Czytaj książkę: «На грани притяжения»
НА ГРАНИ ПРИТЯЖЕНИЯ
ПРОЛОГ
Панорамные стекла восемьдесят пятого этажа башни «Федерация» содрогались от ударов капель осеннего ливня. Внизу, где-то в глубокой бездне ночной Москвы, артерии улиц светились непрерывными нитями красных и белых габаритных огней. Город жил своей бешеным ритмом, не подозревая, что на этой высоте, в затянутом полумраком кабинете из мрамора, стекла и полированного дерева, решается чья-то судьба.
София стояла у самого края, едва не касаясь лбом ледяного стекла. Её дыхание оставляло на прозрачной поверхности легкое, быстро исчезающее облачко пара. Пальцы сжались в кулаки так сильно, что ногти въедались в ладони, но физическая боль была ничем по сравнению с тем вихрем, который бушевал у неё в груди.
Она слышала их шаги. Два абсолютно разных ритма, которые она научилась узнавать из тысячи.
Справа — тяжелая, уверенная, хозяйская поступь Егора. От него вело ощутимым холодом и властью. Он привык отдавать приказы, привык ломать чужие судьбы одним росчерком пера на документах или сухим кротким кивком. Слева — бесшумная, почти кошачья походка Марка. Каждое его движение было пропитано обманчивым спокойствием и смертоносным расчетом.
— Ты не можешь убегать вечно, София, — раздался в тишине низкий, с легкой хрипотцой голос Егора.
Он подошел сзади так близко, что София ощутила затылком тепло его тела и знакомый, сводящий с ума аромат сандала, дорогого табака и мокрого асфальта. Его тяжелая ладонь опустилась ей на плечо — не грубо, но так крепко, что у неё перехватило дыхание.
— Мы предупреждали тебя, что этот мир не прощает ошибок, — мягко, но с железными интонациями произнес Марк, возникая по левую сторону от неё. Его пальцы касались её запястья, отыскивая пульс. — Ты забралась слишком глубоко, малютка. И теперь назад дороги нет.
— Я просто хотела... я просто хотела вернуться к своей нормальной жизни, — шепотом выговорила София, не оборачиваясь. Голос пресекся. — К жизни, где не нужно оглядываться на каждую тень. Где не нужно вытирать кровь с чужих дорогих пиджаков.
Егор тихо ухмыльнулся. Этот звук отозвался в её позвоночнике электрическим разрядом. Он наклонился к её уху, касаясь губами чувствительной кожи на шее, отчего по телу Софии пробежала крупная дрожь.
— Нормальной жизни больше нет, Софи, — прошептал Орлов. — Ты видела то, что предназначено только для нас. Ты знаешь нас настоящих. А главное... ты принадлежит этому месту. И нам.
Марк чуть сжал её запястье, заставляя повернуть голову. В его темно-карих, почти черных глазах отражались огни ночного мегаполиса и нечто куда более опасное — всепоглощающее, властное притяжение, против которого у Софии не было иммунитета.
— Вопрос только в том, готова ли ты сыграть в эту игру до конца, — добавил Бондарев, проведя костяшками пальцев по её пылающей щеке. — По нашим правилам.
На столе в глубине кабинета глухо зажужжал зашифрованный телефон. Экран вспыхнул красным надписью: «Сигнал тревоги. Периметр пробит».
Егор и Марк переглянулись. В их взглядах не было страха — лишь хищная собранность двух львов, защищающих свою территорию. И свою добычу.
София закрыла глаза, понимая: иллюзия безопасности рухнула окончательно. Все началось ровно месяц назад, с банального запаха свеже смолотой арабики и утреннего шума в холле «Москва-Сити»...
ГЛАВА 1. Запах корицы и стальной ритм
Утро в «Москва-Сити» никогда не начиналось с тишины. Оно врывалось гулом подземных парковок, шелестом дорогих шин, стуком женских каблуков по полированному граниту и бесконечным, монотонным звоном стеклянных турникетов. Здесь, в гигантском аквариуме из бетона и зеркальных панелей, время текло иначе. Оно было дороже золота, и люди в строго пошитых костюмах отглаживали свои минуты до секунды.
София Емельянова любила этот ритм, хоть и стояла на совершенно иной ступени местной иерархии.
В семь утра кофейня «Coffee & Stone», расположенная на первом этаже одной из самых престижных башен, уже наполнялась ароматом обжаренных зерен, корицы и свежей выпечки. София в аккуратном темно-коричневом фартуке стояла за блестящей рожковой кофемашиной. Её пальцы ловко и привычно утрамбовывали темный порошок в холдер.
— Софи, на третьем столике двойной эспрессо и капучино на миндальном, — крикнул Артём, второй бариста, протирая стойку. — И будь осторожна, там помощник Орлова опять нервничает. У них сегодня в девять какой-то закрытый совет директоров.
— Уже делаю, — отозвалась София, выбивая эспрессо.
Ей нравилась её работа. В свои двадцать два года, совмещая смены в кофейне с учебой на заочном отделении факультета искусствоведения, София научилась быть незаметным, но внимательным наблюдателем. Бариста в «Сити» — это как исповедник для топ-менеджеров. Люди в костюмах за десятки тысяч долларов думали, что персона за стойкой их не замечает, и часто позволяли себе лишние фразы, обрывки звонков и эмоциональные вспышки прямо здесь, за стаканом плотного флэт-уайта.
София знала, кто с кем разводится, кто проигрывает миллионы на бинарных опционах, а кто готов продать конкурентам секреты своего холдинга. Но она никогда не вмешивалась. Её миром была эстетика: тонкая струйка взбитого молока, вырисовывающая на молочной пене аккуратную розу или изящное сердце.
Но ровно в 8:15 ритм кофейни изменился.
Шум разговоров в зале не утих, но стал заметно глуше. Автоматические стеклянные двери центрального входа раздвинулись, и в холл вошли они.
Егор Орлов и Марк Бондарев.
В «Сити» их знали все — от охранников на контроле до высшего руководства банков. Совладельцы инвестиционного гиганта «Orlov & Bondarev Group», контролировавшего миллиардные потоки в сфере недвижимости и IT-технологий. Они были легендой и одновременно главными персонажами местных сплетен.
Егор Орлов шел первым. Высокий, широкоплечий, с темными, идеально уложенными волосами и жестким, сухим подбородком. Его темно-синий тройка-костюм сидел так, словно был второй кожей. От Егора веяло суровой, почти первобытной силой человека, который не знает слова «нет». Он говорил по телефону через беспроводную гарнитуру, и его лицо оставалось непроницаемой маской.
Чуть отставая на полшага, рядом шел Марк Бондарев. Он выглядел более расслабленно, но эта расслабленность была обманчивой, как у спящей пантеры. Двубортный серый пиджак, расстегнутая на верхнюю пуговицу белоснежная рубашка без галстука, чуть более длинные, волнистые темные волосы. В руках Марк держал тонкий планшет, что-то быстро просматривая.
Они были давними друзьями еще со студенческих времен, но разительно отличались друг от друга. Егор — таран, сокрушающий препятствия прямотой и авторитетом. Марк — хирург, наносящий точечные, безупречные удары.
Они всегда заказывали кофе именно здесь. Каждое утро.
— Софи, твоя очередь, — тихо прошептал Артём, отступая к кассе. — Я до сих пор опасаюсь Орлова. У него взгляд такой, будто он сейчас проведет аудит моей жизни и признает её банкротом.
София едва заметно улыбнулась, вытирая сухим полотенцем стойку.
Егор и Марк подошли к стойке. Атмосфера вокруг них буквально искрилась плотной энергетикой.
— Двойной американо без сахара. И раф с кардамоном, — не поднимая глаз от телефона, чеканным тоном произнес Егор.
— С кардамоном и мускатным орехом, Егор, ты опять путаешь, — мягко поправил его Марк, поднимая взгляд на Софию. На его губах скользнула едва уловимая, привлекательная улыбка. — Доброе утро, София. Надеюсь, у вас сегодня более спокойный день, чем у нас.
София вздрогнула от неожиданности. Она не думала, что Марк Бондарев помнит её имя.
— Доброе утро, господин Бондарев, господин Орлов, — сдержанно ответила она, встречая взгляд Марка. Его карие глаза смотрели с живым, глубоким интересом, от которого внутри у Софии сладко и тревожно сжалось сердце. — Всё сделаем в лучшем виде. Раф с кардамоном и мускатным орехом, как вы любите.
Егор наконец закончил разговор, сдернул гарнитуру и перевел взгляд на девушку. Его серо-стальные глаза прошлись по Софии — от аккуратного фартука, подчеркивающего тонкую талию, до выбившейся из аккуратного пучка светлой пряди волос, падающей на шею.
Этот взгляд был почти физически ощутимым. Он не просто смотрел — он оценивал, сканировал, считывал её состояние. На секунду Софии показалось, что воздух между ними стал слишком густым.
— Вы сегодня бледная, — вдруг сухо произнес Егор. — Перерабатываете?
София сглотнула, сжав пальцами ручку питчера с молоком.
— Все в порядке, господин Орлов. Просто сессия на носу.
— Образование — это хорошо, — коротко ровно ответил Егор, но его взгляд задержался на её губах чуть дольше, чем требовалось в рамках банальной вежливости. — Нам наверх, через пять минут. Заверните с собой.
— Конечно.
София быстро и с филигранной точностью принялась за работу. Пар из форсунки взбил молоко в идеальную бархатистую пену. Добавив щепотку свежесмолотого кардамона и мускатного ореха, она запечатала стаканы крышками и поставила их на деревянный поднос перед мужчинами.
Марк достал карту, но Егор опередил его, приложив к терминалу свой платиновый чип.
— Спасибо, София, — произнес Марк, забирая свой стакан. Его пальцы на секунду случайно — или намеренно — коснулись ее ладони. Тонкий импульс тепла прошел прямо к плечам Софии. — Ваш кофе — единственное приятное событие за сегодняшнее утро.
— Удачного вам дня и успешного совета директоров, — ответила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Егор забрал свой американо, задержав взгляд на её лице еще на одну долгую, полную немого напряжения секунду.
— Удача нужна слабым, София. Нам нужна точность, — отчеканил он.
Мужчины развернулись и направились к скоростным лифтам, ведущим в пентхаус и на верхние офисные этажи. Их сопровождала пара телохранителей, держащихся на уважительном отдалении.
София выдохнула, переведя дыхание.
— Ого, — прошептал Артём, подбегая ближе. — Ты заметила, как Орлов на тебя смотрел? Он же обычно вообще людей вокруг себя за декорации считает. А тут... прямо дыру в тебе прожег.
— Тебе кажется, Тём, — тихо ответила София, хотя её собственное сердце все еще отбивало неровный чечеточный ритм. — Они просто клиенты. Очень богатые и очень требовательные клиенты.
Она еще не знала, что спустя всего двенадцать часов один забытый кожаный портфель, оставленный на диванчике в углу кофейни перед самым закрытием, навсегда перечеркнет её обычную жизнь и заставит этих двух недосягаемых мужчин стать её единственной защитой... и главным искушением.
ГЛАВА 2. Забытая кожа и платиновый чип
Сумерки опускались на мегаполис быстро, окрашивая стальные башни «Москва-Сити» в густые фиолетово-серые тона. Внутреннее освещение атриума сменилось на мягкое подсветку: под потолком зажглись теплые диодные ленты, выхватившие из полумрака геометрию стекла, мрамора и металла. К восьми вечера основной поток сотрудников инвестиционных фондов и IT-гигантов уже хлынул к парковкам и метро. Кофейня «Coffee & Stone» постепенно пустела.
Артём ушел полчаса назад, оставив Софию дорабатывать финальный час и сдавать кассовую смену. Девушка протерла стальную поверхность кофемашины, навела порядок на рабочей стойке и принялась пересчитывать дневную выручку.
Тишину разбавлял лишь равномерный шум приточных вентиляторов да сдержанный шаг редких прохожих.
Именно в этот момент София заметила его.
В далеком углу зала, на глубоком кожаном диване с высокой спинкой, стояла забытая вещь. Плотная папка-портфель из дорогой темно-коричневой кожи с тяжелой латунной застежкой.
София нахмурилась. Этот столик был забронирован в районе шести вечера: там сидел нервный мужчина среднего возраста в сероватом костюме-тройке, который беспрестанно озирался, пил быстрый ристретто и несколько раз вполголоса спорил по телефону. Похоже, уходя в спешке, он попросту забыл свои вещи.
— Опять кто-то оставил документы, — пробормотала София себе под нос, снимая фартук.
Она подошла к дивану, подняла тяжелый портфель и на секунду замешкалась. По правилам заведения, все оставленные вещи следовало передавать на рецепцию службы безопасности башни. Но, повернув портфель, она увидела, что боковой карман на молнии слегка приоткрыт. Из него выпадала пластиковая карта-пропуск и небольшой серебристый предмет.
София машинально подхватила выпадающие вещи, чтобы не ронять их на полированный гранит.
Пластиковая карта оказалась VIP-пропуском в закрытую зону верхних этажей Orlov & Bondarev Group с именами и вензелями компании. А серебристым предметом была увесистая флеш-карта из матового титана с кодовым колесиком-замком и выгравированным логотипом той же корпорации.
София замерла. Сердце почему-то пропустило удар.
Вдруг за ее спиной раздались быстрые, жесткие шаги. Она резко обернулась.
Из эскалаторного проема быстрым шагом вышли двое мужчин в темных плащах без опознавательных знаков. Они не были похожи на обычных офисных сотрудников или охранников башни — от их фигур, скованных резких движений и тяжелых, сканирующих взглядов веяло откровенной угрозой.
— Девушка, — сухим, бесстрастным голосом обратился к ней тот, что шел впереди, высокий, со шрамом на скуле. — На этом столике лежал коричневый портфель. Где он?
София сжала флешку в кулаке, спрятав её в deep-карман своей джинсовой куртки вместе с пропуском, а сам портфель остался лежать на столе.
— Он... вот здесь, — голос Софии чуть дрогнул, но она постаралась сохранить спокойствие. — Я как раз собиралась отнести его на стойку охраны.
Мужчина со шрамом быстро шагнул к столику, схватил портфель и моментально расстегнул боковой карман. Его лицо исказилось.
— Где флешка? — он резко шагнул к Софии, нависая над ней. — И VIP-пропуск? Они были в боковом кармане.
— Я... я не знаю, о чём вы, — ответила София, отступая на шаг назад и чувствуя, как внутри всё сжимается от страха. — Карман был приоткрыт, когда я подошла. Я ничего не брала.
Второй мужчина зашел сбоку, отрезая ей путь к выходу из зоны кофейни.
— Не лги, дрянь, — тихо, но угрожающе процедил первый. — Ты единственный человек в зале. Отдай накопитель, и мы просто уйдём. Или мы заберем его вместе с тобой.
Он протянул руку, чтобы схватить её за плечо, но София отпрянула, задев деревянный стул. Тот со грохотом упал на гранитный пол, эхом отозвавшись по всему пустому атриуму.
— Назад! — выкрикнула она, оглядываясь в поисках охраны башни, но пост безопасности в этой части холла как назло оказался пуст — там шел пересменок.
— Тише ты, — второй мужчина жестко перехватил ее за запястье. Его пальцы возились с ладонью как стальные тиски. — Заткнись и иди с нами.
София попыталась вырваться, её охватила настоящая паника. И в тот момент, когда ситуация казалась безнадежной, со стороны центральной лифтовой шахты раздался чистый, холодящий душу голос:
— Я бы на вашем месте не делал больше ни одного шага.
Разговоры, шум и страх на мгновение замерли.
Из панорамного лифта вышли Егор Орлов и Марк Бондарев в сопровождении двух высоких начальников собственной службы безопасности.
Егор шел медленно, снимая на ходу кожаные перчатки. В его серо-стальных глазах не было просто гнева — там бушевала ледяная, уничтожающая буря. Марк шел чуть слева, скрестив руки на груди, но его взгляд, зафиксированный на мужчине, державшем Софию за руку, был не менее опасным.
— Господин Орлов... — выдохнул мужчина со шрамом, ослабляя хватку, но не отпуская Софию окончательно. — Мы выполняем приказ. Это приватное дело нашей структуры.
— В моей башне? На моей территории? И с моей баристой? — Егор остановился в трех шагах от них. Его голос звучал настолько низко и весомо, что воздух вокруг, казалось, стал тяжелее. — Вы зашли не в тот атриум, господа.
Марк сделал один плавный шаг вперед и оказался сбоку от второго нападавшего.
— Отпусти её руку, — очень мягко, почти ласково попросил Марк. — Прямо сейчас. Пока мои люди не переломали тебе пальцы по одному.
Мужчина со шрамом нервно сглотнул, переглянулся с напарником и медленно разжал пальцы. София тут же отшатнулась в сторону и оказалась прямо за спиной Марка. Тонкий запах сандала и дорогого табака моментально окутал её, даря невероятное, почти физическое ощущение защиты.
— Какая у вас организация, мы разберемся через пять минут, — холодно чеканил Егор, делая знак своей охране. — Задержать обоих. Сдать в оперативную службу на минус третьем этаже. Никаких внешних звонков.
Трое охранников Орлова сработали молниеносно и профессионально: через пару секунд оба визитера уже были блокированы на полу и уведены в служебный коридор без лишнего шума.
В атриуме снова воцарилась тишина.
Марк повернулся к Софии. В его глазах жесткость моментально сменилась искренней тревогой. Он взял ее за плечи, чутко всматриваясь в бледное лицо.
— Ты цела, София? Они не причинили тебе вреда?
— Я... всё в порядке, — прошептала София, ощущая, как у нее начинаются мелкая дрожь во всем теле. — Спасибо... если бы не вы...
Егор подошел ближе. Его внушительная фигура заслонила собой свет от фонарей атриума. Он посмотрел на дрожащие руки девушки, затем на её глубокий карман куртки.
— Что они искали? — прямо спросил Орлов.
София сглотнула, медленно запустила руку в карман и вытащила титановую флешку и платиновый VIP-пропуск.
— Они выпали из забытого портфеля, — тихо сказала она. — Я не успела спрятать или передать их... Я не знаю, что там.
Марк и Егор переглянулись. Лицо Марка мгновенно стало предельно серьезным, а на губах Егора заиграла жесткая, хищная ухмылка.
— Это ключ к аудит-протоколу за третий квартал, — тихим голосом произнес Марк, забирая флешку из её пальцев, но на секунду задержав свои теплые ладони на её дрожащих кистях. — Они искали именно его. И если бы они забрали его у тебя... ты бы не дожила до утра, Софи.
София побледнела ещё сильнее.
Егор наклонился к ней, смотря прямо в глаза. Расстояние между их лицами сократилось до пары десятков сантиметров. София почувствовала жар, исходящий от его тела, и неукротимую, давящую силу его ауры.
— Ты впуталась в войну, София Емельянова, — прошептал Егор. — Но теперь ты под нашей защитой. Поднимайся с нами. Внизу тебе оставлять больше нельзя.
ГЛАВА 3. Пентхаус на высоте птичьего полета
Приватный скоростной лифт поднимался на восемьдесят пятый этаж со скоростью десять метров в секунду. За стеклянной панорамной стеной кабины ночная Москва превращалась в гигантскую россыпь золотых и неоновых огней.
София стояла между двумя мужчинами. Правое плечо почти касалось дорогого сукна пиджака Егора, слева ощущалось постоянное, поддерживающее присутствие Марка. Никто не произносил ни слова, но напряжение в кабине лифта можно было резать ножом.
Двери бесшумно раздвинулись, открывая доступ в огромный пентхаус, совмещающий в себе приватную резиденцию и закрытый ситуационный центр Orlov & Bondarev Group.
Здесь царил абсолютный минимализм: темный мрамор, полированный плитняк, встроенная подсветка, панорамное остекление по всему периметру и массивная мягкая мебель из темной кожи. В воздухе витал тонкий аромат дорогого дерева, хвои и качественного кофе.
— Присядь, — мягко сказал Марк, подводя Софию к глубокому кожаному дивану перед панорамным окном. — Тебе нужно прийти в себя.
Он отошел к барной стойке, налил в тяжелый хрустальный стакан немного янтарного коньяка и вернулся, протягивая его девушке.
— Пей. Медленно, маленькими глотками. Это снимет шок.
София послушно взяла стакан. Её пальцы все еще слегка подрагивали. Сделав глоток, она почувствовала, как обжигающее тепло медленно разливается по пищеводу, заставляя замерзшее тело расслабляться.
Тем временем Егор стоял у большого рабочего стола, подключив титановую флешку к зашифрованному терминалу. На трех гигантских мониторах побежали бесконечные строки кода, финансовые таблицы и сканы закрытых договоров.
— Ну что там? — подошел к нему Марк, опираясь руками о край стола.
— Подтвердились худшие опасения, — холодно отозвался Егор, не отрывая взгляда от строящихся графиков. — Это полный пакет утечек по проекту «Северный вектор». И сливал его наш главный аналитик, господин Власов. Тот самый, чей портфель София нашла в кофейне. Он собирался передать это структурам «Синдиката» прямо у нас под носом.
— И София сорвала им сделку, — резюмировал Марк, поворачиваясь и глядя на девушку. — Теперь они знают её в лицо. И они будут искать её.
София опустила стакан на столик.
— Я... я могу просто уехать из города? У меня сессия, работа... У меня вся жизнь здесь. Я не хочу участвовать в ваших корпоративных войнах!
Егор отошел от стола и медленно приблизился к ней. Каждое его движение излучало абсолютную, непререкаемую уверенность. Он остановился прямо перед ней, слегка наклонился и положил руки на подлокотники дивана, фактически заключив Софию в тиски своего тела.
— Уехать? — переспросил он глухим, бархатным голосом. — София, люди, которые стояли сегодня перед тобой в холле, не оставляют свидетелей. Если ты выйдешь за пределы этой башни одна, тебя не станет через пару часов. Ты понимаешь это своей прелестной головкой?
София сглотнула, глядя в его серо-стальные глаза. Они были настолько близко, что она могла разглядеть золотистые вкрапления в его радужке. Её сердце забилось в бешеном ритме — но на этот раз не от страха перед нападавшими, а от интимной, давящей близости этого мужчины.
— Егор, не пугай её еще больше, — спокойно произнес Марк, подступая с другой стороны и кладя руку на плечо Орлова. — Она и так пережила стресс.
Егор чуть отстранился, но взгляда не отвел.
— Я не пугаю, Марк. Я констатирую факты. София остается с нами. В моей резиденции. Под круглосуточной охраной.
— Под нашей охраной, — уточнил Марк с тонкой, едва уловимой полуулыбкой. Он присел на корточки перед Софией, оказавшись с ней на одном уровне. Взял её бледную ладонь в свои теплые, сильные пальцы и слегка сжал. — Ты в безопасности, Софи. Здесь тебя никто не тронет. Мы решим проблему с «Синдикатом» за несколько дней. Но всё это время тебе придется быть рядом с нами.
София перевела взгляд с Марка на Егора. Один дарил ей тепло, чувство защищенности и понимания. Второй — излучал непреодолимую силу, доминантность и власть, от которой перехватывало дыхание.
И оба этих мужчины — самые влиятельные и опасные в этом городе — сейчас смотрели на неё так, словно она была самым ценным и хрупким сокровищем во всем мире.
— И... что мне делать? — тихо спросила София, чувствуя, как между ними троими начинает закручиваться тугой узел невидимого, но ощутимого притяжения.
— Довериться нам, — ответил Марк, мягко погладив подушечкой большого пальца её тыльную сторону ладони.
— И слушаться меня во всём, — добавил Егор, не сводя с неё властного, темного взгляда. — Без исключений.
София закрыла глаза, понимая, что прежняя, понятная и безопасная жизнь баристы из «Москва-Сити» закончилась навсегда. Начиналась совершенно другая игра, где на кону стояла не только её жизнь, но и её собственное сердце...
ГЛАВА 4. Ночные тени и шелк
Ночной пентхаус казался островком тишины, зависшим между небом и землей. Внизу, растворяясь в осенней дымке, продолжала пульсировать Москва, но здесь, на восемьдесят пятом этаже, слышно было лишь мерное дыхание приточной вентиляции да редкие тихие щелчки клавиатуры, за которой всё ещё работал Егор.
Софию отвели в отдельную гостевую спальню — просторную комнату в графитовых и бежевых тонах с огромной кроватью, панорамным окном и собственной гардеробной. На постели уже лежала шелковая пижама глубокого изумрудного цвета, доставленная курьером из личной службы снабжения Орлова буквально через полчаса после их подъема.
Девушка смыла дневной макияж, приняла горячий душ, стараясь смыть с себя ощущение липкого страха, и накинула шелковый комплект. Ткань ласкала кожу, вызывая непривычное, почти чувственное ощущение роскоши.
Не в силах заснуть от переполнявших её эмоций и мыслей, София тихо приоткрыла дверь и вышла в полуосвещеную гостиную.
У панорамного окна, с хрустальным стаканом в руке, стоял Марк. На нем уже не было пиджака — белоснежная рубашка с расстегнутым воротником и засученными до локтей рукавами подчеркивала сильные, рельефные предплечья.
— Не спится, Софи? — не поворачивая головы, тихо спросил он. Его слух, казалось, улавливал малейшее движение.
София остановилась в нескольких шагах от него, поправив край шелкового халата.
— Слишком много всего для одного дня, Марк. Мне кажется, если я закрою глаза, то снова окажусь в том атриуме... с этими людьми.
Марк медленно повернулся. В мягком свете ночной подсветки его лицо выглядело менее строго, чем днём, но в карих глазах светился глубокий, проницательный интерес. Его взгляд скользнул по её силуэту, задержавшись на ключицах и тонкой шее, открытой распустившимися волосами.
— Здесь они тебя не достанут, — спокойно и твердо ответил Марк, сделав шаг к ней. — Поверь мне. Мы с Егором можем выглядеть по-разному, но в одном мы одинаковы: то, что попадает под нашу защиту, становится неприкосновенным.
— А я... попала под вашу защиту? — тихо спросила София, встречая его взгляд.
Марк подошел ближе. На расстоянии полушага от него София почувствовала теплую волну его присутствия. Он протянул руку и аккуратно заправил выбившуюся светлую прядь ей за ухо. Его пальцы ненароком коснулись чувствительной кожи шеи, и по спине Софии пробежал мгновенный табун мурашек.
— Ты сделала куда больше, чем просто нашла флешку, Софи, — произнес он, и его голос опустился до низкого, бархатного шепота. — Ты вошла в нашу жизнь. А из нашей жизни просто так не уходят.
София задержала дыхание. Её сердце снова забилось неровно. В Марке не было агрессивного напора Егора, но его мягкая, обволакивающая сила пленила не меньше.
— Марк... — выдохнула она, но словно не знала, что сказать дальше.
— Ш-ш-ш, — он приложил подушечку большого пальца к её губам, чутко очертив их контур. — Тебе нужно отдохнуть. Завтра будет сложный день.
В этот момент из кабинета вышел Егор. На нем была черная футболка, обтягивающая широкую грудь и плечи, и темные брюки. Увидев Марка и Софию, стоящих в полушаге друг от друга, он замер на секунду, его серо-стальной взгляд моментально потемнел.
— Марк, аналитики закончили расшифровку второго кластера, — сухим, властным тоном произнес Орлов, подходя к ним. Он посмотрел на Софию, и от этого взгляда у нее снова перехватило дыхание. — София, почему ты не в кровати?
— Я просто... выпила воды, — смутилась она, ощущая напряжение, вспыхнувшее между мужчинами.
Егор сделал шаг в ее сторону, аккуратно, но властно взяв её за локоть. Его хватка была твёрдой, горячей и бескомпромиссной.
— Тебе нужен сон, — отрезал он, глядя ей прямо в глаза. — Пойдём. Я лично провожу тебя.
Марк слегка приподнял бровь, уголок его губ тронула едва заметная, ироничная ухмылка, но спорить он не стал. Лишь проводил их глубоким, задумчивым взглядом.
Егор довел Софию до дверей её спальни. На пороге она повернулась к нему.
— Спасибо, Егор... за всё.
Егор помолчал секунду, заглядывая в её глаза. Напряжение между ними достигло такого накала, что казалось, воздух вокруг искрится. Он наклонился ближе, его дыхание коснулось её губ.
— Не благодари меня раньше времени, малютка, — тихо, но жестко произнес он. — Главная битва только начинается. Доброй ночи.
Он развернулся и шагнул обратно в коридор, оставив Софию с пылающими щеками и бешено колотящимся сердцем.
ГЛАВА 5. Железный купол и властный контроль
Утро встретило Софию ярким осенним солнцем, пробивающимся сквозь дымку над башнями «Сити».
Когда она вышла в главную гостиную, там уже кипела работа. За огромным столом переговоров сидели Егор, Марк и двое начальников службы безопасности. На интерактивной панели транслировались карты, схемы финансово-имущественных связей и профили ключевых фигурантов «Синдиката».
София приостановилась на пороге, не решаясь прервать этот жесткий, сухой процесс.
Марк первым заметил её. Его лицо моментально преобразилось, разгладилось, на губах появилось теплое выражение.
— Доброе утро, Софи, — произнес он, поднимаясь из-за стола. — Как ты себя чувствуешь?
— Доброе утро. Всё в порядке, спасибо, — тихо ответила она.
Егор оторвал взгляд от планшета. Его серые глаза смерили её с головы до ног. На Софии были простые джинсы и уютный бежевый свитер, переданный той же службой снабжения.
— Подойди, — коротко распорядился Орлов, указывая на свободное кресло рядом с собой.
София послушно подошла и села. Егор пододвинул к ней чашку свежесваренного рафа — именно такого, с кардамоном и мускатным орехом, как она любила.
— Твой любимый, — произнес он, и в его сухом голосе проскользнула неожиданная, глубокая забота. — Ты должна позавтракать. Повара уже приготовили омлет.
— Спасибо, Егор, — удивленно произнесла София, беря чашку. — Вы знаете какой кофе я люблю?
— Я помню все детали, София, — ровным тоном ответил он, фиксируя на ней прямой, магнетический взгляд. — Особенно те, что касаются важных людей.
Марк едва заметно ухмыльнулся, качнув головой, и перевел разговор в деловое русло:
— Итак, новости по вчерашнему инциденту. Нам удалось выяснить, что «Синдикат» готовит прямую атаку на наши активы через полтора часа, во время открытия торгов. Но самое главное — они знают, что флешка у нас. Власова они уже убрали с арены, а на Софию выдана формальная ориентировка их приватным службам.
София едва не уронила чашку.
— На меня? Но за что?
— Они хотят вернуть данные любым способом, — ответил Марк, садясь напротив неё на край стола. — И они думают, что ты — наше слабое место.
— Они ошибаются, — выделил каждое слово Егор, тяжело опустив кулак на стол. — София — не слабое место. Она под нашей прямой опекой. С сегодняшнего дня ты не покидаешь этот пентхаус без нашего личного сопровождения. К тебе приставляется двойная группа охраны. Твои занятия в институте переведены на дистанционный формат — я уже решил этот вопрос с ректором.
София вскочила с кресла.
— Вы решили вопрос с ректором?! Но вы не имеете права распоряжаться моей жизнью! Я не ваша собственность, Егор!
Егор медленно поднялся. Его внушительный рост и разворот плеч моментально подавили пространство. Он сделал шаг к ней, и София невольно отступила, пока не уперлась спиной в панорамное стекло.
