Czytaj książkę: «Ловушка чувств»

Глава 1

ЛЕНА

— Лена, звонили «Якутские самоцветы» по поводу растаможки. Спрашивают, когда можно будет забирать их посылку.

— Скажи им, что сегодня‑завтра должны растаможить.

— Поняла. Хорошо.

Моя подруга Юля так и не ушла из моего кабинета — было видно, что её интересует вовсе не посылка «Якутских самоцветов».

— И… когда состоится знакомство с будущим мужем Ани? — наконец выпалила она, глядя на меня с нескрываемым любопытством.

Я тяжело вздохнула, откинувшись на спинку кресла:

— Уф, сегодня. Мама уже звонила стопятьсот раз, и Аня — двести. Я уже в предвкушении этого «безудержного веселья»… — Я иронично подняла брови. — Вообще не пойму, зачем мне присутствовать на этом ужине. Пусть уже женятся скорее и осчастливят маму с папой внуками. Лишь бы от меня отстали!

Аня — моя сестра. Она на два года младше меня, но, в отличие от «несерьёзной» меня, вовсю готовится к свадьбе с сорокалетним вдовцом — владельцем сети отелей по всей России и за её пределами. Родители в восторге от выбора Ани и теперь беспощадно давят на меня.

Мне 26, и замуж я не собираюсь. Да и отношений заводить не планирую. Я самостоятельная женщина: директор логистической компании, сама заработала на квартиру в Москве и на новенький Land Rover Discovery, путешествую по миру и живу в своё удовольствие. Для хорошей жизни мужчина мне не нужен.

Сегодня у Олега — будущего мужа Ани — состоится знакомство с нашими родителями. И меня тоже ждут. Непонятно только зачем.

— Ты поедешь? — осторожно спросила Юля, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— А у меня есть выбор? — горько усмехнулась я.

— Выбор есть всегда, — мягко возразила подруга.

— Но не в случае моих родителей, — я нервно провела рукой по волосам. — У меня нет никакого желания выслушивать их претензии весь следующий год. Мало того что моя младшая сестра выходит замуж раньше меня — да ещё и за такого «идеального» мужчину! — Я сделала кавычки пальцами. — А я, видите ли, даже не удостоила их своим присутствием…

Юля помолчала, подбирая слова, а потом тихо спросила:

— А ты сама как к этому относишься? Ну, к их свадьбе?

Я задумчиво покрутила ручку в руках:

— К свадьбе — нормально. Аня взрослая, сама решает. А к тому, что меня тащат на этот показной семейный ужин, — вот к этому отношусь плохо. Я не экспонат на выставке «дочь‑неудачница».

Подруга сочувственно улыбнулась:

— Ты не неудачница. Ты просто живёшь своей жизнью.

— Вот именно! — Я хлопнула ладонью по столу. — Я строю карьеру, путешествую, ни от кого не завишу. А в их глазах это почему‑то выглядит как «не может найти себе мужа».

— Может, тебе просто спокойно объяснить родителям, что ты счастлива именно так? — предложила Юля.

— Объясняла уже сто раз. Они слышат только то, что хотят слышать: «дочь не замужем, значит, что‑то не так». — Я вздохнула. — Ладно, пойду. Всё равно от этого ужина никуда не деться. Зато потом смогу сказать: «Я была, вы видели — отстаньте».

Юля рассмеялась:

— Вот это настрой! Только не переборщи с сарказмом, а то мама обидится.

— Постараюсь держать себя в руках, — я подмигнула. — Но если они начнут в очередной раз рассказывать, как важно «найти достойного мужчину», я, боюсь, не сдержусь.

— Держись, — Юля ободряюще сжала мою руку.

Я откинулась на спинку кресла, с глубоким вздохом потянулась к MacBook и запустила плейлист с любимым Michael Jackson. Первые аккорды Billie Jean полились из динамиков — и сразу будто камень с души свалился. Вот оно, моё лекарство от предвечернего стресса.

«Не хватает только Bacardi со льдом…» — мелькнула соблазнительная мысль. Но реальность безжалостно напомнила о себе: сегодня за руль. Ну, конечно. Всегда что‑то мешает маленьким радостям.

Я прикрыла глаза, позволяя ритму Beat It прогнать остатки напряжения. «Ладно, Майкл, выручай. Сегодня ты — мой личный антидепрессант». Музыка заполняла пространство, и постепенно внутри становилось легче. Почти весело. Почти свободно. Почти… нормально.

Глава 2

ЛЕНА

На ужин с будущим мужем моей сестры я опоздала на час. Нужно было решить рабочие моменты… Да кого я обманываю — я просто не горю желанием туда ехать.

Будущее гнездо моей сестры выглядело внушающе: трёхэтажный дом с огромной территорией, охраной, бассейном, фонтаном и прочими атрибутами богатой жизни. Я подошла к двери, нажала на звонок. Дверь открылась.

На меня смотрел высокий парень с короткими светло‑русыми волосами, глазами цвета шоколада, с оценивающим взглядом и дерзкой ухмылкой.

«Кто ты, малыш? Я что, адресом ошиблась?» — пронеслось у меня в голове.

Парень не сводил с меня глаз, нагло скользнув взглядом по лицу и остальным частям тела.

— Приветик! — наконец произнёс он.

«Приветик?! Блин, кто ты? Я что, попала на вечеринку старшеклассников?» — мысленно фыркнула я.

Я молча смотрела на него, не торопясь отвечать.

— Лена, сколько можно ждать! Заходи! — раздался радостный голос моей сестры.

Она подлетела ко мне и заключила в объятия. Парень отошёл в сторону, продолжая разглядывать меня с недоумённым выражением лица.

«Серьёзно? Сколько можно? Я уже и так поняла, что ты меня „оценил“», — подумала я, едва сдерживая раздражение.

Аня провела меня в дом. За большим столом сидели мои родители, будущий муж Ани и ещё какой‑то мужчина. Парень, встретивший меня у двери, остался стоять сзади.

— Здравствуй, Лена! Я Олег, — протянул мне руку будущий муж сестры. — Это мой брат Игорь, — он указал на мужчину, сидящего за столом.

Игорь встал и подошёл ко мне.

— Очень приятно.

Он взял мою руку и поцеловал.

«О боже, в какой век я попала? Мужчина целует руку… Может, он ещё на вальс меня позже пригласит?» — пронеслось у меня в голове, и я едва сдержала смешок. Внутри всё сжалось от нелепости момента.

— Взаимно, — сдержанно ответила я, пряча за лёгкой улыбкой бурю ироничных мыслей.

— А это мой сын — Артём, — продолжил Олег, показав на парня, который открыл мне дверь.

«Ага. Так вот ты кто такой. Мой будущий племянник», — подумала я, и внезапный приступ смеха едва не вырвался наружу. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться в голос.

Я обернулась к нему и кивнула. Он ответил кивком, но взгляд его по‑прежнему скользил по мне — неторопливо и оценивающе.

В воздухе повисла неловкая пауза. Я сделала вид, что не замечаю его пристального внимания, и повернулась к Олегу:

— Рада знакомству.

Мы прошли к столу.

— Лена, неужели нельзя было не опаздывать? — начала моя мама, и в её голосе уже звучали знакомые менторские нотки.

— Мама, у меня есть работа. Мой мир крутится вокруг моих интересов, а не чужих, — ответила я, стараясь говорить ровно, хотя внутри уже закипала досада.

— Мы это заметили, — фыркнул папа, и в его взгляде читалось привычное неодобрение.

«Начинается», — мысленно простонала я, чувствуя, как напряжение стягивается в тугой узел где‑то в груди.

— Лена, какой алкоголь вы предпочитаете? — спросил Игорь, пытаясь сгладить неловкость. — Мартини, шампанское, вино?

— Ром. Ром Bacardi. Barceló тоже подойдёт. Без колы и тоника, — ответила я с лёгкой вызывающей ноткой в голосе.

Мама закатила глаза, Аня пристально на меня посмотрела, Игорь слегка приоткрыл рот от удивления, а мой будущий «племянник» не скрывал улыбки — в ней читалось явное любопытство.

— Я попрошу сейчас, чтобы принесли ром, — сказал Олег.

— Лена, надеюсь, ты поедешь потом на такси? — спросила меня мама после первого бокала рома, и в её взгляде читалась тревога, смешанная с упрёком.

— Я доеду на машине. Не переживай. У меня есть знакомые в ГАИ, — я улыбнулась, стараясь, чтобы голос звучал легко и непринуждённо, хотя внутри всё кипело от раздражения.

Мама что‑то сказала папе, и они оба уставились на меня с таким осуждением, будто я только что совершила преступление против семьи.

— Лена, где вы работаете? — нарушил неловкий момент Игорь, и я мысленно поблагодарила его за этот вопрос.

— CES — логистическая компания, грузоперевозки и таможенное оформление, — ответила я, чувствуя, как немного расслабляюсь, переключаясь на привычную тему.

— Интересно. А можно вашу визитку? Думаю, услуги вашей фирмы нам могут пригодиться, — он посмотрел на Олега, и я поняла, что они, скорее всего, работают вместе.

— Да, конечно, — я достала из сумочки визитку и протянула ему.

Меня уже порядком раздражал этот званый ужин и пристальное внимание всех собравшихся, будто у меня сегодня смотрины. Каждая минута казалась вечностью, а взгляды присутствующих будто прожигали меня насквозь.

— Я выйду на улицу, подышу воздухом, — сказала я всем собравшимся, и в моём голосе прозвучала неприкрытая потребность сбежать хоть на пару минут.

Я курю редко, но сейчас был именно тот момент, когда мне это было нужно — как глоток свежего воздуха, как способ собраться с мыслями.

— Лена! — мама посмотрела на меня взглядом, полным немого укора. В её глазах читалось: «Не делай этого! Хорошие девочки не пьют ром, не курят и не садятся после этого за руль!»

Но мне было всё равно. Я и так в курсе, что я не идеальная дочь этого семейства.

Я вышла на улицу. Фух, наконец‑то! На улице я не могла надышаться свежим апрельским воздухом. Как же хорошо на улице! Лёгкий ветерок ласкал кожу, а звуки природы приглушали шум неприятных мыслей. Ещё лучше было бы сейчас свалить отсюда — эта мысль пульсировала в голове, словно набат.

Дверь открылась — ко мне подошёл мой «племянничек» и тоже закурил. Он по‑прежнему не сводил с меня глаз.

«Сколько можно уже? Это начинает порядком надоедать», — подумала я, чувствуя, как раздражение закипает внутри.

— Может, и мне номерок оставишь? — он смотрел мне в глаза с наглой улыбочкой, и в его взгляде читалась уверенность, будто он уже знал ответ.

— Зачем? — резко ответила я, и в моём голосе прозвучала сталь.

Он опять посмотрел на меня, скользнув взглядом по фигуре, и в этом взгляде было что‑то досадливо‑раздражающее.

— Ну, ты чёткая! И я тоже ничего. Могли бы встретиться и зажечь.

«О мой бог! „Чёткая“? „Зажечь“?! Ужас!» — мысли метались в голове, как испуганные птицы. Я едва сдержала гримасу отвращения.

— Слушай, малыш! — Я подошла ближе к нему и посмотрела в глаза, стараясь вложить в свой взгляд всю возможную твёрдость. — Ты бы пошёл в свою комнату и доделал уроки, а то скоро «Спокойной ночи, малыши» начнутся — не успеешь.

Я развернулась, затушила сигарету и ушла в дом, чувствуя, как внутри бурлит смесь гнева и насмешки.

Даже не знаю, что хуже: весь этот ужин, вечно осуждающие родители или то, что ко мне подкатывает сын мужа моей сестры. «Интересно, он хоть школу закончил? „Чёткая“, блин… Да уж!» — мысленно фыркнула я, пытаясь успокоиться и собраться с силами, чтобы досидеть до конца этого безумного вечера.

Глава 3

АРТЁМ

— Ну и как прошло знакомство с будущей семьёй? — спросил меня мой друг Женя, откинувшись на диван и покручивая в руках бокал с виски.

Мы были в моей игровой комнате — нашем любимом месте для посиделок. Здесь мы регулярно собирались с лучшими друзьями: выпить, поговорить по душам и поиграть в PS или бильярд. Тёплый свет настенных бра создавал уютную атмосферу, а приглушённая музыка на фоне лишь подчёркивала расслабленность вечера.

— Уверен, было безумно весело, — рассмеялся Лёша, прицеливаясь к шару на бильярдном столе.

— Да, прям безудержное веселье, — хмыкнул я, забивая шар в лузу. Звук удара эхом разнёсся по комнате, но даже он не смог заглушить ворох мыслей, крутившихся у меня в голове. Я на мгновение замер, уставившись на расстановку шаров, но видел перед собой совсем другое…

— Единственное светлое пятно этого вечера — тётя Лена.

— Тётя Лена?! — Лёша резко выпрямился, едва не выронив кий. Его лицо исказилось от изумления, а потом он разразился громким, заливистым смехом.

— Тебе что, в институте девчонок мало? Начал интересоваться женщинами постарше? — подхватил Жека, ухмыляясь во весь рот. Он откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди, явно наслаждаясь моментом.

— Да пошли вы! — я раздражённо махнул рукой, но тут же улыбнулся, вспомнив её образ. — Вы бы её видели — сами бы офигели. Красотка… — Я на секунду замолчал, словно пытаясь подобрать слова, чтобы передать всё, что увидел. — Длинные русые волосы, словно шёлк, переливаются при каждом движении. Пухлые розовые губы, которые то и дело изгибаются в дерзкой усмешке. Огромные глаза — такие, что можно утонуть, если смотреть слишком долго. Фигура как у богини — каждая линия совершенна. Одета как секси‑училка из школьных фантазий — строго, но так, что воображение работает на полную мощность. И при этом… — я сделал паузу, вспоминая её реплики, — дерзкая на язык. Ни капли фальши. Говорит то, что думает, и явно не старается никого впечатлить. А на вид ей лет двадцать, как и нам.

Ребята снова разразились хохотом, перебивая друг друга шутками и подколами. Я слушал их вполуха, мысленно возвращаясь к тому моменту, когда впервые увидел её — как она вошла в дом, как скользнула по мне взглядом, как ответила на мою попытку подкатить к ней, из‑за чего я на секунду потерял дар речи.

— Ну‑ну! Папа, наверное, обрадуется, узнав, что ты собрался затащить в постель сестру его жены, — с издёвкой протянул Жека.

— Папе об этом знать необязательно, — я улыбнулся, но в этой улыбке было больше напряжения, чем веселья. Я сам не до конца понимал, насколько Лена готова играть в эту игру.

— Так что, она дала тебе зелёный свет? — Лёша подался вперёд, глаза горят от любопытства.

— Пока нет, но это дело времени. Скоро даст, — повторил я с напускной уверенностью.

Мы рассмеялись уже все вместе — громкий, беззаботный смех наполнил комнату, ненадолго заглушив музыку. Я налил себе ещё виски, наблюдая, как янтарная жидкость наполняет стакан. Лёгкий аромат дуба и карамели ударил в нос, но даже он не мог перебить навязчивый образ Лены, который словно въелся в мои мысли.

Её взгляд, её сарказм, её непринуждённая манера держаться — всё это крутилось в моей голове, как заевшая пластинка. В институте и за его пределами у меня всегда было много девчонок. В последнее время мне стало невыносимо скучно от одного и того же сценария: познакомились, переспали, я не перезвонил, и я снова — козел. Хотя, чёрт возьми, я никогда не скрывал своих намерений и никому ничего не обещал.

Я провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Мне стало сложно находить общий язык с противоположным полом — всё казалось пресным, однотипным, лишённым изюминки. Разговоры сводились к пустым комплиментам и предсказуемым фразам, а взгляды девушек то и дело скользили по моему кошельку или статусу, а не по мне самому.

Именно поэтому Лена меня и зацепила. В её глазах читалась уверенность, в её словах — острый ум, а в каждом движении — неподдельная естественность. Я мало что успел о ней узнать, но уже понял: она самодостаточная и неглупая.

Она пробуждает во мне интерес — не животный, а настоящий, когда хочется не просто обладать, а узнавать, разгадывать, удивляться. Я бы однозначно хотел узнать её получше.

— Что за старьё ты слушаешь? — прервал мои размышления голос Жеки. Он скривился, будто услышал что‑то невыносимо противное.

Из колонок лилась Beat It — ритмичные аккорды и энергичный бит заполняли пространство, пробуждая во мне тёплые воспоминания.

— Это не старьё, а классика, придурок, — бросил я с лёгкой улыбкой, чувствуя, как внутри поднимается волна защиты. — Моя мама обожала Майкла Джексона. С детства это мой любимый исполнитель. Каждый раз, когда звучит его музыка, я словно возвращаюсь в те моменты, когда она включала его записи, и мы вместе танцевали на кухне.

— Так когда свадьба у отца? — сменил тему Лёха, наклоняясь вперёд с искренним интересом.

— Через три недели.

— А тётя Лена будет? — Жека снова расплылся в ухмылке, явно наслаждаясь возможностью поддеть меня.

— Я надеюсь, что да, — произнёс я с загадочной улыбкой, и в этот момент в груди вспыхнуло странное, почти детское предвкушение. Внутри меня бурлила странная смесь чувств: восхищение, любопытство, лёгкая досада от того, что она явно не собиралась падать в мои объятия, и… азарт. Да, именно азарт. Впервые за долгое время мне хотелось не просто покорить, а узнать человека — по‑настоящему, без масок и игр.

Глава 4

ЛЕНА

— Свадьба Ани завтра?

— Точно! Я и забыла… — вздохнула я, рассеянно помешивая кофе.

— Забыла или не хотела вспоминать? — Юля прищурилась с лукавой улыбкой.

— Ты же знаешь, этот месяц был сумасшедший. И да, я не стремилась запомнить дату их «великого события», — я нервно хихикнула, делая акцент на последних словах. — Всё как‑то мимо сознания прошло.

Мы сидели в моём кабинете — в этом маленьком островке спокойствия среди делового хаоса. Юля, моя верная подруга ещё с таможенной академии, уютно устроилась в кресле напротив. После выпуска мы вместе запустили логистическую фирму, и теперь делили не только офис, но и все радости‑печали взрослой жизни.

— Ты мне так и не рассказала, как прошло знакомство с будущим мужем Ани, — Юля наклонилась вперёд, глаза горят от любопытства.

— В двух словах — ужас ужасный! — я закатила глаза.

Юля разразилась звонким смехом:

— Я так и поняла! Но хотелось бы подробностей. Ну же, не томи!

— Подробностей? — я фыркнула. — Мама с папой меня, как обычно, доставали своими нравоучениями. Аня выпендривалась, будто она королева бала. А сынок Олега… — я сделала паузу, изображая, как меня передёргивает, — действовал мне на нервы и без конца пытался подкатить.

— Ты серьёзно?! — Юля аж подавилась смешком.

— Ага. Сказал, что я «чёткая» и он «тоже ничего», и нам надо «встретиться, зажечь», — я скорчила гримасу, воспроизводя его развязный тон.

— Ха‑ха‑ха! Вот это да! К тебе уже малолетки подкатывают! Ну, Лен, ты же красотка — что тут удивительного? — Юля покачала головой, явно наслаждаясь историей.

— Ага, — я скривилась. — Я была бы рада, если бы он меня вообще не заметил. Весь вечер раздевал меня глазами — это было отвратительно!

— Отвратительно? Он что, настолько страшный? — Юля приподняла бровь.

— Я даже не рассматривала его, — я демонстративно передернула плечами.

— Да ладно тебе! Если отнекиваешься — значит, он ничего… — Юля хитро прищурилась.

— Он «ничего»… в смысле ничего хорошего! — я всплеснула руками. — Парень, может, и смазливый, но в голове — полная каша. Наглый, самоуверенный, и рот лучше бы вообще не открывал — за весь вечер оттуда не вылетело ничего хорошего!

— А сколько ему лет? — Юля подалась вперёд, явно заинтригованная.

— Хочешь познакомиться? — я игриво поиграла бровями.

— Не прикалывайся! Он же к тебе подкатывал!

— Он просто ещё не видел тебя. Ты тоже «чёткая», и с тобой можно «зажечь», поверь, — я подмигнула, и мы обе разразились хохотом.

— Не знаю я, сколько ему лет. Семнадцать, восемнадцать… может, двадцать. Кто его знает? Я вообще не уверена, что он школу уже закончил.

— Да уж… Интересно. Прикинь: твоя сестра выходит замуж за мужчину на двадцать лет старше, а ты, могла бы выйти за того, кто на десять лет моложе, — Юля рассмеялась, явно представляя эту абсурдную картину.

— Звучит как несмешная шутка.

— Ну почему же? По‑моему, неплохая история получилась бы, — Юля мечтательно улыбнулась.

— Ага… Ладно, хватит о нём. Ты напомнила про свадьбу, а я ещё даже платье не купила! Надо сегодня вечером в торговый центр заскочить. Ты со мной?

— Конечно! Я всегда с тобой — и в любви, и в здравии, и в печали, и в радости! — Юля подняла чашку, словно произнося торжественный тост.

— Ой, не начинай только… Мне ещё завтра предстоит всё это, — я вздохнула, представляя грядущий день, полный церемоний и натянутых улыбок.

— Ладно, собирайся, поедем сейчас, — Юля решительно поставила пустую чашку на стол. — Чем раньше приедем, тем больше шансов найти что‑то стоящее.

— И успеть сбежать до наплыва пятничных покупателей, — добавила я, вставая из‑за стола.

Через час мы уже входили в сверкающие двери торгового центра. Яркие огни, громкая музыка и толпы людей мгновенно подняли настроение. Атмосфера была почти праздничной — словно сама судьба подбадривала меня перед завтрашним испытанием.

— Куда сначала? — огляделась Юля, поправляя сумку на плече.

— Давай в тот бутик, где я видела чёрное платье на прошлой неделе, — я указала направление. — Оно было простое, но очень элегантное.

— Чёрное? — удивилась Юля, приподняв бровь.

— Ну не белое же покупать, — фыркнула я. — Я люблю чёрный, и мне всё равно, кто что подумает.

В магазине нас встретила улыбчивая консультант.

— Помочь с выбором? — вежливо спросила она.

— Да, ищем вечернее платье на свадьбу. Желательно чёрное, — пояснила я.

Она тут же принесла несколько вариантов. Первое платье оказалось слишком вычурным — с рюшами и бантами, будто его сшили для дебютантки на балу. Второе село идеально, но цвет был не тот — глубокий бордовый вместо чёрного.

— Вот это! — Юля вдруг вытащила из стойки строгое чёрное платье в пол с закрытым горлом, но полностью открытой спиной. — Примерь! Удивлять, так удивлять!

Я скрылась в примерочной. Платье оказалось идеальным: оно подчёркивало фигуру, но не сковывало движений. Ткань мягко струилась, а контраст между скромным передом и дерзкой спиной создавал интригующий образ.

Выйдя к Юле, я покрутилась перед зеркалом.

— Ну как? — спросила я, придирчиво разглядывая себя. В этом платье я выглядела одновременно сдержанно и провокационно.

— Лен, это оно! — глаза подруги загорелись. — Идеально сидит, смотрится дорого и со вкусом. Ты в нём — королева, которая не кричит о своём статусе, а просто знает, кто она.

— Думаешь? — я ещё раз осмотрела себя, проводя рукой по гладкой ткани. — А не слишком… вызывающе?

— Уверена! Твой «племянник» будет в восторге! — рассмеялась Юля, подмигивая.

— Ой, иди ты знаешь куда? — я шутливо толкнула её плечом. — Ладно, беру, — наконец решила я, снова разглядывая отражение. В этом платье я действительно чувствовала себя уверенно. Оно словно придавало мне сил и смелости.

На кассе Юля вдруг заявила:

— Так, теперь туфли. Без них образ не закончен.

Мы обошли ещё несколько магазинов, пока не нашли чёрные лодочки на небольшом каблуке — удобные, но при этом элегантные. К ним я выбрала небольшой серебристый клатч, который добавил образу лёгкого блеска.

— Теперь всё, — удовлетворённо сказала я, складывая покупки в пакет. — Завтра буду готова к этому «великому событию».

— А теперь — кофе! — провозгласила Юля. — За успешную шопинг‑миссию и за то, чтобы завтра всё прошло гладко.

В уютной кофейне мы заказали капучино и круассаны. Я наконец смогла расслабиться, вдыхая аромат свежесваренного кофе. Мягкий свет ламп и негромкая музыка создавали ощущение покоя.

— Спасибо, что ты есть. Без тебя я бы точно не справилась.

— Для этого и нужны лучшие подруги, — подмигнула Юля. — Чтобы вовремя сказать: «Примерь вот это!» и удержать от покупки бордового платья.

Мы рассмеялись, и на мгновение все тревоги отступили. Впереди ждал непростой день, но сейчас я чувствовала себя готовой к нему — в новом платье, с лучшей подругой рядом и чашечкой ароматного кофе в руках.

Глава 5

АРТЁМ

Свадебная церемония была в самом разгаре. Я сидел со своими друзьями за столиком, нервно постукивая пальцами по скатерти, и без конца искал её взглядом среди гостей. Сердце каждый раз замирало, стоило мне заметить похожую фигуру — но это снова была не она.

— Ну, что, где твоя красотка? Тетя… Лена? — с ехидной улыбкой протянул Женя, явно наслаждаясь моим беспокойством.

— Может, она ему вообще приснилась? — подхватил Леша, оглядывая зал. — Все гости давно уже тут, а сестры невесты до сих пор нет.

— Я был бы не против, если бы она мне приснилась, — ответил я, игриво подняв брови, но внутри всё сжималось от нетерпения.

— Вау, глянь, какая малышка! — внезапно воскликнул Женя, выпрямившись на стуле.

Я резко обернулся — и замер.

У входа, стояла Лена. В чёрном платье в пол, которое обволакивало её фигуру, словно ночная тень. Её волосы были элегантно подколоты, но несколько непослушных прядей небрежно спадали на плечи, придавая образу лёгкую небрежность. Она была ещё красивее, чем я её запомнил. Гораздо красивее.

Время будто остановилось. Я забыл, как дышать.

— Это она, — прошептал я, не отрывая взгляда.

— Она?! — Женя выпучил глаза так, что, казалось, они вот‑вот выскочат из орбит. — Тетя Лена?!

— Та какая она тётя?! — тут же перебил его Леша, не скрывая восхищения. — Девчонка — высший класс!

— А я вам, придуркам, что говорил? — я не смог сдержать самодовольной улыбки. — А вы всё ржали…

— Слушай, познакомишь нас? — тут же оживился Женя, поправляя галстук.

— Да сейчас. Слюни подбери, — бросил я, чувствуя, как внутри разгорается странное, почти собственническое чувство.

— Не‑е‑е, ну может, я ей понравлюсь больше, чем ты, — ухмыльнулся Женя, явно провоцируя.

— Нет! Не может! — мой голос прозвучал резче, чем я ожидал. — Даже в сторону её не дыши. Понял?

— Серьёзное заявление, — с ухмылкой протянул Леха, переглянувшись с Жекой.

А я снова посмотрел на Лену. Она уже заметила меня. И в её взгляде читалось что‑то неуловимое — то ли вызов, то ли насмешка. Но это только подстегнуло моё желание подойти. Немедленно.

ЛЕНА

Не успела я зайти в банкетный зал, как тут же заметила стремительно надвигающуюся на меня неприятность — моего «племянничка» Артёма. Его самодовольная улыбка и развязная походка мгновенно подняли во мне волну раздражения.

— Приветик, — с наигранной лёгкостью подошёл он ко мне, словно не чувствуя напряжения.

— Что хотел? — отрезала я, не скрывая недовольства.

— Пообщаться. Потанцевать, — он небрежно кивнул в сторону танцпола, будто это было самым естественным предложением на свете.

Я сдержала тяжёлый вздох:

— Судя по всему, я неправильно задала вопрос. Что тебе от меня нужно?

— Ты нужна, — выдал он с такой простотой, что мне захотелось рассмеяться — или ударить его чем‑нибудь тяжёлым.

Я закатила глаза с такой силой, что, кажется, чуть не увидела свой мозг.

— Зачем?

— Что «зачем»?

— Зачем я тебе нужна? — повторила я, чеканя каждое слово.

— Ну, ты мне типа нравишься, — наконец выдавил он, явно гордясь своей «откровенностью».

— Ну, а ты мне типа нет, — парировала я без тени сомнения.

— Почему? — его брови взлетели вверх, будто он всерьёз ожидал услышать объяснение.

— Почему? Дай подумать… — Я театрально приложила руку к подбородку, изображая глубокую задумчивость. — Потому что ты — типичный краснобай. К тому же младше меня лет на десять. К тому же сын мужа моей сестры. Как‑то так.

— Красно… что? — он моргнул, явно не понимая слова.

— Да точно. Забыла добавить: ты ещё и недалёкий, — вздохнула я, теряя терпение.

— А ты типа очень дерзкая, да? — в его голосе зазвучала нотка раздражения.

— А ты типа очень тупой! Если до тебя с первого раза не доходит: ты мне неинтересен. Точка. Могу повторить ещё раз, если и со второго не дойдёт.

Его лицо на мгновение исказилось, но он быстро взял себя в руки:

— Лен, знаешь, наступит день, когда ты пожалеешь обо всех сказанных мне словах.

— Я тебе не Лен, мы с тобой не дружбаны — это раз. А два — хватит терять своё время попусту. Иди найди себе девочку, которая будет тебя слушать и заглядывать тебе в рот.

— Тебя так волнует мой рот? — он ухмыльнулся, явно пытаясь вернуть контроль над разговором.

— О, Бог ты мой! — я закатила глаза вторично, уже всерьёз опасаясь за своё душевное равновесие.

— Да, и эти слова ты мне тоже скажешь, только в другой обстановке и на ушко, — продолжил он, явно наслаждаясь собственной дерзостью.

— Ты самоуверенный, высокомерный болтун, с кашей вместо мозгов и эго, способным покрыть целый материк, — выпалила я, чувствуя, как закипает кровь. — Разговор окончен!

Резко развернувшись, я направилась к Ане и Олегу. Уж лучше с ними пообщаться, чем с этим неадекватным малолеткой.

Что он вообще о себе, блин, возомнил? Внутри всё бурлило от негодования. Как можно быть настолько слепым к чужим границам и настолько уверенным в своей неотразимости?

Слава богу, свадьба проходила без происшествий. Мама с папой даже не доставали меня нравоучениями — и всё равно мне не терпелось, чтобы этот бесконечный праздник поскорее закончился.

— Потанцуем, прекрасная Елена?

Я обернулась. Ко мне подошёл Игорь — брат Олега. Один называет меня «чёткой», второй — «прекрасной Еленой» и руки целует. Я невольно усмехнулась: какой диссонанс с этой семейкой! Один — развязный и бесцеремонный, второй — учтивый до странности.

— Можно, — коротко ответила я, вкладывая ладонь в его руку.

Мы направились к танцплощадке. Музыка окутала нас мягким ритмом, и Игорь плавно повёл меня в танце. Его движения были уверенными, выверенными — ни тени назойливости, только спокойная, почти аристократическая сдержанность.

Я невольно поймала его взгляд: в глазах — ни намёка на легкомысленность Артёма, ни желания произвести впечатление. Но… ничего и не шевельнулось внутри меня. Ни трепета, ни волнения — лишь отстранённое наблюдение за тем, как ловко он ведёт в танце.

Краем глаза я заметила Артёма. Он стоял у колонны, скрестив руки на груди, и не сводил с нас пристального, почти злобного взгляда. Уголок его рта нервно подрагивал, будто он силился сдержать едкое замечание.

«Пусть смотрит», — равнодушно подумала я, поворачиваясь к Игорю. Его вежливая улыбка, учтивые реплики, безупречные манеры — всё это было… приятно, но не трогало. Как красивый, но чужой ритуал.

Музыка стихла. Я мягко высвободила руку.

— Спасибо за танец, — произнесла ровно, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ни благодарности, ни разочарования.

Игорь кивнул, сохраняя безупречную вежливость. А я уже искала взглядом выход — хотелось глотнуть свежего воздуха и наконец остаться наедине с собой.

Я вышла на улицу покурить. И — кто бы сомневался! — следом за мной тут же возник Артём.

Он, как обычно, впился в меня взглядом, не давая и секунды передышки.

— Понравился? — бросил он без предисловий.

— Я же уже сказала — нет! — отрезала я, затягиваясь и стараясь не смотреть на него.

— Я про дядю Игоря. Понравился? Холостой, не бедный. Хорошая партия: две сестры, два брата… — в его голосе сквозила едкая насмешка.

— Да уж, поинтереснее будет, чем школьник, — парировала я, стараясь держать тон ровным.

— И денег побольше, да? — он шагнул ближе, явно провоцируя.

— Пошёл на хрен! Ты меня уже достал! — вырвалось у меня, и терпение лопнуло.

— Сама туда иди! — огрызнулся он, но в его глазах мелькнуло что‑то похожее на обиду.

Я не стала ждать продолжения. Резко развернулась, зашла в банкетный зал, схватила свой пиджак с спинки стула, быстрым шагом вышла на улицу и вызвала такси.

Ни с кем не попрощалась. Никого не предупредила.

Всё. Свадьба состоялась. Я присутствовала. Чувство выполненного долга — есть. Можно ехать домой.

Ветер трепал волосы, пока я ждала машину, и впервые за весь вечер мне стало легче. Как будто я наконец вырвалась из липкого круга чужих ожиданий, пустых разговоров и назойливых взглядов.

«Больше ни ногой», — твёрдо подумала я, садясь в такси.

Глава 6

АРТЁМ

После занятий в институте я заглянул в тренажёрный зал — там уже ждали Женя с Лёшей.

— Ну что, отшила тебя твоя тётя Лена на свадьбе? — с ухмылкой бросил Женя, едва я подошёл.

Я пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным:

— Да ну её на хрен. Корчит из себя не пойми кого.

— Значит, сдаёшься? — подхватил Лёша, приподняв бровь.

«Нет, не сдаюсь», — пронеслось у меня в голове.

Её отношение по‑прежнему жгло изнутри. Тот холодный, безжалостный отказ на свадьбе врезался в память — я до сих пор чувствовал, как неприятно стянуло грудь в тот момент. А этот ее танец с дядей Игорем «поинтересне будет, чем школьник» Никогда раньше я не оказывался в такой ситуации: обычно девчонки сами искали моего внимания, а тут…

Лена — крепкий орешек. И именно это делало её опасной. И притягательной.

Но друзьям знать об этом необязательно.

— Сдаются, если была борьба. А я вроде как и не боролся и не собираюсь. Нет — значит, нет. Кто она такая, чтобы я за ней бегал? Вокруг куча офигенных девчонок, — выдал я вслух, старательно разыгрывая безразличие.

— Вот и правильно. Узнаю своего друга, — одобрительно кивнул Лёша.

— Чёрт, но она крутая… Я бы… за ней побегал, — задумчиво протянул Женя.

Я усмехнулся, скрывая вспыхнувшую внутри досаду:

— Ага. Флаг тебе в руки.

В глубине души я знал: если Женя попробует подойти к Лене, его ждёт тот же ледяной взгляд и те же резкие слова. Она не из тех, кто меняет решения.

И от этого она становилась только интереснее.

Когда я приехал домой, чуть не выронил спортивную сумку из рук. В нашей гостиной на диване сидела… Лена. Напротив — отец и Аня.

— Всем привет. У нас семейный совет? — бросил я, пытаясь сохранить невозмутимость.

Лена мельком взглянула на меня — и тут же отвернулась.

— Заходи, Артём. Мы как раз говорили о тебе, — спокойно произнёс отец.

«Обо мне? — пронеслось в голове. — Она что, рассказала отцу, что я к ней подкатывал? Не может быть».

— Обо мне? — я продолжал стоять в дверях, не решаясь подойти.

— Да. Мы уезжаем на месяц в свадебное путешествие, возможно, на полтора. На обратном пути хотим заехать в Венецию.

— И? Я тут при чём? Развлекайтесь как хотите. Мне какое дело.

— Мы хотим, чтобы Лена присмотрела за тобой, пока нас не будет.

— Ты прикалываешься?!

— Как ты со мной разговариваешь? Я тебе что, дружок? — голос отца стал жёстче.

Тут вмешалась Лена:

— Извини, Олег, но я тоже не совсем понимаю твоих мотивов. У тебя взрослый сын — разве ему нужна нянька?

— О, я уже взрослый? А ещё вчера был школьником и малышом! — не удержался я.

Я понял: перспектива оказаться со мной в одном доме Лену не радует. Что ж, тем интереснее. Решил включиться в игру — и сделать так, чтобы она всё‑таки осталась. Хотя бы на месяц.

— В том‑то всё и дело, что этот «взрослый» завтра же устроит вечеринку у нас — с алкоголем и девочками. Я его знаю, — отрезал отец.

«Ну, допустим, завтра я не собирался. Завтра понедельник. А вот в субботу — точно устрою», — про себя усмехнулся я.

— Лен, неужели ты не можешь нам помочь? Не о чем тебя попросить нельзя? — вкрадчиво произнесла Аня.

— Мне просто непонятна просьба. Я должна жить тут и контролировать Артёма, чтобы он не пил и не устраивал вечеринки?

— Именно!

— Так пусть веселится. Что ещё делать в его возрасте? Главное — чтобы дом не разгромил. Но страховка всё покроет, — парировала Лена.

— Нашёл кого попросить, — фыркнула Аня.

— Правда, может, лучше Игоря попросить? — не сдавалась Лена.

— Игорь на месяц уехал в командировку в Баку. Мы планируем там открытие нового отеля.

— Ладно, максимум, что я могу предложить, — заезжать сюда в пятницу и субботу и проверять состояние дома и… алкогольного опьянения Артёма. Вечеринку я разгонять не буду. Да и к тому же зачем мне здесь находиться всё время? Вряд ли он устроит вечеринку в будний день — ему же в школу на следующий день идти.

— Я уже давно закончил школу! — обиженно отозвался я.

— Давно — это вчера? — она улыбнулась.

— А ты, судя по всему, лет пятьдесят назад окончила? Да?

— Угадал. Я просто хорошо сохранилась.

— Ладно, родители, — обратилась Лена к Ане и Олегу и вдруг рассмеялась.

— Слушай, это ты теперь типа его мачеха? — спросила она Аню, указав на меня.

Аня сверлила её взглядом.

— Сколько между вами лет разницы? Год? Два?

— Лена, хватит! — попыталась одёрнуть её Аня.

— Что, неужто три?

— Четыре, — вставил я.

— О, это уже серьёзно. Большая разница, — продолжала улыбаться Лена.

— Лена, ты поможешь нам? — оборвал ее насмешки Олег.

— Я уже сказала: могу заезжать в пятницу и субботу. Если что — наберу тебя, прежде чем соседи вызовут полицию из‑за громкой музыки.

— Хорошо, идёт. Но ты могла бы приезжать в пятницу и уезжать в воскресенье утром. Проводи здесь выходные. Зачем тебе туда‑сюда кататься? Дом большой — всем места хватит.

— Ладно. Покажите тогда мне комнату, в которой я буду ночевать, и я уже поеду к себе.

Отец и Аня начали подниматься по ступенькам; Лена шла за ними. Я наклонился к ней через перила и шепнул в ухо:

— Лучше запирай дверь, когда останешься тут.

— Иди на хрен! — ответила она шёпотом.

— Сама иди! — бросил я ей вслед.

Лена ушла смотреть комнату. А я плюхнулся на диван с идиотской улыбкой до ушей.

Меня определённо радовало, что ко мне приставили такую очаровательную «няньку» в лице Лены. Я уже предвкушал её приезд в пятницу — и вечеринку в субботу.

Глава 7

ЛЕНА

Сегодня пятница — а это значит, что мне предстоит поездка в новый дом сестры, чтобы «присмотреть» за Артёмом. Удерживать его от вечеринок и распития алкогольных напитков… Какой же это бред!

Я с силой швырнула ручку на стол, и та, отскочив, чуть не упала на пол. Ну что за абсурд? Почему я должна играть роль надзирательницы для этого самодовольного мальчишки? В голове пульсировало одно: «Это не моя забота! Не моя!»

Что я, по их мнению, должна с ним делать, если он всё‑таки устроит вечеринку? А зная его — он её устроит. Вызывать полицию? Разгонять всех? Да меня же саму примут за участницу беспорядков!

Ладно, после работы придётся поехать туда, а там — будь что будет. Вообще‑то я даже из своей комнаты выходить не планирую. Буду сидеть там как затворница, уткнувшись в ноутбук, и пусть хоть фейерверк устраивает. Главное — не поддаваться на провокации.

Хорошо бы взять с собой Юлю — с ней было бы не так скучно. Мы бы залипали на сериалы, трескали пиццу и хихикали над глупыми мемами до утра. Представила эту картину — и на секунду стало теплее на душе. Но у неё сегодня свидание. Ну конечно. Как будто Вселенная специально подстроила всё так, чтобы я оказалась в этом нелепом положении.

Что ж… придётся продержаться до утра воскресенья. Я тяжело вздохнула, представив эти бесконечные часы в чужом доме, под одной крышей с человеком, который не вызывает во мне ничего, кроме дикого раздражения. Каждый его взгляд, каждое слово будто царапают изнутри.

Я всё ещё не могу толком понять, зачем мне это нужно и почему я вообще согласилась нянчиться с этим малолеткой. Тем более что он не скрывает своих намерений — вовсю подбивает ко мне клинья. Его дерзкие взгляды, двусмысленные шуточки, эта вечная ухмылка… Бр‑р‑р! Раздражает до мурашек по коже! Как он умудряется одним только присутствием выводить меня из себя?

«Лучше запирай дверь, когда останешься тут», — всплыли в памяти его слова. В воображении тут же возник его насмешливый взгляд, чуть приподнятая бровь, будто он уже знает, что я не смогу устоять перед его провокациями.

— Да уж, как будто я тебя боюсь, — мысленно фыркнула я, чувствуя, как внутри закипает упрямая решимость. — Я и без запертых дверей смогу дать отпор, не сомневайся.

Взглянула на часы — пора собираться. Сердце забилось чаще: то ли от раздражения, то ли от злости. В голове крутилось: «Только бы не сорваться и не стукнуть его по самодовольному лицу — а то на свадьбе у Ани аж руки чесались».

Глубоко вдохнула, пытаясь унять внутреннюю бурю.

Схватила сумку, бросила последний взгляд на рабочее место и решительно направилась к выходу. Впереди — двое суток в компании человека, который умеет выводить меня из равновесия одним взглядом. Но я справлюсь. Обязательно справлюсь.

Когда я подъехала к дому, на улице на удивление было тихо. «Ну и отлично, — с нескрываемым облегчением подумала я, выключая двигатель. — Значит, вечеринку решил не устраивать. Хороший мальчик». Внутри затеплилась надежда, что эти выходные пройдут спокойно — без шума, толп незнакомых людей и бесконечных попыток удержать Артёма от глупостей.

Я зашла в дом. Артёма нигде не было. «Вообще прекрасно, — мысленно выдохнула я. — Надеюсь, и не встречусь с ним сегодня». Может, он в своей комнате, а может, в игровой с друзьями — но это меня уже не волнует. Пойду к себе. Сердце чуть замедлило бег: кажется, удастся избежать ненужного общения.

Перед тем как пойти в свою временную комнату, заглянула на кухню — сделать бутерброды и кофе, чтобы хоть как‑то скрасить одинокий вечер. Достала хлеб из хлебницы, машинально потянулась за сыром…

— О, приветик, тёть Лен!

Резкий голос заставил вздрогнуть. В дверях показался Артём. В серых спортивных штанах, свисающих низко на бёдрах, с мокрыми взъерошенными волосами, и голым торсом, покрытым каплями воды. Наверное, только из душа.

Взгляд невольно скользнул по его фигуре — по рельефным мышцам, по дорожкам воды, стекающим к поясу штанов… И вдруг в голове вспыхнуло неприличное, почти животное желание — слизать эти капли языком с его торса.

«Так! Стоп! — яростно одёрнула я себя, чувствуя, как жар приливает к щекам. — О чём это я? Это ж как сильно я забила на свою интимную жизнь, что засмотрелась на мальчишку… Да уж»

Я попыталась поскорее вернуть себе самообладание. Схватила нож, чтобы нарезать сыр — движение вышло резче, чем нужно, лезвие звонко ударилось о доску. Этот звук будто отрезвил.

«Спокойно, — мысленно приказала себе. — Просто сделай бутерброды и уходи. Не давай ему повода».

— Понравилось то, что увидела? — с нахальной ухмылкой спросил Артём, явно поймав мой взгляд.

— Нет. Не понравилось. Просто задумалась, — выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он неспешно подошёл и облокотился о столешницу, глядя на меня с нескрываемым любопытством:

— О чём задумалась?

— О том, как мне выдержать выходные дни на протяжении месяца вдвоём с пустозвоном с гипертрофированным самолюбием, — бросила я, стараясь скрыть смущение за резкими словами.

— Да, это будет непросто, — усмехнулся он, ничуть не задетый. — Ведь у этого пустозвона есть на что позалипать, да? И между нами по секрету, у него огромное не только эго.

«О, Боже!» — чуть не сорвалось с языка. Но я вовремя прикусила губу, вспомнив, каким будет его ответ.

— Ты уроки уже сделал? — спросила я с улыбкой.

— Ага. Хочешь подняться в мою комнату и проверить? — он игриво поднял бровь.

«Так, мне срочно надо уходить отсюда», — пронеслось у меня в голове.

— Знаешь, я лучше пойду к себе. А ты пока можешь пообщаться со своим отражением в зеркале, — я указала на зеркало на стене, стараясь, чтобы голос звучал максимально равнодушно. — Только до утра не превратись в Нарцисса — а то мне за тебя ещё перед твоим отцом отчитываться.

Развернулась, чётко чеканя шаг, направилась к двери, чувствуя, как его взгляд прожигает мне спину. Каждый шаг отдавался глухим стуком в ушах. «Спокойно, — твердила я себе, поднимаясь по лестнице. — Это просто усталость. Просто долгая неделя. Ничего больше».

Я поднялась в отведённую мне комнату, плотно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь унять бешеный ритм сердца. «Ну и сцена, — с досадой подумала я. — Ведёшь себя как школьница».

Подошла к окну, распахнула створку — свежий вечерний воздух немного прояснил мысли. Внизу, во дворе, всё так же тихо. Ни музыки, ни голосов.

Достала из сумки телефон — ни одного сообщения от Юли. Наверняка уже на свидании, светится от счастья. Я вспомнила её восторженный рассказ про нового парня. Надеюсь, у нее всё с ним получится.

Отложила телефон, прошлась по комнате. Просторная, светлая, с большим зеркалом в резной раме. Подошла к зеркалу, внимательно посмотрела на себя: волосы слегка растрёпаны, на щеках ещё не сошёл румянец.

«Отлично, — с досадой подумала я, проводя рукой по волосам. — Теперь он будет думать, что меня легко смутить.

Вернулась к кровати, села, подтянув колени к груди. В голове снова всплыла картина: Артём в дверях кухни, капли воды на коже, его насмешливый взгляд… «Так, стоп. Хватит». Резко встала, достала MacBook — надо чем‑то занять голову. Включила сериал, но уже через пять минут поняла, что не вникаю в сюжет. Каждые несколько секунд взгляд невольно скользил к двери, будто ожидая, что она вот‑вот откроется.

Мне срочно нужно принять душ — горячая вода всегда помогает собраться с мыслями. Стоя под струями, снова и снова прокручивала в голове наш разговор. Его ухмылка, мой резкий ответ, эта нелепая игра в гляделки… «Почему я вообще позволила себе так отреагировать? Это просто глупый, самоуверенный мальчишка. Ничего особенного».

Вытерлась, надела коротенькие шорты и топ, заплела волосы в небрежный хвост. «Всё. Теперь только MacBook, сериал и бутерброды. Никаких лишних мыслей».

Глава 8

АРТЁМ

Лена вечером приехала к нам. Мы встретились с ней на кухне. Она впервые засмущалась, увидев меня: взгляд скользнул по обнажённому торсу и тут же метнулся в сторону, щёки чуть порозовели. А потом, после пары брошенных фраз, она поспешила скрыться в своей комнате. «Боялась не сдержаться и прыгнуть в мои объятия?» — мелькнула самодовольная мысль.

Я остался на кухне, невольно улыбаясь. Её реакция не выходила из головы. Этот мимолётный взгляд, сдержанный голос, торопливые движения… Раньше Лена всегда держала оборону — колкие фразы, ледяная вежливость, чёткие границы. А тут — лёгкая трещина в броне. Всего на секунду, но я заметил.

Руки зудели зайти к ней в комнату. Просто постучать, заглянуть, спросить что‑нибудь бессмысленное — лишь бы снова увидеть, как она сбивается с привычного ритма. Представить, как её глаза на мгновение расширяются, как она подбирает слова, стараясь не выдать волнения.

«Успокойся, — мысленно одёрнул себя, опираясь на столешницу. — Это просто игра. Не больше».

Но внутри всё равно тлело упрямое желание — нарушить её покой, заставить ещё раз понервничать, увидеть, как рушится эта её напускная невозмутимость.

Интересно, чем она сейчас занимается в своей комнате. Наверняка уже устроилась на кровати с ноутбуком… А может, принимает душ? От мысли о Лене в душе сердце невольно застучало быстрее, пульс участился, и возбуждение разлилось по крови.

Прислонился к стене, закрыл глаза. В ушах всё ещё звучал её голос — чуть напряжённый, с этой характерной ноткой сдержанности, за которой, кажется, пряталось что‑то ещё. Что? Раздражение? Смущение? Или… интерес?

Во что она сейчас одета? Перед глазами всплыли образы: струящаяся ткань, едва прикрывающая плечи, влажные волосы, прилипшие к шее… Я тряхнул головой, пытаясь отогнать наваждение. Слишком ярко. Слишком живо.

«Ладно, — подумал, выключая свет на кухне. — Пусть пока отсиживается в своей комнате. Завтра будет новый день — и новые возможности».

Завтра дома будет вечеринка, и мне плевать, что она расскажет об этом отцу. Я вообще не вижу смысла в том, что отец попросил её следить за мной и сдерживать от вечеринок и алкоголя. Это вряд ли ей удастся. Я не мальчик, чтобы меня опекали и ставили рамки. Пусть пытается — всё равно ничего не выйдет.

Но в то же время её присутствие в моём доме по выходным в течение месяца подарит мне неожиданную возможность. Я смогу любоваться ею, наблюдать за её движениями, ловить мимолетные взгляды и едва заметные жесты — те самые, что выдают её настоящие эмоции, прежде чем она успевает их спрятать.

Особенно интересно замечать, как меняется выражение её лица. Вот она сосредоточена, вот чуть раздражена, вот на секунду теряет бдительность — и тут же вновь надевает свою невозмутимую маску. Эта игра контрастов завораживает: внешняя холодность и проблески истинных чувств, которые она так старательно прячет.

Она будоражит мысли. Невольно, без особых усилий с её стороны. Стоит мне закрыть глаза — и я снова вижу её: как она поправляет волосы, как скрещивает руки на груди, будто пытаясь отгородиться от мира, как чуть прищуривается, когда пытается скрыть раздражение. Каждый жест, каждый взгляд отпечатывается в памяти, возвращается ко мне в самые неожиданные моменты.

Я возвращаюсь к ней в своих мыслях снова и снова. Прокручиваю в голове наши короткие диалоги, пытаюсь разгадать, что скрывается за её словами, за её молчанием.

Я вышел в коридор, но на полпути остановился, оглянулся на её дверь. В голове крутилась одна и та же мысль: «Интересно, о чём она сейчас думает?»

Потом тряхнул головой, отгоняя наваждение, и направился к себе.

«Всё. Сегодня — спать. А завтра… посмотрим».

Как я ни старался уснуть, у меня не получалось. Мысли крутились вокруг одного: она здесь, в моём доме — так рядом, так близко, что почти можно дотянуться рукой. Я посмотрел на часы: было два часа ночи. Тишина давила, но в этой тишине я словно слышал её дыхание, её шаги где‑то наверху.

Спустился на кухню, налил себе стакан холодной воды — лёд в стакане звякнул, будто вторя нервозности в груди — и пошёл в гостиную. Сначала думал посмотреть сериал на Netflix, но кадры мелькали перед глазами, не цепляя внимания. Тогда включил NFS на PlayStation — немного адреналина в крови мне сейчас не помешает. Экран вспыхнул, разгоняя полумрак, и я попытался сосредоточиться на трассе, но мысли всё время возвращались к ней.

Я услышал какой‑то шорох и резко повернул голову.

О, чёрт! На ступеньках стояла Лена — в коротком топе и шортиках, которые эффектно демонстрировали длину её ног. Она была босая, с распущенными, слегка взъерошенными волосами, будто только что встала с постели. У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди от её вида. В горле мгновенно пересохло, а в висках застучало так громко, что я едва слышал собственный голос.

— Не спится? — спросил я осипшим от возбуждения голосом и быстро промочил горло холодной водой. Она оказалась сейчас как никогда кстати — прохлада на мгновение вернула ясность мыслям.

— Не‑а… Не могу уснуть не в своей кровати, — ответила Лена, слегка пожав плечами. Её голос звучал так мягко, почти шёпотом, что внутри что‑то дрогнуло.

— Водички? — ничего умнее я спросить не мог. Мозг будто перестал работать, все мысли смешались в один сплошной гул.

— Можно, — кивнула она, и в её глазах мелькнуло что‑то неуловимое — то ли смущение, то ли лёгкая улыбка.

Лена присела на диван рядом со мной. Близость её тепла, едва уловимый аромат её волос — всё это сбивало с толку. Я с трудом удержался, чтобы не вдохнуть глубже, пытаясь осознать, что это не сон.

— Во что играешь? — поинтересовалась она, и в её голосе не было ни капли привычной колючести.

Она была такая спокойная и умиротворённая, что я едва узнавал её. От самоуверенной и дерзкой бизнес‑леди не осталось и следа. Передо мной сидела милая девушка с огромными глазами — красивая, как никогда. В этот момент она казалась такой беззащитной и настоящей, что сердце сжалось от странного, почти болезненного чувства.

— NFS. Это гонки, — пояснил я, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё трепетало.

— Можно с тобой? — вдруг спросила она, и в её взгляде промелькнуло что‑то детское, искреннее.

«Может, она лунатик и сейчас спит, а завтра ничего не вспомнит?» — мелькнула у меня мысль, и на секунду я даже испугался, что всё это — лишь игра моего воображения.

— Можно, конечно. Хочешь по очереди или на перегонки? — предложил я, пытаясь скрыть волнение за небрежным тоном.

— Давай на перегонки. Только я никогда не играла в эту игру.

— Тогда лучше тебе начать с процесса обучения и играть одной на прохождение.

— А ты что будешь делать? — поинтересовалась Лена, и в её голосе прозвучала лёгкая игривость, от которой по спине пробежали мурашки.

— Смотреть. А ещё могу сделать нам сэндвичи и кофе, — ответил я, чувствуя, как внутри разгорается странное, тёплое предвкушение.

— Отличная идея! Мне с сыром и помидором, а кофе — с молоком, без сахара и с корицей, — оживилась она, и её улыбка осветила комнату ярче любого экрана.

— Ваш заказ принят. Ожидайте, — с улыбкой отозвался я и отправился на кухню, чувствуя, как сердце бьётся чаще, чем обычно.

«Вот это да. Шок! Первый день она у меня дома, и, кажется, мы начинаем находить общий язык. Ну, по крайней мере, она перестала называть меня самоуверенным придурком с раздутым эго — а это уже что‑то», — размышлял я, нарезая ингредиенты для сэндвичей. Руки слегка дрожали, но не от усталости — от странного, пьянящего ощущения, что эта ночь может стать началом чего‑то нового.

Вернувшись в гостиную с подносом, я увидел, что Лена уже вовсю осваивает игру — сосредоточенно хмурила брови и то и дело высовывала кончик языка от усердия. Я тихо поставил поднос на столик, сел рядом и стал наблюдать.

В этот момент мне показалось, что ночь вдруг перестала быть такой одинокой. В воздухе витало что‑то неуловимое, тёплое — будто между нами наконец рухнула невидимая стена, и теперь мы были просто двумя людьми, наслаждающимися тишиной и обществом друг друга.

...

Я проснулся от солнечного света, бившего прямо в глаза. Моргнул, потянулся — и тут же поморщился: спина отчаянно ныла. Неудивительно — уснул на диване. Медленно повернул голову, пытаясь собраться с мыслями, и вдруг замер.

В голове пронеслась вчерашняя ночь: Лена, NFS, кофе, сэндвичи… Но Лены рядом не было.

Я окинул взглядом гостиную: ни тарелок от сэндвичей, ни кружек от кофе на столе. Всё чисто, аккуратно, будто никто и не засиживался тут допоздна.

Сердце заколотилось быстрее. Я провёл рукой по лицу, пытаясь вспомнить: её тихий голос, сосредоточенное выражение, когда она осваивала игру, блеск глаз при разговоре…

«Блин, мне что, это всё приснилось?!» — мысль ударила словно током.

Всё казалось таким реальным!

Глава 9

ЛЕНА

Зачем я сидела с ним вчера ночью? Зачем вообще к нему спустилась? Что на меня нашло?

Эти вопросы крутились в голове, словно назойливые мухи, не давая сосредоточиться. Я сидела на краю кровати, обхватив колени руками, и пыталась собрать мысли в кучу. Меня попросили проконтролировать его, а не дружбу с ним водить! Вчерашний день явно затуманил мой разум.

В памяти всплывали картинки: встреча на кухне, потом ночь, игра в NFS, кофе, сэндвичи… И что самое страшное — мне понравилось сидеть с ним.

Он вёл себя так… нормально. Не выпендривался, не выводил из себя, не кидал никаких намёков, не заигрывал со мной. Был даже, можно сказать, милым. Пока я играла, он уснул на диване.

И тогда я совершила ещё одну глупость — долго его рассматривала. Он был таким умиротворённым во сне. Без привычной насмешливой ухмылки, без этого вызывающего взгляда. Просто спящий парень.

«Он действительно симпатичный», — призналась я себе, и от этой мысли внутри всё сжалось. Эти чёткие скулы, чувственные губы, волевой подбородок…

Внимательно рассматривая его, я вдруг осознала: никакой он не мальчишка, а вполне сформировавшийся мужчина. От этой мысли стало страшно.

Я резко встала, собрала кружки и тарелку, стараясь не смотреть в сторону дивана. Нельзя было позволять себе растаять. Нельзя.

Поспешила к себе в комнату, будто спасаясь от чего‑то. От самой себя, наверное.

«Всё, — твёрдо решила я, закрывая дверь. — Сегодня сделаю вид, что этой ночи не было. Буду вести себя как прежде. Холодно, отстранённо, по‑деловому».

Мне нужно продержаться этот месяц по выходным, а потом вернутся Аня и Олег. И мы будем видеться пару раз в год на семейных праздниках, обмениваясь дежурными фразами.

Нужно выкинуть все глупости из головы. Срочно!

Например, согласиться на свидание. Меня постоянно зовут, но я всем отказываю. Пора дать кому‑то шанс. Фитнес‑тренеру? Инспектору с таможни? Знакомому начальнику ГАИ?

Мысль о том, что Юля вчера ходила на свидание, а я в это время «залипала» на мальчишку, который ещё даже институт не закончил, заставила меня покраснеть от стыда.

Я подошла к зеркалу, пристально посмотрела на своё отражение.

— Соберись, — прошептала, сжимая кулаки. — Это просто временный сбой. Через месяц всё вернётся на круги своя.

Я спустилась на кухню, чтобы приготовить себе завтрак. Кого я обманываю? Я ведь совсем не умею готовить — даже яичницу сожгу, если честно. Но с утра должна была зайти Катерина — хозяйка кухни, которая готовит в этом доме. Она‑то точно приготовила что‑то вкусное. От одной мысли о её блюдах в животе заурчало, а настроение чуть приподнялось.

Катерине на вид было не больше пятидесяти — милая женщина с тёплой улыбкой и добрыми глазами.

— Доброе утро, Елена Александровна.

— Доброе утро, Катерина. Называйте меня просто Лена. Я не хозяйка в этом доме, а временный жилец — по выходным, — произнесла я с лёгкой усмешкой. Всё это официозное обращение казалось мне нелепым.

— Хорошо. Я сейчас накрою завтрак в столовой — вам и Артёму Олеговичу.

Внутри всё сжалось. Мне не хотелось пересекаться с Артёмом. Совсем. Я пока была к этому не готова.

— Ой, я тут поем. Что у тебя вкусненького?

— Сырники, омлет с овощами и тосты. Могу ещё блины пожарить.

— Мне этого вполне хватит.

Пока она накладывала мне сырники — ароматные, с золотистой корочкой, — в дверях показался Артём. Сонный, взлохмаченный, в одних спортивных штанах. Моё сердце ёкнуло и тут же застучало быстрее. «Да он издевается надо мной?» — пронеслось в голове. Как можно выглядеть одновременно таким небрежным и таким… притягательным?

— Доброе утро! — пробормотал он, потирая глаза.

— Доброе утро! — ответили мы с Катериной почти хором.

— Как спалось? — обратился ко мне Артём, и в его глазах заплясали знакомые озорные искорки.

— Отлично! — выпалила я слишком уверенно, будто от этого зависела моя жизнь.

«Я ничего не помню. Что было ночью — ничего. Мне это приснилось. Я никуда не спускалась, а мирно спала в кровати. И точка», — повторяла я про себя, словно мантру.

— А тебе как спалось? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Всю ночь ты снилась, — ответил Артём, и его улыбка стала шире. Опять включил «Артёма» — самоуверенного, игривого, невыносимого. Всё понятно.

— Надеюсь, это был ужастик с моим участием? — бросила я, пытаясь скрыть смущение за сарказмом.

— Не надейся, — снова улыбнулся Артём, и от этого взгляда у меня по спине пробежали мурашки.

— Артём Олегович, я сейчас подам завтрак в столовую, — вмешалась Катерина, спасая меня от дальнейшего диалога.

— Нет, не надо. Я позавтракаю вместе со своей любимой тётей, — заявил Артём, усаживаясь напротив.

Я чуть не поперхнулась кофе. «Ну конечно, он не мог поступить иначе».

И как мне есть, если он сидит и не сводит с меня глаз? Каждый его взгляд будто прожигал насквозь, заставляя нервничать и сбиваться с мысли. «Я гипнозу не поддаюсь, если что». Или всё‑таки поддаюсь?..

— У меня сегодня будет вечеринка вечером. Предупреждаю заранее. Хочешь — можешь сразу сообщить отцу. Он всё равно ничего с этим не сделает. Ему сейчас не до меня, — произнёс Артём, глядя мне прямо в глаза, будто проверяя на прочность.

— Я не сомневалась, что тебе всё равно. Но мне придётся ему сообщить. Пусть сам решает, как на это реагировать, — ответила я, стараясь сохранить хладнокровие.

— Отлично! — сказал Артём, укусив тост с таким видом, будто уже предвкушал вечер.

— Отлично! — повторила я.

Между нами повисла натянутая пауза, и воздух вдруг стал невыносимо жарким, будто температура в кухне подскочила на десяток градусов. Захотелось распахнуть окно, выбежать на улицу, глотнуть свежего воздуха — хоть что‑то, лишь бы разорвать это странное напряжение.

Я поспешила покинуть кухню, оставив Артёма за столом.

— Спасибо, Катерина. Было очень вкусно, — сказала я, протягивая ей тарелку.

— Так… вы же ничего не съели! Один сырник, да и кофе даже не допили, — удивилась Катерина, глядя на почти нетронутый завтрак.

— Одного сырника мне вполне достаточно. А кофе допью в саду. Хочу подышать свежим воздухом, — выпалила я, уже направляясь к двери.

Вышла на террасу, опустилась в подвесное кресло из ротанга. Здесь, под мягким майским солнцем, мир снова обрёл привычные очертания. Воздух был напоён ароматом цветущих кустов и свежестью приближающегося лета. Глубоко вдохнула, пытаясь унять бешеный ритм сердца, но в ушах всё ещё стучало: «Почему? Почему я так реагирую?»

«Что со мной происходит? — мысленно спросила себя, закрывая глаза. — Почему я начинаю теряться в его присутствии? Сны ему со мной снятся… Пусть думает, что это был сон. Я тоже так буду думать».

Но слова Артёма всё ещё звучали в голове, а его взгляд будто отпечатался на коже — тёплый, насмешливый, слишком внимательный. Я покачала кресло, пытаясь сосредоточиться на шуме листвы, на пении птиц, на тепле солнца. Всё это было реальным. А то, что происходит со вчерашнего дня в этом доме — мимолетный сбой в системе, ошибка, которую нужно исправить.

Внутри нарастало глухое недовольство собой. Я не должна чувствовать это. Не должна смущаться, не должна ловить себя на мыслях о его улыбке, о том, как он смотрит на меня. Это не я. Это не моё.

«Через месяц всё закончится, — повторила про себя, сжимая подлокотники кресла.

Глава 10

ЛЕНА

Я допила кофе, твёрдо решив, что не выйду из своей комнаты до завтрашнего утра. Точка. Никаких случайных встреч, никаких двусмысленных разговоров. Только тишина, уединение — и никакой Артёма.

По дороге в свою временную обитель заглянула в библиотеку. Взгляд невольно скользил по корешкам, пока наконец не остановился на знакомом названии: «451 градус по Фаренгейту». Да, именно то, что нужно. Книга, способная утянуть в другой мир, отвлечь от навязчивых мыслей, заглушить тот необъяснимый гул в голове, который не проходил с самого утра.

Устроившись в кресле у окна, открыла первую страницу. Сначала внимание цеплялось за слова, потом за фразы, потом… потом я просто перестала замечать, как бегут строки. Усталость, напряжение, весь этот сумбур последних дней — всё слилось в мягкий, обволакивающий туман. Глаза сами собой закрылись.

Проснулась резко — от звука. Глухие басы били, словно кувалда по вискам, проникая сквозь стены, сквозь окна, сквозь саму тишину, которой я так жаждала. Потёрла лоб, пытаясь собраться с мыслями.

Вечеринка Артёма началась.

«Ладно, — твёрдо решила, глядя в темноту за окном. — Что бы ни происходило там, за этой дверью, я отсюда — ни ногой. А утром… утром с первыми петухами уеду к себе на квартиру. В свою жизнь. В свой мир».

За окном медленно опускалась ночь, а в доме всё громче звучала музыка.

Черт, я забыла предупредить Олега о вечеринке. Мысль пронзила внезапно, заставив напрячься. Я достала телефон, набрала его номер — без ответа. Попыталась дозвониться до Ани — тоже глухо. Пальцы нервно постукивали по экрану. «Ну и ладно, — с досадой подумала я. — Я пыталась, как могла».

Глубоко вдохнула, пытаясь вернуть себе спокойствие. Взгляд упал на раскрытую книгу, лежащую на подлокотнике кресла. Страницы слегка подрагивали от вибраций музыки, будто напоминая: вот он, мой островок стабильности.

«Буду дальше читать книгу», — мысленно повторила я, беря её в руки. Но строчки расплывались перед глазами, а мысли то и дело возвращались к происходящему внизу.

— Уважаемый Рэй Брэдбери, — прошептала я, сжимая в руках книгу, — помоги мне удержаться и не спуститься вниз.

Какая мне разница, чем там занимается Артём? Пусть мальчик веселится. Это всё не моё дело, не моя история. Я не имею к ней никакого отношения.

Когда последние отголоски музыки стихли, часы показывали четыре утра. Всё это время я бездумно листала книгу — строчки расплывались перед глазами, некоторые я перечитывала по три раза, но смысл так и не доходил до сознания. Мозг был слишком занят другим: представлял, как там, внизу, люди смеются, танцуют, наслаждаются вечером…

Теперь — тишина. Вечеринка закончилась.

Я отложила книгу, потянулась, разминая затекшую шею. Нет смысла пытаться уснуть — до рассвета рукой подать, а сегодня воскресенье. Самое время вернуться в свою квартиру, к привычному укладу жизни. Здесь мне больше нечего делать.

Я приняла душ, переоделась в свежую одежду, взяла сумку и поспешила к своей машине — хотелось поскорее уехать отсюда, оставить позади эти беспокойные выходные.

Когда закрывала входную дверь, по спине пробежали мурашки. Чувствовала себя воришкой, который тайком покидает место преступления. Но это было даже приятно — словно я совершила маленький побег из чужой реальности в свою собственную.

«Я молодец! — мысленно похвалила себя. — Эти выходные закончились. До следующих — целая неделя».

А за эту неделю нужно непременно сходить на свидание.

Мне нужно поскорее выйти из этого странного эмоционального оцепенения.

Через полчаса я уже поднималась в лифте к своей квартире. Открыла дверь, переступила порог — и тут же нахлынуло невероятное ощущение покоя.

Ну, какой же кайф! Дом, милый дом!

Знакомый запах, приглушённый свет, привычный порядок вещей — всё это окутало меня, как тёплое одеяло. Я сбросила туфли, прошлась босиком по прохладному паркету, опустилась на диван и закрыла глаза. В ушах всё ещё звучала отголосками музыка вечеринки, но здесь, в моей крепости, эти звуки терялись, растворялись в тишине.

«Всё. Теперь можно выдохнуть», — подумала я, растягиваясь на мягких подушках.