Czytaj książkę: «Ноосфера»
Глава 1
Том 1. Чужак.
Неимоверно высокие монолиты тянулись ввысь. Основания их были скрыты густыми облаками, больше похожими на вершины белых гор, а маленький тусклый диск местной луны едва пробивался сквозь вечную дымку желтоватой атмосферы. Серые неровные гиганты на вид казались естественного происхождения, но, судя по немногочисленным закупоренным люк-лазам и заваренным окнам, судя по редким разделениям на блоки, они напоминали дома, выстроенные некой цивилизацией, что давно уже перестала существовать и только эти строения являли собой некогда славную историю целой расы. На одной из таких башен, на самой крыше сидел человек, вглядываясь сквозь бинокль в пустоту однообразного пространства, в который раз пересчитывая видимые ему строения. Его тельце смотрелось как блошка на голове мёртвого гиганта, а его песочного оттенка одеяние едва различалось на фоне серого камня. Ремешок у него на руках запищал и загорелся треснутый циферблат, на котором было ничего не различить. Прибор о чём то напомнил, за что в награду был погружён в сон на ближайшие сутки.
— Пятьдесят восемь, — сказал человек и, достав чёрный продольный предмет, щёлкнул переключатель.
Устройство не сработало, как всегда. Он похлопал им по ладони. Синий свет моргнул пару раз и, наконец, разгорелся ярче. Фонарик был поднят над головой, и им несколько раз помахала сухая морщинистая рука. На соседних монолитах появлялись другие огоньки, действующие по той же жестикуляции. Старик, не отпуская фонарик, вновь принялся считать, в конце озвучив цифру:
— Двадцать семь…
Он выключил устройство и сунул в заплечный мешок. Прокряхтев, поднял маленький ножик и, не сходя с места, зачеркнул косой линией два вертикальных соскоба. Подул на них, освободив зарубки от пыли. Оглянув бетонную плиту под собой, озвучил дежурным тоном:
— Меньше половины… — почесал небритый подбородок и тяжело поднялся, спрятав ножик под слои широкого ремня.
Он осмотрел темноту, в которой таились монолиты, оценив ещё раз пустоту пространства между ними, точно зная, что даже скорым маршем до ближайшей башни придётся добираться несколько дней. Поправив балахон, он отправился к единственному выходу с крыши в виде прямой лестницы, уходящих в темноту. Решётчатые ступени скрипели под его иссохшим телом, и в каждом скрипе слышалась угроза срыва и скорой смерти. Судя по тому, что старик и не думал держаться за ржавые поручни, он этой смерти не особо боялся. Остановившись на бетонной поверхности возле раздвижной двери, он с трудом поднял ржавую перегородку, применив для того рычаг в виде дежурного шеста. Кабина лифта со крипом и страшной тряской подъехала, приняв в себя дряхлого пассажира, с теми же звуками поехав вниз. Спустя пол минуты спуска, в полной темноте, лифт, а скорее клеть, вылетела в пустое пространство полой башни по ободкам которой, змеевидной спиралью были выстроены ярусы чахлого поселения. Небольшие сооружения были выдолблены на манер птичьих гнёзд в горах, только с подведённым электричеством и водой.
Кажется, он знал, что такое горы… Кажется, он знал, что такое птицы… всё это ему было известно с начальной школы, где им показывали слайды некоего мира, который раньше принадлежал людям, к коим очень осторожно он себя причислял.
Старик пошлёпал губами, оглядывая родину, которая на большой скорости уносилась вверх, а он все быстрее спускался вниз. Доносились обрывки голосов, как детских, так и взрослых. Слышались монотонные гудения рабочих цехов, со свистом улетали пассажирские платформы на этажах, и лица его соседей проносились вверх и вниз, отгороженные от него своей клетью в своих лифтах, которых в этой башне было четыре рабочих из десяти.
И вот со скоростью что-то вроде пяти метров в секунду он добрался до самого основания строения, кое так же, как крыша, были отделены от жилого и промышленного сектора толстым куском бетона в три десятка метров. Здесь стояла тишина. Были только редкие шаги и небольшое шуршание, доносившееся со стороны пропускных врат.
Молодой парниша с соломенной копной на голове открыл перед ним двери лифта, немедля обратившись:
— Хранитель Мимир, Ардэт хотел дождаться вас перед выходом. Он у ворот.
Старик ничего не ответил, лишь хлопнул того по плечу и отправился в известном ему направлении. Пройдя сетку лазерных лучей, которые, как было написано в короткой инструкции, сканируют на наличие заражений, а каких таких заражений никто уже и не знал, он прошёл камеру дезинфекции, которую проходил каждый, независимо от своего желания, если шёл этим единственным путём к выходу и входу. Нижняя секция работала столь исправно, будто её построили пол года назад, хотя никто не прилагал к её работоспособности ни малейшего усилия. Да и не смог бы никто тут ничего наладить при всём желании. Уровень местных рабочих заканчивался на механике и кремниевых процессорах, которые они худо бедно ещё могли создавать. Но это… он в который раз оглядел белые залы, напичканные электроникой и сенсорами для неведомых ему целей… это казалось инопланетной технологией… да, кажется, он знал, что такое инопланетные — видел на слайдах. Первый контакт землян состоялся на Марсе с какими то склизкими существами, живущими внутри прозрачных контейнеров с жёлтой жидкостью. Если предположить, что земляне это всё таки он и его соседи по башне, а полной уверенности ни у кого не было, то инопланетяне…
— Отец, — окликнул его коренастый мужчина в чёрной броне с красной нашивкой на плече и висящим за спиной компактным автоматическим карабином чёрного цвета.
Старик будто прибавил шагу и встретившись возле входа, они шумно хлопнули по руками, немедля сцепившись в горестном объятии.
— Спасибо, что подождал, — тихо произнёс Мимир, прижимая сына.
Послышался шмыг мужчины, но никаких слёз, он лишь спросил прямо и по делу:
— Как там наверху?
— Двадцать семь… сегодня минус два…
Ардэт отпрянул от отца чуть не крикнув, но вымолвил почти шёпотом:
— Только вчера ведь было двадцать девять!
Сняв капюшон и освободив длинную копну серых волос, старик кивнул, поглядев в глаза сына, такие же тёмные как у него, такие же усталые, такие же отчаявшиеся, но такие же справедливые. Он понизил голос и сказал:
— Возможно, проблема с фабрикатором еды случилась не только у нас. Возможно они начали выходить из строя примерно в одно время.
Послышался скрип тактической перчатки, в которой сжался кулак мужчины:
— На что мы тогда вообще надеемся, выходя наружу?
— Отчаяние ведёт нас, а не надежда.
— Как всегда, умеешь воодушевить…
— Это главный мой талант, — натянув сетку морщинок у глаз, ответил старик.
— Капитан Ардэт, Хранитель Мимир, пять минут до выхода, — молодой солдат точно в такой же чёрной броне с синей нашивкой, напомнил о запланированном, но углядев что-то в глазах начальства, осторожно спросил: — Всё в порядке? План ещё в силе?
— Строй бойцов, Назим, мы выступаем, — глядя на отца, уверенно сказал командир.
Парень, несмотря на молодость, был в чине лейтенанта. Его ястребиный профиль и суровая челюсть могли бы ввести в заблуждение о его характере, но это был покладистый и добрый юноша, серьёзно относившийся к любому порученному делу.
Дождавшись, когда десять солдат выстроится в ряд, Ардэт встал перед ними, готовясь немного поднять моральный дух бодрым напутствием. В тот же момент по толстой железной двери, которую все называли не иначе как врата, кто-то настойчиво постучал, да так, что краска посыпалась с высокого потолка помещения. Беззвучно включилась тревога. Красные лампы вылезли из под потолка, угрожающими бликами пролетая по белым стенам. В дальних углах прямо из пола выехали четыре серебристые турели размером с зенитные установки и в автоматическом режиме уставились в сторону двери.
Старик Мимир, несмотря на самый почтенный возраст среди местных, впервые видел их, но точно знал, для чего те служат. Только не знал, кому они служат, ибо воздействовать на охранную систему никто не мог.
— Ардэт, уводи людей к дальней стене! — под ещё один грохот в дверь, выкрикнул Хранитель.
Группа бронированных людей, сложив карабины, быстро ретировалась ко входу в камеру обеззараживания.
Послышался звук многочисленных раскручивающихся стволов на турелях. Вновь донёсся грохот и дверь, состоявшая из нескольких слоёв десяти сантиметровой стали, прогнулась вовнутрь.
Собравшиеся люди в ужасе переглянулись, направив стволы в сторону происходящего действия.
Но так же внезапно, как началось, сигнальные лампы спрятались в потолке, а турели с механическим лязгом ушли в свои ниши в полу. Послышался рокот щелчков, и массивная дверь отъехала вбок. Облако пыли залетело из темноты, немедленно остановленное невидимым кубическим барьером, не пропускающим внутрь башни то, что в обучающем материале по старинным слайдам описывали как «Вирус».
В этом жёлтом тумане было видно чьё-то шевеление.
— Не стрелять без команды! — рявкнул Ардэт, ощущая как напряжение повисло бетонной плитой над всеми собравшимися.
Ибо чего ждать извне, точно никто не знал. На этот счёт не было ни слайдов, ни малейших догадок. Знали только, что от туда не возвращаются.
Небольшая тень с каждым шагом увеличивалась в размерах, пока к невидимому барьеру не приковылял парень лет двадцати, и протолкнув защитный сгусток рукой, точно поверхность озера с обратной стороны, не ввалился внутрь, распластавшись на полу. Дверь с треском закрылась, погрузив собравшихся в тишину, в которой слышался только замученный стон юноши с тёмными волосами, рассыпавшимися по белому полу. Он услышал стройные шаги солдатских сапог, окружающих его, но держащихся на расстоянии. Пытался подняться, но боль в правой руке была слишком сильна. Он ощущал и видел, как сломанные пальцы не дают выбросить небольшой угловатый пистолет, что припёкся к его ладони и был закреплён скрюченными пальцами. Уперевшись на левую руку, он поднял голову, оглядев всех синими глазами, глубина которых была схожа с бездной космоса. Хотел сказать, что его мучит, но не смог — горло было забито песком. Он поднял руку с пистолетом, пытаясь продемонстрировать свою проблему, и в тот же момент произошёл ровно один выстрел карабина. Чёрные волосы взметнулись, и голова юноши окрасилась в красный. Он услышал треск кости и ощутил тепло, быстро разливающееся вдоль правого уха и щеки. Заваливаясь на бок и теряя сознание, услышал чьи-то голоса:
— Назим, чтоб тебя! Кто дал команду стрелять!?
— Он ведь направил на нас пистолет…
А после лишь темнота и мелькающие картины из прошлого, которого он не помнил.
Глава 2
- Как наш паренёк? - донёсся грубый, но не лишённый нотки заботы голос, сквозь мрак.
- Вы вовремя, капитан. Спустя неделю, он как раз пытается очнуться, - это был голос женщины в годах, он казался каким-то привычным.
Веки медленно раскрылись и синие глаза упёрлись в группу людей, стоящую средь небольшой комнаты ржавых оттенков. Кто-то притушил оранжевый свет.
- И вот он уже с нами, - проскрипела женщина, почти материнским тоном.
Трое, их было трое. Один стоял краснея от стыда и какого-то сожаления. Такой же молодой как и пациент.
- Повезло тебе, парень, что наш Назим мазила. Не то отъехал бы ты в Аид. Мы ведь и монетки Херону приготовили, - указав на два медных металлических диска без какого либо обозначения, сказал Ардэт.
- Не мазила я... - донёсся голос лейтенанта. - Просто переволновался...
- Вот такой он. Сначала подстрелит, а потом сам же выхаживает, - поднося маленький фонарик и раскрывая по очереди глаза пациента по шире, подыграла женщина, на чьём белом халате был кусок пластика с надписью «Маринетт».
Эти улыбчивые лица были совершенно незнакомы очнувшемуся. Он не помнил, как сюда попал.
- Где я нахожусь? - прохрипел он, в конце прочистив горло.
- Монолит Возрождения, как бы это многозначительно не звучало, - отрапортовал Ардэт. - Кажется мы должны были специализироваться на медицине, учитывая наши запасы мед-полимера. Который, кстати, заменил тебе пять процентов черепа и восстановил оторванное выстрелом ухо.
Гость ощупал голову, проведясь по бритому виску едва пульсирующему отдалённой болью. Тогда как капитан продолжил расспросы:
- А ты из какой башни к нам пришёл?
- У вас есть рабочий фабрикатор еды? - громче нужного, перебил его Назим, за что получил по шее и сиротливо оглядевшись, замолк.
Смуглый мужчина с волнистой татуировкой над веком, которого все звали Ардэт, продолжил:
- Из какой ты башни, парень? Как тебя зовут? Как дошёл до нас? Сколько вас было в начале пути? Долго шли? С чем ваша группа столкнулась в пути, а главное, что за чудовище ломилось в нашу дверь?
- Капитан... У мальчика и без того мозги набекрень, причём буквально. А ты грузишь его с первой же минуты, - отчитала его Маринетт.
- Я... - тяжело произнёс пациент. - Извините... Я слышу ваши слова. Терминология знакома, но я не могу связать всё это в логическую цепочку. Я просто не понимаю о чем это всё...
- Как и ожидалось, - констатировала женщина. - Большая часть памяти его осталась на полу пропускного пункта, - глянув и на без того расстроенного Назим, закончила она.
- Первый посетитель с самых дремучих времён, а я ему башку прострелил, - закрыв от стыда лицо, простонал лейтенант.
Его легонько похлопали по плечу с двух сторон, толи подтвердив его слова, толи попытавшись успокоить.
- Попробуй вспомнить, имя Кэлли тебе о чем-то говорит? - доставая что-то из кармана, спросил Ардэт.
Пациент не продемонстрировал и намёка на вспышку воспоминаний. Он лишь мотнул головой.
Капитан вынул наконец что-то чёрное небольшое и держа одной рукой, продемонстрировал лежащему.
- Этот пистолет был практически спаян у тебя с тем, что оставалось у тебя от руки. Ты не выпускал его даже когда тебе её отпиливали.
Холодный ужас пронёсся по взмокшей спине гостя, он осторожно сбросил одеяло, проверив обе руки. Обе были на месте.
- Об этом не беспокойся, - отмахнулась Маринетт, полимера для регенерации у нас предостаточно. - Были даже робкие предложения пустить это всё на создание мяса. Но условия нужны специфические. Во первых, полимер не работает сам по себе, он высчитывает информацию из мозга раненного и создаёт необходимые ткани, отращивая всё это прямо в теле или на теле пострадавшего.
- А во вторых, мы не изверги и не людоеды, чтобы создавать ферму по отрезанию частей тел и отращиванию их на тушёнку, - серьёзно заявил Назим, усевшийся на кровати пациента.
Оранжевые огоньки мигали на многочисленных панелях, сливаясь с тёплым светом помещения. Гость встретился взглядом с лейтенантом, углядев в них неподдельное благородство и рвение, что, кажется, и ему не было чуждо. Он ощутил, как сон наваливается на него тяжестью могильной плиты, но заснуть ему не дали, Ардэт настойчиво продолжал, на чем остановился:
- На пистолете выгравирано одно слово «Кэлли». Может так тебя зовут? По крайней мере пока ты не вспомнишь, давай тебя так и назовём, - он легонько улыбнулся, продолжив. - Он не похож ни на один из наших стволов. Такой маленький, а весит почти два кило. И непонятно куда вставлять патроны... Да и не стреляет он. Неужели ты прорвался до нас с таким вот вооружением?
Кэлли рассматривал пистолет, больше похожий на прямоугольный брусок отшлифованного камня, с одним единственным отверстием, выходящим из конца ствола. Оружие казалось монолитным, но, не смотря на свои небольшие размеры, выглядело внушительно.
- Я не помню, - только и произнёс гость.
- Так, господа, а ну ка быстренько свалите от моего пациента и дайте ему поспать.
***
Кажется, была ночь. Хотя при отсутствии окон сложно сказать. Но то, что было тише, это однозначно. По крайней мере пока не появилась она. Какая-то курносая девочка, едва достигшая совершеннолетия, беспардонно растолкала Кэлли, пихнув под нос склянку с золотым песком, больше похожим на влажную пыль, что из-за своей плотности тяжело перекатывалась в стеклянной посуде.
- Где ты это взял? - без всяких предисловий, спросила она.
Пациент ощутил в себе силы сесть и тут же это сделал. Сквозь заспанные щёлки глаз он вглядывался в странную девицу, выделявшуюся средь прочих его знакомых засаленным джинсовым комбезом, натянутым поверх голубой футболки, с каким то ярким персонажем на груди, принт которого давно стёрся, не позволяя определить его даже примерно. Она сдула свалившийся на глаза локон светлых волос и взметнула небольшую косичку, закинув её за спину.
- Глухой, что-ли? - нависнув над больным, спросила она ещё настойчивее.
- Я не знаю, что ответить, - спокойно произнёс Кэлли. - Я даже не знаю что это.
- Этот песок из твоих карманов. Я всё выскребла, что смогла. Но его всё равно мало, - она спрятала колбу в нагрудный карман и, подойдя поближе, рассмотрела едва отросшие волосы на правом виске. - А где взял? Там ещё есть?
- Я не знаю, - так же спокойно, ответил парень вновь.
- А что ты вообще знаешь?
- Вообще ничего.
- Оно и видно, - пренебрежительно отозвалась девушка.- А зовут Кэлли? Странное имя для парня.
- Скорее всего оно не моё. Просто так написано на моём пистолете.
- А пистолет где?
- А кто ты собственно такая? - вдруг ощутив укол мимолётной злости, спросил больной.
- Я Рин. Главный электрик на этом уровне и нейромант. Ты должен меня слушаться.
Кэлли скривил морду, сомневаясь в последнем заявлении. Но спросил о другом.
- Что такое нейромант?
- Вот темнота-а-а, - протянула девушка, усаживаясь на табуретку и подгоняя её в впритык к кровати. - А когда ты всё вспомнишь?
- Да не знаю я, - воскликнул пациент.
- Тише, тише. Незачем так кричать на девушку.
Парень удивлённо помотал головой несуразности этой особы, признавшись ей:
- Ты самая неординарная личность, которую я встретил после пробуждения.
- Спасибо. А остальные тут просто замшелые пни. Знаешь, что такое пень? Я знаю. Нам слайды в школе показывали. Доисторические динозавры. Знаешь, что такое динозавры? Я зна... - ей не дали договорить, кто-то открыл дверь в больничное крыло. - Ладно, потом поболтаем.
С этими словами она ускакала прочь, оставив гостя одного, размышлять о всех тех странных пнях и динозаврах, о которых он и правда ничего не знал.
***
Он проснулся от ругани в прихожей. Кажется, Маринетт кого-то не хотела впускать. Кажется, этот кто-то была Рин. Он поднялся с кровати и ещё раз пощупал голову, всё ещё ощущая какую то странную пустоту там, где уже была здоровая плоть с короткими тёмными волосами, топорщившимися во все стороны. Нацепив тапочки, он побрёл в сторону криков.
- У меня важное дело к Хранителю Мимиру! А так как меня к нему не пускают я буду ждать его сына, который навещает пришельца, дабы донести мысль до этого старого курдюка! Знаешь ли ты, Маринетт, что значит курдюк?
- Я не знаю, - донёсся голос Кэлли, улыбка на лице которого натянулась при встрече с подругой, которую он не видел с момента их последней и первой встречи, почти две недели назад.
- Не удивлена! Я от тебя ничего кроме этого и не слышала! Тебя впору назвать Незнайкой, - тоже от чего то улыбнувшись, прокричала девушка.
- Тебе нельзя здесь находится, Рин. Сейчас это запрещённая зона. Как ты сюда вообще прошла? - оттаскивая взбалмошную девку к двери, вопила женщина в халате.
Вдруг металлическая дверь распахнулась, и на пороге показался Назим с двумя молодчиками в серой форме. Прогромыхав каблуками, он зашёл, запустив внутрь клубы пыли снаружи, где виднелось обширное пространство, всё усеянное оранжевыми лампами, с десятком лифтовых шахт по центру.
- Всякий раз заслышав крики, я точно знаю кого увижу, - заявил лейтенант, упирая кулаки в бока. - Вот что тебе не сидится у себя на уровне? Неужели работы мало?
- У меня выходной. Имею право! У нас тут ещё не диктатура, знаешь ли. Ты вообще знаешь, что такое диктатура?
- Знаю, дура. Мы ведь в одном классе учились. К тому моменту последний пак слайдов был уже обнаружен.
- Мне нужен Ардэт, - не дослушивая ерунду из уст стража, заявила девушка. - Дело важное. Я знаю, как починить фабрикатор еды.
Все переглянулись, ни на грош не веря в сказанное, но Маринетт вглядывалась в лицо девушки дольше остальных, кажется, впервые увидев в них серьёзность заявлений.
- Позови Капитана, - произнесла она, глядя на одного из стражей. - Мы подождём здесь.
***
Когда все собрались вокруг стола и даже Кэлли сидел в первом ряду, Рин начала объявление:
- Как вы все знаете, я являюсь последним нейромантом в Башне Возрождения. Я нейромант Рин, дочь Рикарда, который так же был нейромантом, сыном...
- Рин, - прервал её сидящий прямо возле громыхающей девушки Ардэт. - Постарайся покороче, пожалуйста. Мы, как и ты, лишь на уровне домыслов можем предполагать, что вообще делали нейроманты. Сейчас ты с помощью своих способностей можешь запитать лампочку. Ну две. Как нам это поможет с фабрикатором.
Девушка натянула хитрую лыбу.
- До некоторых пор я тоже не понимала в чём суть. Но появился он! - она уставилась широко раскрытыми глазами на вжавшегося в табуретку Кэлли, - И принёс дары!
- Пистолет, что ли? - поинтересовался капитан. - Судя по всему он не рабочий.
- Нет же, олух... - помотала головой нейромантка.
- Да, я знаю что такое олух, продолжай, - нанёс упреждающий удар капитан стражей.
- Вот это, - высыпав на стол склянку с золотистым, мокрым на вид песком, заявила девушка. - Кажется это то, что в нашем семейном архиве называют универсальным полимером.
Несколько пар глаз впились в развалившийся комок на железном столе.
- Чем он так универсален? Вообще не похож на обычный полимер, - недоверчиво заметил Назим.
- Потому что он универсален, болван! - рявкнула на него Рин. - Я, с помощью электромагнитного воздействия своего нейромантского мозга могу придать этому песку какую угодно форму и какую угодно структуру. Быстро говорите, что мне сделать?
- Можно мне новый микроскоп? Очень нужен... - спросила Маринетт, заглядывая в тускнеющие глаза девушки.
- Ну... вот вы тоже, а... не могу я микроскоп. Точнее могу, но надо знать схему. Это сложное устройство. Короче, я не смогу его сделать с бухты-барахты, - оправдывалась девчушка.
Тут в стол с размаху влепился метательный нож и Ардэт заговорил:
- Углеродистая сталь, длина сто двадцать миллиметров, толщина три.
Девушка вылупилась на нож, хмыкнув, сказала:
- Да, я смогу. Это я смогу.
Подведя ладони к золотому песку, она пропустила электрический заряд и, приподняв частички с помощью электромагнитного поля, совершенно интуитивно начала переиначивать структуру из сыпучего в текучий. Растёкшийся сгусток на глазах нагревался добела и растекался в форму заготовки, где уплотнился без всякого молота. Резкое охлаждение обдало пространство паром, от чего все собравшиеся отпрыгнули вместе со стульями. Когда всё завершилось, Рин стояла, держа в руке точную копию ножа, воткнутого в стол.
Подойдя по ближе и забрав копию, Ардэт спросил:
- Кто тебя научил?
- Песок сам подсказывает, что с ним делать и как. Нужно только знать схему того, что творишь и химический состав.
- И таким вот образом ты можешь воссоздать любую часть фабрикатора?
- Судя из того, что я слышала, заменять там много чего. Нашего песка не хватит...
- А где ты этот раздобыла?
- Вы ведь выбросили его штаны? Так... Проходя по близости с печью, примерно десятью этажами ниже, меня будто что-то повело в эту сторону, а спустя пол часа я уже стояла с разорванными и окровавленными штанами в руках, вышкрябывая из карманов песок.
Проведясь по острию, капитан послушал звон лезвия, размышляя над сказанным и задумчиво произнёс:
- Всё это даёт нам шанс. Кэлли, попытайся вспомнить где ты раздобыл этот песок... Кэлли? - внезапно осознав его отсутствие за столом позвал Ардэт.
- Он тут, - поднимая того вместе со стулом, успокоил Назим. Но кажется у него...
- Я шёл к вам один... - внезапно заговорил пациент доселе от него не слыханным голосом полным уверенности. - Я шёл к вам с рюкзаком полным «Золота». На меня напали, и я спрятал свою ношу неподалёку отсюда. В сером строении, начинающемся над песками и заканчивающимся под ними. Тесные узкие коридоры. Кажется, это называлось каютами. Кажется, то место называлось авианосцем, - он повернул голову к Рин, серьёзно спросив: - Ты знаешь, что такое авианосец?
- Э-э-э, сейчас, сейчас... не подсказывай... кажется, это что-то связанное с едой... - занервничала девушка.
- Я знаю, что это. Читал в старых книгах, - заявил Ардэт. - Золото это и есть универсальный полимер?
- Да. Вроде бы так его называют, - кивнул подстреленный. - При мне ещё что-то то было?
- Немного, - ответил мужчина. - Мы поместили в хранилище всё, что более менее уцелело. Пистолет, куртка обшитая бронированными пластинами и маленький нерабочий компьютер с пустым накопителем в кармане куртки, - он немного помолчал, дав переварить услышанное, а после заявил: - Назим, у тебя три дня что бы натаскать Кэлли перед вылазкой. А потом мы отправимся на встречу... чему бы то ни было.
- А я пойду с вами! - заявила Рин.
- Она права, - кивнул пациент, тут же объяснив свою позицию: - Я не помню точного места где спрятал рюкзак, а она нейромант, она чувствует присутствие универсального полимера.
Спорить было не с чем. На кону было выживание селения.
Глава 3
С утра пришёл Назим, с порога обнаружив, что Кэлли уже встал и переоделся в выданную ему форму стража. Дверь скрипнула и двое ребят оказались на платформе номер семьдесят девять, носившая функцию больницы. Запах нагретого песка, пачули и тысяч жителей ударил в нос Кэлли. Он услышал громыхание лифтов и звонкие удары ботинок об железные платформы наверху. Парочка полимер-хирургов прошлась мимо, едва не споткнувшись, но продолжая усердно оглядывать новичка извне, коих башня ещё не видела.
- Никогда, - произнёс лейтенант. - Нас ещё никто никогда не посещал. Ни разу. Вообще. Так что не сердись на зыркающих. Ты являешь собой главную новость за последние поколения.
- Многовато ответственности...
- Ответственность - это то, что делает тебя взрослым. Так говорит мама. Пойдём, нам вниз, - нисколько не смутившись, выдал юный офицер.
При поездке вниз они остановились пару раз на других этажах и забитая людьми кабина, обступив нового жителя, поехала дальше. В этом всеобщем внимании Кэлли стало не по себе, но, к счастью, никто с ним не заговорил, только дико таращились, как на неведомую зверюшку. Пару раз послышалось слово «Чужак» но без обвинительной коннотации, а скорее как констатация факта.
Они вышли на уровне двадцать пять и, пройдя длинный, огороженный сеткой проход, упёрлись в дверь с окошком. В окошке показались глаза и, углядев Назима, впустили посетителей внутрь.
- Это наш военный центр. Большая часть вооружения хранится и производится здесь, - объявил лейтенант, обводя рукой три широких коридора уходящих в глубь. - Точнее, тут находится цех по сборке готовых деталей произведённых на фабрикаторе оружия, в готовые изделия.
Из дверей кабинетов повыскакивали головы молодых бойцов, протирая дыру на новеньком. Под неусыпным взором местных они пошли вдоль центрального прохода, уходящего в глубину пористой структуры башни. Пройдя пару метров, послышалась ругань, и голос был знакомым. Отворив железную дверь, они прибыли на стрельбище, где вдоль кабинок стояли три стрелка, оттачивая меткость. А с самого края стояла Рин с огромным пулемётом, на которую кричал седой старикан, но было то бесполезно, ведь девушка заблаговременно нацепила на уши огромные наушники, не желая слушать глупостей доисторического динозавра.
Назим объяснил сержанту, отвечающему за курсантов, ситуацию с туголобием юной неофитки, пообещав лично проследить за ней.
- А-а-а, - прокричала нейромантка. - Припёрлись. А я тут уже стреляю!
Она направляла оружие в далёкую мишень, тщетно нажимая на курок, пока с неё не содрали наушники и не отобрали пулемёт. Сняв со стены небольшой угловатый автомат, лейтенант вручил его девушке, на что услышал комментарий, сказанный недовольно-пренебрежительным тоном:
- Мелковат...
- Сними с предохранителя, - спокойно начал юный инструктор, своей юной ученице. Упри приклад в плечо. Направь ствол в сторону мишени...
Он не успел договорить, когда стрекот оружия заволок пространство, и под воздействием отдачи девушка свалилась на пол, покрошив бетон над собой. Она всё ещё жала на спусковой крючок, пока не выпустила всю обойму. Засыпанные жёлтой крошкой два тела валялись на полу. Глаза на жёлтом от пыли лице Назима раскрылись, с яростью впившись в довольную Рин.
- От же, дура. Да и я хорош. Подпустил тебя к заряженному оружию.
Незаметно для всех, отошедший в сторону Кэлли, глядя, как поднимаются его новые друзья, разбирал выбранную им валыну, больше похожую на вытянутый шлакоблок чёрного цвета. Он, сам не понимая, что делает, собрал оружие в исходное положение и, легонько его подбросив, нажал на кнопку активации. Ребристый приклад с приятным слуху скользящим звуком упёрся ему в плечо, ствол немного вытянулся вперёд, а одна единственная ручка отъехала вниз, так удобно улёгшись в хватке. Он сделал два шага в сторону барьера и, прицелившись в мишень, дал длинную очередь быстро привыкнув к отдаче. Он нажимал и отпускал блестящий крючок опоясанный спусковой скобой, ощущая какую-то забытую радость. Он переключился на однозарядный режим стрельбы. Скорость появления мишеней всё увеличивалась с каждым убитым противником, появляясь то сверху, то выглядывая сбоку. И так, пока магазин на сто патронов не опустел. Два покрытых бетоном призрака и все те, что были на стрельбище, бросив тренировки, глядели через плечо Кэлли, который, наконец, отложил автомат, поставив его на предохранитель. Он обернулся к собравшимся, искренне улыбаясь.
- По моему, Чужак побил рекорд лейтенанта... - произнёс кто-то в тишине.
- И капитана Ардэта... - добавил лейтенант Назим, протирая глаза от пыли.
- Как тебя вписать? - послышался голос сержанта по громкоговорителю.
- Кэлли, - выкрикнула Рин. - А ещё лучше, Кэлли, стрелок, который утёр нос доисторическим динозаврам впервые взявшись за валыну!
- Это всё не влезет, - сообщил голос.
- Тогда просто, Кэлли Чужак, - произнёс новичок, легонько улыбнувшись подруге.
На табло загорелось названное имя возле номера один и коротко сыграли электронные трубы.
- Итак, учить стрелять тебя не надо, - посмотрев на Чужака, констатировал Назим. - А тебя бесполезно, - глядя на нейромантку. - Тогда давайте оденем вас в тактическую броню, что бы успела притереться во всех местах. А потом, капитан просил меня отдать тебе твои вещи.
***
Они зашли в низкую комнату освящённую направленным светом от углов к центру, в одной из стен которой было множество ячеек с сетчатыми дверцами. Одна из них лязгнула и отворилась нараспашку, врезавшись в приготовленную руку лейтенанта. Схватив пластиковый мешок, он высыпал всё на железный стол, начав комментировать:
- Крутая куртка, неработающий карманный девайс и не стреляющий пистолет, - всё теперь снова твоё.
Чёрную приталенную куртку тут же схватила Рин, звякнув металлическими пластинами внутри подкладки, нацепила на себя, быстро прокатившись собачкой по зубчикам молнии и довольная засунула руки в обширные карманы по бокам.
- Единственную стоящую вещь ты только что прошляпил, - проинформировал Назим.
Но Кэлли пристально всматривался в прямоугольный кусок ровного камешка, в котором узнавался маленький, но всё же пистолет. Поднеся руку к заворожившему его предмету, он осторожно подхватил его за рукоять, который с едва слышным «клик» считал ген хозяина и привело себя в рабочее положение, выдвинув рукоять и ствол, наконец, перестав походит на кусок камешка. Оружие идеально лежало в ладони, оставаясь всё таким же небольшим. Холодный материал приятно покалывал кожу, пока происходил выход из гибернации и проверка систем, в конце которой сбоку загорелась голубая строчка голограммы, указывающая на ноль процентов заряда. Пистолет кликнул вновь и выключился окончательно.
- Недолго музыка играла, - прокомментировал уже успевший поразится лейтенант. - У нас таких технологичных штуковин отродясь не бывало. Кажется он реагирует только на прописанный в нём ген-код... А как его заряжать?
Кэлли не на шутку задумался над вопросом, повертев пистолет под разными углами. Но единственное, что нашлось, это отверстие ствола под весьма небольшой калибр, а больше ничего.
- Дай сюда валыну, - попросила девушка, уже выхватывая её из неуверенных рук.
Электрический разряд пробежался вдоль рукояти и, голубая голограмма с изображением молнии осветила правую сторону оружия. Рин интуитивно придала направленные усилия, выпуская заряд и так несколько минут к ряду. От натуги девушка вся раскраснелась и чуть не свалилась без сознания, но её подхватил хозяин оружия, усадив на стул.
- Ой-ёй... - произнесла нейромантка обессилив. - Будто напрягла какую-то мышцу, о которой и не знала до сегодняшнего момента.
Голубой огонёк моргнул вновь, на мгновение показалась цифра ноль целых одна сотая и оружие сложилось в ждущий режим.
- Может получится выстрелить? - с надеждой предположил Назим.
- Верно, пойдём шмалнём! - выкрикнула бойкая девушка, вскочив на месте и вновь в изнеможении летя к полу.
С двух сторон её поддержали галантные кавалеры и, перекинув её ручки через мужские плечи, потащили раскрасневшуюся от такого наплыва внимания девчушку к стрельбищу. Кэлли находу закинул свой маленький компьютер в нагрудный карман комбеза Рин.
Посадив нейромантку на скамейку и встав возле барьера, Чужак вытянул руку с сжатым пистолетом перед собой. Моментами казалось, что ручка посылает слабые электрические импульсы, подталкивая руку в нужном направлении, будто точно считав место, куда целятся глаза носителя. Расслабив плечи, Кэлли нажал на курок. Шелестящий звук быстро сменился негромким тяжёлым хлопком и, лёгкая отдача едва заметно прошлась по руке вибрацией. Снаряд, больше похожий на сгусток чёрной материи, пронёсся от предполагаемого бойка по стволу, осветив на мгновение едва заметную полоску на боку пистолета. Со скоростью, что сильно превосходила скорость порохового патрона, чёрная точка в несколько миллиметров диаметром впилась в бумажную мишень, пробив насквозь железное основание и остановив свой ход в дальней стене стрельбища.
- Кажется... я помню это, - повернувшись к друзьям с улыбкой до ушей, объявил Кэлли.
Встав на позицию, стрелок перехватил пистолет двумя руками, почти полностью закрыв оружие. Он спускал крючок, вновь и вновь пробивая железную основу. Каждый выстрел отдавался тем странным и без сомнений приятным слуху звуком, который казался ему родным и даже успокаивающим. Ему казалось, что пока с ним его пистолет, ему ничто не страшно. И пока с ним его пистолет, он преодолеет любую опасность. Спустя двадцать выстрелов, он неожиданно для себя задался желанием снести мишень целиком и, спуская крючок, ощутил, как оружие вобрало в себя остатки энергии, выпустив заряд, который за миг разросся на несколько калибров больше. За одно мгновение пуля пробила дыру размером с апельсин и влепилась в бетон, завершив свой ход на глубине в метр. Отдача сильно ударила по рукам, едва не уронив стрелка на лопатки от неожиданности. Голубой огонёк показал ноль и пистолет выключился.
- Теперь и я такой хочу, - произнёс шокированный Назим. - Давай Рин, заряди его ещё разок!
- Сдурел?! - завопила девушка. - Я еле сижу!
Кэлли долго стоял, ощупывая металл своей новой старой пушки. Что-то вертелось на языке и в памяти. Что-то важное. Он переключил внимание на это, и руки его привычно пытались затолкать пистолет в кобуру под мышкой, но так и не находили нужного отверстия.
- Это ищешь? - отвернув левый бок куртки на изнанку, спросила нейромантка, продемонстрировав приделанную кожаную кобуру в подкладке.
Чужак машинально кивнул и подошёл. Встал на одно колено, воткнув оружие на законное место. Стрелок всё ещё пытался вспомнить, но не мог побороть пустоты в памяти, он так и завис с рукой возле груди Рин, пока не услышал, как Назим прочищает горло с каким-то намёком. Очнувшись, Кэлли посмотрел девушке в глаза и тихо произнёс:
- Можно попросить заряжать его по чуть-чуть? Но так что бы ты не выматывалась, как сегодня, - и не дождавшись ответа, добавил: - Кажется, он был очень важен для меня.
Девушка, оценив всю серьёзность просьбы, уверенно кивнула, закрыв полы куртки и надёжно застегнув её на замок.
Глава 4
Эта ночь была полна кошмаров. Много людей, много огней. Лица, искорёженные и прошитые металлом, в хитросплетениях которых невозможно было понять, где заканчивается органическая плоть, а где начинается железо. Он куда-то бежал. Или откуда-то убегал. Не понять. Звуки выстрелов из рельсовых стационарных орудий. Всё кругом разносят на куски. Он видит людей возле себя. Они так похожи, будто братья. Их ноги столь быстры, что они успевают уворачиваться от летящих в них снарядов. Вдруг всё смолкает, и он остаётся один. Чувство преследования не покидает его. Он несёт информацию. Что-то, что может изменить сложившийся ход вещей. Неприятный клик пистолета. Заряд почти иссяк... ему не успеть?
Он с криком просыпается на больничной койке, насквозь пропитанной потом. В машинальном рывке пытается выхватить что-то из под мышки и не находит. Чувство уязвимости охватывает его. И вдруг он вспоминает, громко произнеся:
- У нас не получится!
Ощущение перегрева. Кожа покраснела. Подойдя к зеркалу, он оглядывает замученное лицо с мелкими протяжёнными шрамами, проходящими под разными углами. Тут же лежит электронный термометр. Приложив к запястью, он осматривает циферблат. Сорок пять светится в полумраке палаты, где его разместили со всеми удобствами. Кажется, при такой температуре люди не живут. Тяжело шлёпая по гладкой плитке, Кэлли направляется в душ. Включив холодную воду, долго стоит под напором, не ощущая холода. Вдруг вспоминает вновь, произнеся уже тише:
- Не получится. Мы и ста метров не пройдём.
Способ есть, и он его знает, но не может вспомнить... ведь он точно помнит, что ответ где-то записан... только где.
Дверь медицинского помещения захлопнулась. Юноша в одних штанах стоит, облокотившись на холодные перила, вглядываясь в подсвеченные окошки селения в виде огромного колодца, уходящего вниз и вверх. На этаже никого. Ему становится безумно одиноко, и чувство ему это не нравится. Ноги сами тащат его по мосту в сторону площадки лифта.
Уровень сорок пять. Жилые коридоры с пронумерованными квартирами. Дверь без номера и с простеньким граффити белого зайца. Парень поднимает кулак, но дверь распахивается раньше. Полностью одетая Рин удивлённо глядит на него.
- А я как раз к тебе собралась. Заходи, - взяв за руку она затаскивает его к себе.
Небольшая комната, одна часть которой полностью зарисована малочитабельными надписями вызывающе ярких цветов. В углу стоит большой стол, заваленный чертежами конструкций и электросхем, поверх которых валяются стопки наполовину сгоревших текстолитовых плат. На подставке дымится паяльник. В другом конце - незаправленная кровать. Всё это подсвечено самодельной люстрой занимающей половину потолка в виде длинных прямых ламп, развешанных спиралью и уходящих вбок. Оранжевый свет мирно разливается вокруг, приятно обволакивая юношу. Чувство одиночества он более не испытывает.
- Твои КПК включился! - заявляет Рин. - Точнее та его часть, которая работает на той же энергии, что твои пистолет, - указывает она на стол, где лежат куски разобранного компьютера, корпус которого зажат в железных клешнях. - Там только один файл. Схема в виде трёхмерного чертежа и химическая структура какого-то непонятного метала. Я соединила всё так, как показано и создала образец с использованием универсального полимера, ну то есть золота... и вот что вышло.
С лязгом она стянула пластину со стола, всучив Кэлли в руку. Метал поделённый на сегменты какими-то выпуклыми линиями. Не холодный и не тёплый.
- Будто внутри него вены. Как в людской коже, - сделав жест «взрыва мозга» объявила девушка. - Как думаешь, для чего он?
- Это сегмент брони, - уверенно ответил юноша. - Такими пластинами наполнена моя куртка. Но кроме физической защиты, этот материал выполняет функцию экранирования человеческих вибраций от Охотников, Наблюдателей и всего, что находится вне башни.
- Кто они? - боязливо спросила девушка. - Почему они не выпускают нас отсюда? Зачем они нас убивают?
Плечи Кэлли дёрнулись в полнейшем неведении.
- Могу лишь сказать, что они не могут проникнуть внутрь. Это я помню...
- Башня состоит из этого материала? - озвучила она догадку.
- Нет, - мотнул головой парень, садясь на стул. - Кажется они не могут войти, потому что им нужно разрешение.
***
- То есть мы не можем послать взвод? - глядя на кусок странной пластины, спросил Ардэт.
- Не получится, - ответил Кэлли, стоящий напротив.
- Чужак, - начал Хранитель Мимир и осёкся, - Ничего, если я буду тебя так называть? Не хотелось бы обидеть гостя.
- Никак нет, от части я сам выбрал себе это имя, - легонько улыбнувшись, ответил юноша старику.
Хранитель кивнул в ответ и заговорил:
- Что там снаружи? Кто там? И на сколько они опасны? Есть ли у нас шанс на выживание если отправимся туда?
- Лишь смутные образы всплывают в моей памяти. Я не могу сказать кто там. Я не помню. Я знаю только то, что нам там не прожить долго без экранирования обеспечиваемого этим материалом, - он указал открытой ладонью на стол с чёрной пластиной, испещрённой серыми прожилками.
- Сколько мы можем укрыть людей? На сколько хватило песка? - обратился капитан к нейромантке.
Девушка подняла руку и осторожно показала два пальца. Послышался тяжёлый выдох Ардэта и его же голос обречённо озвучил:
- Два человека против смертельного, неизвестного врага...
- Три человека, - подбодрил его Назим. - Куртка Кэлли вся утыкана этими пластинами. - Для меня и Рин нужно сшить такие же.
- Я не могу заставлять двоих гражданских выполнять работу солдат, - заявил мужчина.
- Это и не требуется, - с залихватской улыбкой, заявила нейромантка, предупреждая отказ её участия в путешествии - Я готова выступать прямо сейчас.
- Судя по моим навыкам, я не являюсь гражданским, - выступив вперёд, поддержал подругу Чужак. - Я пригожусь в походе.
- А я прослежу за этой парочкой, - закинув длинные руки на плечи своих новых товарищей, подытожил лейтенант.
Ардэт желал воспротивиться, но его перебил Мимир:
- Погоди, сын... Кажется, тут все поняли, что ты хочешь сказать. Но тебе стоит остаться тут, в башне. Ибо тебя люди воспринимают как лидера. И глядя на тебя в них зиждется уверенность в спокойном завтрашнем дне. Хочешь ты или нет, но именно ты выбрал себе подобное амплуа, - он посмотрел на Рин с вызовом, спросив: - Знаешь, что такое амплуа, девочка?
- Погоди, погоди... сейчас, я точно помню! Это что-то про... еду, кажется?
- Угадала! - бодро выкрикнул старик.
- И твой главный приз туристическая путёвка в бескрайние просторы наши родной пустыни и возможность приобщиться к чужой культуре живущих за чертой башни... кого-то, в общем, - хлопнул её по спине Назим.
К сожалению девушка не смогла как следует обрадоваться, усиленно вспоминая, что же значит «туристическая путёвка».
- Они уже сработались. Они справятся, - глядя на сына, озвучил Хранитель. - И потом, Чужак обладает технологией, которая может оказать серьёзный перевес в нашей тихой войне с внешним миром.
Ардэт молча смотрел на улыбающегося Кэлли, чьё лицо со всеми этими шрамами выглядело под определенным углом ещё более взрослым чем его собственное. А в глазах этого юнца была как доброта, так и суровость, готовая защищать своих людей, которых он, кажется уже выбрал. Придав голосу уверенности, капитан заговорил:
- Решено. Сегодня вам сошьют новую форму. А завтра вы отправитесь на миссию по спасению нашей башни.
Трое двадцатилетних детей выстроились в ряд. По команде, которую с ними отрабатывал Назим, они, задрав подбородки, приняли приказ, прижав руку козырьком ко лбу. И когда Ардэт уже было поверил в их серьёзность, послышался истошный смешок Рин, залившей всех соплями в ненормальном гоготе.
***
Тишина. Здесь всегда так тихо. Это потому, что звуки не просачиваются сквозь вечные облака, тянущиеся с поверхности, на которую жителям башни нет пути. Не было до сих пор. Теперь же всё изменится, правда, никто не может предположить к добру это или к худу.
Двое людей сидят у самого края монолита, свесив ноги вниз. Приятный ветер с какими то пряными нотками обдувает их юный лик, освещая светлую кожу в холодные тона.
- Знаешь, на самом деле я не главный электрик... - осторожно поглядывая на реакцию собеседника, произнесла девушка.
- Да быть не может! - воскликнул Кэлли, неожиданно живо для обычного себя. - Никогда бы не поверил.
Встретившись взглядом, они немного помолчали, после чего взорвались в хохоте. Дав волю эмоциям, они успокоились, а Рин, судя по всему, расслабилась настолько, что решила выложить тайну:
- У меня ещё никогда не было человека, которого бы хотелось назвать своим другом...
- А сейчас, значит появился? Может хочешь меня с ним познакомить?
- Нет, он слишком заносчивый и слишком молчаливый. Ты с ним и минуты не протянешь, - подыграла девушка, фыркнув напоследок и прижавшись плечом к плечу друга.
- Вообще-то я здесь, - лёжа на спине и болтая ножкой, заявил Назим.
- Ты что-нибудь слышал? - вдруг спросила Рин и тут же себе ответила: - Должно быть показалось...
Какое-то время они сидели слушая скрипы песка и завывание ветра со стороны выхода на крышу. Погода сегодня была будто яснее, чем обычно, и сквозь дымку прослеживались самые яркие из звёзд. Всего несколько дней потребовалось Кэлли, что бы сблизиться с этими двумя индивидами, столь сильно отличавшимися от остального населения. Или просто так сильно подошедшими ему по духу. От этого в разуме юноши разливалась приятная теплота, которую он, и он точно это знал, ощущал впервые.
- Тебя сторонились из-за твоих способностей? - спросил Чужак.
- Не-е, - мотнула головой нейромантка. - У нас тут все к друг другу относятся по доброму. Но нам читали про старый мир. Воровство, предательство, угнетение человека человеком. У нас такого нет. Главные преступления у нас, это когда двое выпивох решили помериться силой на кулачках. Обоих выхаживают и приговаривают к месяцу без спиртного. От того у нас всего сорок стражей на пять тысяч человек населения.
Она взяла паузу, тревожно о чем-то задумавшись. И почти сразу выдала мысль:
- Все те люди под нами, они ведь даже не в курсе о поломке фабрикатора еды. Думаете, мы превратимся в таких же как они? Людей из прошлого... Если отобрать элемент спокойствия и уверенности в завтрашнем дне... Потому Хранитель Мимир решил пока не говорить никому?
- Мы такими не станем, - уверенно заявил голос лейтенанта позади.
- Возможно, что станем, - кивнул парень справа. - Ты это произнесла и мне показалось, что я уже видел подобное... Упадок целой башни. Не помню где и не помню по какой причине. Помню эмоцию... Страх, им заразились все, а страх потянул за собой всё омерзительное, что есть в людях.
Послышались серьёзнейшие мозговые активности внутри черепной коробки Назима, который не мог заставить себя поверить в существование подобного зла в нём и всех кого он знает.
Рин прижалась к Кэлли, кажется тоже ощутив описанное и впервые в жизни ей захотелось помолчать.
- Не переживай, - аккуратно погладив ей голову, произнёс собеседник. - Мы сделаем всё возможное чтобы не допустить упадок вашего Монолита Возрождения.
- Может лучше нашего? Теперь он и твой дом, - не поворачивая головы, сказала девушка.
- Я ведь Чужак. Забыла?
- Они не хотели тебя оскорбить, называя так... - начала оправдываться Рин.
- Я знаю, - перебил её Чужак. - Но все равно были правы. Возможно мне стоит поискать свой дом, по крайней мере выяснить кем я был. Но позже, сначала разберёмся с фабрикатором.
Послышался горестный всхлип и девушка отвернулась в сторону.
- Я не говорю, что покину вас навсегда, просто хочу узнать о себе чуть больше, - оправдался парень.
- Каждая вылазка наружу смертельна. Никто ни разу не вернулся. И что-то мне подсказывает, что у нас шансов тоже маловато, - отрапортовала она, играясь с пылинками на гладкой поверхности крыши.
- С этим всё будет иначе, - постучав по нагрудной пластине внутри куртки, заверил её Кэлли.
- Только если я не напортачила со структурой, - наконец улыбнувшись и поглядев на друга, усмехнулась она. - В ином случае нам хана. Знаешь, что такое хана?
- Да, это когда кирдык, - ответил Кэлли, глянув на нахмурившегося лейтенанта.
***
Раннее утро в практически пустой белой зале. Слышны только гудения ламп высоко под потолком и звенящий шорох песка в вентиляции. Два человека с массивными рюкзаками на спинах подвешивают прямоугольные карабины на плечо. Одна девушка довольствуется укорочённым автоматом, у которого кто-то прозорливый заклеил предохранитель, нацепив на него датированную пломбу. Все трое в тёмной бронированной форме, плотно облегающей тело с черепашьим выпуклостями на каждом суставе. У каждого на поясе висит шлем с прозрачным щитком со встроенными наворотами. Один из троицы выделяется стильной курткой.
Женщина кладёт каждому в карман по три батончика шоколада с высокой калорийностью.
- Сама синтезировала, - объясняет Маринетт, едва удерживаясь от слезинки.
Подходит Ардэт, силясь сказать напутствие, но вместо солдат видит перед собой детей, которых самолично отправляет на убой. Горло перехватывает от ощущения стыда. На его плечо падает высохшая рука Мимира, который берёт слово:
- Не будем нагружать ребят сверх того, что они услышали на брифинге.
- Вас не принуждают, - вдруг вырвалось у капитана. - Если хотите отказаться, то сейчас самое время. Ещё не поздно.
Трое бойцов лишь переглядываются, туповато улыбаясь начальству, но всё же ощущая тревогу перед неизвестность.
Шестерни на двери приходят в движение и голос объявляет:
- Закроются через десять секунд.
Да... во власти жильцов башни была только одна единственная кнопка нижнего этажа, позволявшая приоткрыть дверь раз в сутки на несчастные десять секунд. А всем остальным заведовал компьютер, не подпускавший людей к управлению.
Три пары сапог быстро понеслись по бетонному покрытию. Внезапно звонкое эхо залы переменилось глухим топотом по мелкому песку, и послышался лязг закрывающейся двери. Последнее, что они увидели, были печальные глаза Ардэта, который так и простоял там до самого закрытия, в бессилии сжимая кулаки. Негоже посылать детей на войну, но цинизм правильности этого поступка заключался в том, что у него в преимуществе перед Назимом был только возраст, но не опыт ведения боя с неизвестным противником. И в таком ключе его возраст скорее был огромным минусом. Хранитель был прав. Старикам вроде него место в башне, здесь от них есть хоть какая-то польза. А будущее должно быть в руках молодых. Но от чего-то всё это звучало как способ оправдаться. Что-то на уровне той цитаты, которую он прочёл в одной из книг библиотеки. Что-то вроде «Патриотизм - последнее прибежище подлецов», но как же она относилась к данному случаю... кажется, самым непосредственным образом.
- Хватит себя корить, - донёсся голос Маринетт. - Ты и сам знаешь, что от тебя там толку не больше чем от любого из них. Мы не знаем местности. Мы не знаем врага. Мы сидим тут, как сельдь в бочке и тухнем год от года. А новое оставь молодым! Они гибче. У них больше шансов приспособиться и выполнить задание!
- Может, конечно, и так, - ответил Ардэт. - Но разве не долг старших защищать молодую поросль.
- Только пока их стебельки не покроются корой, превратившись в гибкий ствол. А эти трое уже у самой черты. Во всех смыслах, - подытожил Мимир.
Глава 5
Три силуэта виднелось у порога огромной стены. Словно блохи возле доисторического динозавра, они терялись в гигантизме сооружения. Один силуэт почесался, неожиданно спросив:
- Ну и-и... что теперь?
- Не знаю, ты у нас командир, - ухватившись за лямки небольшого рюкзака, ответила Рин.
Назим повернулся к Кэлли, который сжимал массивный автомат, в нервозности щёлкая ручку переключения режимов стрельбы.
- Мне казалось, что я что-нибудь вспомню, когда окажусь здесь. Но что-то ничего не припоминаю.
- Отлично, - сыронизировала нейромантка. - Бодрый у нас старт.
Она спрятала руку за полы крутки и быстро вытащила оттуда что-то чёрное, вручив это товарищу. Кэлли принял подарок, узнав именной пистолет и озвучив мысль:
- Целых две десятых процента!
- Уж я постаралась! - радостно рявкнула ему в ответ девушка. - Но не думаю, что смогу выжить из себя ещё заряда в ближайшие дни. Так что экономь.
- Благодарю, - ответил Чужак, поместив его на законное место в кобуре и, ощутив какое-то спокойствие, воскликнул:
- А знаете, по моему нам в ту сторону.
- Вспомнил? - обрадовался Назим
- Нет, но просто так кажется.
Послышался мышиный чих и Рин добавила:
- Да не всё ли равно. До ближайшей башни четыре дня пути и это лишь примерно. Куда не глянь везде клубы жёлтого дыма и песок. Как тут вообще можно ориентироваться.
- Ладно, - спокойно ответил лейтенант. - Давайте пойдём для начала туда. Цепочку не нарушать. Рин по центру.
Три человечка побрели сквозь пыльные облака. Очень скоро, массив монолита пропал из виду.
Ландшафт не радовал разнообразием. Кроме оранжевого песка встречались серые и коричневые камни, торчащие иногда кверху, а иногда создававшие небольшие плато. Никакой растительности не было. Никакой живности тоже.
Примерно спустя две сотни шагов они прошли странный промежуток, где со стороны башни лежали гладкие завалы песка, нетронутые людьми, а дальше стелились изрезанные клочки напоминавшие следы неведомых созданий.
- Здесь проходит граница разрешённой зоны, - внезапно произнёс Кэлли.
- Понятно. Дальше ни слова... - обозначил приказ Назим, надевая шлем и закрывая панорамное забрало. - Общение только жестами и по защищённому каналу. Помните, радиоволны не достают дальше пятисот метров.
- И это меня всегда удивляло, - прокомментировала ограничение Рин, нажав на внешнюю кнопку под шлемом.
Лейтенант шлёпнул по шлему девушки, призывая к субординации.
Так, тихонько шелестя песком, они шли ещё несколько часов, не встречая ни сопротивления, ни кого бы то ни было, пока не присели на короткий отдых. Выпив специально заготовленную смесь из фляжек, они замерли, набираясь сил перед следующим рывком. Донёсся шёпот, на который обернулся Чужак.
- Кому она молится? - тихо спросил Кэлли, глядя, как девушка шепчет что-то в две сцепленные цепочкой монетки, висящий на шее.
- Кому и все мы, древнему богу Аиду, - ответил Назим. - Не уж то не слышал?
Кэлли помотал головой, произнеся имя в слух.
- Странно. Наши предки всегда возносили молитвы этому богу. Мы узнали это из найденных слайдов на минус первом уровне. У нас даже храм есть. Говорят он принимал души мёртвых в своём царстве. Хочется верить, что и сейчас ничего не изменилось.
- А где его царство?
- Там, - указал лейтенант указательным пальцем вниз. - Глубоко под песком. Где течёт река стикс и Херон переправляет души на другой берег. Потому у каждого жителя башни есть две монетки на шее, где выбиты их имена, - он продемонстрировал свои. - Без них ты застрянешь тут и не сможешь воссоединиться с друзьями и роднёй. Хочешь, я тебе сделаю?
Кэлли надолго задумался и отрицательно мотнул головой, сказав:
- Кажется у меня нет родни...
- И всё таки я тебе смастерю когда вернёмся в башню, а именами обозначу «Кэлли Чужак Стрелок» Думаю, третье прозвище ты тоже заслужил, учитывая, как пользуешься оружием.
- Стрелок, значит. Да, тоже неплохо, - прокомментировала Рин по связи. - Но не так отрешённо, как Чужак, а от того не так круто...
В этот же момент послышался шорох песка и скрежет чего-то металлического о камень. Три бойца, быстро вскочив на ноги, скрылись за небольшим камнем. Кто-то шаркающей тяжёлой походкой шёл вдоль кромки видимой части облаков. Кажется, это был человек, но какой то неказистый, будто имел лишние конечности или какие-то уродства. Он остановился и медленно осмотревшись вокруг, сделал нелепый шаг вбок, чуть не свалившись на спину. Утробный звук рычания прокатился по округе, будто он злился на себя и на своего создателя. Он сделал шаг, ступив на каменную поверхность железной ногой. Послышались звуки сервоприводов. И так шаг за шагом он удалялся в другую сторону, прочь от затаившихся диверсантов.
- Что это было... - прошептала Рин в приёмник.
- Местные жители, - ответил Кэлли, ощущая новые вспышки воспоминаний, которые не в силах был сложить в единую картину.
- Думаете, он нас заметил? - спросил Назим.
- Нет, иначе бы он напал, - объяснил Чужак.
- Но зачем бы ему это делать?
- Я не помню... Но если бы не наши экранирующие щитки в одежде, они бы нас обнаружили даже в слепую. Это я точно помню.
- А что у них с телом? - осторожно спросила нейромантка. - Я не разглядела толком, но оно будто опухло. А ещё этот протез.
- Их изменили, - коротко бросил Стрелок, будто в забытьи глядя куда-то в даль ушедшего человека. - Или, скорее модернизировали.
Лейтенант тряхнул головой, скомандовав:
- Ладно, привал окончен. Пойдём дальше. И понадеемся, что... Хотя лучше не будем ни на что надеяться.
Судя по освещению дымки, наступал полдень. Три бойца всё так же двигались в никуда, надеясь на ощущения своего нового друга. А меж тем ландшафт понемногу, но всё же видоизменялся. Тут и там встречались странные железные конструкции, утопленные в песке. Рин остановилась возле странной груды железа и, дотронувшись рукой до круглой штуки, покрытой ошмётками резины, со скрипом крутанула её на установленной оси. Обойдя чуть правее, она увидела кусок белого черепа, торчащего из песка внутри угловатой вещи. Сказав пару слов за усопшего, она вложила в глазницы маленькие медные диски, которые каждый порядочный житель башни таскал с собой на всякий случай. После она побежала к ждущим её ребятам, чтобы вновь продолжить путь.
Ещё два часа пути прошли в тишине и без происшествий, пока они не упёрлись в высокую чёрную скалу, вдоль которой тянулись шаркающие следы как минимум десяти людей.
- Я помню это место, - встрепенулся Кэлли. - Правее есть каньон по которому я бежал по пути в башню. А выйдя из ущелья, рукой подать до авианосца.
- Отлично, - прокоментировал Назим. - Значит не зря мы сюда пёрлись.
Спустя всего сотню шагов, они заслышали скрипящие звуки. Вновь сервоприводы, но вперемешку с бульканьем и хрипящими человеческими звуками. Дойдя до укрытия в виде ржавой стены, покрытой дырами и какой то стёртой надписью, бойцы притихли, разглядывая во встроенные бинокли странную картину.
Один из людей лежал на песке, шевеля культями и наматывая круги вокруг обломков своих же железных ног, что, отвалившись от тела, лежали подле него. Песок смешивался с кровью и чёрным маслом, вытекающим из искорёженного тела. Лицо, наполовину изрезанное и сшитое заново, глядело вверх. А на всё на это взирали глаза двух других людей, не менее изуродованных на вид и сплавленных с кусками железных модификаций.
- Что, вашу мать, там происходит... - проскулила Рин, сдерживая рвотные позывы.
- По моему, тот что на земле упал с утёса, а те что стоят, хотят ему помочь... Но не могут... - прокоменттровал Кэлли.
- Но почему? Не могут... - спросил скорее себя, чем кого-то из присутствующих, Назим.
- Кажется, они на это не рассчитаны... Нет, вспомнил... не запрограммированы, - тихо произнёс Стрелок. - Так или иначе, они оттуда ещё долго не уйдут.
- Предлагаешь вынести их? - догадался лейтенант. - Ладно, твой тот что справа. Насчёт три.
Они расположились поудобнее, выставив полуавтоматический режим стрельбы. И взяв на мушку каждый своего, синхронно нажали на спусковой крючок, поразив каждый свою мишень точно в голову. Два тела завалились назад, но не упали. Что-то переменилось в них. Раздался далёкий пилик, и люди перешли в боевой режим. Раскинув ноги пошире, они сканировали место откуда раздались выстрелы. Всё произошло за мгновение, и вот они уже несутся в сторону врага, разгоняя гидравлику в ногах и намечая цель для поимки. Выстрелы начали раздаваться один за другим. Каждый раз, выпуская по три патрона за нажатие, бойцы попадали в цель, но несущиеся на них враги не желали останавливаться. Они спотыкались, они падали, но быстро вставали и на едва работающих движках и органике плелись вперёд. Раздался парный клик на автоматах. Вся мощь оружия была спущена с поводка и гильзы вылетали одна за другой, усыпав песок под ногами стрелков. Металлические ошмётки сыпалась из повреждённых частей врага вперемешку с кровью. Многочисленные вспышки освещали дымку ущелья с десяток секунд, пока стрекот автоматов, наконец, не затих.
Назим быстро осмотрел циферблат на боковой части оружия, ужаснувшись увиденному.
- Семьдесят патронов.... семьдесят на одну сволочь... и это ещё инициатива была на нашей стороне. А если бы они напали внезапно?
- Тогда нас разорвали бы в клочья, - констатировал Кэлли.
- Что это вообще за люди такие? - в ужасе спросила Рин, выходя из укрытия.
Они подошли к мечущемуся куску плоти и железа, яростно перебирающему культями по мокрому от его же крови песку. Лик его был поделён на две части. Одна из которых была человеческая, а во второй торчало множество красных глаз, будто лампочки от гирлянд. Провода, подобно немытым волосам, рядами располагались от затылка к туловищу.
- Биомеханические люди. Киборги, которых не смогли переделать в полноценных синтетиков, - отрешённо произнёс Кэлли. - Он наступил на железную грудь барахтающегося, произнеся напоследок фразу: - Таким только одна дорога... - прицелившись в голову, он выпустил тридцать патронов, пробив железную броню и разнеся остатки человеческих мозгов в труху.
Дрожь пробежала по спине его товарищей от того, как безжалостно была произнесена эта фраза. Они нервно переглянулись, уткнувшись на Чужака.
- Странное дело, я не чувствую к ним ненависти, но ощущаю её к кому-то другому. Тому, кто на той стороне, - будто ощутив их взгляды, ответил он, нажимая на кнопку выброса.
Скоба со звоном вылетала с верхней полки автомата и на её место быстро была вставлена новая.
- Если нас застанут врасплох внутри этой узкой расщелины... - придя в себя после первого в жизни настоящего боя, сказал лейтенант. - Нам точно конец.
- Может это, сработает? - вытащив из своего рюкзака круглый предмет с кнопкой накрытой решетчатой крышкой, спросила девушка.
Но не успела она это договорить, как с двух сторон послышался лязг железных конечностей, и красные глаза на изувеченных лицах показались сквозь дымку.
По негласной команде два парня нырнули в ущелье, беспардонно волоча за собой болтающуюся девушку. Единственный путь в несколько метров шириной стелился прямой линией. И уже спустя двадцать шагов стало ясно, как быстро киборги начинают их настигать. Рин, всё ещё едва касающаяся ногами пыльной дороги, отщёлкнула крышку своего изобретения и нажала кнопку, пустив в неё немного энергии. Прибор свирепо завизжал, начав нагреваться прямо у неё в руке. Она крикнула, и в голосе её слышалось отчаяние:
- Я не уверена какой будет эффект!
Круглый предмет упал у неё под ногами, яростно шипя, как раскалённый шар, брошенный в воду. Тонкие волоски электричества начали расползаться по поверхности песка, и когда вторая железная пара ног пробежала прибор, он внезапно обдал округу резким всполохом дугообразного взрыва, оплётшим мелкой паутиной молний площадь в несколько метров вокруг. Те биомеханические создания, что пробегали над ним, искорёжившись в конвульсиях, попадали замертво. Те же, что были позади, свалились мордой в песок, пуская вспенившиеся пузыри крови изо рта.
Заметив всё это действо, Назим выкрикнул:
- Стоять! Занять оборонительную позицию! Добиваем выживших. Рин, разрешаю снять пломбу с пушки!
Три бойца в ту же секунду встали в ряд, и включив автоматический режим, начали всаживать всё, что есть в кряхтящих и шипящих врагов. Целую минуту в этом узком проходе не смолкал стрекот автоматов. А на место пустых скоб тут же вставлялись новые, и глухой звук выстрелов продолжался вновь. И возможно, они бы добили всех, но оставшиеся в строю создания, будто не ощущая ни боли, ни повреждений, напрыгнули на людей, раскидав их могучими рывками об чёрные каменные стены.
Оружие было быстро отобрано и заброшено в даль. С Рин сорвали шлем и прижали к песку сжимая горло. Подняв глаза, она увидела, как полопавшиеся остатки человеческих зрачков вытекают ей на лицо и кусок кожи лоскутом плещет её по щекам. Назим, совладав с шоком от металлического удара по шлему, от которого трещины разошлись по бронированной пластине, вцепился в душителя девушки сзади, высаживая удлинённую обойму табельного пистолета в голову киборга. Внезапно для себя он отлетел от удара по рёбрам. У лейтенанта перехватило дух, но он всё так же остервенело шёл в нападение на врага.
Три металлические ноги наносили по телу Кэлли безостановочные удары. Шлем был к этому моменту разбит на куски и кровь заливала глаза. Но почему то он был уверен, что шансы на его стороне. Стрелок потянулся к пистолету под курткой, когда ему прижали правую руку и не дали возможности применить оружие. Он ощутил ещё пять ударов и все пришлись по голове. Кажется, вот-вот он бы потерял сознание, но какая-то ярость вперемешку с уверенностью в своих силах заставила его сопротивляться под ударами железных ног по корпусу. Он, превозмогая боль, нашёл в себе силы вытащить пистолет из кобуры, одолев поршневые суставы биомехоноида. Изогнув руку, Стрелок всадил пять зарядов в голову прижавшего его врага. Ошмётки мозгов и чипов вылетели из затылка поражённого. С той же скоростью он высадил три патрона в ногу, занесённую над его головой, распоров её пополам. Ещё два десятка выстрелов потребовалось, что бы уложить взбесившегося киборга на землю. Кэлли успел увернуться от колющего удара третьего, решившего использовать обрубок железной руки как меч. Но скорости, дабы увернуться от удара металлической ногой по руке не хватило. Он почувствовал, как сустав в локте вывернуло и пистолет отбросило в сторону.
К тому моменту полудохлый киборг, оставив в покое девушку, переключил внимание на Назима, придушив его одной оставшейся рукой. Он слышал, как сухожилия и мышцы рвутся под силой скрежещущих поршней механического создания. Выхватив нож, лейтенант всаживал его в человеческую плоть киборга снова и снова, всякий раз ощущая, как кончик упирается в металлический каркас внутри головы. И не смотря на свой оптимизм, он, кажется, уже смирился со скорой смертью, когда Рин налетела на врага и, крича как только можно, вцепилась тому в голову, выпустив весь заряд своего тела за раз. Мозги создания спеклись мгновенно, и вместе со своей наездницей они повалились на пыльную поверхность, заливая всё кровью и чёрным маслом.
В ту же секунду послышались звонкие удары металлической дубины, коей выступила нога одного из существ, о металлический же череп его товарища. Держа в изрезанной руке своё новоприобретённое оружие, Чужак со всего размаха наносил удар за ударом, в конце концов, пробив тому череп и утихомирив навсегда. Последний удар пришёлся по воздуху, от чего Кэлли с разворота свалился на землю. Но, немедля встав на ноги, он оглядел поле боя, обнаружив хрипящего Назима с порванным горлом и Рин, валявшуюся тут же без сознания.
Донеслась тяжёлая поступь сервоприводных ног. Чужак стёр разливающуюся от лба кровь грязными руками, разглядев приближающуюся громадину на трёх ногах, состоящих из четырёх суставов. А сверху торчало два распухших тела, некогда бывшие людьми. Венчала всё голова какого то животного с вытянутым большим черепом. Махина грозной поступью надвигалась на избитую троицу. Кэлли видел, что и Назим разглядел приближающееся создание. Лейтенант указал на лежащую девушку и дал понять свою мысль другу. Даже в подобный момент этот добродушный и немного наивный человек желал спасти свою команду. А судя по тому, как он умудрился встать и, подняв автомат, начал давать короткие очереди по приближающейся трёхметровой угрозе, лейтенант готов был пожертвовать собой, дабы дать шанс на спасение членов команды.
Чужак под звуки коротких выстрелов сплюнул сгустившуюся кровь вперемешку с песком. Обнаружив свой пистолет неподалёку, он дошёл до него и, схватив целой рукой, попытался придать ту же мысль оружию, что и на стрельбище. Два быстрых нажатия на спусковой крючок выдали вдоль стен ущелья мягкий басистый звук выстрелов, что пронеслись возле Назима, влепившись в голову и туловище массивного киборга, мгновенно снеся всё с насиженного места. Предупредительный клик донёсся до залитых кровью ушей Чужака. Пистолет сообщил об оставшемся уровне заряда в одну десятую процента и тут же привычным движением был отправлен в кобуру. Кэлли увидел, как Рин приходит в себя после перенапряжения, открывая глаза и оглядывая бойню. После он переглянулся с Назимом, синхронно свалившись без сознания.
