Czytaj książkę: «Смерть душевного покоя»

Плейлист

Bad Omens – The Death of Peace of Mind

Bishop Briggs – River

One Direction – No Control

Bad Omens – Just Pretend

Stray Kids – Silent Cry

Sam Tinnesz, Yacht Monkey – Play with Fire

Olivia Rodrigo – jealousy, jealousy

5 Seconds of Summer – Teeth

Maroon 5 – Animals

Arctic Monkeys – Do I Wanna Know?

Des Rocs – Wayne

Two Feet – I Feel Like I’m Drowning

Chase Atlantic – Swim

Shawn Mendes – Treat You Better

Chris Grey – Let the World Burn

ROSÉ - too bad for us

MARINA – Handmade Heaven

Falling In Reverse feat. Marilyn Manson – God is a Weapon

ROSÉ - number one girl

Alex Warren feat. ROSÉ - On My Mind

MARINA - About Love

Destiny Rogers - Tomboy

ПРОЛОГ

От лица Автора

– В каком смысле теперь я работаю с агентом Хафферсоном?

Эми стояла в кабинете Джеймса Ринсинга и хмуро смотрела на своего босса. Ее руки автоматически сжались в кулаки так, что костяшки побелели, потому что ее новый напарник был не просто каким-то новичком или кем-то выше нее по званию, а самим Дереком Хафферсоном.

– Ты слышала меня, Эми, – твердо сказал Джеймс, поправляя воротник своей рубашки. – Это решение приняло вышестоящее руководство.

Абсурд. Ошибка. Этого не могло быть.

Дерек Хафферсон? Как так вышло, что из сотни агентов “Лабиринта” выбрали именно его? Почему они вообще решили, что это хорошая идея? Они оба ведь по конкретным причинам уже давно работают только в одиночку, и до сих пор всех все устраивало.

– Но, сэр, почему я? – растерянно спросила девушка не в силах разжать руки.

Все в штабе знали, что она завидует Дереку. Эми Браун не первый год пытается превзойти его. Это детское соперничество с ее стороны давно переросло в обычную рутину.

В досье Дерека Хафферсона девяносто девять процентов хвалебных оценок. Он проработал в штабе “Лабиринта” почти семь лет, три года из которых работает один. Его без сомнений можно назвать лучшим агентом: блестящий стратег, всегда хладнокровно оценивал ситуацию и никогда не отказывался от рискованных и опасных миссий. Его результаты за тренировки в рукопашном бою и в обращении с оружием всегда идеальны. Но есть в его характере и негативные черты, которые мешали особенно сильно, когда он был новичком и работал под командованием более опытного агента: Дерек до нельзя упрямый и практически не принимает никакой другой точки зрения, кроме своей. И когда на заданиях в прошлом он ослушался приказов вышестоящих агентов, то часто получал за это отстранение от дел на какое-то время. Но несмотря на это, продолжал гнуть свою линию и каждый раз справлялся успешно, поэтому Верхушка дала ему шанс показать себя в качестве наставника для новичков и агентов, одинаковых с ним по рангу.

Эми Браун работала в “Лабиринте” уже пятый год. Она почти не уступала Дереку в умениях и навыках, но и в ее характере есть не очень полезные делу черты: ее довольно легко вывести на гнев, и она чересчур импульсивна. Плюс ко всему, такая же упертая, как и Дерек.

Ринсинг вздохнул, снял очки и потер переносицу, он начал уставать от этого разговора.

– Потому что так сказало руководство, – повторил мужчина, подавляя раздраженное ворчание.

Браун едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Это звучало как насмешка. Она сложила руки на груди и немного поморщилась, ощутив, как закипающая в ней злость хочет вырваться наружу и швырнуть какую-нибудь вещь из окна этого кабинета на тринадцатом этаже.

Эми тоже не просто так работала одна. Ее импульсивность и безрассудство часто становились причиной импровизаций, которые иногда приводили к лишнему шуму и привлечению нежелательного внимания: она просто-напросто забивала на план, который для нее любезно составляли стратеги штаба, и действовала так, как хотела. И хотя все считали это недостатком, она думала наоборот, ведь у нее не было напарника, и это позволяло вести миссию так, как ей удобно.

– Эми, я понимаю, что это неожиданно и непривычно, – несмотря на то, что Джеймс говорил о понимании, голос его звучал так же строго, как если бы он отчитывал ее за провальное задание, – но вы оба – самое сильное звено “Лабиринта”, поэтому...

Послышался стук, а потом щелчок открывающейся двери.

– Простите за опоздание, сэр, – Эми напряглась всем телом, как только услышала его голос.

До этого момента лично они сталкивались очень редко и каждый раз не обменивались друг с другом даже взглядом. Они знали методы работы и детали характера друг друга: Дерек считал ее глупой и ненормальной зазнайкой, а Эми считала его душным занудой.

Дерек прошел вперед и встал слева от нее. Он успел заметить раздражение, которое излучала Эми, и нехватку терпения на лице босса.

Джеймс кивнул и, вздохнув, продолжил.

– Так вот, как я и говорил, вы двое буквально считаетесь нашим козырем. К тому же, помимо основной причины, по которой вас объединили в команду, мне тоже стало интересно, будете ли вы справляться с миссиями уровня “А” быстрее, если будете работать вдвоем. Но все же, первостепенная причина в том, что вам есть чему поучиться друг у друга, – на мгновение кабинет Джеймса окутала тишина. – Это все. Вопросы? Возражения?

Формальность. Эми прекрасно знала, что возражать и спорить нет смысла, особенно если это решение приняла Верхушка, но она не смогла придержать язык за зубами.

– Я возражаю, сэр. Я несколько лет работаю одна и не хочу привы... – Ринсинг прервал ее, приподняв руку, и она убедилась в том, что до ее мнения мужчине нет никакого дела. Это заставило Эми скривить лицо в недовольном выражении. Очевидно, она все еще надеялась на пощаду.

– Я жду от вас обоих качественно выполненной работы, – его тон стал чуть суровее, полностью соответствуя его образу.

Эми краем глаза посмотрела на профиль Дерека. Он выглядел так, будто ему все это абсолютно безразлично, но он просто знал, что это не обсуждается. Его черные волосы лежали в легком беспорядке, словно он вылез из кровати минут пять назад и сразу рванул сюда. Взгляд Эми на мгновение зацепился за дырку от прокола в мочке его уха, а в нос ударил слабый запах сигарет.

Дерек, почувствовав, что она смотрит на него, моргнул и перевел глаза в ее сторону. Она успела вернуть взгляд на Джеймса раньше.

– И раз теперь вы работаете в команде, вам нужно будет находить компромиссы, – их босс с укором глянул на Дерека, – и следовать плану, – такой же взгляд упал на Эми.

“Какие могут быть компромиссы с этой упрямой, импульсивной девчонкой?” - подумал Дерек и услышал, как Эми недовольно выдохнула.

“Следовать плану, – эхом отозвалось в ее голове. – Чьему? Дерека? Мои чем хуже?”

– Да, сэр, – послушно буркнула она вместо очередного возражения. – Разрешите идти?

Джеймс кивнул, отпуская их.

Эми вышла из кабинета первая. Направляясь к лифту, она гневно щурила глаза и ворчала ругательства себе под нос.

Когда она ушла, Дерек чуть нервно выгнул бровь и бросил косой взгляд на Джеймса. Тот слабо усмехнулся.

– Надеюсь, это не закончится катастрофой.

ГЛАВА 1

От лица Автора

Две недели спустя.

Дерек вошел в холл бизнес-центра, сохраняя на лице холодное спокойствие, даже когда увидел внутри у выхода троих охранников в бессознательном состоянии. Он лишь немного нахмурился, вздохнул, вынул из кобуры пистолет и направился к лифту, осматриваясь по сторонам. Его уверенные шаги слабым эхом отскакивали от блестящего керамического пола. Недалеко от лестницы, которая вела к комнате видеонаблюдения в углу, лежали еще двое мужчин в форме охраны – тоже без сознания.

– Ну неужели так сложно было придерживаться моего плана? – пробормотал Дерек в свою маску, которая скрывала область от носа до подбородка. С остальной маскировкой неплохо справлялся капюшон.

Он зашел в лифт и нажал на кнопку с цифрой “3”. Освещение в кабине было приглушенным, со всех сторон доносилась тихая музыка, которая оседала в голове ненужным шумом.

На третьем этаже лифт остановился и звякнул. Двери медленно распахнулись, и Дерек вышел. Замерев на месте, он прислушался к звукам борьбы, которые доносились из одного из кабинетов чуть дальше по коридору. Пальцы крепко обхватили рукоять оружия, и Хафферсон двинулся вперед.

Когда Дерек остановился возле нужной двери, оттуда послышался глухой удар, как от падения. Он рывком открыл дверь и сразу вытянул руки с пистолетом перед собой.

Эми лежала на полу и выглядела так, будто сильно ударилась головой и теперь пытается прийти в себя. Над ней стоял охранник, направляя дуло пистолета на ее голову.

Дерек недовольно цокнул себе под нос, сделав определенные выводы, и только потом быстро вытащил из ножен на бедре кинжал и метнул его в мужчину – точно в висок. Страж порядка пошатнулся и на мгновение замер. После чего его руки обмякли, и пистолет с резким звуком упал на пол. За оружием последовал и его хозяин. Он начал терять сознание вместе с кучей крови, которая струилась по его виску из-под лезвия кинжала. Издавая прерывистые хрипы, мужчина в форме закатил глаза и без чувств упал на спину.

Дерек направился к напарнице. Брови раздраженно хмурились, губы поджаты – он надеялся обойтись без убийств.

– Вставай, Браун, – приказным тоном сказал он, пока вытаскивал из виска охранника свой кинжал. Эми все еще морщилась от боли в голове после удара.

– У меня все было под контролем, – тихо буркнула она, поднимаясь на ноги. Руку помощи от Хафферсона она не ждала, да и вряд ли приняла бы, если бы он все-таки предложил.

Дерек посмотрел на Эми как на идиотку и выгнул бровь.

– Да неужели? Тогда в следующий раз я это учту и позволю тебя убить, – он закатил глаза. – Не устраивай детский сад. Идём.

Для них, как для новоиспеченных напарников, это задание было всего лишь вторым по счету. Но Дереку этого хватило, чтобы понять, почему в штабе про Эми говорили: “Она хороша, но работать с ней не хотелось бы”. Их сегодняшняя миссия – тому пример: план Дерека был согласован с Джеймсом, аналитики дали девяносто восемь процентов шанса на успех, люди на постах охраны должны были получить легкие увечья, но точно не смерть. Все было стабильно и понятно, пока Эми в последний момент не решила, что приедет на объект немного раньше и никого об этом не предупредит. По итогу, уже один человек убит, да и она сама чуть не отправилась на небеса перед тем бедолагой. Что удивительно, несмотря на подобные ошибки, Эми ни разу не отстраняли от миссий; отчитывали (кучу раз) – да, но не отстраняли.

– Мы работаем по плану, так что будь добра, не самовольничай, – тон Дерека не оставлял возражений, но у Эми язык без костей, когда дело доходит до споров.

– Я вырубила всю охрану, пока ты где-то прохлаждался, – фыркнула она, абсолютно не принимая того, что совершила оплошность.

– Да. И если бы не я, – он кивнул на тело мужчины в форме, возле которого продолжала растекаться кровь, – ты сейчас психовала бы на том свете перед своими праотцами, так что пожалуйста, – саркастично сказал Хафферсон, он даже не надеялся на ее благодарность. После этого он глубоко вздохнул и пошел к выходу из кабинета, показывая тем самым, что разговор окончен.

– Давай за мной. У нас еще будет куча времени, чтобы поругаться, если тебе так этого хочется. И надень капюшон.

Эми поджала губы, превращая их в тонкую полоску. Между бровями образовалась складка, когда она нахмурилась, посмотрев на него исподлобья.

“Как же бесит этот его командный тон”, – пронеслось в ее голове, прежде чем она последовала за ним и на ходу скрыла волосы под капюшоном

Дерек был уже в коридоре и не спеша двигался к другой двери. Пистолет по-прежнему был наготове.

Подобные миссии уровня “С” для них, как для профессиональных агентов, уже стали обычной рутиной. Но задания этого класса все равно нельзя недооценивать, даже если работают агенты их статуса.

Они остановились в паре метров от двери, за которой должен был скрываться целевой объект. Дерек обернулся к ней и со всей серьезностью посмотрел в глаза.

– Я войду первый, ты – сразу за мной. Алекс сказал, что охраны на этаже больше нет, но на всякий случай будь внимательна.

– А почему это ты первый? – возмущенно проворчала она, но тут же поймала его строгий взгляд. – Ладно-ладно.

Дерек тяжело вздохнул, прежде чем повернуться к двери и ударом ноги вышибить ее. Эми от подобного пафоса едва не закатила глаза и подавила в себе желание указать напарнику на то, что он выпендривается, и было вовсе необязательно врываться в помещение таким способом. Она осмотрелась по сторонам в коридоре и только потом вошла за Дереком. Их взгляды скользнули по комнате, оценивая обстановку: судя по всему, человек в спешке успел покинуть свое рабочее гнездышко. На это указывали наполовину пустые открытые ящики стола и лежащий на полу стул: видимо, упал, когда Уильям вскочил и начал собирать все необходимое, чтобы уйти. И несмотря на то, что в кабинете очевидно никого не было, Дерек все равно вел себя настороженно. Он достал рацию.

– Алекс, прием. Уильяма в его кабинете нет. Проверь по камерам, не смылся ли он.

Из рации послышался слабый шуршащий звук и пара кликов по клавиатуре, а потом последовал голос их кибер-гения.

– Дерек, прием. Уильям Честер прошел дальше по коридору. К сожалению, понятия не имею, какой кабинет, потому что за углом эти идиоты камеру не установили.

– Понял. Спасибо. Конец связи, – Дерек убрал рацию и посмотрел на Эми. – Проверь кабинеты в конце коридора. Если Честер там, сообщи мне, – сухо скомандовал он.

– Есть, – сквозь зубы прошипела Эми и вышла.

Она работала одна не только потому, что ей нравилось это, но еще и потому, что она не любила, когда ей отдают приказы. А Хафферсон, к несчастью для неё, прекрасно справлялся с ролью главного в их команде, пусть даже не официально назначенного.

Чтобы не спугнуть Уильяма лишним шумом, Эми передвигалась тихо. Хотя, вспоминая, как Дерек открывал дверь в его кабинет, вряд ли они остались не услышанными.

Она прошла сразу в самый конец коридора, в котором не то, что камеры не было, даже лампочку, которая едва светила, не могли поменять. Эми дотронулась до ручки двери и дернула. Заперто. Вероятно, с той стороны. Девушка не стала тянуть и сразу распахнула дверь, размашисто ударив по ней ногой, как это сделал ее напарник пару минут назад.

– А вот и ты, мистер Честер. Стой, где стоишь.

Она немного вальяжно прошла вперед, держа мужчину на мушке. Уильям замер возле предварительно открытого окна. Эми быстрым взглядом осмотрела пространство на наличие других людей – никого. Затем она вернула свои карие глаза на напрягшегося всем телом дядю в деловом костюме. Ее губы растянулись в слабой ухмылке.

– Ты серьезно хочешь рискнуть? – она безразлично пожала плечами и заинтересованно склонила голову на бок. Прошла еще немного вперед, на всякий случай – вдруг этот придурок действительно прыгнет. – Попробуй, и посмотрим, как ты побежишь потом с переломанными ногами.

Мужчина сглотнул. Его руки, прижимающие пару папок к своей широкой груди, заметно дрожали. Эми заметила, как вспотел его узкий лоб, средней длины черные волосы немного растрепались. Уильям поджал губы и, бросив последний взгляд в окно, медленно поднял руки. Папки упали на пол, и бумаги формата А4 тут же рассыпались по полу. Ухмылка Эми стала шире, в глазах блеснул огонек.

– Вот и умница, – хмыкнула она и, продолжая держать дуло пистолета по направлению к нему, достала рацию. – Хафферсон, он у меня.

– Понял. Иду, – кратко. Сухо. По делу.

Дерек появился секунд через семь и сразу приказал мошеннику сесть. Тот послушно и немного резко опустился на стул, руки все еще были подняты. В глазах мужчины страха стало больше, как только он увидел Дерека.

– Могу я... – начала Эми.

– Нет. Мы забираем его в штаб, – Дерек знал, о чем она хочет спросить. Он читал ее досье и обратил внимание на то, что она являлась экспертом по пыткам.

– Я ведь даже не сказала, что...

– Браун, свяжись с Алексом, скажи, что мы тут закончили. Пусть подъедет к запасному выходу, – он не обратил внимания на ее попытки договорить.

Эми выдохнула и ощутила закипающее в голове раздражение, которое отчетливо шептало ей: “Пошли его к черту!”, но вместо того, чтобы озвучить эту фразу вслух, она достала рацию.

Алекс ответил практически тут же, словно все эти сорок минут с начала миссии сидел и просто пялился на рацию, ни на секунду не выпуская ее из рук.

В список его обязательных задач, помимо взлома системы наблюдения, всегда входил пункт “напомнить забрать флешку, на которую сохраняются записи с камер”. У всех агентов на подкорке должно быть отпечатано это важное правило, но он все равно каждый раз напоминает им об этом. В остальном, на заданиях такого уровня Алекса Барта по большей части съедала скука.

– Алекс, прием. Мы закончили. Подъезжай к запасному выходу в задней части здания.

– Прием. Понял, Эми. Сейчас подъеду. Не забудьте...

– Я помню. Сейчас схожу за флешкой. Конец связи.

Спустя буквально пять минут Эми, Дерек и мошенник, замешанный в пособничестве террористической банде – Уильям Честер – сели в фургон Алекса. Эми даже дверь закрыть не успела, когда Алекс повернулся к ним и протянул руку.

– Флешка.

Девушка вздохнула, захлопнула дверь и протянула Барту маленький, но ужасно важный кусочек пластика. Алекс кивнул, убрал флешку в бардачок и выехал с территории бизнес-центра. Ему, как члену команды техотдела, было важно, чтобы миссия прошла успешно не только в плане выполнения поставленных задач со стороны агентов, но и в плане заметания следов.

У “Лабиринта” редко возникало желание рискнуть тем, чтобы агент, чье лицо было обнародовано в чужой системе без маскировки, продолжал ходить на миссии с той же внешностью. Кибер-специалисты штаба работали на опережение и могли просто воспользоваться подменой лиц на записях с камер, но это был лишь один из вариантов того, как избежать нежелательного. Если была возможность забрать данные, то она никогда не игнорировалась, даже с учетом маскировки агентов.

Дуло пистолетов Дерека и Эми упирались в оба бока Уильяма: обычная подстраховка, хотя мужчина не оказывал сопротивления и молчал. До штаба осталось ехать около семи минут.

ГЛАВА 2

Эми

Меня отчитали за небольшую самовольность в работе, а Дерек был удостоен только похвальных комментариев. Почему ему можно самовольничать и брать на себя роль главного, не спрашивая моего мнения? Почему он всегда на шаг впереди меня? Что я делаю не так? Неужели я правда должна просто слушаться и слепо следовать за ним?

– Эй, Эми, ты здесь?

Я моргнула, возвращаясь из своей головы, набитой вопросами, в реальный мир и подняла взгляд на Элис. Подруга слегка обеспокоенно смотрела на меня, ее брови были нахмурены. По глазам я поняла, что она хочет спросить о чем-то еще, но я начала говорить первая.

– Да, прости... – я попыталась подсобраться, не люблю выглядеть растерянной. – Что ты говорила насчет ножей?

Элис вздохнула. Она вроде отступила, но взгляд все равно был подозрительным.

– Я сказала, что тебе нужно будет взять другие. Эти затупились, я отправлю их на заточку.

Я на автомате кивнула, стараясь выбросить из головы мысли о том, что со мной не так. Нужно заняться тем, за чем сюда пришла. Вообще-то у меня сегодня выходной, но я ненавижу сидеть без дела, поэтому иногда помогаю подруге с ее работой.

Элис Луанн в “Лабиринте” отвечала за снаряжение и тренировала новичков преимущественно в рукопашном бою, но иногда бралась и за стрельбу по мишеням.

Она закинула в синий пластиковый ящик два ножа, которые я иногда забываю возвращать в гримерку. В тот же квадратный ящик полетел бронежилет из сортировки, полностью забрызганный кровью. Очевидно, он поедет на чистку, в остальном с ним был порядок.

Мне всегда нравилось проводить время с Элис, даже если мы просто принимали снаряжение от агентов. Она моя лучшая и, пожалуй, единственная подруга в “Лабиринте”. Рядом с ней я обычно чувствовала себя спокойнее и почти не слышала мыслей, которые меня как-либо угнетают.

– О, боги! Ты что, был в мясорубке?

Я снова поймала себя на том, что задумалась. Подняла взгляд от кинжалов, которые распределяла по размерам, и перевела его на подругу. Она изумленно осматривала очередной бронежилет, который словно пережил Афганскую войну: помимо того, что он был покрыт пятнами крови и следами налипшего песка, так еще и такой драный, будто его действительно пару раз кинули в шредер. Это – определенно утиль. Парень, стоящий рядом, выдавил слабую улыбку. Я даже не заметила, когда он тут появился.

– Можно и так сказать, – загадочно пробормотал он и неловко почесал затылок.

– Наверное, никогда не привыкну к тому, что снаряжение после миссий может выглядеть вот так, – Элис бросила броник в красный ящик.

– Да, но и мы тоже иногда не лучше выглядим, – хмыкнул парень и на мгновение показал неглубокую ямочку на щеке. У него была довольно миловидная внешность: светло-голубые глаза и русые волосы средней длины, завязанные в небрежный пучок, по всему лицу россыпь бледно-коричневых веснушек. Интересно, его характер совпадает с его ангельской внешностью или он из тех, у кого милая мордашка, но повадки садиста? Типа, как в той картинке, где милый котенок сидит в кресле Сатаны.

Когда я поняла, что меня немного занесло, я разочарованно вздохнула и покачала головой.

– Дорогой, с этим идите в медчасть, – буркнула Элис, отмахиваясь. – Меня волнует только снаряжение.

Я вопросительно выгнула бровь, сдерживая смешок. Не помню, чтобы Элис была другой, но все же время от времени мне становилось смешно от ее прямоты.

Паренек фыркнул и с улыбкой закатил глаза.

– Ты такая эмпатичная, – выдал он. Элис безразлично пожала плечами и усмехнулась. Зеленые глаза устремились на него.

– Чего нет – того нет.

Ангелок сложил руки на груди, и взгляд перешел на меня. Его губы сложились в немного нервную улыбку. Он будто раздумывал: сказать что-нибудь или промолчать.

– Что? – вероятно, это прозвучало резче, чем я хотела, потому что он тут же отвел глаза на красный ящик и вздохнул.

– Ничего. Извини.

Элис подавила усмешку и приняла у парня пистолет и пару кинжалов. Я поставила нужные галочки в планшете.

– Всё отлично, Марк, – дежурно кивнула подруга.

– Я Майк, – поправил ее агент. Светло-голубые глаза слегка прищурились. Элис сделала вид, что не услышала, и взяла у меня планшет, чтобы еще раз свериться со списком и перенести данные в нужную папку.

Майк тихо хмыкнул и махнул рукой на прощание, прежде чем повернуться и уйти из гримерки. Скорее всего, она не специально назвала его не тем именем. У нее не очень хорошая память, особенно на имена.

– Он мне не нравится, – легкомысленно сказала она в свое оправдание.

Ей вообще никто не нравится.

Ладно, возможно, она специально назвала его не тем именем.

С Элис мы познакомились, когда я пришла в “Лабиринт”, пять лет назад. Она тогда работала уже два года, и сначала мы общались с добавлением пассивной агрессии. Но как-то раз, когда она тренировала меня в стрельбе по мишеням, мы разговорились. Мы не могли заткнуться, бесконечно перескакивая с темы на тему. Кажется, мы начали с важности правильного дыхания, а спустя пять часов закончили обсуждением правдивости теории о том, что персонажи из “Спанч Боба” являются олицетворением смертных грехов. Потом постепенно мы открывались друг другу: рассказывали о своем детстве, бывших, проблемах, страхах. Некоторые призраки прошлого сроднили нас сильнее, чем мы могли ожидать.

– Ты его напугала, – со смешком сказала подруга, вырывая меня из воспоминаний.

– Я не виновата, что родилась с таким лицом, – оправдание было слабым.

– Не в этом дело, – Элис покачала головой. – Тебя априори все боятся.

Недовольно цокнув языком, я взяла ящик со снаряжением, которое нужно было разнести по местам, и направилась в сторону стеллажей.

Я постоянно старалась избегать разговоров с Элис о том, что другие агенты шарахаются от меня, и что, возможно, мне стоило быть более дружелюбной. Я пыталась, но со временем пришла к тому, что даже хорошо, что у меня минимум близких знакомых здесь: ведь с такой работой никогда неизвестно, увидишь ли ты своего друга живым после очередного задания.

Я остановилась у полки с рациями и вернула туда пару штук. Порой казалось, что коридоры стеллажей экипировочного склада тянутся бесконечно, и что я наверняка до сих пор не обошла это помещение полностью. Но я уверена, что Элис уже могла ориентироваться здесь даже с закрытыми глазами, а вот мне иногда нужен был навигатор.

Закончив, я пошла к кабинету подруги, который находится на территории гримерки. Только мы знаем, сколько наших личных тем слышали его стены за последние пять лет.

– Я все, – коротко отчиталась я, когда вошла в берлогу Элис Луанн. Она подняла голову от экрана планшета, и ее хмурая складка между бровями чуть разгладилась.

Электронные часы на рабочем столе показывали 13:09. Элис сделала последние манипуляции со своими заметками в планшете и предложила пойти пообедать.

На лифте мы спустились на седьмой этаж и прошли в конец коридора. Странно, что в это время в столовой было немного агентов.

– Алекс, зараза, до сих пор не вернул мне книгу, хотя прошел уже почти месяц, – проворчала Элис. Она открыла гастроемкость перед собой и тут же закрыла ее, едва заметно поморщившись. Я успела заметить, что там лежат кусочки запеченной тыквы – Элис ее ненавидела.

– Давай зайдем к нему на обратном пути? – предложила я, хватая щипцами несколько наггетсов. Элис положила себе в тарелку стейк из куриного филе и немного овощей.

– О, мы обязательно зайдем, – она подозрительно улыбнулась. – Пусть только попробует быть не на месте.

– Успокойся, он всегда на месте.

Иногда мне казалось, что Алекс никогда не отходит от компьютера. Когда я была новичком, я думала, что он совсем не спит. И я удивилась, когда узнала, что он только недавно начал носить очки и линзы из-за ухудшения зрения.

– К тому же я говорила тебе, что ничего страшного, если ты не дашь мне эту книгу как можно скорее, – добавила я.

Мы сели за свободный стол.

– А я хочу дать тебе эту книгу как можно скорее, – упрямо возразила подруга. – Мне нужно обсудить ее с тобой.

– Кстати, почему Алекс вообще захотел ее прочитать? Я думала, он читает только нон-фикшн, – никогда бы не догадалась, что он может почитывать и современные любовные романы. Элис слабо пожала плечами, разрезая свой стейк на кусочки.

– Я тоже так думала, пока он не начал спорить со мной, что троп “от друзей к влюбленным” лучше, чем “любовный треугольник”, и даже привел примеры книг.

Мы просидели в столовой около получаса, а потом вернулись к лифту. Он опустил нас на пятый этаж. Там мы вышли и повернули направо. Крыло этого коридора было довольно большим – здесь личные кабинеты кибер-аналитиков “Лабиринта”, а также зал с большим главным компьютером, на котором показана карта всей планеты с разных ракурсов. На куче остальных мониторов показаны отдельные материки и актуальная информация по уровню безопасности. В этом зале нет окон, свет никогда не включается, а стая наших хакеров сидит перед экранами и стучит по клавишам. Если войти в это помещение, закрыть глаза и забить на тихое бормотание слов, о значении которых понятия не имеешь, складывается впечатление, что ты находишься в обычном офисе... ну или в компьютерном клубе.

Мы с Элис решили заглянуть в личный кабинет-комнату Алекса, так что прошли дальше по коридору и остановились возле двери с табличкой “А.Барт”. Элис подняла руку, но прежде чем она успела постучать, дверь открылась.

ГЛАВА 3

Дерек

– То есть, ты считаешь нормальным то, что эта чокнутая лезет на рожон без четкого плана? – на мой вопрос Алекс пожал плечами, продолжая сосредоточенно собирать кубик Рубика. Я немного не понял, как мы пришли от разговора об информационной безопасности к обсуждению Эми Браун.

– Не уверен, что это нормально, но у нее всегда получалось выходить живой из любой ситуации. Она даже ранения редко получала, – он вздохнул, отложил незаконченную головоломку и посмотрел на меня. – Как бы она тебя не бесила, Дерек, надо признать, что ее импровизация впечатляет и никогда еще ее не подводила.

Я фыркнул.

– Вот именно, что еще не подводила, – вряд ли у меня получится переубедить его: Алексу нравится, когда агенты работают неординарно и при этом успешно. – Когда-нибудь ей выйдет это боком.

– Ты волнуешься за нее? – Алекс хмыкнул, бросая на меня хитрый взгляд.

Что за ерунда? Она дико меня бесит.

– Нет. Заранее готовлюсь злорадствовать. Она просто не понимает, что теперь работает не одна, а значит...

– Она должна во всем слушаться тебя? – закончил за меня Алекс.

– Именно. Так в чем проблема? Неужели это так тяжело?

– Проблема в том, что скорее всего она думает о том же, о чем и ты, друг, – я бросил на него непонимающий взгляд. Не очень люблю, когда говорят фразами, которые нужно додумывать. Алекс задумчиво поджал губы.

– Она, наверное, тоже не понимает, почему ты не можешь послушать ее и следовать ее плану.

– Потому что у меня больше опыта, – тут же отрезал я. – А еще, потому что я старше.

– Будто разница в три года делает погоду.

Алекс в подобных вопросах всегда занимал нейтральную позицию. Возможно, из него вышел бы неплохой психолог, но сердце, душу и время он отдавал своему компьютеру. Меня не задевало то, что он не поддерживал мое мнение. В конце концов, мы взрослые люди, и наши взгляды могли расходиться. Так что с моей стороны было бы глупо обижаться на то, что он не говорит что-то в духе: “Да, ты прав, Эми Браун – глупая и импульсивная дура”. Даже учитывая нашу дружескую солидарность, мы не всегда сходились во мнениях.

Я знаю Алекса Барта шесть лет, четыре из которых не только как коллегу, но и как хорошего друга. Когда я потерял на миссии очередного напарника, Алекс был одним из немногих, кто не говорил соболезнований или банальных слов поддержки. Спустя два дня он просто сел ко мне во время обеда, и мы молча ели. А потом он предложил пойти в тир, и я согласился, потому что мне было все равно, чем заниматься. Там, пока он стоял в стороне и, сложив руки, смотрел на меня, я выговаривался ему и стрелял по мишеням со всей своей яростной болью. До моего первого выстрела по мишени он задал всего один вопрос.

“– Что у тебя случилось, приятель?”

И все, что тогда копилось у меня в голове и сердце, прорвалось наружу. Я не прекращал говорить, пока не почувствовал, что дышать стало чуть легче: это заняло около часа с небольшим. Раньше подобным я ни с кем не делился, потому что знал, что никто не обязан меня успокаивать или просто выслушивать. Мне было непонятно, почему я не отмахнулся? Я даже к психологу не ходил ни разу после случившегося, потому что всегда скептически относился к терапии. Алекс Барт умел читать человека по его лицу, так что он сразу заметил все, что выражало мое: сомнение и непонимание того, зачем я все ему рассказал.

“– Я не стану повторять за всеми и говорить тебе, что ты не виноват, или что-то в этом роде, потому что ты и сам должен понимать, что твоей вины нет”, - после паузы сказал он тогда. “– Я лишь могу сказать, что вы оба наверняка сделали все, что от вас зависело”.

Меня не особо это утешило, но вообще-то он сказал правду. Я не был виноват в том, что в тот раз план для нас придумал вышестоящий агент, а не я; в том, что план этот был подозрительно дерьмовым, а я даже не удосужился проверить, точно ли эту версию тот агент согласовал с Джеймсом; в том, что со снаряжением Луи внезапно что-то случилось прямо перед взрывом; в том, что я вовремя не среагировал – я бы просто не успел; и в том, что Луи погиб, а я чудом остался жив, виноват был не я, а тот самый агент. Он был предателем, и его план должен был убить и меня, и моего напарника, но мне повезло выжить. В тот момент в моей голове в который раз пронеслись картинки из прошлого: как я терял сначала Шона, потом Теодора, потом Гарри, и наконец Луи. С тем агентом разобрались – его удалось задержать, но Луи это все равно не вернуло. Тогда я уже знал, что пойду к Джеймсу и скажу, что в паре с кем-то я работать больше не буду, потому что это слишком. Ситуация с Шоном могла быть случайностью, с Тео – совпадением, с Гарри – уже закономерностью? А что насчет Луи? Может, это все – моя неудача? Может, если бы их не поставили работать со мной, они были бы живы, и я не проживал бы смерть товарищей, видя перед глазами их лица перед тем, как они умирали.

Я ощутил резкую потребность в никотине и встал. Алекс совсем недавно сделал перестановку, так что теперь курить возле его окна было не очень удобно, придется все-таки идти в курительную комнату.

– Скоро вернусь, – сообщил я, уже направляясь к выходу.

Я открыл дверь и едва не налетел на Элис, позади нее стояла Браун.

– Вы чего под дверью топчитесь? – мои брови нахмурились, я сложил руки на груди и слегка склонил голову в бок. Эти двое из-за своего роста казались подростками, когда на них смотришь с высока. Кстати, зная, какой кровожадной может быть Элис Луанн, можно понять, почему они с Браун сошлись: они обе ненормальные.

– Мы не топчемся, а заходим, просто ты раньше открыл дверь, – высокомерно фыркнула Элис и обошла меня, чтобы войти. Эми, не добавив ни слова, вошла за подругой.

Прежде чем закрыть дверь и уйти, я услышал, как Элис с долей угрозы проговорила:

– Книгу на стол, Алекс.

Жаль оставлять его одного с этими маньячками, но если я сейчас не покурю, то совсем сойду с ума от мыслей в голове.

Сейчас было время обеда, и многие ушли на перерыв, так что пока в курительной комнате я был один. Достал пачку, вытащил одну сигарету и, зажав ее между губ, поджег. Сразу глубоко затянулся.

Курил я не часто – лишь когда поток мыслей в голове становился слишком активным и его не получалось остановить обычным отвлечением. А сигаретный дым при выдохе вытягивал из моей головы этот лишний мусор вместе с собой. Становилось легче, но не на все сто процентов. Полностью пустой моя голова не оставалась даже когда я спал, потому что кошмарные сны я видел чаще, чем какие-либо другие. Постоянное чувство тревоги за всех, кроме себя, уже стало для меня привычным. А еще чувство вины за все четыре смерти... Оно никогда меня не оставляет, сколько бы я не убеждал себя в обратном. Но со всем этим можно научиться жить. Алекс пару раз намекал на то, что мне не помешало бы обратиться к штатному психологу, но я был вынужден огорчить его.

Довольно быстро докурив сигарету до фильтра, я потушил окурок и выбросил его. Я хотел снова поговорить с Джеймсом и убедить его в том, что объединять нас с Браун – плохая идея. Но что-то мне подсказывало, что он ответит то же, что и на прошлой неделе: “Дерек, это не обсуждается”.

– Черт возьми, – появилось ощущение усталости, хотя я ничего не делал до сих пор.

– У тебя все нормально? – я не сразу понял, что обращаются ко мне. Повернувшись, я снова увидел Элис, но на этот раз Эми с ней не было. Элис немного хмурилась и внимательно осматривала мое лицо, в руке она держала книгу.

– В смысле?

Она пожала плечами.

– Выглядишь бледным, как будто сейчас в обморок грохнешься.

Я отмахнулся и нервно пригладил рукой волосы.

– Я в норме, просто устал немного.

– Ты врешь так же плохо, как твоя напарница, – сказала она.

Отлично. Еще будут какие-то наблюдения, Шерлок?

– В любом случае, тебя это не касается, – я не очень любил быть грубым, но иначе некоторые люди не понимали.

– Окей, я не настаиваю, – Элис усмехнулась и снова слегка пожала плечами. – Кстати, Алекс просил передать, если я тебя встречу, чтобы ты заглядывал к нему позже, потому что у него появилась срочная работа, и ему пришлось уйти.

– Понял. Спасибо.

Зайду к нему уже завтра, если будет свободная минутка. Сейчас мне хотелось вернуться к себе и лежать камнем. Такое состояние периодически стало накрывать меня после смерти каждого из моих ребят. Как будто внезапно становилось так плохо, что было тяжело даже стоять на ногах. И я всегда верил в то, что от всех бед помогает сон, пока не столкнулся с бессонницей, которая длилась пару недель. То время было ужасным, но сейчас я сплю нормально, если не считать периодических ночных кошмаров, которые всегда начинаются и заканчиваются одинаково: словно умирают не только мои бывшие напарники, но и я вместе с ними.

ГЛАВА 4

Эми

Вторник.

Мои дни в свободное от заданий время были забиты тренировками, общением с Элис и ее редкими упреками касательно того, что я тренируюсь очень много. Она беспокоилась, что в выходные я обычно делаю что угодно, кроме отдыха.

– Я напоминаю, что хотя бы изредка в свои свободные дни ты можешь весь день ничего не делать, – это прозвучало как бы невзначай. Сразу после этого она сделала выпад, замахнувшись для удара. Я успела увернуться и попытаться нанести ответный, но Элис поставила блок.

– Не хочу.

– Ты слишком мало отдыхаешь, тебе нужно... – она не успела договорить, потому что я подсекла ее ногу и повалила на пол. Не в силах сдержаться, победно ухмыльнулась, глядя на подругу сверху вниз.

– А ты отвлекаешься, – возразила я и протянула ей руку. – Теперь я понимаю, почему ты тренируешь только новичков.

– Потому что тренировки более опытных агентов взял на себя Джулиан, флаг ему в руки, – проворчала Элис, поднимаясь. – Да и новички меня не травмируют, в отличие от вас – они как котята.

Она посмотрела на часы в углу зала и закатила глаза.

– Мне нужно бежать в третий зал, у меня спарринг Янга и Мартинса. Если вовремя не приду, они поубивают друг друга.

– Они до сих пор в ссоре?

– Уже вторую неделю ведут себя как идиоты.

Ее тренировки с новичками иногда напоминают уроки у детей из начальной школы, несмотря на то, что новоиспеченным агентам обычно было больше восемнадцати лет.

Янг и Мартинс поругались пару недель назад из-за того, что оба положили глаз на Элис и ни один, ни второй не собирался уступать. Нас это сначала позабавило, но с течением времени Элис устала и поставила их на место, сказав, что ей это льстит, но она не ищет себе кавалера младше нее. Парни пропустили это мимо ушей и продолжили соперничать друг с другом.

– Ладно, увидимся позже, – она махнула рукой и поспешила к своим подопечным. В этом зале остались только я и еще трое ребят на ринге по центру. Хотелось бы устроить спарринг с кем-нибудь интересным и равным по силе. Судя по всему, парни на ринге дерутся вполне неплохо, но я не собиралась отвлекать их.

Входная дверь издала короткий скрипящий звук, оповещающий о том, что кто-то вошел. Я автоматически бросила взгляд в ту сторону и замерла на какое-то мгновение. Если Вселенная слышит наши желания, то она очевидно решила надо мной пошутить, потому что в зал вошел Дерек Хафферсон. Ну нет. Я имела в виду кого-нибудь, кроме него. И хотя он был моим главным соперником, я могла бы перенять некоторый его опыт. Но черта с два я предложу ему спарринг.

Я потянулась и ушла с ринга к манекенам, чтобы отработать удары. Настроение сразу испортилось. Какого хрена он пришел именно в этот зал, когда по всему штабу их целая куча? Ладно. Надо успокоиться и следить за дыханием, а не забивать голову ненужными мыслями.

Вдох, удар на выдохе.

Стоило ли надеяться на то, что совсем скоро мы вернемся к тому, как работали раньше – отдельно друг от друга? Не могу поверить, что поодиночке мы работали менее эффективно. Скорее всего, менее эффективно работать мы будем как раз-таки вместе.

Сосредоточься, Эми. Вдох, удар на выдохе.

Как бы Элис ни хотела, чтобы я тренировалась меньше, я не могла. Чтобы на заданиях выкладываться на сто процентов, на тренировках нужно было на двести.

Интересно, что все-таки о нашей командной работе думает Хафферсон? По внешнему виду так и не скажешь, в восторге он или в ужасе. Хотя судя по его лицу на последнем задании, он как минимум раздражен. И все же я не понимала, чем я хуже? Все задания, которые мне поручали, заканчивались успешно. Мои планы меня никогда не подводили. Я даже не помню, получала ли я какие-либо ранения. И при том, что Дерек делал точно такое же, его все равно выделяли чаще. Почему? Неужели я делаю недостаточно? Или большую роль играет то, что у него опыта чуть больше моего?

– Ты неправильно дышишь, – услышав это, я остановилась и медленно обернулась. По венам побежало закипающее раздражение на обладателя этого голоса, который я сразу узнала.

– За своим дыханием следи, Хафферсон.

Дерек стоял в паре метров от меня, он тоже тренировался с манекеном. И давно он наблюдает за тем, как я дышу?

– Я слежу. В отличие от тебя, – я подавила нервный смешок. Кто бы сомневался?

Спокойно, Эми. Выдохни и продолжай тренироваться. Тебе необязательно цапаться с ним каждый раз, когда он напрашивается на это.

Вдох...

– Скорректируй стойку, Браун, – глаз на мгновение дернулся, когда я снова услышала упрек в свою сторону. С чего он решил, что давать мне советы – беспроигрышный вариант.

– Не лезь ко мне, Хафферсон. Я и без тебя прекрасно разберусь.

Как я могла позволить себе расслабиться при нем? Боже, Эми, ты не имеешь права больше допускать подобного. Просто дыши и делай то, что делала.

“Скорректируй стойку”.

Черт, а не пойти ли ему подальше со своими наблюдениями? Как будто сам все всегда делает безупречно. Нет, я так не могу. Мне нужно уйти отсюда.

“Не вздумай. Так ты покажешь свою слабину”, – по телу прошли мурашки, когда в голове раздался этот голос. Мне так хотелось никогда больше не слышать своих родителей, которые сделали из меня ту, кем я стала, но я до сих пор не могла игнорировать их.

Я всю жизнь была лучшей и одновременно худшей абсолютно во всем. Количество медалей за первое место никогда не играло роли, если вместо: “Мы тобой гордимся”, я слышала: “Ты можешь лучше”.

Они были правы. Я могу лучше. Я могу быть лучше Дерека Хафферсона, надо просто делать то, что я делала всегда – не уступать. Я не позволю ему думать, что я чем-то хуже него. Скорректируй стойку и дыши, Эми.

Прошло около сорока пяти минут, когда часы на моем запястье начали вибрировать, оповещая об уведомлении. На небольшом экране без единой царапины мигала фраза, которую я ждала абсолютно всегда вне зависимости от времени суток и других факторов.

“Агент Браун, для вас есть задание”.

Я довольно ухмыльнулась, быстро промокнула лицо полотенцем и поспешила к выходу. Хафферсона в зале уже не было.

Двери лифта в коридоре начали закрываться, когда я попросила придержать их. Настроение немного поднялось от осознания того, что я наконец-то займусь делом.

Но как поднялось, так и опустилось, потому что в лифте на меня уставились голубые глаза Дерека. Он чуть выгнул бровь и нажал на кнопку закрытия дверей. Я глянула на панель, мои губы недовольно поджались: нам нужно было на один этаж.

– У тебя работа с дыханием хромает, – выдал он спустя несколько секунд после того, как лифт тронулся и поехал наверх.

– Не уверена, что я просила твоего совета, – в той же манере ответила я. Как хорошо, что я не видела его лица, потому что стояла спиной к нему.

– Просто наблюдение, – равнодушно сказал он.

Ох, вот как?

– Я уже говорила, чтобы ты следил за собой.

– Учиться на ошибках – это основа любого профессионала, Браун.

Ошибки?

– Я не допускаю ошибок, – попытка придать голосу твердости не прокатила.

– Не заметил этого, – констатировал он с фырканьем.

До нужного тринадцатого этажа оставалось еще пять.

– О, неужели? Тогда, может, скажешь, что интересного увидел еще? – саркастично проворчала я, сложив руки на груди и повернув голову в сторону.

– Я упоминал, что не помешает скорректировать стойку, и некоторые удары у тебя не...

Он что, серьезно?

– Заткнись, – я не выдержала и резко повернулась к нему.

– Ты сама попросила, – он спокойно пожал плечами. Не думаю, что в его глазах была насмешка или что-то в этом роде, но его спокойствие тоже бесило. Он будто смотрел на меня сверху вниз, и дело было далеко не в нашей разнице в росте.

– Это был сарказм. Рассказать тебе, что это?

– Я в курсе, что такое сарказм, – равнодушно отозвался он.

– Тогда привыкай и не выводи меня.

Я была уверена, что услышала его смешок одновременно с коротким звуком лифта, который уже поднялся на наш этаж, но не стала брать это во внимание. Двери лифта открылись, и я быстро направилась к кабинету Джеймса. Было бы здорово, если бы вся эта чепуха с объединением нас с Хафферсоном в команду оказалась просто кошмарным сном. Мне хотелось бы услышать, что на задание я иду одна, а Дерек поднялся к Джеймсу, потому что для него тоже есть работа. Но не со мной.

Когда с разрешения Джеймса я вошла в кабинет, то сразу немного напряглась: в кабинете был еще и заместитель директора ФБР – Оливер Ричардсон. Однозначно, миссия уровня “А”. Я настороженно кивнула, приветствуя их обоих.

– Сэр. Мистер Ричардсон.

Позади послышались шаги Дерека. Он встал рядом со мной и поздоровался, руки сложил за спиной.

– Я перейду сразу к делу. У нас проблема, которая только что стала вашей, – начал наш босс. Его голос звучал напряженнее обычного. Он нервно кашлянул и переглянулся с сидящим рядом Оливером.

– Вы оба должны помнить, кто такой Рэй Миллоу. Это и есть проблема.

Я невольно судорожно вздохнула и тут же поджала губы, ругая себя за такую реакцию. Дерек оставался невозмутимым, хотя я не умею читать мысли, так что не могу точно утверждать, что он там в облаках летает после того, как мы услышали это имя. Оливер положил на стол перед нами две папки.

– У вас двоих есть час на то, чтобы ознакомиться с досье, – сказал он, переводя серьезный взгляд с меня на Дерека. Джеймс кивнул и добавил.

– После этого встречаемся в зале для брифинга на двенадцатом. На этом пока все. Вопросы?

– Нет, сэр, – синхронно ответили мы и взяли папки.

– Тогда можете идти, – сказал он и слегка нахмурился.

Выходя из кабинета, и всю дорогу, что мы ехали в лифте на жилой этаж, меня не покидало странное ощущение тревоги. Я ни разу за пять лет работы здесь так не нервничала перед заданиями, какого бы уровня они ни были. В какой-то момент мне даже дышать стало тяжеловато. Я должна собраться и успокоиться. Что бы там ни было, я справлюсь с этим.

– Держи свои эмоции под контролем. Если испугалась, то сразу откажись от этого.

Вот только Хафферсона с его комментариями мне тут не хватало. Я не хотела показывать гнев, но мое лицо все решило за меня.

– Я не испугалась, идиот, – шикнула я с красноречивым взглядом.

– Разве? Я видел другое в кабинете Ринсинга, – проклятье. Зачем он вообще обратил внимание на это?

– Понятия не имею, что ты там видел, но повторяю, я не испугалась.

– Как скажешь, Браун, – он так легкомысленно это сказал, будто был уверен в своей правоте. Я знала, что не испугалась – просто слегка занервничала.

Рэй Миллоу был опасным ублюдком, за которым велась охота с тех пор, как он исчез с радаров четыре года назад. Он был замешан в куче разных грязных дел, включая организацию покушения на жизнь бывшего директора ФБР, торговлю людьми, отмывание денег, владение несколькими десятками преступных группировок и подпольными казино по всей стране. В последний раз ему удалось бежать, инсценировав свою смерть, и таким образом дать себе небольшую фору.

После тренировки мне все еще требовался душ, но сначала я быстро пробегусь взглядом по досье. Я открыла папку, как только дверь моей комнаты закрылась за мной. Актуальной информации было не так много, и это можно понять, но и по прошлому не так много данных. Оперативники ФБР обнаружили его два дня назад в Чикаго, потом он снова исчез, а сейчас выяснилось, что Рэй уже здесь, в Сиэтле. Интересно, каким образом он перемещался так незаметно? И почему он вообще снова объявился? Я включила настольную лампу, чтобы как следует рассмотреть фото, которые были взяты с уличной камеры видеонаблюдения.

– Какое дело привело тебя в Сиэтл? – невольно пробормотала я, сосредоточенно всматриваясь в изображение. Через час нам покажут это на большом экране и наверняка ответят на мой вопрос, но мне было любопытно уже сейчас. Что если Оливер спросит о наших догадках касательно причины пребывания Рэя в этом городе? Хотелось немного подумать над этим, чтобы не опозориться.

Я достала фотографию из папки, отложила ее в сторону и продолжила листать досье. Рэй Миллоу относился к категории преступников, которые на наших радарах появлялись редко, но метко. О таких, как он, знают агенты всех рангов, так что информация из досье на предстоящее задание меня не удивила. Учитывая то, какая он важная шишка в криминальном мире, надо полагать, что грядет что-то паршивое.

ГЛАВА 5

Дерек

Не думаю, что Рэй Миллоу приехал в Сиэтл только ради того, чтобы лично проверить свои подпольные казино или позаботиться о том, что членов его группировок в последнее время отлавливают довольно часто. Покушение на государственно важное лицо? Для этого тоже вполне необязательно покидать свое безопасное место: ему ведь удалось спланировать и организовать покушение на жизнь бывшего директора ФБР, находясь в другой стране. Люди из его банд, часть которых не удалось задержать, должно быть чертовски хорошо натренированы держать язык за зубами, но наши агенты все равно должны подвергнуть их допросу.

Глубоко вздохнув, я встал с кресла и сделал пару кругов по своей комнате. Данный нам час на изучение досье довольно быстро подходил к концу, но я так и не смог придумать веской причины, по которой Рэй вернулся в Сиэтл. Может ли это быть какая-то важная сделка, для которой необходимо получить деньги на руки без переводов или посредников? Глупость какая-то, он мог придумать что-нибудь, чтобы так не рисковать.

В нужное время я взял папку со своим блокнотом и вышел из комнаты. На этот раз на двенадцатый этаж я поднимался без своей напарницы.

Когда я вошел в нужный зал для брифинга, Джеймс, Оливер и Эми уже были там. Ну конечно она не упустила бы возможности прийти раньше меня.

– Отлично, можем начинать, – Джеймс вывел на большой экран фото Рэя. Я сел напротив Эми, положил папку и блокнот перед собой и взял ручку. Начал вертеть ее между пальцами, просто чтобы занять руки.

– Рэй Миллоу, – произнес Джеймс и сложил руки за спиной, хмуро глядя на экран. Оливер сидел на стуле перед ним и серьезно посматривал то на меня, то на Эми, – наш старый неуловимый знакомый. Я не сомневаюсь, что вы просмотрели досье вдоль и поперек, и что у вас наверняка возник один и тот же вопрос: какого черта он снова в Сиэтле? Ответ: точно мы пока не знаем.

Я бросил взгляд на свою напарницу и заметил, что ее глаза напряженно прищурились. Боже, ее эмоциональный диапазон когда-нибудь доведет до беды: она слишком открыто реагирует. Оливер, похоже, тоже это заметил и немного нахмурил свои густые брови. Эми тут же взяла себя в руки и вернула лицу сосредоточенное выражение.

– В досье указано, что два дня назад оперативники заметили его в Чикаго, – продолжал наш босс. – С того момента наши агенты неоднократно пытались разговорить его людей на наличие какой-то информации. Пока безуспешно.

Я был уверен, что у Браун руки чесались занять место тех агентов и допрашивать бедолаг самой. Вряд ли они раскололись бы, но ей наверняка было бы весело.

– Появилась информация, что в данный момент Рэй находится в Сиэтле. У нас есть основания полагать, что на какое-то время он останется здесь.

– Сейчас оперативники ФБР активно следят за ним, – заговорил Оливер. – К этому часу известно, что он уже встречался с двумя инвесторами.

Инвесторы? Он готовит какую-то сделку? Во что эти инвесторы собрались вложить деньги? Джеймс переключил слайд. Я слегка нахмурился и всмотрелся в фотографию, на которой был изображен Рэй и мужчина его возраста. Они сидели за столом в заведении. Возможно, качество снимка немного исказило изображение, но мне показалось, что они как-то странно улыбались друг другу.

– Этого инвестора зовут Чарльз Сален, – указав на фото, сказал Оливер. – Рэй встретился с ним вчера около десяти утра. К сожалению, мы пока не можем задержать Чарльза для допроса, потому что иначе спугнем Рэя. Поэтому он и мистер Генри Прикс... – новый слайд, – ...теперь тоже под нашим наблюдением.

На новом слайде Рэй общался с Генри возле входа в гостиницу.

– Пока что мы точно знаем, что, судя по всему, это сделка по недвижимости, – Джеймс внимательно посмотрел на нас.

– Почему? – послышалось со стороны Эми. Она тоже держала ручку, но не крутила ее между пальцами, а просто перебирала из одной руки в другую.

– Потому что Чарльз и Генри инвестируют именно в недвижимость, – ответил Джеймс и глубоко вздохнул. – И сделка с самим Рэем Миллоу для них – это как золотая жила, несмотря на риски.

Все это звучало вполне логично, но почему-то выглядело подозрительно. Что-то было не так. Бросив взгляд на Браун, я понял, что не мне одному так кажется. Она выглядела так, словно хотела поспорить с этой версией. Вообще-то она всегда выглядела так, будто хотела с кем-то о чем-то поспорить, и обычно не упускала такой возможности. Странно, что сейчас она не...

– Подождите. Могу я предположить другую версию? – поторопился с выводами, вот и она. Оливер и Джеймс устремили взгляды на нее.

– Говори, Эми.

– То, что они вкладываются только в недвижимость, не исключает того, что именно в случае с Рэем они могли согласиться вложить деньги во что угодно. Я не думаю, что золотую жилу они откроют только в такой сделке. Что если Чарльз и Генри в этом случае являются не спонсорами, а покупателями?

Оливер кивнул.

– Мы помним, что он замешан в торговле людьми. Но наши агенты уже выяснили, что эта сделка связана именно с недвижимостью.

Браун немного успокоилась. Да и я тоже слегка расслабился, услышав, что хоть какая-то информация подтверждена.

– А теперь к вашей миссии, – снова заговорил наш босс. Он поправил очки на носу и опустил глаза на бумаги на столе. – У нас есть сведения, что Рэй Миллоу будет присутствовать на званом вечере Генри Прикса в пятницу на следующей неделе. Вы двое отправитесь туда под прикрытием, и даже если Рэя там не будет, постараетесь узнать больше о сделке хотя бы от самого Прикса или от Чарльза. Если же Рэй будет там, вам нужно будет попытаться подобраться поближе к нему: возможно, получится немного разболтать, но не вздумайте вести себя слишком навязчиво.

Было очевидно, что это будет задание под прикрытием. Но званый вечер? На моем опыте подобных заданий было всего два или три, если говорить именно про что-то официальное, а не про то, где я исполнял роль рандомного человека, чтобы незаметно подслушать кого-то. Чувство легкой тревоги возникло снова, и я попытался отмахнуться от него. Не только на миссии нужна будет холодная голова, но и во время подготовки к ней. И в данный момент тоже.

Оливер поправил рукава своей рубашки.

– И помните, если вы позволите себе оплошность и спугнете самого Рэя или заставите его приближенных людей подозревать что-то, отвечать вам придется не только перед Джеймсом или мной, – строго сказал он. – Так что не вздумайте оплошать. Для этого задания были выбраны именно вы, потому что вы лучшие. Мы полагаемся на вас.

– У вас есть чуть больше восьми дней на подготовку, – добавил шеф.

Я быстро записал детали в блокнот. У нас не было необходимости волноваться о лицах для нашего прикрытия, приглашениях и даже одежде: всем этим займутся другие ребята. Нам нужно будет изучить досье наших подставных персонажей и, когда у нас на руках окажется список приглашенных, также изучить хотя бы нескольких гостей – в особенности тех, кто знаком с теми, кем мы будем притворяться. Не знаю, стоило ли надеяться на то, чтобы нам достались роли каких-нибудь никому незнакомых лиц.

– Ваши досье будут готовы и сразу переданы вам лично в руки ближе к сегодняшнему вечеру, – Джеймс выглядел так, будто его тоже что-то волновало. Может, это связано с тем, что он отправляет сразу двух лучших агентов в логово врага посерьезнее, чем были до этого? Я бы на его месте тоже нервничал. Он задумчиво нахмурился, задержав взгляд на Эми. А может, он беспокоится о том, что из-за ее техники все сорвется и полетит к чертям? Минутку, Джеймс так же посмотрел и на меня. Переглянулся с Оливером и, кашлянув, сцепил руки в замок на столе. – На этом все. Вопросы?

– Нет, сэр.

– Да, сэр.

Я закинул ногу на ногу и размял шею. Эми смотрела на нашего босса. Он, похоже, подавил желание проигнорировать наличие вопросов, как делал чаще всего, и кивнул.

– Слушаю, Эми.

– Отдел аналитики уже может дать примерный процент успеха предстоящей миссии? – на самом деле, неплохой вопрос, но мне кажется, немного не своевременный.

Я надел колпачок на ручку, и в тишине зала для брифинга, раздался короткий звук щелчка. После чего Джеймс сказал:

– Отдел аналитики дал предварительную оценку в пятьдесят процентов.

ГЛАВА 6

Эми

Итак, у нас были пятьдесят предварительных процентов на успех в этой миссии и таких же пятьдесят процентов на провал. И если раньше меня это особо не волновало, то сейчас волнует еще как. Потому что помимо того, что я работала не одна, эта миссия по сложности и рядом не стояла со всеми миссиями уровня "А", что были у меня до нее. Сложность заключалась в моей импровизации, которая может не прокатить, во-первых, из-за наличия напарника, с которым надо советоваться, и во-вторых, из-за того, что у меня банально не будет возможности на эту импровизацию. Хотя, конечно, был шанс того, что она и не потребуется.

Ладно, Эми, выдохни и не накручивай себя. Уже поздно отступать и говорить, что ты хочешь выйти из игры. Ты профессионал, одна из лучших среди агентов высшего класса. Ты шла к этому пять лет, так что соберись и просто делай свою работу.

“Не позорь ни нас, ни себя”, – по спине прошел холодок, дыхание на миг перехватило. Я пару раз моргнула и опустила глаза на досье. Мне принесли его буквально десять минут назад, и все это время я раз за разом перечитываю одни и те же предложения, потому что мое внимание внезапно перескакивало на мысли в моей голове.

– Маргарет Витс, двадцать восемь лет. Дочь небезызвестного Альберта Витса – успешного предпринимателя и не менее успешного мошенника. У нее есть брат, его зовут Николас, ему тридцать два года. Мать умерла почти год назад. Отец с детьми связь практически не поддерживает, но каждый месяц присылает им приличную сумму денег, благодаря которой они могут нигде не работать и жить в свое удовольствие. Нет ни мужа, ни детей. Хм, и ни одной судимости или правонарушения, за исключением вождения в нетрезвом виде пару лет назад.

Не худшая роль. Осталось дождаться список других приглашенных и тех избранных, с кем моя Маргарет знакома. Учитывая то, что с отцом она почти не общается, а значит Альберт редко или, вероятнее всего, совсем не берет ее с собой на подобные сборища, надо полагать, что знакомых среди ему подобных у нее не так много, но кто знает. Интересно, как она оказалась в числе приглашенных на вечер Генри Прикса? Может быть, Генри связывался с Альбертом, а тот сказал, чтобы приглашения отправили его детям? Чтобы поприветствовать своего друга через них или что-то в этом роде. В любом случае, судя по досье, Маргарет сейчас отдыхала где-то на берегах Австралии, так что перехватить ее приглашение особого труда не составило. И если у кого-то из ее знакомых на этом вечере появятся вопросы, то я просто скажу что-то в духе: “Вернулась буквально утром”.

Я отложила папку с именем Маргарет и открыла с именем Николас. Глаза немного защипало, и я на пару секунд зажмурилась и потерла их. Хотелось лечь спать, так что я сначала подумала оставить второе досье на завтра, но решила все же быстро пробежать взглядом.

– Так, Николас Витс, тридцать два года, – не удержавшись, хмыкнула. – В отличие от младшей сестры, он работает. Владелец финансовой фирмы “NVits”. В 2019 году оказался замешан во взяточничестве в крупном размере, но осужден не был. Жены и детей нет, зато с сестрой у него связь довольно крепкая. Сейчас он находится в Японии по личным делам и делам фирмы и пробудет там еще минимум две недели.

Я нервно усмехнулась. Как же хорошо, что эта роль досталась не мне. Наверное, список людей, которые знают Николаса, больше списка знакомых моей Маргарет.

Завтра техотдел пришлет список гостей, но даже если там мелькнет имя Рэя, все равно не будет точно известно, явится ли он на этот вечер. Он ведь может и передумать. Вдруг он уже знает, что за ним началась слежка? Может быть, это вообще ловушка? Что если он уже все продумал наперед и теперь только ждет, когда мы зададим хоть один вопрос, связанный с этой сделкой? Нужно продумать темы для разговора и порепетировать. Даже если Рэй или Чарльз там не появятся, Генри – хозяин этого вечера, он не может там не быть.

Среда, 06:06.

Утром я проснулась без будильника, а экран моих наручных часов показывал уведомление о том, что список гостей принесут к восьми. У меня была пара свободных часов, поэтому я собралась и уже через десять минут была в зале на пятом этаже. Кивнув паре агентов на дорожках, я начала разминаться. Все еще чувствовалась легкая сонливость, так что я зевнула раз двести. Тратить тут много времени не хотелось, поэтому легкой пробежки будет достаточно.

Через десять минут я настроила нужную скорость на дорожке и постепенно с шага перешла на бег.

Мне до сих пор не давал покоя тот факт, что вариант со сделкой выглядел как-то подозрительно, но я не могла сказать, почему. Может я гиперболизировала хитрость Рэя? Нет. Нельзя недооценивать своего врага, тем более такого. Даже если это будет банальный сбор информации, я не должна дать понять ему или Генри, или Чарльзу, что задаю вопросы не из вежливого интереса.

Я изучила информацию об образовании и умственных способностях в досье моей Маргарет. Она довольно умная девушка: в школе и в университете получала в основном высшие баллы. Маргарет могла бы стать успешной бизнес-вумен, если бы не выбрала получать папины деньги и не париться. Короче, если Генри знает ее достаточно хорошо, то я не смогу притворяться глупой девчонкой, постоянно задавая уточняющие вопросы. Ладно, если техотдел не предоставит мне дополнительную информацию о связи Маргарет и Генри, я схожу к Алексу и попрошу его помочь мне с этим лично. Половина работы будет на Хафферсоне. Нам нужно будет распределить обязанности, но как же не хотелось с ним взаимодействовать.

Через полчаса я вернулась с бега на шаг и наконец-то закончила. Теперь нужно поесть, и потом вернусь к себе.

В столовой я очень кстати заметила Алекса, поэтому села за стол к нему.

– Ни слова про мои глаза, Браун, – он с усмешкой покачал головой.

– Даже не думала что-то говорить, – соврала я, пока очищала банан от кожуры. – Опять работал всю ночь?

– Техотдел никогда не спит, – он вздохнул и провел рукой по лицу, прогоняя усталость. – Особенно с такими заданиями. Кстати, если тебя это немного успокоит, гостей на этом вечере будет немного: человек десять-пятнадцать.

Это, по его мнению, немного? Для меня, как для, в большей степени, интроверта, это уже очень даже много. Ну да ладно, я думала, будет минимум человек пятьдесят.

– Супер, меня это очень успокоило, – пробормотала я и покрошила банан в тарелку с кашей. – О, к слову, о списке. Вы, ребята, случайно не приложили мне историю связи Генри Прикса и Маргарет Витс? Мне нужно знать, в каких они отношениях.

Алекс задумчиво закатил глаза и немного нахмурил брови.

– Кажется, да, но я уже точно не помню. За последние сутки я видел кучу досье, так что... – он пожал плечами. – Во всяком случае, если вдруг этой информации в твоем файле не будет, зайди ко мне после обеда, я раздобуду.

– Окей, спасибо.

Он встал, потянулся и зевнул.

– А теперь я пойду прилягу. Приятного аппетита, Эми, – сказал он и взял поднос со своим недоеденным завтраком.

– Сладких снов, Алекс, – в той же манере откликнулась я, провожая его взглядом.

ГЛАВА 7

Дерек

– Он их крестный отец?

Наверное, когда я переспросил и посмотрел на Алекса, мое лицо выглядело так, будто он признался, что держит у себя крокодилов. Он прыснул от смеха и слегка закашлялся, подавившись слюной.

– Подобного стоило ожидать, – вздохнув, констатировала Браун.

Техотдел не прислал нам никакой информации о связи Генри с семьей Витс, так что мы оба пришли к Алексу. Я допускал мысль о том, что Генри мог быть связан с Николасом каким-нибудь делом или он мог быть другом Альберта. Но крестный отец его детей? Не хотелось бы проколоться на такой пустяковой теме, как “обсуждение родственников”.

– Не знаю, хороший это для вас факт или нет, но, – Алекс отправил нужную информацию в печать, – так как у Генри нет детей, он любит Маргарет и Николаса, как собственных. А еще, с Маргарет он виделся два месяца назад, а с Николасом в прошлом месяце.

Это ужасный факт. Я предпочел бы особо не выделяться, и надеюсь, что Прикс не захочет познакомить нас со всеми своими гостями. Нас интересовал только он, возможно, Чарльз, ну и Рэй собственной персоной.

Эми разулась и с ногами забралась на диван. Я остался стоять возле стола.

– Придется выкручиваться, – задумчиво пробормотала она, – хотя я рассчитывала на то, что они почти не знают друг друга.

Алекс передал нам теплые после принтера листы А4, все еще сидя в своем кресле. Он оттолкнулся ногами о пол, подкатил на нем к стеллажу с другой стороны комнаты, взял блокнот и вернулся к столу.

– Слушайте, вам же необязательно учить всю родословную семьи Витс, – проворчал он. – Достаточно будет поверхностных знаний. Генри пятьдесят лет, техотдел проверил его карточку здоровья: в последнее время у него ухудшилась память. Совсем не критично, но я не думаю, что он заподозрит вас в чем-то, если вы скажете что-то не так в разговоре про семью. К тому же, может, он и не будет вести долгую светскую беседу о семье. Я склоняюсь к тому, что раз уж он виделся со своими крестниками не так давно, то он просто спросит, как вы добрались, и немного поболтает о том, как обстоят ваши дела. Это вам придется вытягивать из него информацию.

Он был прав. Нужно было начать заниматься планом, сделать его подробным и четким: от момента нашего прибытия туда до случая, если по какой-то причине придется применять силу.

Я оторвался от изучения информации и глянул на Браун.

– Эй, я разработаю план и...

– Размечтался, – я даже закончить не успел. Она выглядела так, словно была бы не против прирезать меня листом бумаги, который был в ее руках. Внутри меня закипало раздражение.

– Не спорь со мной, Браун. План распишу я.

– Ты что, с прошлого раза не понял, что только твоему плану я следовать не буду? – она сложила руки на груди и упрямо нахмурилась. Я подавил желание чем-нибудь в нее бросить и на мгновение прикрыл глаза, пытаясь не позволить эмоциям взять верх.

– А ты что, уже забыла, что нам говорил Джеймс тогда? Я напомню: “Нужно следовать плану”.

– О, да, я помню, – сказала она и встала с дивана. – А еще он говорил: “Нужно находить компромиссы”. Но ты, Хафферсон, похоже не особо стараешься.

– Так же, как и ты, – парировал я.

– Потому что ты не... – взбесилась она, но Алекс прервал ее.

– Эй, Маргарет и Николас, если мои услуги вам больше не нужны, идите ругаться в свои комнаты.

Эми гневно прищурилась и встала. Она обулась и, проходя мимо меня, задела плечом. Я закатил глаза и напряженно выдохнул через нос, сжав зубы до слабой боли. Браун, тем временем, поблагодарила Алекса, попрощалась с ним и вышла из комнаты.

Мои руки сжались в кулаки и немного смяли лист, который нам дал Алекс. Вдох-выдох, Дерек. Как бы мне ни хотелось вдребезги поругаться с Эми, сейчас лучше это не начинать. Не понимаю, как мы будем вести себя как любящие брат и сестра, если не можем вынести друг друга даже пять минут. Я перевел взгляд на Алекса. Он слегка наклонил голову вперед, выгнул бровь и смотрел на меня из-под своих очков.

– Что? – не понял я.

– Вы оба – идиоты, – вынес вердикт он и вернулся к своему компьютеру.

Ну, спасибо. Можно подумать, я сказал что-то не так. Понятно же, что мой точный план будет надежнее, чем ее неопределенность. Как она вообще собирается использовать свои привычные методы на миссии такого уровня? Одно неверное слово или даже взгляд, и мы можем не вернуться оттуда.

– Тебе стоит пойти за ней, приятель, – Алекс снова покатился на своем кресле от стола к стеллажу. – В конце концов, у вас на подготовку не так много времени.

– Не я устроил тут цирк, – прозвучало по-детски. Барт с громким вздохом вернулся к столу. Он был недоволен мной: об этом говорили его глаза.

– Дерек, сейчас не важно, кто это начал. У вас чуть больше недели на то, чтобы все идеально спланировать. Как бы мне ни нравились методы работы Эми, я соглашусь с Джеймсом в том, что вам надо научиться находить компромиссы, потому что теперь вы работаете вместе. И пока вы не сможете прийти к чему-то общему, я боюсь, что предварительные пятьдесят процентов окажутся не теми, на которые вы оба рассчитываете.

Порой бывали моменты, когда Алекс разговаривал, как отец с большим опытом в воспитании своих детей. И в такие моменты, несмотря на то, что я был старше, я невольно начинал себя чувствовать, как подросток, который сделал какую-то ерунду: хотелось спорить, но я знал, что это бесполезно, потому что он был прав.

Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть и согласиться с ним. Нужно было оставаться профессионалом. Если у Браун с ее уровнем это не получается, то пусть в нашей команде хотя бы я буду с холодной головой.

– А теперь не мешай мне работать и иди, пока я тебя сам отсюда не выставил, – проворчал он, погружаясь в свои компьютерные дела. Я слабо усмехнулся, поблагодарил его за нужные данные и наконец ушел. Теперь нужно было найти Браун и попытаться выстроить нормальный диалог. Боже, дай мне сил.

Спустя каких-то семь минут я нашел ее с Элис в зале на третьем этаже. Луанн сосредоточенно следила за спаррингом двух новичков, а Эми сидела на стуле, тоже наблюдала за парнями и что-то говорила подруге: возможно, проклинала меня на всех языках мира.

– Грейс, не теряй концентрацию! – крикнула Элис пареньку, когда тот на секунду отвлекся, а его противник сразу нанес ему удар по затылку. Грейс замахнулся для ответного удара, но его соперник увернулся, нырнув под его рукой, а потом подсек и уложил его на пол. Элис и Эми переглянулись, и, так как я стоял возле дальнего входа слева от них, Элис меня заметила и что-то пробормотала подруге. Я заметил, как спина Браун немного напряглась, после чего она обернулась ко мне, и по ее лицу сразу можно было прочитать, что она конечно же хочет избавиться от меня. Знала бы она, как это взаимно.

Луанн бросила взгляд на своих подопечных бойцов и пошла к ним на ринг, а я пошел к Эми.

– Нам нужно думать над планом, так что заканчивай со своими капризами, и пошли.

Она посмотрела на меня таким взглядом, будто едва держалась от того, чтобы не придушить меня здесь и сейчас. До работы с ней я даже не знал, что человек может бесить настолько сильно.

– Так теперь над планом работать будешь не ты один? Ничего себе, – саркастично сказала она, выгнув бровь. Я снова почувствовал, что было бы проще оставить эту несносную идиотку здесь и сделать все самому, но быстро взял себя в руки. К тому же Джеймс мне такой роскоши не позволит.

– Именно. Пошли.

Эми недовольно прищурилась, но все-таки встала со стула, повернула голову в сторону ринга и махнула Элис рукой. Подруга подняла руку, махнув в ответ, и снова вернулась к разговору с новичками. Я глубоко вздохнул и понадеялся, что мы хотя бы час сможем говорить друг с другом спокойно.

– Можем пойти в кабинет на четвертом, – предложила Эми, когда мы выходили из зала. Я покачал головой.

– Давай лучше спустимся на второй. Там всегда тише – думается проще.

Я заметил, что она слегка нахмурилась, но ничего не сказала. Похоже, она все-таки понимала серьезность возложенного на нас груза. Будет прекрасно, если мы не решим поубивать друг друга хотя бы до успешного выполнения задания. Я приложу все усилия для того, чтобы держать в руках не только себя, но и ее, если потребуется. Я не мог позволить себе запороть это дело из-за нее, тем более, это наше первое совместное задание уровня “А”. Джеймс официально так и не назначил в нашем дуэте кого-то главного, но, учитывая опыт, я все же предпочту взять эту роль на себя. Нужно лишь решить этот вопрос с Браун.

Мы вошли в лифт, она нажала кнопку с цифрой два. Ехать нам буквально секунды, так что я решил, что это подходящий момент, чтобы начать выстраивать мост между нами.

– Слушай, лишние конфликты нам сейчас не нужны, ясно? Поэтому я предлагаю вот что: у меня опыта больше твоего и стратег из меня лучше, но план мы разработаем вдвоем, так и быть. Запасной план будет на мне, потому что я не собираюсь верить в счастливую случайность твоих методов. Нам нужна конкретика, а не импровизация.

Лифт опустился на второй этаж, и мы направились прямо по коридору. Удивительно, что она меня не перебила, но я кожей чувствовал ее негодование.

– “Так и быть”? Ты делаешь мне одолжение? – недовольно бросила она.

– Это не одолжение, а компромисс, – возразил я.

– Компромисс – это соглашение, которое устраивает обе стороны, Хафферсон, а ты даже мою точку зрения не спросил.

Мы дошли до нужного кабинета и вошли внутрь. Я нажал специальную кнопку, которая включила табличку с надписью “занято” на стене возле двери. В этой части этажа действительно довольно тихо.

– Хорошо, Браун, – я потер переносицу, закрывая за нами дверь. – Я слушаю твою точку зрения.

Она остановилась возле стола и скептично посмотрела на меня. Ну да, наверное, удивительно, что до сих пор я даже слушать не хотел какие-либо другие предложения: после смерти Луи я точно не мог доверять разработку плана кому-то, кроме себя.

Эми со вздохом опустилась на стул и притянула к себе блокнот формата А2 и карандашницу с маркерами. Я сел напротив нее и приготовился услышать какую-нибудь несуразную чушь, следуя которой она работала до этого момента.

– Я согласна на совместную работу над основным планом, – сказала она и достала черный маркер, – но запасной план будет не один. Я тоже придумаю еще вариант, потому что считаю запасные планы едва ли не важнее основных, несмотря на то, что все равно больше верю в свою импровизацию.

Это звучало одновременно глупо и логично. Если бы я не узнал, что у нее такое отношение к подобным миссиям, то не поверил бы, что она работает хоть с каким-то планом. Но опять же, учитывая то, что она по большей части импровизировала, значит ее планы не такие уж и надежные? Или ее импровизации – и есть что-то запланированное? Но как она предугадывает и идеально подстраивается под разные ситуации?

Эми уже начала выписывать необходимые детали на бумагу.

– Мы знаем, что званый вечер будет проходить в арендованном особняке за городом, – серьезно сказала она, пока рисовала план здания. – У нас есть главный вход и три второстепенных – короче, по двери с каждой из четырех сторон дома. Нам нужно предварительно решить, какой из этих выходов будет нашим путем отступления в непредвиденной ситуации. А вообще, было бы неплохо придумать вариант на непредвиденную ситуацию с каждой дверью.

Она что, серьезно? Сколько вариантов плана она придумывала, когда работала одна? Или ее просто немного занесло?

– Подожди. Давай сначала сосредоточимся на основном плане. Я на девяносто процентов уверен в том, что мы без труда войдем и выйдем через главный вход. Главное – хорошо сыграть свои роли. А благодаря маскировке, даже если Рэй прознает, что за ним ведется слежка, он не поймет, кто именно за ним следит.

Она на мгновение стиснула зубы и поерзала на стуле.

– Нам нужно придумать, как деликатно подвести разговор к сделке и узнать хотя бы часть подробностей, – голос звучал чуть спокойнее. Похоже, ее правда немного занесло. – Да и вообще, мы можем разделиться.

– Нет, – тут же отрезал я. – Николас и Маргарет очень близки. Тем более, в последний раз они виделись около трех месяцев назад. Будет странно, если мы разойдемся по разным углам и почти не будем контактировать.

Эми закатила глаза.

– Ты хочешь, чтобы мы весь вечер не отлипали друг от друга? Это тоже будет выглядеть как-то подозрительно и странно.

Я невольно скривился, представив это. Возможно, она была права. Мне тоже не особо хотелось видеть и слышать ее дольше часа. Но если разделяться, то хотя бы так, чтобы мы могли видеть друг друга.

– Ладно, – согласился я. – Значит, придется действовать еще осторожнее, потому что если ты ляпнешь что-то не то, а я буду на другом конце зала, то не смогу тебе помочь. Будешь выкручиваться сама.

– Ты разговариваешь не с новичком, Хафферсон, – недовольно фыркнула она и немного задрала подбородок. – Я все это и без тебя знаю. И выкручиваться самостоятельно я умею, так что не сомневайся.

Моя челюсть напряглась словно сама собой, но терпение еще оставалось. Возникло ощущение, что курить при таком сотрудничестве я стану чаще.

– Вот и прекрасно, значит тебе останется поработать только над своим поведением, – я скрестил руки на груди. – Ты ведь умеешь быть милой хотя бы иногда?

– Умею, но тебе такой чести не окажу, – я почти хмыкнул от ее ответа, потому что ожидал чего-то подобного.

Спустя почти два часа у нас был готов основной план. Мы могли бы все сделать быстрее, если бы нас изначально устраивали варианты, которые мы предлагали друг другу. Нам долго не удавалось сойтись во мнениях, поэтому большую часть нашего собрания Браун метала в меня искры возмущения, а я едва держал себя в руках, чтобы не наорать на нее в ответ. Версии запасных планов решили придумывать по отдельности, потому что сошлись на том, что не вынесем еще какое-то время в обществе друг друга. Хоть в чем-то мы были солидарны на сто процентов.

ГЛАВА 8

Эми

Четверг.

Я просидела за своим столом до поздней ночи. Спина слабым хрустом передала, что ненавидит меня, когда я разогнулась и потянулась. Будильник показывал три часа. Режим сна снова сбился, и я знала, что уже вряд ли засну в ближайшее время. Так что, отложив в сторону свой блокнот с тремя исписанными страницами, я достала из ящика стола книгу, которую Элис не так давно забрала для меня у Алекса.

– Сначала чай, – пробормотала я и поднялась со стула. Мгновенно я почувствовала, как затекли ноги от того, что я около четырех часов сидела, согнув их в позе лотоса.

Пока я заваривала чай, мысли крутились в моей голове бесконечным водоворотом. К своему сожалению, мне пришлось признать то, что стратег из Хафферсона действительно неплохой. Но пусть он катится к черту, если думает, что я не смогу его в этом превзойти. Пока мы формировали план, и он высказывал свое мнение, ни разу не усомнившись в себе, мне хотелось сначала врезать ему, потом выпытать у него, как он это делает, и в конце врезать снова. Как мог человек раздражать настолько сильно?

Я столько времени пыталась убедить себя в том, что не завидую ему, что он просто бесит меня, потому что он весь такой самоуверенный и наглый, но на деле оказывается, что я правда испытывала зависть. Потому что он лучше меня, он на первом месте, а я на втором. Я ненавидела второе место, я должна быть только на первом. Всегда должна была быть.

Если бы я до сих пор поддерживала связь со своими родителями, они, как всегда, сказали бы, что я недостаточно стараюсь. Но как только меня завербовали в секретные агенты, какое-никакое общение пришлось прекратить. И с одной стороны, я должна быть довольна, что больше не выслушиваю их упреки; но, с другой стороны, хотелось помечтать о том, что иногда я могла бы высказаться им о том, что я быстро устаю; и что постоянно прокручиваю в голове одно и то же, и тревожусь даже из-за незначительных вещей; и что мой профессионализм и методы работы (пусть даже к ним относятся скептично) ставят в пример агентам-новичкам и некоторым агентам моего уровня. И услышать в ответ что-то, кроме сухих слов вроде: “Не вздумай ныть”, “Ты ничего такого не сделала”, и так далее.

Я глубоко вздохнула, разбавила чай молоком и размешала сахар.

– М-да, к сожалению, родителей не выбирают, – пробормотала я, глядя в крутящуюся воронку в своей чашке. Прихватила из шкафчика открытую пачку с овсяным печеньем и вернулась с этим набором за стол, собираясь немного заземлиться.

По итогу в какой-то момент я моргнула, и глаза открылись, когда часы на запястье пиликали, оповещая о входящем напоминании.

“Встреча с Хафферсоном на втором этаже в 11:00”.

Я сонно зевнула, прочитала уведомление и посмотрела на время – 10:30.

– Не успею позавтракать.

Медленно подняв голову со стола, я немного поморщилась от боли в шее, которая отдавалась в голову. Я успеваю разве что немного размяться и выпить обезболивающее.

Когда я спустилась на второй этаж и дошла до нужного кабинета, Дерек уже был там, поэтому я невольно бросила взгляд на часы, подумав, что опоздала. Нет, он просто пришел раньше и теперь спокойно сидел за столом и всматривался то в планировку дома, которую я вчера нарисовала на большом листе, то в свой блокнот.

Я закрыла дверь, прошла к столу и села напротив него.

– Что ты там пытаешься рассмотреть? – бесцеремонно спросила я, не собираясь здороваться. Мне показалось, что он подавил желание закатить глаза.

– Просто перепроверяю детали, – чуть хрипло пробормотал он и наконец с глубоким вздохом оторвался от своего увлекательного занятия.

– И как оно? Нашел что-то, что не сходится? – только попробуй сказать, что в планировке я где-то что-то неправильно указала.

Он пожал плечами и немного поджал губы, выглядел при этом раздраженным. Согласна, меня это все тоже до сих пор бесит.

– Ничего, – выдохнул наконец он. Я позволила себе усмехнуться. Еще бы там были ошибки – не на ту пытаешься напасть.

– Давай вернемся к основной теме, раньше начнем – раньше закончим, – предложила я, отметая в сторону желание позлорадствовать.

На протяжение часа мы обсуждали варианты запасных планов, которые придумывали индивидуально. И естественно, он усомнился в том, что моему плану можно доверять, предлагая не палить горячку и оставить только его вариант. Я недовольно нахмурилась и сложила руки на груди. Мои глаза враждебно прищурились, когда я откинулась на спинку стула.

– Что конкретно вызывает у тебя сомнения? Мои планы никогда меня не подводили.

– Твои планы основаны не на тех деталях, о которых нужно думать в первую очередь, – он тоже сложил руки на груди и приподнял подбородок, прожигая меня взглядом. Хафферсон выглядел так, словно знал, что я все равно признаю его правоту. Но разве что в его снах.

– Ты так говоришь, потому что у меня другие методы.

– Да, они абсолютно идиотские, а еще они могут поставить под угрозу выполнение задания, – равнодушно отозвался он на мое замечание.

– Твое занудство – вот что идиотское. Я не обязана подстраиваться под твои методы, только потому что ты возомнил себя главным. И не стану, до тех пор, пока Джеймс мне лично не скажет, что ты стал капитаном нашего небольшого и обреченного на провал корабля, который называется “Сотрудничество”.

Я увидела, что он сжал зубы так, что на лице заходили желваки. Дерек Хафферсон явно был из тех людей, для которых характерен не кричащий гнев.

– Хорошо, – он немного расслабил челюстно-лицевые мышцы и положил сложенные в замок руки на стол. – Я тебя услышал, Браун. Вполне вероятно, что сегодня вечером или завтра утром Джеймс может позвать нас для того, чтобы согласовать планы. И я не постесняюсь злорадствовать, если он даже просто вздохнет со скепсисом, когда увидит твою версию плана “Б”.

Дерек был так уверен в том, что я не права, лишь потому что работаю не так, как он. Это неимоверно бесило. Я знала, что Джеймс отнесется со скепсисом: так происходило до сих пор, когда я приносила план на его согласование. Но я не собиралась терпеть эти провокации со стороны Хафферсона.

– Не вздумай осуждать меня. Я ни слова не говорю про то, как ты планируешь, – мое тело начало нагреваться от злости на него.

– Потому что ты знаешь, что мои планы построены не так хаотично, как твои, – с легкой насмешкой ответил он. – Ты знаешь, что мои планы – это стопроцентная вероятность успеха, а твои всегда гарантируют успех лишь на пятьдесят процентов.

– Посмотрим, – только и сказала я, намереваясь уходить. Я не собиралась доводить этот диалог до того состояния, в котором мне захотелось бы продемонстрировать на Хафферсоне приемы рукопашного боя.

В кабинете раздался резкий звук визгливого скрежета металлических ножек стула о плиточный пол, когда я встала и отодвинула стул назад. Прихватив свой блокнот, я быстрым шагом направилась к выходу. Больше всего меня бесило то, что он был прав. Прав в том, что я продумываю даже те мелочи, о которых можно не волноваться. А еще в том, что у меня всегда не сто, а пятьдесят процентов на успешное выполнение миссий. И в том, что я сама это знаю.

– Да пошёл он, – проворчала я и с раздражением ткнула на кнопку вызова лифта.

После быстрого бранча я вернулась к себе в комнату, швырнула блокнот на стол и завалилась на кровать. Мне стоило пытаться держать себя в руках, когда этот придурок намеренно или нет выводил меня на эмоции, но я ничего не могла поделать. В голове возникало напоминание о том, что это мое личное соперничество с ним, так что я не должна идти на попятную.

Даже в банальных спорах?

Ладно, возможно, мою вспыльчивость оправдать не получится, но если мне придется доказывать свою правоту и уверенность в методах своей работы, значит я буду это делать любыми способами.

Мне было необходимо куда-то выплеснуть гнев, который жег и кусал меня и снаружи, и внутри. Для тренировки рановато: я только что поела. Спуститься в тир и пострелять по мишеням? Да, это сгодится.

Через пару минут я уже ехала в лифте на подвальный этаж. Нужно будет позже попросить Элис о спарринге. А еще ребята, которые подбирали нам с Дереком образы для задания, наверняка в ближайшие пару дней позовут на примерку.

Лифт остановился, и я вышла из него, прошла немного вперед, повернула налево и спустилась по лестнице еще чуть ниже. За дверью тира слышались резкие, приглушенные звуки выстрелов и перезарядки оружия. На входе меня встретила Кира. Ее натянутая нервная улыбка говорила о том, что она не горит желанием долго со мной разглагольствовать. А я и не напрашивалась.

– Привет, Кира, – я дала себе возможность снова попытаться быть хоть немного дружелюбной, даже если мое лицо показывало противоположное.

В карих глазах дежурной мелькнуло удивление вперемешку с волнением. Она на миг отвела взгляд в сторону, а потом вернула его на меня. Кира выглядела так, будто боялась, что я сейчас брошу в нее перчатку, вызывая на дуэль, или что-то в этом роде.

– Привет, Эми, – робко откликнулась она. Возможно, дело было даже не столько во мне, сколько в ее природной скромности. Я решила поспешить оставить ее в покое, поэтому предъявила свой номер и сделала запрос на пневматический пистолет конкретного калибра и модели, чтобы потренироваться. В преддверии задания уровня “А” дополнительной причины для посещения стрельбища не требовалось.

Кира сделала пару манипуляций в планшете, занесла в базу мой номер и информацию о выбранном пистолете и наконец положила передо мной оружие, пять магазинов по двадцать патронов, очки и наушники. Думаю, должно хватить, чтобы хоть немного переключиться.

– Спасибо, – быстро сказала я, не глядя на нее, чтобы не смущать или не испугать сильнее. Взяла свой набор и шагнула за дверь в сам тир.

– Добрый день, сэр, – я остановилась возле стола и поприветствовала инструктора. Митчел Смит, увидев меня, по-отечески улыбнулся и сложил руки на груди. Он, как и наш босс, работал в “Лабиринте” лет с двадцати, сейчас ему было около пятидесяти, Джеймс был на пару лет младше него. Дружба этих двоих прошла огонь, воду и медные трубы, но они все еще оставались лучшими друзьями, несмотря на разницу в характерах.

– Приветствую, Эми, – ответил он. Я положила на пустой стол магазины, наушники и очки и продемонстрировала, что пистолет не заряжен: вынула магазин и передернула затвор. Инструктор Смит удовлетворительно кивнул. – Что будешь делать сегодня?

Я пожала плечами, повесив наушники на шею, и надела очки.

– Наверное, потренируюсь с движущимися мишенями.

– Хорошо. Крикнешь Меган, она с этим поможет. Как продвигается сотрудничество с Дереком? – я автоматически поморщилась, услышав его имя. Инструктор хрипло посмеялся. – Понял, молчу. Удачной тренировки.

Каждый раз после упоминания имени Хафферсона мое настроение будто опускалось все ниже. Хотя, на данный момент я была уверена, что эти спуски уже пробили дно и стремительно падали дальше.

Во время стрельбы я старалась сосредоточиться только на мишенях, которые двигались с раздражающей траекторией, на весе оружия в руке, на том, как я его держу, на ритмичных звуках выстрелов. Никакого Дерека Хафферсона. Никаких призраков прошлого.

Меган запускала этот ужасный аттракцион снова и снова, пока в последнем магазине не кончились патроны.

Примерно через шесть минут я выстрелила в голову последней движущейся мишени и устало опустила пистолет. Ни одного промаха, но это заняло больше времени, чем я думала.

"Ты могла лучше".

Проклятье. Заткнитесь уже, бога ради.

Послышались приглушенные, из-за наушников, шаги справа от меня. Боковым зрением я увидела знакомую фигуру, которая остановилась возле соседнего стола. Ну почему он снова появляется там же, где и я? Неужели у него тоже в приоритете стрельба по движущейся цели?

Я повернулась и махнула Меган, которая наблюдала за мной через приоткрытое окно комнаты управления мишенями позади меня. Она сдержанно кивнула в ответ и подняла большой палец вверх. И после этого секундного обмена любезностями я пошла к выходу, ни слова ни сказав Дереку. Снова показала инструктору, что пистолет разряжен, попрощалась с ним и сдала оружие и пустые магазины Кире. Она все проверила и отпустила меня.

Поверить не могу, что хватило одного, даже не прямого, взгляда на Хафферсона, чтобы негативные эмоции опять возникли во мне.

ГЛАВА 9

Дерек

Я проводил Эми задумчивым взглядом. Когда за ней захлопнулась дверь, повернулся к Меган и спустил наушники.

– Какой у нее результат? – спросил я, кивнув в сторону.

– Шесть минут с учетом перезарядки и стрельбы с колена, сто патронов и ни одного промаха, – ответила Меган.

Звучало неплохо, но недостаточно профессионально для агента ее уровня. Меня не интересовало бы это, если бы мне все еще приходилось полагаться только на себя. Но если случится ситуация, в которой Браун придется прикрывать мою спину, я предпочел бы, чтобы она без колебаний и с холодной уверенностью сделала эту работу на пять с плюсом. Хотя, учитывая нашу взаимную неприязнь, я был уверен, что она выбрала бы застрелить меня своими руками. После нашего сегодняшнего собрания я выкурил две сигареты, чтобы успокоить слегка расшатанные нервы, сместил фокус внимания с Браун на неизменные мысли о старых товарищах, а потом пришлось выкурить еще одну сигарету. Я же говорил, что придется курить чаще.

– Поставь скорость чуть быстрее стандартной, пожалуйста, – попросил я Меган, вернул наушники на свои уши и приготовился.

У меня не было цели специально приходить туда же, куда приходила Эми. Я с превеликим удовольствием избегал бы ее так же, как и она старалась лишний раз не видеться со мной. К тому же, учитывая размер нашего штаба, действительно странно, что мы уже, как минимум, три или четыре раза оказывались в одном месте в одно время.

Я отвлекся на начинающие движение мишени и полностью сосредоточился на этих целях, пока мои мысли снова не превратились в желание пойти покурить, чтобы разгрузить голову.

Со стрельбой у меня все было отлично еще со времен, когда я только пришел в “Лабиринт”, потому что в подростковом возрасте отец часто брал меня с собой на охоту и учил стрелять. Иногда я ловил себя на мысли, что это все было так давно, что казалось обычным сном. Я почти не помнил свой первый день в штабе. Зато помнил, когда меня, новичка, отдали под крыло опытного куратора, а я почти сразу показывал упрямство и в открытую критиковал его планы, Джеймс делал мне выговор и отстранял от миссий на определённое время. Но этот куратор видел мой потенциал, поэтому зачастую выслушивал меня, несмотря на то, что очевидно хотел дать мне сильный подзатыльник за такое неуважение.

Через четыре минуты, когда ни одна из мишеней не была мной пропущена, я осмотрел свою работу полностью. Ни одного промаха. Я мог справиться быстрее, но четыре минуты, учитывая скорость движения механизма, которая была быстрее обычной – это очень даже хорошо. А вот моей напарнице стоило бы поработать над скоростью и своими эмоциями. До меня доходили слухи о том, что Эми презирает меня, потому что завидует и хочет меня превзойти. И если это правда, то я не понимаю, почему она банально не могла спросить меня о том, что конкретно ее интересует. Ведь все было бы намного легче, если бы она просто попросила дать ей пару рекомендаций. Неужели так обязательно это дурацкое соперничество? Что мне вообще теперь с ней делать? У нас не получилось найти компромисс. Если сейчас она ждет, что я приду и признаю свою ошибку, которой на самом деле нет, то пусть ждет, все равно не дождется. Я всего лишь сказал правду. Ей стоило бы поблагодарить меня за бесплатный совет и начать учиться на ошибках, а не бросать мне вызов. Все-таки жаль, что нам не раздобыли приглашения людей, которые вообще не знакомы друг с другом.

Когда я вернулся к себе, то начал раздумывать над темами для разговора с нужными подонками на будущем приеме. Было очень важно не вызвать подозрений в процессе болтовни, потому что нужный внешний вид нам сделать смогут, а вот языки останутся наши. А так как Николас – довольно успешный и известный бизнесмен, вполне возможно, что хоть кто-то захочет поинтересоваться, как продвигается работа или что-то в этом роде. Нужно как можно лучше изучить его привычки и повадки, чтобы идеально войти в роль. Надеюсь, Браун была занята тем же самым. Нельзя допустить, чтобы она импровизировала в вопросе того, как обычно ведет себя Маргарет. Уж Генри, как их крестный отец, и тот, кто виделся с ними чаще, чем родной отец, вполне может почуять что-то странное, несмотря на ухудшение памяти.

Четыре часа пролетели очень быстро. Я наконец отодвинул в сторону свой планшет, устало провел руками по лицу и потянулся, откинувшись на спинку стула так, что передние ножки оторвались от пола, и опора осталась только на задних.

– Надо бы сходить за ужином, – решил я и поднялся.

На обратной дороге я едва не налетел на свою напарницу, которая шла мне навстречу, но вовремя притормозил и автоматически нахмурился, когда увидел ее. Браун выглядела ненамного дружелюбнее меня.

– Глаза разуй, – огрызнулась она. Из меня невольно вырвался смешок.

Вообще-то я не часто становлюсь язвительным, но если она разговаривает со мной так, значит хотя бы иногда это будет взаимно.

– Уж извини, что не смотрю под ноги, ты слишком мелкая, чтобы тебя заметить, – опустим то, что по росту она была не настолько низкой: что-то около метра и семидесяти сантиметров, но чуть ниже, возможно, метр и шестьдесят семь сантиметров, не знаю.

На секунду она просто замерла. Ее глаз дернулся, зубы сжались, нижняя челюсть немного подвигалась. Я не собирался ждать, когда она наконец вспылит так, что это услышит все крыло, так что обошел ее, намереваясь поскорее вернуться к себе со своим ужином, тепло которого я ощущал сквозь пластиковые контейнеры.

– Эй, Браун! – Эми уже возобновила шаг, когда я вспомнил о досье. Она остановилась и повернула ко мне голову. – Не забудь подробнее изучить привычки и обычное поведение Маргарет, это...

– Уже делаю, Хафферсон, – перебила она меня. – Не думай, что я совсем бестолковая, мне не нужны твои инструкции для того, чтобы работать.

После этих слов она поспешила покинуть место нашего столкновения. Ее руки до дрожи были сжаты в кулаки, а резкая походка делала Эми похожей на обиженного подростка. Другой реакции я и не ждал. Она вела себя как избалованная, капризная девчонка. Не удивлюсь, если все детство родители во всем ей потакали, а соперничество и зависть связаны с тем, что она привыкла быть всеобщей любимицей, а теперь у нее это не выходит, и поэтому она бесится. А может, она просто настолько садистка, что ей банально нравилось доводить всех до белого каления. Это ведь тоже своего рода пытка, пусть и не тот вид, к которому у нее была симпатия. Но надо отдать должное, это соперничество привело Эми туда, где она сейчас, хотя, помимо навыков для успешного выполнения задания, ей стоило бы еще и в себе разобраться.

Пятница.

Ночь у меня была немного беспокойной из-за того самого кошмара, который повторялся из раза в раз. Я уже давно привык к тому, что в своих снах я постоянно умирал вместе со своими бывшими напарниками, но все же это порядком надоело. Я также уже давно не просыпался из-за этого сна в холодном поту, учащенно дыша от испуга, вспоминая, какой реалистичной была картинка, но каждый раз надеялся, что это было в последний раз. Но этот кошмар все еще мучил меня так часто, что я просто начал забывать, как я спал до этого.

В десять утра на мои часы пришло сообщение с просьбой через час прийти в костюмерную для предварительной примерки образов для званого вечера. Обычно после подобных ночей я чувствовал себя немного дезориентировано, так что перечитал сообщение несколько раз, не сразу сообразив, что к чему.

Весь свободный час я потратил на то, чтобы выпить пару чашек кофе, сделать легкую тренировку и принять контрастный душ. И ничего из этого нормально меня так и не взбодрило. Внутри сидело перманентное чувство тревоги, непонятно, за что и почему. Может, я слишком много думал о том, что миссия может обернуться трагедией.

Костюмерная находилась на четвертом этаже. Я спустился на лифте, вошел в первую по коридору дверь слева и тут же услышал ворчание нашего специалиста по костюмам. Джемма копошилась в вещах на рейле чуть дальше, возле примерочных. Она поправила очки на носу согнутым указательным пальцем, сдвинув их выше, пока всматривалась в фотографию Маргарет Витс, которая была прикреплена к тому рейлу.

– Попробуй теперь вот это, Эми, – она сняла с вешалки нужное вечернее платье и передала его за закрытую шторку примерочной. Я засунул руки в карманы брюк и подошел ближе.

– Привет, Джемма.

Она обернулась и по своей профессиональной привычке осмотрела мой внешний вид, прежде чем поздоровалась в ответ.

– Привет, Дерек.

Люди, которые плохо знали Джемму Тетчер, могли бы подумать, что она высокомерная и не принимает ничьего мнения, особенно когда дело касается подбора нужного образа. Я и сам так думал, когда был новичком. Мне казалось, что она всегда считала себя выше других и не скрывала этого, даже когда разговаривала о чем-то обыденном, не связанным с ее деятельностью. Но на деле Джемма была полной противоположностью этого образа. Вся суть была в ее интересных глазах, которые заставляли ее выглядеть немного уставшей, а когда она хоть немного хмурилась, то выглядела так, словно ей сейчас придется объяснять человеку какую-то простейшую базу.

– Твои вещи для предварительного образа вон там, – сказала она и махнула рукой к примерочной напротив той, у которой мы стояли. Там находился такой же рейл, на вешалках висело три набора одежды. – Выбирай любой. Я помогу Эми с корсетом и уделю внимание тебе тоже.

– А где Стив? – спросил я, взяв первую попавшуюся вешалку.

– Вышел на перекур, – ответила Джемма и тут же переключилась на мою напарницу. – Эми, ты готова? Давай завяжу корсет, и посмотрим.

Первый образ, который я выбрал, состоял из белой рубашки, черного галстука, таких же черных брюк и большого пиджака. В общем, обычная черно-белая классика на любое мероприятие. Пока я застегивал пуговицы на рубашке, то подумал о том, что мне это вполне подходит, но Джемма вряд ли сразу скажет, что-то вроде: “Отлично, оставляем”. С большой вероятностью она скажет, чтобы я примерил все три набора одежды. Завязывая галстук, я слышал возню, звук каблуков Тетчер и ее задумчивый бубнеж.

– Как-то слишком нарядно, не думаешь?

– Здесь три из пяти платьев слишком нарядные, – послышался уставший голос Браун. – Может, я не буду мерить все, а сразу надену вон то черное?

Джемма громко фыркнула, и похоже, Эми сразу поняла, что спрашивать было бесполезно.

– Следующее, – не терпя возражений, сказала Тетчер. – Дерек, как дела?

Я закончил затягивать галстук и отодвинул занавеску примерочной. Браун уже снова копошилась у себя.

– Обычная классика. Я думаю, я мог бы...

– Нет, – прервала меня она и снова поправила очки, пока щурилась. Джемма осмотрела меня, подняла в воздух указательный палец и сделала им круг, без слов говоря, чтобы я вернулся обратно и продолжил примерку.

Через пять минут я стоял перед ней в последнем образе, состоящем из черной рубашки, светло-серых брюк, такого же цвета жилетки и бордового галстука. Тетчер задумчиво хмурила брови и слегка морщила нос, пока ходила вокруг меня.

– Добавим сюда... возможно, перчатки, – пробормотала она скорее себе, когда остановилась передо мной. Слегка ослабила галстук и сделала шаг назад. – Хотя, нет. К черту перчатки.

Я наклонил голову сначала в один бок, а потом в другой, чтобы немного размять шею. Я уважал то, как Джемма относилась к своей работе, но иногда все равно не понимал, насколько катастрофично было бы все-таки надеть перчатки, если она сказала, что они не нужны.

– Эми, пропусти темно-зеленое платье, – вдруг сказала она. – Надень сразу бордовое.

Из примерочной донесся вздох, и опять зашуршала ткань.

Меньше, чем через минуту, показалась Браун. Джемма подобрала для нее платье, которое по цвету идеально сочеталось с моим галстуком. Верхняя часть платья была в виде корсета на широких бретелях с квадратным вырезом, открывая малую часть груди. Подол был не слишком пышный и доходил ей до щиколоток. На ногах были серебристые босоножки на высоком каблуке. Бордовый цвет неплохо подходил к ее внешности. Вполне сносно.

Во взгляде Эми кипело уже привычное презрение. Я, не сдержавшись, недовольно скривил губы, скрестил руки на груди и перенес вес тела на левую ногу.

– А ну-ка... – Джемма схватила Браун за локоть. Она поставила ее рядом со мной и отошла, потирая подбородок. Сняла очки и начала кусать дужку, ее внимательный взгляд не отрывался от нас ни на секунду. Боковым зрением я заметил, что каблуки весьма ощутимо прибавили Эми несколько сантиметров роста.

– Итак? – я попробовал немного ускорить процесс оценки.

– Хочу видеть у тебя в ухе какую-нибудь блестящую фигню, – задумчиво проговорила она. – Я попросила Элис подготовить украшения с нужными вам устройствами. Добавлю в запрос какую-нибудь серьгу для тебя.

Ей даже не нужно спрашивать, хочу я этого или нет, она просто знает, что так будет лучше, а я с ней больше не спорил.

– Так что ты думаешь? – спросила Эми, переминаясь с ноги на ногу. – Это оно?

Тетчер удовлетворенно кивнула и широко улыбнулась. Ее карие глаза блеснули.

– Это оно, – подтвердила она.

ГЛАВА 10

Эми

После примерки Дерек ушел раньше меня. Когда я переоделась и вышла из примерочной, Джемма довольно ухмыльнулась, вешая выбранное платье отдельно от остальных вариантов.

– Я делала ставки именно на это сочетание, – сказала она.

– Тогда зачем я мерила другие платья? – ей богу, столько времени потеряли, когда можно было сразу надеть то, что ей казалось самым подходящим.

– Потому что я могла ошибиться, – Джемма легко пожала плечами и уперла руки в бока. Я раздраженно цокнула, закатила глаза и отзеркалила ее позу.

– Ты постоянно повторяешь, что никогда не ошибаешься, – она не ответила на мое замечание, так как в этот момент вошел Стив.

– Почему так долго? Я уже думала, ты там всю пачку решил выкурить, – возмутилась Джемма, метая взглядом молнии в своего помощника. Стив снисходительно усмехнулся и вздохнул. Он держался совершенно расслабленно, не показывая признаков вины или раскаяния.

– Я опоздал? – он повернул голову ко мне. – Привет, Эми.

– Привет, – отозвалась я.

Стив действительно всегда выглядел так, словно он вместо воздуха дышал только сигаретным дымом. И это, конечно же, было ему не к лицу, так как вместо своих двадцати шести он был больше ближе к тридцати пяти, но кто я такая, чтобы его судить.

Я бросила быстрый взгляд на свои часы, и на них тут же пришло уведомление с требованием Джеймса явиться к нему. Интересно, он просто решил обсудить наши с Дереком планы, касательно миссии, или мой напарник не выдержал и пожаловался боссу на мое плохое поведение?

– Я пойду. Увидимся, ребята, – я прошла мимо Стива к выходу.

Через пару минут я поднялась на тринадцатый этаж и подошла к двери босса, сделала глубокий вдох, выдохнула и постучала. Из-за двери донеслось строгое: “Войдите”.

Джеймс стоял во главе своего стола со сложенными на груди руками. Его глаза скользнули ко мне, когда я вошла, а потом он кивнул на место перед его столом, рядом с Дереком. Не припомню, чтобы наш босс хоть когда-то не выглядел строго, но сейчас он казался мне чуть более устрашающим, чем обычно. Я прошла вперед и встала слева от Дерека, руки автоматически легли на спиной.

– Что у вас двоих происходит на данный момент? – от его тона у меня по спине невольно пробежал холодок.

– Сэр? – я рискнула уточнить.

– Дерек доложил мне, что он недоволен вашей совместной работой и тем, что ты, Эми, капризничаешь.

Ну конечно же Дерек доложил.

Мои губы дернулись и поджались, ногти начали царапать ладони.

– Я не собираюсь быть вашим психологом, это не моя работа, – Джеймс прокашлялся, – но кажется, мой приказ несколько недель назад был предельно ясным: вы должны находить компромиссы и следовать плану. Это все, что от вас требуется.

Я опустила глаза и почувствовала, как от злости сжимаются челюсти.

– При всем уважении, сэр, – я подняла взгляд, – Хафферсон ведет себя так, будто был назначен главным, и критикует мои методы.

Джеймс провел большой рукой по своим коротко стриженным седым волосам и вздохнул так, будто пытался сдержать себя от чего-то страшного. Его темно-карие глаза устремились к Дереку, и он заговорил, не сводя с него взгляд.

– Что ж, признаю, моя ошибка, – он посмотрел на меня. – С этой минуты Дерек Хафферсон назначается...

Черт возьми, нет.

– ...капитаном вашей команды.

Я почувствовала, как грудь сдавило, кулаки сжались еще сильнее, ногти уже не просто царапали ладони – они больно впились в мягкую кожу. В горле образовался ком, как в прошлом, когда я занимала второе место в некоторых конкурсах и соревнованиях. Резко сглотнув, я попыталась взять себя в руки, но в груди до сих пор чувствовалась эта тяжесть, которая словно обволакивала всю меня и застилала глаза дымкой гнева. Гнева на саму себя.

Зависть. Это была зависть.

– Я не подведу, сэр, – послышался ровный голос Дерека.

Джеймс кивнул, пристально глядя на меня. Он считывал реакцию, но ничего не сказал по поводу моего вида и почти сразу сменил тему.

– Теперь давайте поговорим о вашей подготовке к миссии с Рэем. Я хочу послушать, что вы придумали. Присаживайтесь.

Мы с Дереком сели за стол. Мой взгляд скользнул к окну и зацепился за район вдалеке. Отсюда дома казались одинаковыми, но я смотрела прямо на тот, из которого ушла пять лет назад.

Из-за кашля Джеймса я вздрогнула и вернула фокус внимания на босса и Дерека. Оба смотрели на меня, и это создавало неловкость, которую я постаралась скрыть за равнодушным выражением лица.

– В общем, у нас готов основной план и два запасных, – Хафферсон положил руки перед собой и скрестил пальцы в замок. – Основной план заключается в очевидном: мы приедем на этот вечер, и дальше все будет зависеть от того, будет там Рэй или нет. Если он там будет, я возьму разговор с ним на себя. Будет неплохо, если при этом мы будем стоять отдельно от Генри и Чарльза. А Эми, в свою очередь, займется инвесторами. Особой необходимость в опросе других гостей нет, но все же полностью исключать ее мы не стали.

Дерек держался так уверенно, что это бесило. Джеймс внимательно слушал его и кивал сам себе.

– Для передачи полученной информации друг другу мы будем использовать танцы, – продолжал Хафферсон, его руки начали слабо жестикулировать. – Это должно выглядеть менее подозрительно, чем если бы мы решили совещаться в каком-нибудь уголке.

– Хорошо, – босс сел поудобнее. Его спина откинулась на спинку стула, голова с интересом наклонилась в бок, а взгляд все так же прожигал серьезностью. – Что насчет запасного плана? Ты сказал, что у вас их два?

Дерек кивнул. Его быстрый взгляд исподлобья вместе с тяжелым вздохом меня почти оскорбили.

– После тебя, Браун, – он вдруг уступил мне, и я удивленно нахмурилась. Две пары глаз уставились на меня с ожиданием. Я приподняла бровь, вздохнула и покачала головой не в силах скрыть того, что не понимаю действий Дерека.

– Мой запасной план заключается в том, что в экстренной ситуации кому-то из нас придется остаться, – по выражению лица Ринсинга я уже поняла, что у него появляются вопросы. – Один из нас будет отвлекающим маневром, чтобы второй мог уйти. Если вдруг они что-то заподозрят, то кто-то из нас может притвориться, что ему нехорошо и сообщить, что уходит, в то время как второй постарается потянуть время и сместить внимание на разговоры.

– Я понял, Эми, – этот снисходительный тон означал, что мой вариант летит в топку. – Звучит действительно неплохо, но это очень рискованно. Я хотел бы, чтобы вы вернулись оттуда оба одновременно и, желательно, живыми и невредимыми.

– Да, сэр, – дежурно ответила я твердым голосом.

– Дерек? – Джеймс перевел взгляд на Хафферсона и кивнул ему.

– Мой вариант запасного плана заключается в том, что, если вдруг все пойдет не так, и нас заподозрят в шпионаже, мы отправим сигнал ребятам из группы поддержки, чтобы те действовали как отвлекающий маневр, пока мы под этот шум сваливаем оттуда.

– Но это лишняя суета, – возразила я и посмотрела на босса в ожидании его реакции. Джеймс нахмурился и постучал пальцами по столу.

– Согласен с Эми, – сказал он, и я почти успела довольно ухмыльнуться. – Но в сравнении, план Дерека лучше в том, что вы оба останетесь живы. Если придется прибегнуть к переполоху, то Рэя мы не потеряем.

Невероятно. Как он это делал?

Когда Джеймс утвердил планы Дерека и задал последние вопросы, на большинство из которых отвечал Хафферсон, мы могли быть свободны. Я тут же сорвалась с места и покинула кабинет. В ушах звенели слова босса, которые он сказал мне, прежде чем я вышла.

“–Впредь никаких самовольностей, не посоветовавшись со своим капитаном”.

У меня сбилось дыхание, пока я шла к лифту.

– Довольна, Эми? – вырвалось у меня хрипло. Хорошо, что в кабине я была одна. – И не говори, что удивлена.

В голове очень некстати снова появился голос матери.

“Тебе изначально не хватало опыта и навыков. Могла стараться лучше, а теперь посмотри, что случилось – ты все еще в проигрыше”.

– Заткнись, – буркнула я и поняла, как абсурдно выглядела, говоря сама с собой. Я даже с голосами в голове не могу справиться, чего уж говорить о роли капитана.

Лифт загудел, когда я нажала на кнопку с цифрой шесть.

“Ты приложила недостаточно усилий, Эмили”.

Отлично, голос отца решил меня добить, у этих ребят, как всегда – где один, там и другой.

– Отвалите от меня, – выдохнула я шепотом. Голова опустилась, спиной я оперлась о стену.

Я до сих пор не могла спокойно принимать поражение, потому что сразу вспоминала, с каким разочарованием смотрели на меня родители, когда я не оправдывала их ожиданий. И даже сейчас, спустя пять лет, в течение которых я их не видела, я слышала их голоса: то, как они вздыхают, как мама кривит губы и хмурится, как папа низко и строго говорит: “Ты нас разочаровываешь, Эмили. Нам за тебя стыдно”.

Мои губы изогнулись в кривой усмешке. Им всегда было за меня стыдно, просто чаще всего не так сильно.

Из-за того, что я немного ушла в себя, звук остановившегося на моем этаже лифта показался мне таким громким, что я невольно зажмурилась. После чего выдохнула и, когда двери открылись, оттолкнулась от стены и вышла. По ту сторону дверей стоял Нейт – агент на уровень ниже моего. Пару лет назад он постоянно пытался ко мне подкатить, но на нашем первом спарринге я дала ему понять, что мне его настойчивость не интересна. И почему он этого не понял, когда я прямым текстом до этого каждый раз говорила: “нет”?

– Привет, Эми, – кивнул он мне с легкой улыбкой. Сейчас он, как и многие, смотрели на меня с долей нервного страха. В случае Нейта мне было лучше видеть его таким, чем тем, каким он был в прошлом.

– Ага, привет, – откликнулась я, обходя его. Я не собиралась ждать, скажет он что-то еще или нет, мне нужно было поскорее вернуться к себе в комнату. Я хотела остаться наедине с собой и просто как-нибудь заглушить голоса родителей в своей голове, которые бесконечно сыпали упреки. Мне ни в коем случае нельзя расслабляться и отвлекаться на это, у нас на подготовку осталась неделя.

Здесь никому не интересны личные переживания и проблемы. Неважно, какого уровня миссия, на которую идет агент, как и то, какого уровня сам этот агент, ведь все мы здесь никогда не знаем наверняка, вернемся ли мы обратно живыми или хотя бы не смертельно ранеными. Даже идеальный план не гарантировал успеха. Одно неверное движение, слово, взгляд, даже жест – это риск. Так что соберись, Эми. Тебе придется смириться с тем, что теперь официально ты обязана слушать приказы Хафферсона. Становиться закадычными напарниками необязательно, но все же нужно будет доверять. Тем более, ты буквально вчера сама ему сказала, что начнешь подстраиваться, только когда Джеймс назначит его главным.

И кто меня за язык тянул?

В тот момент, когда я легла на свою кровать, пришло уведомление о том, что мой новоиспеченный капитан ждет меня в седьмом зале для тренировки.

– Какого хрена? – сорвался с моего языка недовольный бубнеж. Я поднялась и перечитала сообщение еще раз. Он собрался устроить спарринг?

Я вспомнила, как он упрекнул меня в том, что у меня хромает дыхание и стойка. Похоже, он решил лично ткнуть меня носом в эти недочеты. И так как он стал главным, я не могла просто проигнорировать или послать его к черту, если не хотела отчитываться об этой ерунде перед начальством.

– Кем он себя вообще возомнил?

“Тем, кому ты проигрываешь из раза в раз”.

Бога ради, мама!

Я выдохнула и все-таки переоделась в спортивный костюм. После чего вышла из комнаты и направилась к лифту с надеждой на то, что рано или поздно наше сотрудничество наконец закончится.

– Сконцентрируйся на дыхании, иначе выдохнешься раньше времени!

Уже через пару минут после начала нашей тренировки в рукопашном бою Хафферсон завел свою шарманку, но теперь в его голосе было больше приказного тона.

Терпеть его ненавижу.

Я выдохнула сквозь зубы и встряхнула кисти рук. Наш бой начал привлекать внимание некоторых агентов, которые взяли небольшой перерыв от своих тренировок. Только зрителей мне и не хватало.

Дерек заметил мой быстрый взгляд в сторону публики и нахмурился.

– Эй! Не отвлекайся.

Мои глаза наверняка недобро сверкнули, когда я посмотрела на него. Я просто не могла перекрыть поток негативных эмоций внутри себя, пока находилась в шаге от него и слушала его критику. Затянув потуже свой наспех сделанный хвост, я снова встала в нужную стойку и сжала руки в кулаки, стараясь отгородиться от чувства лишних взглядов на себе. Получалось не очень, они словно под кожу мне залезли и начали вызывать неприятное колючее ощущение. Дерек, не меняя выражение лица, тоже поднял руки, собираясь блокировать мои удары и наносить ответные. Он, в отличие от меня, выглядел спокойным и уверенным в себе. Его вообще не волновало чужое внимание, в то время как мой мозг начал генерировать мысли о том, что я не могу опозориться перед своими коллегами.

Я выровняла дыхание и сделала косой удар ногой в его правый бок, но он успел его заблокировать и сразу замахнулся для хука справа. Я нырнула под его руку и нанесла апперкот в его солнечное сплетение.

– Черт, – хрипло выдохнул Дерек и сделал шаг назад, немного увеличивая дистанцию, чтобы успеть прийти в себя.

Быстро сдув с лица мешающую прядь волос, я сделала выпад для очередной атаки уже с левой стороны. Дерек, несмотря на то что все еще морщился от моего прошлого удара, успел поставить блок и подсек меня. Я рухнула на пятую точку.

Вот ведь зараза.

Боковым зрением заметила, как вздрогнули некоторые агенты, которые все-таки предпочли своим тренировкам наблюдение за нашей. Оттолкнувшись согнутой в колене правой ногой, скользнула чуть дальше от Дерека. Когда начала подниматься, вовремя прогнула спину назад, увернувшись от его внезапного прямого удара.

Мне казалось, что мной двигали только зависть и гнев, причем гнев и на него, и на саму себя. Никакой сосредоточенности на том, как ударить или какой поставить блок, никакого анализа атак Дерека. Мои руки и ноги действовали автоматически, голова кипела, я могла даже почувствовать пар. В тот момент я хотела только того, чтобы Дерек Хафферсон наконец увидел, что я могу быть лучше него.

“Одного желания мало, так что сделай уже что-нибудь для этого”.

Язвительный голос моего отца разозлил меня еще сильнее, и я начала наносить Дереку прямые удары по корпусу. От части он уклонился и заблокировал, делал попытки встречной атаки, но безуспешно. После серии таких ударов я сделала бэкфист, который Дерек заблокировать не успел, и на мгновение его это ошеломило.

С каждым вошедшим в зал агентом зрителей становилось больше. В моменте я поняла, что уже немного выдохлась: похоже, снова забыла про дыхание. Но сдаваться, пока мой соперник не окажется на полу, я не собиралась. Дерек смотрел на меня по-прежнему хмуро и изучающе, держа руки перед лицом. Его лоб покрылся испариной, но в остальном внешне он сохранял свой профессиональный холод. Серо-голубые глаза сосредоточенно сканировали меня с лёгким прищуром. Он не спешил нападать, а я ждала его атаки.

Наконец, мне это надоело, я сделала шаг и подняла правую ногу для еще одного бокового удара. На этот раз он вместо блока просто схватил меня за щиколотку и удержал ее. Я, быстро согнув эту же ногу в колене и слегка повернув корпус, заставила его автоматически немного нагнуться вперед, после чего сразу нанесла удар локтем в его скуловую область. Дерек сразу отпустил мою ногу и упал на бок. Со стороны публики послышались резкие вздохи. Я едва заметно хмыкнула, приподняв уголок губ. Все же я находила что-то чарующее в лицезрении боли каких-то конкретных людей.

– Неплохо, Браун, – проговорил Хафферсон, когда поднялся на ноги и расправил свои широкие плечи.

Неплохо? Как мило, спасибо.

Мои глаза закатились, словно следуя каким-то базовым настройкам, потому что невозможно было по-другому реагировать на все, что он говорил. Дерек повернул голову в сторону наших коллег, которые пока не спешили расходиться. Однако, как только они встретились с ним взглядом, то все же вернулись к своим тренировкам. Я подавила желание назвать его воображалой.

Он вернул свой пронзительный взгляд ко мне, и я поняла, что сейчас он либо начнет критиковать мою технику, либо скажет что-то вроде...

– Могу тебя поднатаскать в некоторых моментах.

Да, именно это я и ожидала.

– Мне это не нужно, – огрызнулась я, хотя прекрасно понимала, что вообще-то это было бы не лишним.

– Нужно, – твердо отозвался он. – А еще тебе нужно постоянно помнить о...

– Дыхании, – перебила я, раздраженно снимая перчатки и распуская свои короткие волосы. Меня бесило, что, несмотря на то, что я его уложила, чувство было такое, будто все было наоборот.

– Радует, что ты признаешь свою ошибку хоть в чем-то.

Я швырнула перчатки на пол и смерила Дерека тяжелым взглядом. Мне хотелось, чтобы он прекратил напоминать мне о каких-то ошибках. Я не совершаю ошибок. Это просто... минутная растерянность или что-то в этом роде.

Он провел рукой по волосам, которые от этого зачесались назад, приподнял брови и вздохнул с долей усталости и недовольства. Послышался шуршащий звук липучки, когда Хафферсон тоже начал снимать свои перчатки.

– Ты ведь злишься по большей части не на меня, – вдруг сказал он, посмотрев мне прямо в глаза. Я нахмурилась.

– Что?

Он выгнул бровь, его подбородок приподнялся.

– Ты злишься на себя, а не на меня, Браун, – повторил он. – С каких пор ты так боишься поражения?

ГЛАВА 11

Из воспоминаний Эми.

– Ты могла лучше, Эмили, – сурово проговорил Билл Браун, когда завел машину и выехал с парковки стадиона. Он выглядел таким разочарованным, словно я заняла не второе место, а четвертое или даже ниже.

– Извини, пап, – ответила я, глядя на него с заднего сиденья.

Я заняла второе место в вокальном конкурсе среди детей в возрасте с одиннадцати до четырнадцати лет. На середине исполнения мой голос немного сорвался, поэтому баллы занизили, и до первого места мне не хватило совсем чуть-чуть. Но для моей семьи третья по счету серебряная медаль конечно же была катастрофой.

Папа фыркнул. Его руки сжимали руль так сильно, что я видела, как белеют его костяшки.

– Извинениями ничего уже не исправишь. Ты должна была просто занять первое место, как и всегда.

Мне исполнилось одиннадцать буквально пару недель назад. На улице шла легкая, привычная для февраля в Сиэтле изморозь. Я смотрела в окно и задумчиво водила ногтем по неровной поверхности своей серебряной медали. Второе место – это унизительно: ты не проиграл, но при этом и не победил.

– Твоя мама будет расстроена, Эмили. Мы с ней рассчитывали на то, что твоя подготовка даст тебе золото.

Я тоже рассчитывала. Но из-за давления с их стороны и со стороны моего строгого наставника мне пришлось заниматься больше, чем требовалось, поэтому я даже на уроках начинала чувствовать неприятные покалывания в горле. Эти дополнительные занятия спровоцировали то, что в нужный день мой голос выразил свою усталость и сорвался в неподходящий момент.

Папа включил дворники.

Я уже смирилась с тем, что настоящей родительской похвалы я не услышу, даже если буду занимать первые места абсолютно за все, чем занималась. Мне не было понятно, к чему так старательно готовили меня родители, когда записывали на все виды деятельности, которые им приходили в голову: конный спорт, фигурное катание, изобразительное искусство, вокал (и это только часть того, чем я успела позаниматься, пока не начала ругаться с ними из-за нехватки времени на обычную жизнь, и они наконец смирились). В конце концов даже учиться я должна была только на высшие оценки.

Еще во время своего выступления я знала, что голос может подвести меня в любую минуту, но все равно надеялась сделать все идеально. А когда на высокой ноте из моего рта вырвался тот неприятный хрип, я сразу почувствовала холодный пот от страха, бросив один единственный взгляд в ту сторону зала, где сидел мой отец. Он выглядел равнодушным, но я видела, как он сжал челюсти, и как дернулся его кадык, когда он сглотнул. Если бы там была еще и мама, она бы не стала скрывать своего недовольства так, как это делал папа.

– Я не хотела вас подвести, – дрожащим голосом сказала я и опустила глаза на свои руки.

– А мне показалось, что именно этого ты и хотела, – резко отрезал отец. Я сглотнула комок слез в горле и на несколько секунд зажмурилась.

Остаток пути до дома мы ехали в полной тишине.

Я была желанным ребенком, мои родители растили меня в любви и нормальной заботе до пяти лет. То время я помнила не особо хорошо, так как была слишком маленькой. Зато, когда мне исполнилось пять, они посчитали, что я стала достаточно взрослой для того, чтобы начать приносить в дом медали и награды за первое место за что бы то ни было. Они посчитали, что с того момента я должна заслуживать их любовь и внимание. Но, как я уже говорила, количество золота за первое место никогда не играло роли, если вместо: “Мы тобой гордимся”, я слышала: “Ты можешь лучше”. И они считали, что, говоря мне это, выражают таким образом свою родительскую любовь и мотивацию, но для меня это было упреком во всем, что я делала, ведь с их стороны всегда сыпались сравнения с моими сверстниками, которые в чем-то меня превосходили.

Мои родители довольно состоятельные люди, так что у них всегда были средства засунуть меня в какую-нибудь элитную школу по фигурному катанию или нанять мне лучшего в городе учителя по вокалу. Они говорили, что делают это из любви, но вряд ли любящие родители стали бы заставлять своего ребенка трудиться до седьмого пота, когда было видно, что он едва стоит на ногах от усталости. Даже когда я падала в обмороки на тренировках и генеральных репетициях, их волновало лишь смогу ли я выступать на завтрашних соревнованиях.

Я ненавидела, когда они с лживой гордостью за меня показывали мои награды своим друзьям, которые часто приходили к нам домой на ужин. А если те начинали перечислять достижения своих детей, то мои папа и мама мгновенно запоминали это для того, чтобы позже сравнить меня и с ними, даже если наши виды деятельности глобально отличались.

Папа заехал в гараж и заглушил двигатель, отстегнул свой ремень безопасности и бросил на меня строгий взгляд через зеркало заднего вида. Я прикусила внутреннюю сторону нижней губы, но глаза не отвела. Выходить из машины и заходить в дом не хотелось, только не с серебром.

– Идем, Эмили. Твоей маме тоже будет интересно послушать, как ты облажалась, – наконец сказал отец и открыл свою дверь. Я вздохнула и тоже вышла, но специально не торопилась, словно это как-то поможет отсрочить скандал.

Вероятно, они оба в который раз назовут меня бестолковой, скажут, что я выставляю их в ненужном свете перед друзьями нашей семьи, что я недостаточно стараюсь, недостаточно хочу быть на первом месте. Мама часто любила повторять что-то в духе: “Мы столько сил в тебя вложили, от тебя не требуется ничего сложного”.

– Второе место, Эмили? – услышала я, не успев закрыть за собой дверь.

Мама стояла в коридоре возле входа в гостиную, уперев руки в бока, и смотрела на меня с уже привычным мне разочарованием. Со стороны кухни напротив гостиной доносились папины шаги. Часы в коридоре тикали слишком громко, но свое учащенное сердцебиение я слышала отчетливее и громче. Я почувствовала очередной комок в горле, который стал больше, чем тот, который я проглотила в машине по дороге домой.

– Да, мам, я просто... – начала я свое оправдание. Джейн Браун подняла в воздух указательный палец, заставляя меня замолчать. Папа, кашлянув, вышел из кухни и встал рядом с мамой.

Я выдержала их атаку, состоящую из гнева, критики моих стараний, сравнении меня с другими конкурсантами, критики лично меня и наказания в виде лишения карманных денег на две недели, “чтобы я подумала над тем, как расстраиваю своих родителей”. Мне хотелось разрыдаться, но тогда пришлось бы слушать еще и про то, что я распускаю сопли, как слабачка.

Когда я поднялась к себе в комнату, первым делом я швырнула свою серебряную медаль к двум таким же в коробку в последнем ящике своего шкафа.

ГЛАВА 12

Дерек

Буквально на секунду, но Браун растерялась после моего вопроса, а значит я задел что-то больное. Ее рот приоткрылся, брови слегка приподнялись, но она тут же вернула лицу прежнюю отстраненность и презрение.

– Я злюсь на тебя, Хафферсон, – заявила Эми, но это звучало не так уверенно.

– И почему же? – спросил я, прекрасно зная, что услышу сарказм.

– На данный момент? Потому что ты задаешь идиотские вопросы, – гневно проворчала она, скрестила руки на груди и повернула голову в сторону. Детский сад.

– Ладно, – смирился я и вздохнул. В целом, мне было неинтересно, откуда в ней эта жажда победы, но на вопрос о поражении она отреагировала так, словно я ее обезоружил, и на ее броне появилась трещина. – Но насчет тренировок...

– Я уже сказала, что мне... – возразила она и вернула пылающий раздражением взгляд на меня.

– Это приказ, – я больше не собирался терпеть ее капризы и истерики.

В карих глазах я прочитал отчетливое: “Иди к черту со своими приказами”, но вслух она этого не сказала, хотя вполне возможно, что назначение меня капитаном не остановит ее от того, чтобы рано или поздно все же пожелать мне всего “доброго”.

– Мне хорошо тренируется и с Элис, – не сдавалась она, продолжая гнуть свою линию. Господи боже, эта девчонка такая упертая!

– Браун, – прошипел я, стиснув зубы, – я повторяю: это приказ.

Я почти потерял терпение. Должен был оставаться хладнокровным, но с этой идиоткой совсем не понимал, как мне это делать.

– Черт возьми, ладно! – рявкнула она так, что некоторые агенты снова посмотрели в нашу сторону.

Она отошла к стене, где на скамье лежали брошенные ей перчатки. Прежде чем затянуть их на запястьях, она снова собрала свои волосы в невысокий хвост. Некоторые пряди все равно выбились из общей массы, потому что по длине они были слишком короткими. Я бегло осмотрел ее с головы до ног на оценку правильности стойки – на этот раз порядок.

Ладно, попробуем снова.

По истечении часа у Браун две победы, а у меня четыре. Судя по ее настрою, она была готова драться со мной, пока либо не прибьет меня, либо сама не свалится без сил, пытаясь прибить меня.

– Еще раз, – проворчала она с тяжелым выдохом и приготовилась к новому раунду.

– Достаточно. Я уже понял твой уровень, – возразил я и провел рукой по лбу, смахивая выступивший пот.

Она посмотрела на меня так, словно я сказал что-то невероятное, после чего нахмурилась и выпрямилась во весь свой небольшой рост.

– Ну и какой у меня уровень? – с вызовом спросила она, наклонив голову в бок. Наверняка начнет придираться ко всему, что бы я ни сказал.

– Довольно приличный для твоего ранга, – честно ответил я и увидел, как ее и без того темные глаза становятся еще темнее. Ну конечно же мой ответ ее не устроил.

– Спасибо, – в благодарности Эми сквозил стопроцентный сарказм. Наверное, если она когда-нибудь скажет мне что-то без своей язвительности, моя челюсть откроется настолько широко, что коснется пола.

– Пожалуйста, – я пожал плечами и ответил максимально спокойным тоном.

Обстановка в зале начала напрягать из-за ненужного внимания к нам с ней. Даже воздух будто сгустился, и речь не про то, что никто до сих пор не открыл окна для проветривания. Все больше агентов тренировались только для вида, чтобы в открытую не показывать свои любопытные взгляды.

Помимо тренировок в бою мы должны были подумать над темами для разговора с нужными людьми на приближающемся задании, а еще нужно уточнить, умеет ли Браун танцевать.

Я встретился своим пристальным взглядом с ее презрительным.

– Ты умеешь танцевать? – спросил я прямо. Эми в замешательстве приподняла брови, и ее руки на миг замерли, пока она отстегивала липучки на перчатках. Похоже, она немного растерялась от того, как резко я перескочил с одной темы на другую.

– Чего? – она сняла перчатки.

– Умеешь ли ты танцевать, Браун? Не забывай, как мы будем обмениваться информацией на вечере, – повторил я. Из-за интенсивной тренировки мое сознание начало медленно мутнеть, призывая меня принять душ, перекусить и просто лечь.

– Да, Хафферсон, я умею танцевать, – произнесла Эми. Она смотрела на меня по-прежнему враждебно, но уже не так, как пару минут назад. Снизила свое презрение процентов на десять.

– Завтра проверим это, – буркнул я, всем видом показывая, что возражений принимать не стану. Браун слегка наморщила нос, и я в который раз убедился в том, что она ненавидит абсолютно все, что вылетало из моего рта. Как хорошо, что мы не обязаны становиться близкими друзьями, потому что с таким заданием мы бы точно не справились.

– Вот и отлично, – так же буркнула Эми перед тем, как закинуть перчатки в один из шкафчиков у стены. Сразу после этого она вышла из зала.

Я вернулся к себе, чтобы принять душ, и потом пойти поесть. Хотелось курить, но я подумал, что схожу уже после. В последние дни я действительно прикасался к пачке с сигаретами чаще обычного и не только из-за того, что моя напарница выводила меня, но и потому что я нервничал. Каждую секунду, которая приближала нас к заданию, я сравнивал с обратным отсчетом на таймере бомбы: словно я предполагал только то, что все пойдет не по плану. Я знал, что мне нельзя терять бдительность и просто делать свою работу, ни в коем случае не выдавая себя. Это звучало легко, но когда сталкиваешься с кем-то вроде Рэя Миллоу, начинаешь думать только о том, чтобы опустить все формальности и застрелить его на месте, не думая о последствиях. Иногда проще быстрее сразу со всем покончить, а не высасывать информацию, которая может оказаться ложной, но в случае с Рэем с казнью придется повременить.

В столовой я сел за стол к Алексу и Элис, которые до моего появления разговаривали о сюжете какой-то книге в жанре фэнтези. Похоже, я нарушил какую-то идиллию.

– Слышал, Эми на тебя наорала, – Алекс ехидно улыбнулся. Как же быстро расходятся слухи.

– Ну и правильно, – проворчала Элис и отодвинула свою пустую тарелку. – Он давно напрашивался.

– Вообще-то, “он” прямо перед тобой, – равнодушно проговорил я, принимаясь за свой поздний обед. – Я просто сказал, над чем ей нужно поработать и предложил потренировать ее.

– Предложил или приказал? – тут же уточнила Элис. Ее бровь резко выгнулась, глаза слегка прищурились и начали гипнотизировать меня, пока я пытался поесть. И когда Эми успела обсудить с подругой наши тренировочные бои?

– Кстати, поздравляю с должностью капитана, – Алекс с мягкой ухмылкой потянулся через стол и легонько стукнул кулаком в мое плечо.

– Спасибо, но похоже, это взбесило ее сильнее, чем я предполагал, – пробормотал я, пока ковырял свою картошку вилкой.

– А ты думал, она обрадуется и просто примет то, что теперь ты можешь командовать официально?

Элис так защищала Эми, что я невольно переглянулся с Алексом. Он бросил быстрый взгляд на Луанн, снова посмотрел на меня и выдавил нервную виноватую улыбку. Немного опрометчиво было с моей стороны, говорить это в присутствии той единственной, с кем общалась Браун, зная характер обеих.

– Нет, я.. А разве она не должна была засунуть свое упрямство подальше и без лишних комментариев начать слушать своего нового капитана?

После моих слов Алекс поджал губы, осторожно отодвинулся со своим стулом от Элис и повернул голову в сторону. Он серьезно боится ее? Мне кажется, что, если бы ему не было интересно, что ответит Элис, он моментально ретировался бы отсюда. Сама Элис Луанн смотрела на меня пронзительным холодным взглядом, никак не показывая, что она в бешенстве, но я знал, что это было так, потому что мой гнев всегда выглядел так же. Она слегка прикусила внутреннюю сторону щеки и склонила голову в бок, все еще глядя на меня. Наверняка подумывала о том, как было бы славно посадить меня в комнату для пыток и одну за другой вырывать мне ресницы.

– Что? – я вопросительно нахмурился, когда начал чувствовать себя неуютно под ее мрачным взглядом.

– Конечно, это не аргумент, но разве ты не был точно таким же когда-то? – проговорила Элис.

Я прекрасно помнил, что новичком был таким же упрямым, как Браун, но ведь она уже далеко не новичок. Она профессионал, и должна понимать, что это глупое детское соперничество и гордость, которую она не хочет переступать, до добра ее точно не доведут.

– Был, но сейчас я ведь...

– ...точно такой же, – внезапно вставил свое мнение Алекс.

– Отлично. Ладно, – безразлично кивнул я, соглашаясь с ними обоими, и устало провел руками по лицу. Обед превратился в сеанс упреков. – Можно я просто поем? – я выжидающе посмотрел на них. Алекс махнул рукой, мол: “Конечно”, но они оба так смотрели на меня, что аппетит таял быстрее, чем я дышал. И что я такого сказал? Правду?

Элис поправила рукава своего мешковатого розового свитера.

– Вам обоим нужно нормально поговорить.

Ну вот, опять та же история. Можно подумать, я не пытался.

– Она не хочет слушать, – я покачал головой.

– Потому что говорил только ты, – возразила Элис и снова нахмурилась.

– Слушай, знаешь, что я понял, пока пытался хотя бы сохранять спокойствие рядом с ней во время попыток этих разговоров? То, что сейчас нам важно только нормально подготовиться к заданию, а не выяснять отношения. На данный момент моей холодной головы хватит на нас обоих. Увидимся.

Я встал, взял поднос со своим не законченным обедом, и пошел к сотрудникам столовой, чтобы попросить их упаковать мою еду с собой. Это будет моим ужином, потому что сейчас есть действительно расхотелось. Моим сегодняшним поздним обедом будут сигареты.

ГЛАВА 13

Эми

Вернувшись к себе после разговора с Элис, я не могла успокоиться и перестать злиться и нервничать. Хафферсон со своим дурацким замечанием о том, что я боюсь поражений, заставил меня растеряться, и увидел это.

“Старайся лучше, ты недостаточно хороша даже в том, чтобы не показывать лишних эмоций”, – снова послышался равнодушный голос мамы, который заставил меня схватиться за голову и зажмуриться.

Какого черта он вообще решил меня анализировать и делать какие-то выводы? Он был не прав. Я ведь злилась на него, и сейчас тоже злюсь только на него, потому что он раздражает: своим командным тоном, своей техникой боя, своими наблюдениями, своими комментариями и упреками относительно того, что я делала.

– Соберись и продолжай работать, – пробормотала я себе в миллионный раз и села за свой стол. Нужно было немного заземлиться и вернуться к подготовке. – Ты просто должна его превзойти, и тогда тебе будет плевать, потому что ты будешь впереди, – снова заговорила я сама с собой, пока доставала папку со всем необходимым для задания.

Новый доводчик на ящике стола не позволил ему захлопнуться с режущим слух звуком, когда я по привычке задвигала его резким движением. Я открыла папку, в которой теперь, помимо досье нашей цели, также лежали досье Маргарет и Николаса, планировка загородного дома, в котором будет проходить вечеринка и распечатанная версия планов “А” и “Б”.

– Сосредоточься, Эми, не упускай никаких деталей, – я включила настольную лампу и опять склонилась над информацией. Я была уверена в том, что даже если бы меня резко разбудили ночью и спросили, с какого предложения начинается второй абзац в досье Рэя, я бы ответила без единой ошибки, потому что изучила его до какого-то фанатизма. Я проводила с этим информационным кошмаром часы своей жизни, которые могла потратить на что-то более полезное, но мне хотелось понять, откуда возникло то сомнение касательно истинной цели пребывания Рэя в Сиэтле. И понять это хотелось бы до следующей пятницы. Алекс говорил, что я могу просить его хакерскую помощь когда угодно, но я сомневалась, что он найдет на Рэя что-то еще. Даже если искать какие-то детали среди данных Чарльза и Генри, вряд ли мы вышли бы на какую-либо связь с Рэем, помимо этой сделки.

Все же мне было непонятно. Рэй Миллоу - один из самых разыскиваемых преступников США, всегда действовал скрытно, в прошлом умело водил за нос и ФБР, и ЦРУ, он умный и хитрый человек, который не допустил бы вмешательства спецслужб в свои планы. И тут вдруг берет и не скрывает того, что он в Сиэтле, и что у него наметилась какая-то сделка по недвижимости. Он ведь очевидно делает все, чтобы привлечь к себе внимание. Но для чего? Это же огромный риск. Если только сделка – это не отвлекающий маневр, чтобы...

– ...сделать что-то другое, – закончила я вслух и резко встала с места. Грохот упавшего стула заставил меня вздрогнуть и моргнуть.

Нужно было сообщить Джеймсу свою догадку. Наверное, и Хафферсону надо сказать – он все-таки мой капитан.

– Господи боже, – недовольно проворчала я и решительно направилась к выходу из комнаты.

Открыв дверь, передо мной возник не коридор, а чья-то широкая грудь, обтянутая черной футболкой, и поднятая на уровне плеча рука, сжатая в кулак. Стоило поднять голову, и я увидела, как Дерек вопросительно осмотрел меня, будто это я собиралась постучать в его комнату, а не он в мою.

– Ты что тут делаешь? – резко спросила я, замерев в дверном проеме.

– Я кое-что понял, – серьезно сказал он. – Насчет Рэя.

Мои глаза удивленно распахнулись, а рот открылся и закрылся. Какого хрена? Как он синхронизировал это со мной?

– Я тоже.

Дерек на пару секунд замер, глядя на меня таким же искренне удивленным взглядом, каким я смотрела на него секунды назад.

– Обсудим? – спросил он, бросая взгляд в мою комнату. Прекрасно. Местечка получше случайно не найдется?

– В моей комнате? – я враждебно прищурилась. Он пожал плечами. И снова при этом выглядел таким безразличным, словно не видит в этом проблемы. Интересно, когда он поймет, что для меня, он сам – одна большая проблема?

– Да. А у тебя с этим какие-то...?

Я закатила глаза и отошла, чтобы впустить его. Лучше мы обсудим все это здесь и сейчас, а не в свободном переговорном кабинете, который еще нужно было постараться найти.

– Ну и что такого ты понял, что примчался ко мне лично? – лениво спросила я, стараясь не показывать своего интереса: вдруг наши догадки схожи.

Дерек прошел к моему столу и бросил долгий взгляд на его поверхность, заваленную бумагами по делу. Он вздохнул и наполовину повернулся ко мне, серьезным он выглядел весьма внушительно и совсем немного жутко.

– Я думаю, у Рэя есть конкретная цель, – произнес он, и я почувствовала, как внутри меня все на мгновение замерло, а потом резкий табун мурашек окутал с головы до ног.

– Повтори, – сразу же потребовала я, сглотнув тяжелый ком в горле. Как он это делает? Каким образом он всегда на шаг впереди?

Дерек слегка нахмурился и посмотрел на меня так же пристально, как ранее смотрел в зале.

– Я думаю, сделка с инвесторами – это обманный маневр, – повторил он и скрестил руки на груди, полностью повернувшись в мою сторону. – Ты в норме или...?

– В норме, – отрезала я и попыталась собрать свои лишние мысли в кучу, чтобы запихнуть эту кучу в дальний ящик в своей голове. – С чего ты это взял?

Хафферсон все еще смотрел в мою сторону с подозрением: видимо, Элис была права – врать о том, что я в порядке, у меня тоже выходило не очень. Через секунду он отцепил от меня свои серо-голубые глаза и быстро обвел ими мою комнату. Он пришел говорить или осудить еще и обстановку в моей комнате?

– Потому что он не прячется, – наконец сказал он и остановил свой взгляд на моем открытом ежедневнике, который лежал на кровати.

Мои щеки вспыхнули от возмущения. Я быстро подошла, захлопнула блокнот и закинула на полку у изголовья.

– Конечно, и за сделкой может прятаться что-то темное, – спокойно продолжил говорить он, – но все-таки это больше выглядит как прикрытие. Короче, это лишь моя догадка.

На несколько секунд между нами воцарилась тишина, нарушаемая глухими звуками штаба где-то в коридоре. А потом Хафферсон снова заговорил.

– Ты говорила, что тоже что-то поняла.

– Да, – мои губы немного поджались. Было досадно от того, что я не сказала все это первая. – То же самое.

Я рассказала ему о том, что пришла к такому же выводу, потому что меня одолели сомнения еще на брифинге, и у меня просто не получалось заглушить эти навязчивые мысли. Если бы я могла копать глубже, я бы, несомненно, это сделала уже давно, но более детальную информацию приходилось бы собирать по крупицам, и не факт, что это увенчалось бы успехом.

После нашего небольшого разговора и моих мыслей о том, что у нас, похоже, появилась ментальная связь, мы решили пойти и сообщить свои догадки Джеймсу.

Выйдя из своей комнаты следом за Хафферсоном, я натолкнулась взглядом на Нейта, который проходил мимо в сторону лифта. Увидев нас с Дереком, он чуть сбавил шаг и с интересом осмотрел меня и моего капитана. Замечательно. Он не станет держать язык за зубами и придумает новые слухи: такое уже было, когда я победила его в спарринге и тем самым отвергла его флирт в свою сторону. Нейт, хоть и побаивался меня теперь, мерзким быть не перестал.

– Твою мать, – буркнула я, пока шла за Дереком к тому же лифту, двери которого Нейт любезно решил для нас придержать.

Дерек вошел первый и нажал кнопку с нужным этажом. Я вошла следом и, как всегда, встала в углу. Нейт стоял у стены слева от меня и успел одарить меня едва заметной ухмылкой, прежде чем прозвучал строгий и ровный голос Хафферсона.

– Не вздумай трепаться о том, что не так понял, Джонсон.

Я вскинула удивленный взгляд на своего капитана одновременно с растерянно испуганным взглядом Нейта. Последний почти сразу опустил глаза на свои ботинки и выдавил тихое:

– Я и не собирался.

Верится с трудом.

Дерек вздохнул и на секунду слегка повернул голову в его сторону. Я стояла молча, не зная, как на это реагировать. Тишина, образовавшаяся в лифте после этого, оказалась для Нейта настолько неловкой, что он начал каждую секунду поднимать глаза на экран панели – когда же он окажется на десятом этаже.

А когда лифт наконец остановился, и двери не спеша открылись, Нейт быстро пожелал нам хорошего дня и практически выбежал из кабины. Хафферсон потянулся рукой к панели и нажал кнопку закрытия дверей.

Лифт снова начал плавно подниматься вверх.

– Могла бы и поблагодарить, – немного недовольно сказал он.

Я опешила. Поблагодарить за что?

– Извини?

Дерек повернул голову ко мне, его глаза выглядели немного уставшими, но при этом сохраняли привычную им строгость. Он кивнул в сторону дверей.

– Джонсон, – пояснил он. – Мне показалось, что ты распереживалась о том, что он напридумывал, когда мы выходили из твоей комнаты.