Czytaj książkę: «Голос Сияющей Птицы»

Пролог

Он называл себя Великим Хищником. Давным-давно, когда только его блестящий мозг придумал это прозвище, поначалу оно показалось чересчур претенциозным и пафосным. Но с каждой следующей жертвой самоприсвоенный титул нравился ему всё сильнее. Из всех вариантов, постепенным и неторопливым перебором которых он занимался уже седьмой год, этот со временем стал наиболее точно отражать суть его действий.

Хищник ведь не занимается долгой и кропотливой слежкой за предварительно выбранной жертвой – это удел неуверенных и слабых. Хищник перебирает возможности убивать. Безнаказанно убивать! И с каждой новой жизнью, нить которой он обрывает, приставка «Великий» всё больше соответствует его деяниям.

Возведя вокруг своего неудержимого, яростного желания несокрушимые стены правил, до нуля уменьшающих шансы попасться жалким дуракам, непонятно как принятым в ряды правоохранительных органов, он мог месяцами ждать подходящего случая снять маску обывателя и забрать причитающееся по праву.

По праву сильного.

Всё началось в мае пятьдесят третьего, когда в его родной Молотов вернулся двоюродный дядька, которого Советская власть нежданно-негаданно освободила в марте, вместе с миллионом других заключённых. Сиделец не был закоренелым душегубом, к тому же ему только исполнилось пятьдесят пять, и наверху решили, что такие старики уже не представляют опасности для общества. Немыслимая по своей численности волна криминального элемента, практически одномоментно отпущенного на свободу, захлестнула полустанки и железнодорожные станции Сибири и Дальнего Востока, а также большую часть населённых пунктов, расположенных вдоль железки. Начался безудержный разгул людей, за годы заключения отчаявшихся до крайней степени, смирившихся со скорой смертью и животным существованием, а сейчас опьянённых свободой. В иных местах их собиралось в десятки раз больше, нежели сотрудников милиции: вчерашние зеки, особо не стесняясь, грабили магазины, кафе и рестораны, занимались разбоем, кражами, баловались изнасилованиями и бандитизмом прямо среди белого дня. Денег им на дорогу «вертухаи»-то выдали, но что там было тех скупых рублей, когда душа человека, годами томившегося в стылом деревянном бараке, праздника просит!