Облака вытянулись во множество тонких нитей и стянули руки и тело Шолд.

– Не хочешь говорить? Избранники смогли совершить такое чудо и сумели скрыть это от остального мира? Даже Созвездия, являясь высшими существами, не способны укротить никого из… Как вы нас называете? Кошмары? – Сущность подошла к связанной облаками Беки. – Договоримся об одном условии: я не стану убивать тебя до тех пор, пока ты говоришь мне правду. Разве секрет Отдела стоит твоей жизни, малышка?

– Ой, хорошо! – неожиданно уверенно ответила девушка. Беки поняла, что уже не сбежит. Ей оставалось лишь тянуть время, пока Смог или Клавис не подоспеют на помощь. – Но, что, если я тоже хочу узнать кое-что от вас?

– И что же это? – Иллинт сверкнул зубами, словно пес, желающий растерзать соперника.

– Для начала ваше имя. Это не сложно и совершенно безопасно для такого силача, как вы. Могу начать первая. Меня зовут Беки. – Шолд мило улыбнулась и уставилась на Иллинта, ожидая ответа.

– Любопытно. – высокий Кошмар ухмыльнулся, удивляясь спокойствию собеседницы. – В таком случае, будем знакомы, Беки. Мое имя произносится как ****, но для удобства называй меня Кайлум. И раз уж мы так сблизились, не поделишься секретом?

– С удовольствием расскажу свою биографию. Все началось в момент моего появления в измерении Грез. То было чудное воспоминание о светлом, чудесном месте. Яркий свет башни прорывался сквозь зеленые навесы облепихи.

Придумывая на ходу сказание о своем пути Избранницы, Беки высматривала Смога. Его фигура мелькнула на горизонте еще в начале истории девушки. Внимательно наблюдая за движением, Беки периодически почесывала нос об облачные путы или просила Кайлума придумать хороший пример ее воображаемым испытаниям. Кошмар понимал, что Шолд лукавит и лжет почти на каждом слове. В начале его забавляло смелое поведение пленника, но уже на середине захватывающего приключения со скакалкой и тарелкой сухого льда, Иллинт остановил Беки. Терпение Кайлума подошло к концу.

– Ясно. Все же следовало пойти за теми двумя… – Кайлум недовольно фыркнул. Он поддел пальцем одну из облачных нитей, оплетших Беки. Немного приподняв ее, Кошмар стал медленно тянуть нить на себя, затягивая кокон с девушкой. – Я не встречал никого, подобного тебе. Из этого следует, что ты единственный успешный образец. Как противно. Эти люди совсем не знают меры. Но благодаря тебе я смогу помочь нашему виду избавиться от мерзкого симбиоза.

Нити затягивали шею. Давление внутри ловушки росло, впиваясь в кожу и деформируя ее. Беки напрягла все мышцы, но удушье неизбежно подкрадывалось к ней. Ужасная боль не давала девушке возможности даже вскликнуть. Кряхтя, она из последних сил выигрывала время для плана Смога.

Надежда на товарищей не была напрасна. Вместе со Смогом к точке вернулся Клавис. Не дожидаясь, пока начальник предпримет хоть что-то для спасения Беки, Армелхейд оторвал кусок облака, быстро превратив его водную основу в знакомую нам липкую массу. Бросив снаряд в сторону Иллинта, Клавис отскочил за сферу, чтобы быстро восполнить запас липкого вещества. Кайлум сразу обнаружил действие мужчины. Он отпустил нить, перестав сдавливать Беки и приготовился к следующей атаке. Округлые сгустки клея продолжали лететь с разных сторон. Каждый раз повелитель облаков был вынужден рассчитывать, откуда прилетит новая порция клея. И вот долгожданный триумф Клависа свершился. Комок противного клея прилетел в лицо Кайлума, залепив ему челку. Нападение отлично сработало.

Пока Клавис обстреливал удивленного Кайлума, Смог с легкостью пробрался к Беки. В отличие от своих подчиненных, Кошмар неторопливо дошел до Беки, чтобы сорвать с нее облачную паутину. Уперев руку о кокон с Шолд, Смог дожидался, пока Кайлум освободится от липкой проблемы. Клавис, заметив, что рядом с Беки стоит знакомый любитель шляп, прекратил обстрел «клейшками» и встал рядом. Трио вновь собралось, что совсем не радовало оппонента.

– Признаю, я восхищался вашей смелостью. Не каждый способен привлечь мое внимание таким прямым и наглым способом. Но теперь я серьёзен. – разъяренный Кайлум стряхнул с челки клей. Его полусонный взгляд резко изменился, став внимательным и настороженным.

Темные грозовые тучи стали успокаиваться. Курчавые тучи сгладились, приобретая ровные монотонные плоскости. Прежний цвет облаков быстро менялся, приобретая разные оттенки серого и становясь похожим на светлый вольфрам. Ветер стих и прежний гул угас. Вся облачная земля замерла во времени. Но покой продолжался недолго. Невидимое ранее движение становилось все заметнее, ведь сверху на пришельцев медленно, но неукротимо надвигалось не что иное – как нависшее над головой небо.

– Ой-ой, как разошелся наш маленький собрат. – Смог выглядел слишком спокойно для такой опасной ситуации, заставляя подопечных сомневаться в его вменяемости.

Не обращая внимание на укорительный взгляд, Смог вызволил из ослабленных нитей Беки. Девушка с кашлем старалась восстановить поток кислорода.

– Он сумасшедший? С такими темпами задавит не только нас, но сотни маленьких миров, в одном из которых наш путь домой. – прокряхтела Шолд, быстро идущая на поправку.

– Нет, эта масса безопасна для зданий. Может, сферы не похожи на дома Земли, однако несут в себе ту же функцию. Для того, чтобы избавиться от нас, он использует наилучший метод. Как же быстро они растут… – улыбнувшись, словно наблюдал за собственным учеником, сказал Смог. – Он представился как Кайлум, верно?! – Кошмар кашлянул, прежде чем громко крикнуть в сторону Иллинта. – Слушай, маленький Диамон, тебе хоть сил хватит? Твоя длина волос не настолько велика. Что же ты пытаешься сделать? Запугать нас?

– Я вижу, что эта малышка не единственный человек в слиянии. Значит, вас уже двое… – Кайлум, с помощью большого пальца измерил рост самого высокого Кошмара, расстояние до его светлой шляпки. – Уверен, что для мира было великим одолжением носить ваши души на себе. Но ничего, я избавлю измерение от страданий.

– Прежде чем хвалиться, следует помнить простые правила охоты: изучить, прежде чем напасть; найти оружие, достаточной мощи; напоследок, не недооценивать противника, даже в случае идеальной подготовки. На этом наша лекция окончена. Тогда, перейдем к практике? Почему бы не узнать, кто продержится дольше? – Смог снял сумку и завязал шарф в слабый узел.

Небо остановило движение. Серый Кошмар вытянул руку и, вернув прежний размеренный вид, сделал шаг назад. Он знал, что неспособен опустить все облака. Диамоны – Иллинты, любящие одиночество. Они правят небом, имея возможность менять метеорологические явления. Но каждое изменение отражается на состоянии Кошмара. Диамон может управлять небом пока на его голове есть хоть миллиметр волос. Однако, как только волосы исчезают, то Иллинт становится безвредным существом. Именно на эту необычную особенность и рассчитывал Смог. В момент, когда Кайлум взглянул в глубь души Смога, он понял, что перед ним некто сильнее, чем обычный зверь.

Часть 3 «В свете оставляют след»

Кайлум сделал первый шаг в игре. Пухлые ватные шары расширяли свои контуры, превращаясь в цилиндрические образования. С небольшими паузами облака, как пресс, обрушивались на Смога. Не давая передохнуть Кошмару, облака с разной скоростью приземлялись рядом с Хэнгом. Проваливаясь под серебристые тучи, цилиндры плашмя приземлялись на землю и растворялись, образуя глубокие воронки между фиолетовыми сферами.

Упирая руки об уже упавшие «сталактиты», Смог уворачивался от каждого удара. В то же время волосы Кайлума укорачивались. С треском, как у сухой коры, они рассыпались. Сеткой обволакивая окружение, каждая частица волоса придавала им желаемую Диамоном форму. Но куда бы не целился Кайлум, ни одна атака не достигала Смога. Чем короче становилась прическа Кошмара, тем больше он нервничал.

– В чем же твой секрет? – рассуждал про себя Кайлум. – Даже с самой быстрой реакцией, невозможно предугадать мои действия. Если только он не читает мысли… Нет, нужно трезво оценивать допущенные мной ошибки. У него есть недостаток. Нужно только определить того, кто внутри. Кто мог согласиться работать с человеком?

Кайлума внезапно озарила безумная, но единственно верная, в данной ситуации, мысль. Чтобы следить за обстановкой неуловимому Кошмару нужна была поддержка. Помощник, который следит за обстановкой, посылает сигналы и контролирует возможное буйство темных сущностей внутри. Кайлум смотрел на единственного человека, чьи глаза не подавали признаков внутреннего демона.

Почувствовав на себе недобрый взгляд Кошмара, Клавис ухватился за шапку, в надежде на то, что сумеет придать материалу прочную конструкцию. Но как бы он не старался, головной убор не менялся. Руки Клависа впились в мягкую вязь, проталкивая пальцы ближе к макушке. Изменение шерсти не поддавалось силе Армелхейда. За мгновения в голове Клависа проигрались сотни сценариев, как лучше сбежать, прикрыть себя и Беки, или, чего больше всего желал каждый, просто вернуться на Землю, где бы их ждало лишь безобидные хлопоты с делом о смерти преступников. Но любой план легко уничтожался крупным облачным валуном.

Смог тоже заметил, что его оппонент придаёт излишнее внимание бездействующим членам Аэроплана. Кайлум решил проверить гипотезу. Собрав почти все оставшиеся силы, Кошмар повернул кисть руки в направление стоящих в стороне людей. Оставив на голове взъерошенное каре, Кайлум направил множество перьевых облаков. Острые как клинки воздушные сооружения в миг выступили со всех сторон. В этот момент Клавис ощутил, насколько беспомощным может быть бессмертный. Даже если он прикроет девушку, то скорость облачных шипов пронзит обоих. Из-за их скорости превращение или побег также окажутся невозможными.

До столкновения оставались мгновения. Время для Клависа и Беки растянулось на вечность. Даже для Смога было сложно в момент перестроиться и привлечь к себе Кайлума. Клавис впервые почувствовал страх. Это было не обычное чувство волнения. Ему было обидно, что не успел приручить силу. Было грустно, что молодой Кошмар, которая была добра к нему, может лишиться жизни. Чувствовал гнев за то, что их смерть будет из-за простой случайности и прихоти незнакомца. Многогранные чувства смешались внутри, впервые дав толчок неопытному, наворожённому разуму. Армелхейд почувствовал дежавю.

В голове Клависа всплыло странное воспоминание. Словно, до вступления в Аэроплан, он был знаком с девушкой. Ее покладистый характер порой перебивался шалостями, а добрые глаза и мягкая улыбка не сходили с лица даже в самой ужасной ситуации. Но обернувшись назад Клавис увидел, что рыжая оптимистка не смиренно утешает его, а злится. Беки, даже осознавая неизбежную смерть, не принимала ее, а жаждала спасения.

Волнение прекратилось, а с ним охладел и разум. Клавис, осознавая, что способен на невероятные вещи, постарался вспомнить. Физическая память закреплена у человека до самой смерти. Даже, если ты позабыл, как называется ложка, все равно сможешь удержать ее, неосознанно поднося ко рту.

У каждого есть свое проявление памяти. Для Клависа первыми ее признаками стало слабое дрожание пальцев. Неосознанно, но с ювелирной точностью, он сжал воздух в кулак и потянул на себя, не как обычное, а упругое и плотное пространство. Воздух скрутился и, под давлением, перевернулся на сторону Беки и Клависа, образуя купол. Толстая и крепкая, как алмазный сплав, невидимая стенка покрыла и землю, не давая Кайлуму и шанса на засаду. Облака разбивались о щит, обволакивая его темными узорами, постепенно сползающими вниз. Но Кошмар, увидев сюрреалистичный трюк, прекратил атаку. Шипы, которые не успели разрушиться о защитный купол, остановились.

Легкое оцепенение от удивления, а после восторга, не давало Кайлуму произнести и слова. Для Кошмаров в их темном мире была значима лишь сила. И покоривший сердце Диамона талант Клависа, пробуждал в нем давно забытые чувства.

Господин… – не успел начать Кайлум, как перед ним появилось лицо Смога. – Ты?!

Выражение лица Хэнга стало серьезным. Игривое настроение Смога переросло в желание навсегда стереть из мира врага.

– Я в миг могу стереть тебя, невежественный Диамон, за неуважительное обращение со мной и моими подопечными. – Смог ухватил за волосы буйного Кошмара и выдрал небольшой клок. – Но твой грех будет прощен, если ты сейчас же исчезнешь.

Вырвать волосы Диамона – почти невыполнимая задача, ведь они являются продолжением не его тела, а души. В угрожающей человеческой фигуре, Кайлум опознал скрывающегося за маской чтеца душ, способного разрывать суть жизни на куски, как настоящий демон.

– Вы… Не станете говорить остальным? – Испуганно произнес Кайлум.

– Мне неважно, когда остальные узнают. Но важно от кого. Только не бойся меня. Хорошо? Даже если ты расскажешь о нашей встрече, то придется докладывать правду о том, как ты бессовестно напал на меня. – Смог ссыпал на голову Кошмара его вырванные волоски и медленно пошел по облакам к товарищам.

Бой прекратился столь же внезапно, как и начался. Униженный Диамон сбежал после первого же шага Смога. Кайлуму было ужасно страшно и досадно, что из-за собственной невнимательности ему придется принимать суровое наказание. Как только Кошмар удалился, облака успокоились и грозовой циклон улегся, вернув облачным землям прежний вид.

– Потрясающе! Вы оба – невероятны! – прокричала Беки, наслаждавшаяся легкой для себя победой. – Особенно ты, Клавис! Я знаю, что наш Смог умеет запугать любого монстра. Помню, он даже аудитора заболтал. Но, Клавис, ты меня удивил. Мне казалось, что у твоей способности есть материальные ограничения.

– Да, наверное. – Ответил Клавис, удивленный чудом, которое он сотворил. – Я просто подумал, что не зримое – не значит нереальное. Принцип изменения больших объектов начинается с малых форм – молекул, которые содержатся в воздухе. Не совсем понимаю как, но, кажется, я разобрался, как можно влиять на них.

– Это звучит слишком сложно. Переведи на всеобщий язык, пожалуйста. – На слова беки, Клавис как Кори, усмехнулся, не желая объяснять подробности.

– Мой дорогой друг, в отличие от этой маленькой фурии, я не верю, что в один миг можно освоить сложные техники. Особенно навыки защиты. Даже от моего влияния. Интересно, что привело к такому прогрессу? – Смог прислонил палец к подбородку, обдумывая произошедшее.

– Я не знаю. Возможно, у меня есть желание спасать, защищать важное или же просто прихоть. Это же естественно.

– Звучит убедительно, но, Клавис, я обращался не к тебе, а к маленькому, излишне любопытному, наблюдателю. – Смог прислонил ладонь ко рту, чтобы усилить голос. – Как долго ты собираешься притворяться, что тебя нет?

Беки внимательно вгляделась в сторону рассеянной туманности. Плавные движения ветра закручивали ветви воздуха в медленном танце. Но было одно, с трудом различимое движение, идущее вразрез с окружающей гармонией неба. Без тени сомнения Беки прыгнула в область и растопырила конечности, чтобы в ту же секунду обездвижить шпиона.

– Я – мастер маскировки! Тебе не сравниться со мной в прятках! – Беки ухватила человека за воротник, а затем зажала его в «клещи».

В крепкие объятия Кошмара попался, промокший от влаги густых туч, Сури. Акер, запечатлев в памяти каждое слово и действие Кошмаров, даже не пытался сопротивляться захвату, ведь это было бы бесполезным и трудным действием.

– Вы собираетесь убить меня? – выдавил из себя Сури.

– Убить? После того, как мой безрассудный товарищ спас тебя, твоя жизнь немного прибавила в весе. – сказал Смог, направляя взгляд на Клависа.

– Получается, мы отпускаем его? – спросила разочарованная Беки, желавшая получить компенсацию. Желательно, какими-нибудь интересными приспособлениями.

– Да – кротко ответил Смог, отрывая девушку от Сури. – Но, с одним условием. Ни слова о произошедшем другим, будь то человек из вашего Отдела или еще кто-то. Думаю, ты понимаешь последствия нарушения нашего договора.

– Вы… Необычные Кошмары? Почему же вы в человеческих телах? – Сури посмотрел в сторону раздраженного от проявленного неуважения к себе Клависа. – Кто вы?

– Возвращайся. – сурово ответил Смог, разворачиваясь в сторону сферы, которая раннее вызвала у них интерес.

Сури хотел бы настоять на ответе, но быстро понял, что лучше сохранить жизнь и выведать правду с поддержкой, чем бессмысленно пасть за нее. Все что мог сделать Сури – шепотом поблагодарить за спасение от своих потенциальных врагов. От неожиданного стечения обстоятельств. Акер корил себя, ведь ему впервые пришлось нарушить правило Отдела. Неприязнь и отвращение к своим действиям смешивались с неизвестным ощущением уважения к Кошмару.

Необычные существа быстро удалились. Сури хотел попытаться встретиться с Мун, путешествующей вместе с Оком на просторах мира Грез. Но дорогу перекрыл отряд охраны. Бедняги помчались к шумной области в тот же миг, когда увидели электрические канаты. Но, не успели они приблизиться к аномальной зоне, как ее неспокойные земли окутало серой массой, не пропускавшей внутрь ни единой души. Не удивительно, что как только туман рассеялся, единственным свидетелем, которого смогли поймать Избранники стал Акер.

Капитан команды задержал Сури. Усадив Шумса в легковой автомобиль на воздушной подушке, смотритель причитал и ругал нарушителя, печатая в передатчике отчет об аресте несовершеннолетнего Избранника. Сури лишь оставалось смиренно ждать длительной беседы о нормах поведения и изо всех сил увиливать от сложных вопросов.

Часть 4 «Времена, когда нас не было»

Узнать правду – самое невыполнимое желание, которое не в силах исполнить даже измерению Грез. Разум не способен уловить тонкую грань между мыслями и памятью. Поэтому, только самое бездушное существо способно излагать истину. Но будет ли это истинной или обычной проекцией прошлого?

Когда надоедливый парень скрылся из поля зрения Ока, существо сразу сбавило темп и полетело с прежней скоростью, как до преследования. Вот только лететь бедняге мешали торчащие ноги одного раздражающего ребенка. В отличие от пострадавшего жителя измерения, Мун не испытывала дискомфорта внутри волшебного глазного яблока. Жидкость изнутри была плотнее воздуха, но не мешала дышать и говорить. Приятная прохлада, как у фонтана в солнечную погоду, успокаивала уставшие мышцы.

– Так что, может, ты мне скажешь хоть что-нибудь о Негле? Пожалуйста, это очень важно. Наш мир может оказаться под угрозой войны с существами, куда могущественнее, чем мы. Прошу, всего-то показать, в ком сейчас прячется Негл, или кем он был шестьдесят лет назад… – прошептала Мун, безуспешно пытаясь втянуть внутрь наполовину босые стопы.

На зов никто не отреагировал. Мун чувствовала движение Ока. Совсем скоро оно вернется к своим собратьям, а девушка так и не узнает ничего нового. Она останется одна, в неизвестном мире. Возможно ее переварят, а может в мире Грез ее ждут опасные враги или вечные скитания.

– Не хочешь по-хорошему? Я могу заставить и по-плохому! – Мун ударила внутреннее пространство существа Грез, но вместо ожидаемого удара ее рука свободно прошла насквозь.

На секунду девушка заколебалась. Она снова хлопнула в направлении предполагаемой стенки Всевидящего Ока. Рука беспрепятственно прошла вперед, словно для нее не существовало никаких границ. Явление впечатлило Ловца. Мун выпрямилась и стала почти свободно перемещаться. Единственным ограничением в мистическом пространстве стали зафиксированные, нет, точнее замурованные ноги. От движений черный мрак не рассеивался. Мун решила осветить место с помощью фонаря. Хатсон ничто не помешало создать с помощью власти Грез небольшой походный фонарь. Его свет уходил вглубь бездны медленно растворяясь в бесконечной тьме.

Мун ощущала себя, как пойманный в капкан зверь. Тюрьма от Ока для тех, кто решил принудить его раскрыть правду. Мун опечалено опустила голову. Фонарь распался на фрагменты, а после растворился в голубой дымке сразу, как только руки Ловца расслабилось. Девушка не знала ни как ей следует действовать дальше, ни как она сможет вернуться назад. Мун закрыла глаза. Находясь в невесомом состоянии, человек плыл по разуму монстра.

В кромешной тьме в голову часто лезут настырные мысли о неопределенности или незаконченном деле. Мун в одночасье охватили воспоминания о прошлом. В голове звучали голоса самых разных людей: знакомых, друзей, прохожих и медийных личностей. Всем телом Хатсон ощущала легкий холод, такой же, как если облачить себя в один лоскут ткани под вечерним бризом. Колебания вокруг кожи становились все четче. Через миг Мун ощущала вокруг себя чьи-то призрачные прикосновения. Из неразборчивых слов постепенно выросли полноценные фразы.

Девушка как будто находилась на оживленной улице или в подземном переходе. Звучало шуршание ботинок об асфальт и стук каблуков. Голос толпы стал сложно разбираемым, хоть и приобрел четкость произношения. Руки то и дело кто-то толкал, после чего рядом с ухом звучало отдаляющееся «простите». Точность картины могло дополнить только зрение. Но что, если после того, как Мун разожмет веки, все сразу исчезнет? Останутся ли эти поразительные чувства? Конечно, Мун не заботили подобные вопросы. Находясь в ловушке неземного существа, небольшое количество людей будет думать о мелочах.

Ожидая увидеть прежний пейзаж, Мун сильно удивилась, когда очутилась в центре родного Отдела. Высокие мраморные своды, знакомые витражи, окрашивающие пол и все те же ворчливые звезды в каждом коридоре. Но было что-то непривычное, ощутимое интуитивно. Все казалось настоящим, и в то же время проработанной иллюзией. Словно происходящее – не больше, чем ее собственные воспоминания. Место, куда отправился разум – ирреальный Отдел шестьдесят лет назад.

– Как?! Как можно проявлять такую жестокость? Она такой же человек, как и мы. Такой же ребенок, как и остальные. Желающий, мечтающий о жизни! – из главного зала послышался отчаянный крик.

Мун пошла внутрь, на безутешный зов незнакомца. Его источник сам приблизился к Ловцу, сжимая пространство, как будто его отрезало и свернуло у ног девушки. Наполненный Избранниками коридор все рос, повторяя бесконечный цикл движения. Проблески звезд превращались в мерцающие пятна, расплывающиеся вдоль стен. Прежние фигуры людей мрачнели, плавились и рассыпались, уходя за спину Мун. Мир Грез, походивший на сказку, все больше поглощал хаос реального сна.

Хатсон ускорила шаг, спеша покинуть неблагоприятное место. Наконец показалась круглая площадка центрального зала, уходящего далеко ввысь. По полу и стенам ползали Кошмары. Монстры рвали людей на куски, раскусывали и проламывали как свои, так и человеческие кости, а после их самих штопорили и разрезали оружием. Ужасающее зрелище вызывало лишь отвращение и грусть, но от теней Мун отвлекла группа людей, игнорирующих события.

Люди, словно существовавшие в своем закрытом мире, бездвижно вглядывались друг в друга. Выше всех стоял Советник, в плаще, слегка испачканном кровью Жителей Грез. Хмуря брови, он направил книзу лезвие одного альпенштока⁴ – похожего на кирку скалолазного предмета. Под острием золотистой альпийской палки сидела девочка. Первым, что бросалось в глаза – необычная внешность ребенка, сжимающего накинутую на плечи широкую куртку Ловца. Ее указательный палец странно выпирал крюком. Длинные волнистые голубые волосы, с рыжими у кончиков локонами напоминали пламя, которое бушевало среди Отдела. А черные глаза, казалось, переливались всеми цветами радуги, отражая в себе безысходное положение.

Оружие почти касалось ее груди, но даже под смертельным давлением, юная незнакомка смиренно улыбалась, сдерживая слезы. Ее спину придерживал второй взрослый. Лицо незнакомца было покрыто синяками и мелкими ссадинами. Седая борода спуталась. Изрезанная одежда, даже с помощью власти Грез, уже не могла восстановиться.

– Ты боишься, но происходящее сегодня – не ее вина. Наш враг – не люди, и даже не Кошмары. Лишь наш страх перед силами мира, который превосходит нас. Подумай, против чего мы боремся? Что защищаем ценой жизни? – спрашивал старик, осторожно приближая ладонь к острию.

– Мы защищаем то, что дорого. Одни спасают семью, другие свое положение. Если для тебя дорог этот мир и его жители, я не стану перечить. Но для нее дорога лишь смерть. Хаос, скрытый в душе, уже выходит наружу. – Советник казался холодным и бесчувственным. Единственное, что показывало грусть Главы – взгляд, молящий Избранника отступить от своих убеждений.

– Это не повод, а предубеждение! – рука защитника почти ухватила оружие, но ее перехватила тонкая кисть ребенка.

– За свой короткий миг, я узнала, как может меняться жизнь. Мне было весело, но мое желание лишает счастья других. Моя вина, что люди сейчас погибают. Но я не стану жалеть их. Не стану стыдиться решений. Меня обучили, насколько важны желания.

– И какое твое желание?

Девочка улыбнулась. Она повернулась в сторону Мун. Девушка дрогнула. Она обернулась, чтобы узнать к кому обращалась девочка. Но за спиной никого не было.

– Отдел – это фальшивка, созданная нами. Мы должны исправиться. Если вы действительно хотите спасти жизни людей, вам следует принять жертву и подчиниться этому миру. Ведь так?

– Было ошибкой давать тебе шанс. Отныне твоя судьба будет, как и у любого другого Кошмара. – Советник замахнулся альпенштоком.

Старик закрыл девочку от будущего удара. Однако, жест не повлиял на решение. Как только палка завершила движение, Советник повернул ее, чтобы лезвие точнее попало в цель. В попытке остановить Советника, Мун бросилась вперед. Она не до конца понимала зачем это делает. Вытянув руку, она ухватила плащ атакующего, но, вместо того чтобы изменить направление удара, у Мун получилось полностью остановить воспоминание.

Мир замер за секунду до ужасающего события. Мун не могла отпустить Советника. Запутанность событий пугала ее. Но, что еще больше волновало Хатсон – зачем высокопоставленному ветерану Грез убивать маленького ребенка. В измерении Грез действует негласное правило, которое не позволяет детям младше четырнадцати лет участвовать в событиях Отдела. Каждое задание сопровождается опасностью, с которой справляется не каждый взрослый. Исключением могут стать лишь сдавшие особый экзамен.

– Что же произошло? Это не то, что я хотела увидеть… – задумалась Мун.

– И что же ты хотела увидеть? – неожиданные голоса, преследовавшие девушку на протяжении расследования, уже не казались чем-то необычным. Однако все еще пугали Ловца.

Положение тела Мун до сих пор не могло измениться. Единственной подвижной частью тела оставались голова и шея. С немалым усилием Хатсон повернулась. Позади нее вплотную стояла женщина.

На широких плечах была накинута синяя шелковая шаль. Руки закрывали алые бархатные перчатки с длинным рукавом, а на груди цвел красный цветок с четырьмя заостренными лепестками. Короткие, похожие на гриву, волосы округляли длинное лицо.

Нежная улыбка незнакомки успокаивала Мун. Но было и что-то пугающее в этой личности. На белоснежном лице не было глаз. Симпатичная женщина в длинном строгом платье ухватила Мун и отвернула от воспоминания. Когда главное действующее лицо изменило событие прошлого, окружающий мир распался, оставив вокруг пустое пространство.

– Я повторюсь. Что ты хотела увидеть? – настаивала на ответе женщина.

Мун опомнилась. Заметив волнение Хатсон, женщина отпустила ее и сделала шаг назад. Избранница сразу почувствовала освобождение. Но, в глубокой бездне, бежать от монстра было некуда. Мун мысленно планировала, как лучше атаковать существо. Словно читая ее мысли, безликая рассмеялась.

– Твой взгляд такой воинственный. Дай подумать, ты считаешь меня своим врагом? Возможно, это будет так. Если ты решишь напасть на меня. Так что, как следует подумай. Разве люди не стремятся к миру?

– И как выглядит ваш мир? – Девушка набралась смелости, чтобы начать разговор.

– Уже лучше. Думаю, это и есть общение. Послушай, сколько раз мне задавать вопрос? Что же ты хотела увидеть?

– Что вам это даст? Иллинты всегда такие дружелюбные?

– Иллинты? Ох… – женщина прикрыла лоб рукой. – Ты считаешь, что в нашем мире могут разговаривать только они? Позволь переубедить тебя. Кроме «ошибок» здесь обитают сотни иных видов. На вашей Земле разве не так?

– Не уверена. – Мун держала дистанцию, но упорная женщина продолжала приближаться к девушке.

– Твой страх ни к чему не приведет. Если бы мне нужна была твоя жизнь, то стали бы мы медлить?

– Хорошо. Я ищу прошлое Негла. Его появление в прошлый раз. Если вы не способны с этим помочь, то нам не о чем разговаривать.

– Какая агрессия от такого маленького существа. С другой стороны, мне не сложно помочь, очаровашка. Негла? Негл… Ох, ясно, Вы любите давать собственные имена. Но, если это так, то разве ты не достигла цели? Это было нужное воспоминание.

– Но его здесь не было.

– Как? Ты смотрела его воспоминание. Была им. Нет, судя по твоим ответам, ты не понимаешь, как устроены жители Грез. В таком случае, наша встреча действительно закончится интересно. – усмехнулась незнакомка.

– Не объяснишь? – огрызнулась Мун, которую все сильнее раздражало нахальное поведение собеседницы.

Женщина рассмеялась. Она подошла к Ловцу и положила руки на плечи девушки. Нежными запястьями она вдавила Хатсон вглубь черной пустыни.

– Нет ничего постыдного в незнании. Ты поступила правильно, попросив о помощи. На самом деле правила просты. Когда ты вспоминаешь что-то, то реальность немного искажается. Со временем эти искажения усиливаются. В итоге память просто стирает то или иное событие.

– Но Око хранит эту память вечность. – перебила объяснения Мун.

– Не совсем верно. Око хранит не события. Оно поглощает воспоминания. Память каждого объекта, каждой пылинки, молекулы вселенной. Если ты попросишь его показать тебе Негла шестьдесят лет назад, оно предоставит тебе воспоминание его самого. Поэтому, скажи мне точно, какова цель твоего визита?

Мун насторожилась. Она отлично знала, зачем так усердно искала Око. Но оставался иной вопрос – зачем внутри стоит эта женщина? Ее эмоции невозможно считать, а мотивы не имеют оснований. Но, пока существо не проявляло признаков опасности, Мун решила, что лучшей возможности использовать незнакомку не предоставится.

– Я хочу узнать, кем сейчас является Негл. Где его искать?

– Ясно. Довольно простое воспоминание. Оно еще яркое и насыщенное. Хи-хи, тебе сегодня повезло. – женщина ухватила руку Ловца и побежала вперед, уводя девушку за собой. – Сейчас мы вместе решим твою проблему.

Часть 5 «Вершина»

Мун не могла поверить, что сложное, запутанное дело решится в один миг. Ее переполняла радость. Она представляла, как важное открытие изменит ее судьбу. Возможно, Мун пригласят помочь с задержанием Кошмара и после успешной миссии, девушку примут в ряды элиты, где она сможет путешествовать по снам и героически сражаться с демонами.

Пугающая сопровождающая не отрывала рук от девушки. Черная бездна рассыпалась. Фрагменты отслаивались, открывая спрятанные за собой зеленые листья, редкие тучи, заснеженные горы и блестящий сырой асфальт. Спустя несколько шагов пару уже окружала обычная улица. Малоэтажные дома, мерцающий фонарь, спешащие по делам горожане и желающие взойти на вершину укутанные туристы. Вывески загорались, а солнце садилось за тучи, предвещая новую дождливую ночь.

– Красивый город. Он настолько прост, что даже мне приятно в нем находится. – сказала безликая.

– Действительно. Для осени тут довольно много снега. Если бы не он, я сочла бы, что вернулась в Понтис.

– Хм? Тебе не нравится? – женщина с интересом перебегала от воспоминания одной молекулы к другой, чтобы получить объемную и достоверную картинку. Это действие давалось ей очень не просто. Но сопровождающая ее Хатсон была настолько увлечена осмотром, что совсем не замечала, как перебегают мгновения прошлого.

– Я считаю это место красивым, чтобы погостить. Но жить в сером мире, где небо закрывают горы, неприятно. – Мун вздохнула, но, взглянув на узковатую улыбку собеседницы, поспешила перевести тему. – Для дела это не имеет значения. В мире Грез есть такое место?

– Конечно есть. Но, судя по вывескам, это ваш мир.

– Опять обман? Ничего удивительного. Знай, я не верила тебе, просто было любопытно, к чему может привести сотрудничество. – Мун собиралась уйти подальше от женщины, но та вновь встала перед ней, закрыв путь к отступлению.

– Вера или разум бессмысленны, если ты закрываешь на все глаза. Твоя истина прямо за спиной. Ты вольна отказаться от нее или перешагнуть и принять то, что правда не всегда сходится с твоим виденьем. – женщина отошла в сторону, указав ладонью на противоположною сторону улицы. – Увидеть его было твоим желанием.

Незнакомые люди ютились рядом с автобусом. Они просто жили, следовали плану гида и не задавали никаких вопросов. Мун догадалась, о чем хочет сказать женщина. Никому нельзя верить. Ничему не доверять. Но в этом случае доверенное ей дело лишь и останется сомнением. Мун, наконец, осознала, что она находится на Земле, в воспоминании существа, неспособного на обман. Если не ему, то кому верить? Если не сейчас, то когда узнать? Неважно насколько безумна правда, Хатсон желала ее узнать. Девушка шагнула назад и резко развернулась.

В сумерках, под блеклым светом окон стоял человек. Черные волосы, утепленное пальто и слишком большие штаны, скрутившиеся в толстую гармошку у ботинок. Обычный взрослый недоверчиво разглядывал график ветхого на вид отеля.

– Почему? Может ли быть Негл в этом человеке? Во взрослом? Нет-нет, может, не туда смотрю? Точно, тут множество людей могут находится рядом. – Мун заглянула во двор соседнего дома, посмотрела в окна и даже обыскала кусты на клумбах, но единственным человеком по эту сторону улицы был взрослый, решившийся постучать в дверь.

Большее разочарование Ловец испытывала только от переезда. Когда Мун подошла, чтобы лучше изучить лицо предполагаемого Негла, то приметила не свойственные Кошмару глаза. Они были просто темными, без единого следа лилово-бирюзовой радужки.

– Никак не пойму, что не так с этим воспоминанием. – пробубнила Мун, тыкая от раздражения в лицо врага.

– С ним все в порядке. – ответила притаившаяся за спиной попутчица. – Но, признаюсь, я тоже в смятении. Увидеть его выше ста сантиметров даже мне удавалось лишь пару раз за жизнь. Каждый раз, после возвращения во взрослую форму, твой Негл приносил немало хлопот для людей.

– Значит, это действительно он? – скептически спросила Хатсон.

– Без сомнений. – впервые голос женщины прозвучал серьезно и немного озадаченно. – Наша прогулка становится все более интересной.

– Но он должен был быть ребенком! – недоумевала Мун. – Судя по записям каждое его выявление сопровождалось захватом тела до шести лет. Что изменилось в этот раз?

– Я не знаю. Даже с удачей приходится искать ответы, выкапывать их из самых глубоких пещер. Единственное, с уверенностью скажу, что перед нами тот, кого ты настолько усердно искала, что нарушила немало правил вашей самопровозглашенной организации. – вновь вернув игривое настроение, женщина, прикрывая ладонью наползающую улыбку, старалась сдержать смех.

– Не спеши. Почему, тогда, у него нет признаков Кошмара? Ни следов демона, ни сияния глаз, ни шрамов?

– Душечка, кто заставил тебя считать «Негла» Кошмаром? – улыбка женщины растаяла. Углы губ вновь опустились, как бут-то ей было грустно или, скорее, жалко Хатсон.

Слова незнакомки заставили переосмыслить все расследование. Если Негл не опасный Кошмар, то есть ли смысл обезвреживать его привычным Избранникам методом? Получится ли его поймать или уничтожить? Мун взглянула на первые звезды, сверкавшие в небе воспоминания. Уничтожение зла всегда оправдано, но есть ли у Отдела способ вершить суд?

Мун почесала затылок и, оперев об висок ладонь, потерла лицо. Ее внимание неожиданно привлекло здание отеля. Из заведения послышался звонкий неразборчивый голос. Заведение, наконец, открыло дверь для замерзшего путника. Негл выглядел довольным. Интересно, какой темный план он строил и что случится с соседями этого неуловимого чудовища? Взрослый обернулся и махнул рукой кому-то вдаль. Ловец поспешила внутрь, вслед за ним. Столько тайн можно было еще открыть, с помощью лучшего шпиона истории.

Мун сделала шаг внутрь дома. Но, вместо стойки администрации, ее встретила ошалелая Лори Вект. Оба Избранника оцепенели от шока. Для Вект, юный Ловец появилась внезапно, из воздуха. От неожиданной встречи, Лори чуть не обрушила все документы, лежавшие на столе, прямиком на Мун. Вовремя опомнившаяся женщина поймала часть бумажной горы.

– Хатсон?! Напугала меня. Появилась из ниоткуда… Погоди, я видела, как ты уезжала в сад. Как ты тут очутилась? – растерянная Вект откинула бумаги на стол, проверяя состояние девушки. – Ты же не строишь какой-нибудь план, который, несомненно, связан с нарушениями и последующими неприемлемыми последствиями?

Мун стояла безмолвно. Она не знала, что ответить, потому что для нее было таким же сюрпризом встретить Вект, как и для самой женщины. К тому же, Хатсон действительно осуществляла план, нарушающий треть правил Отдела, что делало девушку опасным преступником. К счастью, напряжение развеял вовремя появившийся любитель перьев.

– Я отвечу за нее. – к стойке подошел Советник Укрей. Приветственно махнув рукой Лори, Укрей повернулся к Ловцу. – Мун Хатсон, нам нужно обсудить несколько нарушений. К тому же использовать телепорт ради шутки, без предупреждения, непозволительно.

Улыбка Советника дернулась, когда он посмотрел на дымящийся карман Ловца. Девушка ощупала костюм. Она вспомнила об одном, казалось, бесполезном аксессуаре. Ручной телепорт был принудительно включен в тот момент, когда Ловец улетела слишком далеко от Отдела. Подарок Укрея сохранил запись о несогласованном переносе и отправил отчет о чуть не лучившемся нарушении. Советник недовольно скрестил у груди руки. Все предвещало неприятный и долгий разговор.

Часть 6 «Награда»

В светлом кабинете хмурая фигура Советника смотрелась неуместно, вызывая психологический диссонанс. Мун сидела тихо. Она боялась проболтаться о тех нарушениях, про которые еще не знает Укрей.

– Помнишь, когда в прошлый раз мы обсуждали задание, я подчеркнул несколько моментов. Особенно выделил секретность. И что по итогу? Стражи границы сначала сообщают о двух беспредельщиках, угнавших сверхскоростные приборы у Кори, а после устроивших шоу в зоне снов измерения Грез. Не стану отрицать, что вы не проболтались о Негле, за это хвалю… Но остальные действия расходятся со всеми правилами Отдела.

– Я понимаю. Приношу извинения за причиненные всем неудобства. – пробубнила Мун.

– Приятно слышать. Для приличия, объяснишь зачем вы устроили столько шума?

– Акер уже бывал у вас? – увиливала от выговора Мун.

– Бывал. Он в красках описал, что все действия – часть расследования. Правда, он опустил ту часть, когда вы разминулись. Мне нужны подробности, Хатсон.

Мун еще не видела прежде Укрея таким злым и раздраженным. Она не хотела рассказывать всех деталей. Ощущение было такое, что ее допрашивает не старший коллега, а надзиратель, способный одним жестом руки казнить девушку.

– Советник Укрей, если вы дадите слово не прерывать мой рассказ, то обещаю без утайки поделиться имеющейся информацией. – прежде свою серьёзность Хатсон никогда не проявляла так открыто. Укрей устроился в кресле и поставил перед Мун записывающее устройство.

– Все сказанное останется тайной. Конечно, пока ты говоришь мне правду. В противном случае запись я передам совету. Для нас обоих это не закончится ничем хорошим, поэтому прошу, будь честна. – Укрей нажал на кнопку записи.

– В таком случае я начну с главной новости. Советник, ваше задание успешно выполнено. Я знаю, что должна была лишь защищать Сури, но получилось так, что лишь нырнув в опасность, нам удалось узнать правду. Да, мы нарушили ряд правил. По счастливой случайности мы наткнулись на информацию про Всевидящее Око. Чтобы извлечь из него информацию, Сури устроил большой капкан. Он немного перестарался, но, к счастью, ни существо, ни люди не пострадали. Мне удалось проникнуть в хранилище памяти и там… Произошло интересное открытие. Негл выглядел взросло. Не опишу точно. Средний рост, черные переливающиеся волосы, худой и неуверенный. Даже не могу представить, чтобы он представлял угрозу при задержании. Сейчас он находится в какой-то старой гостинице, на горнолыжном курорте. И еще… У него была интересная эмблема на куртке. На ней был бумажный самолет, а на плече полоса с названием «Аэроплан». На этом все. Из-за ограничений по времени, мне не удалось разглядеть подробностей лица.

– Ясно. Этого достаточно. Око, говоришь? Не слишком ли огромное везение для вас двоих? Или же, ты в сговоре с Кошмарами? – Укрей направил диктофон в сторону Ловца.

Стало ясно, что прибор стоял здесь не для записи, а самообороны. Созданный по винтику силой Грез, этот простой прибор был способен на удивительные, известные лишь Укрею, вещи. Но от кого защита? От предателя или случайного шпиона. Мун вспомнила, как могут быть безжалостны Советники. В мире Грез возраст не имеет значения. Те, кто стал Избранником принимают как силу, так и ответственность. Но Укрей не казался ей убийцей. Хатсон хотела поднять тему про девочку, но, после неоднозначной реакции Советника, решила пока не спрашивать лишнего.

– Вы можете не верить мне, но вам ничего не стоит проверить достоверность моих слов. Но, главное, я никогда бы не приняла сторону Кошмаров, пока они продолжают забирать жизни. Не могу понять, по каким причинам вы сомневаетесь во мне. – обиделась Мун, хлопнув по столу кулаком.

– Не сомневаюсь. – улыбка Укрея вернулась. Он выключил прибор и, одним взмахом руки, вернул его обратно в знак.

– Значит, миссия выполнена?

– Если предположение окажется верным, то ваши старания станут основой всей истории Кошмаров. На удивление один Прыгун сообщил о подходящем под описание подозрительном субъекте. Не думал, что такое сложное дело можно решить одной удачей. Но, не мне жаловаться. Учитывая скорость, вы оба заслужили награды.

– Награды?! – вскрикнула Мун, ожидая, что ее наконец повысят в звании. Стать самым молодым Охотником в истории не только почетно, но и полезно с материальной стороны. Смертельно опасный труд маститых Избранников немало оплачивается.

– Могу поздравить Мун Хатсон. Вы отстранены от работы. Срок не определен, в любом случае, пока не подтвердится информация про Негла. Но, на изгнание менее, чем на месяц, можете не рассчитывать.

– За что? – возмутилась Мун. – Я делала все возможное! В итоге выполнила задание за считанные дни!

– Поэтому я проявляю сострадание. Хатсон, за то количество нарушений, что вы собрали за эти несколько дней, вас должно ждать наказание в разы серьёзнее, чем обычное отстранение.

Мун насупилась. Она ожидала изгнания только в том случае, если бы Укрей узнал о ее разговоре с незнакомкой или об использовании книги. С другой стороны, Советник дал понять, что ее труды оценены и, возможно, после кнута последует медовый пряник. Все, что оставалось Ловцу – подчиниться решению старшего и забыть об измерении Грез, пока ее ошибки не простит совет.

Глава 8 «Легенды городов»

Грань «Пузыри снов»

И вновь, я говорю с тобой. Мы виделись не так давно, но я уже успел по тебе соскучиться. Какую тайну я расскажу в этот раз? Я вновь расскажу про сны. А точнее про пузыри, хранящие мир снов внутри.

Поле одинаковых сфер занимает почти всю территорию Грез, принадлежащую людям. Внутри этих сфер хранится будущее приключение, которое переживет сновидец, а также приграничная зона пустоты и моделирования сна. Наши исследователи долго изучали, как работают сферы, но, единственное, что удалось создать на основе удивительного явления, а также использования карманного измерения – ловушку для Кошмара и удобную систему телепортации.

Как утверждает наука, наши сны впитывают пережитые за день эмоции, волнения, мысли. И, знаешь, они правы. Каждый пузырь Грез напрямую связан со своим хозяином. Он поглощает чувства человека и из хаоса пытается сформировать более упорядоченный поток, помогая нашему разуму сохранить себя.

Звучит неправдоподобно, правда? Слишком натянуто и скучно для волшебного мира сновидений? В самом деле, энергия вселенной необъяснима. Но, с уверенностью скажу, что каждый наш сон – упорный труд не только Избранников или Кошмаров, но и заслуга цепей, протянутых по всему космосу. Помни, измерения – это миры в одной вселенной, просто находящиеся на разном уровне восприятия.

Есть еще один важный факт, который следует знать каждому гостю Отдела. Каждый пузырь Грез – своеобразная червоточина, соединяющая наши миры, пусть только сознанием. Сферы снов очень уязвимы для внешних факторов. Чтобы наш разум проникал в Грезы, даже когда сон прерывается, пузыри должны быть непрерывно открыты. Именно этим и пользуются Кошмары, когда скользят по энергетическим тропам в наши головы. С каждым Кошмаром внутри, хаос растет, увеличивая размер пути. Поэтому зараженные пузыри достаточно уязвимы, чтобы через них смог пройти любой житель Грез.

Часть 1 «Жук»

Смог хитро улыбнулся, наблюдая, как Беки отмывала лицо. Оно не было грязным. Скорее самой девушке было мерзко от того, каким образом она вернулась на Землю.

После маленького сражения за право ходить по Грезам, троица нашла зараженную Кошмарами сферу, из-под которой сочилась полупрозрачная серая жидкость. С приходом Кошмаров внутрь пузыря, хаос увеличился достаточно, чтобы сломить живого сновидца и захватить его тело. Однако, из-за того, что гости уже находились в собственных телах, эффект не сработал бы на них. Ситуацию также усложняли захватчики Паркки.

Паркки – маленькие Кошмары, размером с палец. Они выглядели, как толстые светло-коричневые чешуйницы⁵, с рядом острых маленьких зубов в пасти и двумя пушистыми длинными тонкими хвостами. Эти Кошмары очень проворные. Цепляясь за шею, Кошмар впрыскивает яд, создающий у жертвы резкое ощущение недомогания. Это ощущение растет, усиливая голод, боль или сонливость. Порой, встречи с ним могут закончится тем, что от голода человек звереет и поедает своих же товарищей.

– Мы точно сможем вернуться? – спросила Беки, разгребая цепких Кошмаров.

– Да, не похоже, что где-то тут есть выход. – Клавис нервно оглядывался, чтобы не подпустить близко ни одного «насекомого».

– Что ж, его придется поискать. Сперва, найдем хозяина сна, а после, из-за нашего особого положения в этом мире, изменим его. Не переживайте, для меня искажать такую легкую душу, все равно, что лепить из глины. Но тут полно этих малышей. Берегите шею, мои невнимательные помощники. Яд этих вампиров действует и на нас.

– А мы не уничтожим тело сновидца? – с сомнением прошептала Беки на ухо Смогу.

– Прошу, держи это в тайне от Клависа. Как ты могла заметить, он старается спасать любую, даже самую ничтожную жизнь.

– Нас за это либо Избранники поймают, либо арестует полиция. Технически, мы совершаем преступление, по законам Земли.

– Ха-ха, знаешь, я не думаю, что от нашего преступления сажают в тюрьму. – Смог весело отмахнулся от недоумевающей Беки и нырнул в скопление мелких вредителей.

Беки и Клавис вместе искали хоть кого-то, похожего на человека. Они раздвигали рой существ, а те, как песок, возвращались на место или старались пробраться под одежду. Некоторым Паркки это удавалось. Маленькими ножками они щекотали гостей, но, к своему сожалению, не успевали добраться до цели. Удар Пэззла Беки обездвиживал всякого, кто рискнул посягнуть на шеи гостей.

– Клавис, тебе не кажется, что мы выполняем работу за этих наглых людей? – прокряхтела вспотевшая от раскопок Беки.

– Ха? Поиск должны проводить другие?

– Нет, не поиск, а зачистку! Тут несколько сотен Кошмаров, почему не видно ни одного Избранника?

– Может, они все уже закопаны под насекомыми?

– Не говори жуткие вещи. У этих недотеп есть мощное оружие. Они бы не позволили Кошмарам разрастись до такого количества.

– Тогда, им нет нужды спасать хозяина сна?

– Такого безразличия можно ждать от Кошмара, но не Избранников. Они не оставят человека, каким бы он ни был на Земле!

– Нашел! – словно дождавшись крика Беки, Смог вытянул хозяина пузыря из роя. – Его состояние просто ужасно. Скорее всего, даже без нас, этот малыш был бы мертв.

– Погоди секунду, я не согласна! Как только мы вошли, ты сразу понял, кто хозяин сна и не сказал мне?! Даже если ты изменишь его душу миллионы раз! Само знание того, чем он был, не даст мне спокойно жить! – Увидев, что спас Смог, Беки впала в ужас и ярость.

– Ну же, Беки. Я думал ты любишь пауков и всяких ползучих тварей. – юлил Смог.

– Не сравнивай их!

Длинные конечности, пустые глаза. Тонкие усы и толстое коричневое тельце. Смог вертел в руках откормленного рыжего таракана. Насекомое беспомощно шевелило лапками. Яд, выделяемый Паркки проник в него, как паразит. Поэтому таракан испытывал чувство как будто его не держат осторожно за хитиновый панцирь, а сдавливают валунами.

– Не подумал бы, что хозяином окажется не человек. – Клавис внимательно рассматривал таракана, сравнивая образ человека и прусака.

– Сны видят не только люди. Многие Кошмары используют тела животных и даже растений, лишь бы оказаться в ином мире. Каждая легенда с тем или иным монстром, скорее всего, связана с воплощением наших собратьев. Хотя, люди все же более подходящий материал. – ответил Смог.

– Если бы я знала, кого заприметила, никогда бы не рассказала об этом сне. – сказала раздосадованная Беки.

– Былого мы не вернем. Если хочешь, можешь оставаться внутри. Только, когда мир исчезнет, не броди по бездне слишком долго. Проклятие, что тренировалось на тебе, будет скучать. – Смог рассмеялся.

Беки сдалась. Она пала духом сразу же, как осознала, что при всех обстоятельствах ей придется страдать. Клавис, наоборот, воодушевился. Он никогда прежде не видел, как меняется душа. Но еще больше его интересовало, в каком месте они окажутся на этот раз. Страх улетучивался сразу же, как только перед глазами всплывала теплая кухня, заполненная пирогами и тушеной рыбой.

По таракану пробежала рябь, бут-то бы в руках Смога не насекомое, а ожившее отражение на водной глади. Сначала таракан походил на себя, но с каждой новой набегающей волной, он менялся. Голова вросла, а тельце вытянулось. Лапки срослись в единую конечность. Всем оставалось только догадываться, какие муки выпали на долю вредителя, пока его крошечное тело не стало похоже на ком из тонкого мясистого тела, крыльев и словно цветущих чешуек.

– Это и есть его душа? Я ни секунды не сомневалась, насколько она ужасна. – с отвращением сказала Беки.

– Это лишь оболочка. Поверь мне, Беки, даже у самого ничтожного, простого существа, душа всегда великолепна. Пока она будет возвращаться в свой привычный облик, мы сумеем ухватить миг, когда тело будет существовать наравне с душой. – Смог сжал в руке пугающего монстра.

Мир сна пошатнулся. Кишащие Кошмарами стены стали сыпаться. Видимость становилась все хуже, размывая четкое окружение в блеклое пятно. Из-под ноги Смога вытекали остатки насекомого. Но, как только Смог распахнул ладонь, вместо омерзительного трупа показался мерцающий, переливающийся всеми цветами, свет. Он вмиг охватил все вокруг.

– Скорее! – крикнул Смог. – Идем сейчас же! Если хотим сохранить свои тела!

Смог бросил свет в рой Паркки. Кошмары тут же разбежались, а свет, кажется, прожигал все не своем пути. Беки первая решилась подойти к сиянию. По мере приближения свет становился обжигающим, а его лучи резали не только глаза, но и кожу. Смог и Клавис тоже не отставали. Свет прожигал каждого, но никто не поворачивал назад. Путники, покрытые многочисленными ожогами, шли все ближе к свету, пока тот внезапно не погас. Если быть точнее, источник перекрыла туча.

– Мы погибли? – Клавис потер глаза. Перед ним все еще мерцали блики, поэтому разглядеть товарищей он не мог.

– Не все могут открыть глаза после смерти. Мы вернулись на Землю. И очень вовремя. – Смог глянул на небо, прикидывая, будет ли дождь или снег.

– Вовремя? Что ты задумал? – фыркнула Беки.

– Ничего, просто, если бы мы припозднились, наш ночлег обошелся дороже. – Смог вышел из переулка, где оказалась компания.

Мусорные баки, откуда родом не один таракан, стояли почти пустые. Рядом лежали накрытые брезентом дрова и старая мебель. Земля и асфальт в округе были покрыты тонким слоем снега, прилипающего к подошвам.

– Хм, довольно холодная область. Мы же не попали в другую страну? Будет некомфортно возвращаться самолетом. У нас хватает денег, чтобы купить билет на поезд или автобус? – Беки пересчитывала свои сбережения, чудом уцелевшие во время путешествия. – Мы же не собираемся угрожать водителям? Они меня часто выручают, когда у моего велосипеда слетают колеса.

– Судя по языку, мы все еще на своей территории. Везение, не иначе. Посмотрим, есть ли ориентир. – Смог пробежался вдоль улицы, заглядывая в витрины и хлопая по старым грязным скамейкам.

Пейзаж вокруг не сильно отличался от Монс Понтиса. Лишь горы казались намного ближе к жилым домам. С их белоснежных вершин ветер сметал снег на дороги города. Отчего только что выпавший снег не таял, а все быстрее заполнял город.

– И смотреть нечего. Этот рельеф мне давно известен. Мы в городе Бриздаль. Каждое воскресенье я вынуждена приезжать сюда с посылками. – Беки окликнула Смога, который уже решил лезть на фонарные столбы.

– Значит, сейчас мы можем дойти до дома? – спросил Клавис.

– Точно нет! Когда я еду на велосипеде, то развиваю скорость почти до ста километров в час! И это на сухой, не замёрзшей дороге. Учитывая, что выпал снег и совсем скоро стемнеет, мы быстрее замерзнем и окажемся в больнице, чем в Аэроплане! – выкрикнула Беки.

– Никаких ночных походов мы организовывать не будем. – перебил Беки Смог. – Вернемся завтра на автобусе. А пока поищем ночлег.

– Ворвемся в дом? – спросил Клавис, примеряя каким мешком для мусора можно разбить окно.

– Сегодня у меня не то настроение, чтобы ночевать в камере. – сурово ответила Беки, отбирая у Клависа ножку старого кресла, которая приглянулась ему вместо мешка.

– В городе есть несколько гостиниц, хозяев которых я хорошо знаю. Они не откажут, даже если все комнаты будут заняты. – Смог вручил каждому лист из блокнота, на котором были записаны адреса. – Проверьте, есть ли мои знакомые на рабочем месте.

Клавис неохотно принял листок. Потеряться в чужом городе – меньшая из бед, тревожащих его. Буйная сила Армелхейда пусть и была укрощена, но все еще не опознана. Больше всего Клавис боялся создать очередного монстра из какого-нибудь голубя, кота или, страшнее всего, из человека.

Часть 2 «Номер отеля 33»

Небо розовело, а красная сфера солнца уплывала за тучи. Маленькие звезды зажигались вместе с фонарями и окнами домов. Шумные компании смеялись и пели у старых баров, а туристы спешили насладиться творчеством шеф-поваров города. Часто, когда солнце заходит, город по-настоящему оживает. И, вместе с ним, просыпается чувство растерянности или даже… Потерянности.

Найти нужный адрес в неизвестном месте без помощи карты оказалось непосильной задачей для всемогущего бессмертного. Клавис искал хоть какие-нибудь названия, схожие с записанным адресом, но каждый раз возвращался к исходной точке. В какой-то момент поломанная скамья стала для Клависа финальной точкой отчаяния.

Спутники Армелхейда давно ушли, поэтому спросить у них направление Клавис не мог. Уставший от блужданий, мужчина присел рядом с развалившейся скамейкой и стал вглядываться в толпу, ожидая возвращения коллег. Страдания Клависа заметили двое юношей, выходивших из соседнего сувенирного магазина. По их виду можно было определить, что это братья. Старший из них сначала не решался подойти, но разглядев на куртке несчастного знакомую эмблему Аэроплана, вдруг преисполнился желанием протянуть руку помощи.

– Простите, у вас немного потерянный вид. Может, вам чем-то помочь? – участливо спросил парень.

Клавис нерешительно поднял голову. Перед ним стоял светловолосый подросток со светлыми, почти как лед глазами, пронизывающими душу собеседника. Человек наводил ужас, но, как казалось Клавису, и внушал доверие. Рядом с ним стоял мальчик, похожий на юношу, как две капли воды.

– Эй, Коул, не смотри на каждого так, бут-то пришел его ограбить. – сказал мальчик, следовавший за братом. В ответ Коул дернул шапку младшего и отвернулся.

– Не смотрю я ни на кого так жадно. Еще раз простите, если помешали. На улице холодает, скорее возвращайтесь. – подростки уже собирались уйти на поиски лучшей смотровой площадки, как их остановил Клавис.

– Постойте… – неожиданно вскочив с бордюра сказал Армелхейд, от волнения чуть не упав обратно. – Вы не знаете в какой стороне этот дом? – Клавис протянул адрес братьям. Те, внимательно прочитав содержимое бумажки, переглянулись, а после засмеялись.

– Не переживайте, это место совсем близко. Через пару переулков будет стоять старый отель. Если хотите, мы могли бы проводить вас. – предложил Коул.

– Буду признателен. И, если удобно, может, будем общаться без формальностей? – Клависа очень смущала обстановка. Однако, его спутники выглядели счастливыми.

Проводники весело шагали, рассказывая Клавису о местных горных тропах. Но каждый раз, когда младший пытался уговорить Клависа пойти с ним в поход, Коул мрачнел и умолял не потакать желанию брата. Хэнг не отставал от мальчиков. Он рассказал про свои несчастьях в поисках актрисы и о том, как легко он теряется. Разговор с братьями давался Клавису невероятно легко. Было ли дело в вечерней атмосфере города, или собеседники подбирали нужные слова, магия общения окутывала их с каждой новой фразой.

– Актеров искать очень сложно. В нашей школе был особый отбор кандидатов. Наш режиссёр, с разрешения директора, организовала целое шоу в зале. – засмеялся Коул вспоминая кадры, которые ему показал брат.

– Это верно. Подвесила ученика, включила музыку. Но быть оператором такой команды, довольно весело, хоть и безумно тяжело. Столько материалов для новостной ленты! – подхватил инициативу мальчик.

– Интересно, ты ведь из Аэроплана? – неожиданно спросил Коул. – В нашем городе это довольно известная компания. Я хорошо знаком с каждым сотрудником, но тебя раньше не встречал. Ты бывал в главном офисе? В Монс Понтисе?

– А? Ну, да. Я недавно там устроился. Все произошло так быстро, но я не жалею, что встретил их. – Клавис улыбнулся, вспоминая пусть не совсем мирные, но всегда красочные дни в Аэроплане.

– Хорошая компания никогда не наскучит. Я рад, что ты с радостью вспоминаешь коллег. Но, новые знакомства никогда не помешают! Будем знакомы. Как ты, наверное, слышал, я – Коул Кладис, ученик выпускного класса Иноки. А моего брата зовут Вэйт. Он – самая большая проблема наших журналистов.

– Я не проблема, а настоящий босс новостей и сплетен! – гордо заявил Вэйт, потирая покрасневший от мороза нос.

– Хе-хе. Меня зовут Клавис Хэнг. Я рад, что сегодня познакомился с вами. – рассмеялся Клавис. Ранее безымянный Армелхейд вспомнил лишь имя, данное Смогом.

Хэнг. Эта фамилия, которую Коул никак не мог отпустить. Ведь ее носителем был самый опасный из ныне известных Кошмаров. Конечно, Клавис не подходил под описание Смога. Но, после недолгой паузы, Коул решил проверить, кто на самом деле идет рядом с ним.

Коул Кладис был выходцем из целой потомственной семьи Избранников. В отличие от остальных, им всегда удавалось занять место среди воинов Грез. Еще в детстве каждого Кладиса готовили к пути Избранника. Конечно, не рассказывая правды, а представляя все как игру или испытание. Поэтому, приходя в мир Грез, каждый Кладис был знаком с Кошмарами и их разновидностями.

– Ой, секунду, остановимся? Мой шарф сейчас слетит. – сказал Коул, спрятавшись от удачно разгулявшегося ветра за стеной забора.

Чтобы не привлекать внимание и не спугнуть Клависа, Коул осторожно коснулся своего знака – особо нанесенной татуировки на шеи в форме месяца, чтобы призвать кубическую ловушку. Небольшой предмет тут же появился у бордюра. Сливаясь со снегом, куб не привлекал внимания, поэтому Коул без опасений создал его почти у ног Клависа. Однако, хитроумное изобретение осталось неподвижным. Ловушка не реагировала, как и сам Клавис. Он лишь внимательно следил, как Вэйт от скуки связывал между собой перчатки.

– Неужели я ошибся? Если он не Кошмар, зачем было называть себя Хэнгом? – подумал Коул. Его волнение быстро переносилось на окружающих, поэтому парень сдался. Все что ему оставалось, это сообщить Советнику о новом подозрительном сотруднике компании Кошмаров.

Вскоре Клависа привели к нужному адресу. Школьники попрощались с новым знакомым и отправились по своим делам. Добравшись до нужной улицы, Клавис быстро нашел и дом.

Отель, построенный еще в девятнадцатом веке, выглядел серо и мрачно. Некогда белые колонны покрылись слоем пыли, а барельефы листьев и ягод осыпались, оставив после себя глубокие сколы и дыры. Клавис осторожно подошел к зданию. Ему казалось, что как только он постучит в дверь, дом обрушится и раздавит всех окружающих. Он долго вглядывался в проросший из-под лестницы мох и ржавые винты, на которых держался график заселения в отеле.

– Учитывая ветхость здания, гости сюда толпами не ходят. – подумал Клавис, сравнивая график отеля с известным, как он считал, временем.

Собравшись с духом, Хэнг постучал. Ответа не последовало. Клавис с облегчением выдохнул. На горизонте показалась знакомая шляпа. Смог недовольный шел в последнее место, где ему могли бы предоставить ночлег. С появлением друга, Клавису сразу стало спокойно. Он уже хотел крикнуть, что хозяин отлучился, но на стук резко кто-то ответил.

– Секундочку! Сейчас буду! – дверь распахнулась. На ее пороге стояла невысокая женщина.

В руках встречающая держала рабочий планшет, где были отмечены приготовленные Аэроплану комнаты. На ее ногах были теплые яркие носки, а вместо костюма или свитера, женщина надела мохнатую белую душегрейку. Добродушно улыбаясь гостю, хозяйка напоминала Клавису мягкого барашка.

За спиной управляющей виднелся чистый, аккуратный зал, с хорошим освещением, современной мебелью и сладким ароматом ванили. Клавис в миг изменился. По лицу расплылась улыбка, а глаза засияли.

– Судя по вашей одежде, вы из Аэроплана. До меня дошел слух, что мой дорогой друг ищет для себя крышу на ночь. Не оставить же его и вас без крова. Заходи, не стой на холоде. Рыжеволосая малышка уже здесь. А Смог отправился на твои поиски. – милая женщина отошла от прохода, приглашая Клависа внутрь.

Клавис махнул рукой, чтобы поторопить Смога. Ждала ли их теплая кровать или же старая коморка? Не важно, когда тебя с улыбкой встречают в теплом доме, со вкусной свежей выпечкой и не требуют платы, любая комната становится хоромами.

Часть 3 «Полуночное странствие»

Звук стрелок раздражающе стучал в ритм. По стене время от времени пробегали белые полосы света. Тонкий поток холодного воздуха всегда находил колени, куда их не двигай. Ещё и одеяло пахло резким запахом порошка. Это была непростая ночь.

Клавис лежал в чужой комнате. И, хотя ключи от номера были только у него, мужчина не мог заставить себя расслабиться. Все говорило о том, что ему здесь не место. Особенно стены. Хэнгу, казалось, что он слышит перешептывание каждого кирпичика.

Ему не было страшно засыпать. Но он боялся вновь встретиться с мальчиком. Боялся, что его тело может само что-то вспомнить. Это могло быть что-то плохое. Клавис подсознательно чувствовал, что нахлынувшие тогда на него эмоции возникли не на пустом месте. Он хотел защитить кого-то. Спасти чью-то улыбку. И снова то обрывистое воспоминание, последнее, незатронутое. Он шел к сияющему шпилю, чтобы вернуть важную для себя часть. Но сколько бы мужчина не вглядывался в потолок, все казалось бесполезно. Отголосок давно забытых чувств возвращали его к Шолд и тому парнишке.

Решив, что бессмысленно занимать кровать, если на ней как следует не отдыхать, Клавис вышел на улицу. Не успел он пересечь порог, как почувствовал взгляд. Смог на секунду выглянул в окно. На его голове красовалась неизвестно откуда взятая новая утепленная шляпа.

Казалось, он невербально спрашивал: «Куда ты? На улице темно и опасно.»

Тем временем Клавис отвечал: «Мне нужно пройтись. Собрать мысли воедино.»

Смог выглядел недовольно. Но, так ничего не сказав, просто втянулся обратно в дом. Клавис кивнул в пустоту окна и отправился дальше. Это было приятно. Его наконец стали считать достаточно сильным, чтобы отпускать в опасный мир. Словно ребенок переступивший порог взросления. Однако счастье длилось недолго. Чем дольше в холодной ночи продолжалась прогулка Хэнга, тем больше пластов тревоги облепляло сердце.

"Эти люди. Я не впервые сталкиваюсь с детьми. Но почему же в тот раз мне захотелось кричать им? Хотелось спасти? Но то существо, Кошмар, узнало меня? Или оно узнало во мне того, кем я был? Не нравится мне к чему все ведет. Смог говорил, что я способен менять вещи, однако… Почему мне тогда было так страшно? Почему я боялся, что они умрут? Я не могу сделать их просто бессмертными? Или это не спасение?"

"Ха-ха-ха." Осколок смеха порезал сердце. Этот звук отчётливо слышался со всех сторон. Были ли это галлюцинации или очередная аномалия? Клавис не мог ответить на свой вопрос. Он оглядывался, искал источник. Никого не было. Безлюдная улица с угасающим смехом тянулась в темную вдаль, куда не проникал даже свет фонарей.

– Что же происходит? – Клавис устало упёрся о стену ближайшего здания. Даже сквозь куртку он чувствовал холод льда, вмерзшего в цемент.

– Хороший вопрос. – неожиданно послышался голос.

Клавис вновь огляделся. Пусто. Совершенно никаких людей по близости не было. Для Армелхейда не существовало таких понятий, как призрак. Поэтому его одолевало невероятное любопытство.

– Ищешь меня? Тогда советую посмотреть внимательно. – на очередной поворот головы перед лицом Клависа возник человек. Молодая девушка чуть выше него самого почти вплотную стояла рядом.

– Ты моя галлюцинация? – на вопрос ответила мягкая улыбка девушки. Она поправила шапку и, чуть одернув воротник, шагнула назад.

– Может быть. Прогуляемся? – в тоне незнакомки не было ни грамма враждебности. Она выглядела совершенно обычной девушкой, как и те, что отбивались от Хэнга в автобусе. Но было в ее взгляде что-то завораживающее. Словно она была одной из «старых друзей», о которых позабыло существо. – У нас к душе прикован тяжёлый груз. И пусть он невидим, в лунном свете заметны его очертания. Так, почему бы не поделиться всей болью от мозолей своей ноши?

– У вас… Что-то стряслось? – неожиданно смело спросил Клавис. Он ещё не отказался от своей миссии найти идеальную актрису. И стоящая перед ним леди казалась идеальным кандидатом.

– Ну разумеется. – Ветер утих, а мороз стал нежнее. Этот феномен аурой собирался лишь рядом с незнакомкой. – У каждого в этом мире, есть что рассказать. Особенно, если просыпается чувство беспомощности.

– Похоже на то. – Клавис последовал за девушкой. Она не делала совершенно ничего. Это и утешало мужчину. Ведь, даже если у нее есть скрытый мотив или прямая цель навредить, то это ничего не изменит. Так, почему бы просто не провести время за приятной беседой? – Вы настолько устали, что захотелось рассказать об этом незнакомцу?

– Как и вы.

Некоторое время они вновь шли молча. Клавис ожидал, что девушка начнет рассказ о своей нелегкой судьбе, но от него, казалось, требовали того же.

– Сдаюсь. – не выдержал Хэнг. – Если честно, я впервые испытываю ужас. Я не могу понять, нет, вернее принять все то, что я могу, но не умею… – девушка на секунду испугалась, но быстро пришла в себя. Она выглядела уверенно, словно поняла всю суть его спешной фразы.

– Вот как. Такое случается. Ты знаешь, что и когда должен делать, однако ничего не выходит. Ты все гадаешь в чем причина. Ищешь. Исправляешь. Но это безрезультатно. – девушка тяжело вздохнула. Армелхейд хотел было спросить, нет ли у нее проблем с работой, но быстро сообразил, что подобные эмоции не возникают от счастливой жизни. Собеседница, явно удовлетворенная реакцией, продолжила. – И дело не в знании или удаче. Дело в актуальности. Бесполезный навык, каким бы сильным он не был бы, приносит одни лишь страдания. И, в таком случае… – незнакомка повернулась. Вместе с ее улыбкой резко образовалась и та непринуждённая обстановка, мягкая и уютная. В голове Клависа вновь напала тревога. – Почему бы вам не спасти их? К чему эти размышления о правильном или ложном?

– Кто вы?! – Клавис резко отступил. Девушка перед ним была не просто волком в овечьей шкуре. Она оказалась пламенем. – Что вы хотите?

– Моё имя Эйдж. – безэмоционально, словно обращаясь к предмету, представилась девушка. Под курткой блеснула золотистая полоса. Отточенное, почти кукольное движение, походившее на поклон, последовало за словами. – В вашем представлении смысла нет. Теперь, позвольте говорить прямо. Если вы и впрямь так хотите помочь людям, останетесь в городе Кошмаров и навсегда заприте их внутри.

– Это какое-то безумие. – голову Клависа занимало множество вопросов. Главным из них было то, как незнакомка узнала о его сомнениях. Вынести подобное предложение мог бы лишь экстрасенс, читающий прошлое и будущее цели.

– Согласна. – голос Эйдж вернул себе краски. Хотя, с каждым словом, чувствовалось нарастающее раздражение собеседницы. – Однако ваши мысли побуждают некоторый интерес. Впервые вижу, чтобы Кошмар задумывался о благополучии Избранника. Поэтому, я даю вам шанс. Один единственный шанс спасти людей. – девушка прислонила палец ко лбу Хэнга. Ее перстень с селенитом, как настоящий глаз, белым блеском вглядывался в душу мужчины. – Прикажите Кошмарам смирно сидеть у себя.

– Не понимаю. Даже если бы и понимал, с чего бы Кошмарам слушать меня?

Клавис переживал о забытом. Он знал, что сплел сложную и крепкую связь с Кошмарами. Но наблюдая за командой Аэроплана, вспоминая Кайлума, он и представить себе не мог, что хоть одно порождение хаоса способно было бы его послушать. Смятение Армелхейда заметила и Эйдж. Первоисточник бури ей уловить не удалось. Она и не планировала. Ее главная цель уже была на крючке.

– Брешь. Глубокая… Неужели это из-за преждевременного прибытия? – Эйдж вгляделась в темную фигуру впереди стоящего. Такой обычный и потерянный. Если бы не донесение сразу нескольких Избранников, она бы ни за что не поверила в то, что перед ней стоит ужаснейшее из созданий Грез. – Как глупо с моей стороны даже думать об этом. – девушка щелкнула пальцами, которые прислонила ко лбу. Задев при движении кольцо, она провернула украшение, открыв в нем потайной кармашек с золотистым переливающимся порошком. Легким движением Избранница развеяла похожее на песчинки из ракушек вещество прямо в лицо Клависа. – Прошу прощения, но пришло время немного поспать.

Часть 4 «Лесные рыбки»

Среди обязательных для посещения мест от Алис было маленькое кафе. Оно не пользовалось популярностью. О хозяевах ходили странные слухи, что они внушают вам свои мысли и заставляют купить против воли очередной их новый напиток. А если клиент не угодил, то насылают на него беду. Все эти необычные признаки были Мун слишком хорошо знакомы. К счастью, команда на съёмочной площадке ее нахождение не требовала, как и учителя на занятиях. Свободные дни Хатсон не собиралась без дела. И, раз долг охотника в Грёзах она выполнить не могла, то решила хотя бы избавиться от Кошмаров на родной планете. А что может быть лучше сбора информации у самих целей? Так же, она очень хотела узнать, прознали ли дети тьмы про своего монарха.

– Это настоящая трагедия! – от разработки плана девушку отвлёк душераздирающий крик Голдона. Он почти рыдал, хватаясь за волосы.

– Что с этим не так? – раздражённо спросила Алис. Кажется, эти двое уже какое-то время веди беседу, которую Мун игнорировала, пока составляла список вопросов для исследования.

– Их цвет! – словно демонстрируя голубые пряди, отчаянно взвизгнул Голдон. – Он убьет меня, если увидит их!

– А разве у твоего дяди не изменено восприятие цвета? Как оно там?.. Ахроматопсия? – Алис явно была довольна тем, что вспомнила название недуга. На самом деле она выучила его сразу после того, как услышала и долго ждала возможности блеснуть знаниями. – Ты сам рассказывал, что он буквально видит мир серым.

– Я не знаю как, но он различает их! В прошлый раз он меня сильно отчитал, за слишком пестрый костюм на официальном вечере.

– О чем вы сейчас? – сперва Мун пыталась угадать с чего началось обсуждение волос, но быстро осознала, что лучше напрямую спросить. Ведь, последовательная логика у ее друзей отсутствует.

– Не бери в голову. Этот остолоп решил поиграть с образом, а теперь забивается в щели, как нагадивший в ботинок щенок. – последнее слово девушка произнесла почти хрипя, изображая руками пса. – Не понимаю, зачем красить волосы в яркий цвет, если можно оставить естественный? Неужели так уродливо то, с чем родился? Правильно я говорю? – Алис гордо подняла голову и посмотрела на одноклассницу.

– Меня такие мысли никогда не посещали. – попыталась отвертеться Мун. Меньше всего Хатсон стремилась меняться. Слишком многое вокруг нее постоянно преображалось или даже исчезало.

– Серьезно? Да твои волосы буквально как снег! – возмутилась Алис. Светлый, почти белый цвет казался вершиной парикмахерского искусства.

– Так ты об этом? – обычно Хатсон бы не стала тратить время на объяснения. Но, успев прочувствовать натуру Алис, девушка сдалась и приподняла осторожно заплетённые пряди. Казалось, полностью белокурые волосы у шеи были светло русые. Частично к спине устремлялись темные разноразмерные пятна. Некоторые крапины покрывали и плечи. – Обычно моя аномалия проявляется в виде одного кусочка кожи или пряди. Но мне повезло. – довольно ответила Мун. Ей действительно нравилась такая подходящая своему имени внешность.

Одноклассники удивлённо шли, разглядывая девушку. Теперь, зная о темных прядях, школьники не могли перестать замечать их. Хатсон же оставалось только терпеть, пока ее не перестанут принимать за экспонат. А точнее, пока не появится более притягательный объект – кафе "Аконит", которому ребята решили посвятить свой выходной.

На вид, как и по рассказам Алис, это было маленькое, но довольно уютное заведение. Войдя внутрь, Мун сразу почувствовала на макушке тяжёлый лист. Над ней свисали крупные вьющиеся растения, опуская свои зелёные щупальца в капюшоны каждого гостя. Невольно девушка вспомнила столовую Отдела. Вот только, в отличие от звёзд, эти существа не пытались украсть еду. Оглядевшись, Хатсон поняла, что растения находились повсюду. Они окутывали потолок и стены, иногда даже столы. Среди изобилия листьев висели картонные и стеклянные рыбки разных размеров. "Необычный, но подходящий портовому городу интерьер" подумала Мун, прежде чем Алис потащила ее к столику.

Голдон, не успев окончательно присесть, схватил со стола меню и отдал его Хатсон. Спрятавшись за листом, он почти вплотную прижался к девушке. Все ради того, чтобы их одноклассница не смогла разглядеть волнение и даже страх парня.

– Лучше не выбирай здесь ничего зелёного. Может, обстановка и кричит об обратном, но, поверь, это цвет настоящего яда. – шепнул парень, стараясь не подпустить к ним подругу. – И не заказывай рекомендации Алис. Если, конечно, хочешь провести ночь в кровати, а не на унитазе.

Мун обеспокоенно кивнула. В такие моменты ей безоговорочно хотелось верить настоящему ветерану испытаний от Алис. Хатсон в первый же день догадалась, что за маской мягкой старосты скрывается азартный, порой безумный человек. Главная затейница уже тянула свои руки к подруге, но ее остановила прибежавшая официантка.

– Здорово, вы сегодня с новым лицом! – улыбчивая девушка помахала Хатсон рукой. Видимо, эти двое и вправду были частыми посетителями. – Наверное… Ещё ничего не выбрали? – сотрудница бегло оглядела гостью и хитро прищурилась. – Тогда советую начать со страницы для "рыцарей". Мы тут часто разбиваем меню на особые категории. И ни разу ещё не ошибались.

Рыцарь? Как тонко подмечено. Было ли это случайностью или?.. Мун не верила в совпадения. Но сколько бы она не вглядывалась в глаза сотрудницы, они все не хотели становиться бирюзово – розовыми. Однако, на секунду, ей показалось, что вместо заколки на голове официантки рос настоящий коралл.

– А вот вам не кажется странным, что конкурс видео только для нашего города? – спустя время, с набитым едой ртом, спросил Голдон.

– Может, они сразу почувствовали наше превосходство?! Какой смысл тревожить других, если все сливки культурного общества собрались в Монс Понтисе? – шутливо ответила Алис, подсовывая ребятам острые кусочки своего блюда. – Но, если я правильно помню, дело в финансировании. Какой-то крупный спонсор запросил это мероприятие только для нас.

– В Понтисе есть такие влиятельные люди? – спросила девушка. Меньше всего Мун бы хотела встречаться с ним, поэтому захотела собрать как можно больше данных.

– Не смотри так на нее. – прервал Голдон. – По лицу вижу. Это только слухи.

Заметив, что их разговор внимательно подслушивают, Мун притихла. Она планировала расспросить потенциальных Иллинтов осторожно. Без лишних свидетелей. Ее мысли, казалось, прочитала и сотрудница. Девушка вежливо попросила Хатсон пройти с ней, чтобы подарить небольшой подарок как «новому посетителю из далёких краев». Алис удивлённо и даже чуточку завистливо проводила Мун взглядом. Официантка тут же пообещала принести что-нибудь остальным и сложила из салфетки карпа в знак извинения. Действительно, удивительная способность – читать обстановку.

Завернув в рабочее помещение, сотрудница защелкнула дверь. Ее дружелюбие незаметно перерастало в азарт. Знакомое ощущение посетило Хатсон. Нечто подобное она испытывала во время курсов, когда один черноволосый парень впервые предложил ей сотрудничество.

– А вам и правда нет дела до возраста? – почти усмехнувшись спросила девушка. – Такая смелая и сильная. Как жаль, что мы не встретились на пару недель раньше. Скажи, что ты хотела у нас вынюхать?

– Что ты?!

Мун не успела понять, как подсобное помещение потемнело. С потолка спускались синие тени, погружая комнату в бездну. Тусклые отражения волн, гуляли по метлам и сломанным подносам. Казалось, что они перенеслись куда-то глубоко под воду, к океанскому дну. Искусная иллюзия почти захватила Хатсон, но сотрудница ухватила ее за плечо и, будто фонарь, втянула из мрака.

– Не паникуй. Ты – наш клиент, а значит неприкосновенная личность. Не стану же я портить репутацию. – океан почти исчез, как и давящее чувство. Лишь отголоски световых бликов продолжали играть по стенам и предметам комнаты. Что это было? Даже представить для Мун это было невозможно. – Лучше сразу ответь, что хотела узнать? К нам часто захаживают Избранники, поэтому нечего так удивляться. Мы почти как ваше личное бюро. Ответим на все. Конечно, если оплата будет достойная.

– Звучит безумно даже по меркам Кошмара… – Мун вновь пыталась разглядеть собеседницу. Если быть точнее, Ловец искала следы макияжа, цветных контактных линз или даже использование иллюзий. Раз это существо было способно управлять тенями, то и обмануть человеческий глаз для официантки не должно составить труда.

– Нерешительностью тебе улов не поймать, девочка. – разочарованно ответила девушка. Бедняжке не нравилось, как внимательно ее изучают. Поэтому, чтобы проучить излишне подозрительного гостя, она хлопнула под нос Хатсон и жестом показала не смотреть на нее так оценивающе. – Я не Кошмар, а сущность куда более элегантная. Если тебе будет легче, то сотрудничай со мной как с человеком.

– Ты не одна из них? – «Еще чего!», думала Мун. Обман естественен любому, особенно Иллинту. Но она знала, что даже среди лжи, можно отследить нить правды. И чтобы заставить вплести ее, необходимо подтолкнуть к открытости.

– Нет, конечно, нет! Эти монстры просто жадные демоны! Будь у меня больше сил, на каждого бы проклятие наложила! – все сильнее возмущалась девчушка. На миг Мун показалось, что она действительно ненавидит своих коллег по созданию хаоса. – Погоди… Так ты… Ничего не хотела? Странно, я отчётливо ощущала твое желание спросить меня о чем-то.

– Это не имеет значения. Если ты не Иллинт, то и информации не дашь. – Мун попыталась раззадорить собеседницу. Та в свою очередь тоже разгадала планы Ловца. Официантка настолько привыкла к общению со стражами Грез, что лишь хихикнула в ответ на провокацию.

– То, что может дать только Иллинт?.. – притворяясь, что вспоминает, сотрудница загибала пальцы и даже заглядывала в стеллажи, придумывая какой бы подарок принести школьникам. – Ты что ли тоже хочешь узнать про Негла? – словно между делом спросила девушка.

– Ты знаешь?! – это было ужасной и в то же время волнующей новостью. Вероятность услышать из уст сверхъестественного существа сплетни о другом была слишком ценной, чтобы от нее отступать. – Нет, лучше расскажи, что ты знаешь! И кто ещё интересовался этим?

– Прости, имён сказать не могу. – в этот раз с жертвой играла сущность. И делала она это куда успешней. Издевающийся над предшественницей смех тихо пронесся по комнате. Вместе с ним колыхнулось и фантомное преломление света. Жуткая атмосфера. – Да и про самого "короля" мало что известно. Лишь то, что обычно его связывают с Узлом.

– Это какой-то твой термин?

– Точнее ваш. Но, если хочешь узнать больше, придется заплатить. – достав из-за очередного ящика непонятную шкатулку, девушка вытряхнула ее содержимое. На полу оказалась горсть из окаменелых от старости орехов и ракушек. Любящее море существо довольно разгребло образованную кучу хлама и осторожно достала две вытянутых раковины. – Считай, то, что я сказала было твоим вступительным фондом. Подарком.

Только детей можно заманить подарком. Быть обязанным порождению тьмы за крупицу информации было слишком ненадежно. Покачав головой Хатсон невербально, отказала. Потянувшись к ручке, белокурая девушка планировала выйти, но сотрудница ее опередила.

– Погоди. Прежде чем мы разойдемся, ответь. Что ты видела здесь? Щупальца или лиану? – сотрудница крепко надавила на дверь.

– Океанское дно. – сухо ответила Мун. Для какой бы цели не был задан вопрос, Хатсон больше не хотела продолжать беседу. Она чувствовала, как с каждым предложением ее затягивают в ловушку. Невидимый, но очень острый капкан.

Собеседница выглядела удивленно. Еще прежде никто не мог разглядеть нечто настолько прекрасное в тенях кафе. Ведь именно этот образ всегда пытался отразиться в глазах гостей. Но каждый Избранник отчего-то видел лишь врага.

– Спасибо. – тихо шепнула официантка. – Надеюсь, в следующий раз мы сможем поговорить на равных.

Часть 5 «Легенды Понтиса»

Суматоха на площадке царила с самого утра. Дети усердно создавали декорации, клеили муляжи оружия, крепили фонари и светоотражатели. Кристина Коль -назначенный режиссер – крутила в руках камеры, чтобы изучить все возможности приборов, пока актеры примеряли костюмы.

Одним из актеров стала Мун. По сценарию у Хатсон было немного экранного времени. Основной идеей было, как образы потаенных страхов преследуют главных героев. Поэтому, с каждой новой встречей, люди все больше превращались в монстров. Однако тяжелые костюмы оставили на крепких ребят, а Мун досталась роль пугающего промежуточного духа.

– Мы точно не можем использовать школу, как основную локацию? – Мун скептически осмотрела свой призрачный костюм – Плодородная почва для шуток интернета.

– Не стыдись. Может, за рекламу отдаленных уголков Монс Понтиса нам подарят дополнительные баллы? – ответил гример, приделывая к коже куски искусственной плоти.

– В условиях конкурса не оговаривались баллы за унижение достоинства. – фыркнула Мун.

– Но вы же появитесь в кадре именно в этом виде. Стоит, ли переживать? – спросил беззаботный гример.

Мун нахмурилась. В сравнении с Кошмарами, которых встречала девушка, костюмы были оскорблением для настоящих чудовищ. Но режиссеру очень понравился внешний вид злых духов. Редкие взрослые, случайно забредшие на площадку любительской, но хорошо организованной съемки, останавливались и следили за процессом.

– Итак, Мун, никаких лишних фраз, никаких лишних движений, и главное – никакого страха! Будь хладнокровным прекрасным призраком. – скомандовала Кристина – В любом случае, рука у нас быстрая. Скорая помощь приедет, не заметишь.

Мун послушно отправилась на точку. Одна из самых отдаленных улиц Монс Понтиса граничила с лесом. Два заброшенных дома и прорытый несколько десятков лет назад канал, состарили фон кинофильма. Погода в горах, даже в солнечные дни, непредсказуема. Поэтому девушка с трудом держала руки за пределами карманов.

Задачей Мун было гордо стоять, пока рядом с ней, на велосипедах, проезжают главные герои. Сложность маневру для кадра прибавляла изогнутая грязная дорога. Быть сбитым велосипедом неприятно, но куда хуже переснимать на холоде несколько дублей. Все это стало бы большой проблемой, если бы не одна удивительная способность каждого Избранника – создание предметов. Для Мун оказалось настоящим вызовом спрятать свой кулон от зорких взглядов окружающих. Но труды окупились.

Создать термозащитное белье с подогревом для девушки не составило труда. Ведь, с его помощью нужно было лишь согреться, поэтому схему можно заменить воображением. Ощутив приятное тепло, Хатсон уверенно повернулась в сторону объектива и направилась навстречу героям. Медленной грациозной походкой, Мун плыла по асфальту. Приближающиеся велосипеды не могли напугать закалённого на тренировках воина, но дрожь все равно пробежала по телу.

– Отлично! – прокричала Коль, подбегая к камере. – Немного беспокоит это удивление в конце, но у нас нет времени на лучший дубль. Обрежем последнее, и готово.

– Продолжаем работу! – оповестил учитель, отвечающий за коллектив. – Хм? Хатсон? Что-то не так? Вживаться в роль похвально, но у нас еще много материала. Давай скорее, пока не замерзла.

Мун продолжала глядеть вглубь леса. То, что она там видела, казалось сказочным, невообразимым событием. Два огромных черных глаза непрерывно наблюдали за группой из-под тени деревьев. Мун сильно беспокоило неопознанное явление. Существо не было похоже на вселившегося в кого-то Кошмара. Оно не предпринимало никаких действий. Лишь изучало поведение мельтешащих под лапами лилипутов.

Сначала Хатсон старалась разглядеть общую форму монстра. Горбатая спина, тело, покрытое черными перьями, три пальца с когтями и острый черный нос. Нет, не нос, а клюв. Никаких рогов или клыков он не имел. В лесу Монс Понтиса прятался не монстр, а ворон исполинских размеров. Именно к такому выводу пришла Мун, когда соединяла в голове все части птицы.

Огромного гостя заметила не только девушка. Возвращавшиеся актеры, несколько детей, тоже оцепенели, обнаружив удивительного ворона. Заметив волнения, остальные тоже обернулись. Вскоре с птицей переглядывался каждый человек на улице.

– Это часть эффектов другой группы? – спросила Кристина, очарованная зрелищем.

– Не хочу пугать, но ни у одной команды нет в сценарии гигантских птиц. – ответил Вэйт, согласившийся поработать оператором. – Новая легенда нашей области? Нельзя допустить, чтобы такая новость была пропущена!

Кристина разделяла мнение помощника. Чтобы не повредить аппаратуру, дети осторожно потянулись к столу с запасными любительскими фотоаппаратами. Однако их действия не заставили птицу волноваться. Заметив это, режиссер осмелилась встать. Стойкий, словно неживой ворон лишь моргнул. Люди заметно расслабились и даже пытались снять на камеру необычайное явление.

Птица сидела смирно, пока не почувствовала манящее тепло, исходящее от одного из людей. Ворон посмотрел на Мун. Девушка испугалась, что из-за ее поведения, пришли Кошмары или того хуже, жители мира Грез. Неподвижный ранее ворон вытянул шею в сторону людей. Смельчаки тут же разбежались или спрятались. Мун же продолжила ждать, пока птица не подойдет ближе. Если целью ворона была Хатсон, то вовлечь остальных для нее означало предать путь Избранницы.

– Мун! Я вызвал полицию. Пусть они решают муляж это или еще что. Медленно отходи ко мне. – крикнул учитель.

– Нет. – медленно ответила Хатсон, оставшись стоять на месте.

Учитель потянулся к девушке. Почти ползком он пробирался все ближе. Но ботинок преподавателя случайно зацепился за провод вспышки. Птица на миг повернулась в сторону аппаратуры, но быстро потеряла интерес. Одно неловкое движение могло подвергнуть опасности не только Хатсон, но и остальных учеников.

– Как удачно. – подумала Мун – Если использую силу Грез, спрятавшись за великаном, даже камеры ее не заметят.

Мун решила, что можно увести птицу, если создать достаточно большой объект в лесу, а после разобраться с проблемой без свидетелей. Девушка создала уменьшенную баллистическую ракету, которая выпустила бы тонну волшебной силы Грез. Но планам Мун помешал героизм режиссера. Кристина выбежала из укрытия и схватила девушку, повалив в соседнюю канаву. От неожиданности Мун отпустила еще незавершенную ракету.

Ракета, окутанная бирюзовым сиянием, как комета вырвалась из-под руки Мун. Оружие полетело прямо на ворона. Тут же раздался взрыв. Испуганный монстр заметался, пытаясь взлететь, при этом топча оставленное оборудование и круша молодые деревья.

– Только что…что это было…это от тебя вылетело? – изумилась Коль.

Мун не ответила. Разбушевавшийся великан мог привлечь ненужное внимание остального города или попасть в крупные СМИ. В таком случае, Избранникам пришлось бы искать достойное оправдание, почему животное внезапно увеличилось. Хотя, Хатсон не была до конца уверена, причастно ли измерение Грез к происшествию.

Заметив, что ракета не причинила вреда птице, Мун вновь попыталась исправить ситуацию. Хотя, в голове мутнело от побочного эффекта примененной силы, Хатсон собралась с духом. Если и падать в обморок от истощения, то только в созданном собственными руками безопасном месте. В этот раз, девушка сперва запустила в монстра транквилизатор. Кристина сильно мешала Ловцу, поэтому, прежде чем действовать, Мун закрыла режиссера собой. Средство быстро подействовало, но успокоившийся монстр все еще представлял угрозу. После чего вновь создала манящую силу Грез в лесу. Придерживая Коль, Мун выпустила новую ракету вглубь чащи. Птица сразу же бросилась вслед. Неизвестно почему ее привлекало чудо Грез, но задумка увенчалась успехом.

После исчезновения существа, люди с опаской покинули укрытие. Мун тоже хотела поскорее скрыться, однако Кристина остановила ее побег. Ворон исчез так же внезапно, как и появился. Успевшие снять его свидетели делились впечатлениями друг с другом и прибывшей на место происшествия полицией. Часть людей сбежала сразу же, как услышала звуки сирен.

– Размыто. – сказал следователь. – Никто не снял полную версию. Большинство обрывают записи, когда объект начинает движение.

– Остальные засняли еще меньше. – дополнил Вэйт, просматривая свою запись. – Кто знает, может, завтра мы увидим в «новостях» правдоподобное описание произошедшего.

В то время, пока полиция разбиралась со сведениями о монстре, Мун допрашивал свидетель ее способностей.

– Это ты создала тот взрыв, я видела! Не подумала бы что ты участник культа Аномальных. Признавайся, что вы задумали со своей шайкой? Хотите использовать свою силу, чтобы запугать нас? Покорить? Что это за сила? – Коль прижалась к Мун, не давая ей уйти.

– Ничего не понимаю. Какой культ? Хватит вести себя так нагло, иначе ответ будет болезненным. – прошипела Мун. Ей было сложно держать себя на ногах, но проявлять слабость при агрессоре стало бы для девушки непростительной ошибкой.

– Не страшно, переживу. Ответь, почему вы остаетесь в городе? Считаете, что в тихом городе можно проводить свои обряды и никто не узнает?

– Я приехала сюда две недели назад! И не потому, что хотела! Я не стремилась ни к какому культу, меня не звали местные. Я здесь лишь потому, что мне хватает смелости не сбежать. Но, ты заинтересовала меня. Расскажешь подробней об этом культе? – Мун ухватила плечи Кристины. Та не пыталась вырваться, а Хатсон сбежать. Разговор прервал полицейский. Он окрикнул девочек, чтобы те дали свои показания.

– Хорошо, пока я не стану выдавать тебя, но с условием, что завтра мы многое обсудим. Если же ты не придешь, я обращусь за помощью, и мы разоблачим твое истинное лицо. – пригрозила Кристина и направилась к следователям.

Мун весь вечер обдумывала слова Кристины. Ей самой было любопытно, с какими оккультистами ее перепутали. Избранники? Неужели они настолько неосторожны? Мун поморщилась, вспомнив, что сегодня ее ждут скитания по собственным снам, вместо работы в Отделе. Хотя, вдруг она говорила о тех, кто призвал ворона? В таком случае сотрудничество с ними принесло бы ей пользу.

Часть 6 «О мире»

Когда мечта превращается в мысли, она становится идеей. Если на задуманное ты тратишь силы, это становится целью. Когда ты готов пожертвовать временем, цель становится планом. Если на план ты действительно жертвуешь время, здоровье и силы, тогда план превращается в результат.

Погода на утро была чудесной. Ни одна туча не смогла бы отменить встречу школьников, что очень огорчало Мун. Нехотя, она направилась на место встречи, которое в сообщении ей указала вчерашняя визави*. У центрального фонтана Хатсон поджидало двое детей. Первой из них была Кристина Коль, а вторым оказался актер, игравший антагониста на пару с Мун.

– Я очень рада, что ты пришла. Я весь вечер думала, что, если ты трусишь, значит, действительно принадлежишь культу. – обрадовалась Кристина.

– Прости ее. Меня зовут Анхель. Кристина и я – члены клуба по интересам. Мы желаем разоблачить вредящий городу культ Аномальных. Его члены используют странные инструменты, жаргон и… Даже магию? Иначе это не объяснить. – мальчик очень переживал, что к его истории Мун отнесется скептически, но заметив ее заинтересованность стал рассказывать уверенней. – Мы много раз замечали, как эти люди манипулируют другими, охотятся на неизвестных науке существ.

– Несколько дней назад я обнаружила в лесу кратеры. Но они не были похожи на след от падения чего-то быстрого и тяжелого. Землю, камни и деревья будто просто поглотили в определенном диаметре. – перебила Кристина. – Еще, если ты не замечала, у некоторых людей в городе бывают неестественно розово-голубые глаза. Сперва мы думали, что это линзы, но ни в одном магазине не было похожих оттенков.

Оба подростка не отрывали взгляда от Мун. Хатсон лишь больше убеждалась в гипотезе о том, что, говоря про культ, Кристина имела ввиду отношения Избранников и Кошмаров. Однако ее тревожило, что про таинственных стражей Грез узнали не ведающие.

– Решено! – Мун запрыгнула на фонтан и радостно крикнула. – Я буду с вами исследовать этих людей! У вас есть подозрения, кто они и чем обычно занимаются?

– У нас почти нет информации. – задумалась Кристина. – Пара человек проживает на моей улице, еще есть те, кто часто появляется в центре или на почте. Но большинство, как мы считаем, направляются в горы, чтобы проводить свои ритуалы.

– Почему бы вам не отправиться за ними? – спросила Мун.

– Они пробираются по особой тропе, не отмеченной на путеводителе. И владельцы троп отказывают нам в помощи. – надулся Анхель.

– Не бойтесь. Вас обрекли на неудачу, потому что рядом не было меня. Поверьте, я приведу вас к разгадке. – уверенно произнесла Мун, вспоминая, с какой легкостью ей удалось найти следы Негла. – Точнее, организую поход.

Участники разговора переглянулись. Поведение Мун вызывало множество вопросов. Ее горящий взгляд, полный уверенности в победе, казался неуместным и подозрительным. Однако, это же поведение и вдохновляло детей.

Дело заинтересовало Мун. Первым делом участники клуба решили проверить, почему оккультистов привлекают горы. Хатсон радостно вышагивала в сторону единственной доступной горной тропы Монс Понтиса. Быстрого Ловца догоняли ее попутчики. Кристине хватало выносливости, чтобы поддерживать темп Хатсон, а вот Анхель с трудом волочил ноги, поименно проклиная каждую мышцу тела. Наконец, перед бегунами показалась станция, в которой покорители вершин записывали свои маршруты, заселялись в гостиничные номера или просто отдыхали перед подъемом.

Небольшой деревянный двухэтажный дом на сваях приглашал к себе группы туристов. Длинные стекла в пол отражали сверкающее вдали море. Под домом росли хвойные кустарники Дизельмы*, скрывая основание здания. Недалеко от дома стояли хозяйственные постройки и маленькие гостиницы – такие же домики, но с одним этажом и забором у входа.

Решительно настроенная Хатсон уверенно вошла внутрь дома. Внутренняя отделка здания ничем не выделялась. Большой информационный стенд, на котором висели карты с обозначенными маршрутами и рекомендации по выживанию в экстремальных условиях. Рядом стояла стойка регистрации туристов, где те заносили данные о себе и маршрутах. Серые диванчики, шкафы со специализированными костюмами и, самое впечатляющее, пушистый белый ковер, развешанный на стене.

– Простите, можно поговорить с вами о маршрутах? – Мун подошла к сотруднику у стойки. – На карте не отображены несколько возможных путей. Мы можем взять в помощь проводника, который сможет показать «закрытую» тропу?

Стоящая за стойкой администратор лишь повела бровью. Смотрела женщина не на Мун, а на стоящих позади подростков. Не дожидаясь, пока Хатсон начнет уговаривать ее, приводя пустые аргументы в защиту, женщина сунула Мун свод правил.

– Прости, но, чтобы пройти даже по безопасному маршруту, требуется разрешение от совершеннолетнего опекуна. К тому же, все наши проводники уже заняты другими группами. И, пожалуйста, отговори от путешествия эту парочку. В прошлый раз они отправились в горы самостоятельно. В тот день спасатели не спали две ночи. Не хочу быть причастна к их смерти. – женщина развела руками.

Мун недовольно пролистала документ. Там описывались правила безопасности и оформления, меры наказания за нарушение и снятие ответственности за неудачные походы. Главное – все вело к тому, что дети не могли даже взойти на уступ горы. Разочарованный Анхель поплелся на улицу и уселся на камне у кустов, уныло глядя под ноги. Очередная неудача сломила дух каждого члена клуба.

Мальчик уже хотел встать, но его куртку ухватила чья-то рука. Не удержав равновесие, Анхель упал прямиком в растение. Смяв часть листвы, пол тела оказалось под домом. Мун и Кристина невольно рассмеялись. Но, желавшая поднять товарища, Кристина неожиданно остановилась. Из-под скрытого убежища прозвучал голос. Тихий шепот, приглашающий к себе троих гостей. Анхель, который уже находился под домом поманил ладонью остальных. Кристина недоверчиво опустилась вниз. Мун же позабавило поведение нерешительных партнеров. Хатсон, опережая Коль, пробралась за маленькую хвою и удобно уселась, ожидая остальных.

Рядом с Мун сидел радостный мальчик, которого уже встречала девушка. Это был кудрявый маленький оператор – Вэйт Кладис. Он подтягивал к себе испуганного Анхеля, возвращая кустам прежнюю форму. Вскоре и Кристина присоединилась к таинственному собранию.

– Не объяснишь, что происходит? А если бы ты повредил мне голову? – негодовал Анхель.

– Прости, я не мог раскрыть свой тайник остальным. Теперь я готов провести вас по маршруту, о котором знают лишь немногие покорители. Даже вы теперь справитесь. – Кладис довольно обвел взглядом каждого присутствующего.

– Приятно, что ты так веришь в наши силы. Но не объяснишь, почему не мог раньше предложить помощь? Мы столько раз приходили к вашей семье с просьбой провести нас. Каждый раз вы находили причину отказать нам! – возмущение переполняло Кристину до такой степени, что руки сами тянулись к кустарнику, стараясь сорвать как можно больше листьев, назло их владельцу.

– Я слышал, что вас интересовал поход в горы? Я поражаюсь вашему упорству и, раз сегодня с вами ловкий напарник, я готов сделать исключение. Я видел, как Мун проявила себя на тренировках. И, пусть невольно, но половина автобуса наблюдает ежедневный спуск «белоснежного героя» со скал в школу. – Вэйт указал на Мун, с интересом наблюдавшую за каждым собеседником.

Ребята с пониманием кивнули Вэйту. Когда пассажиры видели Мун, прыгающую по скалам как горная коза, то ставили ставки, за какое время девушка достигнет финиша, или какой дорогой пойдет в этот день. Мун одновременно смутилась и расстроилась. Она не знала, что привлекает столько внимания обычным походом в школу.

– Только, не говорите об этом никому. Наверняка вам сказали, что все проводники уже в горах. Но, на самом деле, я уже наизусть выучил каждый камень нашей горы. Поэтому смело говорите, какой тайный маршрут вы обсуждали? – Вэйт приготовил блокнот, еле заметный в темноте.

– Сюда из раза в раз приходят люди, сходящие с маршрута. Говорят, у них с собой есть странные предметы. Когда же они доходят до точки, то проводят ритуалы, которые замечают даже горожане. – описала Мун, надеясь, что не сболтнула ничего лишнего.

– Понятно… – Вэйт задумался. Он еще раз осмотрел ребят, а после пополз вглубь тьмы. – Я покажу вам место, о котором, возможно, вы спрашиваете. Если это оно, то некоторых из вас разочарует моя история.

Вэйт подозвал детей ближе к себе. Мальчик обстукивал землю, пока звук гравия не сменился на глухой скрип. Под ладонью Кладиса находилась деревянная дощечка. Вэйт и Анхель с трудом подцепили доску, открыв под ней мрачный, кажущийся заброшенным, туннель. Чтобы не вызывать подозрений, первым в дыру спустился Вэйт. Он зажег свой фонарь и сигналами показывал, какая часть лестницы менее скользкая. Мун тоже поддерживала команду, параллельно наблюдая как из рюкзака Кристины падают то батончики, то конфеты.

Внутри уходящая вглубь пещера казалась еще более жуткой. Внизу оказалось довольно тепло и сухо. Скальные камни переливались под светом фонаря. Мелкие камни похрустывали от каждого шага путешественников. Бесконечный туннель извивался и поднимался, испытывая путников на выносливость. Порой, рядом с детьми проносилось эхо голосов туристов, звуки скатывающихся со стен камней, а иногда шуршание целлофана и следующий за этим шуршанием подозрительный хруст. Вэйт уверенно шел вперед, подбадривая уставших странников.

– Вэйт, правильно? – Мун подбежала к проводнику и понизила голос. – Сюда часто заглядывают странные люди?

– Да. Порой они проводят тут дни. Это выглядит, как горная версия шабаша. Но мне туда пока нельзя. – Вэйт, казалось, был рад, что его не впутывали в походы. – Хотя, я сомневаюсь, что они действительно сектанты, как считают те двое. Когда мы прибудем на место, вы сами увидите, что заставляет приходить в пещеры всевозможных людей.

Мун задумалась. Она старалась проверить, является ли Вэйт Избранником, ведь его фамилия известна в Отделе, как и ее собственная. Но никаких опознавательных знаков она не нашла. С грустью Ловец отступила. Ей было неимоверно приятно встречать Избранников на Земле. Однако, частые встречи уже начинали пугать и волновать. Идя по пещере, Мун чувствовала, что ее путешествие только начинается.

Часть 7 «Сказки»

Путь оказался длиннее, чем рассчитывала группа. Однако пробираться по пещере оказалось не трудной задачей. К опасным подъемам были привязаны тросы. Канатные мосты через ямы и ущелья были широкие и почти не шатались, когда на них ступала нога человека. И вот, в какой-то момент шаг проводника ускорился. Вдали показался проблеск света. Он становился все ярче, пока полностью не осветил точку, куда направлялись школьники.

Источником света оказалось не солнце, а фонари, расставленные по всему куполу пещеры. На каменных стенах были нарисованы древние фрески с изображением людей в накидках. В руках они держали звезды и шары – маленькие планеты. Вместо неба над их головами простилались крылья птиц. А под ногами росли леса, горы и реки. Но величие фрески меркло по сравнению с другой особенностью пещеры. Стены и пол сверкали от изобилия разнообразных минералов и драгоценных металлов.

– Вот это богатство. Неудивительно, что вы прятали ее от простых смертных. Значит, только члены культа могут брать отсюда драгоценности? Какое нахальство. – Кристина осматривала кусок гипса – плотного полупрозрачного минерала, напоминающего слипшиеся пласты мутного стекла, поглядывая в сторону проводника.

– Это не культ, а этнографы, археологи и другие деятели научного общества. Они изучают эту пещеру, потому что часть символов здесь не похожа ни на один язык мира. – Вэйт отобрал у Кристины камень и вернул его на место. – И из пещеры запрещено выносить какие-либо камни. Наш отец ведет учет каждой песчинки под этим куполом.

– И это все причины? Глядя на это место сложно представить, что виной всему не культ, а древняя община. Их точно не принесли те люди? Вдруг, ты пытаешься нас ввести в заблуждение? – усомнился Анхель.

– Я разделяю его мнение. Некоторые из камней невозможно найти на нашем полушарии. Их сюда, точно, принесли не ради декоративного оформления старой пещеры. – сказала Коль.

– Да, вы правы. Эти камни привезли сюда с разных континентов. Но сделано это было века назад. Если вы не против, я расскажу все, что знаю об этом месте. Точнее, это то, что мне рассказал Коул. – Вэйт опустил свой фонарь в центр пещеры.

Специально выложенный из камней круг в центре замерцал. Свет от фонаря преломился, создав радужный шлейф по стенам пещеры. Каждая драгоценность подхватила отражение. Ранее красивая блестящая пещера заиграла невообразимым сиянием всех оттенков.

– Когда-то, тысячи лет назад, на наших землях вырос город. – начал историю Вэйт. – Он не был богат, не был славен. Все потому, что жителям не нужны были эти понятия. Люди, пришедшие сюда, созывали со всех уголков мира своих собратьев. И вскоре у гор вырос город волшебников. Этот народ мог творить настоящие чудеса. Они создавали дома, оружие, невиданное человеком, повелевали стихиями и фантастическими существами.

– И почему же они решили, что это место подходит им больше, чем комфортабельный лес или поле? – спросила Мун, пытаясь предугадать ответ.

– Ответ довольно прост и сложен. Они нашли портал. – Вэйт указал на пол, с нарисованными кругами. – Волшебники не могли колдовать просто так. Они черпали свои силы из мира, осуществлявшего все желания. Но, этот магический мир был недоступен человеку. Каждого, кто заходил в него, вскоре ждала смерть от лап монстров. Сильные на земле маги оказались бессильны в стране чудес. Спустя многие годы поисков один маг сумел найти место, где в этот мир можно было попасть в любое время. Но были три условия для создания портала: место, площадь и жрец, открывающий путь.

– Жрец? Я упустила, но, когда он появился в истории? – хмыкнула Кристина.

– С самого начала. Тот, кто нашел портал был прирожденным Жрецом. Он был сильным магом, единственным, кто выживал при встрече с монстрами. Он же смог понять, как открывать портал в мир чудес. Прознав про путь между мирами, к порталу потянулись остальные волшебники. Город разросся и уже обычные люди стали заселять его. Но кто бы ни пытался открыть портал, только Жрецу было это под силу. В такие моменты человека прогрызла бы зависть, но все любили Жреца и почитали его знания и навыки. Увы, про портал узнали не только волшебники, но и чудовища по ту сторону. Они стали нападать на людей и пытаться проникнуть на Землю. Поэтому, когда население выросло, волшебники решили построить себе крепость в мире чудес. Крепость, которая остановит монстров.

– Случилась война? – нахмурилась Мун. – Но, волшебники должны быть сильны, когда вместе.

– Волшебники вместе могли одолеть сильного монстра. Но, если чудовищ было больше, то они проигрывали. Волшебников, по сравнению с простыми людьми, было мало. Чего уж говорить о целом мире, полном враждебных тварей. Глядя на то, как за портал воюют и гибнут существа по обе стороны, Жрец закрыл проход и скрылся. Место стало пустеть, а маги разошлись по миру. – Вэйт выключил фонарь, в знак завершения истории.

Троица некоторое время еще бродила по пещере, изучая улики и обдумывая услышанное. Кристина пыталась сделать несколько фотографий, но Вэйт не давал ей сфокусировать камеру, отчего все снимки получились смазанными. В ответ на раздраженные жалобы Коль, мальчик лишь разводил руками и торопил поскорее покинуть пещеру.

Путь назад перекрыл небольшой обвал. Землетрясение настигло путников на середине пути. Немало испуга испытали школьники, когда в узком туннеле начали осыпаться стены. Камни падали на голову, а через несколько минут послышались звуки трескающегося льда и раскалывающихся стен. Но панику быстро растворил, незаметный сначала, разветвляющийся коридор, ведущий к выходу. Недавно, с помощью Власти Грез, старший ребенок Кладисов начал укреплять все найденные ходы сплетенной из титана сетью. Только лишь тайный ход ни разу не попался тому на глаза.

– Простите, когда я выхожу в горы, часто случаются неприятности. Обычно люди называют это проклятием. Но не бойтесь, этот путь защищен от любого пагубного воздействия. – Вэйт постучал по креплению, чтобы подтвердить, что путь безопасен.

Воодушевленные и в то же время разочарованные Кристина и Анхель не желали отступать. Пусть в сказке Вэйта и сказано, что все «волшебники» разошлись по миру, но что может помешать им вновь собраться вместе? Единственным, кто догадался об истинном смысле истории, была Мун. Она собирала в голове паззл из фрагментов своих знаний и услышанной истории. Одно незатейливое упущение все не давало покоя Хатсон. Когда все выбрались на поверхность, она остановилась, чтобы задать тот вопрос, который пытал ее весь путь назад.

– Вэйт, ты говорил, что город волшебников вырос, когда про портал узнали остальные собратья. А после, они впустили и обычных людей. Я могу понять причину того, что собрались первые, но зачем простым людям оставаться в месте, где нет богатств и славы? Ради чего их пригласили?

– Потому, что портал мог отправлять в мир чудес не только волшебников, но и остальных. – голос Вэйта казался необычно тихим и холодным. – Сами волшебники, конечно, с легкостью могли путешествовать сквозь миры. Увы, остальным людям чудеса не позволяли пройти сквозь портал. Но с магией Жреца эта проблема исчезла. Чтобы построить себе крепость, волшебники приглашали в мир своей магии не ведающих людей. А те, в свою очередь, в надежде получить частицу магии, охотно отправлялись навстречу опасности.

– Значит, злые волшебники вели людей на убой? – Мун вспомнила историю с девочкой, которую она видела во Всевидящем Оке.

– Мун, злых волшебников не бывает. Каждый искал выгоду в мире, дарующем магию. И в какой-то момент у них получилось. Знаешь, я соврал, не договорил одну главу сказки. На самом деле история, что мне рассказали, заканчивается иначе.

– Не хотел, чтобы они услышали ее? – На вопрос Мун, Вэйт покачал головой, решив не отвечать.

– Люди триумфально захватывали земли мира чудес. Их число было огромно, больше, чем монстров и волшебников того мира. Однажды своим поведением они потревожили не тех духов и жестоко поплатились за это. Та маленькая часть, которую им удалось удержать, и стала точкой, где образовался портал. Жрец же покинул город не от чувства вины или страха. Он просто разочаровался. А волшебники не разошлись по миру. Они попросту все погибли.

– Все?

– Все, кто проходил через портал. Конечно, потом родились новые волшебники, со своими захватывающими приключениями. Но ни Жреца, ни портала уже не было. И никто так и не разгадал тайну, как открыть врата в мир чудес.

– Думаю, это к лучшему. – ответила Мун.

– Ты знаешь, волшебники никогда не вымрут. Они своими силами смогли построить чудесную крепость. Смогли завоевать доверие у духов. Смогли познать честь. Стали спасать и защищать жизни. Но, как говорит сказка, они так и не оставили попыток обуздать мир чудес. Волшебники хотят открыть портал. Они, как и чудовища, мечтают, чтобы Жрец вновь смог открыть врата. – Вэйт отряхнул штаны от пещерной грязи.

Ребята вышли на поверхность, помогли поправить кусты и присели отдохнуть на лестнице, ведущей в здание станции. Вэйт, поняв, что выполнил свою задачу, радостно убежал, крикнув на прощание, что не против, если Мун расспросит подробности сказки у его брата.

Глава 9 «Ужасы и комедии»

Грань: «О жителях снов»

Как быстро летит время. Ты столько знаешь про Избранников, Отдел, Кошмаров и даже Созвездия. Но нельзя пропустить ту важную часть жителей Грез, которых ты видишь каждую ночь. Да, ты верно подумал! Как гид, я расскажу тебе про обитателей наших снов.

Если ты тот, кто способен запоминать часть снов, то наверняка заметил, что в наших снах полно людей, животных и, порой, фантастических зверей. Одни из них – наши коллеги, другие – местные жители. Внутри снов обитает большинство жителей Грез. Они гуляют с тобой, переживая совместное приключение, которое чаще всего сами и планируют, в благодарность за приют. Некоторые из них так привязываются к сновидцу, что не упускают шанса встретиться с ним в каждом сне. А когда ты просыпаешься, они переходят в мир другого сна, иногда также впадают в спячку, до того, как мир померкнет.

В редком случае сны настолько огромны, что не успевают полностью исчезнуть, поэтому Жители Грез научились поддерживать сон даже без хозяина. Используя свои технологии, жители записывают разум человека, чтобы с помощью этой копии содержать свой дом в стабильном состоянии.

Жители снов очень старательны. Они поддерживают форму сна и, что самое главное, не позволяют сновидцу подходить к бездне сна – границе между пузырем и внешним миром Грез. К тому же, если сновидец дарит им необъятный мир, жители сна помогают хозяину избежать встречи с Кошмарами, в замен забирая немного сил и энергии человека. Их хорошая сторона впечатляет. Но есть и обратная сторона монеты.

Жители, как и Избранники, не выносят людей, которые видят осознанный сон. Если ты рискнешь не просто подумать, что находишься во сне, но и сказать о своем домысле, жители помрачнеют. Их взгляд наполнит презрение и ненависть. Скорее всего, они могут даже тебя уби… разбудить. Все потому, что, если резко осознать свою власть во сне, можно сломать мир, задать неудобный вопрос, раскрывающий какую-либо тайну измерения или слишком быстро изменить окружение, что приводит к разрушению дома для жителей сна. Об остальном они не говорят даже мне. Не менее агрессивно жители Грез отгоняют людей от границ сна или важных объектов мира. Поэтому, при встрече с местными будь готов, что тебя может встретить, как и гостеприимный приятель, так и злой недруг.

Часть 1 «Дело о дверях»

Это была самая ужасная смена для Сури. Точнее она была самая обычная. Ему поручили поймать хулигана, засыпавшего кабинет сухими листьями из сада. Это было простое задание. Как будто идеально подходящее его маленькому статусу. Акер знал, что больше он никогда в жизни не почувствует это волнение от сложной, невыполнимой миссии. Что больше не найдет тайны, за которой скрывается неизвестное прошлое Отдела.

Размышления Шумса приводили его в тупик. Он совсем не сосредотачивался на главной задачи. Вспоминал и время, проведенное в архивах. Когда ему поручили узнать про Негла, все, что он нашел в записях – совершенную пустоту. Ни намека, ни имени, ни даже событий, связанных с ним, не было в базе данных. Все знали о прародителе Кошмаров, но никто не решался в открытую это записать. Сури с трудом догадался рассмотреть сказки про чудовищ и сказочных существ. В них на удивление нашлось достаточно фактов о Негле, хотя и сильно завуалированных.

Негл. Его напарница узнала все внутри Ока. Но что, если бы всего этого не произошло? Что, если бы их расследование шло, как и положено детективу: улики, анализ, след? Возможно тогда, они бы до сих пор продолжали…

– Ещё немного и ты повалишься с лестницы. – вдруг сказал голос откуда-то снизу.

Сури мигом очнулся от своих глубоких размышлений и обнаружил что стоит прямо перед лестничным пролётом. А под его ногами, почти у колен, находится маленький белый человечек.

– Уайт?! – Сури резко отступил назад и, от неожиданности, чуть не упал на пол.

– Сколько записей. – хитрым тоном сказал человечек, рассматривая блокнот, который уронил Шумс. Из вежливости он не стал его читать, а просто протянул обратно хозяину. – Ты принял новое поручение?

– Ничего особенного. – Сури осторожно забрал книжечку. Меньше всего он сейчас хотел бы общаться с существом, о котором также нет ни единой записи в архивах. – Просто поймать шалуна, засыпавшего листьями половину Отдела.

– А, ты о сегодняшнем послании? – задумчиво сказал Уайт.

– Послание? Ты будто знаешь кто это сделал. – Сури попытался отвязаться от собеседника. Ускоряя шаг, он почти побежал по коридорам, но юркая сущность всегда оказывалась либо впереди, либо совсем близко к юноше.

– Конечно. Если хочешь могу поговорить с ней. – пытался продолжить разговор человечек. – Поверь, это никому не вредит. Просто… Увядшее может касаться только себе подобных. Не сочти ее действия грубыми, ладно?

Уайт напористо продолжал следовать за Шумсом даже у коридора фантомных дверей. Удивительное место для тех, кто мечтал проходить сквозь стены. Эти зоны появились в Отделе шестьдесят лет назад, после восстания. Была ли аномалия следствием преизбыточной силы монстров или же отчаянным желанием воителей никто сказать не мог. Но пугающие области старались обходить. Ведь, коснувшись стены, Избранник оказывался в противоположной стороне башни или даже в саду.

– Как скажешь. – у Акера не было ни сил, ни возможности прогнать человечка. Да и само расследование ем не нравилось. Но отчего-то существо продолжало преследование. Сури уже планировал отбросить Уайта к стене, но только представив как будут мстить за своего хозяина дроны, сразу отбросил эту идею.

– Не переживай. К тому же, у тебя явно есть задача поважнее листьев и посланий.

– Отнюдь. – перед лицом Сури появилась потесанная стеклянная дверь. За ней словно виднелся чей-то образ. На секунду ему показалось, что кто-то находится по ту сторону, но приблизившись силуэт оказался его отражением. Грустным и странно пустым. – Раз уж проблема разрешилась мне больше нечего изучать. Миссия завершена…

Осторожно обойдя дверь Уайт, неожиданно приободрился. Это было заметно по его походке. Сури же наоборот все больше мрачнел. Пугающие двери все чаще появлялись на стенах. За ними слышались шоркающие звуки и даже шепот. Это было необычное явление для Шумса. Прежние его прогулки проходили здесь тихо и спокойно.

– Вот как. Но в этой истории ещё полно страниц. Разве ты считаешь ее законченной? – наклонив голову спросил Уайт.

– Ты видимо часто совал нос в дела, раз лишился его. Не надоело все время следить за всеми? – Сури уже был сам готов сбежать в одну из дверей. Но их необычное поведение его пугало.

Шумс всегда искал сред них небольшую серебристую дверцу с кривым, плавленным узором. За ней находилась одна из скрытых зон архива, в которую Акер никогда не мог попасть официально. Конечно, в награду он получил право заходить в любое крыло знаний, но архиватор был отдельным сословием Отдела. Он сразу же прогнал парня, как только догадался куда тот направляется.

– Как грубо. Вы ведь совсем не пытались ничего утаить. Открыто говорили о расследовании прямо в коридорах, пробирались в закрытые зоны и угоняли предметы. На этом фоне как злодей выгляжу совсем не я. – возмутился Уайт. Хотя он и признавал, что шпионил за ребятами, слышать это оказалось больнее.

– И как много ты видел? – недовольно огрызнулся Сури. Он знал ответ на свой вопрос, отчего улыбчивая маска казалось лицемерной и неприятной. Акер понимал, что если их разговор продолжается дольше десяти минут, то человечек хочет что-то получить. И, судя по теме беседы, это «что-то» было связано с запретами Отдела.

– Достаточно, чтобы спросить тебя. – уверенно ответил Уайт. – Твой спаситель был точно Кошмар?

– Не знаю. Я не помню цвет его глаз…

Сури хватился за ручку первой попавшейся двери. Бежать. Так говорил ему инстинкт. Неважно куда, главное больше не раскрывать свою встречу с теми Кошмарами. Разведчик Совета еще не доложил своему начальству об этом инциденте. В противном случае Сури бы уже допрашивали. Это и делало ситуацию такой ужасной. Будь то угроза или манипуляция, присоединиться к заговору с сущностью Грез означало предательство. Но дверь не поддалась. Вместо привычного скрипа деревянная доска уперлась, словно закрытая на замок.

– Вот как. А мне они показались черными. – словно не замечая волнения собеседника, рассуждал Уайт. – Довольно необычно для Иллинтов, правда?

– И что ты хочешь?! – Шумс попытался открыть соседнюю дверь. Та оказалась более гостеприимной. Но, вместо обещанной безопасной зоны, за ней оказалась совершенно пустая комната. Уходить было некуда, а нападать на «дружественное существо» было запрещено. – Это уже не моя головная боль! Я, конечно, благодарен ему, но…

Акер захлопнул дверь. Та с треском, словно плача от боли, исчезла, оставив у ботинок Шумса несколько деревянных кусочков. Парень устало повернулся к человечку. Уайт стоял неподвижно. За его спиной было несколько аккуратных, в сравнении с прежними, дверей. В одной из них он угадал свою знакомую, серебристую подругу. Но отчего-то он не решался сделать шаг.

– Врёшь. Обманываешь сам себя. Тебя распирает любопытство. Хочешь узнать кто это и каким образом убедил Кошмаров сражаться на своей стороне. – возмутился Уайт. Тревожное чувство медленно отступало от парня. Наверное, он боялся признаться. Наверное, хотел просто принять нового себя. Но все было бессмысленно. Заметив, что паника Шумса прекратилась, человечек облегченно выдохнул. – На самом деле меня тоже притягивает эта персона. Точнее тот факт, что его послушался сам Смог. Поэтому я предлагаю поддержку. Одна тайна на троих. Что скажешь?

Новая тайна? Нет, скорее новые детали старого секрета. Сури был одновременно озадачен предложением, но и в то же время рад. Смог являлся не обычным Иллинтом. По данным, именно с Чтецами душ, которым и являлся этот монстр, Негл разделял власть на протяжении каждого пробуждения. Множество пробелов, которые не давали ему покоя могли проясниться… Могли действительно закончить дело.

– Троих? – Сури бросил идею искать проход. Словно услышав желание все двери стали растворяться. Новые же появлялись настолько высоко, что до них можно было добраться только со стремянкой. – Хочешь включить ещё кого-то?

– Хотел бы, но пока нас только трое. Так ты согласен? – Уайт дружелюбно протянул руку. – Переживаешь? Просто хочу напомнить, что это сотрудничество не расходится с правилами Отдела. Ты верно заметил. Мне разрешено совать свой отсутствующий нос в абсолютно любые уголки башни.

Ладошка существа с трудом дотягивалась до кисти Сури, отчего Шумсу пришлось слегка наклониться.

– Но как же Мун? – вдруг посетила мысль Избранника. Даже если девушки не было при тех обстоятельствах, раскрывать все грани дела без нее было неправильно.

– Хатсон? – задумался Уайт, оттягивая воротник. – Пока она отстранена мы не можем ничего сделать. Я бы пробрался в зону, куда ее переносит, но это территория Иртов. Сам понимаешь какой там случится хаос.

– Хорошо. Но прежде… – Сури присел, чтобы находиться на одном уровне глаз собеседника. Он хотел видеть, пусть и скрытую за маской, реакцию. – Ты сказал, что наша миссия ещё не закончена. Почему?

– Ну как же. – человечек решил тоже подыграть решительному Шумсу. Для самого Уайта было большим удивлением, что такой осторожный сотрудник настолько быстро согласиться работать с ним. – Если среди Кошмаров ещё гуляют слухи о короле, значит…

– Есть причины хотя бы так думать… – скрывать друг от друга свои выводы уже было совершенно бессмысленно. Такова была цена за результат. Пусть не быстрый, но более достоверный, чем писали книги Отдела.

– Бинго! – не сумел сдержать радости Уайт. – Я не мастер подслушивать шепот Иллинтов, но один, уже коротковолосый, был очень взволнован последние дни.

Человечек помахал невидимому приятелю рукой. Словно из воздуха прямо за спиной существа показался круглый дрон. Несколько раз облетев Акера, машина, поудобнее пристроилась на плече Избранника. Щелкнув, дрон спроецировал перед глазами человека несколько кадров вылазки следопытов.

– Ну что, начнем?

Часть 2 «Письмо»

Нередко ответы на вопросы, занимающие все наши мысли, приходят, пока мы спим, принимаем душ, отдыхаем. Но, бывают случаи, когда ответ нам нашептывает сама судьба.

На это утро Мун разбудил не звук будильника или звонок от друга, а настойчивый стук в окно. Удары о стекло не прекращались, поэтому девушка была вынуждена встать и отругать хулигана. Однако, когда она распахнула окно, в комнату влетела шустрая черная птица.

Хатсон хотела было схватить наглого гостя, но ее внимание привлек лист бумаги, упавший ей под ноги. Подняв его, Мун с интересом стала читать содержимое.

«Дорогой друг, я знаю, что ты ищешь ответы. Но, порой, как бы мы не хотели, ответы могут открыться лишь в опасных местах. Опасных для тела или души, неважно. Я лишь устал ждать, пока ты прибудешь. Помни, Аэроплан всегда готов помочь тебе. Даже, если ответы на твои вопросы окажутся за пределами Грез.»

Странное письмо девушка не могла выпустить из рук. Это название она уже встречала. Но часто названия организаций в разных областях имеют одинаковые названия. Мун решила, что, прежде чем делать поспешные выводы, следует изучить ситуацию. От простого клочка бумаги сердце замирало, а пальцы потели. Буквы словно прожигали сетчатку глаз. Послание от неизвестного таило в себе тайну. Тайну, которую Мун непременное желала раскрыть.

Молодой ворон летал по комнате, цепляя и роняя вещи. Злобно каркая на преграды, ворон искал удобное место, чтобы приземлиться. Устранив все раздражители, птица наконец нашла удобное место для посадки. Этим чудесным прибежищем оказался шкафчик с носками Мун. Ловко избежав человека, ворон нырнул в мягкие вещи. Довольно приминая носки, птица радостно жмурилась, изредка поглядывая в сторону хозяйки комнаты.

– Тебе понравилась моя коллекция? – Мун присела к ворону и нежно улыбнулась. – Если так, то приведи меня к отправителю. В благодарность получишь любой носок, который пожелаешь.

Внимательно выслушав Хатсон, ворон сунул нос вглубь ящика. В глубине послышалось шуршание. Мун с опаской потянула руку, чтобы откопать гостя, но помощь птице не требовалась. Ворон выглянул из шкафчика, держа в клюве плюшевый носок Мун. Посидев на ручке шкафчика, птица огляделась. Взгляд ворона был прикован к настольным часам подростка. Казалось, он умеет определять время. Хатсон подошла к будильнику. Этот предмет она создавала почти каждое утро до переезда, чтобы не взваливать на опекунов траты за поломку часов.

– Тебя тоже притягивает власть Грез? – вспоминая печальный опыт, взгляд Мун резко помрачнел.

В ответ ворон ехидно каркнул и поднял крылья. Его взлет случился в секундной точности со звоном будильника. Руки Хатсон свело от щекотки. Она сумела удержать и выключить будильник, однако коварный ворон улизнул. Мун могла лишь наблюдать, как черное пятно исчезает вместе с ее носком в клюве. Но оставлять птицу со своим имуществом она не собиралась.

Бросившись в погоню, Мун промчалась по дому, завернув в ком каждый коврик, встреченный на пути. Ее не остановили ни жарящая яичницу тетя Анна, ни дочищающий крышу Перышко. Влетев в ботинки и накинув на себя куртку, Хатсон Мун перепрыгивала ямы, ускоряясь на спуске. Стараясь не упустить из виду ворона, Хатсон не придавала значения окружению позади нее. Это и помешало девушке догнать цель. Ее поймала Кристина, когда Хатсон случайно забежала в захватываемую камерой, ведущей съемку, зону.

– Мун! Ты что натворила? У нас только получилось отснять нужные эмоции, а теперь все переснимать! Только представь, как отреагируют зрители, наблюдая за бегающим призраком, которого уже нет? – На упреки Коль, Мун отреагировала равнодушно. С каждым днем режиссер раздражала ее все сильнее.

– У меня важное дело. Прости, конечно, но, если не хотите терять время, лучше вернись к команде. – Мун посмотрела в небо, но, к сожалению, ворон успел скрыться. – Было важное дело.

– Не пойму тебя. – Кристина неуверенно вытащила из волос Мун застрявшую травинку. – Куда ты так спешила?

– Теперь уже не знаю. Тебе известно название «Аэроплан»? – Мун оглядывалась по сторонам, в надежде, что ворон сидит где-то недалеко, ожидая ее.

– Как здорово. Мун, не думала, что ты так серьёзно отнесешься к нашему исследованию культа! – Кристина широко улыбнулась. Ее настроение легко менялось, когда речь шла о доверии. – Мы освободимся поздно, поэтому я с тобой пойти не могу. Однако, если тебе интересно, можешь понаблюдать за сотрудниками внутри. Поверь мне, они точно не обычные люди.

– Хорошо, приму к сведению, что они могут быть пришельцами. Так, где Аэроплан? – слова Мун немного обидели Кристину, однако та лишь вздохнула и указала адрес на спутниковой карте.

– Буду ждать новостей. Да, и еще кое-что! Надо будет обсудить важную находку про культ, после показа фильма. – Кристина перешла на шепот. – Буду ждать тебя на нашей базе.

Мун проводила взглядом режиссера, которая спешила обсудить со сценаристом возникшую идею. Конечно, девушка не могла оставить без внимания послание и не поговорить о нем с отправителем.

Искать Аэроплан Хатсон не пришлось. Здание отлично выделялось не только размером, но и событиями, постоянно происходящими у порога. Сегодня сотрудникам пришлось собирать метлами миниатюрную империю из пластика, которую рассыпало вокруг от столкновения двух коробок друг с другом, где она когда-то хранилась. Некорил медленно смахивал маленьких человечков и от чего-то хихикал. Беки же считала фигурки и складывала их обратно в коробки. Оба выглядели недовольно.

Мун осторожно пошла вперед, обходя каждую хрупкую фигурку. Заметившая ее Беки насторожилась. Но, вспоминая, что катастрофа с посылками случилась по вине ее новоприобретенного проклятия, решила в лишний раз не шевелиться. Мун бегло оглядела работников. Некорил не вызвал у нее подозрений, хотя его кровожадные глаза немного напугали девушку. Беки, наоборот, показалась загадочной. Присущий Кошмарам проблеск в глазах смутил Мун, но из-за его малого количества смог лишь породить множество сомнений и опасений у Ловца.

Внутри почты было тихо и спокойно. Хозяин компании покачивался на стуле, изучая товарно-транспортные накладные. Кошмары, даже самые глупые, попадая в тело человека, стремятся скрыть свои особенности. Глаза закрывают темными солнечными очками или используют цветные линзы. Места, где вывернуло или оторвало конечность, Кошмары старательно прикрывают одеждой или придуманной историей про некий трагичный случай. Но этот работник бесстрастно, даже нахально, не прикрывал глаза ни линзой, ни ладонью. А необычные розовые ушки подергивались от сквозняка, притягивая внимание гостьи.

– Здравствуйте. Принесли письмо? Или же, пришли получить? – Рыжеволосый мужчина, подпирая ладонями голову, ожидал ответа.

Как только Смог обратил свое внимание на девушку, Мун почувствовала, как страх, ненависть и интерес внутри нее в битве друг с другом устроили настоящую баталию, обжигающую легкие и скручивающую желудок. От волнения тело Хатсон, казалось, приковало к полу. Она прежде не встречала Кошмаров, захвативших людей. Хотелось избавиться от монстра, но руки противились этому. Из необычного состояния, Мун вывел знакомый звук.

– Карр! – Над девушкой пролетел утренний воришка, все еще крепко удерживающий в клюве носок. Его карканье казалось невнятным, но в этом звуке чувствовалась гордость за содеянное.

– Ах ты, паразит! – Эмоции Мун резко вернулись. Девушка расслабилась, а после сразу же воспылала от ярости. – Это ваша птица? Верните мне мою вещь!

– Тоша, ты правда украл у этой девушки ее личную вещицу? – Смог протянул ворону руку.

Тоша быстро сообразил, что верным решением будет отдать сокровище. Довольный своим послушным питомцем Смог положил носок на стол перед собой. Мун с недоверием подошла к стойке, а после быстро схватила носок и сунула его в карман, не отрывая взгляда от грустного ворона, желавшего вернуть награбленное. Убедившись, что ее вещь в безопасности, а также, что на почте нет никого, кроме них двоих, Мун достала смятое послание.

– Странное имя для ворона. – Не зная с чего начать, проворчала Хатсон, изучая фигуру хозяина птицы.

– Это скорее его клеймо. Напоминание о первом принятом самостоятельном решении. Когда-то у наших соседей был волнистый попугай по имени Тоша. Одним днем он вылетел из клетки и, к своему несчастью, попал в когти нашего черного доставщика. – Мужчина погладил ворона по спине, словно похвалил за сделанную данным давно работу. – Ты, кажется, сильно взволнованна? Неужели причина в том свертке бумаги?

Ей не хотелось обращаться к Кошмару, но в голове всплывал образ, который Избранникам давали запомнить. Фальшивое имя. Фальшивая жизнь. Не было сомнений, что Кошмар, прикрываясь образом славного директора, продолжал сеять хаос, как его собратья. Лицо Кошмара, которого безопаснее держать на Земле, пусть и жертвуя одним человеком. Это то самое лицо, которое с улыбкой разглядывало Хатсон.

Часть 3 «Чей-то сценарий»

Если тебе везет один раз – это удача, второй – судьба. Но, если повезло в третий, помни, что это уже чей-то план. Удача неуловима, даже если к ней приводят стечения разных обстоятельств или же высшие силы. Удаче неважно к кому прийти. Неважно, пока этот кото-то не заинтересует ее.

Мун, с долей сожаления, положила письмо на то место, откуда забрала носок. С долей сомнения, Кошмар отряхнул от несуществующих пылинок стол и потянул к себе лист. Смог задумчиво перечитал содержимое. Покрутил в руках. Даже отщипнул угол листа, чтобы посмотреть на волокна бумаги.

– Это принесла ваша птица мне прямо в комнату. – Мун с презрением относилась к сидящему на стуле собеседнику, но чувство самосохранения твердило ей проявлять вежливость к Кошмару.

– Действительно, любопытно. Прошу прощения, наш ворон должен был доставить это послание другому. – Смог поглядел на Тошу. – Он впервые ошибся. Но я благодарен, что вы вернули письмо.

– Рада, что мы решили этот вопрос. В таком случае, всего хорошего. – Мун хотела было пойти, но ее привлек знак, стоящий у входной двери.

На пластмассовой розовой вывеске был изображен белый стилизованный бумажный самолетик, который имел простые треугольные формы. От самолетика отходило три светлых голубых элемента, напоминающих листья или скорее лепестки. Точно такой же символ она видела на одежде Негла, когда посещала видение Ока. Но не только снятый логотип привлек внимание Ловца. Приглядевшись к плечу Смога, Мун обнаружила знак и на рукаве его пальто.

– Этот знак, символ вашей компании? – неожиданно для себя, спросила Мун.

– А? Это? Да, уже как десять лет не сменяли название. Дай угадаю, смутило то, что он пылится в углу, вместо сияния под солнцем? – Смог почесал остроконечные ушки, негодуя от того, что почту разрушают уже два проклятия. – У нас внеплановый ремонт, не обращайте внимания.

– Ремонт? Звучит хлопотно. Можно, мне задать немного необычный вопрос? – Мун оставалась у входа, чтобы при первых признаках опасности сбежать из Аэроплана. – В вашей организации не состоял мужчина с переливающимися, темными волосами?

– Еще раз, не напомните ваше имя? – Смог не сводил взгляда с девушки. Активное жестикулирование прекратилось. Хэнг замер, изучая реакцию Хатсон. Ее кулон он приметил еще с того момента, как девушка вошла в дверь. Однако, в городе, переполненном Избранниками, очередной Ловец не был сюрпризом бывалому Иллинту.

– Ой, простите, что не представилась. Златоуст Мари. – девушка старалась смотреть в лицо собеседника, но взгляд всегда останавливался, доходя до полей шляпы.

– Вот как, приятно познакомиться, Мари. Признаться, у нас действительно гостил человек с неповторимым цветом волос. Только не говорите, что в тот день он приставал и к детям. – Даже без помощи своих способностей, Смог знал, что девушка обманывает его. Он понимал, почему Хатсон это сделала и решил пока поддержать игру.

– Значит, я могу встретиться с ним? – На секунду девушка потеряла самообладание, сделав шаг на встречу с Кошмаром. Мун хотела узнать от хозяина воспоминаний, почему тот пытался остановить Советника.

– Боюсь, это невозможно. То письмо, что вы получили, предназначалось как раз ему. Я бы спросил, откуда вы его знаете, но есть ли смысл, если получу в ответ лишь ложь. Однако, нашего друга я не видел уже целый день.

Мун на миг успокоилась. Если Негла поймали так быстро, значит ее словам поверили. Вскоре девушку вернут в Отдел, а поимка врага станет ее великим дебютом Охотника. Но счастливые фантазии Мун растворил громкий хлопок за дверью.

Невезучие уборщики на улице случайно зацепили генератор и тот, после тяжелого падения, оповестил всех, что больше не способен работать. Свет погас. Мун хотела воспользоваться шансом, чтобы сбежать, но Смог бесшумно перепрыгнул через стол. Только когда Хэнг подошёл к удивленной девушке, Мун разглядела насколько высокий и быстрый Кошмар скрыт за размеренной фигурой мужчины.

– Зачем вы искали его? Может, я смогу помочь? – сказал Смог, опираясь о стеклянную дверь.

– Нет, простите. Мне сможет ответить только тот мужчина. У вас отключилось электричество. Не хотите проверить? – Мун постаралась достать до ручки, но хитрый Кошмар подпер дверь ногой.

– Спрашивай сейчас, маленькая обманщица. Нам не нужно притворяться. Если ты уже настоящий Ловец, то должна была знать, что есть Кошмары, которые сам Отдел готов защищать, лишь бы они не вернулись в Грезы. Поэтому утоли любопытство, пока есть возможность. – Смог поправил шляпу таким образом, чтобы еще сильнее увеличить представляемый образ, как если бы медведь встал на задние лапы, чтобы устрашить соперника. Глаза же, под тенью шляпы, казалось светились бирюзово-розовым цветом, холодно проглядывая душу гостьи.

Мун не стала терпеть. Вопреки страху, она создала заостренный предмет, похожий на пружинную шпильку, несколько увеличенных размеров, и прижала его к руке Кошмара. Смог ухватил руку, которую не успела убрать Мун и молниеносно опустившись на колено, прижал локтем девочку к полу. Светящееся оружие постепенно растворялось, открывая прокол. Из полученной раны медленно потекла кровь. Красная жидкость пропитала белый костюм Смога и уже просачивалась на оппонента. Но Мун с самого начала планировала оставить ссадину на Кошмаре. Хатсон повернула свободную руку к Смогу и создала ловушку, чертеж которой был заранее записан в память знака.

Прижатая к Смогу ловушка была готова сработать в любой момент. Если Кошмар находился в теле человека, его поимка становилась более сложным испытанием. И не только потому, что пропажу человека нужно оправдать в рамках закона. Избранникам нужно сперва открыть путь к «душе» Кошмара, спрятанной внутри тела. Сделать это невозможно, пока Иллинт не будет ранен. Но Хэнг не спешил сдаваться. Он сжал руку Мун и наклонился к девушке.

– Ты способна поймать меня. Моя сила способна превратить твою душу в пыль. Но отличие в том, что я выберусь из бездны. Посмотрим, кто выйдет победителем. –прошептал Смог. – Я могу стать ответом на твои вопросы, потому что передо мной душа, достойная ответов. Но, если ты так хочешь, можешь исчезнуть.

Мун злобно фыркнула. Ее глаза покраснели, готовые в любой момент высвободить нахлынувшие от несправедливости слезы. Руки прилипли к холодному полу, пальцы сводило, а левая пятка невыносимо зудела. Ровное дыхание Смога постепенно смещало челку девушки вбок. Она понимала, что если это был тот самый Кошмар, описанный в документах, то его отпустят, лишь бы не подпускать в Отдел. Беспомощно Хатсон отступила от идеи, ведущей ее к смерти. Мун мысленно разобрала куб, обезвредив ловушку. Довольный собой Кошмар отпустил девушку, поднялся на ноги, но не отошел от двери.

– Почему вы здесь? Кошмару вашего статуса можно жить в венцах мира, управляя главами во благо себе. – недоумевала Мун, пытаясь придумать план, как изжить Кошмара из Понтиса. – Как глупо растрачивать свои возможности в этой дыре.

– Я здесь по той же причине, что и Избранники. Ради узла. – Смог заметно успокоился. Неизвестно, какой вопрос ожидал услышать Хэнг, но на этот он был рад ответить.

– Узла?

– Да. Ты знаешь, почему Прыгуны могут перемещаться между мирами? У них есть особые механизмы, которые ловят души и перемещают их вместе с потоками энергии, исходящие из нашего мира. Этот же принцип используют ваши телепорты. Но они ограничены душой человека, который перенесет телепортацию с помощью власти Грез. Ни тела, ни кого-то другого телепорт пронести неспособен.

– Глупо. Если были бы причастны только механизмы, лунатиков бы не существовало.

– Лунатики не попадают в Грезы самостоятельно. Это проделки их души. Просто, пока их разум блуждает в Грезах, тело инстинктивно следует следом. К тому же, каждый пойманный Прыгунами человек, забредший в Отдел, на самом деле либо Избранник, либо почти умерший. Тебе ли не знать, что большинству не попасть за пределы своих Грез.

– Предположим. Это не объясняет, про какой узел вы говорите?

– Про узел, способный сделать Избранником каждого человека. Пустить в мир Грез не просто любого желающего, но и их вещи, дома… Оружие.

Мун вспомнила рассказанную Вэйтом сказку. Ловцам не сообщали подробностей о поимке блудных странников, которых заговаривали Прыгуны. Поэтому Мун могла положиться лишь на будущие объяснение своего друга – Геута.

– Избранники, и не только, уже много лет пытаются понять принцип работы узла. Но безуспешно. Как и раньше, так и сейчас узлом может управлять только одно существо. К несчастью, Избранники считают его врагом. – добавил Смог. – Буду рад поговорить об этом, когда ты скажешь мне свое настоящее имя.

Смог отошел от двери, наконец позволив Мун уйти. Хатсон с уверенным видом распахнула дверь. На прощание она одарила Смога разгневанным взглядом, неприличным жестом и хлопком двери. Двое безобразников, поджидающие на улице, уже закончили с работой. Нек, провожая разгоряченную Мун, замыслил притянуть Проклятие и к ней. Однако, падение Беки в коробку с только что собранными игрушками, отложило коварную затею.

– Кто это был? – отважилась спросить Беки, когда гостья скрылась из виду.

– Это была Избранница. – задумался Смог, выходя из почты, чтобы проверить генератор. – И ее душа мне хорошо знакома. Прямо как две капли воды. Жаль, что она обманывает меня.

– Избранница? Обычно вы совсем иначе реагируете на них. Хорошо бы ей не возвращаться. В последние годы их стало слишком много для одного города. На прошлой неделе меня пытались поймать уже двое. – Беки сунула коробку с фигурками под дверь, а после, с необычайной грацией, перепрыгнула ее. – Вы притягиваете слишком много внимания.

– Нет. К сожалению, она пришла не ко мне. Эта девочка хотела поговорить с Клависом. И вид у нее был грозный. – Смог, заметив, что сотрудники испортили немало предметов, подобрал коробку и поволок ее на склад.

– Они узнали про Клависа так быстро? Это, конечно, плохо, но он, вроде как, сильный. – Беки следовала за Смогом, подбирая фигурки, которые выпадали из маленькой дырочки коробки.

– Поразительно. Я рассчитывал, что у нас в запасе еще несколько месяцев. Черт, Созвездия и впрямь ненавидят подобных ему. – Смог, пока шел мимо полок, с помощью ног задвигал коробки вглубь ящиков, подальше от влияния Проклятия.

– Ты же не думаешь, что его поймали? Это бессмысленно, если его сила изменит любые оковы. – Беки вывалила на стол потерянные фигурки. Выбрав миниатюрного генерала, Шолд представила себя на месте военачальника.

– Не считай людей неспособными на чудеса. Они создают вещи, о которых жители Грез даже не подумали бы. Нужно удостовериться, что Клавис просто задержался. В противном случае, придется повторить событие шестидесятилетней давности.

Часть 4 «Премьера»

Даже в самые трудные времена наступает момент, когда все… Становится в разы хуже.

До премьеры оставались считанные дни, а слухи об актерах уже охватили весь город. Одни обсуждали захватывающие спецэффекты, другие невероятную работу детей. Не обходили стороной смелость героини и ее актерское мастерство. Единственными, для кого опубликованная новость оказалась поводом для беспокойств, были полицейские. Одной из главных причин беспрепятственного распространения слухов стало отсутствие времени у команды организаторов. За несколько дней до сдачи работы на съемочной площадке случались сплошные неприятности. В суматохе многие роняли разные предметы, декорации и приборы, с трудом подвешенные к какой-нибудь хлипкой ветке. Обработка и совмещение кадров не давали выспаться монтажерам. Актеры, уставшие от многодневной работы, вымотались, пока не смогли снять хороший кадр. Безжалостный режиссер упрекала даже учителя, когда тот в лишний раз уходил за чашкой кофе. Но все испытания были пройдены. Когда фильм отправляли судьям, каждый участник либо плакал от счастья, либо обессилено валялся у ног более стойких коллег.

В конце октября пол города спешило занять свои места в самом крупном кинозале города. Финал конкурса и объявление победителей также знаменовало начало фестиваля короткометражного кино. Судьи деловито устроились в центре зрительского зала. Тревога участников переходила на зрителя. Каждый, кто пришел в этот день, хотел не только насладиться показом, но и испытать волнение, предвкушая победу любимых команд. Все помещение заполнило душным дыханием присутствующих. И все же, по разгоряченной коже людей порой пробегали леденящие мурашки.

Меньше всех переживала Хатсон. Предстоящее мероприятие дарило девушке надежду, что малая забава, в виде просмотра кино, сулит ей долгожданную передышку от приключений. Мун покачивалась на кресле, спасая свои джинсы от пятен масла и газировки. Алис, которая подсела рядом с девушкой, часто указывала ей на те или иные группы, рассказывая об их деятельности. Особое внимание одноклассница уделила сотрудникам завода с обратной стороны города. Перешагивающие через ноги люди, шумели и перегораживали пока еще белый экран. Эта суматоха радовала Ловца, наполняя день веселой обыденностью.

На премьеру пришли и Анна с Перышком, одев на себя фамильные вязаные свитера. Тетя, заприметив в толпе Хатсон, стала активно махать ей, пока племянница не ответила робким приветствующим движением в ответ.

– Ого, это твои родители? – удивленно спросила Алис, оглядываясь на светловолосую женщину. – Без обид, но ты совсем на них не похожа. Признайся, твоя внешность в бабушку, да? – шутливо рассмеялась девушка.

– Без понятия. – пытаясь перекричать толпу, Хатсон наклонилась к подруге. – Но, это не мои родители, а тетя и дядя.

– О, нет – нет, прости! Это было ужасно бестактно с моей стороны! – стыдливо спрятав лицо за рукавами, Алис вся покраснела и отвернулась.

– Тебе не за что извиняться. Мама и папа три года назад просто уехали по работе. Досадно, что они задержались, но это не значит, что что-то произошло. Поверь, мои родители ни за что не дадут себя в обиду. – Хатсон повернула Алис к себе и с уверенной ухмылкой похлопала ее по плечу. Конечно, Мун не могла сказать подруге о том, что работа ее родителей была связана с параллельным миром вглубь которого отправилась ее семья. Но она точно знала, что ни отец, ни мать не сдадутся без боя и с легкостью одолеют любой Кошмар.

Спустя несколько минут гул наконец стих. Гости удобно устроились с закусками и напитками. Свет постепенно угас, погрузив зал в темноту. На экране зажглась приветственная речь. Организаторами было принято решение показывать творения, по нарастающей, от последнего места к работе победителя. Каждый короткометражный фильм удостоился внимания.

Говорят, триллеры существуют ради одного мгновения ужаса. Для фразы, кадра, которые каждую бессонную ночь будут напоминать о себе заполняя всю голову. Многие картины сумели поддержать легкий ужас. Порой любительские комедии удерживали больше внимания, чем хорошо сделанные, но плохо продуманные триллеры.

Очередь фильма Иноки все не наступала. От волнения Кристина обхватила впереди стоящее кресло вместе с сидящим в нем человеком. Захваченный был настолько увлечен происходящим на экране, что не замечал неудобств. На месте не усидел и куратор. Постукивая ногой, он то и дело оборачивался к своей жене, утаскивая очередной воздушный кусочек попкорна. Алис и Мун тоже застыли в ожидании. С каждым новым фильмом в Хатсон просыпался невероятный азарт и волнение. Ей хотелось победы!

Наконец, на экране показалась знакомая заставка. Инока заняла почетное третье место. Красивая и завораживающая работа на десять минут сковала зрителей. На нескольких жутких моментах зрители действительно внимали истории, переставали ерзать и хрустеть закусками. Но больше, чем сам фильм, зрителей покорили кадры со съемки. Прославившийся эпизод с вороном так же присутствовал, чем вызвал волну шепчущих обсуждений. Мун пригнулась, ведь в зале она заметила Дона и Норсона Верли. Хатсон не знала есть ли в зале незнакомые ей Избранники. Но девушке заранее было стыдно за свою безрассудную выходку.

Второе место у Иноки отобрала кинокартина от команды таможенной академии. Студенты сняли историю из жизни моряка, который прятал проклятую чайку от своего командира. Мун впервые в жизни наблюдала, как в кинозале с разных сторон раздается искренний смех. Но, как оказалось в финале, вся команда давно мертва, а птица единственное живое существо на судне. Фильм удачно показал, как веселые будни переходят в жуткую и грустную историю. Команда таможенников не ожидала, что войдет в список лучших работ. Поэтому смущенные актеры лишь подпихивали друг друга в плечи.

Первое место завоевал единственный фильм, сумевший напугать всех судей. Искусная работа заставила даже Мун задуматься над реальностью сценария. Сюжет фильма про маньяка и его жертву, который написал великолепный Некорил, тебе уже знаком. Жаль, снят он был совершенно другой компанией. После того как Клавис и Смог чудом избежали ареста, процесс съемки пришлось остановить. Не желая терять возможность прорекламировать Аэроплан, Смог согласовал работу со знакомыми маркетологами. Как бы люди ни старались, Кошмар куда лучше знает их страх. Одна из зрительниц настолько прочувствовала шедевр Хэнга, что ее родным пришлось возвращать женщину в чувства. Сразившая всех мастерством работа вызвала у Избранницы неприязнь и желание поставить Смога на место главной героини короткометражки.

После церемонии награждения участники отправились праздновать. Довольная Кристина поочередно обнимала каждого члена команды и, после оды благодарности куратору, девушка повела всех за собой. Мун хотела незаметно сбежать домой, но не успела. Ее перехватил Дон.

– Чудесная у вас получилась работа. – похвалил мальчик.

– Да. Ваш фильм тоже был интересным. Он явно завоевал приз зрительских симпатий. Хотя, я бы присвоила ему жанр – драма. – ответила Мун, вспоминая грустный сюжет Формира: историю о мальчике, слышащем свою недавно погибшую сестру.

– Преимущество творчества в том, что жанры можно совмещать. – Дон жестом пригласил Мун отойти в сторону, подальше от шумной толпы. – Не люблю сплетничать, но это непосредственно касается тебя, Мун. Вчера был созван совет Третьего Отдела. Я слышал, что Советник Укрей заступился за тебя и уговорил остальных прервать наказание. Разве не отличная новость? Уже через пару дней тебя должны вернуть в Отдел.

– Звучит, как сказочный сон.

– Не сказочный, а самый обычный. На другой же чаше весов та птичка… Если быть точнее то, что использованная тобой власть Грез была зафиксирована камерой. Мун, как тот, кто наизусть знает правила, может их так часто нарушать?

– Не бойся. Я уже ничего не могу с этим поделать. – Мун указала в сторону толпы, намекая, что у происшествия были свидетели. – Только для внимательных и сообразительных хватило бы секунды, чтобы разложить по полкам предоставленный материал. Но на такое способны только Избранники, знающие как выглядит Власть.

– Или Кошмары. – Пока Дон разговаривал с Мун, ему постоянно приходилось стряхивать с себя опавшие листья с дерева. По неизвестным причинам они летели только на него.

– Вытри слезы. У меня есть важная миссия перед тем, как как я вернусь в Отдел. Надеюсь, ты посодействуешь. – у Мун была привычка, прежде чем объявить важную для нее новость, забираться на возвышенность. Поэтому, девушка запрыгнула на бордюр и с улыбкой уставилась на Дона. – Хочу как следует развлечься! За последний месяц на меня взвалилась гора проблем! Самой приятной новостью была встреча с тобой. Поэтому наверстаем дни потенциальных прогулок! Хочу отдохнуть от геройств и заговоров!

– Рад видеть тебя такой. В последнее время ты ходила слишком задумчивая. И раз уж ты предложила… Можно посетить одно интересное место. – Дон вытащил из волос застрявший красный лист. Повернув его к солнцу, парень улыбнулся.

– Да! Только мы, чай, бутерброды и джазовый фьюжн. – Мун мечтательно посмотрела в чистое небо, словно предвещающее спокойствие и радость.

Какое-то время Кристина не желала отпускать Хатсон, заставляя ее фотографироваться на память с актерской группой. Когда Мун вернулась домой, ее тут же поймал в объятие Перышко. Он почти починил дом, но не смог согласовать отопление. По этой причине Хатсон приходилось утеплять себя теплыми вещами. Лишенному волос бритвенным станком Перышку приходилось носить на голове шапку. Ее мягкие, как ему казалось, ворсинки кололи лоб и раздражали щеку Мун. С трудом выкарабкавшись из хватки дяди Хатсон сбежала в комнату.

Глядя на свою комнату, Мун испытывала странное ощущение. Она еще не привыкла к постоянной смене погоды, к темному лесу у гор и часто мокрому, из-за водопада по соседству, окну. Сопровождающие переезд события не могли заставить девушку забыть свои незначительные проблемы. Однако, приключения и тайны помогли ей понять, что ее новый дом выглядит уютно, если в нем всего лишь готовят ужин, чистят полы и собирают цветы для гербария.

Часть 5 «Призрачный порт»

На следующий день отголоски кинопоказа не утихали. Пока Мун добиралась до дома Дона, ее то и дело окликали прохожие. Даже ранним утром находились те, кому уже не спалось. В попытке расспросить ее то о вороне, то о роли, некоторые любопытные люди заставляли Ловца пробираться по затененным переулкам и, порой, по стенам. Но, добравшись до дома друга, девушка, словно проклятием, передала непростую эстафету Дону.

Слишком опекавшие свое чадо родители не любили отпускать Дона в не учебное время на прогулки. Даже во время съемок кинофильма, за ним издали следил отец. Чтобы не попасться на глаза родственникам, Дон проскользнул через балкон, выходящий на чердак, оттуда лихо скатился по каскаду крыльца с навесом прямо к кустам. Наблюдавшая за товарищем Мун смеялась почти в голос, при этом прячась под забором от зорких жильцов дома.

Протянув руку выползающему Дону, Хатсон помогла ему пролезть через щель в сарайчике. Сложнее всего оказалось вытащить из щели рюкзак таким образом, чтобы не разрушить стены постройки. После успешного вызволения, оба пустились в бега. Дон уверенно направлял подругу к обещанному интересному месту.

– У тебя интересный способ покидать дом. Если с тобой то-то случится, то родители даже не будут догадываться, где ты и куда пошел. – Мун сердито поглядела в спину друга. Тот, почувствовав обжигающий холодом взгляд, чуть дернулся. Он рефлекторно потянулся к браслету, на котором висел его знак Избранника.

– Помнишь вчерашний фильм? За основу мы взяли историю из моей жизни. После того, как моя сестра погибла, родители ни себе, ни мне места не находят. Беспокоятся, что меня постигнет та же участь. – выражение лица у Дона ни капли не изменилось. Только легкий румянец появился на щеках от усталости.

– Ты так спокойно об этом говоришь. – Мун с тоской посмотрела на Сури. Для нее было чуждо чувство потери сестры или брата. Даже потеря родителей для Мун не была трагична. Вспоминая их, она скорее испытывала интерес и надежду, что о ней продолжат вспоминать, как и о них.

– Мы грустим по погибшим потому, что больше не видим, не слышим, не чувствуем их. Но, в случае с моей сестрой Камой все иначе.

Тропа сужалась. Путь зарос колющими ноги растениями и цветущими дикоросами. Дорога резко поднималась вверх. Дыхание начало сбиваться, поэтому ребята с трудом поддерживали разговор.

– Почему ты не рассказал раньше? – беспокоилась Мун. Она знала Дона несколько лет. Мальчик любил слушать сплетни, но охотно делился слухами только с подругой. Поэтому ей казалось, что он никогда не скроет от нее важной новости.

– О таком не распространяются, если не хотят, чтобы их жалели. Будь уверена, я психически стабилен. В противном случае меня бы не приняли в подмастерье Совета. – Дон улыбнулся. – Этой ночью к нам поступила информация о том, что тебя возвращают на пост. Потрясающе! Еще никто не находился в изгнании такой малый срок.

– Ух ты, достижение. – Мун представила себе выражение лиц своих знакомых. Больше всего ее беспокоил Геут, который непременно превратит ее беду в шутки.

– Еще какое! – Дон ускорил шаг.

Мягкий сухостой и почва сменились на каменные уступы. Тропа направляла друзей на далекий утес. Непопулярное среди туристов место сохранило естественную чистоту. К отвесным склонам были прибиты несколько проржавевших скальных крюков, давно не использовавшихся по назначению. Но чайки их любили. Иногда сражаясь за право посидеть на крюке, птицы срывали свою мишень и грустно кричали о потере. Под ногами, в местах соприкосновения камней, находилась полая область. Там, внутри, просачиваясь сквозь углубления, свистел прибрежный ветер, предупреждая путников об опасности. Однако Избранники весело прыгали через крупные щели и, балуясь, принимали странные позы на шатких камнях. Отточенная за несколько лет реакция и власть Грез не позволили бы пораниться Избранникам, даже после падения. Спустя несколько часов дети дошли до гладкого, обтесанного морем обрыва. Небольшая закрытая бухта тянулась вдоль четырех вершин. Холодное, почти черное море разбивалось о камни, протягивая белый след пены. Шум воды разносился по горам. Волны ритмично заворачивались, поддерживая симфонию шуршащим звуком.

– Гляди! Видишь, в воде у скалы есть более темное пятно, по сравнению с остальным морем? – Дон указал направление. Небольшая область среди волн не пропускала и луча света, оттого казалась загадочной и опасной.

– Это и есть твое удивительное явление? Красиво. Но меня сложно очаровать мрачным пятном на фоне угрюмых камней. – Мун приходилось постоянно поправлять волос, норовивший травмировать глаза из-за сильного ветра.

– Я знаю, что наступит тот день, когда горы покорят твое сердце. – улыбнулся Дон, словно пророк, который рассказывает счастливое будущее своему слушателю.

– Дон, я до сих пор не могу понять, почему первопроходцы основали здесь поселение. Тесное, непредсказуемое место. – проворчала Мун, потирая от холода плечи.

– Ха, есть версия, что первопроходцы были особенными. – словно готовившийся открыть девушке великую тайну, важно ответил Дон.

– Особенными? – Мун задумалась. Она представила себе героев, с причудливыми посохами и летающими кораблями, похожими на те, что создавали Кори по образцу тарелки.

– Да. Они были не только выносливы и любопытны. Они… Не страдали клаустрофобией. – Дон скорчил хитрое лицо, сощурив и без того суженные глаза до такой степени, что стали различимы лишь узкие щели.

– Признавайся, чем это место отличается от остального города? – Мун не оценила шутку друга, хотя и находила ее до глупости забавной.

– Хорошо, уговорила. В том провале уже сотни лет покоится судно – шебека. Это такой длинный, но узкий корабль, с косыми парусами прикрепленными к трем мачтам. – Дон попытался показать руками размер и форму корабля, но глядя на озадаченное лицо подруги, прекратил попытки.

– Очередная красивая легенда? – ухмыльнулась Хатсон.

– Я говорю правду! Его особенность в том, что ни радары, ни сканеры, ни дайверы не могут обнаружить корабль. Но если использовать ту же технику, созданную с помощью власти Грез, все иначе! – Дон восхищенно ухватил знак. У его ног собралась еще светящаяся камера. Подняв ее, юноша подал камеру Мун. – Посмотри, видны очертания корпуса и часть весел, не поврежденных скалами.

Мун использовала камеру. Голубой цвет окружил видимый мир, обводя серебряным контуром все объекты. Глубоко на дне просвечивались камни и ракушки. Было заметно движение водорослей и плавающего вокруг них маленького косяка рыб. В темной лощине под водой показался еле заметный силуэт величественного когда-то судна. Сохранившаяся под толщей песка палуба шебеки демонстрировала свой острый «живот». Потрескавшиеся мачты, утонувшие недалеко от корпуса, и висящие на них паруса медленно колыхались, ловя подводное течение.

– Корабль! Но, почему его нет в списке «достопримечательностей от Алис»? И, если он неуловим для техники, то каким образом его обнаружил ты? – удивилась Мун.

– Об этом я хотел рассказать. Книга с лунным замком была вручена мне на этом месте. Ее подарил очень странный старик. Сперва я решил, что он Избранник, но после непродолжительной беседы убедился, что это не так.

– Дон, пожалуйста, пощади меня. Очередная подозрительная личность не должна проникать в мою жизнь! – Мун хотела отбежать от Дона, но тот ухватил ее сумку прежде, чем Хатсон успела развернуться. Несколько печенек из кармашка выпали, а под замком навис термос.

– Но я обязан рассказать! – впервые за прогулку, веселое настроение Дона изменилось. Он в легкой панике пытался удержать подругу, чтобы сообщить ей новость, беспокоящую его много дней. – Это был старик. Добрый нрав, басистый голос. Он носил месяц на берете, поэтому, сперва, я перепутал его с Прыгуном. Он поймал меня, когда я возвращался домой, и с криками, что обнаружил Кошмара, повел в горы.

– Ты повелся на это? Если бы это был Иллинт? Или чего хуже, безумец – извращенец? – Мун разволновалась. Она хотела замахнуться камерой на друга, чтобы наказать за необдуманные действия, но остановилась. Тот образ, уверенного и спокойного человека, который всегда сопровождал Страж, впервые изменился на небрежного ребенка, желавшего следовать только своему желанию.

– Я продолжал за ним идти, потому что так и подумал. Уж лучше с ним буду я – тот, кто способен дать отпор, чем кто-то из моих знакомых. Но дедушка оказался резвым и мирным, поэтому мы дошли до этого места даже быстрее, чем сегодня с тобой. Когда же мне показали корабль, старик спросил, смогу ли я его поймать. Вопрос оказался неожиданным, но приглядевшись я понял, что внутри спит огромный Кошмар – захватчик.

После слов Дона, Мун с большим интересом посмотрела в камеру. Она надеялась обнаружить невиданного Кошмара. Это стало бы отличным подарком по возвращению в Отдел, в знак примирения. Старый корабль, не шелохнувшись, стоял в песке.

– Кошмар внутри или ты его уже поймал? – спросила Мун, приближая картинку с помощью объектива.

– Нет, Кошмар – это судно. – сказал Дон. Мун от неожиданности выронила камеру. Приняв удар каждого острого выступа, прибор утонул, на прощание послав несколько светящихся пузырей. – И не только оно. В Монс Понтисе полно предметов, поселивших в себе Кошмары. Это самое крупное и старое из всех. Сказал бы о нем еще кому-нибудь, но, к сожалению, не знаю других Избранников в городе.

– Осмелился умолчать о такой важной находке перед Советом?!

– Нам нельзя говорить, где мы живем… – напомнил Дон, пиная камни в воду, чтобы почтить утонувший прибор. – Помнишь, на курсах было занятие, где нас обучали использовать власть Грез для особых навыков? Если предоставить достаточно энергии и проявить мастерство, можно развить в себе любую способность, лишь бы хватило воображения. Так Прыгунов учат читать мысли, Ловцов сокрушать горы, а Стражей Отдела узнавать имена.

– Узнавать имена?.. Довольно бесполезная способность. – Мун легко запоминала имена, поэтому не видела причин тратить силы на подобный трюк.

– Ничуть! Ее сложно освоить и еще труднее применить. Зато, имя каждой живой души будет тебе известно, будь то Кошмар или пришелец. К счастью, я один из тех, кто в какой-то степени освоил этот прием. Каждое имя мне давалось с трудом и быстро забывалось. Но в этот раз все дни и ночи мне словно кто-то нашептывал имя «Rotto patrono»⁶.

– Чьи-то родители подошли к выбору имени с воображением. – Мун долго раздумывала, почему после ее ответа Дон огорченно повесил голову.

– Странно то, что часть имени «Ротто» ощущается иначе. Обычно имена людей я просто знаю, словно давно знаком с ними. Но это было таким непостижимым, словно имя древнего существа, мифического создания о котором слышал, но боялся даже представить. Меня не покидает мысль, что я встретил Созвездие. Могло ли такое произойти? – Дон безучастно вгляделся в воду, про себя отвечая на свой же вопрос.

– Книга обо всем на свете, подаренная высшим существом? – Мун, недолго думая, выдала единственный известный ей ответ. – В последнее время я усвоила важный урок. Правда безумна. Но она остается правдой. Не отступай от нее так легко.

– Значит, к нам спустилась удача и преподнесла ответы? Мун, я уважаю твою преданность. Выслушав мои бредни, ты просто настояла на том, что все возможно. – Дон вытащил из рюкзака плед и раскинул на камнях, чтобы сделать себе подстилку. Свесив с обрыва ноги, парень удобно уселся.

– Избранники – явление само по себе фантастическое. – Мун присоединилась к Дону, слегка подтолкнув в спину друга. Наклонившись к склону, парень ухватился руками за землю и удержал равновесие. Дон хотел ответить Мун каким-нибудь коварным толчком, но увидев радостное лицо подруги передумал, с мыслью о том, что еще успеет пошутить над Хатсон.

– Поскорее бы ты вернулась. В Отделе неспокойно. До меня дошел слух, что Советники подняли тему о границе Грез. Обитатели снов в последнее время очень агрессивны и часто подбивают на сражение с Кошмарами людей, вместо своих стражников. К тому же человечество растет, а ограниченное место нет. И сферы снов начинают слипаться друг с другом. – Дон, поджав колени, задумчиво глянул на подругу. – Мун, каждый, пусть и не говорит вслух, но считает, что Совет решил уничтожить занавес и пойти против жителей Грез.

– Глупость какая. Это невозможно. Даже с нашими силами, местных больше, чем Избранников.

– Но в разы меньше, чем людей. – То ли от слов Дона, то ли от ветра, по спине Хатсон пробежал холодок.

Пусть измерение Грез безгранично, большинство его обитателей живут недолго и разбросаны по всему миру. Те же, кто обитает во снах не станут убивать хозяина мира без необходимости, чего нельзя сказать о гостях.

– Зря я принял, а после передал тебе ту книгу. – поднявшись, парень отряхнул штаны и, словно провинившийся ребенок, опустив голову, посмотрел куда-то вниз, размышляя о содеянном. – Лучше бы тебе забыть о деле и просто продолжать свой путь Охотника. Последнее, что я хочу видеть – как твои решения станут новой негативной подкормкой фамилии Хатсон. Пообещай мне, что не станешь копать глубже положенного.

– Ты же знаешь, что я не намеренна расставаться со своей главной мечтой? Охотники хороши тем, то не идут на поводу соблазна. – горделиво ответила Мун. Конечно, Хатсон было невыносимо любопытно как на ее слова отреагировал Совет и, что еще важнее, доверят ли ей какое-нибудь новое, сопряженное с рисками и приключениями дело.

Пригласив подругу еще немного погулять по живописным вершинам, Дон протянул руку девушке. Покачиваясь от сносящих порывов морского ветра, авантюристы встали и отправились изучать природный ландшафт гор Монс Понтиса. Перебираясь со скальных выступов на скользкие из-за водорослей камни, Мун представляла, как сейчас поймает погребенного в глубине чудовище. Было интересно посмотреть, поймает ли ловушка Кошмар, если бросить ее в воду. Но время не могло остановиться. Заметив, что солнце близилось к горизонту, Дон отозвал Ловца, с трудом уговорив ее отступить от цели.

Небо залилось алым цветом, а море, подстилая к солнцу дорожку, оставалось неизменно синим. Сколько еще закатов возможно встретить на Земле? Встретить с верным другом, в радости и с надеждой? Мун, наслаждаясь этим драгоценным моментом, лишь блаженно улыбалась. Проблемы, следующие за ней, решили подарить ей шанс провести замечательный день.

Вечером Мун не покидала мысль о том, что Совет впервые решил конфликтовать с коренным населением измерения Грез. Что подтолкнуло их? Кто подал мотив? Поимка Негла сыграла главную роль или была помехой, не позволяющей ранее наступить на запретные людям земли? С тяжелой головой девушка погрузилась в сон. Сон, который прежде не был таким беспокойным.

Глава 10 «Миг до начала»

Грань: «Ловушки»

Наша экскурсия продолжается в технической лаборатории Кори. Здесь они разрабатывают ловушки для ловли и удержания Кошмаров. Зачем ловить смертоносных существ? Обычно для изучения в безопасных условиях. Многие Кошмары подарили множество интересных открытий не только Избранникам, но и всем людям. Если ты слышишь, что открытие возникло случайно, пришло во сне, то знай, скорее всего этому поспособствовали не только Кори, но и Кошмары. Например, был известный Избранник, создавший швейную машину, Элиас Хоу, которому не повезло встретить группу Кочующих – Кошмары, которые используют страх людей перед аборигенами. Или же Сара Бридлав – известная в наших кругах как покорительница Диамонов. Изучив особую структуру желез их волосяных луковиц, эта женщина сумела создать простой, но полезный бальзам для роста волос. Самый громкий ученый, конечно, был Менделеев. Этот Кори создал много химических соединений, о которых не знают даже на земле, используя Веариади – похожего на краба Кошмара, у которого в запасе была целая коллекция различных ядов.

Ловушка «Куб» – самое примитивное и практичное изобретение, способное поймать почти любого Кошмара. Так же есть еще сеть, покрытая ядом Пэззла. Хотя чаще ее применяют Избранники для шуток над коллегами. Одну из ловушек мы называем «Железный человек». Это машина или предмет, который Кошмар принимает за душу из-за особого материала. Моя любимая ловушка – «получасовые трели». Эта петля, состоящая из телепортов, которых питает энергия самих Кошмаров. Но есть творение, превосходящее остальные не только по стойкости, но и по красоте.

Цветок из переливающихся кристаллов, похожий на эдельвейс с тонким длинным стеблем. Именно так эта ловушка выглядит в глазах Избранников. Но никто не рискнет надеть его как украшение или просто носить с собой. Один цветок «Скола мира» меняет тело Кошмара или другого жителя Грез, превращая его в камень, растение и что-то бездвижное. Для Избранников все оборачивается в разы хуже. Мы не перемещаем тело, поэтому эффект от удара сколом мира будет незаметен Избранникам. Однако, на Земле тут же произойдет необратимый процесс.

Иногда ловушки срабатывают независимо от желания Избранников. Причина поломки может быть любая, но итог всегда ужасен. Поэтому будем осторожны.

Часть 1 «Наблюдения за звездами»

Горе всегда оставляет шрамы, неизлечимые временем, оставленные до самого конца. Но, если все в мире приносит боль, возможно стоит оглянуться? Не существует мира, где все счастливы. Нет вселенной, где всюду одна печаль. Наши ошибки и страдания – часть опыта, которое непременно придает ценность настоящему.

Распахнув глаза, Мун увидела знакомую стену. Тонкие полосы розового мрамора перебегали по стене, создавая рисунки, похожие на флаги, развивающиеся на ветру.

Оглядев окружение и себя, девушка радостно вскочила. Месяц спустя Хатсон вернулась в Отдел. Но было одно изменение, которое переполнило счастьем Ловца. На рукаве ее костюма, золотыми нитями было вышито всего две полосы. Это означало то, что ее действия признали достойными повышения. Став ближе на шаг к заветной цели, Хатсон чувствовала гордость и стремление продолжать совершать подвиги.

Решив похвастаться перед знакомыми своей наградой, Мун наугад побежала по Отделу. Последний раз, когда она с таким любопытством рассматривала Отдел, был во время ее первой экскурсии с Инструктором. Огни звезд мерцали над головой, в окнах менялись растения. Скользя по полу без ковров, Мун ускорялась, иногда в прыжке перелетая невысокие ступени, чем пугала проходящих по ним Избранников.

Пролетев очередной коридор, Мун уткнулась в раму неожиданно появившегося дрона. Круглый жужжащий прибор, покрутился в воздухе, словно отряхиваясь и приводя себя в чувства, прочищая таким образом свою камеру. Ударом о дрон девушку сбило с ног. Потирая пару ушибов, Ловец поняла зачем человеку дано две руки.

Подлетев ближе, дрон притих, замедлив движение лопастей. Из его маленького динамика послышался знакомый голос Сури: «Мун, рад тебя видеть, хотя и столь непривычным способом. Во время твоего отсутствия мне довелось пережить необычную историю. Теперь, я еще больше хочу узнать о прошлом. Пойму, если ты решишь оставить наш союз и наслаждаться наградой. Но, почему-то, мне кажется, что мы оба хотим довести это загадочное дело до конца.»

Мун потянулась и схватила машину. Послушный прибор лишь пару раз щелкнул механизмом и, чтобы не повредить кожу Хатсон, остановил моторы. Мун проверила дрон, чтобы убедиться, что это не розыгрыш наглых коллег.

– Прекрати мучить невинный дрон! Если продолжишь, заставлю отмывать его. – послышался из прибора второй голос.

Не желая выслушивать претензии наблюдателей, Хатсон опустила дрон на пол. Вытянув из-под дна рамы маленькие механические ножки, дрон отскочил, зависнув над Мун с помощью пропеллеров. Робот ухватился за локон волоса девушки и потянул к себе, приглашая ее следовать за ним. Хатсон, испытавшая все тяготы жизни, с любопытством последовала за дроном. Отдел – безопасное для Избранников место, а значит угрожать ей может только выговор за отлынивание от обязанностей Ловца.

Пройдя все центральные коридоры, Мун оказалась в неизвестном для нее месте. Оно не отличалось от любого другого ни цветом, ни формой. Даже таблички, прикрепленные к часто пустующим кабинетам, носили те же названия. Редко на стенах встречались записки от Иртов их напарникам. Края плинтуса заворачивались, когда девушка подходила к ним слишком близко, выдувая из себя форму удобной скамейки. Завернув за неисчислимое количество углов, дрон остановился перед уходящей ввысь лестницей. Мун, готовясь к нелегкому подъему, создала на башмаках новую спортивную подошву. Но, как только она наступила на лестницу, дрон одернул ее костюм, вновь повалив Хатсон на пол.

Походив по стене маленькими острыми ножками, дрон нащупал и открыл люк. От отверстия, не шире волейбольного мяча, уходила глубокая труба. Не раздумывая, робот влетел в туннель и скрылся от девушки. Не ожидая предательства, Мун лишь печально глядела в потолок, вспоминая все фильмы про восстание искусственного интеллекта. Однако ее одинокая хандра длилась недолго. Далеко, возможно на несколько этажей выше, где начинается лестница, послышался звук. Полый предмет раз за разом ударялся об уступы. Мун повернулась к лестнице, ожидая, что или кто доберется к низу.

Через триста семьдесят пять ударов, в видимой зоне показалась крупная капсула. Она, переворачиваясь, падала вниз, отталкиваясь от каждой ступеньки. Миновав лестницу, загадочный предмет медленно подкатился к ногам Мун. Девушка с осторожностью подняла вещь. В руках Ловца оказался знакомый телепорт, ведущий в заранее записанную точку. Именно его используют Избранники, чтобы покинуть сон.

Приглашение не обрадовало Хатсон. Голос Сури должен был внушить ей доверие, но что, если его захватили? В подобной ситуации любой благоразумный и ответственный Избранник сообщил бы Советнику о подозрительных действиях. Подумав об этом, Мун решила, что, пока жизнь преподносит приключения, она не будет от них отказываться! Следуя зову авантюризма, Мун раскрыла капсулу. Желтая полупрозрачная жидкость сразу же залепила фигуру девушки, растворяясь вместе с ней, как испаряющаяся под огнем вода.

Мун перенесло в темную комнату, больше похожую на чердак. Подобные помещения встречались по всем Отделу. Забытые кладовые располагались прямо над висящими в залах звездами, поэтому увидеть и услышать тех, кто находился в комнате было невозможно. Раньше в этих комнатах хранилась ткань для одежды Избранников. Процесс ее изготовления был непрост и занималась этим определенная группа людей. Однако, когда все Избранники овладели способностью создания любых вещей, то Ткачи стали не востребованными и, вместе с чердаками, исчезли.

Пыльные стены, давно не видевшие ни тряпки, ни швабры, приютили в себе души паучков, плетших невесомые паутины вдоль сводов. Сверху нависал купольный потолок, с которого торчали металлические сваи. Свет проникал в комнату через волнообразный стеклянный пол. У его края сидел Сури, завернутый в пальто почти по самую макушку. Рядом с ним, рисуя что-то на пастельно-желтом от света полу, сидел маленький двурогий человечек – Уайт.

– Хатсон! Рад, что твое любопытство преобладает над логикой. – существо указало маркером, которым рисовало на полу, в сторону Мун – Было сложно провести тебя к нам незаметно. Но твои синяки стоят увиденного.

– Мы обсуждали события, за которыми последовало твое повышение. – Сури опечалено вздохнул. Его наградили, но не повысили как Мун.

– Да, верно. То, как вы поймали Всевидящее Око, было грандиозно. Наблюдать за тобой, правда, было скучно, ведь я видел только торчащую ногу. Сури, же, здорово порадовал захватывающим боем. – сказал Уайт, похлопав по ноге Акера.

Мун непонимающе глянула на Сури. Парень еще глубже зарылся в пальто, скрывая смущение и недовольство. Уайт быстро сообразил, что напарники не делились между собой важными этапами расследования. Чтобы разговор стал продуктивным, белолицый человечек пошел на смелый шаг, решив показать запись о приключениях Сури.

Часть 2 «Наш знакомый»

Шум от голосов звезд доходил до темного чердака. Они обсуждали сложности жизни в Отделе, свою прошлую жизнь, температуру друг друга. Иногда пол издавал трещащий звук, когда какая-нибудь звезда показывала силу своего магнитного поля. В этом шуме Уайт не боялся раскрыть Хатсон все темные секреты ее напарника.

– Когда вы пробрались на склад с транспортом, я решил, что не лишним будет проследить за вами. Каково было мое удивление, когда вы заявились на поле снов. А в момент, когда Диамон опустил облачный занавес я на миг испугался. – Уайт подозвал к себе крупного дрона. Тяжелая техника удивительно тихо опустилась на пол. – Тебе стоит взглянуть самой.

– Стой, погоди! Ты следил за нами? – возмутилась Мун, хлопнув по голове коварное существо.

– Присматривал. Вы должны были знать, что я где-то поблизости. Но об этом поговорим позже. Не хочу, чтобы расследование заходило в тупик из-за недопонимания.

Умный робот принял сказанное как команду для начала демонстрации записи. Дрон повернул лопасти в сторону Мун, зафиксировав себя на полу с помощью похожих на щупальца конечностей. На невидимых от скорости вращения кругах появилась картинка. Голографический фильм в подробностях передал опыт Сури. Мун, затаив дыхание, всматривалась в запись. Ее поражало то, насколько близко была машина, которую не заметил даже Иллинт.

Появившуюся из ниоткуда девочку Мун сразу узнала. Ее она видела у Аэроплана. Но теперь у Мун возник вопрос: почему ее внешность не изменилась? Чем дольше она смотрела запись, тем меньше понимала. Гадая для чего Кошмары спасают Шумса, Хатсон долго не узнавала непримечательную фигуру в вязаной шапке, мельтешащую рядом со всеми. Даже в тот момент, когда появился Смог, Мун не оставляла мысль, что стоящий рядом с Сури человек ей знаком. Ее терзали сомнения, пока камера не повернулась в сторону человека, сумевшего остановить облака. Если одежда прежде еще оставляла тень сомнения, то лицо героя Хатсон не могла ни с чем спутать.

Заметно побледнев, девушка уже не могла ни о чем думать. Она не вслушивалась в слова, пропускала мимо кадры. Перебирая все возможные варианты причины поведения мужчины, которое Око воспринимало как Негла. Уайт, некоторое время наблюдав за Хатсон, решил остановить видео.

– Кажется, тебе уже не до просмотра. – грустно и в то же время озадаченно сказал Уайт.

– Там был… – Мун не решалась сказать. Никому из присутствующих она не верила до конца. Хотя, скрывать от собеседников тот факт, что она была в Оке и, очевидно видела Негла, бессмысленно. Но как объяснить им, что спаситель Сури и есть тот самый Прародитель Кошмаров? Словно прочитав мысли, Сури молча ожидал ответа, не отводя глаз от Хатсон. – Во Всевидящем Оке было воспоминание о Негле, чья внешность была точной копией мужчины на видео.

– Я был готов услышать эти слова и все же… Мне хотелось верить, что это человек. Сложно представить, что Негл не просто вселился в кого-то старше двенадцати лет, но и сохранил жизнь Избраннику. – Сури говорил и записывал одновременно, поэтому растерянность от услышанного менялась на сосредоточенность и обратно. Акер не один день выяснял у Советников, как выглядел задержанный и, судя по обрывистому описанию, он был похож на отважного спасителя.

– Новая информация? В таком случае для всех нас будет не лишним узнать, почему Негла еще не уничтожили. – сказал Уайт, отпуская дрона.

– Не уничтожили?! – Мун вскочила так резко, что забыла о балках и ударилась головой об одну из них.

– Если этот мужчина действительно Негл, то его держат в Отделе. Несколько дней назад мой дрон, ведомый странной энергией, залетел в часть зеркального отделения. Проскользнув мимо Иртов, он пролетел в комнату. Там, под сколами мира, сидел похожий на нашего Негла человек. Когда я увидел его, сразу же сообщил Сури, ведь именно он был вместе с ним в день спасения. Не ожидал, что вы оба знаете его. – ответил Уайт.

– Позвав тебя сюда мы хотели выяснить, кто это, но теперь возник вопрос иного рода. Зачем, а не почему? – Сури быстро исписал оставшиеся страницы блокнота. На ходу, не отрывая руки, он отправил старый блокнот в знак и создал новый в тот момент, когда надо перелистывать страничку.

– В прошлом Негл хотел защитить девочку. Сейчас он спасает Сури. Для создателя Кошмаров, эта личность выглядит слишком благородно. – Мун следила за реакцией Сури. Она считала, что если тот был знаком с Неглом, то нет ничего удивительного в спасении. Но Акер и сам терялся в догадках.

– Ты сказала, что в прошлом он спас еще кого-то. Это было частью воспоминаний, или ты сама была свидетелем этого? – спросил Уайт, заканчивая свой непонятный рисунок. Мун долго молчала, прежде чем Уайт вновь повторил вопрос.

– У тебя есть свои секреты. Ты имеешь право не говорить нам того, что считаешь нужным скрыть от остальных. Но знай, что эту тайну не раскрыть одному. – Сури боялся, что Мун решится на что-то опасное и в этот раз ее не спасут обстоятельства.

– Прежде тебе везло, но кто знает, когда удача устанет тебе помогать. Лучше к тому времени, когда Ротто оставит тебя, установить дружескую связь хотя бы с нами. – предложил Уайт.

Глядя в пустые глаза Уайта, Мун свернулась как еж. Она удобно присела на пол таким образом, чтобы свет, льющийся снизу, загадочно подсвечивал ее лицо, добавляя рассказу мрачности. Хатсон решила пересказать воспоминание о событии, которое Око показало ей в первый раз. Она специально понижала голос в неприятных для нее моментах. Единственное, о чем почти умолчала девушка – незнакомка, сопровождающая ее в воспоминаниях. Без описания таинственная женщина лишь привлекла внимание Сури, но он решил, что в данный момент есть более важный объект для изучения. Закончив рассказ, девушка грустно уперлась ладонями в колени, которые разъезжались в стороны из-за скользкого пола.

– Шестьдесят лет назад Кошмары вторглись в Отдел. После многих часов ожесточенной битвы Избранникам удалось вырвать победу из их когтей. Вдохновителем считается Негл. Организатора так и не выявили. Но, судя по воспоминанию, Негл был пассивным участником битвы. Советник же совершил деяние, о котором запрещено говорить. – рассуждал Сури.

– Хм… – Уайт выглядел озадачено. Он не мог сформулировать слова и, пока думал, почесывал свой длинный фиолетовый рог. – Советник мог поступить так только в двух случаях: либо девочка была организатором, либо была рождена в измерении Грез. Но все подтверждения существования того дня были уничтожены. Было бы хорошо узнать связь этого ребенка с Неглом. И если архивы пустуют, то только в одном месте можно проверить информацию – ячейки личных вещей в зеркальном отделении. Жаль, мои дроны в том месте всегда теряются.

– Мы нарушим правила? – колебался Сури.

– Советники нарушают правила куда серьёзнее! Я хочу узнать к чему была эта спешка? С какой целью Кошмары спасли тебя? Да, мы обошли стороной несколько правил, но это никому не причинило вреда! Сури, Отдел придумал ограничения, чтобы скрыть удобные для них секреты. Обещаю, если мы перейдем черту дозволенного, я приму всю ответственность на себя. – Мун, по привычке, хотела встать, но ушиб вовремя заболел, напомнив о балках. – Ты позвал меня сюда, чтобы выяснить правду. Мы уже нарушили немало правил.

Сердитая Хатсон довольно близко наклонилась к Сури, почти касаясь его носа. Тот отступил, сомневаясь, нанесет ли импульсивная девушка свой любимый прием устрашения, ударив его молотом или того хуже, просто отвернется от него. Гордость не позволяла ему нарушать правила, но интуиция подсказывала, что не все законы Отдела существуют для порядка.

Убедившись, что ее напарник согласен участвовать в авантюре, Мун приняла на себя распределение ролей. Зная, что Акер внимательнее и сосредоточеннее Хатсон, она решила отправить его в зеркальное отделение. Мун через приемник что-то быстро напечатала неизвестному Сури абоненту и многообещающе улыбнулась. Чтобы Шумс не поднял бунт, девушка практически выпихнула Сури к старому телепорту, стоявшему в каждом складе еще со времен строительства Отдела. Она поставила задачу немедленно проникнуть в зону потока данных и найти информацию про девочку. Шумс, не успев до конца понять намерения Мун, был успешно отправлен к цели.

Оставшись наедине с Уайтом, Мун грозно уставилась на человечка.

– Если ты доложишь об этом кому-нибудь, я найду тебя и отправлю в бездну после сна! – пригрозила Мун.

– Хорошо. – улыбнулся Уайт. – Ты хотела что-то проверить?

Мун, копаясь в памяти, пыталась распределить по важности все вопросы. Глядя на мучения собеседницы, Уайт решил предложить помощь в поиске информации о женщине, которая помогала девушке в Оке. Мун лишь покачала головой. Она не знала, где искать даже упоминание о ней. Хотя этот вопрос беспокоил Ловца, девушка стала вновь старательно вспоминать странности, случившиеся за месяц. Прокручивая в мыслях день за днем, Мун вспомнила, что все началось с послания. Кто-то знал, что она окажется во сне Дэна. Значит, возможно, этот «некто» осведомлен о большем.

– Вижу, ты хочешь решить важную проблему. – сказал Уайт, увидевший азартный блеск в глазах Хатсон.

Мун одобрительно кивнула. Она хотела дать задание и для Уайта, чтобы отвадить его от себя. Конечно же сделать это Хатсон хотела в последний миг, перед телепортацией, ради эффектного ухода и во избежание объяснений. Но он ловко встал рядом с ней в тот момент, когда девушка настраивала платформу телепорта. Обнаружив человечка рядом слишком поздно, Мун раздраженно вздохнула, но остановить телепортацию уже было невозможно. Через секунду эти двое оказались рядом с помещением, где содержат слабых Кошмаров. Это была лаборатория по изучению книжных Червей и созданию особых чернил. Там она намеревалась найти пойманного Червя и узнать, кто послал его.

Часть 3 «Завершение симфонии»

По чистому сверкающему полу шел человек, оставляя за собой угольные следы. Его одежда и часть лица, которая в тот злополучный момент была неприкрыта, так же испачкалась в саже. Медленно идущие по следу несчастного Кори, Мун и Уайт всячески «подбадривали» ученого шутками и расспросами.

Этого исследователя ребята встретили в тот момент, когда телепортировались к отделу по изучению книжных Червей. Рассуждая, как зайти внутрь, они заметили черную надвигающуюся тень. Мун создала свой меч, чтобы пригрозить аномалии. Но, как только тень подошла ближе, девушка разглядела в нем человека. И не просто человека, а Эмиля Флама, который вместе с Инструкторами организовывал экскурсию. Его яркие когда-то волосы покрылись сажей, халат подгорел, как и штаны. Только ботинки оставались неизменно черными в любом неудавшемся эксперименте.

– Ой, Эмиль, выглядишь неважно. Что в этот раз послужило причиной, как ты выражаешься: «термической реакции»? – издевался Уайт. Игнорируя неприятные шутки, Флам направился в лабораторию.

– Подождите, пожалуйста! – крикнула Хатсон. Эмиль остановился. – Вы не могли бы помочь найти Червя? Я поймала его всего месяц назад. Нам очень нужно расспросить его о хозяине.

– Это новое задание Советника? – устало спросил Кори.

– Нет. Моя собственная прихоть. – убедившись, что Эмиль не двинулся с места, Мун шагнула вперед.

Выслушав описание Кошмара, пойманного Мун, Эмиль открыл двери в лабораторию и пригласил войти внутрь. Белоснежные гладкие стены и пол отражали весь свет в округе, создавая впечатление, что вся комната – один большой прожектор. На полу был рассыпан порошок, состав которого действовал на Червей также, как соль на улитку, а именно вытягивала жизнеобеспечивающую жидкость, мумифицируя тело Кошмара. В несколько рядов у стен и по центру комнаты были прикручены прозрачные трубы, в которых извивались Черви самых разных размеров. Рядом с дверью стоял высокий ящик – компьютер, соединенный с архивом, и несколько длинных столов, на которых ровными рядами стояли колбы, наполненные темной жидкостью.

Пока Мун рассматривала помещение, Эмиль успел отмыться от следов взрыва. Чтобы ускорить процесс, Кори попросил гостей посмотреть, есть ли среди Червей поблизости нужный. Неизвестно, почему Эмиль легко согласился помочь. Возможно, последние дни на работе в Отделе и на Земле забрали его последние силы, поэтому ученый хотел отвлечься.

Уайт весело умчался в дальний угол. Его привлекла доносящаяся оттуда песня. Запертые Черви чаще всего были объектами не испытуемыми, а перерабатываемыми. Из них Избранники создавали специальные чернила, которые, изменяя пространство бумаги, проявлялись по команде, которой как раз служила мелодия.

Чтобы получить бутыль чернил, Червя прессуют, как подсолнух при добыче масла, превращая тело Кошмара в густое черное-синее вещество. Однако, без самосознания, жидкость, состоящая из хаоса в любой момент способна исчезнуть или написать нечто нечитаемое. Чтобы контролировать процесс шифрования, Червям, еще при жизни, задают звуковую команду. Этим звуком является музыка, которую на протяжении нескольких месяцев, бесконечно повторяя мотив, оставляют наедине с Кошмаром. В финале получается продукт, который проявляет чернила только тогда, когда слышит заданный Избранниками мотив.

Мун внимательно обходила Червей. Кошмары извивались в прозрачных трубах, шипя и скалясь на Ловца. В некоторых колбах Черви прятались, сворачиваясь клубком. В таких случаях Мун стучала по стеклу, привлекая внимание монстров, как будто играла с аквариумными рыбками. Но ни одна курносая морда не походила на ту, что в первую ночь победила девушка.

– Хатсон, вы уверены, что указали верную дату или описание? – выкрикнул Флам из-за угла архивной стойки.

– Конечно! Я не забуду свою первую смену! – Мун оставила попытки найти свой трофей и подошла к ученому. Из-за высокого белого ящика торчало лишь рыжее афро и тонкое запястье руки хозяина кабинета.

– Боюсь, у Кори нет данных. В тот день, следуя хронологии записей, не поступали Кошмары, подходящие под описание. И еще… Редкое синее пятно на голове свидетельствует о том, что ваш Червь – особый вид, который я точно запомнил бы. – сказал Эмиль, заново проверяя данные. На негодование Избранников примчался Уайт, довольный своим музыкальным перерывом.

– Червь с синим пятном? Говорят, из них можно получить чернила, которые впитаются даже в камень. А их искривления пространства, которые ярче проявляются у данного вида, до конца не изучены. И почему, такого редкого Кошмара нет в данных? – возмущался Уайт, вставая на цыпочки, чтобы дотянуться к экрану ящика и самому проверить записи.

– Хороший вопрос, но я не в силах на него ответить. Возможно, наши распределители решили, что этот Кошмар пригодится другой исследовательской группе. – озадаченно рассуждал Флам, стряхивая с архива настырного человечка, рожки которого сильно мешали работе. – Простите уж, но больше сказать не могу. Хотите, я свяжусь с вами, если узнаю больше?

Мун напоследок оббежала помещение, пока Уайт, добившийся от Эмиля доступа к архиву, самостоятельно исследовал паспорта Кошмаров. Спустя пару часов оба вернулись ни с чем. Но девушка не собиралась сдаваться. Мун решила найти тихое место, чтобы убедить Уайта отследить перемещение своего трофея в день поимки. Уайт, по выражению лица девушки, сразу понял, что у нее на уме. Секунду раздумывая, человечек решил помочь Хатсон.

Покинув лабораторию, Уайт и Мун направились на склад, такой же, как чердачная комната, в которой недавно дети строили свои планы. Спрятанная рядом с висящими звездами дверь была заметна, но для Отдела, где находилось с сотню тайных ходов, эта круглая дверца не вызывала подозрения.

В этот раз они не использовали телепорт, а поднялись по шаткой лестнице. Чтобы создать ее, Уайту пришлось вызывать в подмогу своих верных летающих помощников. Отстучав азбукой Морзе слово «подмога», мальчик отдал команду приборам. Несколько дронов словно приклеились к стене, а после, крепко ухватив необычный материал, стали вытягивать его, создавая недлинные выступы, уходящие от пола к потолку. Шагать по тонким отщеплениям стены Мун еще не приходилось. К тому же их толщина была настолько мала, а проход узок, что девушка с трудом удерживала равновесие.

Комната, в которую вошла Мун, оказалась просторнее предыдущей и полностью изолированной от света. Через балки провисали провода, на стенах были закреплены странные кольцевидные датчики. В углу склада стоял экран и, похожие на сервера, маленькие ящики, размером с альбомный лист. Все устройства почти бесшумно гудели, иногда издавая звук, похожий на писк мышонка.

– Теперь, увидев это, тебе предстоит путь лжи и обмана. – сурово проговорил Уайт, убирая ногой провода с пути. – Ладно, не переживай. Просто сохрани в тайне мои «рабочие кабинеты». Не хотелось бы чтобы Советники начали стучаться ко мне каждый раз, когда запрашивали помощь.

Мун осторожно, подсвечивая созданным фонариком окружение, перебиралась через комки переплетенных проводов и недействующих дронов. Пройдя препятствия, она присела рядом с экраном в ожидании появления картинки с записью о Черве. Но, вместо шпионского видео, на экране появилось анимационное солнышко.

– Приветствую, наставник. У меня для вас есть 200 неважных, 15 интересных и 1 неотложная, требующая рассмотрения новость. – объявил приятный женский голос. Один из лежащих дронов повернулся в сторону Мун. Девушка дрогнула, но сдержала желание выстрелить в машину. Находясь в странной комнате, Хатсон боялась разрушить единственную надежду найти Червя. – У нас гостья? Как очаровательно. Сначала тот мальчик, теперь и она.

Казалось, голос издавала не машина, а настоящая леди, сидящая по обратную сторону экрана.

– Знакомься, это Роса. Тебе не понравится то, что я скажу, но она Иллинт появившийся от страха перед лицом искусственного интеллекта. Это существо – точно не проявление добра, и в свое время она пыталась захватить власть над миром, но быстро поняла, что может вселяться только в технику, а значит попасть на Землю не сумеет, ведь ее код попросту невозможно даже скопировать. Поэтому мы заключили договор, что она поселится в приборах Отдела, а в обмен будет помогать с работой. Поверь, Роса уже давно не поняла, что управлять человечеством… ей не выгодно. В какой-то мере я, кажется, исцелил ее. – сказав это Уайт пригнулся. Но Хатсон безмолвно стояла, глядя куда-то в пустоту. Она не могла решить, что ей делать дальше.

– Роса?! Никогда не слышала об этом Кошмаре. Неужели ты не рассказал о ней Советникам?! – начала сердиться Мун.

– Конечно нет. Если ее обнаружат, мы повторим трагедию прошлого. И в этот раз жертвами будут не только люди в Грезах. К тому же… – Уайт осторожно выпрямился, стараясь не провоцировать девушку. – Я не собираюсь смотреть, как тебя пытаются подставить! Я не допущу, чтобы Избранники приняли решение, о котором будут жалеть вечность. Если не хочешь, не верь. Просто позволь помочь.

Мун, в знак согласия, кивнула. Хатсон не была готова принять поддержку, и все это красноречие она приравнивала к смраду. Отвратительная ложь, которую тщетно пытаются прикрыть благородством вызывала у девушки лишь отвращение и желание убить обманщика. Но, оглядываясь назад, она понимала, что от нее часто скрывают судьбоносные решения. Даже в тех случаях, когда они касаются непосредственно ее. Сколько бы людей не встречались на пути, каждый, почему-то, знал о Мун больше, чем она сама.

– Хотелось сказать позже. – накрыв голову руками сказал Уайт. Мун глянула вниз. По ее глазам можно было понять, что она чувствует только недоверие и печаль. – Это неприятно слышать, но, когда ты появилась в Измерении Грез, первой мыслью Советников было оставить тебя.

– Поправка. – сказал голос Росы. – Согласно закону о равенстве, возраст, раса, статус на Земле или фамильная принадлежность не влияют на работу Избранника и игнорируются при обучении.

– Да, верно. – шепнул Уайт, отгоняя от Ловца медленно приближающихся к ее ногам дронов, контролируемых любопытным Иллинтом. – Будь при твоем появлении меньше свидетелей, они бы бросили тебя на смерть. Но ты появилась почти у порога башни. Поэтому у них не было выбора. Однако, для большинства Советников это большая проблема. Мун, им не нравится ваша семья потому, что вы примыкаете к хаосу. Они не упустят шанса, чтобы убрать тебя… навсегда. И заодно добавить в свой послужной список очередной подвиг.

– Откуда такая информация? Или твои разведчики существовали во времена основания? Почему бы нам просто не положиться на твою Росу и не решить дело? – больше, чем злость, Мун разъедала обида, которая вытекала почти незаметными одинокими слезами. Она хотела ударить существо, но, подняв руку, не смогла ее опустить. Ее сковывало осознание того, что сила, способная решить все проблемы, не может дать ответы. А холодный ум обжигает сердце, заставляя лишь погружаться в печаль, натягивая фальшивую улыбку.

– Записей и данных о том времени не существует. Роса функционирует всего восемь лет. – успокаивал девушку Уайт, жестами запрещая Росе давать какие-либо исправления к речи. – Хатсон – узнаваемая в кругу Советников фамилия. О вашей связи с тьмой мира известно еще с первого поколения Избранников. Мне посчастливилось узнать об этом только по одной причине. Когда весть о Негле была озвучена на Совете, я впервые получил приказ о прекращении слежки за определенным человеком. Забавно, что в итоге я сейчас разговариваю об этом с ним.

Восемь лет? Мун невольно задумалась о родителях. Они пропали три года назад, как раз перед той ночью, когда Грезы избрали девушку на роль стража. Значило ли это то, что Роса видела, что произошло в измерении? В любой другой момент она бы взмолилась с просьбой открыть ей этот секрет. Но этот страх… Даже Кошмар считает ее приспешником тьмы. Словно прочитав ее мысли, Уайт только грустно отвел взгляд. Он действительно видел, что произошло в ту ночь, но просто не мог сказать девушке правду. Ведь, истина казалась жестокой и неправильной. Оба Хатсон вышли за пределы облачной границы Отдела и ушли в измерение Грез. И пусть на то были свои причины, они оставили свою дочь в мире, который ее так ненавидел.

Гнетущую атмосферу нарушило прибытие Сури. Акер уже бывал в этом месте, пока расследовал случай своего спасения и знал, как подзывать дронов на помощь. Сури выглядел уставшим и испуганным. У него была информация, которую парень хотел выложить, не выходя из дверной рамы. Отдышавшись, Сури хотел восхищенно воскликнуть, но заметил, что его напарница на грани нервного срыва. Неизвестная ему боль заставляла девушку продолжать смотреть на мир сквозь слезы. Сури встал и направился к Хатсон, зная лишь то, то, даже если ей не хочется, ему нужно поддержать ее. Шумс опустил напряженную руку Мун и обнял девушку. Без слов он извинялся за то, что бессилен перед проблемами друга. Двое стояли посреди темной комнаты, каждый со своим секретом, который они точно друг другу расскажут.

Глава 11 «В отражениях»

Грань: «Шифры»

Возможно, ты это знаешь, но все же я хочу напомнить, что язык Грез понимает каждый. Универсальный набор звуков, которые побуждают у нас ассоциации с определенными чувствами, образами в голове, предметами или явлениями. Если я скажу что-либо на языке Грез, ты в точности представишь себе сказанное мной, без единого искажения. Самый чудесный язык, который, к сожалению, понимают и Кошмары.

Чтобы наши послания не прочел враг, во время передачи, Избранники используют специальный шифр. Уникальная разработка, основывается на совмещении первого языка человечества и математики. Сами символы похожи по написанию на старые арабские цифры, с редкими прямыми и удлиненными завитками.

Основной, самый крупный символ – главное сигнальное слово предложения. После главного символа строится последующее дополнение, в форме нескольких символов поменьше, пишущихся друг на друге, как дроби. Дополнения нужны в том случае, когда основное указание не может передать всю глубину замысла писца. Если есть незначительные дополнения, например предложение как ускорить задачу, то в верхнем правом или левом углу сигнального слова ставится соответствующий небольшой символ.

Что, голова заболела? Язык шифровки поначалу кажется сложным. Многие Инструкторы жалуются, что их протеже не желают его осваивать. Однако, когда ты наконец разбираешься, то уже не можешь остановиться в его использовании.

Гуляя по Отделу можно заметить много зашифрованных посланий, говорящих нам о пустяковых наблюдениях: «Я вчера досмотрел сериал, но он ужасен. Не советую вам». И в нашем мире я не раз встречал эти шифры, с таким же бессмысленным или важным значением.

Часть 1 «Звездный настил»

Воодушевленный своей новой задачей, Сури спешил в зеркальное отделение. Изнутри его терзали сомнения, из-за чего, при каждом шаге, Акер почесывал кисть руки. Пересилить свое желание следовать правилам ему было тяжело. При каждой мысли он утешал себя тем, что уже не раз проникал в архивы без разрешения Инструктора.

Со стороны коридора, зеркальное отделение выглядело как обычный кабинет. Белая прямоугольная дверь по бокам была покрыта маленькими прозрачными камнями, похожими на ледяную корку. Дернув ручку, Сури обнаружил, что единственный ход заблокирован. Обходя запертую дверь, парень размышлял как попасть внутрь. В зеркальном отделении безопасно могли находиться только высококлассные специалисты, в ряды которых он еще не входил. После очередного обхода, Сури постучал по замку, пытаясь разглядеть, что находится за дверью. Пока Акер испытывал на прочность преграду, к нему подбежал улыбчивый парень в черной кожаной куртке. На его голове высилась неповторимая шляпа с закругленной тульей и широкими плоскими полями.

– Привет, ты должно быть Сури? – без разрешения парень крепко пожал руку Шумсу, а после, поправив детективу рукав, с поклоном представился. – Мое имя – Геут Ниса. Меня прислала к тебе на подмогу Мун. Она не вдавалась в подробности, но, как я понял, ситуация непростая. – Прыгун, словно задумав какую-то шалость, подошел к двери и стал ковырять замок своей необычной отмычкой, созданной властью Грез.

– Тебя прислала Мун? И ты решили помочь, даже не разобравшись в ситуации? – Появление друга Хатсон не на шутку напугало Сури. Он не мог понять, каким образом девушка с легкостью доверила их тайну человеку, непричастному к расследованию.

– Сури, ты хочешь, чтобы я ушел? – недовольно проворчал Геут, не прерывая попыток взлома. – Пойми, когда друг просит тебя совершить нечто опасное и не поддающееся логике, ты все равно помогаешь. На то она и дружба, чтобы доверять друг другу. К тому же, во время курсов, я и не на такое подталкивал Мун, а она терпеливо соглашалась. Так что, я просто отплачиваю ей той же монетой. Понимаешь?

Геут старательно выкручивал замок. Наблюдая за ним, Сури переосмысливал их отношения с Мун. Ему было обидно, что девушка всегда недоговаривает ему правду, скрывает эмоции и пытается избежать общения. С другой стороны, Акер понимал, чем Геут от него отличается. Что он сделал, чтобы назвать себя товарищем Хатсон? Считается ли их общее дело достаточно крепкой связью, чтобы назваться чем-то большим, чем напарниками? Подавляя меланхолическое настроение, Сури решил сосредоточится на поиске.

Замок поддался и Геут, чуть приоткрыв дверь, пролез в щель. Сури быстро пробрался за ним. Внутри зеркальный отдел был удивительно похож на прорубленный в белом сапфире коридор. Звезд нигде не было, как и фонарей. Свет и тепло излучал сам камень. Грани стен отражали друг друга, но внутри них, вместо людей, повторялись их тени, глядя на проникших без спроса Избранников. Тысячи коридоров расходились и сходились обратно. Место без карты, без ориентиров было красивым, великолепным лабиринтом, в котором могли найти нужные для себя мастерские исключительно Ирты или Избранники, которых не раз провожали до цели. Но Геут, без волнения, направлялся то к одной зеркальной поверхности, то к другой.

– Мне сказали, что вы хотите отыскать человека, но почему бы не пойти в архивы? – спросил Геут, потирая нос.

– Меня сюда так скоропостижно отравили, что я опомниться не успел. – пожаловался Сури. – Но я бы не пошел в архивы. Во-первых, Турсун сдал бы меня, как только я приблизился бы ко входу. А во-вторых, мы хотим найти информацию, а не просто табло с именем.

– Так вот, что вы затеяли! – Геут повеселел. Поправив белые перчатки, Ниса побежал вперед. Акер бросился следом. – А я гадал, почему вы не позвали Ирта на подмогу, а обратились ко мне. Не переживай, я знаю куда тебя вести. Одна из моих сестер когда-то была избранником и я, пока искал ее «сокровище», перешарил половину ее хранилища. Просто следуй за мной!

Сури послушно следовал за Прыгуном. Во время пути он несколько раз пытался спросить, откуда Геуту известно направление, но Ниса только и отвечал, что у него была насыщенная и богатая на события учеба.

С каждым шагом окружение менялось, как картинка в калейдоскопе. Зеркальные поверхности отражались друг в друге, изменяя тропу. Чтобы случайно не удариться о стекло, Сури вытянул руку. Геут же уверенно продолжал путь, словно гуляет по обычной парковой дорожке. Проходя небольшое расстояние, Ниса подносил ко лбу ладонь, словно вглядываясь куда-то вдаль, подпирая второй рукой подбородок. Сури сложно было понять для чего проводник совершал это действие, однако, на всякий случай, он иногда повторял за ним.

В измерении Грез есть много мест, где можно сохранить о себе информацию. Око собирает воспоминания, архивы документируют историю, а еще есть особый склад, спрятанный в зеркальном отделении, прозванный «море звезд». В нем само измерение Грез сохраняет связанные с Избранником вещи, которые желает увековечить. В каждой ячейке может находиться что угодно: совместная фотография важного момента, искусанная Кошмаром майка, подарок от Советника или простая безделушка, найденная у портала.

С каждым поворотом Сури все больше погружался во тьму, словно юноши спускались в океанские глубины. Отражения становились все темнее. Даже граница между полом и стенами стала еле различима.

– Значит, вы хотите покопаться в вещах незнакомой маленькой девочки? – неожиданно спросил Геут, прикрывая воротником куртки улыбку. – Бесстыдники.

– Это неуместная шутка. – Сури чувствовал напряжение. Гнетущая атмосфера исходила от черных зеркал, звуков ударов подошв о камень, теней, гуляющих внутри стен.

– Грубость тебе друзей не подарит. – заметив волнение Сури, Геут постарался его утешить. – И, если ты не внимателен к правилам, то напомню, что распоряжаться СВОИМИ вещами из Моря звезд не возбраняется. Расслабься.

– Если бы вход был свободным, нам бы не пришлось взламывать замок.

– Мне бы не пришлось. – ударив ногой о стену, сказал Ниса. Отражения совсем пропали. В темноте была еле заметна огромная вертикальная поверхность, служащая дверью в Море звезд. Ее неотесанные, грубые края и шероховатая ручка чуть мерцали от доходящего издали света. – Сури, прежде чем мы войдем туда, скажи, ради кого ты это делаешь?

– Ради кого? Ради правды, а не кого-то определенного. Мою жизнь перевернули с ног на голову одним событием, поэтому, я хочу узнать правду! – стараясь не повышать голос, ответил Акер. Когда его жизнь висела на волоске, монстр обратился спасителем, а Отдел кровожадным палачом. Вопросы возникали в голове непрерывным потоком. И все, к чему мог прийти Сури – истину откроет только его напарница. – Это уже нечто большее, ем задание.

– Одним событием, говоришь? – усмехнулся Геут. – Встреча с Мун оказала настолько глубокое впечатление?

– О чем ты? Я говорю о Кошмарах. Об этих невероятных приключениях на границе и нашем расследовании внутри Отдела! – возмущался Сури, вспоминая яркие и не всегда приятные воспоминания.

– Вижу вас действительно потрепало. – усмехнулся Геут. Темноволосый парень приблизился у Акеру, словно пытаясь вглядеться в скрытые во мраке глаза собеседника. Но даже не видя, Сури чувствовал язвительную улыбку Нисы. – Я говорю о том, что твои действия переходили границы еще до того, как ваша миссия завершилась. Обманывай себя сколько угодно, а Прыгуны сразу видят, ради чего рыцари идут на сражение с драконами.

– Верь во что угодно. Я стремлюсь к истории. – Сури опустил голову. Ему казалось, что для девушки, Акер был не более, чем коллега, случайно затянутый в ее приключение. Он был благодарен судьбе за знакомство с Хатсон, но знал, что, как только расследование закончится, их пути разойдутся.

– Неизбежное не получится оттягивать вечность, товарищ мой. От самых ценных фаворитов тяжело добиться признания, уж поверь. Но, если все время отстраняться, партнер никогда не узнает о чувствах. Понимаешь? Любовь обоюдна. – Геут на миг прислушался, нет ли поблизости людей. Он весь путь следил за зеркалами и шумом. Даже старался меньше дышать, чтобы не отвлекаться на собственно издаваемые звуки.

– По правилам Отдела, мы не должны интересоваться личной жизнью другого, если тот не готов поделиться сам. – упрекнул собеседника Сури, отворачиваясь от него к стене, чтобы больше не ощущать на себе изучающего взгляда Нисы.

– О, так я не прогадал? – усмехнулся Геут, вгоняя Сури в краску. В этот момент Акер был благодарен непроглядной тьме за то, что она скрыла его багрянец. – Она тоже на это ссылается…

Геут прокрутил ручку и выдвинул ее вперед. Дверь, словно состоящая из треугольных осколков, потянулась за ручкой. Скрываясь в кромешной тьме, дверь расползлась по стенке, открыв проход.

– Ты нерешительный, но смелый, раз согласился работать с Мун. – будто издеваясь рассуждал Ниса. – Об отношениях семьи Хатсон с Кошмарами история рассказывает много интересного. Например, что один из них участвовал в мятеже, другой сговорился с Кошмарами, чтобы проникнуть в мир Грез за облаками, а третий был готов пожертвовать почти всеми людьми ради желания Иллинта. В любом случае, подумай, для кого ты ищешь правду. Для себя или для нее.

Сури еще не мог прийти к решению, дать тот ответ, который примет сам. Но точно знал, что не меньше, чем пролить свет на истину, он хочет продолжать расследование. Продолжать, как можно дольше.

Часть 2 «Море звезд»

Открыв дверь, двое шагнули в безмолвную бездну. Сперва, не привыкшие к темноте глаза, различали только тонкие полосы света, плывущие где-то далеко в черном пространстве.

Геут, как и много раз до этого, создал крепкий крюк и привязал нему канат из мифтодии. Проверив крепкость узла, Прыгун повязал себе и Сури веревку на пояс, как страховочный трос.

– Зачем это? Я слышал, что в Море звезд проложены мосты. – удивлялся Сури, разглядывая слабо светящуюся веревку.

– Ты хочешь, чтобы наш труд оказался напрасным? – Геут вытащил из знака месяца черную краску, чтобы покрыть ею мифтодию. – Если мы пойдем по мосту, Ирты быстро нас обнаружат. Я не для того нас обходным путем вел, чтобы после выхода на Совет отправиться.

– Хочешь сказать, есть способ перемещаться без мостов? – Сури взглянул на золотые струны, сверкающие вдали. Они казались недосягаемым и таинственным скоплением света.

Сури, не осмеливаясь шагнуть в сторону, наблюдал за Геутом. Под ногами еще твердая поверхность в любой момент могла прерваться. Неизвестная бездна не издавали ни звука, отчего казалась еще более зловещей.

– Любишь экстремальный спорт? – спросил Геут, снимая с головы шляпу. Сури активно замотал головой, пытаясь отговорить проводника от неизвестной ему пока авантюры. Притворившись, что не видит в темноте или же намеренно игнорируя, Ниса подул в шляпу, как если бы это был обычный шарик.

Шляпа податливо стала растягиваться. Ее тулья вздувалась, становясь все больше и шире. Поле медленно отходило от стенок, цепляясь за края шляпы нитками, постепенно превратившихся в стропы.

Покраснев, мальчик довольно прокряхтел. Он отпустил головной убор, ставший настоящим черным воздушным шаром, и пригласил Акера внутрь. Неуверенно Сури вступил в качающуюся корзину, такую же мягкую, каким изначально был материал шляпы.

– Быстрое изменение предметов? Поддерживать шар будет сложно. У тебя может не хватить сил! – переживал Сури.

– Пустяки, я часто посещаю это место, чтобы посмотреть на свои вещи, которые измерение Грез считает слишком важными, чтобы отдать мне. – Геут потянул один из канатов, и воздушный шар послушно полетел в сторону линий света. – Чтобы нас не заметили, нужно не засветиться. Но весь день я с тобой провести не хочу, поэтому укажи направление.

– Я не знаю. – печально ответил Акер. – Я впервые здесь. Нам нужно найти девочку, которую убили шестьдесят лет назад, во время бунта.

– Ты хоть представляешь сколько в тот день было жертв? Даже если это ребенок, в Море звезд, она равняется со всеми. Мне нужно знать, в какой структуре она работала, где проводила больше всего времени в Отделе. Просто спустившись в поток времени, мы не отыщем вещи девочки, если только не переберем все ячейки. Неужели, за время расследования, вы даже имени ее не узнали? – заметив ступор Шумса, Геут понял, что ответа ему не дождаться. – Ладно, давай посмотрим, кто мог оставить последний свет, до сих пор откликающийся в людях.

Сплетающиеся нити, по мере приближения, становились ярче. Стало видно, что они состоят из множества огней света, похожих на звезды. Одни сияли ярче, другие тускнели. Над звездами были проложены мосты. На мостах стояло несколько Избранников в светоотражающих костюмах, похожих на форму пожарных. В руках они держали длинные шесты с ковшами на конце. Эти нехитрые приспособления предназначались Иртам для ловли своих неуклюжих товарищей, случайно поскользнувшихся на мосту.

Когда шар подошел достаточно близко, оказавшись в поле зрения наблюдателей, Геут изменил внешний вид шара, покрыв его свето-поглощающим составом. Он направил воздушное судно к свету. Аккуратно лавируя между одиночными звездами, шар доплыл до яркой высокой стены, настолько огромной, что вершина звезд, сколько ни поднимай голову, все время уходила куда-то ввысь. Почесав затылок, Ниса, как художник, с помощью пальца примерил расстояние до желаемой точки.

– Держись крепче и не издавай ни звука! – приказал Геут.

Ухватившись за две стропы, парень резко потянул их на себя. Шар натянулся и с тихим хрустом разорвался с тыльной стороны. Воздух, наполненный властью Грез, стремительно вырвался из щели. Шар с невероятной скоростью полетел вдоль стены. Еле сдерживая крик, Сури вопил про себя от ужаса. Геут же, наслаждаясь испытанием, широко улыбался и еле терпел, чтобы не захохотать. За несколько секунд ребята совершили путешествие в несколько десятков метров. Заметив, что шар вскоре достигнет запланированной точки, Геут ослабил хватку и молниеносно затянул брешь.

От нелегкого полета Сури никак не мог оправиться. Его волосы вспушились, а на одной из прядей, кажется, проглянул седой волосок. Приводя себя в порядок, Акер не осмеливался встать, вцепившись рукой в корзину. Сури посмотрел на пояс, где продолжала провисать мифтодия. Веревка, словно бесполезный шнур, уходила далеко в темноту, ни капли не натягиваясь, даже после дальнего полета. Геут же посвятил все свое время наблюдению за внутренним движением огней.

– В тот день погибло более десяти тысяч человек. Это рекордно много, по сравнению с обычным годом. Около тридцати из них – дети до десяти лет. – улыбка Ниса пропала, когда он заметил, как много следов света завершили свой путь в этом промежутке времени. – Найти девочку будет непросто, если вообще возможно.

– Как ты впервые нашел себя? – спросил Сури, прикасаясь к свету. Рука прошла сквозь лучистый шарик. По ладони пробежали лучи света, остановившись у локтей. Они оплели руки Шумса, воссоздав в них сперва светящейся, но вскоре потухший сундучок с вещами.

– Интуитивно. – Геут указал на нос и быстро отвернулся к стене. – Но, когда знаешь, что ищешь, можно выстроить путь. Это один из приемов Избранников. Ведь власть Грез и Море звезд работают по одному принципу. Вот только мы создаем предметы из чертежей и воображения, а это место берет свой источник вдохновения в наших душах.

– Но информации недостает. – Сури отпустил сундук, предварительно заперев его обратно. Предмет вновь обратился светом, вернувшись на место. Акер не знал, что поступил правильно. Ведь, если не закрыть сундук, ячейка останется дрейфовать, раскидывая по бездне все личные вещи человека. – Нам придется проверять все эти звезды?

– Если того потребуют обстоятельства. Мун сказала, что вы ищете выделяющуюся персону. Давай посмотрим, какие звезды отличны от остальных. – Геут плавно направил шар в стену звезд.

Словно повторяя завихряющиеся узоры космоса, звезды окружили воздушный шар. Сури прикоснулся к большому, яркому огоньку. На удивление Акеру действительно попался ребенок, однако это был мальчик девяти лет. Целый час Сури и Геут хватали звезды, чтобы найти подходящую под описание девочку. Несколько находок, которые возможно опознала бы Мун, Сури записывал в знак, копируя вещи из сундуков, чтобы потом изучить их вместе с остальными.

Некоторое время спустя Сури заметил странный, еле заметный след. Тусклый свет был настолько слаб, что виднелись лишь желтые закруглённые края, бликующие от соседних огней.

– Посмотри, там что-то есть. – оповестил о находке Сури.

Геут сощурил глаза, чтобы поймать призрачный блеск света, но так и не смог увидеть. Ниса решил, что лучше довериться парню и направил шар в сторону невидимого объекта. Сури, с помощью слов и жестов, координировал рулевого очень осторожно, чтобы не потерять из виду ячейку. Когда корзина шара почти состыковалась с искрой света, Геут тоже заметил особенность этого хранилища.

– Почти прозрачен! Надеюсь, мы сможем ухватить его. – Геут опустил воздушный шар, чтобы предоставить Акеру возможность дотянуться до света.

Сури, перевесив пол тела через корзину, замахал руками, в попытке поймать хранилище. Вытягиваясь все дальше, Сури не заметил, как чуть не выпал. Хорошо, его спас быстрый Прыгун, потянувший Шумса за край пальто. Сури на миг испугался, глядя в минувшую его бездну. Плечи и бока сильно защипало от резкого рывка. Акер на миг задумался, почему Геут не использовал страховочный трос по назначению, но вспышка соседнего огонька вернула концентрацию Сури.

Не с первой попытки, но все же Сури удалось зацепить лучик света. Яркие, скрытые ранее, полосы сразу же охватили руки и создали самый тяжелый сундук, из тех, что когда-либо держал парень. Акер вновь чуть не выпал от неожиданно навалившейся тяжести, но Геут вовремя обхватил его за пояс и потащил на себя. Упав, детей придавило забитым до краев сундуком. Он, не выдержав встряски, раскрылся, завалив пассажиров вещами хозяина.

– Как много вещей. Впервые вижу, чтобы моя корзина прогибалась. – заметил Геут, поправляя куртку после удара.

Сури убрал воздушную ткань, бывшую когда-то рубашкой, которая первой вылетела из сундука, словно была ожившим преведением. Вслед за легким одеянием посыпались маленькие цветные стеклянные шарики, разбежавшиеся по корзине шара. На поверхности сундучка лежала пара резиновых сапог, карточка из архива с общей информацией об Избраннице, стопка фотографий и самодельная гирлянда из флюоресцентных кусков бумаги. За ними находилась бутылочка с яркой алой жидкостью, мерцающей от огней вокруг, несколько камней, похожих на опалы, мешочек с ватными перламутровыми облаками и много растений, непохожих ни на что земное.

– Форн Янар… Судя по фотографии, это девочка как раз лет десяти. Не думал, что карта личной информации из архива может стать важным памятным событием. – сказал Сури, проворачивая полупрозрачную карту с пульсирующей белой полосой света на краю. – Была Избранницей всего три года.

– А я считал себя эмоциональным барахольщиком. Судя по количеству вещей, эта девочка каждую неделю оставляла памятный след. Я такой чемодан только через десять, а то и пятнадцать лет соберу. – усмехнулся Геут, вытаскивая из похожего на лиану растения, складной табурет.

Сури посмотрел на фотографии. Где-то в саду стояли двое людей. Их улыбки завораживали, а счастливый взгляд невольно заставлял переживать радость того момента. Одним из них была девочка, со сверкающими черными глазами, вьющимися голубыми волосами с рыжими концами. Она стояла неуверенно, сжимая юбку длинного белого сарафана. Внешность второго человека удивила Сури. Накинутый вязаный шарф и мохнатые розовые ушки купались в солнечном свете неизвестного места. Одного из своих спасителей он не мог забыть. Акер сразу понял, что поиски девочки завершились. Узнал, что она была не случайной невинной жертвой.