Czytaj książkę: «В горах моё сердце»

Глава 1. Новый знакомый

Парень посылал Лене пламенные, заинтересованные взгляды, но получил в ответ полное безразличие. Встретившись с ним глазами, она сначала замерла от неожиданности, а потом вовсе отвернулась в другую сторону и стала внимательно изучать меню на стенде студенческого кафе.

Такого пренебрежения к своей персоне с ее стороны он явно не ожидал и решил перейти в наступление. В прямом смысле этого слова

В кафе было многолюдно, что не удивительно ведь оно находилось прямо напротив университета и манило голодных студентов доступными ценами, хорошей кухней и приятной обстановкой. Лена стояла в очереди возле стойки заказов, ждала своей очереди и, казалось, что выбор блюд занимал все ее внимание. Краем глаза она наблюдала за ним. Красивый. Он «случайно» налетел на нее, будто его толкнули. Она машинально обернулась, и взгляд ее уткнулся его в густую короткостриженую бороду отливавшую рыжиной.

– Я не ушиб вас? – шепнул он ей и постарался сделать так, чтобы борода щекотно прошлась по уху.

Лена отступила от него на шаг и подняла взгляд выше, спокойно посмотрела в его карие глаза. Он был достаточно красив для того, чтобы сердце Лены на миг сжалось от эстетического экстаза, а сознание впало в кратковременный ступор. Лена одернула себя. Нечего корчить из себя восторженную дурочку.

– Нет. Все в порядке.

Рядом пара парней громко обсуждала предстоящий заказ.

– Давид, на вынос возьмем, здесь мест нет, – донеслось до Лены.

Парень оторвал от Лены взгляд и отрицательно мотнул головой. Не согласился с приятелем.

– В машине не в хочется есть.

Дальше Лена слушать не стала их перепалку. Подошла ее очередь сделать заказ. Взяв номерок, она вернулась к своему столику, где ее ждала единственная подруга и по совместительству невеста брата. Очень хотелось обернуться и посмотреть на этого парня еще раз, но Лена стеснялась того, что он заметит ее интерес к себе. Будет очень неловко, если ее поймают за подсматриванием.

– Все распоряжения выполнены, – Зарина с торжественным видом разложила перед собой бумаги.

– А я сделала заказ, – Лена поставила номер заказа на стол.

Смотреть на деловую, красивую и умную девушку было одно удовольствие. Не удивительно, что Заур фанатично добивался ее расположения и не хотел видеть рядом с собой кандидаток, которых ему предлагали родители. Его любовь, к счастью Лены, победила.

– О! Отлично. Давно не ходила в кафе просто так. Всегда по делам. Встретиться и договориться с кем-нибудь.

– Ты и сейчас по делам, – Лена кивнула на документы усеявшие стол.

– Это другое. Итак, я все проверила. Документы на дом в порядке, долгов по коммуналке нет. Правда продавец слишком уж спешит завершить сделку. Мне это не нравится. А еще она сама, как её… Анжела!.. не внушает доверия. У меня на аферистов нюх. Вот не могу понять, в чем подвох. Я запросы везде отправила. Дом чист. Ты туда ездила вообще? Может, там и дома никакого нет, только развалины?

– Я ездила. Добротный домик. В самый раз для дачи.

Лена влюбилась в этот домик в горах с первого взгляда. Маленький, выстроенный из серого камня. А на окнах красивые резные наличники. Такие, как в русских деревнях. Очень уютный. Правда, требовал небольшого косметического ремонта, но это мелочи.

– Ну ладно тогда. Я хотела и сама поехать и посмотреть, но поверю тебе, – Зарина рассмеялась.

У Лены всегда складывалось впечатление, что Зарина мнит себя старшей сестрой и опекает ее. Лена не была против такого отношения. Добро не так часто в жизни встречается, чтобы злиться на него.

– Девочки, у вас тут свободно?

Лена с Зариной, как по команде, посмотрели на бородатого молодого человека. Того самого, что толкнул у стойки Лену.

– Здесь все столики заняты, мы вам не помешаем, даю слово, – он обворожительно улыбнулся.

Его приятели согласно закивали, пряча загадочные ухмылки.

Первой пришла в себя Зарина. Она стала торопливо собирать разбросанные документы со стола.

– Да, конечно. Мы тут и сами ненадолго, так что присаживайтесь.

Парни расселись вокруг.

– Познакомимся? – предложил один из них. – Меня зовут Сослан. Мои друзья Давид и Руслан.

Лена только приветственно кивнула, не называя своего имени. Только лишь смущенно теребила в руках свой телефон. Руки отчего-то стали холодными и влажными, Лена положила телефон на стол между собой и Давидом, который сел рядом и непозволительно близко придвинул к ней свой стул. Зарина всего этого будто не замечала.

– Я Зарина, а это Лена.

– Очень приятно познакомиться, – сказал Давид. – Вы не очень похожи на студенток.

Он кивнул на аккуратное белое здание университета за окном. Лена не сдержала усмешки.

– Слишком старые? – пожав плечами, спросила она.

Давид пристально посмотрел на нее.

– Нет, молодые и серьезные. Слишком сосредоточенные на каких-то взрослых делах.

– Вы тоже на студентов не смахиваете, – сказала Зарина. – Но тут, да, я скорее по возрасту сужу. Извините.

Парни согласились с выводами Зарины. Все давно закончили свои вузы и теперь зарабатывали трудовой стаж. Разговор плавно перешел на работу. Оказалось, что все работают юристами, экономистами, в общем, в сфере деятельности Зарины.

– А можно поинтересоваться, где работает прекрасная Елена? – Давид устремил на Лену вопросительный взор.

– Я фрилансер. Занимаюсь ретушью фотографий.

– Модная профессия, – прокомментировал Руслан.

– Не сказала бы. Но мне нравится.

Вскоре принесли заказ. Давид встал и сказал, что идет мыть руки, но сам прошел к стойке и о чем-то поговорил с официантом. Потом он вернулся и сел еще ближе. Теперь при каждом движении они задевали друг друга. Лена отодвинула свой стул подальше. Ножки проехались по кафелю с противным истеричным скрипом. Лена сконфужено покраснела.

Сидели они с Зариной в кафе и правда, недолго. На легкий флирт со стороны молодых людей отвечали сдержано, как и подобает воспитанным девушкам. После обеда, когда девочки взялись за кошельки, оказалось, что новый знакомый Давид оплатил их заказ. Было как-то неловко от такого внимания чужого человека. Зарина хотела перевести ему деньги на счет, но он отказался.

– Вы нас приютили, а мы вас отблагодарили. Все по-честному.

Обеденный перерыв закачивался. Зарина резво вскочила с места. Вслед за ней поднялась и Лена. Они распрощались с парнями и вышли на улицу.

– Лена, ты сегодня похитительница сердец, – у Зарины был игривый вид.

– В смысле?

– Ну как? Я заметила, что этот парень, Давид, специально тебя у стойки толкнул. А сначала так пялился… просто на грани приличия. Чтобы подкатить к незнакомой девушке нужно начать «случайный» разговор. Вот он и начал. Весьма своеобразным способом, – Зарина подмигнула.

– Лена! – к ним быстрым шагом направился Давид. – Ты забыла свой телефон.

Он протянул ей черный гаджет. Лене показалось, что взгляд у него больно хитрый. На ум просилась фраза: «Шалость удалась!» И она не ошиблась. Ночью с незнакомого номера пришло сообщение:

«Привет» – дальше следовало фото Давида во всей красе, – «Помнишь меня?»

Лена улыбнулась и ответила:

«Нет. У меня склероз».

«Да ладно тебе. Погуляем завтра?»

Лена прочитала сообщение, и сердце трусливо екнуло. Безумно хотелось написать «Да! Да! Да! Зачем ждать до завтра, когда можно сегодня погулять!», но Лена решила, что не станет отвечать ему. По крайней мере, до утра. Приличные девушки не несутся на свидание с первым встречным красавчиком сломя голову. Сохраняя самообладание, она выключила телефон и легла спать. Может быть, она и согласится, но точно не прямо сейчас.

– Кто это тебе пишет среди ночи? – послышался голос сестры. Она повернулась на бок, изящно перекинув на спину растрепавшиеся темные локоны.

Комнату Лена с Мадиной делили с тех самых пор, когда родители Лены умерли, и дядя Мурат взял ее к себе. Много лет прошло, а с сестрой сблизится так и не получилось. Слишком разными они были. Но, к слову сказать, они и не враждовали. Каждая из сестер жила своей жизнью и интересами. И жизнь, и интересы почти не пересекались.

– Никто, – ответила Лена.

– Ну, ну. Я чувствую твой экстаз на расстоянии и даже могу пощупать его рукой. Колись. На тебя запал какой-нибудь унылый очкарик? У вас будет романтическое свидание в библиотеке?

Вместо ответа Лена бросила в Мадину подушкой, та ловко ее поймала и отправила в обратный полет.

– Все ясно. Ленчик, наконец, влюбилась.

– Ничего не ясно. Я… Может, вообще его номер в черный список добавлю и всё!

Мадина посмотрела на нее с таким сомнением, что Лена и сама поняла: никуда она этот номер не добавит кроме списка сохраненных контактов.

– Ладно. Расскажешь потом, кто пытается сорвать твой цветочек.

– Фу! Мадина, что за пошлятина?

– Это жизнь, детка! И вовсе не пошлятина. А ты думаешь, откуда дети берутся?

В сторону Мадины опять полетела подушка, а в душе Лены поселился червячок сомнения. Надо осторожнее принимать любые ухаживания. Ведь действительно Мадина права – сейчас не те времена и не те нравы. До свадьбы ни-ни – девиз приличной кавказской девушки. Лена твердо решила следовать этому правилу. Принести в подоле младенца в дом консерватора-дяди не самая лучшая благодарность его заботу. Да и честь, как и девственность, теряют только один раз.

Лена лежала на кровати и смотрела, как скользят по потолку отсветы фар от проезжающих по улице машин. И не смотря на все свои сомнения, с удивлением наблюдала, как зарождается в сердце теплый огонек симпатии и с каждой мыслью, воспоминанием о сегодняшнем знакомстве с обаятельным Давидом, он разгорается все ярче и ярче, будто она его своим ночным бдением сама раздувает.

На соседней кровати Мадина видела уже десятый сон, а Лена размышляла о том, может ли она себе позволить немного романтики? В конце концов, она решила, что попробовать стоит иначе можно остаться старой девой и жалеть об упущенной возможности. Это в лучшем случае. В худшем – дядя Мурат сам подберет ей жениха, а вкус на счет мужчин у брутального дяди явно отсутствует.

Глава 2. Дядя Мурат, свидания и Давид

Наутро с замиранием сердца ждала, когда зажжётся экран телефона, загрузятся сообщения. Казалось, что сегодня это проходит особенно медленно. Лена смотрела в окно. Погода солнечная, но февраль только уступил свои права марту. Прогулки по городу в плюс пять градусов тепла не предел ее мечтаний. Вздохнула. Да и перед дядей стыдно. Сначала спросит у него разрешения и только потом напишет Давиду. Представила, как Зарина посмеялась бы над ней. Бабе двадцать два, а она отпрашивается, как будто ей пятнадцать! Это действительно смешно. Мадина ходит на свидания тайком. Лена её не раз прикрывала, но у них разный статус в семье. Мадина – любимая дочь. Ей многое прощают. А Лена бедная сирота.

С соседней кровати послышались шорохи. Сестра проснулась.

– Чё? Всю ночь не спала, думала о нём? – Мадина потёрла глаза и совершенно неизящно зевнула.

– Прекрасное утро должно начинаться с сарказма? А если серьёзно… Я сначала у дяди Мурата отпрошусь. Если он разрешит, то напишу ему, что пойду, а если нет, то значит, не судьба.

Мадина округлила глаза. Такой расклад на мгновение вывел из строя её систему приоритетов и ценностей.

– Ты что сдурела?! – разнёсся по комнате её шёпот похожий на змеиное шипение, взгляд метнулся от лица Лены к закрытой двери. – Сто процентов даю, что не отпустит он тебя. Позор на мою седую голову, скажет. И разорётся будь здоров! Останешься старой девой. Соглашайся навстречу, а я тебя прикрою.

На этот раз замкнуло систему приоритетов и ценностей Лены. Задавать такие вопросы дяде Мурату она боялась, но ещё ужаснее было обманывать его доверие, а Лене он верил безоговорочно и очень уважал её рассудительность. Одно дело прикрывать Мадину в её активных поисках подходящего жениха. Тут ведь инициатором была даже не сестра, а её мать, тётя Изета. Взрослая женщина, на ней и ответственность. Другое дело, когда она сама, без ведома главы семьи, пойдёт на поиски приключений. А если что-нибудь случится?

– Я спрошу у него разрешения, – решительно сказала Лена и пошла готовить завтрак.

Дядя Мурат ел молча и быстро, как и подобает трудолюбивому мужику. Мадина и тётя Изета бросали друг на друга загадочные взгляды и явно чего-то ждали. Лена догадалась о том, что они успели перемыть ей косточки, пока она на кухне была.

Лена прочистила горло и начала сразу с дела. Прямолинейность – черта, которая роднила её с дядей Муратом даже больше, чем общие гены и общая фамилия.

– Дядя Мурат, можно я один вопрос задам? Меня один парень на свидание пригласил, – сказала она тоном диктора из программы новостей.

Мадина с тётей Изетой замерли в ожидании бури. Дядя Мурат осторожно поставил чашку с чаем на стол. Тоже прочистил горло, перед тем как грозно пробасить:

– Кто такой?

Лена растерялась. Ведь и правда, кто этот Давид такой? Смазливый парень из студенческого кафе. Она о нём больше ничего не знает. Так и сказала дяде, подытожив:

– Мне он понравился.

– Телефон ему свой зачем дала?

– Я не давала… он сам… перехитрил меня, дядя Мурат.

Лена с удивлением заметила, что в глазах дяди зажглись искорки одобрения.

– А если не разрешу тебе на свидания бегать?

Лена не смогла скрыть разочарования и пожала плечами.

– Заблокирую его номер и всё.

Дядя Мурат весело ударил по столу. Посмотрел на Лену оценивающе, будто только сейчас заметил, что она уже выросла.

– Не поможет. Этот хитрец найдёт, как в сердце твоё пролезть. Пойдёшь с ним на свидание и всё разузнаешь: кто, из какой фамилии (Прим.: во многих регионах Кавказа первым делом при знакомстве люди называют свою фамилию и место, где проживают), кем работают его родители. Расскажешь мне всё, а я найду общих знакомых и справки о них наведу. И Заур пусть среди молодёжи поспрашивает конкретно о нём. Лишним не будет. Вот тогда и решим: годится этот хлыщ тебе в женихи, или придётся тебе номер менять.

Лена кивнула. Возможно, не сложится у неё с молодым человеком, а дядя Мурат уже начинает строить далеко идущие планы.

Первое свидание у них проходило в том же самом кафе.

Давид бросал на Лену жаркие взгляды. Она сначала смущалась, а потом взяла себя в руки.

– Что будем заказывать? Ты на диете?

– Нет, – Лена насмешливо на него посмотрела. – Только не говори, что мне надо худеть.

– Нарываешься на комплимент? Тебе не надо худеть, – Давид обезоруживающе улыбнулся.

– Это все? Ты мастер делать комплименты. Я принципиально сегодня не на диете, – Лена почувствовала себя дамой из анекдота про евреев, то было влияние дяди Мурата.

Давид криво и самодовольно усмехнулся.

– Скорее ты мастер, – ответил он . – Намекаешь, что мне тебя не прокормить? Если да, то могу поспорить.

– Нет.

Заказ сделали и сели друг напротив друга. Настал тот самый неловкий, когда молчание висит над людьми едва знакомыми. И каждый пытается придумать подходящую тему для разговора. В мыслях Лены назойливыми мухами крутились вопросы дяди Мурата. Она взглянула на своего ухажёра, тот ответил ей пылким взглядом. Лена решила не юлить и заодно остудить этот самый пыл.

– Меня дядя отпустил только с одним условием: я соберу ему информацию о тебе для справок, – Лена решила, что вот так показывать серьёзные намерения ужасно. Надо пофлиртовать. Построить глазки, но она не умела. Мадина с лёгкостью справилась бы с этой задачей. Вообще все ее подруги могли мило кокетничать и болтать ни о чем с противоположным полом. У Лены так никогда не получалось.

– Ты отпрашивалась… у дяди?! Как часто ты ходишь на свидания?

У Давида сделался вид, будто он собрался сбежать пока не поздно. Похоже, не она, а он добавит в чёрный список номер её телефона, пытаясь сохранить невинным свой паспорт. Значит, не судьба.

– Нечасто. Сегодня в первый раз, – Лена покраснела.

Давид быстро вернул самообладание. Самодовольно откинулся на спинку стула.

– Спрашивай. Можешь даже записать. Но после этого ты будешь обязана пойти со мной… на свидание ещё раз.

– Не-а. Только после того, как ты пройдёшь фейсконтроль дяди Мурата.

– Договорились.

Из ответов Давида Лена узнала, что отец его работает в правительстве, мать – владеет салоном красоты очень популярным в их городе. Сам Давид начинающий юрист.

– Завидный жених, – разочарованно подытожила Лена, слишком завидный. – А от меня тебе что надо?

Лена понимала, что её вопрос граничит с грубостью, но лучше расставить все точки над "i" сейчас, чем потом сидеть и размышлять о чужой мотивации.

– Твоя прямота меня убивает, но я отвечу: ты мне просто нравишься. Ты такая, – он замер, подыскивая подходящее слово, – Настоящая и нереальная одновременно. Я думал таких, как ты уже нет.

Лена смутилась, услышав в его словах искреннее восхищение и мечтательность. Такое чувство, что осуществилось сокровенное желание. Как-то неуютно было ощущать себя объектом грёз едва знакомого мужчины. Робко пожала плечами.

– Даже слишком настоящая. Могу ущипнуть тебя, чтобы ты поверил в это, – Лена шуткой попыталась разрядить обстановку.

– Я предпочитаю поцелуи, – Давид тоже решил говорить с ней прямо, к большому сожалению.

В этот момент официантка принесла их заказ. Лена сконфуженно глянула ей в лицо, но та нацепила профессионально-бесстрастное выражение.

– А я предпочитаю поесть пиццу. И потом… мне ещё дяде Мурату свой доклад о тебе нести.

– У вас, как я погляжу, большие планы на мой счёт, – Давид откинулся на спинку кресла.

– Не у меня, а у дяди. Я вообще тебя второй раз в жизни вижу. А дядя любит держать всех под контролем. Так что… не переживай. Лично я на тебя не покушаюсь.

– Очень жаль.

Давид послал Лене глубокомысленную улыбку. Лена расшифровала её следующим образом: а я на тебя да! Почувствовала, как ступила сегодня одной ногой во взрослые отношения. И будоражит, и настораживает.

Дядя Мурат очень шустро нашёл общих знакомых с родителями женишка, как он называл Давида. Мадина с тётей Изетой исследовали его соцсети, а Заур сказал, что этот Давид ему не нравится и при первой же возможности он ему шею свернёт.

– Повезло тебе, Ленчик, – с придыханием говорила Мадина. – Он такой красивый.

– И богатый, – добавляла тётя Изета деловым тоном. – Попробуй только упустить его!

– Я же едва с ним знакома! – отбивалась от неё Лена.

Тётя только яростно поджимала губы и продолжала:

– Хочет остаться старой девой? Дура-девка! За ней такой парень ухаживает, а она сомневается. Пока ты будешь сомневаться и думать, его какая-нибудь шустрая баба уведёт. Не успеешь даже глазом моргнуть! Всю жизнь потом будешь жалеть, что такого мужика проворонила.

Семья будто с ума сошла. Лена их не узнавала.

Встречались они с Давидом часто.

Он рассказывал ей что-то и о марках машин, о фильмах, музыке, пытаясь найти общие интересы. А потом он начал спрашивать о ней, что она любит, чем увлекается. Брал её за руку, гладил пальцы. А однажды наклонился и легко поцеловал её в губы на прощание. От неожиданности сердце сделало кульбит. Лена замерла и широко распахнула глаза. Его лицо совсем рядом. Темно-рыжие ресницы трепещут, в волосах замерли капельки мелкого весеннего дождя. Не встретив сопротивления, Давид поцеловал её ещё раз. По-другому. Так как целуют любимых девушек в романтических фильмах. Только сопровождающей музыки в этот момент не было. Лена закрыла глаза и робко ответила на ласку и даже позволила себе обнять его в ответ.

Давид выглядел счастливым.

– Знаешь, надо мной все друзья смеются.

– Почему?

– Даже дети в садике целуются, а мы с тобой, как пионеры.

Лена вздохнула. Прекрасный момент был разрушен.

– Теперь уже нет. Только мне не нравится, что ты это всё с друзьями обсуждаешь.

– Больше не буду, – пообещал Давид, но Лена не поверила.

В любом человеке есть недостатки, думала она. Её Давид слишком болтливый. Слишком.

Так и случилось их первое свидание: ведерко сливочного мороженого, две ложки, лавочка в парке. Они сидели среди солнечных зайчиков, которые пробивались сквозь листву и пытались построить разговор.

Лена ярко запомнила белые кончики своих кедов рядом с кожаными ботинками Давида. Мадина цокала языком, когда увидела, что Лена собралась на первое свидание в белой футболке, джинсах.

– Может, каблуки наденешь? Я тебе свои дам. Они удобные.

Лена отказалась.

– Каблуки придумали люди с садистскими наклонностями. Мы же не в ресторан идем.

А теперь она сидела и жалела, что не послушала более дальновидную сестру. Давид к свиданию подготовился основательно. Выглядел как настоящий щеголь. Даже брови выщипаны. Лена ощущала себя рядом с ним простушкой. А каблуки – это эффектный козырь на ногах любой женщины.

Глава 3. Друзья, девушки и кино

Лена, в который раз, увернулась от поцелуя. Давид мазнул по её щеке. Каждое свидание у них проходило по одному и тому же сценарию. Он настойчиво пытается её поцеловать, а она также настойчиво увиливает от ласк. Они стояли на балкончике, под которым журчал резвый Терек. Она смотрела, как рябят волны реки, разбиваясь о камни.

– Лена, мы же взрослые люди.

Она оглянулась по сторонам. По набережной, где они гуляли, бегали дети. Люди наслаждались последними днями весны. Над верхушками деревьев поднимались силуэты гор и на их фоне на крашенных в жёлтый цвет лавочках сидели кавказские пенсионеры, решившие подышать свежим воздухом в такой приятный погожий день. Не хотелось Лене ловить на себе их осуждающие взгляды. Как Давид этого не понимает?

На одной из лавочек примостилась парочка самозабвенно целующаяся. Любовь, она ведь не должна быть такой показной. Её ведь не спрячешь, если души людей созвучны. Их выдадут нежные взгляды прикосновения, улыбки.

– Здесь же люди. Давид, поцелуи… это же очень личное. А ты… болтун и вообще о приличиях не думаешь!

Давид довольно усмехнулся, будто поймал её ловушку. Вот всегда так, стоит Лене неосторожно что-то сказать, как он настаивает на своём.

– В этом городе много уединённых мест, Лена, – сказал он, потирая свою аккуратную коротко стриженую бороду. Его полный страсти взгляд вогнал её в краску.

Давид был во всём хорош собой. Лену иногда посещало гнетущее чувство, что она недостаточно хорошо и ухоженно выглядит на фоне такого кавалера. Всё в нём идеально: фигура, рост выше среднего, густые тёмные волосы с рыжиной, стильная и дорогая одежда.

На вопрос, почему именно она, Лена, стала его девушкой? Давид просто и честно отвечал, что она красивая, естественная и приличная девушка. Сейчас же он всеми силами пытался её раскрепостить и сделать неприличной. Но традиционное воспитание брало своё. Семью позорить Лена не собиралась и иногда жалела, что согласилась с Давидом встречаться. Лучше бы он обратил своё внимание на девушек более современных взглядов на жизнь. Именно такие всегда окружали его, яркие, как и он сам. В их тусовке все удивлялись его выбору.

– Иногда мне кажется, что ты вообще меня не любишь, Лена, – сказал Давид обижено.

– Люблю, – ответила она просто. – Но я тебе и раньше говорила, что я консерватор. До свадьбы ни-ни.

Давид рассмеялся и взял её за руку.

– Я думал, что таких как ты больше нет.

– Есть, – уверенно сказала Лена. – Просто ты их не замечаешь. Они учатся и работают. Не умеют флиртовать, как остальные. Мы серые мышки, говорят все. А мы просто любим традиции и следуем им.

Давид посмотрел на неё оценивающе.

– Ты не серая мышка. Ты знаешь, сколько пацанов на тебя глаз положило? – я всех опередил.

Давид довольно улыбнулся. Лену затопили смешанные чувства. Вроде и лестное замечание, но на периферии сознания она ощутила себя трофеем. Кто первый прискакал того и награда. И градус доверия от его слов всегда упал сам по себе.

Прогулку скрашивала музыка, разливавшаяся по парку, прилегавшему к набережной. Давид купил у старушки торговавшей цветами розы с мелкими бутонами. Такие растут в саду, их не встретишь в цветочных магазинах. Букет был простеньким и скромностью своей чем-то напоминал простые букетики из полевых цветов.

Лена благодарно улыбнулась и вдохнула умопомрачительный аромат. Магазинные так не пахнут.

– Счастья вам, дети. Такого, о котором мечтаете, – пожелала им вслед старушка.

– И вам, – ответила ей Лена.

Они медленно пошли дальше. Давид отвлекался на свой телефон и через некоторое время сказал, что на стоянке их ждут друзья.

Друзья Давида Лену всегда настораживали. Прожигатели жизни, без цели, без нормальных человеческих ценностей. Лена недоумевала, как вообще можно с ними общаться. Люди, которые дают красивые обещания, но никогда не держат слово. Давиду она ничего не говорила об этом. Он взрослый человек, должен сам в людях разбираться.

Молодые люди ждали их на стоянке. Их брутальную бородатую компанию разбавляли и украшали девушки потрясающей искусственной красоты. Одинаковые. Одна из них смерила Лену презрительным взглядом, сморщила нос, будто унюхала рядом с собой что-то протухшее, и отвернулась. Лена называла про себя просто: блондинка. Они много раз встречались в этом составе компании, но их так никто друг другу не представил. Две другие девушки решили завязать с ними дежурный разговор.

– Давидик, Лена, сегодня прекрасная погода… Не так ли? – прощебетала одна, Лена никак не могла вспомнить её имя, но это и не требовалось. Девушка, хоть и обращалась к ним обоим, смотрела исключительно на Давида, ожидая ответ.

Лена неопределённо пожала плечами. Разговоры о погоде среди малознакомых людей не всегда спасают ситуацию. Особенно, когда ты почти всем взаимно неприятен.

– Нормальная погода. Лена, ты воды хочешь? Я принесу. Умираю от жажды.

Оставаться с этими товарищ ими наедине не хотелось, но Давид явно не звал ее с собой в магазин.

– Нет, спасибо.

– Давидик, я хочу пить. Можно мне с газом?

Елейный голос девушки вызвал в душе Лены мерзостное ощущение. Но Давид обворожительно ей улыбнулся и кивнул.

– Кто-нибудь ещё хочет?

Посыпались заказы, но денег парню никто не предложил. Лена растерянно провожала взглядом Давида, перебежавшего дорогу. Через несколько мгновений он совсем исчез из виду, скрывшись в недрах маленького продуктового магазина.

– Мы посидим в машине, – сказала девушка-блондинка. Остальные две последовали за ней. Лена осталась стоять на месте, ощущая себя неловкой серой мышкой.

Друзья Давида остались стоять поодаль, бросая на нее красноречивые и отчего-то насмешливые взгляды. Они всегда понимали, что ей неуютно быть с ними рядом. К ней подошёл Руслан, явно желая скрасить её ожидание. Закурил сигарету. Лена поморщилась.

– Как у вас с Давидом дела?

– Нормально. К чему этот вопрос?

– Да так. Просто… когда станет плохо – приходи. Уж я-то тебя точно не обижу.

– Странное предложение, – начала было говорить Лена, но Руслан её перебил.

– Ты классная девушка. Не то что эти, – он кивнул на машину. – На что спорим, Давид тебя с собой не возьмёт?

– Куда?

– Мы сейчас кататься едем загород. Он тебе говорил что-нибудь? Нет?

Скорее всего, на лице Лены явно отразилось, что нет, не говорил. Она надеялась, что если они едут, то он ей сейчас скажет. Спросит, хочет ли она с ними. Она не хочет, откажется выезжать куда-либо с этими людьми, но он ведь должен ей сказать.

Руслан затушил сигарету об дерево.

– Что и следует ожидать. Я бы тебя на этих не променял.

– Молодец, – Лена кивнула. – Ты хорошо подгадил своему другу. Я ни за что не поверю, что весь этот разговор велся исключительно мне во благо. Это выглядит подло…

Давид вернулся, нагруженный пакетами. Открыл багажник и затолкал всё туда. Все его манипуляции сопровождались звоном бутылок. Послышался капризный голос:

– Вы скоро? Сколько ждать можно?

– Лена, я тебя до дома довезу? А потом и ребят кое-куда подброшу. Ты не против?

Лена с трудом сдержала себя, чтобы не спросить, куда именно он их везёт. Посмотрела на счастливого Руслана. Он наклонился и тихо шепнул ей, обдав отвратительным сигаретным перегаром:

– Приличным девушкам там делать нечего, – потом с самодовольным видом заскочил в машину.

– Я сама дойду, – сказала она, удивляясь тому, насколько ровно и безразлично звучит её голос. – Хочу пройтись пешком. Ты же знаешь, я живу недалеко.

Давид так облегчённо вздохнул, будто скинул ненужный груз со своих плеч.

– Позвони мне, как доберешься.

– Ага,– решила, что отключит телефон на ближайшие дни. – Пока.

Лена не стала ждать, когда веселые ребята помашут ей ручками из окон проезжающих мимо нее машин. Обида застряла в горле колючим комом, а на лице безразличная ко всему едва заметная улыбка. Она спокойно развернулась и пошла в сторону парка. Ватные ноги еле несли её непослушное тело, покрывшееся изморозью в этот жаркий день.

Глава 4. Квартирный вопрос

За столом сегодня собралась вся семья: дядя Мурат, огромный и мощный, как медведь, мужик, его жена Изета, сухонькая и ухоженная женщина, их дети Заур и Мадина. И Лена – случайный член семьи. Сиротка-приживалка. Её так никогда никто не называл, но своей в этом доме она не была никогда.

Дядя Мурат размахивал руками и непрерывно извергал идеи. Все остальные слушали и соглашались, потому что не согласиться с дядей Муратом смерти подобно.

«Уровень хитрости – Бог», – думала Лена, слушая о грандиозных планах своего дяди Мурата.

У него, точнее, у всей семьи, большая радость – единственный и обожаемый сын женится. По всем правилам, кстати. Справят одновременно две свадьбы: одну – в доме жениха, другую – в доме невесты. Две свадьбы это непросто праздник – это великое соревнование между семьями, которые в скором времени будут нянчить одних и тех же внуков. А гости обязательно заметят – у кого праздник получился лучше, и кто подарил самые дорогие подарки. А потому перед главой семейства стояла очень сложная задача. Для начала дядя хотел снять ресторан, купить целого, не то что целого – живого, быка. Жертвоприношение для свадебного пиршества – это громкий и широкий жест в наше время. А тётя Изета оденет на будущую сноху бриллиантовые серьги прямо во время свадьбы так, чтобы все новые родственники видели их щедрость.

Заур и Зарина пытались угомонить заболевших свадебной лихорадкой родителей. Но у них ничего не вышло. Лена не знала, какие планы замышляются в семье невесты, но в её собственной творился полный беспредел.

И сейчас Заур сидел, прикрыв ладонью глаза.

– Зачем кому-то что-то доказывать? – говорил он, пытаясь вразумить разбушевавшегося отца. – Мы просто хотим создать семью. Я уже жалею, что не расписался тихо и молча.

– Как тихо? Мой единственный сын хотел тихо жениться, чтобы над нами все соседи смеялись? Я устрою такую свадьбу, какую даже через двадцать лет помнить будут!

Лена сочувствующе посмотрела на двоюродного брата. Дяде Мурату сложно перечить. Разговор длился, планы ширились, и, казалось, вот скоро конец, но муза дядю Мурата не отпускала. Выпендреж дяди Мурата никак не хотел закончиться.

– Я подарю им квартиру на Московской, – сказал он, явно намереваясь заткнуть за пояс родителей невесты, они уж точно не смогут сделать такой подарок.

У Лены сердце пропустило один удар. Она знала, что так будет и всё равно надеялась, что у дяди Мурата проснётся совесть, но она не проснулась.

– Сначала перепишем квартиру на Заурика, а то после свадьбы она будет считаться совместно нажитой, – предложила дальновидная тётя Изета, у этой совести никогда не было.

Ещё чуть-чуть и ушлые родственники оставят племянницу в дураках.

– А вы ничего не забыли? – громко спросила Лена. – Эта квартира, вообще-то, моя.

– Я отказываюсь, – категорически заявил Заур. – Вам не кажется, что это уже чересчур?

– Я ей что, мало сделал в жизни? Образование дал, на ноги поставил. А на эту квартиру я своему брату лично давал деньги, а он мне их не вернул! Совесть моя чиста.

Существуют разные типы лжи. Иногда люди врут, чтобы ввести кого-то в заблуждение. Бывают случаи, когда человек просто не хочет или стесняется чего-то и поэтому говорит неправду. Есть ещё всеми любимая ложь во спасение. Но самая чудовищная ложь – это та, которая не соответствует действительности, но в неё свято верит говорящий. Заур пытался спорить и едва не получил затрещину – весомый аргумент в пользу дяди.

Дядя Мурат любил всем рассказывать, что он справедливый и уравновешенный человек. Если первое утверждение было отчасти правдой, то второе даже рядом с дядей не валялось. При каждом удобном случае он непременно упоминал об этих определяющих чертах своего характера. Дядя действительно был иногда справедлив, но вот уравновешенность… быки на корриде вдут себя намного сдержаннее, чем дядя Мурат. Когда Лена слышала от других людей, что они, дескать, умны, начитаны, честны, то, памятуя о дяде, она делала стопроцентный вывод: в их характере нет выше перечисленных качеств или они присутствуют там не в полной мере. Её умозаключения всегда оказывались верными.

Дядя Мурат стучал кулаками по столу, громко орал на Лену и Заура, так как они пытались разрушить его грандиозные планы.

– Я твоему отцу деньги на эту квартиру одалживал, – кричал он и тыкал в Лену пальцем. – Я тебя вырастил. Воспитал. А ты, соплячка неблагодарная, мне перечить будешь? И ты, сын.

В последней фразе Лена услышала: и ты, Брут? У неё вырвался нервный смешок. Дядя Мурат испепелил её взглядом из-под свирепо-лохматых бровей.

– Папа вам половину долга вернул, а значит половина квартиры моя! – не отступала Лена.

– Тебе-то она зачем? У Давида дом большой, будешь там жить, когда замуж выйдешь. На его машине кататься, – встряла в разговор Мадина.

Лена раздражённо посмотрела на двоюродную свою сестру. Она была из тех людей, которые считают, что главный признак интересного человека – это его внешность. Мадина полностью соответствовала своему пониманию красоты: фальшивые ресницы и нарисованные брови делали взгляд кукольным, подкачанные губы всё время удивлённо приоткрыты и наводили на непристойные мысли, длинные наращённые ногти и глянцевые мозги. Что уж сказать, её внешность была яркая, как фальшивый свет электрической лампочки.

Сестра открыто ей завидовала, ведь Лене повезло – Давид богат и родственники у него влиятельные. Лена и сама не до конца понимала, почему самый завидный жених города обратил на неё внимание. Но ей в принципе уже всё равно. Успела в него влюбиться, успеет и разлюбить.

– А если я с ним разведусь? К вам с кучей детей приду?

– Меня позорить собралась?! – опять заревел дядя Мурат. – Скажи «спасибо» за то, что тебя безродную такая семья берёт! У Давида отец в правительстве сидит. Он не допустит скандала в своей семье.

Лена промолчала о том, что она игнорирует своего «прекрасного жениха» вот уже неделю. Не отвечает на его звонки. Живёт затворницей. Взяла большой заказ от московского фотографа и целыми днями приводит в порядок его картинки. Единственная радость – хорошо заработала.

– Вот если бы мне так повезло, – мечтательно проговорила Мадина. – Я бы на твоём месте от счастья прыгала.

Лена раздражённо на неё посмотрела и перевела взгляд на дядю.

– Я просто говорю о том, что всякое в жизни может случиться… И поэтому взамен своей доли хочу комнату в общем дворе, которую вы студентам сдаёте и триста тысяч рублей.

– Эту комнату, вообще-то, мне обещали, – возмутилась сестра.

– А тебе зачем? Замуж выйдешь и будешь в доме мужа жить, на его машине кататься.

Мадина поджала губы, насколько могла, и в поисках поддержки посмотрела на свою мать. На немой запрос та быстро ответила.

– Мурат, твоя племянница, видимо, давно это планирует. Я тебе говорила, что от неё благодарности не жди, – сказала тётя Изета. – Как у тебя совести хватает требовать что-то у нас?

– У меня хватает.

– Мам, не нервничай. Что она сможет сделать?

– Ну, например, я могу подать на вас в суд.

– Ты ещё и угрожать нам собралась?! – взбесилась тетя Изета.

– Тихо! – прогремел глава семейства.

Дядя Мурат сжимал и разжимал кулаки. Бешеный взгляд его перескакивал с одного лица на другое. Все умолкли. Дядя Мурат, несмотря на взрывной характер, никогда не бил своих детей. Он не умел с ними ладить и потому сделал так, чтобы они боялись его праведного гнева. Лену он в какой-то мере тоже считал своим ребёнком. Девушка внутренне сжималась от страха, но впервые в жизни решила стоять на своём до конца.

Несколько минут дядя думал, периодически его губы шевелись, выдавая напряжённую работу мозга. Женщины боялись шелохнуться. Тут дядя Мурат размахнулся и с силой ударил кулаком по столу. Резкий звук, разорвавший тишину, означал, что решение принято.

– Значит, хочешь комнату? – спросил дядя Мурат каким-то странно уравновешенным тоном.

– Да. Хочу.

– И триста тысяч?

– И триста тысяч.

– Скажи мне, пожалуйста, деньги тебе на что?

– Ремонт там сделаю. Второй этаж можно пристроить…

Дядя Мурат кивнул.

– Вроде твоя мать была чистокровная русская, и евреи у неё в предках не водились.

Лена не понимала, к чему клонит её дядя, а потому решила промолчать.

– Я договорюсь с нотариусом и сразу всё оформим. Комнату на тебя, а квартиру на Заурика. Деньги я тебе сегодня переведу.

– Мама, даже такой расклад несправедливый. Вам не кажется? – встрял Заур.

– Мурат, эта комната Мадине полагалась! – выпучила глаза тетя Изета.

– Замолчи! Люди скажут, что я свою племянницу обобрал. А я не хочу, чтобы об мою семью кто-то язык свой чесал. А Давид твой пусть приходит и, как полагается, тебя сосватает. А если не захочет, то нечего позориться и на свиданки не пойми с кем бегать.

– Па, это не не пойми кто. Он, знаешь, какой красивый…– мечтательно сказала Мадина. – И что он только в Лене нашёл. Она же дикая, общаться не любит. Монашка-отшельница.

– А ты своей сестре не завидуй. Давид, наверное, неглупый парень и ему пустоголовые девицы не нравятся. Лена, никаких свиданий больше. Не к лицу порядочной девушке в парке на лавочке с пацанами обжиматься. Стыдно. Ещё скажут, что ты на него вешаешься. Ты поняла меня?

– Да. Никаких свиданий. Я за Давида замуж не пойду и на свидания бегать с ним не буду.

Всё ошарашенно уставились на неё.  Часы на стене гостиной оглушительно тикали. Лена провожала взглядом красную секундную стрелку.

– Как? – выдавила из себя вопрос тётя Изета.

– Он её бросил, – с противной уверенностью в голосе скала Мадина.

– Он тебя… бросил? – повторил её мысль Заур, начиная свирепеть. Совсем как отец. – Если он тебя обидел, я ему шею сверну!

– Цыц! – стукнул кулаком по столу дядя Мурат. – Сплетни разгонять в моём доме не надо. Что случилось?

Лена покраснела. Сказать правду. Она похожа на бред: извините, но я не хочу отношений с человеком, который подвозит своих приятелей и беспринципных девушек в горы, и поэтому я подозреваю его в измене. От этой мысли сердце у неё сжалось: испытывать на себе предательство любимого совсем не хотелось. Страшно. И откуда у неё такая уверенность? Возможно, Руслан выставил всё в таком неприятном свете.

– Я поняла, что он мне не пара, – как можно твёрже сказала Лена.

– Молодец! – поддержал её Заур. – Я тоже это понял, как только с ним познакомился через общих знакомых. Он тебе не пара!

Неожиданно ком подкатил к горлу. Лена осознала, что её всё-таки не покидала надежда на счастье. Какое же глупое у сердце!

– Пф! – фыркнула Мадина. – Не пара он ей! Лена, а тебе не кажется, что у тебя просто космические запросы?

– Ой! Да вы поругались, наверное? Ах, эта молодость! Ничего, Лена, девочка моя, вы помиритесь, – тётя Изета участливо погладила её по волосам. – Лена, ты у нас гордая и очень глупая.

– Не сказал бы. Поумнее многих будет, – перебил мать Заур.

– Глупая, глупая, – не сдалась тётя Изета. – Такую партию ещё поискать надо. Я вот Мадиночке сколько лет ищу подходящего жениха, молодого, богатого… А Лена наша на улице встретила, будто сам Бог помог ей. Вот скажи мне, если не за Давида, за кого замуж пойдёшь? За первого встречного? За нищего? Детей от него рожать будешь. Так вот: дети в наше время – дорогое удовольствие. Без денег их на ноги не поднять. Пусть у твоего Давида характер какой-то не такой. Он сможет обеспечить своей семье достойную жизнь! У него отец – депутат! Не будь дурой и выходи за него. Его мама, между прочим, сама мне на днях позвонила. Знакомится, хочет. На тебя заранее посмотреть.

Лена почувствовала, как от удивления у неё вытянулось лицо. Ни с кем знакомиться она  не хотела.

– Я…

– Мне бы так повезло! – встряла Мадина. – Дура ты, Ленчик. А дуракам всегда везёт.

– Всё, что я встречи с парнями сказал и тебя касается, Мадина. Никаких свиданок! Хочет за тобой кто-то ухаживать – пусть идёт и у меня спрашивает, – дядя Мурат строго зыркнул на дочь. –  Лена с Давидом помирятся. А я его семью к нам на свадьбу приглашу. Надо уже с ними поближе познакомиться. Не отдавать же тебя не пойми кому, даже если это уважаемая семья, мне самому нужно убедиться в том, что они нормальные люди, – при этих словах выражение лица у дяди снова стало фанатичным – у него на свадьбе будут представители нашего правительства, вот родители невесты такими связями точно похвастаться не смогут.

Заур после этих слов  схватился за голову. Лене подумалось, что он впервые в жизни стыдится своих родителей.

Глава 5. Давид

Утром Лена проснулась от трели дверного звонка. Послышались шаги, тётя Изета открыла кому-то дверь. Судя по голосам, доносившимся из коридора, к ним пришли соседи.

– Изета, ты хоть в окно посмотри, – послышался возбуждённый голос соседки. – Там парень один Лену целый час зовёт. У вас телефоны что ли не работают?

Мадина выскочила из кровати и выглянула в окно. Обернулась на Лену. Загадочная и немного завистливая улыбка украсила её полные губы.

– Там твой Давид. В реале он ещё красивее! Как тебе повезло.

– Он не мой, – Лена упрямо мотнула головой, сонливость будто рукой сняло. По телу разлилось странное напряжение.

Мадина покрутила пальцем у виска.

– Сама дура! – фыркнула на неё Лена. –  Я первая в ванну. Меня не беспокоить.

– Ленчик, хочешь, я к нему выйду и скажу, что ты не выйдешь? – Мадина смотрела на неё с затаённой надеждой.

Лена равнодушно пожала плечами, а у самой сердце стучало в груди быстро-быстро, будто она бежала наперегонки с чувствами, которые не хотела испытывать. Не хотела влюбляться в человека неспособного любить в ответ. Так инфаркт схватить недолго. Очень хотелось выскочить к нему на встречу в подъезд и, как любая глупая девчонка, всё понять и простить.

В дверях нос к носу столкнулась с хмурой тётей Изетой.

– Оденься и выйди к человеку. От соседей неудобно. Стоит там, а из машины охапка цветов торчит. Долго ему ещё у нашего порога позорится? Я его  даже домой завести не смогла. Он отказывается зайти в гости. И отец с Зауром ушли. Лена, иди и угомони его, пока совсем не опозорились. С самого утра соседей веселим.

Мадина заскочила в ванну первая и, пока они с тётей препирались, в рекордные сроки привела себя в порядок и вышла с лёгким намёком на макияж элегантно растрёпанным пучком на голове и милом платье до колена.

– Ленчик, пока ты одеваешься, я твоего гостя развлеку, – на этих словах она выпорхнула за дверь.

Лена посмотрела на себя в зеркало и хотела мстительно не прихорашиваться для Давида. И как она себя будет тогда чувствовать? Замухрышкой?

Провела рукой по спутанным со сна волосам. Выйти в чём попало и как попало пусть к мужчине, который очень нравится, ей нельзя.  Нет! Она женщина и главное её оружие против всех невзгод – красота!

Она сейчас хоть немного приоденется, будто это домашние вещи на ней. И выйдет к нему красивая и безразличная. Решила спокойно выслушать всё, что он ей хочет сказать.

Мадина развлекала Давида, как могла: стреляла глазками, мило улыбалась в ответ на его реплики, едва не срываясь на откровенное кокетство и флирт. Когда Лена подошла к ним, разговор стих, но хорошее настроение продолжило витать в воздухе. Лена нацепила на лицо дежурную вежливую улыбку, чтобы не выглядеть кислой и вредной бабой на их фоне.

– Доброе утро, Давид. Не слишком ли рано для того, чтобы в гости ходить?

– Лена, – выдохнул он. – Прекрасно выглядишь. Мадина, ваша сестра – самая красивая женщина на свете.

Мадина кокетливо поджала губы.

– У нас вся порода такая. Все красивые.

Давид мазнул по Мадине сияющим взглядом и кивнул соглашаясь.

– Да, теперь я это вижу. Лена, это тебе.

Давид открыл багажник и вытащил толстенный букет голландских красных роз. Сто одна роза догадалась Лена. Растерянно приняла подарок. Тяжеленный и очень объёмный букет было очень неудобно держать. Эти цветы словно отгородили её от всего мира, оставив Давида и Мадину по ту сторону реальности.

Она прижимала их к себе и не знала, как реагировать на создавшуюся ситуацию. Получалось, что прощение куплено, засыпано красными как кровь розами.

– Спасибо, – выдавила Лена, – но не стоило…

– Стоило, Лена. Ради тебя я на многое готов. Хочу с тобой поговорить. Почему ты не берёшь на меня трубку? Не хочешь увидеться?

Лена почувствовала себя загнанной в угол. Выбора нет, но она хотела, как последняя трусиха, сбежать. Самообладание начало давать трещину. Зря она написала Давиду на днях: "Мы слишком разные. Не звони мне больше. Прости". Хотела избежать разговора. Боялась дать слабину. И вот лёд на сердце тает.

Сейчас она понимала, что лаконичное сообщение не расставило всё по местам, а, наоборот, вызвало вопросы, которые придётся решать. Нужно было поговорить хотя бы по телефону. Теперь они будут разговаривать, глядя друг другу в лицо.

– Мадин, отнесешь домой? – Лена потянула букет сестре.

– Конечно! – преувеличено бодро сказала она и благоговейно зарылась в цветы лицом, наслаждаясь ароматом.

Со стороны создавалось ощущение, что цветы подарили именно ей. Мадина гордо вошла в подъезд, вызывая зависть соседей.

– Пойдем? – спросила Лена и отправилась в соседний двор подальше от любопытных глаз.

Давид пошел вслед за ней. Увидев, что они направляются на детскую площадку, он остановился.

– Лена, может, сходим в кафе? Поговорим и позавтракаем как нормальные люди.

– Нет, – Лена силе на качели и легко оттолкнулась от земли.

Солнце еще не успело погреть землю, и легкий прохладный ветерок приятно трепал ей волосы, успокаивал расшалившиеся с утра нервы. Над головой шелестела листва, сквозь нее пробирались теплые лучи. Лена закрыла глаза и сама того не осознавая улыбалась прекрасному утру. Рядом стоя Давид, засунув руки в карманы легкой курки, и недоуменно улыбался ей в ответ.

– Хороший сегодня день, – прервал он молчание.

– Да, – согласилась Лена. – Хороший.

Давид переступил с ноги на ногу, явно испытывая неловкость. Лене отчего-то стало жалко его.

– Лена, что происходит? Все же хорошо было у нас. Ты решила поиздеваться надо мной? Может, хватит уже ломаться?

– Я… послушай, зачем я тебе? Я ведь как балласт бываю, когда мы с твоими друзьями в одной компании. Я не вписываюсь в их общество и в твою жизнь. Это же очевидно!

Давид подставил лицо солнечным лучам так же как и Лена.

– Ты делаешь меня лучше, чем я есть, – сказал он. – Мои друзья тебя уважают. Что еще надо?

– Нет, это не так. Давид, ты же не просто кататься поехал с этими девушками? Я же не дура. Это… это предательство!

Голос ее дрогнул. Давид подошел и придержал качели, нагнулся так, что их глаза оказались вровень.

– Если бы я захотел тебя предать, то не привел бы к ним. Ты бы даже не узнала об этом. Но я с тобой максимально честен, потому что ценю тебя.

Он взял ее за подбородок и легко поцеловал в губы, вызвав волну мурашек.

– Не ревнуй. Там не к кому ревновать. Пожалуйста, не отдаляйся от меня. Я от тебя не отступлю. Так что предлагаю тебе сдаться добровольно, – закончил он шутливым тоном. – Иначе я перейду на крайние меры!

– Угрожаешь мне?!

– Нет. Просто люблю, разве не видно?

Лена пожала плечами, чувствуя, как у нее отрастают крылья за спиной. Настроение взлетело вверх, и она только заметила, что глупо улыбается в ответ. Ничего не могла с собой поделать. Хотелось встать и повиснуть у него на шее, оказаться у него в объятиях. Еле угомонила в себе эти прорывы. Дядя Мурат сказал, что никаких обжиманий.

– Мой дядя приглашает тебя и твою семью на свадьбу своего сына. Говорит, если у тебя все серьезно, то надо познакомиться, а если нет, то…

– То нечего девушке голову морочить? – улыбнулся Давид.

– Да, примерно так он и сказал, – Лена посмотрела на него с надеждой.

– Мои родители тоже хотят познакомиться, так что это не проблема. Наоборот, в неофициальной обстановке им будет легче найти общий язык.

– Тогда договорились?

– Да. Сходим куда-нибудь вечером?

– Нет, прости. У меня большой заказ. Надо успеть все почисть фото до того как все начнут бешено готовиться к свадьбе. Это один из постоянных клиентов.

– Хорошо, – слишком легко согласился он. – Работай, трудяга моя!

Давид поцеловал ее в макушку.

Дома Мадина с тетей Изетой сгорали от нетерпения и, едва Лена вошла, закидали ее вопросами:

– Ну как помирились? Что он сказал? Ах, Лена, какой шикарный букет. Алла из 37 квартиры позеленела от зависти: за ее дочками так никто не ухаживал, а она всем хвастает, что ее девочки самые завидные невесты на районе. Придет к нам на свадьбу? Вот хорошо! Это правильно.

Родственницы как-то странно переглядывались и перешептывались, но у Лены были дела поважнее. Работа не ждет.

Ближе к вечеру, когда спина и кисти рук у нее совсем занемели от монотонный утомительной работы, в комнату зашла счастливая Мадина.

– Ленчик, ты не против, если Давидик отвезет меня на водную. Меня девочки погулять позвали? Я ему уже позвонила.

Лена сконфужено на нее уставилась. Стыд какой! Человек им, по сути, еще никем не приходится, а они, получается, дергают его без серьезной причины.

– Мадина, он же не таксист. Сама никак не доедешь?

– От нас сложно добираться. Ну что ты вредничаешь? Тогда сама меня отвези. Тебе же папа свою старую машину отдал.

– Я тоже не таксист. Мне работать надо.

Мадина обижено надулась.

– Когда-нибудь я тоже на права сдам, куплю машину и буду независимой женщиной

Лена хотела спросить ее, на что она собралась покупать машину и содержать ее, если никогда нигде не работа, но подавила в себе злой порыв. А с Давидом как-то стыдно получается.

Мадина вернулась поздно вечером, взъерошенная и счастливая. Прижала палец к губам, чтобы расспросы сестры никого не разбудили, разделась и с блаженной улыбкой нырнула в кровать. Лена подумала, что, судя по всему, сестра, наконец, встретила любовь всей своей жизни.