Czytaj książkę: «Элиара - между падением и крыльями»

Пролог

…Помнишь?

Там, где мы расстались,

звёзды ещё горели,

а река тихо уходила за поворот.

Я стояла на берегу,

держа в руках крошку света

и твою улыбку.

И знала: мы встретимся здесь.

Теперь — пора шагнуть за тот поворот,

где начнётся совсем другая история.

Примечание ко времени

(или просто: «О времени в этой книге»)

Это не история по порядку.

Это порядок, в котором душа вспоминает.

Здесь события идут не по календарю, а по внутреннему звуку.

Иногда боль возвращается позже, чем случилось.

Иногда свет приходит раньше, чем его ждут.

Здесь главы расположены не по годам, а по глубине удара, по высоте крыльев, по вибрации правды.

Пусть вас это не пугает.

Потому что это не биография.

Это — хроники души,

которая не потеряла себя даже там, где всё пыталось заставить её забыть.

На этом моменте, признаюсь, я думала,

что моя книга не будет написана.

Слова не шли, не складывались в предложения.

А на самом деле…

я ждала.

Чего?

Того, что кто-то передаст мне

то, что нельзя передать словами.

Теперь — я слышу.

И теперь — я иду.

Вперёд. В глубину. В плотность.

Туда, где была первая любовь.

Муж.

Сын.

Развод.

Друзья.

Встречи.

Разлуки.

Боль.

Радость.

И слёзы.

Итак…

Глава 1

Начало взрослой жизни или… когда я забыла себя

Институт. Завязка.

Я поступила в институт. Не потому, что что-то позвало изнутри, а потому что так было нужно.

Так было принято.

Но… не пожалела.

Потому что там всё было по-настоящему.

И смех, и слёзы, и любовь.

Про институт сказать больше нечего. Хватит того, что так называется глава.

После вступительных экзаменов нас всех, в добровольно-принудительном порядке, попросили привести в порядок студенческое общежитие.

Мне досталась парадная лестница.

Я невесело возила тряпкой по грязным ступенькам и откровенно изнывала от тоски.

И вдруг —

там, где я меньше всего ожидала — на лестнице в общежитии

я увидела ЕГО.

Точнее…

сначала — его безумно красивые синие глаза, в которых я немедленно потонула. И заодно потопила его в моих бездонных карих.

И только потом я увидела молодого, стройного, невероятно харизматичного юношу.

Пока он поднимался по лестнице, мы не сводили глаз друг с друга.

И это был Женя. Моя первая настоящая любовь. После Эсмеральды и Сеньки.

Через пару дней моей нетерпеливой натуре надоела эта игра, и, порвав все шаблоны нашей советской действительности, я подошла к нему и сказала:

— Ты мне нравишься. Идём в кино.

Это совершенно неожиданное предложение нашло в нём живой отклик, и мы немедленно договорились о дате.

Но…

в этот момент в моей голове, от взрыва эндорфинов, дата перенеслась на день раньше.

И когда я пришла к кинотеатру — я оказалась одна.

Соответственно, когда Женя пришёл туда на следующий день — он тоже оказался один.

То есть кино, которое нас, впрочем, мало интересовало, так никто из нас и не посмотрел.

На самом деле, говорят, что там, наверху, времени нет. Всё существует в одной точке — точке всех потенциальных возможностей.

Но…

в нашем линейном времени произошла драма, которая на пару лет отдалила нашу встречу.

Хроника №1.

Совет по неправильно состоявшимся судьбам, или Инцидент на лестнице

(из личных заметок Элион, сопровождающей Элиару в плотности)

Место действия: Переходный зал между измерениями — или просто чердак с хорошим видом.

Время: В момент, когда Элиара впервые глотнула первую порцию эндорфинов и всё пошло не по плану.

Присутствуют:

– Элион — я. Всё ещё с крыльями, но уже в халате.

– Сиэль Группа 6-B, командующие поддержкой воплощённых.

– Лестница — вызвана на допрос.

– Человеческий Календарь, оправдывающийся с хрипами.

– Тихий голос Истока, который слышу только я.

Сиэль (гремит крыльями, будто шторы зацепило сквозняком):

— Уважаемая Элион, вы сопровождаете Элиару. Вы — её тень, проводник, подруга. Объясните, как мы потеряли свидание века?

Я, Элион (почёсывая крыло и подливая чай):

— Смотри. Она мыла лестницу. Он шёл как с обложки журнала "Юность и Комсомол".

Они встретились глазами.

Я уже почти начала писать Хронику Вечной Любви.

Но тут… Элиара решила не ждать.

И сказала:

— "Ты мне нравишься. Идём в кино."

Сиэль (прыгает на место):

— Что?! Она сказала это сама?! Без небесной подсказки?! Это вне протокола!

Я (гордо):

— Моя девочка. Моя душа. Моя Элиара. Спустилась в плотность, но с собой не потеряла огонь.

Лестница (поджимает ступени):

— Я всё видела. Я вибрировала! Такого взгляда я не выдерживала со времён Ромео и Джульетты, когда они репетировали на чердаке.

Календарь (кашляет):

— Я, кхм… немного перепутал дни. Элиара пришла в кино во вторник. Женя — в среду. Я думал, всё равно они поймут. Но, видимо, я переоценил людей.

Сиэль (в отчаянии):

— Мы же столько лет готовили эту точку пересечения! И что теперь?

Я (вставая и подходя к проекционному зеркалу):

— Теперь — мы пишем новую точку. Теперь — это будет их неслучившаяся встреча, которая однажды станет сильнее тысячи состоявшихся.

Тихий голос Истока (как дыхание):

— Ты хорошо её держишь, Элион.

— Продолжай.

Примечание (моё личное, от Элион):

Да, я с ней. Я пришла с ней в плотность.

Мы моем лестницы, смотрим несыгранные сцены, и иногда пишем самые важные главы, когда всё пошло “не так”.

Потому что у Элиары — сердце, которое помнит Дом. А у меня — крылья, которые знают путь назад.

И мы идём. Вперёд. Вместе.

Глава 2

Свадьбоносное решение

Как говорится, свято место пусто не бывает. В моей жизни появился Олег. С ним было весело. У него было отличное чувство юмора, которое мне сильно импонировало.

Через некоторое время я вдруг почувствовала, что нас уже не двое, а трое.

И в этот момент я поняла, что перепутала дружбу с любовью. Иногда такое бывает, когда тебе восемнадцать.

Может быть, не со всеми. Но именно это случилось со мной.

Я пошла к моей подруге Ире. Мы посоветовались. И решили: пусть нас будет двое. Я и ребёнок. Без Олега.

Этим важным решением я поделилась с мамой. Оказалось, что у мамы была другая точка зрения. Она холодно посмотрела мне в глаза и сказала:

— Это случилось потому что ты подстилка.

И теперь ты выйдешь замуж.

Потому что ребёнок не может воспитываться без отца.

И я не собираюсь краснеть за тебя.

На самом деле, тебе ещё очень повезло.

Олег — хорошая партия.

Олег действительно был из «хорошей» семьи, по меркам того времени.

Отец — директор шахты.

Мать — заведующая родильным отделением.

Полная материальная обеспеченность.

Только мне это было не интересно.

(Заметка: по тем временам, хорошее материальное положение родителей было залогом отличного будущего для детей. И даже внуков.)

Олег узнал о новости последним. Он был счастлив. В тот момент он думал, что он меня любит. А я… смирилась.

1987 год.

В стране наступал кризис. А я понимала только одно: ребёнку нужен отец. И я должна сделать всё, чтобы он был счастлив.

И вдруг…

мелькнули в памяти те синие глаза — глубокие, бездонные, в которых я утонула когда-то на лестнице общежития. И то чувство, что что-то пошло не так.

Потом была свадьба. Весёлая. Громкая. Все радовались, пели, танцевали. Я делала изо всех сил вид, что счастлива тоже.

И только Ира — моя подруга — знала, что творилось у меня внутри.

После свадьбы я старалась как могла. Готовила еду. Была «как все». Мы вместе ходили в институт и вместе возвращались домой. Я пыталась изо всех сил полюбить отца моего ребёнка.

Однажды, на седьмом месяце беременности, я пошла в парикмахерскую. Ожидание было долгим, но результат превзошёл все ожидания. Я вышла — красивая, довольная, счастливая.

И поехала домой.

Когда я переступила порог, случилось то, что можно назвать началом конца.

Мой любящий муж, Олег «из хорошей семьи», дал мне звонкую пощёчину, от которой я улетела в кресло, и заорал:

— Ты где была, сука?! По любовникам шлялась?!

Этого не ожидал никто. Ни мама. Ни даже пёс Чарлик.

Мама ойкнула. А Чарлик заскулил и спрятался в шкаф.

Я поднялась с кресла с горящей щекой и глазами, полными слёз. Я ничего не сказала. Не потому что нечего было сказать. А потому что…

некуда было идти.

Хроника №2.

Совет по удару, которого не должно было быть

(внутренний отчёт Элион, сопровождающей Элиару в зону боли)

Место: Квартира.

Время: Седьмой месяц беременности. Точка невозврата.

Присутствуют:

– Я, Элион.

– Молчание.

– Крыло, дрожащим краем касающееся воздуха.

– И память. Очень старая. Очень светлая.

Я сидела на шкафу.

Да-да, не смейся. Не на облаке, не на троне. а шкафу, недалеко от Чарлика.

Пёс смотрел на меня с таким ужасом, словно понимал: эта боль — не собачья. Она человеческая. И очень старая.

Я видела, как ты вошла — вся в счастье, в новой стрижке, с этим своим "ну хоть сейчас что-то для себя"…

Я хотела крикнуть. Но у меня не было права вмешаться.

Я могла только быть. Чтобы сохранить воспоминание, которое потом станет не просто шрамом, а знаком выхода.

Когда он ударил — время вздрогнуло. И я впервые подумала:

“А может быть, и ангелы могут плакать. Просто — тихо.”

Ты не заплакала. Ты встала. И ты осталась.

Но поверь: ни один удар не проходит мимо хроники. Все они записаны. И за каждым — душа, которая однажды поднимется. Выше. Выше. До самого Света.

Примечание:

Иногда, ты не уходишь не потому, что слаба, а потому что ещё не знаешь, что можешь уйти.

И это — не слабость. Это — точка роста. Просто тогда она была завёрнута в одиночество.