Czytaj książkę: «Соседи. Часть вторая»

Глава 1

Васильев ковылял по коридору в компании Веры и проклинал свое ранение больше, чем когда бы то ни было.

Обычно ранение шло ему в «плюс», придавая определенного шарма и загадочности.

Не то, чтобы доктор Васильев этим бравировал, совсем нет. Он был из тех, кто не хвастался своими заслугами, но женщины, будучи по своей природе натурами впечатлительными и сердобольными, всегда проявляли интерес, особенно, когда видели шрамы от пуль.

Так что да, можно было смело утверждать, что ранение было Васильеву на пользу.

Но не в этот раз.

— Андрей, Вы сказали, что хотели поговорить со мной о Лизе? Простите, я хотела сказать: о состоянии здоровья Лизы? — Вера шла рядом, и казалось, медленный шаг Васильева её нисколько не беспокоит.

— Совершенно верно: и о Лизе, и о ее отце. И как раз о состоянии здоровья обоих Кузнецовых.

— Об ее отце? — Вера удивленно переспросила и закончила свою мысль, удивив и озадачив тем самым Васильева окончательно:

— Но я не знакома с отцом Лизы. Я хотела сказать, что лично я с ним не знакома. Я его знаю лишь со слов самой Лизы.

— Да? — Васильев остановился перед дверью в свой кабинет, открывая его.

Вера, казалось, не услышала удивления в голосе врача:

— Впрочем, да, Андрей, нам надо поговорить. Мне тоже надо кое-что у Вас спросить.

— Тоже об отце Лизы? — спросил в попытке пошутить. И был сражен ответом:

— Да, и о нем тоже. И не только о нем.

Васильев распахнул дверь в свой кабинет и сделал приглашающий жест:

— Вера, проходите! Не буду добавлять “чувствуйте себя как дома”. Я же понимаю, что врачебный кабинет - не то место, где надо так себя чувствовать.

Васильев попытался пошутить, понял, что вышло корявенько, и мысленно на себя чертыхнулся. Куда делось его хваленое чувство юмора? Почему в компании этой женщины он терялся?

— Да, Вы правы, кабинет врача совсем не то место, где хочется часто бывать.

Вера вежливо улыбнулась, входя в кабинет. Прошла, села на стул для пациентов, быстро огляделась, отметив, что Андрей же завотделением, а кабинет у него самый обычный, ну, разве только, не намного больше по размерам. Письменный стол, два стула перед ним, за ширмой кушетка, на стене устройство для просмотра рентгеновских снимков.

— Так что Вы хотели узнать о Нине? — Васильев привлек внимание Веры вопросом.

— О Нине? — Вера посмотрела на Васильева удивленно. Смутилась:

— Нет, не о ней. Точнее, и о ней тоже, да. Но все-таки в первую очередь, о Лизе. О состоянии ее здоровья. Да, так правильнее.

— Слушаю, — Васильев пристроил палочку рядом и откинулся на спинку кресла.

— Андрей, ответьте мне честно: у Лизы есть еще травмы помимо тех, о которых Вы уже мне рассказали? Почему девочка лежит не в травме, а у вас, в хирургии? И, собственно, если это все ее травмы, то почему она лежит в больнице?

Васильев посмотрел на Веру долгим взглядом, будто решая, стоит ли ей отвечать честно или нет. Решился:

— Хотите честный ответ?

— Очень на него надеюсь!

— Хорошо! — Васильев кивнул. — Лиза лежит в моем отделении лишь по той причине, что мне нужен ее отец.

— В каком смысле, нужен? Зачем? — Вера насторожилась.

— Исключительно как пациент, — Васильев усмехнулся. — Потап, как подавляющее большинство мужчин, тем более, бывших военных, не любит врачей и обследования. Может, это низко с моей стороны, что я вплетаю в это Лизу, но мне надо взять у Потапа ряд анализов и, в идеале, сделать МРТ головного мозга.

— И вы, пользуясь тем, что Лиза все равно лежит у вас, надеетесь уговорить ее отца? — Вера, всё ещё не веря ему, уточнила.

— Да.

— Причина только в этом? Не в более серьезных травмах девочки?

— Вера, только в этом. Говорю Вам это как на духу!

Вера смотрела на Васильева настороженно, и ему пришлось продолжить:

— В крайнюю свою командировку Потап был ранен. Ранение в голову. Слава Богу, мы его спасли, но с военной службы его, как Вы понимаете, комиссовали по состоянию здоровья, — Вера кивнула, принимая его ответ и побуждая его продолжать. — Уважая его военные заслуги, Потапу оставили право владения оружием и подыскали наиболее подходящую работу.

— Лесником, — Вера опять кивнула, — да, Лиза говорила, что ее отец лесник.

— Да, лесником. Угодья, что находятся в его ведении, расположены за две тысячи верст отсюда. Да, далеко, зато нет шума и суеты.

— Шума?

— Да, все верно, городского шума, — Васильев выделил слово «городского» интонацией. — С тех пор прошло уже несколько лет. Как напоминание, Потапу остались шрамы и периодические головные боли. Симптоматика такая же, как при мигрени. Провоцируют те же раздражители: усталость, недосып, нервное перевозбуждение. Надо постоянно принимать лекарства, но я точно знаю, что Потап этого не делает. Спасается только длительным сном в полнейшей тишине и темноте.

— Ясно, — Вера коротко кивнула.

— Я, пользуясь тем, что девочка меня знает, и да, пользуясь своим служебным положением, забрал Лизу к себе в отделение. Зачем? Лишь за тем, чтобы и ее отец согласился пройти обследование. Наверное, это выглядит как шантаж, да? — Васильев вопросительно посмотрел на Веру.

— Есть немного, — не стала она отрицать.

Васильев рассмеялся и продолжил:

— Поверьте, Потап не тот человек, которого можно шантажировать. Лиза может быть выписана домой уже сегодня. У девочки нет серьезных травм. Разве что кроме душевных. Я ведь правильно понимаю, что ее избили и опоили наркотиком по просьбе ее так называемой лучшей подруги? Как же её там?

— Анна Омеличева, — подсказала Вера, тяжело вздохнув, — да, все верно.

— Вера, скажите, неужели же этот ваш конкурс или что там у вас, так крут, что надо вот ТАК поступать с конкурентами? — настала очередь Андрея смотреть на Веру недоверчиво.

— Крут, безусловно, — Вера прикрыла глаза, резко выдохнула и, открыв их, продолжила:

— Во всем этом есть и моя вина: я придавала конкурсу слишком большое значение. Хотела побудить студентов учиться лучше. Считала, что когда у них будет такая цель, как возможность попасть на работу к известному ресторатору, то они будут охотнее учиться и стремиться попасть в лучшие заведения города. Хотела как лучше, а получилось как всегда.

— Вера, поверьте, в этом нет Вашей вины. Вы не могли знать того, что кто-то из студентов опустится до избиения конкурента.

Вера хотела что-то ответить Васильеву, но не успела, в его кабинет коротко постучали и тут же открыли дверь. На пороге застыла пожилая санитарка:

— Андрей Яковлевич! Там Вашему другу, ну, этому, со шрамом на лице, — женщина провела ребром ладони в воздухе, поднеся руку к левой части лица, — стало плохо.

— Потапу?

— Да, ему! Он потерял сознание прямо на нашем крыльце.

Васильев коротко ругнулся, а Вера, сложив, что называется, два плюс два , не веря своим выводам и пытаясь осознать только что услышанное, уточнила:

— Так этот хам со шрамом и есть отец Лизы?

— Да, он самый! — Васильев уже обходил свой стол, не удержавшись, хохотнул. — Лихо Вы его, Вера. Надеюсь, расскажете, что за “нежные” чувства вас с майором связывают?

На это Вера лишь качнула головой и рассмеялась.

— Андрей, я всё-таки пойду к Лизе. В какой палате она лежит?

Васильев назвал номер палаты, в которой лежала девочка, пояснив:

— Мы проходили мимо ее палаты, пока шли ко мне.

— Да, я помню! — Вера подхватила свою сумку с гостинцами и вышла из его кабинета.

— Вера, я хотел попросить Вас…

— Не говорить пока Лизе ничего о том, что случилось с ее отцом? — Васильев кивнул. — Даже и не собиралась. Буду ждать Вашего возвращения у Лизы.

Глава 2

Васильев согласно кивнул, одарил Веру странным взглядом и, несмотря на хромоту и явный дискомфорт в ноге, быстро удалился в известном ему направлении.

Вера быстро нашла палату Лизы, подойдя к двери, постучала, прежде, чем войти.

— Входите, не заперто! — раздался голос Лизы.

— О, ты уже шутишь! — Вера вошла в палату и замерла, увидев девушку.

Половину ее лица украшал огромный синяк, один глаз открывался лишь наполовину. Лиза сидела на кровати, напротив нее, на единственном стуле, сидел полицейский и что-то писал.

— Вера Павловна, здравствуйте! — Лиза, увидев своего классного руководителя, попыталась улыбнуться.

— Здравствуй, Лизонька, — Вера улыбнулась девушке и шагнула к ее кровати. — А что здесь происходит?

— Уже ничего! — молодой совсем парень с погонами младшего лейтенанта оторвался от своего занятия и протянул Лизе папку. — Ознакомьтесь и распишитесь.

Лиза взяла протянутый протокол и углубилась в его чтение, а парень, обращаясь к Вере, проговорил тоном учителя:

— Её избили, отравили препаратом, а она заявление отказывается писать! А потом все возмущаются тем, что вечером на улицу страшно выйти! Сами же своим бездействием и плодим преступников!

— Готово! — Лиза вернула полицейскому его папку.

Парень глянул на подпись девушки, коротко кивнул и убрал бумагу в портфель. Буркнул недовольно: “Поправляйтесь!” — и вышел.

Лиза сидела нахохлившимся воробушком и явно ждала отповеди и от классного руководителя.

— Не стала писать заявление на Анну?

— Что? — от неожиданности Лиза вскинула взгляд на Веру. — Откуда Вы знаете, что это Аня их подговорила?

— Не сложно было догадаться, — Вера шагнула к тумбочке девушки и стала выгружать гостинцы. — Во-первых, и это я тебе авторитетно заявляю, только вы с ней можете заинтересовать нашего прославленного Козловского. Во-вторых, и опять же как профессионал, будь я на его месте, то я бы остановила свой выбор на тебе. И, наконец, в-третьих, Анна сама себя выдала.

Лиза сидела насупившись и Вера, желая подстегнуть интерес девушки, спросила:

— Сказать, чем именно она себя выдала?

Лиза пожала неопределенно плечиком, давая понять, что ей не очень интересно. Но Вера не поверила этому жесту девушки.

— Анна сама и вдруг позвонила мне вчера утром.

— Вчера? Утром? — Лиза удивленно смотрела на Веру.

— Представляешь, как я удивилась? — Вера рассмеялась и пояснила:

— Чтоб ваше поколение, да в десять утра первого января, кому-то звонило? Да мы в ваши годы в это время как раз спать ложились после празднования.

— Серьезно? — Лиза смотрела на своего классного руководителя и пыталась представить ее гуляющей до утра.

— Еще как серьезно, уж можешь мне поверить! Но не будем отвлекаться на меня и мою молодость. Я тебе потом, если захочешь, расскажу. Сейчас об Анне.

— И что же она хотела? — девушка спросила, казалось, из вежливости.

— Очень Анна за тебя, знаешь ли, переживала, — Вера отнесла термос с супом к маленькому столику в углу палаты, разложила приборы и вернулась к кровати Лизы, рассказывая будто бы между делом, а на самом деле наблюдая за реакций Лизы на свои слова. Девушка усмехнулась, но продолжала молчать.

— Еще Анна отнекивалась, что вы с ней подруги, — Лиза качнула головой и потянулась за тюбиком с какой-то мазью, открыв его, выдавила себе на пальцы и аккуратно смазала синяк на лице.

— Агнию с ее компанией пыталась выставить в плохом цвете, — Вера закончила говорить и замолчала, глядя на Лизу.

— Что? — Лиза, наконец, не выдержала и задала вопрос.

— Ну, уж извини за резкость, Лизонька, но говорю как есть. Чтоб уж все иллюзии развеять. Нельзя отрубать хвост по кусочкам. Легче точно от этого не будет.

— Агния не такая! Она бы никогда…

— Лиза, не кипятись, — Вера прервала девушку, — я и не поверила. Тем более, что потом, правда, позже мне и Агния позвонила. Рассказала о тебе. У неё ведь тут её друг работает, верно?

— Да, Макс. Он приходил ко мне и предлагал свой телефон, если вдруг позвонить кому мне надо, — подтвердила Лиза слова другой своей одногруппницы.

— Да, Агния мне так же сказала, — Вера улыбнулась. — Знаешь, мне стыдно это говорить тебе, Лизонька, но я ведь, к своему стыду, судила о нашей Агнии по одежке.

— Почему стыдно?

— Да потому, что грош мне цена, как педагогу, раз уж я не могу разобраться в своих учениках.

— Вам не за что извиняться, Вер Пална! Агния и ее команда и сами знают о том, какое они производят впечатление на окружающих. Это своего рода защита от таких вот “подруг”, как Аня.

— Пожалуй, ты права, — Вера проговорила это задумчиво.

— Вер Пална, не буду я писать заявление на Аню. Глупо все получилось. Тех парней я и не помню толком, даже по именам их всех не запомнила. Мне вон младший лейтенант Иванов уже указал на мое легкомыслие! — Лиза кивнула на дверь своей палаты, намекая на молоденького полицейского, что был тут. — Не собиралась я там долго сидеть. Аня попросила сходить, разбавить их мужскую компанию, я и пошла. Она ведь уверяла меня, что нормальные они парни, — Лиза медленно сделала глубокий вдох и продолжила говорить:

— Аня никогда и не скрывала того, что хочет победить любой ценой и устроиться на работу к Козловскому. Она ж и так ничего хорошего в жизни не видела - одни побои от отца-алкаша, если не успевала спрятаться. Она ж потому и на повара поехала учиться, что дома нормальной еды никогда не было, а алкоголя всегда в избытке. Вот и пусть она идет на эту работу. А я сдам остальные экзамены да к отцу уеду. В провинции тоже люди живут и в рестораны ходят. Вот там и найду работу, а уж мясом меня папа с Егорычем обеспечат!

— Вот, значит, как ты решила, да?

— Думаете, что не справлюсь?

— Почему же? Уверена, что справишься! — Вера сказала это уверенно. — Ты у нас девушка целеустремленная, готовишь ты хорошо, так почему же у тебя должно что-то не получиться?

— Да. Уеду. Мама со своим Гариком и без меня тут счастлива, а отец там совсем один. Ему после ранения тяжело жить в больших городах, он и живет там в деревне. Ближайший город в тридцати километрах от него. Городок тихий и, знаете, уютный такой. Мне там нравится, если честно. И люди там более открытые. Не держат камня за пазухой, — Лиза, говоря это, явно намекала на Анну.

— Да, в маленьких городах все на виду, — Вера согласилась с девушкой.

Они посидели в тишине. Потом Вера, легко поднявшись со стула, шагнула к Лизе, протянула той руку, предлагая опереться на нее, и бодрым голосом произнесла:

— Ну, что? Давай пробовать суп лапшу?

— Давайте! — Лиза обрадовалась, когда поняла, что ее любимый педагог не собирается ее отговаривать. Встала, опираясь на руку женщины, поблагодарила и подошла к столику, где в глубокой тарелке аппетитно дымился суп. Зачерпнула первую ложку, прожевала и блаженно улыбнулась:

— Очень вкусно!

— Приятного аппетита! — Вера улыбнулась и отошла к окну, чтобы не смущать девушку, стоя рядом.

— Вер Пална, а что у нас в доме творится? Я тут наш домовой чат почитала, не поверила -это точно наш спокойный дом?

Вера рассмеялась:

— Если ты о том, что один из наших жильцов вдруг в колдуны подался, так это Григорию его невестушка устроила. Не понятно, правда, за что она ТАК с ним. Нормальный же, вроде, парень. (ссылка на Ингу Леровую)

— А соседи-то уже и рады! Подались, кто за чем, записываться! — Лиза рассмеялась. — Вер Пална, а что там за история с распилом машины и дракой? Это точно про нашу улыбчивую Лёлю? (ссылка на Зайцева)

— Точно! Сама удивляюсь, веришь? Ты давай-ка ешь, пока суп совсем не остыл!