Czytaj książkę: «Америка в тeни президентства»

Name: Америка в тeни президентства
Author: Даниэль Эстулин
ISBN: 978-5-6045314-5-7

Czcionka:

Андрей Фурсов. Предисловие

Даниэль Эстулин – всемирно известный автор работ о том, что называют «теневой политикой», «закулисой», «глубинным государством». Его книги о Бильдербергском клубе, Тавистокском институте и других закрытых структурах переведены на многие языки мира, включая русский.

Новая книга, которую читатель держит в руках, не случайно называется «В тени одного президентства». Под президентством имеется в виду таковое Трампа, но главная тема книги – тень, та самая, что перестала или перестаёт знать своё место. К моменту выхода данного издания в свет в США уже будет новый или старо-новый президент, однако это ни в коей мере не отразится на актуальности книги. Она не столько написана на злобу дня (хотя и на неё тоже), сколько представляет широкую картину современного ПостЗапада, выявляет основные тенденции его развития и раскрывает планы ультраглобалистов – тех сил, которые с разной степенью остроты противостоят Трампу, Путину и Си Цзинь-пину.

Комплекс, кластер этих сил и представляет собой так называемое «глубинное государство» (deep state), которое стало активно формироваться в послевоенный период. Его первоначальной, «личиночной» формой было теневое правительство. Убийство Джона Кеннеди, организация импичмента Ричарду Никсону, дело «Иран-контрас» и, наконец, кровавая провокация 11 сентября 2001 года – вот основные вехи формирования «глубинного государства». Впрочем, этот термин не вполне корректен: государство – «штука» формализованная, тогда как то, что описывается как «глубинное государство», представляет собой комбинацию формализованных и закрыто-неформальных структур – правильнее говорить о «глубинной власти». В то же время в последнее десятилетие этот феномен пророс за пределы непосредственно власти, и уже даже предложен термин «глубинные силы» (Е.С. Ларина). Д. Эстулин, однако, употребляет термин deep state («глубинное государство»), и в переводе мы его сохранили.

Д. Эстулин отлично показал, как внутри государства США развивалось «глубинное государство», которое, будучи инструментом ультраглобалистов пытается, с одной стороны, выйти за рамки «официального» государства, охватить, обволочь его, превратив в одну из функций; с другой – стремится прорасти за пределы государственно-властной сферы, охватив, так или иначе, и другие сферы. В своей деятельности «глубинное государство», стремящееся отменить государство США и нарвавшееся на этом пути на Трампа, активно использует глобальную криминальную экономику, прежде всего, её наркосектор.

Одну из главных ролей в «глубинном государстве», основанном не на реальной экономике, а на финансовых спекуляциях и махинациях, играют банкиры, или, как их ещё называют, банкстеры. В качестве примера Д. Эстулин приводит такое их логово как «Голдман Сакс».

Анализируя планы ультраглобалистов, Д. Эстулин определяет их цель как «фашизм с дружеским лицом», в основе которого – цифровая экономика, реализующая себя как электронный концлагерь. Один из путей создания такого концлагеря – уничтожение наличных денег, цифровизация платежей. По сути это означает возникновение принципиально иной – античеловеческой – цивилизации, чем нынешняя. Значит ли это, что планы «тени» обязательно реализуются? Автор книги даёт отрицательный ответ на этот вопрос – будущее рождается в борьбе, а значит, многое зависит от людей. Но чтобы победить Мир Тени, нужно хорошо его знать, адекватно понимать, что представляет собой тень. Книга Д. Эстулина ценна как проводник в этот мир. ПостЗапад как Тень Запада и глубинная власть как мутация государственной власти никуда не денутся, независимо от того, победит ли живчик Трамп или сенильный Байден, за которым маячит зловещая фигура Камалы Харрис. Впереди – годы острой и опасной борьбы за будущее, которая никоим образом не обойдёт нашу страну. Поэтому книга Д. Эстулина важна вне привязки к нынешним выборам в США, вне привязки к ПостЗападу. Историческая Россия, как бы она ни называлась, – один из театров военных действий нового типа в борьбе за будущее – за то, кто кого отсечёт от этого будущего. Оно вряд ли будет Миром Полдня, о котором мечтали Стругацкие, – самое главное, чтобы оно не стало Миром Сумерек, миром торжествующей Тени.

A.И. Фурсов

Часть I. Президент Соединённых Штатов Дональд Дж. Трамп

Глава 1. Заговорщики

5 ноября 2014 г. в Дейтоне, штат Огайо, США, состоялась Дартмутская конференция. Днём ранее, 4 ноября, в США прошли промежуточные выборы, на которых Республиканская партия одержала безоговорочную победу. Конференция началась с обмена мнениями всех выступающих по поводу произошедшего.

6 ноября группа участников конференции из России встретилась с американскими коллегами. Представителей США интересовало, как в России видят ту ситуацию, которая в итоге вылилась в крупнейшее электоральное потрясение в истории США. Заданный вопрос был настолько же прост, насколько и предсказуем: что, по Вашему мнению, произойдет в ноябре 2016 г.? Участники из России объяснили американцам, что в 2016 г. выборы впервые в истории не будут контролироваться политтехнологами ни той, ни другой партии; что решающую роль на этих выборах будут играть идеи, а потому совершенно неуместно оценивать шансы кандидатов, основываясь только на политических стратегиях, потому что пропагандистский аппарат, пусть он и хорошо налажен и отработан, на этот раз просто не сработает. Американская делегация сидела молча и размышляла над словами высококвалифицированных российских аналитиков, которые оказались пророческими.

А теперь давайте обратимся к идеологической стороне вопроса. Начиная с 1981 г. рост глобальной экономики тем или иным образом по существу обеспечивался перераспределением американских долларов, напечатанных Федеральным резервом и прошедших через Федеральную резервную систему. Этот процесс контролируется МВФ, ВТО и другими институтами глобальной Бреттон-Вудской системы. Поскольку даже несмотря на все разговоры о том, что Бреттон-Вудскую систему отменили ещё в 1971 г., суть в том, что и МВФ, и Всемирный банк, и Всемирная торговая организация – это институты, созданные Бреттон-Вудской системой. Система жива, пусть и под иной личиной.

В целом все понимали, что печатание денег требует наличия активов для обеспечения денежных излишков. В 1980-е годы роль активов выполняли различные нарождающиеся виды деривативов; в частности, в 1990-е и начале 2000-х годов таковыми были активы, которые появились в результате распада Советского Союза. Кстати, в США в то время существовали два подхода. Первый предполагал использование изъятых у СССР активов, для покрытия накопленных в 1980-е годы долгов, чтобы потом начать с самого начала. Таковым был подход администрации Буша. Альтернативный подход был таков: хищение любых активов с целью их наиболее полного использования. Так и поступала администрация Клинтона в период «изнасилования России» в начале 1990-х годов. По этой причине группа людей, которая сформировалась в России в качестве аффилированных лиц в составе команды Клинтона (а это вся финансовая и экономическая структура сегодняшней России), считается по своей идеологии ворами[1].

Дела шли вполне гладко до тех пор, пока в начале 2000-х годов не стало ясно, что активов больше не осталось. Правительство США решило печатать деньги, поддерживаемые абсолютно фиктивными активами – субстандартными ипотечными кредитами (subprime mortgages).

Американский экономист Джон Хофли объясняет этот феномен в нескольких коротких параграфах. «Когда в американской и мировой экономиках начал доминировать спекулятивный пузырь, первоочередной задачей стала его подпитка. Это, помимо прочего, привело к резкому удорожанию недвижимости для обеспечения «богатства», которое можно было бы превратить в долг по ипотеке, а затем в безумную массу ценных бумаг, чтобы использовать их с огромным рычагом для игр на рынках деривативов. Когда цены взлетели до небес, для поддержания постоянного потока ипотечных долгов банкиры стали постоянно снижать требования по ипотечным кредитам. Этот процесс, подогреваемый банками и рынком деривативов, в конечном счёте привёл к взрыву. Его ошибочно охарактеризовали как кризис «субстандартного» кредитования, хотя на самом деле речь шла о предсмертных корчах, об агонии финансовой системы как таковой.

В середине 2007 г. крах двух хедж-фондов Bear Stearns стал сигналом крушения глобального рынка ценных бумаг, когда спекулянты осознали, что игра окончена и попытались выйти в наличные. Рынок спекулятивных бумаг быстро обмелел, что отправило номинальную стоимость акций в свободное падение. Рынок, который прежде благодаря эффекту рычага рос невероятными темпами, начал схлопываться в результате действия теперь уже отрицательного рычага. Для игр на бирже спекулянты заимствовали триллионы долларов, делая ставку на то, что смогут выиграть достаточно средств, чтобы выплатить свои кредиты и при этом извлечь неплохую прибыль. Некоторое время эта игра шла успешно, но вскоре, когда рынок перенасытился, она приняла опасные обороты. Внезапно спекулянты обнаружили, что теряют по ставкам, оставаясь при этом без какой-либо прибыли для выплат по кредитам и, таким образом, проигрывают на обоих направлениях. Активы начали улетучиваться триллионами, а обеспокоенные заимодавцы начали требовать внесения дополнительного маржевого обеспечения. Это привело к продаже активов и ещё больше снизило цены в своеобразном порочном круге убыточного рычага.

«Решение» проблемы прорвавшей финансовой трубы, принятое центральными банками, состояло в том, чтобы затопить финансовые рынки ликвидностью посредством последовательных снижений ключевой ставки и денежных вливаний. Несмотря на то, что центральные банки клятвенно обещали восстановить на рынках порядок, они быстро капитулировали под натиском огромных потерь и в условиях гиперинфляционной паники. В нескончаемой гонке побыстрее залатать дыры от необузданной дефляции оценочной стоимости по всей системе, финансовые вливания быстро разрослись с миллиардов до десятков миллиардов, а затем и до сотен миллиардов. Однако, как бы много денег ни вливалось, система продолжала рушиться. Средства, накаченные в операции по спасению от банкротства – средства, которые не выполняли никаких экономически полезных функций, – лишь ускорили начавшийся процесс. Это означает, что чем быстрее правительство накачивает деньги, тем быстрее обрушится доллар и тем быстрее рухнет глобальная экономика»[2].

К 2008 году вся система взорвалась изнутри. По сути, кризис 2008 года был братом-близнецом предвоенной Великой депрессии, которая началась с обрушения рынка ценных бумаг США в октябре 1929 г. Весной 1930 г. произошел дефляционный шок. Непосредственно кризис начался в 1930 г. Впоследствии, в отличие от кризиса 1930 г., валютные органы США, прежде всего Федеральный резерв, впервые открыто начали выпуск денежных знаков, не поддерживаемых абсолютно никакими активами. Однако почему это никак не повлияло на инфляцию? Потому что проблема была вызвана изменениями в структуре денежной массы. Денежно-кредитный мультипликатор упал в четыре раза между 2008 г., когда он держался на отметке 18, и 2014 г., когда он был равен лишь 4.

Следовательно, денежная масса конвертируемой валюты возросла в четыре раза – с 0,8 триллионов долларов до 3,3 триллионов долларов. Это означает, что Вашингтон просто напечатал 2,5 триллиона долларов без инфляционного эффекта. В 2014 г. Обама остановил печатный станок. Почему? Потому что падение денежно-кредитного мультипликатора ниже четырёх автоматически запускает процесс под названием «цепная реакция неплатежей». В 2012 г. Барак Обама одержал победу на выборах, а в начале 2013 г., впервые за 35 лет с начала рейгономики, он убрал всех представителей «Голдман Сакс» (Goldman Sachs) и «Джей Пи Морган» (JP Morgan) из своего Экономического совета. В 2014 г. Обама приостановил печатание денежных знаков[3]. Не вызывает никаких сомнений, что единственный шанс для финансистов обеспечить работу печатного станка в таком контексте – это контролировать ФРС из Белого дома.

Именно тогда банкиры / финансисты начали продвигать определённых лиц (Хиллари Клинтон вместо Берни Сандерса) на должность президента США.

Альтернативная группа (изоляционисты, стоящие за Трампом) также начала выдвигаться для участия в приближающихся всеобщих выборах США 2016 года. В то время, в ноябре 2014 г., многие в американском истеблишменте полагали, что Республиканскую партию будет представлять Рэнд Пол. Некоторые эксперты, тем не менее, ещё в 2014 году знали с определённой долей точности, что именно Трамп будет главным кандидатом от Республиканской партии, и от него самого будет зависеть, номинируют ли его[4]. Вероятно, потому что Трамп, насколько это возможно, в наибольшей степени соответствовал образу идеального кризисного менеджера, который может принимать правильные решения. Он не политик, потому что политики прежде всего думают о том, как бы не оказаться слишком открытыми и тем самым уязвимыми. Трамп же думает о том, как получить результаты. В целом разлом произошёл не между партиями, как это было в 2014 г., а внутри них: республиканцы победили, потому что идея запустить печатный станок, чтобы спасти глобальную финансовую систему, ассоциировалась с демократами, тогда как план по спасению национальной экономики ассоциировался с республиканцами. Наиболее выдающимися изоляционистами, т. е. поборниками защиты национальной экономики, были Рэнд Пол и Трамп от Республиканской партии и Берни Сандерс от Демократической партии. Вот почему президент Обама первоначально твёрдо поддерживал Сандерса. Хронологию событий не трудно отследить. Дело Доминика Стросс-Кана началось в 2011 г., скандал с «Голдман Сакс» произошёл в 2013 г., Обама остановил печатный станок (количественное смягчение) в 2014 г. В 2016 г. мы наблюдали Брекзит в Великобритании и победу Трампа в США.

И это подводит нас к президентским выборам в США в ноябре 2016 года.

Выборы 2016 года радикально отличались от предыдущих: впервые за многие десятилетия противники представляли не две слегка различающиеся версии одной и той же экономической модели, а абсолютно противоположные модели.

Единая экономическая модель требовала наличия сети институтов, способных обеспечить долларовые транзакции и легализацию тех объёмов денежных знаков, которые продолжали печататься (по сути, чем шире использовался доллар, тем больше требовалось долларов и потому приходилось печатать больше долларов). Это не тривиальная задача, поскольку нельзя просто возложить легализацию на кого угодно (прибыль необходимо было разделять надлежащим образом), а банкам США было запрещено иметь дочерние предприятия (для поддержания конкуренции).

Это привело к учреждению специальных транснациональных финансовых институтов, у которых есть офисы в каждом городе и на каждой важной с финансовой точки зрения улице в крупнейших городах. Однако поддержание такой обширной сети требовало бы больших денег, при этом доходов от этих институтов не хватало – при условии, что они проводят обычные коммерческие операции. Грубо говоря, упор был сделан не на рентабельность, а на создание такого присутствия, которое сможет покрыть все экономические зоны планеты.

Сберегательные кассы в Советском Союзе – яркий пример подобной стратегии. Их открыли в каждом районе каждого города просто потому, что они были нужны людям. Сегодня Сбербанк, который унаследовал эту сеть, закрывает многие из таких отделений, потому что они не обеспечивают требуемых финансовых выгод. То же можно сказать и о большинстве транснациональных банков: большинство их подразделений несут убытки и требует огромных инвестиций.

Следовательно, до тех пор, пока в мире наблюдался экономический рост и, что более важно, печатались деньги, сохранять и развивать эту сеть имело смысл. Общий доход был гигантским, и часть его нетрудно было перенаправить на общие цели. Однако в 2008 г. начался кризис, который существенно сократил доходы банков. В 2014 г. США сократили объёмы печатания денежных знаков (они печатают ровно столько денег, сколько требуется для поддержания американского бюджетного дефицита). Доллар США не мог больше расширяться. Инфляция была неизбежна, а США не могли это позволить. В результате у транснациональных банков возникли проблемы.

Они почувствовали это уже в начале 2011 г. Банкиры и финансисты попытались отобрать у США право на выпуск глобальной валюты и передать его тому, что, как ожидалось, станет «Центробанком центробанков». Таковым виделся некий наднациональный институт, который получил бы исключительные права на выпуск глобальной валюты во время финансового кризиса. Американский доллар при этом оставался бы национальной валютой, и его печатание было бы ограничено объёмами, установленными «Центробанком центробанков».

На встречах в верхах «Группы восьми» и «Группы двадцати» в тот период было решено учредить такой институт в рамках МВФ, и уже полным ходом шло техническое обсуждение долей. Однако затем начался скандал со Стросс-Каном[5], и тема исчезла из медийного пространства и из контактов руководителей крупнейших государств. США не допустили утраты контроля над выпуском глобальной валюты.

Мировая экономика на грани краха

Сегодня экономические проблемы достигли такого масштаба, что уже не могут быть решены посредством вмешательства государства. Вся западная финансовая система может столкнуться с катастрофическим крахом пузыря деривативов объёмом в 2 квадриллиона долларов (двойка с 15 нулями), а также кредитных дефолтных свопов и других экзотических инструментов[6]. Общая сумма глобального долга достигла беспрецедентных 217 трлн. долл.[7] Глобальный долг составляет порядка 325 % мирового ВВП. Операции с участием 10 трлн. долл. глобального долга (долговые обязательства, ценные бумаги, деривативы и т. д.) проводятся с отрицательными процентными ставками. Американский долг составляет 20 трлн. долл. Коэффициент риска европейских банков на уровне 28:1. Даже малейшее изменение процентных ставок способно привести к глобальному экономическому краху.

В Европе дела обстояли ненамного лучше. Объём долга пяти стран Европейского Союза[8] – Великобритании, Италии, Германии, Франции и Испании – превышает один трлн. евро. «Италия занимает третье место по объёмам рынка суверенных облигаций с государственным долгом свыше 2,5 триллионов долл. Большая часть этой задолженности управляется шаткой европейской банковской системой; это лишь повышает вероятность того, что возможный дефолт Италии потрясёт всю глобальную финансовую систему до самого основания»[9]. «Итальянским банкам сегодня принадлежит порядка 360 млрд. евро в виде просроченных кредитов, что составляет невероятные 18 % их кредитных портфелей. И если этого самого по себе вдруг окажется мало, то помимо прочего итальянские банки также держат небезопасно большие объёмы итальянского государственного долга, которые на данный момент составляют более 10 % их общих активов…. Уровень государственного долга страны возрос до 100 % ВВП в 2008 и до 133 % в ВВП на сегодняшний день»[10]. По данным нового исследования, проведённого итальянским инвестиционным банком Медиобанка (Mediobanca), 114 из почти 500 банков Италии являются банкротами, включая такие гиганты, как Monte dei Paschi di Siena, Veneto Banca и Banco Popolare di Vicenza[11].

В Германии «общий риск участия в деривативных сделках банка Deutsche Bank составляет 42 трлн. долл. Банк, биржевой курс акций которого упал почти в два раза в течение лишь одного года, покоится на внушительной коллекции сомнительных продуктов, по стоимости в десять раз превышающих весь ВВП Германии. И, по всей видимости, крупнейший кредитодатель Германии сегодня балансирует на грани краха. Это пугающе схоже с положением компании Lehman Brothers, которая специализировалась на оказании глобальных финансовых услуг, и крах которой в 2008 году спровоцировал кризис кредитования и глобальный финансовый спад»[12].

Фактически на два банка, JP Morgan и Deutsche Bank, приходится около 20 % общего объёма рисков участия в деривативных сделках. «У каждого из них по 50 с лишним трлн. долл., потенциально подверженных риску. Коэффициент финансового рычага Deutsche Bank составляет 2000. Представьте, что обещаете купить дом стоимостью $2000, имея на руках активы в 1 доллар»[13].

Ожидается, что к 2050 г. глобальный долг достигнет 1140 трлн. долл.[14] Долг Китая раздулся почти до 250 % ВВП. В конце 2016 года объём полученных Китаем заимствований возрос до 25,6 трлн. долл., что эквивалентно 249 % объёма производств[15]. Государственный долг Японии в 2016 году достиг рекордных 250,40 % ВВП страны[16].

Весь мир – театр. В нём женщины, мужчины – все актёры.

Крах неизбежен. Это лишь вопрос времени.

В США порядка 100 миллионов американцев безработные. 50 миллионов американцев выживают благодаря талонам на питание. Индекс мучений (misery index), представленный ЦРУ (рассчитан на основе реальной инфляции + реальной безработицы) равен 32,89. Для сравнения: в наиболее тяжёлый период Великой депрессии этот показатель был равен 27. Федеральный резерв распоряжается 56,2 млрд. долл. наличными, однако при этом долг США составляет 20 трлн. долл. Коэффициент риска ФРС составляет 77:1. Соотношение долга США к ВВП – 331 %.

По подсчётам Бюджетного управления Конгресса (БУК), в последующие годы долговые обязательства увеличатся по меньшей мере ещё на 10 трлн. долл., и бюджетный дефицит США от года к году будет только возрастать[17].

Эти прогнозы стали известны вскоре после публикации годового отчёта системы социального обеспечения, в котором показано, что вся программа страхования быстрыми темпами оказывается без средств. «Государственные пенсионные фонды США испытывают дефицит в 3,85 трлн. долл., которые необходимы для выплаты пособий по старости как уже вышедшим на пенсию, так и в будущем ныне экономически активному населению»[18]. И, конечно, также существуют и ежегодные финансовые отчёты Министерства финансов США, согласно которым правительство США – уже сегодня… банкрот.

«Конфискация гражданского имущества (конфискация частной собственности правительством под угрозой применения оружия без соблюдения надлежащих правовых процедур) достигла уровня, который вызывает крайнюю обеспокоенность. Меры контроля над движением капитала ужесточаются по всему миру. Идут серьёзные разговоры о запрете наличных денежных средств. Финансово стабильные кредитоспособные государства не проводят подобных мер. Однако по мере ухудшения условий контроль, как правило, лишь ужесточается»[19].

По словам Джима Рикардса, советника ЦРУ по финансовым войнам и асимметричным конфликтам, США грозит экономический спад исторических масштабов – спад, который, как опасается он и многие его коллеги в разведсообществе США, неизбежен. «Сигналы, которые мы отслеживаем, достаточно однозначны, семидесятипроцентное падение на рынке ценных бумаг неизбежно. Представьте падение рынка на 70 %»[20]. Эти опасения более чем оправданы. Сравните соотношение фиксированного максимума на бирже к ВВП в 1929 г. с сегодняшним показателем. В 1929 г. он составлял 87 %. Сегодня он равен 203 %. Крах рынка исторических масштабов приближается. Недавно стали известны детали конфиденциального доклада, содержащего общее видение всех 16 подразделений Комитета по разведке США. Эти агентства, которые включают ЦРУ, ФБР, а также разведки сухопутных войск, ВМФ США и др., уже начали проводить совместный анализ последствий, как сказано в докладе, «падения доллара как глобальной резервной валюты».

«Заключительная фаза этой кошмарной игры, согласно данному докладу, включает экономический крах мирового масштаба и длительный период глобальной анархии»[21].

Конец пути?

Таким образом, банкиры и финансисты осознали, что смогут спасти свои транснациональные империи (все сразу, а не каждую по отдельности), если поставят своего кандидата в Белый дом. Новый президент затем изменит политику ФРС, перезапустив печатный станок, который будет печатать столько долларов, сколько нужно для поддержания банковского сектора. ФРС практически не будет возражать против действий администрации, опасаясь повторения скандала со Стросс-Каном. Такова была цель при номинации Хиллари Клинтон.

При Клинтон система количественного смягчения и печатания неограниченных объёмов денежных знаков продолжалась бы ещё 6-8 месяцев. В течение этого периода цены на нефть и рынки выросли бы на фоне выпуска денег, и, в конце концов, через 8 месяцев эти деньги вернулись бы на американский рынок. Тем самым они вызвали бы гигантскую инфляцию (выше нынешнего запредельного уровня мегаинфляции), из-за которой лопнули бы все пузыри финансовых рынков (от облигаций, деривативов, ценных бумаг, недвижимости и т. д.). Конечный исход (экономический коллапс) не меняется ни при Клинтон, ни при Трампе. Мы на пороге мирового экономического дефолта и распада капиталистической системы. Единственное различие в том, что Клинтон втянула бы нас в мировую войну, и это вероятно означало бы конец человечества в том виде, в котором мы его знаем. Неужели война – это способ списать долги? Нет. Посредством войны устраняется ответственность, но конечный результат тот же – планета Земля, как мы её знаем, перестаёт существовать.

Дональд Трамп представляет иной сценарий, при котором печатный станок сохраняется в холостом режиме, как это было установлено при Обаме в 2014 г. Так американские национальные интересы выходят на первый план, и фокус смещается на улучшение экономики и избавлении от гигантского долга. Так как же Трамп решит проблему долга? На бумаге всё довольно просто: поднять стоимость кредитования и списать его как часть процедуры банкротства, поскольку обслуживание растущего как снежный ком долга будет невозможно. А затем экономика США начнёт дышать. Однако это вызовет крах тех банков, которые держат этот долг на балансе в качестве своих основных активов.

Другими словами, планы Трампа – это попытка спасти экономику США за счёт банков и финансовой системы как таковой. В то же время Клинтон попыталась бы спасти банки от банкротства за счёт американской экономики и усиливающего обнищания граждан страны. Потому было бы наивно полагать, что они могут достичь консенсуса.

Иначе говоря, планы Трампа и Клинтон (или скорее планы тех сил, которые стоят за ним) взаимоисключающи. Более того, если Трамп реализует свои планы, это уничтожит те элитные группы, которые стоят за Клинтон (Уолл-стрит, хедж-фонды, спекулятивные финансовые интересы). Они останутся живы (хотя всякое бывает), но утратят все ресурсы, которыми ранее владели. Планы Клинтон угрожали тем силам (реальный сектор экономики США), которые привели Трампа к власти. Как в фильме «Горец», выживет только кто-то один.

Если Клинтон стала бы президентом, её действия без сомнения включали бы смягчение денежно-кредитной политики и возобновление работы печатного станка. Трамп же полагает, что необходимо восстановить национальную экономику, но это невозможно сделать, когда долг настолько велик. До начала кризиса 70 % долга принадлежало финансовому сектору. Теперь эта доля составляет 35 %. В любом случае, если ставка по федеральным фондам равна нулю, капитал не может воспроизводиться. Вот почему эту ставку следует поднять. Но, опять же, это нельзя сделать, когда долг настолько велик. И что же всё-таки следует сделать? Если речь идёт о том, чтобы поднять ставки, нам необходимо, чтобы корпорации и домохозяйства обанкротились, и тем самым их долги будут списаны.

Все проблемы глобального экономического кризиса коренятся в спросе, поскольку он поддерживался лишь печатанием новых денег. Война может сократить спрос, другими словами, углубить кризис. Однако она никак не может увеличить спрос. Вот почему финансистам нужна война – только по причине того, чтобы использовать форс-мажор для снятия своей ответственности. Вот почему им так нравится Ближний Восток – с одной стороны, у нас есть арабы и нефть, а с другой – евреи. Бесконечные возможности!

С точки зрения Трампа, простая экономическая логика такова: если мы поднимем ставку федеральных фондов, это вызовет массовые банкротства. В США, в отличие от России, банкротство нацелено не на то, чтобы выплатить долги кредиторам, а скорее на то, чтобы сохранить бизнес. Если ставку поднимут, транснациональные финансовые институты начнут рушиться и исчезать; а если ставку при этом поднимут ещё выше, доллар перестанет быть хорошим инвестиционным средством, и для других стран единственным способом компенсации будет создание региональных инвестиционных валют. Это обязательно должны быть инвестиционные валюты, поскольку монетизация для всех региональных валют достаточна мала, и обычно их заменяет доллар. Это неизбежно приведёт к разделению мира на несколько валютных зон.

В 2013 году, когда на открытии Генеральной Ассамблеи ООН Обама заявил, что у США нет ресурсов для поддержания существующего мироустройства в одностороннем порядке: либо США заручаться поддержкой других стран, либо глобальный порядок изменится. Тем не менее, никто к нему не прислушался. Теперь пришло время это сделать, и если Москва впишется в эту картину, то Россия преуспеет в достижении согласия с Дональдом Трампом. Иначе Москва не сможет установить хорошие отношения, даже несмотря на личную симпатию Трампа в отношении Владимира Путина, которому он симпатизирует. Не будем забывать, что администрация Центробанка России, а также ключевые финансовые институты страны принадлежат к той же команде, которая поддержала Билла Клинтона, а сегодня поддерживает Хиллари Клинтон. Вот почему Трамп однозначно не станет разговаривать с теми, кто в настоящее время рулит российской экономикой. Они представляют интересы глобальной финансовой элиты, а значит – его врагов.

Повторюсь, Трамп не будет сотрудничать с группой либералов в России, тщательно отобранных вашингтонской элитой (теми же людьми, которые помогли написать постсоветскую Конституцию России) в начале 1990-х годов в РФ[22]. В своём первом телефонном разговоре в январе 2017 г. Трамп и Путин пришли к соглашению. Неолиберальная проклинтоновская команда, неприкосновенная и недостижимая для президента Путина вплоть до избрания Дональда Трампа, утратила защиту[23]. До победы Трампа любая попытка убрать предателей-неолибералов с должностей в экономических структурах России была бы воспринята в Вашингтоне как посягательство на интересы транснациональной элиты и объявление ей войны. Ответ был бы решительным и разрушительным для интересов Москвы: начиная от блокирования доступа России к системе SWIFT/CHIPS[24], более глубоких санкций – вплоть до полномасштабного экономического эмбарго. Без доступа к мировым деньгам единственным выбором для Путина была бы ядерная война.

Однако не следует забывать, что Трамп – не друг России, а патриот Соединённых Штатов и слуга альтернативной группы элитной властной структуры. Россия остаётся главным геополитическим/военным соперником элитных кругов, стоящих за Трампом. Ключевых спорных (конфликтных) зон российско-американских отношений много: 1) Сирия, Ближний Восток, 2) Украина, Одесса 4) Крым, Донбасс, 4) Беларусь, Молдова, Абхазия, Нагорных Карабах и Центральная Азия.

На данный момент отношения Трамп – Путин – это брак по расчёту и реализация сиюминутных потребностей. Сохранятся ли они и будут ли процветать? Время покажет.

Глава 2. Мятеж

В апреле 2017 г. в своей статье «Партия войны возглавила движение против Трампа» для журнала Executive Intelligence Review Роберт Ингрэм объясняет природу геополитического разлома между Трампом и прежним руководством США. Вот его точка зрения.

«Первостепенный вопрос нашего времени – это война или мир? На протяжении 16 лет при Джордже Буше и Бараке Обаме США вели войну – продолжительную колониальную войну, включавшую смену режимов, «цветные революции», массовые убийства беспилотными аппаратами и политические убийства; а затем при Обаме мы всё чаще и чаще становились свидетелями напряжённой эскалации в сторону стратегической военной конфронтации и с Россией, и с Китаем.

Дональд Трамп – не президент-республиканец. Он проводил избирательную кампанию как частное лицо. Он бросил вызов шестнадцати другим кандидатам на праймериз Республиканской партии, из которых почти все были связаны с предыдущей администрацией Буша. На всеобщих выборах он участвовал в борьбе не только против Хиллари Клинтон, но и против укоренившейся провоенной клики внутри самой Республиканской партии. Он выступал против восьмилетнего срока Барака Обамы и в то же время против политического курса и видения режима Буша-Чейни.

Если посмотреть на «несвященный союз», который сегодня стремится свергнуть администрацию Трампа, то в его состав входят теперь уже бывший директор ФБР Джеймс Коми, бывший директор ЦРУ Джон Бреннан и другие члены скрытого разведсообщества с запятнанной репутацией; он также представлен главой «общака» (bagman) Демократической партии Джорджем Соросом и такими ключевыми демократами в Конгрессе, как, например, сенатор Чарльз Шумер; он включает бывшего вице-президента Дика Чейни, сенаторов-республиканцев Джона Маккейна и Линдси Грэма, а также прочее неоконовское отребье (rif-raff remnants), сохранившееся со времён администрации Буша. Общее между всеми этими институтами и лицами – их истеричное неуклонное стремление вернуть США на рельсы наращивания военных сил против России и Китая.

На первый взгляд может показаться самоочевидным, что ядро аппарата «Свести счёты с Трампом» – это толпа неоконов правого толка, или, возможно, как это часто теперь называют, феномен глубинного государства. Однако хотя такая характеристика до некоторой степени точна, в конечном счёте она поверхностна в том смысле, что не затрагивает внутренней природы организованного зла, которое всё более явно господствует в американских государственных институтах начиная с убийства президента Дж. Кеннеди и особенно активно – после событий 11 сентября 2001 г.

Истинное лицо этого зверя, который сегодня представляет опасность и для конституционного правительства США, и для мира во всём мире, это Британская империя. В действительности мы сражаемся с современной Британской империей – империей, чьи самые главные геополитические интересы находятся под угрозой из-за неконтролируемой зависимости от президента Дональда Трампа, а также из-за тех действий, которые уже предприняты президентом для нормализации отношений с Россией и Китаем»[25].

Глубинное государство также включает в себя остатки империалистов Британской империи, чьи отчаянные попытки сегодня набирают полный оборот в США и во всём мире. «Оно ставит целью разрушить тот потенциал, который воплощает президентство Трампа, потенциал, который может отправить эти элиты и их смертоносный «новый мировой порядок», возникший после Второй мировой войны, в мусорную корзину истории»[26]. Этот потенциал распространяется за пределы Соединённых Штатов. «На фоне воплей, ежедневно доносящихся из контролируемых ими СМИ, а также от женщин и мужчин в Давосе, Китай запустил настоящий двигатель экономического роста в союзе с Россией и Индией, к которому недавно присоединилась Япония. Освободив волну надежды во всех странах развивающегося мира, этот союз, если к нему присоединятся США, способен положить начало новому безграничному возрождению человечества.

Избиратели в США, Великобритании и Италии решительно отвергли свободную торговлю и глобализм, эти два патентованных средства глубинного государства, которые якобы лежат в основе гражданского общества всех современных «демократических» государств. С начала финансового кризиса 2008 года элитные финансовые круги просто продолжили и расширили свою яростную агрессию, направленную на подрыв качества жизни жителей своих стран и законов физического экономического прогресса, одновременно обогащая себя. Их обречённая финансовая система может взорваться в любой момент, развязав невообразимый и повсеместный социальный хаос. И в самой идее возможного объединения Дональдом Трампом США с Россией, Китаем и Индией в некоей новой парадигме для достижения экономического развития они видят, причём верно, смертельную угрозу своему существованию»[27].

Вместе с тем, «общемировая истерия элит по поводу Трампа для ныне живущих поколений в известной степени не имеет прецедента. Проще говоря, они открыто угрожают убить Трампа и начать войну против, как им видится, угрозы, которую несёт им то, что могут осуществить в Евразии Китай, Россия, Индия и Япония. Газеты, как в Германии, так и в Британии – Die Zeit и The Spectator – открыто высказались о том, что Трампа уберут (и его нужно убрать) любой ценой, даже если для этого потребуется его убить. Говорят, что подобные заявления можно регулярно слышать на коктейльных вечеринках в Вашингтоне. Поучаствовали в этом и различные голливудские звёзды, и «уважаемые» корпоративные журналисты, и типы вроде подходяще названного рэпера Snoop Dogg, который изобразил в пантомиме убийство президента (зрелище широко распространялось посредством снафф-видео), и Кэти Гриффин с CNN, которая щеголяла с оторванной головой Трампа.

Элита также спустила с цепи весь свой современный аппарат чёрного пиара, берущий начало в периоде после Первой мировой войны, в надежде оболванить массы и втянуть их в гневную «цветную революцию» против президента. И всё это под руководством натренированных в «цветных революциях» активистов и «лидеров общественного мнения», которых наплодил Совет руководства Демократической партии и которые взяли Демократическую партию под полный контроль после кампании Барака Обамы в 2008 г.»[28].

Итак, что же стоит за такой ненавистью элиты к Дональду Трампу? «Чтобы понять «закулисную» атаку на Трампа, нам также необходимо принять во внимание два очевидных фактора уязвимости приходящего в упадок «нового мирового порядка», созданного после Второй мировой войны глубинным государством.

Джон Маккейн ссылается на нарушения этого «Порядка» Трампом как на казус белли[29] для ныне идущего полным ходом восстания против президента. Главный фактор уязвимости данного порядка состоит в полном игнорировании им основополагающих законов реальной экономической науки. Будучи зависимым от денежно-кредитных биржевых спекуляций, этот порядок просто не знает, как построить экономику, способную обеспечить устойчивый социальный и экономический прогресс. В своём выживании он делает ставку на непрерывное порабощение подчинённого ему населения посредством пропаганды, зомбирующего оболванивающего образования, развлечений, наркотических средств и вечных войн. Как и Рим, служащий имперской моделью для современной Британской империи, он обречён на крах. Вопрос в том, исчезнет ли всё человечество с лица земли вместе с ним в результате ядерной катастрофы?

Второй фактор уязвимости обнаруживается в криминальной человеконенавистнической истории нового мирового порядка как такового. Если это будет полностью понято населением – если остановится шоу иллюзионистов-лапшевесов, элиты обречены. Это короткое пособие для начинающих предназначено послужить первой ступенью в срочном образовательном процессе»[30].

Президент Трамп и глубинное государство, оно же современная Британская империя

Веб-сайт Интернет-синдикации новостей «Breit-bart», где представлены разного рода комментарии и мнения, ведёт насмешливо-ироничную серию постов за подписью «Виргилий» (Virgil), воспроизводя несколько минут из вечной кампании глубинного государства против Дональда Трампа. В этих постах даётся зарисовка Центрального комитета глубинного государства[31], партизанской (guerilla) дивизии протестующих, дивизии СМИ, дивизии «работников культуры» и т. д. И хотя это упрощённая и сатиричная зарисовка, в ней есть доля истины[32].

Глубинное государство[33], по определению тех, кто придумал этот термин, есть формирование, возникшее после Второй мировой войны и «состоящее из банков и юридических компаний Уолл-стрит и Лондона; государственных разведывательных служб, которые они сформировали и укомплектовали личным составом; подконтрольных корпоративных СМИ, фондов и экспертно-аналитических центров»[34]. Это структура, в которой тесно переплетены организованная преступность и целые «бригады» проплаченных политиков, организует такие «теневые» и дестабилизирующие всё общество события, как, например, убийство Джона Ф. Кеннеди, и при этом, как мы видим, выходит сухим из воды.

«После смерти Франклина Рузвельта кредо этой структуры – неолиберализм, нигилистическая безбожная «философия», которая продвигает экзистенциализм, пессимизм и такую форму «свободы», которая сводится к не более чем личному нарциссизму, будь то в виде «эгоизма» Айн Рэнд или мантр самореализации профессионального класса[35]. Убив Бога, произвольный «свободный рынок» якобы руководит делами человеческих существ и определяет их. Он стремится к открытым границам (чтобы человеческий труд можно было получить за максимально низкую плату) и к свободной торговле (чтобы товары могли быть произведены по максимально низкий цене, не заботясь о развитии экономики и труда). В ином виде такая философия выражена имперской максимой Барака Обамы: «Мы устанавливаем правила», а также излюбленными, но провалившимися экономическими панацеями Фридриха фон Хайека, Людвига фон Мизеса и Милтона Фридмана.

Вскоре после Первой мировой войны англоамериканская элита вознамерилась установить контроль над миром, манипулируя общественным мнением и применяя сопряжённые модели поддельной демократии. В проекте «Новый американский век», автором которого был Генри Льюс, изложены различные модели социально сконструированного контроля над населением, причём все они применялись под прикрытием утверждения о том, что население само «выбирало» свою судьбу демократическим путём[36]. Это обновленная версия античной олигархической модели общества, в которой элита непрерывно грабит отсталое население.

США, что бы вы ни изучали в школе, никогда не строились какчистая демократия. Отцы-основатели страны рьяно критиковали эту идею как не более чем диктатуру толпы, тех самых разновидностей толпы, которыми, как они могли наблюдать, снова и снова манипулировала Британская империя.

В список задокументированных переворотов и кровавых боен, организованных американскими «демократами» с конца Второй мировой войны, входит Иран, Гватемала, Индонезия, Пакистан, Вьетнам, Бразилия, балканские страны, Грузия, Филиппины, Панама, Египет, Ирак, Ливия, Малайзия, большая часть Центральной и Южной Америки, а совсем недавно – Сирия, Украина и Йемен. Сегодня Йемен проходит полную «терапию»: страшный геноцид, безжалостный режим строгой экономии и бомбёжка страны, что вернуло её в самое примитивное общественное состояние. Весь африканский континент стал ареной подобных военных действий, геноцида и разграбления природных ресурсов, где солдатам-детям дают в руки автомат и заставляют убивать. Экономики Мексики, стран Центральной Америки и большей части Южной Америки превращены в мир изолированных деревень с дешёвой рабочей силой, используемый для выполнения требуемой работы и окружённый инфраструктурой для производства и транспортировки наркотиков, а доходы от них подпитывают схему Понци, воплощаемую сегодня Уолл-стрит и лондонским Сити.

Многих политических лидеров убили. Среди них Патрис Лумумба, Альдо Моро, Индира Ганди, Сальвадор Альенде, Джон Ф. Кеннеди, Роберт Кеннеди, Мартин Лютер Кинг и Малкольм Икс. Также убили банкиров, поддерживавших идею развития, в частности, Альфреда Херрхаузена в Германии, который открыто выступал против концепции нулевого роста и режимов строгой экономии, навязанных МВФ и Всемирным банком.

«Преступление» Дональда Трампа в том, что он обрушился на те идеи, которые элита ежедневно[37] со смерти Франклина Рузвельта 12 апреля 1945 года утверждала в качестве американских официальных господствующих догм и установок.

Не верьте поддельному сочувствию и возмущению по поводу беженцев[38]. Бомбёжки, устроенные глубинным государством и спонсируемыми ими их нарко- и террористическими бандами, породили этот кризис беженцев; в то же время критики Трампа все куда-то запропастились, когда тысячи людей умирали в Средиземноморье или погибали от действий наркокартелей в Центральной Америке. Не верьте срежиссированным беспорядкам на расовой почве. Американские города и пригороды уже многие десятилетия застыли в координатной сетке сегрегации. «Раса» – это всего лишь «карта» в коррумпированных и циничных играх этих людей, «карта», которой можно сделать удачный ход. Билл Клинтон, Барак Обама и их Совет демократического лидерства, порождённый сенатором «благотворного невмешательства» Дэниэлом Патриком Мойнихеном, явно не в том положении, чтобы жаловаться по поводу оппортунистского расизма[39]. И действительно, в интересах своих распоряжений нулевого прироста населения элита в течение почти столетия уничтожала и выбраковывала целые народы.

Дональд Трамп совершил смертный грех, когда заявил, что открыт для переговоров с президентом России Путиным и сравнил сильное руководство Путина российским государством не в пользу Обамы с его слабыми сторонами. Он усугубил ситуацию, выступив в защиту системы суверенных наций-государств от глобалистского видения «мирового правительства». Он связал экономический упадок с упадком в сфере культуры. Он объявил войну наркотикам и той роли, которую стали играть отмывающие деньги банки с Уолл-стрит. Он также поддержал закон Гласса-Стиголла о разделении банков, который остановит «экономику казино» нынешней элиты. Он высказался о развитии науки – о новом изучении космоса и преодолении болезней.

Затем, 20 и 21 марта 2017 г., Трамп совершил самое страшное преступление из всех, открыто сделав выбор в пользу «американской системы» политической экономии[40], экономической науки, на основе которой Соединённые Штаты и строились и которую, как полагали элиты, удалось полностью заменить свободной торговлей и глобалистским новым мировым порядком.

Трамп также унаследовал спонсируемых Уолл-стрит и коррумпированных политиков в обеих политических партиях, которые разглагольствуют о несостоявшихся британских экономических идеях, будь то схемы Милтона Фридмана или апологета Британской империи Джона Мейнарда Кейнса. Хотя эти модели и кажутся противоположными, они сходятся в одном: мальтузианский отрицательный прирост населения, падающие показатели воспроизводства человечества и имперский контроль над населением при помощи культуры. Эти чужеродные идеи монетаризма не имеют ничего общего с достижением устойчивого развития реальной экономики и развития производительных сил труда, что заботило Александра Гамильтона, а сегодня заботит китайцев в воплощении их масштабного проекта «Один пояс – один путь».

«Чтобы победить, президент должен одним ударом опрокинуть саму шахматную доску дьявольской вашингтонской элиты. Денег на реализации инфраструктурной программы не сделать, но зато можно создать новые рабочие места и перезапустить экономику при сохранении господствующих банковских и бюджетных аксиом. Кроме того, бочка с порохом, а именно пузырь экономики Уоллстрит/Лондона, может взорваться в любой момент. Пока этого не произошло, должен заработать Закон Гласса-Стиголла. В то же время остатки администраций Буша и Обамы вместе с лондонскими и натовскими союзниками Лондона сохраняют курс на войну с Россией, и именно сделанные президентом заявления о мире превратили его в главную мишень нынешней истерии маккартистского типа.

В чём бы русских ни обвиняли касательно выборов в США – это такая мелочь по сравнению с тем, что натворили США через фонды Сороса и Национальный фонд поддержки демократии при осуществлении смены режима во многих странах мира, и всё это во имя якобы свободных выборов.

Техники, взятые на вооружение в этих «революциях», мультяшные образы главной мишени в виде монстров-злодеев; применение различных цветовых и других символов[41], чтобы объединить население и сфокусировать его недовольство на определённой мишени; круглосуточная разжигающая ненависть пропаганда через подконтрольные СМИ и полное отсутствие какой-либо настоящей политической программы или лидерства альтернативного лидерству мишени (поскольку смена власти и политическая программа организуются в Вашингтоне или Лондоне) сейчас в полной мере применяются против самого президента Трампа»[42].

Русские высадились. Ой, нет, это снова британцы

Согласно «нарративу», который впаривают американскому населению средства массовой информации, примерно в июне 2016 г., через две недели после того, как Дональда Трампа объявили кандидатом от Республиканской партии, Национальный комитет Демократической партии (НКДП) обнаружил, что его компьютеры были «взломаны хакерами». Комитет сразу же обратился к частной компании CrowdStrike, которая объявила, что источником атак была Россия, в частности, российские государственные структуры.

«22 июля, накануне съезда Демократической партии, организация Wikileaks опубликовала внутренние документы Национального комитета Демократической партии, которые показали, что НКДП[43] замышлял уничтожить кандидатуру соперника Клинтон Берни Сандерса. Дебби Вассерман-Шульц, председатель НКДП ещё со времён Барака Обамы, а также ряд других сотрудников комитета, были вынуждены уйти в отставку в связи с последовавшим скандалом. В октябре организация Wikileaks опубликовала электронные письма Джона Подесты[44], главы предвыборной кампании Хиллари Клинтон и лидера «Центра американского прогресса», «фабрики мысли» для Администрации Обамы[45]. В электронных письмах Подесты подробно говорилось о льстивых речах Хиллари Клинтон об Уолл-стрит[46] и о грязных финансовых сделках Фонда Клинтона. В них также показано, как Донна Бразил, комментатор телеканала CNN и тогдашний вице-председатель Демократической партии, а также креатура Национального фонда демократии, помогала Хиллари жульничать на организованных телеканалом CNN президентских дебатах, заранее передавая ей вопросы»[47].

«Есть несколько странностей, едва видимых на поверхности официальной «линии» СМИ касательно предполагаемой хакерской атаки со стороны России:

1. Так никогда и не было установлено, что произошедшее с НКДП и с личной страницей Подесты на gmail было хоть как-то связано с изобличающими публикациями организации Wikileaks.

2. Компания CrowdStrike управляется яростно настроенным против Путина эмигрантом из России, представителем Атлантического совета Дмитрием Альперовичем[48] и неким Джорджем Курцем. Курц – ветеран обеспечения безопасности личных данных в компьютерной среде, который основал CrowdStrike в качестве специального проекта давней инвестиционной структуры глубинного государства, известной как Warburg Pincus. Компания CrowdStrike заключила множество контрактов по обеспечению безопасности с американскими и иностранными разведслужбами[49]. НКДП отказал ФБР в ответ на запрос исследовать взломанные компьютеры[50] и в криминалистической экспертизе, полагаясь в своих выводах только на CrowdStrike. Остальные представители разведсообщества, по всей видимости, поступили так же. Вскоре Альперович без каких-либо оснований начал утверждать, что русские использовали ту же самую хакерскую технику для взлома компьютеров НКДП, которую они применяли также для взлома различных систем наведения ракетного оборудования, стоящего на вооружении украинского государства. Это заявление было тут же разоблачено практически всеми представителями международного сообщества компьютерной безопасности»[51].

3. Одним из якобы внутренних предупреждающих сигналов внутри НКДП о том, что в его компьютерах обнаружены неполадки «был доклад от апреля 2016 г. одного из штатных сотрудников и консультанта Александры Чалупа о том, что её компьютер был взломан. Она якобы расследовала связи тогдашнего главы избирательной кампании Трампа Пола Манафорта с Россией и Путиным и работала с «журналистами» и официальными сотрудниками разведки на Украине, чтобы дискредитировать Манафорта и Трампа»[52]. Другими словами, она занималась изучением оппозиции Клинтон и консультировала её по этому вопросу. Если пользоваться профессиональным жаргоном, то она была тайным «оппо» агентом, собирающим компрометирующие разведданные на оппонентов Хиллари в гонке за президентское кресло. Работала она с украинскими и другими разведслужбами, которые помимо прочего сотрудничали с МИ6, ЦРУ, а также с Джорджем Соросом и проектом «Госаппарат демократии» (Democracy apparatus) в рамках Национального фонда демократии.

4. ФБР и разведсообщество первоначально не восприняло всерьёз версию Обамы/Клинтон о поиске компрометирующих данных на оппонентов и о вмешательстве России в ход избирательной кампании, а также о глубоких связях Трампа с Россией. Глава Национальной разведки Джеймс Клеппер, например, заявил, что он не знает, по поводу чего вся эта истерия. Клеппер сослался на тот факт, что кибервойна – это всего лишь обычное занятие национальных разведслужб, включая и разведку США. Клеппер также знает, что США вмешивались в избирательные кампании и подтасовывали результаты выборов по всему миру и, скорее всего, что довольно подозрительно, не торопился возобновить эту практику без основательной подготовки. Поэтому после того, как первоначальный манёвр Клинтон и Обамы с «монстром-Путиным» наделал приличного шуму в обществе и, по иронии судьбы, вернул тему войны и мира на первую строку повестки дня, они организовали ещё больше утечек из «анонимных источников». Они стали утверждать, что компьютеры по подсчёту голосов в ходе выборов в Иллинойсе и Аризоне были взломаны русскими и что источником крупнейших взломов в медийных структурах, включая The New York Times и CNN, также была Россия. Подобные истории стремительно появлялись и исчезали из поля общественного внимания.

5. Согласно сообщениям в СМИ и показаниям Главы ФБР Коми от 20 марта 2017 г., в июле 2016 г. ФБР начало официальное контрразведывательное расследование контактов Трампа с Россией в ходе избирательной кампании и «вмешательства» России в выборный процесс. В сообщениях СМИ говорится, что расследование было прекращено к октябрю за недостатком доказательств. В своих показаниях во время слушаний в Конгрессе 20 марта Коми лишь отметил, что расследование началось в июле и продолжалось. Контрразведывательное расследование зачастую предполагает целевое наружное наблюдение и прослушивание телефонных разговоров в целях национальной безопасности, результаты которых по закону не могут разглашаться. «Наказание за раскрытие информации – десять лет тюремного заключения»[53]. Согласно Указу президента США № 12333, в значительной мере регулирующему подобный вид разведнаблюдения, официальные лица могут скрывать правду о проведении такого наблюдения в целях защиты «источников и методов»[54].

6. «В октябре и ноябре 2016 г. началась новая эскалация кампании по демонизации Трампа и Путина. Команда по изучению оппозиции Обамы/Клинтон распространила не внушающий доверия и можно сказать, просто похабный пакет документов, в котором голословно утверждалось, что, находясь в России, избранный президент участвовал в развратных сексуальных действиях[55], и потому Путин мог его шантажировать. Этот пакет документов дополнил подробностями публичные заявление кандидата Клинтон и развил запущенный влиятельными источниками в Вашингтоне слух до такой степени, что Дональда Трампа выставили агентом влияния Кремля, марионеткой Путина. К 29 октября Гарри Рейд, ныне вышедший в отставку американский политик, некогда сенатордемократ от штата Невада, уже выступил перед Конгрессом с заявлением о том, что ФБР скрывает разоблачающую информацию о связях избирательного штаба Трампа с Путиным, а также о том, что он получал засекреченные справки по этому вопросу. Кроме того, в этом подозрительном пакете документов приводятся многочисленные необоснованные заявления в поддержку ложных утверждений о «вмешательстве России» в ход выборов, а также представлены новые заявления относительно мнимых связей Манафорта[56] с Россией. Этот пакет документов настолько не заслуживал доверия, что большинство СМИ, которые в иных случаях всегда хватаются за любую подброшенную им скандальную «клубничку» про Трампа, отказались публиковать его»[57].

7. Однако затем, в январе 2017 г., Интернет-компания Buzzfeed, которая часто публиковала «сырые истории» из серии компромата на оппонентов команды Клинтон/Обама, выложила полную версию фальшивого пакета документов на Трампа[58]. В дальнейшем, разведсообщество США, в частности «великий и ужасный» инквизитор Обамы глава ЦРУ Джон Бреннан, признало документы заслуживающими некоторого доверия, допустив утечку о том, что и избранный президент Трамп и президент Обама проинформированы о содержании этих документов.

Автором этого весьма сомнительного досье на Трампа оказался Кристофер Стил, бывший агент британской разведки, который, по сообщениям издания The Guardian[59], одно время возглавлял русский отдел МИ6 и находился в контакте с командой Клинтон по компрометации соперника. Тем самым усилия по делегитимации президентства Трампа направлялись наивысшими слоями англоамериканской разведки – организаторами бесчисленных переворотов и заказных политических убийств. Эти усилия подкреплялись якобы единогласной, но на деле ничем не подтверждённой общественной «официальной оценкой» со стороны американского разведсообщества (как сообщается, во всё это против своего желания оказались втянутыми и ФБР, и АНБ). Согласно данной «оценке», Путин лично руководил хакерской операцией по вмешательству в выборный процесс и склонил чашу весов в пользу Трампа»[60].

Вместо фактов, подкрепляющих данную «оценку», приложение к официальному докладу являет собой бездоказательную атаку на российские СМИ, прежде всего RT (rt.com), в частности, в связи с успешной информационной деятельностью канала на территории США. Как мы увидим, столь адресное воздействие, полностью соответствующее духу маккартизма и на тот момент выглядящее крайне странно, явно не было случайностью.

«Демократы, новостные медиа и сенаторы-республиканцы во главе с Маккейном и Грэмом ринулись в атаку à la берсерк, требуя назначения специальных обвинителей и расследования в Конгрессе[61], при этом они ехидно утверждали, что это ещё только «цветочки», а «ягодки» впереди. Сенатор-демократ Марк Уорнер с дрожью в голосе и с явным видом подростка-переростка, коим он по сути и является, торжественно объявил, что расследование и выяснение обстоятельств, соотносящихся с этими обвинениями – самый важный момент в его жизни. Другие демократы и связанные с ними СМИ, в частности Томас Фридман из The New York Times, кажется, совсем выжили из ума, заявив, что Россия совершила «акт агрессии», тем самым, видимо, стремясь дать ход пятой статье Устава НАТО»[62].

Однако один из лучших аналитиков в истории АНБ Билл Бинни с самого начала заявил, что произошедшее с НКДП никак не могло быть хакерской атакой, и совершенно точно на самом деле было утечкой. Хакерский взлом совершается через сеть. Россию обвинили в хакерском взломе электронной почты НКДП, а также русских обвинили в обнародовании электронных писем Подесты. Однако, по словам Бинни, «вот слайды, показанные Эдом Сноуденом; вот точки трассировки, механизм трассировки. И их сотни в сети. Поэтому обо всём, что идёт через сеть, обо всём это известно, где оно начинается и где оно заканчивается, абсолютно обо всём. Поэтому, если бы это был взлом, АНБ об этом знало бы. А АНБ об этом не знает»[63].

8. 1 марта 2017 г. издание The New York Times раскрыло, что Обама и его коллеги по национальной безопасности потратили несколько месяцев после выборов, чтобы оставить шлейф «следов»[64] в официальных документах и утечки информации в попытке уничтожить Трампа и продолжить свой политический курс против России и Китая.

В этом процессе есть два известных широкой общественности и чрезвычайно важных действия, предпринятых Администрацией Обамы. 24 декабря 2016 г. Обама подписал «Закон о полномочиях в области национальной обороны» (NDAA), включающий также «Акт о противодействии иностранной пропаганде и дезинформации». Его цель – мобилизовать всё правительство, американские СМИ, академические круги, НПО, а также иностранных партнёров и союзников на «разоблачение» иностранной пропаганды и дезинформации, направленных против национальной безопасности США. Ну и, конечно, противодействовать пропаганде и дезинформации, активно продвигая основанные на фактах информационно-идеологические установки, которые поддерживают союзников и интересы США. Главная целевая аудитория такой наступательной операции с применением чёрной пропаганды и фейковых новостей – это население Соединённых Штатов[65]. При Администрации Рейгана подобные действия назывались «активными мерами» и, по крайней мере, де-юре, ограничивались иностранной целевой аудиторией.

Невероятное посягательство в духе Оруэлла на первую поправку к Конституции США посредством «Закона о полномочиях в области национальной обороны» последовало за публикацией в статье Washington Post от 25 ноября 2016 г. названий нескольких медийных структур, на которые был навешен ярлык «передовой линии российской пропаганды»[66]. Список СМИ, объявленных агентами России, был предоставлен анонимной группой, связанной с государством и называющей себя Prop or Not. В список входили не только RT и Sputnik, но также и Consortium News, Breitbart, The Drudge Report, Truthout и другие «левые» критики Обамы, AntiWar.com и The Ron Paul Institute. Короче говоря, любой, кто критиковал выступления Обамы/Клинтон против России. Facebook и социальные сети сразу же запустили инициативу по цензурированию и сворачиванию «фейковых новостей».

Затем, 15 декабря 2016 г., глава Национальной разведки Джеймс Клеппер одобрил новые процедуры, позволяющие АНБ распространять необработанные перехваченные данные по всему разведсообществу[67]. Эти процедуры получили официальный характер, когда 3 января 2017 г. на распоряжении о них поставила свою подпись назначенный при Обаме Генеральный прокурор США Лоретта Линч. Внесение изменений в законодательство продолжалось более года. Вопрос состоял в «модификации составляющих государственную тайну процедур в рамках Указа президента США (УП) № 12333, признанных Эдвардом Сноуденом и другими в качестве наиболее авторитетного источника для современного совершенного неконституционного полицейского государства США. Ранее требовалось, чтобы АНБ фильтровало и редактировало информацию, касающуюся граждан США, за которыми велось наблюдение в рамках иностранных контрразведывательных мероприятий»[68]Таким образом, официальные лица, которые допускали утечку перехваченных необработанных данных о Трампе в национальные СМИ, могли пользоваться определённой степенью иммунитета от уголовного преследования в соответствии с совокупным действием «Закона о полномочиях в области национальной обороны» и пересмотренного УП № 12333. Кроме того, любой поиск источников утечки становился бесконечно более сложным.

На протяжении своей кампании по демонизации Трампа The New York Times и другие СМИ постоянно ссылались на просочившуюся в прессу информацию или на ордера Суда по делам о надзоре за иностранными разведками. В некоторых случаях в обвинениях назывались два якобы имевших место обращения в Суда по делам о надзоре за иностранными разведками по поводу Трампа и его соучастников. Одно из обращений было отклонено, а в результате второго в октябре был выписан ордер на слежку. Через Отдел национальной безопасности Министерства юстиции ФБР связывает эти представляющие гостайну запросы с проведением расследований по делу о терроризме и контрразведке[69]

Первый запрос, поступивший сразу после появления обвинений о взломе компьютеров НКДА, был якобы слишком обширным даже для Суда по делам о надзоре за иностранными разведками, который редко отклоняет запросы. Это обращение, если оно вообще имело место, может оказаться существенным для демонстрации источников и намерений заговорщиков против Трампа. Октябрьский запрос на ордер, как сообщается, был более узким и ограничивался сервером, якобы связанным с обвинениями по поводу контактов избирательного штаба Трампа с российскими банками. Другие утечки ссылаются лишь на перехват данных.

Большинство экспертов по данному вопросу, включая бывшего сотрудника АНБ Уильяма Бинни, бывшего посла Джека Мэтлока и бывшего главу аппарата Колина Пауэлла полковника Лоуренса Уилкинсона, согласны в том, что наиболее вероятным источником этих утечек были необработанные перехваты данных АНБ, полученные в рамках УП № 12333, или перехваты британских коллег АНБ из Центра правительственной связи (ЦПС) Великобритании, который функционирует в соответствии с УП № 12333 без каких-либо ограничений американского законодательства. ЦПС отслеживает каналы коммуникаций по всему миру через кабели, по которым информация передаётся на другую сторону Атлантики. Британская пресса сообщает, что глава ЦПС, по всей видимости, был отправлен в отставку[70] при загадочных обстоятельствах прямо в разгар разбирательств по поводу связей Трампа с Россией. Добавив ещё один кусочек пазла, организация Wikileaks обнародовала хакерский набор инструментов ЦРУ, среди которых наличествует и возможность проводить провокационные операции «под чужим флагом»[71]. Другими словами, ЦРУ, МИ6 и другие работающие в связке разведслужбы обладают возможностью осуществлять хакерские атаки и оставлять след, приписывающий взлом другим государствами, например, России.

Ларри Джонсон, бывший аналитик ЦРУ, написал в своём блоге No Quarter, что по крайней мере некоторые из «перехваченных коммуникаций» помощников Трампа, о которых сообщалось в статье The New York Times от 20 января, «были совершены иностранными структурами и что это было сделано со знанием, присущим представителям Администрации Обамы»[72]. Затем Джонсон обсуждает договорённости между АНБ и британской секретной службой ЦПС, благодаря которым, в соответствии со стандартной процедурой проведения операций, ЦПС перехватывает коммуникации таким образом, который для американских структур по законодательству США является незаконным[73], а затем передаёт их представителям разведки США. Джонсон также выделяет и сами публичные заявления, например, в статье в The New York Times от 1 марта, о том, что президент Обама в последние недели своего президентства сделал шаг в сторону послабления положений о предотвращении раскрытия разведданных таким образом, чтобы «информация» о якобы имеющих место связях между Администрацией Трампа и Россией могла стать доступной широкому кругу лиц и европейским союзникам.

В публикации Newsweek от 15 февраля сообщается, что страны НАТО под руководством Великобритании участвовали в широкомасштабном сборе разведданных об избирательном штабе Трампа и членах его Администрации[74]. Автор публикации Курт Айкенволд писал: «Разведывательные операции стран Западной Европы начались в августе, после того как британское правительство получило информацию, что лица, действовавшие по заказу России, состояли в контакте с членами избирательного штаба Трампа. Эти предоставленные Британией детали были широко распространены среди всех союзников по НАТО в Европе»[75]. Источники этого автора сообщают об использовании внешнего наблюдения, начиная от прослушки телефонных звонков до сбора информации из компьютерных и агентурных источников.

9. 4 марта 2017 г. президент перерезал всю фейковую информационно-идеологическую «нить» СМИ, написав в Твиттере, что Обама устроил «прослушку» в небоскрёбе Трампа Trump Tower до начала выборов и что происходящее с ним сильно попахивает маккартизмом. СМИ, которые публиковали заявления об ордерах Суда по делам о надзоре за иностранными разведками и перехватах разведданных на Трампа или его помощников в течение многих месяцев, разразились, должно быть, одним из крупнейших и бессовестнейших проявлений Большой Лжи в истории. Они объявили, что Трамп сделал нелепые и абсолютно бездоказательные заявления, и, по существу, вновь и вновь крутили свои же собственные репортажи, называя эти заявления «фейковыми новостями».

Как и в случае с войной СМИ против Трампа в целом, его заявление в Твиттере было проанализировано вдоль и поперёк до самых буквальных и смехотворных возможных значений. СМИ сделали упор на буквальном значении слова «прослушка», объявив, что президент сошёл с ума и выступает перед американской общественностью с необоснованными заявлениями. По «оригинальной» интерпретации СМИ, президент хотел сказать, что сам Барак Обама тайно проник в небоскрёб Трампа и установил подслушивающие устройства на телефонах Трампа. Другие попытки дискредитировать заявления президента, включая выступления различных официальных представителей разведки и враждебно настроенных конгрессменов, выстроены вокруг буквальной интерпретации того, что велась прослушка самого Трампа лично, а не лиц и структур, связанных с ним[76]. В самый разгар этой шумихи правдивое заявление Трампа о том, что Администрация Обамы вела слежку и прослушивала сотрудников его избирательного штаба и его помощников и что он стал жертвой маккартизма, умышленно осталось незамеченным в потоке каждодневных новостей»[77].

Глава 3. Планируемый переворот

30 марта на полных слушаниях в Комитете Сената США по разведке кучке пользующихся дурной репутацией агентов, которым коммунисты мерещились даже под кроватью, дали выпустить пар, выступив в качестве свидетелей в Сенате – и на экранах телевизоров страны. По ходу слушаний эфир заполнила риторика времён Холодной войны. Впрочем, испуганные подвергшиеся шантажу сенаторы противоречили здравому смыслу ещё больше, чем вызванные ими свидетели. Ниже представлен отрывок из работы, в котором обсуждаемая проблема исследуется самым тщательным образом, и которую мы настоятельно рекомендуем:

«Всё слушание от начала и до конца можно охарактеризовать как американскую версию театра кабуки или, что, возможно, ещё точнее, менестрельшоу в составе тявкалок из ФБР и разведсообщества и, как полагается, услужливых, но невменяемых и охваченных паникой актёров-конгрессменов.

Слушания наглядно показали: ясно, что этих членов Конгресса закошмарили и запугали. В результате применения шантажа, слежки и ещё более зловещих средств на вооружении ФБР и других секретных служб эти избранные официальные лица оказались до смерти напуганы. Один из очевидцев слушаний 30 марта заявил, что сенаторы настолько обезумели в своих страхах, что их зачастую сдерживали сами свидетели!

За три дня до слушаний в Сенате бывший вице-президент США Дик Чейни выступил со своим собственным объявлением войны президенту Трампу. Выступая на бизнес-саммите в Нью-Дели, организованным изданием The Economic Times, Чейни заявил: «Не вызывает сомнений, что [президент России Владимир] Путин и его правительство, его организация предприняли активную попытку серьёзнейшим образом вмешаться в наши основополагающие фундаментальные демократические процессы. В некоторых кругах это было бы воспринято как акт агрессии»[78]. И далее: «Я думаю, мы увидим продолжение и развитие такого поведения и деятельности… Я бы не стал недооценивать ту серьёзность, которую мы, американцы, приписываем попыткам России вмешаться в наши внутренние политические процессы»[79].

К своему нескончаемому стыду многие ведущие демократы – а также и республиканцы – обнаружили «в своей постели» наигнуснейший сброд из ФБР и разведсообщества. Или, если быть ещё менее снисходительными, эти лица оказались в тесных объятиях убийц Джона Ф. Кеннеди. И не надо им сочувствовать. Они не беспомощные жертвы; скорее реальность такова, что это был их собственный выбор, и это лишь усугубляет их прегрешения.

«Возможно, некоторые демократы или «либералы» находят утешение в той роли, которую сыграл «прогрессивный» Джордж Сорос в кампании против Трампа, как свидетельство того, что они в некотором роде на стороне светлых сил. Однако Сорос – не более чем инструмент «партии войны» британского глубинного государства. Антитрамповская риторика, которая сочится из уст его представителей, заготовлена его лондонской фракцией. Когда Дик Чейни и Джордж Сорос взялись за руки, чтобы устранить демократически избранного президента, могла возникнуть надежда, что самого факта их взаимодействия будет достаточно, чтобы даже самые заблуждающиеся представители протестующих против Трампа остановятся и призадумаются»[80]. Дело в данном случае, конечно, не в «партийных противоречиях», а в постоянно гложущем сердца избранных официальных лиц США страхе.

Их поведение обусловлено страхом, особенно в контексте работы государственного аппарата, где секретов нет; «как показали Эдвард Сноуден и другие, любой проступок, любое отступление любого члена Конгресса сегодня является открытой книгой для Агентства национальной безопасности и его союзников. Шантаж или что похуже теперь в порядке вещей. Недавнее выступление лидеров Демократической партии, включая Максин Уотерс, которая уже выступила с призывом к импичменту президента Трампа, немного недотянуло до клоунского представления оперы-буфф. Во-первых, то обстоятельство, что всех этих лидеров используют: они служат лишь оконными декорациями, но, тем не менее, важным политическим прикрытием для продолжающегося государственного переворота, направленного против президента. Их трусость сама по себе в разгар решительного наступления на конституционный режим страны со стороны глубинного государства может рассматриваться как едва ли не полномасштабная государственная измена. Второе, и более важное, обстоятельство – это решительный настрой определённых групп в аппарате Британской империи дать новый импульс военному давлению на Россию и Китай. Как следствие, если эти усилия окажутся успешными, все эти американские конгрессмены окажутся соучастниками. Перефразируя приведённый довод, можно сказать, что 20 марта Джеймс Коми совершил акт измены, когда свидетельствовал о своём участии в организации переворота против легитимного правительства Соединённых Штатов. Расследование в отношении России – от начала до конца – фальсификация»[81]. Настоящее преступление – это спланированный переворот, направленный против легитимного президента США, и угроза втянуть мир в войну с Россией и Китаем, что, скорее всего, приведёт к ядерному холокосту. И всё это делается лишь для того, чтобы замаскировать полное и отчаянное банкротство трансатлантической финансовой системы и провал политического истеблишмента.

Джеймс Коми

Так кто такой Джеймс Коми? По словам Кэтрин Остин Фиттс, «ныне бывший глава ФБР является также бывшим генеральным юрисконсультом Lockheed Martin, крупнейшего в США военного подрядчика и производителя систем вооружения, а также консультантом по хедж-фондам. Ранее Lockheed Martin отвечала за серьёзную информацию и системы платежей в Министерстве обороны США. По-видимому, компания создала дочернюю структуру после того, как Министерство обороны закрыло 2015 налоговый год с незадокументированными поправками на сумму 6,5 трлн. долл.

О Джеймсе Коми нужно знать следующее. Всё, что он говорил или делал в отношении Хиллари Клинтон или президента Трампа, не имеет значения. Тот факт, что Джеймс Коми не сказал и не сделал ничего касательно 6,5 трлн. долл., недостающих в бюджете США за 2015 налоговый год, говорит обо всём, что нужно знать об этом человеке»[82].

Вот список законных полномочий и компетенций ФБР[83]:

• Осуществлять оборону Соединённых Штатов от террористических атак,

• Осуществлять оборону Соединённых Штатов от деятельности иностранных разведслужб и шпионажа,

• Осуществлять оборону Соединённых Штатов от кибератак и преступлений с применением высоких технологий,

• Бороться с коррупцией на всех уровнях,

• Бороться с транснациональными/национальными криминальными организациями и структурами,

• Бороться с крупными должностными преступлениями.

Можно было бы подумать, что соблюдение положений Конституции США, опираясь на бюджет в размере 8,7 млрд. долл., является первостепенной задачей Бюро. Однако, по всей видимости, в реальности обслуживание потребностей глубинного государства носит приоритетный характер.

«Поэтому, если правительство США недосчиталось нескольких триллионов долларов, не кажется ли вам, что первейшим приоритетом ФБР должно стать выяснение того, куда делись эти деньги и как их вернуть? Однако если бы я был невидимым тайным государственным советником, ответственным за сохранение триллионов долларов, которые я украл, я бы наверняка захотел развалить страну. Это гораздо проще, чем объяснять людям, что ты украл деньги, которые они откладывали на здравоохранение и социальное страхование. Компания General Electric, к примеру, имеет недостачу на пенсионных счетах размером 31 млрд. долл. В конце прошлого года пенсионный фонд компании насчитывал 94 млрд. долл. в виде долговых обязательств и только 63 млрд. долл. в виде активов, а значит, коэффициент консолидирования составлял 67 %[84]. Да, я однозначно тоже хотел бы начать Третью мировую войну – она бы сохранила власть и денежный поток в моих руках. Ничто не сравнится с опасной битвой для прикрытия финансового мошенничества с воздуха. Можно подорвать массу документов и найти бесконечное множество предлогов. Также следует помнить, что в прошлый раз эти ребята организовали импичмент, когда с правительственных счетов стали исчезать все денежные средства, а для решения проблемы ипотечного мошенничества были использованы федеральные ипотечные программы, что привело к экстренным операциям по спасению банков стоимостью 27 трлн. долл.»[85].

Обманешь меня раз – позор тебе, обманешь меня дважды – позор мне. «Единственный вопрос, который мы должны задать корпоративным СМИ, официальным лицам правительства Обамы, ФБР и Министерству обороны – где деньги? Джеймс Коми заплатил 2 млн. долл. за свой особняк в штате Коннектикут. Конгресс США не может провести законодательство по здравоохранению, потому что за него нечем платить, и остро нуждается лишь в каком-нибудь политическом отвлечении внимания. Поскольку мы подошли к удобному моменту, позвольте предложить связать все зацепки между личным богатством господина Коми и обнищанием США и сокращения ваших личных финансов»[86].

Г-н Коми – не единственный «крестоносец» и «поборник справедливости и демократии», а лишь низкоразрядный оперативник глубинного государства. Барбара Бойл провела глубокое исследование мятежа против президента Трампа. Её работа начинается со следующих слов: «…мы являемся свидетелями тщательно организованной и опасной британской фальсификации, которая спекулирует самим будущим Соединённых Штатов. Настоящие преступления, нарушения закона в виде передачи необработанных и неотредактированных разведданных, превращение политического оппонента Администрации Обамы в объект нападений (разведслужбы многие десятилетия обучают правдоподобно отрицать свою причастность к подобным операциям) и открытое сотрудничество разведслужб с членами избирательного штаба Клинтон – всё это хотят утаить и скрыть навсегда. Главная истинная цель этой кампании – уничтожить потенциал на корню союзничества с Китаем, Россией и Японией для развития мира.

Тем временем мегаспонсоры Клинтон и Обамы, участники, наряду с Соросом, Демократического альянса миллиардеров, вывели войну против Трампа на улицы[87]. Имея воображение мелких насекомых (не забывайте, они считают, что глубочайшие надежды и желания населения – не более чем алгоритмы, которые нужно эксплуатировать), они объявили, что реактивируют Движение чаепития («Чайной партии») – на этот раз против Трампа. Смесь особых интересов в рамках узкой местечковой политики и политики на базе идентичности – геев, работающих женщин-профессионалов в пригородах, представителей индустрии голливудских развлечений, преуспевающих и активно двигающихся вверх по социальной лестнице меньшинств, защитников природной среды и профессионального класса адвокатов, бухгалтеров, журналистов и технарей – составляет сегодня электоральную базу Демократической партии[88]. Рабочий класс и фермеры оказались полностью брошены. И весь этот сплав сегодня мобилизован под простым лозунгом «цветной революции»: «сопротивляйся». Майкл Мур пошёл ещё дальше и обратился к более якобинским и анархистским элементам этой базы. Он агитирует и даёт наказ, что к законно избранному президенту США нужно относится как к педофилу.

С избрания Обамы в 2008 г. в политике Демократической партии стала господствовать параллельная выстроенная на основе этих выборов структура. Представители штатов и традиционные лидеры от Демократической партии в избирательных кругах по большей части игнорировались. Рабочий класс был брошен на произвол судьбы в пользу военных профессионалов и получивших особые права различных групп меньшинств в яркой голливудской обёртке с блёстками и гламурным лоском, столь важным для бесконечно прихорашивающегося Обамы. Значительное финансирование было направлено миллиардерами из Демократического альянса, в который в качестве одного из спонсоров-миллиардеров входит также и Джордж Сорос, на подготовку и обучение профессиональных организаторов для таких объединений, как «Организуя для действия» (Organizing for Action», «Движение вперёд» (Move On), «Партия работающих семей» (The Working Families Party) и других.

Эта сцена живо напоминает падение в кроличью нору из книги «Приключения Алисы в Стране чудес». Теперь во многих отношениях поставленное под удар и идеологически обнищавшее руководство Демократической партии поднимается над баррикадами. Инаугурации президента предшествовал гигантский женский марш, в котором тысячи участниц надели розовые шапки с кошачьими ушками.

Как правильно настаивает Трамп, всё это театральное представление, которое мы сегодня наблюдаем, никак не связано с тем, почему Хиллари Клинтон потерпела поражение на выборах. Клинтон предрешила свою судьбу, назвав избирателей Трампа «достойной сожаления кучкой»[89] расистов и женоненавистников. Она решительно отказывалась заниматься решением проблемы экономического спада, заметным всем и везде, кроме отдельных групп профессиональных и элитных классов по обеим побережьям страны, и придерживалась выданных компьютером сценариев на основе демографических данных, которые применялись при Обаме. Она выступала против Закона Гласса-Стиголла и прочно связывала себя с провальным наследием Барака Обамы. Преступный маразм Клинтон был подхвачен и самим Бараком Обамой, который разглагольствовал о том, как он способствовал экономическому восстановлению. Это заявление сделано на фоне резко возросшей смертности среди представителей послевоенного поколения и поколения «икс»; словно в насмешку оно было сделано в то время как большинство некогда промышленно развитых штатов вели борьбу с эпидемией наркомании и суицидов, и целые районы некогда родного города Обамы Чикаго, где происходило его становление, сотряслись волной убийств, связанных с гангстерскими группами и наркокартелями[90]. Нельзя вечно плевать в лица людей и называть это дождём»[91].

Глава 4. Нарковойны

Ни одна империя не может выжить без постоянного притока денег для финансирования её преступных операций по всему миру. Поэтому перед глубинным государством стоит вопрос, как реализовать такую модель, которая была бы тесно увязана с деньгами криминалитета. Если система зависит от наркоторговли, эту модель уже нельзя перестроить на производительную, основанную на росте модель. Не забывайте, что разведслужбы = организованная преступность. Вот здесь-то и вступает в игру контролируемая сверху донизу наркоторговля.

Увязка наркотиков, отмывания денег и крупных банковских операций

В начале февраля 2017 г. президент Дональд Трамп дал старт масштабной войне с наркотиками. «8 февраля, выступая в Вашингтоне перед Ассоциацией глав полиции крупнейших городов, президент заявил, что бедствие, вызванное употреблением наркотиков, разрушает потенциал американской молодёжи и американского будущего, и его необходимо истребить на корню; человеком, которого он назначил главным по борьбе с наркотиками стал глава министерства внутренней безопасности США генерал Джон Келли»[92].

На следующий день Трамп подписал указ о назначении недавно утверждённого в должности Генерального прокурора США Джеффа Сешнса главой новой оперативной группы, «чтобы сосредоточить усилия по разрушению транснациональных преступных организаций и наркокартелей»[93]. Сешнс получил 120-дневный мандат, чтобы рапортовать о «транснациональных преступных организациях и их дочерних организациях, включая степень проникновения подобных структур в Соединённые Штаты»[94].

Это первый серьёзный призыв к борьбе с наркотическим бедствием, которое сегодня разрушает целые районы и миллионы семей в Соединённых Штатах. «Массовое подсаживание американцев на наркотики – это секрет у всех на виду. Ничего подобного ранее в мире в таком масштабе или объёме никогда не происходило, начиная с навязывания опиума Британской монархией десяткам миллионов китайцев в XIX – начале XX вв. На протяжении четырёх десятилетий американцы терпят поступление в страну огромного потока наркотиков. Ответственность за происходящее лежит на истеблишменте с Уолл-стрит, поддерживающем наркобизнес, а также на СМИ, политиках, прикрывающих незаконный оборот наркотиков, психиатрах и представителях нашпигованной наркотиками голливудской индустрии. Специально была создана такая среда, в которой ежедневное потребление наркотических средств считается приемлемым, а, возможно, даже нормальным или желаемым. Это воплощение в условиях XXI века «сомы» из работы британского олигарха Олдоса Хаксли.

По современным подсчётам, только за октябрь 2015 г. более 27 млн. американцев употребляли запрещённые законом наркотические средства[95]. За весь 2015 г. их принимали по меньшей мере 47 млн. американцев – 15 % населения страны[96]. А ведь эти цифры не включают ни миллионы жителей страны, которые, не нарушая закона, принимают широкий спектр одурманивающих наркотических препаратов по рецепту врача, ни миллионы алкозависимых американцев.

Президент Трамп, как стало ясно из его выступления 8 февраля в Вашингтоне на зимней конференции Ассоциации глав полиции крупнейших городов, полностью осознаёт, что проблема наркотиков является ключевой для будущего страны. Он подчеркнул, что «каждый ребёнок в Америке должен иметь возможность играть на улице без страха, идти домой без опаски и посещать школу, не беспокоясь по поводу наркотиков, гангстеров или насилия. Так много жизней стольких людей оборвались преждевременно. Их потенциал, их жизни оборвались. Столько потенциала утрачено. И столько надежд и мечтаний разбито, разбито вдребезги»[97]. Война президента Трампа с наркотиками заслуживает похвалы и должна полностью поддерживаться в любой части мира всеми, кто ценит человеческий дух и человеческий ум[98].

Президентский указ Трампа против Dope incorporated (мировой наркокорпорации)

Посыл в указе Трампа от 9 февраля под названием «Исполнение федерального законодательства применительно к транснациональным преступным организациям и противодействие незаконному международному обороту наркотических средств» мощный и ясный: «Транснациональные преступные организации и их дочерние структуры, включая транснациональные наркокартели, распространились по всей стране, угрожая безопасности Соединённых Штатов и их граждан. Эти организации получают доход посредством широкомасштабной незаконной деятельности, включающей акты насилия и злоупотребления, что демонстрирует грубое неуважение к человеческой жизни.

Эти группы стоят за волной преступности, коррупции, насилия и страданий. В частности, организованный картелями оборот контролируемых законом веществ спровоцировал новый рост злоупотребления опасными для жизни наркотическими средствами и соответствующий рост обусловленных наркотиками преступлений, связанных с насилием. Ликвидация этих организованных преступных синдикатов и восстановления безопасности американцев требует всеобъемлющего и решительного подхода.

Во время своей избирательной кампании Дональд Трамп часто выражал твёрдое намерение перестроить неблагополучные центральные кварталы американских городов. В Детройте, обратившись к своим афроамериканским избирателям, он заявил: «Вы живёте в нищете, у вас плохие школы, у вас нет работы, 58 % вашей молодёжи безработные; чего же вам терять?»[99] Его тут же высмеяли за такие заявления и даже, что невообразимо, в некоторых СМИ назвали расистом. И всё же именно в таком выражении намерения спасти жителей центральных неблагополучных районов стала ясна важность одержать окончательную победу в войне с наркотиками.

Генерал Джон Келли, бывший глава объединённого командования ВС США в зоне Центральной и Южной Америки, а ныне глава аппарата Белого дома при президенте Дональде Трампе, и Джефф Сешнс, генеральный прокурор США – оба бескомпромиссные противники политики легализации наркотиков, проводимой Бараком Обамой. Неслучайно, свидетельствуя на слушаниях в Сенате в январе 2017 г., они подчёркивали важность «многоуровневого подхода, который распространяется далеко за пределы границ США, по всему полушарию, в партнёрстве с соседями США на юге и на севере»[100]. «Если в США есть наркотики, мы проиграли»[101], заявил Джон Келли. По его подсчётам, 99 % героина, который попадает на территорию США, произведён в Мексике. Опийный мак, используемый в изготовлении героина, выращивается в Мексике и Гватемале, а затем наркотики доставляются в США. Он подчеркнул важность сотрудничества с Мексикой, заявив, что США хотели бы «помочь им остановить производство опиума…, остановить нарколаборатории…, производство героина, метамфетамина…, пока они не добрались до границы»[102]. Следует добавить, что в результате разрушения мексиканской экономики после присоединения к НАФТА значительной части молодёжи страны, кроме как наркоторговлей, больше заняться нечем. Необходимо экономическое развитие»[103].

На фоне последних атак на Дональда Трампа со стороны крупнейших корпоративных СМИ, наиболее заметных представителей аппаратов Республиканской и Демократической партий и миллиардеров вроде Джорджа Сороса особо обращает на себя внимание их тотальное молчание по вопросу о путях и средствах международной наркоторговли, полностью сверху донизу поддерживаемой наиболее влиятельными банковскими картелями и правительствами мира.

Согласно расследованию Конгресса США, «американские и европейские банки отмывают ежегодно от 500 млрд. до 1 трлн. долл. в виде доходов от международной преступной деятельности, половина которых отмывается одними лишь банками США. Подсчитано, что половина этих денег поступает в Соединённые Штаты»[104], заявляет сенатор от штата Мичиган Карл Левин. Другими словами, в течение 1990-х годов американскими банками было отмыто от 2,5 до 5 трлн. долл. (криминальных и коррупционных средств), которые находились в обращении в американской финансовой системе. Как считают информированные наблюдатели, сегодня эту цифру можно легко удвоить. Что это означает? Без незаконных средств экономика США обрушилась бы, похоронив себя под обломками.

Эти 250-500 млрд. долл. грязных денег в год покрывают часть дефицита на торговом балансе США. По словам Джеймса Петраса, профессора Университета Бингемтона, «без этих «грязных денег» внешние счета экономики США стали бы абсолютно непосильным бременем, уровень жизни бы рухнул, доллар бы ослаб, доступный инвестиционный и кредитный капитал сократился бы, и Вашингтон не смог бы поддерживать свою глобальную империю»[105]. Нас заставляют думать, что отмывание денег – это удел одних только русских мафиози и их итальянских и колумбийских «родственников», плюс небольшой группы бессовестных банкиров с Уолл-стрит. Это далеко от истины. Важнейшие банки США тесно переплетены с деятельностью по отмыванию денег, тем самым поддерживая глобальное влияние Америки посредством управления незаконно приобретёнными за рубежом средствами. Вновь процитируем Джеймса Петраса: «Вашингтон и средства массовой информации создают образ США как передовой борьбы с наркотрафиком, отмыванием полученных от торговли наркотиками денег и политической коррупцией: это образ чистых белых рук, сражающихся с грязными деньгами. Истина полностью противоположна. Американские банки разработали детально продуманную систему процедур и алгоритмов по переводу незаконных средств в США, инвестированию этих средств в законные виды деятельности или государственные облигации США и их легитимации»[106].

Есть два метода, которые используют ведущие банковские институты для отмывания денег: через частные банки и через банковские корреспондентские отношения. Частные банки обслуживают чрезвычайно богатых клиентов, требуя минимальные депозиты в один млн. долл. Частные банки очень привлекательны с точки зрения отмывания денег, потому что, помимо финансового консультирования они также предлагают клиентам с грязными деньгами конфиденциальность. Частные банки в обычном порядке используют кодовые названия для счетов, создают «счета концентрации» (concentration accounts), которые сводят воедино банковские средства и средства клиентов (отсекая документальные свидетельства безналичных банковских переводов в миллиарды долларов) и учреждают оффшорные частные инвестиционные корпорации (ЧИК) в странах со строгим законодательством о тайне вкладов, как, например, Каймановы острова, Багамы и т. д.

Второй путь, который используют крупные банки для отмывания сотен миллиардов грязных денег – «банковские корреспондентские отношения» (corresponding banking). Это финансовая техника, при которой незаконные средства перемещаются из банка в банк без каких-либо вопросов со стороны банков и тем самым происходит отмывание средств до их использования в законных целях. В корреспондентском банкинге один банк просто предоставляет другому услуги по перемещению средств, обмену валют или выполнению иных финансовых транзакций. Поскольку это то, чем банки, собственно, и занимаются, возникает вопрос: зачем банкам нести дополнительные затраты и нанимать другой банк для этой работы?

В соответствии с результатами слушаний в Конгрессе, эти счета «предоставляют владельцам и клиентам слабо регулируемых, плохо управляемых, иногда коррумпированных иностранных банков со слабым или отсутствующим контролем отмывания денег прямой доступ к финансовой системе США и свободу в перемещении средств в пределах Соединённых Штатов и по всему миру»[107]. Само собой разумеется, некоторые из этих клиентов – наркодилеры и другие лица, участвующие в преступной деятельности. Некоторые из крупнейших банков, специализирующихся на международных переводах средств, обрабатывают до одного триллиона долл. в день[108].

Могли ли у крупнейших банковских корпораций мира, разведслужб и глубинного государства быть причины для устранения и дискредитации президента Дональда Трампа? Ещё как могли.

Краткая история наркотиков

Начнём с того, что средства от наркобизнеса – неотъемлемая часть американской и мировой экономики. При анализе глобальных денежных потоков просто поражает, что объём дохода, полученный ежегодно от наркоторговли, составляет примерно 950 млрд. долл. В эту цифру входит торговля героином, опиумом, морфином, марихуаной, кокаином, курительным кокаином и галлюциногенами. Как уже упоминалось, средства от наркобизнеса сегодня составляют неотъемлемую часть мировой банковской и финансовой систем, потому что они обеспечивают ликвидную наличность, необходимую для совершения «минимальных ежемесячных выплат» по гигантским фондовым, деривативным и инвестиционным пузырям в США и Великобритании.

Первые признаки трансформации Британии в контролёра крупнейших мировых наркокартелей стали заметны ещё в 1776 году, когда Адам Смит в своём «Исследовании о природе и причинах богатства народов» выступил за массовое увеличение производства опиума в Индии и увеличении продаж Китаю под контролем Британской Ост-Индской компании. Координация и финансирование этой глобальной наркоимперии было возложено на британские банки и торговые компании, такие как Jardine-Matheson и The Hong Kong & Shanghai Bank. Многие из тех, кто проявил наибольшую изобретательность в расширении наркоторговли, были посвящены в рыцари королевой Викторией и её преемниками. Богатство города Лондона многократно возросло, в то время как число жертв достигло миллионов.

Эта королевская наркоимперия продолжала функционировать и в XX веке. Между 1909 и 1914 годами было проведено четыре международные конференции (все – по настоянию США), направленные на противодействие наркоторговле. Все они провалились по причине оппозиции со стороны Великобритании. В 1923 году в Лигу Наций было направлено американское предложение сократить производство опиума по всему миру на 90 %. Оно было провалено британской делегацией.

«В действительности в этот период британцы лишь усиливали продвижение наркотиков. В 1927 г. официальные данные британского правительства показали, что во многих азиатских колониях Британии, включая Малайю, Борнео и Саравак[109], доходы от наркоторговли составляли более 30-50 % от общих поступлений в государственный бюджет. В Индии в тот же период Махатма Ганди проводил демонстрации против планов Британии расширить производство опиума. Протоколы Консультативного Комитета по торговле опиумом Лиги Наций отражают сохраняющуюся роль британского правительства в незаконном обороте и распространении опиума и героина в течение всего этого периода. Большинство считают опиумные войны явлением лишь XIX века, однако даже в 1937 г. в Китае было порядка 70 млн. человек, регулярно употребляющих опиум и героин – наркотиками их обеспечивали британское правительство, британские банки и британские торговые компании»[110].

Параллельная вселенная наркобизнеса

Речь идёт о наиболее высокоорганизованном, вертикально выстроенном политическом аппарате в мире, который пользуется логистической поддержкой международного картеля с доходом порядка 950 млрд. долл. в год и защитой со стороны всех политических структур, созданных в Великобритании и США на эти огромные невидимые доходы. Эта защита распространяется не только на производство и распространение наркотиков, но также обеспечивает политическую, разведывательную и идеологическую поддержку. Как и в случае международного терроризма, наркобизнес нельзя просто взять и искоренить навсегда: показательно, что некоторые известные имена представителей королевских кругов и международной олигархии/плутократии являются кукловодами, которые руководят наркобизнесом через связных и посредников. Последние скрывают настоящие имена тех, кто дёргает за ниточки.

Не следует также забывать и про гигантские вспомогательные объекты официальных кредитных рынков мира, торговли золотом и бриллиантами и «ручного» управления розничной торговлей через организованную преступность. Всё это производные глобального наркокартеля. Одна из целей наркоторговли – создание невидимого ликвидного капитала и условий, позволяющих сделать его доступным для тех, кто стремится получить бесчестные преимущества на рынке. Эти ликвидные средства должны поступать по формально законным каналам в таких не укладывающихся в голове объёмах, что банки и другие финансовые институты никак не могут не знать о происхождении этих денег. Тот факт, что большая часть этого денежного потока носит сезонный характер, а сезон заканчивается в течение двух месяцев после урожая мака в марте, может только усилить нагие замешательство.

Банки, которые оправдываются незнанием, – «мы были не в курсе» – это совершенная нелепость. 950 млрд. долл. в год в виде незаконных доходов от наркоторговли выгодны финансовым рынкам и особенно Уолл-стрит. Именно по этой причине продолжается и незаконная торговля оружием. Кэтрин Остин Фиттс, пишущий редактор книги «Из глуши» (From The Wilderness), помощник министра жилищного строительства и городского развития США при Джордже Буше и бывший управляющий директор банка Dillon Read с богатым опытом в качестве инвестиционного банкира на Уолл-стрит, активно борется за то, чтобы изобличить теневую сторону преступности. Она и её новая инвестиционная компания быстро стали мишенью для расследований со стороны как Министерства юстиции, так и Министерства жилищного строительства и городского развития США. Этот опыт она подробно описала в своей интернет-статье из 13 частей «Наркодоллары для начинающих: как работают деньги в незаконном обороте наркотических средств» (Narco-Dollars For Beginners: How The Money Works In The Illicit Drug Trade). Ниже представлены отрывки из этой весьма рекомендуемой к прочтению работы, где проблема наркоторговли исследуются сверху донизу и вдоль и поперёк.

«Каждый день два или три подростка продают наркотики на углу напротив своего дома в Филадельфии. По нашим подсчётам, если бы они имели 50 % прибыли от реализации товара от поставщика и ежедневно получали 300 долл. от продаж и работали 250 дней в году, то их поставщик мог бы обеспечить себе чистую прибыль порядка ста тысяч долл. через местный ресторан быстрого питания, который принадлежит котируемой на бирже компании. Если допустить, что курсовая стоимость акций этой компании в 20-30 раз превышает её доход, то кучка необразованных подростков потенциально может обеспечить примерно 2-3 млн. долл. для крупной компании в виде ценных бумаг на бирже, не говоря уже о неплохом потоке депозитов и транзакций для банков и страховых компаний Филадельфии…

Поэтому если у меня есть компания с доходом в сто тысяч долл. и акциями на бирже стоимостью, в двадцать раз превышающей её доходы, если я смогу найти способ организовать продажу наркотиков на сто тысяч долл. при помощи двух подростков на западе Филадельфии и использовать при этом финансовую отчётность моей компании, то я подниму стоимость акций моей компании на бирже с двух до четырёх млн. долл. Я могу удвоить «свою точку». Это быстрые два млн. долл. доходов от привлечения к работе нескольких подростков… Общая курсовая стоимость, созданная в районе Филадельфии посредством 20-40 млрд. долл. от розничной торговли наркотиками, составила бы 80-160 млрд. долл. Если к этому добавить все те операции, которые можно проделать с долгами, или какие-то другие способы увеличить показатели бизнеса, то этот прирост может быть ещё выше, скажем 100-250 млрд. долл. Это создаёт целый ряд проблем для людей, которые пытаются вести бизнес честно. Отсюда также возникает много проблем трудовой этики и культуры. Так, ответственность всё чаще возлагается на людей с низкой производительностью, и все начинают вести себя, как они, и следовать их примеру»[111].

Что это означает в мире больших денег? Если такие компании, как Hong Kong and Shanghai Bank, Bank of Nova Scotia, Королевский банк Шотландии (Royal Bank of Scotland), Chase Manhattan Bank, Citibank или General Electric решили бы получить дополнительные 40 млн. долл. в виде доходов от наркоторговли, с мультипликатором цена/чистая прибыль равным 20, то чистый прирост акционерного капитала компании составил бы 800 млн. долл. Если вы до сих пор считаете, что на самом деле реальной, сколько-нибудь серьёзной институциональной практической сопричастности к наркоторговле просто не может быть, то удивитесь, когда узнаете, что в конце июня 1999 г. целый ряд новостных служб, включая Associated Press, сообщил, что Ричард А. Грассо, тогдашний председатель Нью-йоркской фондовой биржи, вылетел в Колумбию, чтобы встретиться прямо в джунглях с представителем Рауля Рейеса из Революционных Вооруженных Сил Колумбии (FARC). ФАРК – крупнейшая нарко-террористическая группировка, против которой правительство Соединённых Штатов неофициально ведёт войну.

Цель этой поездки – «передать сообщение о сотрудничестве со стороны финансовых служб США»[112] и обсудить иностранные инвестиции и будущую роль американского бизнеса в Колумбии. Что же такого есть у Колумбии, что может интересовать США? Деньги – деньги от наркотиков: более триллиона долларов акционерного капитала, которые отстраивают Колумбию в последние тридцати с лишним лет. Это практически неограниченные ресурсы, от которых на Уолл-стрит текут слюнки при одной лишь мысли о том, чтобы эти средства можно направить на свои финансовые рынки.

Однако, прежде чем они смогут пустить эти деньги на получение реальных результатов по итогам года, необходимо предпринять шаги по их легитимации. В отличие от ситуации 150-летней давности, сегодня доходы от весьма прибыльной наркоторговли незаконны. Это одна из многих вещей, которые упускают из виду люди, пытающиеся понять, как устроен этот мерзкий наркобизнес. Прежде чем эти деньги можно легально использовать, их нужно спрятать, а затем отмыть. 900 с лишним млрд. долл. под матрасом не спрячешь. Деньги перемещаются так быстро, что, если вы не управляете компьютерными системами, которые отслеживают их передвижение, или программным обеспечением, которое управляет этими средствами, их просто невозможно отследить. Поэтому невежество, особенно когда операции по отмыванию имеют гигантские масштабы, это не самая надёжная позиция.

Кроме того, корпорации могут заработать баснословные суммы денег, заимствуя незаконно полученные средства у наркоторговцев и поддерживающих наркобизнес стран по менее низким процентам и отмывая их с получением астрономических доходов. Когда 100 млрд. долл. бесполезных незаконно полученных денег выдаются в кредит гигантской корпорации под пять процентов, эти средства, в свою очередь, становятся законными и ликвидными.

Издание Le Monde Diplomatique, один из главных источников информации для дипломатов-международников, обнаружило, что на самой вершине огромной глобальной сети организованной преступности и отмывания денег находятся американские разведслужбы, банки и другие многонациональные корпорации… [Издание называет] «создание картелей, инсайдерские сделки и спекуляции, мошеннические балансовые отчётности, хищение бюджетных средств, шпионаж, шантаж и измену среди целой группы других неприглядных практик. Но они не могут быть результативными без государства, готового «свести к минимуму ограничения, посмотреть сквозь пальцы на уже существующие правила или отменить их, парализовать расследования… и ограничить любые наказания или штрафы или освободить от них»[113].

В апрельском (2000 г.) номере Le Monde Diplomatique описана реализуемая на практике действенная система организации потока средств от международных наркокартелей: «Позволив бесконтрольное движение капитала из одного конца мира в другой, глобализация и отказ от суверенитета вместе создали условия для взрывного роста существующего вне закона финансового рынка. Это налаженная система тесно связана с расширением современного капитализма и основана на объединении трёх партнёров: правительств, транснациональных корпораций и разных групп мафии.

Бизнес есть бизнес: финансовые преступления – это прежде всего рынок процветающий и структурированный, управляемый спросом и предложением. Соучастие большого бизнеса в криминале и политический принцип laisser faire – единственный способ для крупномасштабной организованной преступности отмывать и перерабатывать баснословные поступления от своей деятельности. А транснациональным структурам, чтобы консолидировать свою позицию, увеличить доход, противостоять конкуренции или уничтожить её, проводя «сделки века» и финансируя свои незаконные операции, необходима поддержка правительств и нейтральный статус регулирующих государственных служб. Политики напрямую вовлечены в этот процесс, при этом их способность вмешиваться зависит от поддержки и финансирования, чтобы и дальше остаться у власти. Этот тайный сговор интересов – основополагающая часть мировой экономики; масло, которое смазывает вращающиеся колёса капитализма»[114].

Другими словами, наркотики – это большой бизнес, управляемый и контролируемый очень влиятельными людьми, находящийся под защитой этих людей, которые работают рука об руку с крупнейшими банковскими институтами по обеим сторонам Атлантики, членов различных правительств и ключевых корпораций, чьи акции торгуются на ведущих биржах мира. Одним из таких институтов является «Гонконгская и Шанхайская Банковская корпорация» (Hong Kong and Shanghai Banking Corporation, HSBC). После второй Опиумной войны 1856-1860 годов британские коммерческие банки и торговые компании основали банк HSBC, «который до настоящего времени служит центральной расчётно-клиринговой палатой для всех дальневосточных финансовых транзакций, относящихся к чёрному рынку опиума и его героиновых производных»[115]. Когда HSBC поймали с поличным в 2012 г. при отмывании миллиардов долларов для мексиканских и колумбийских наркокартелей, «Администрация Обамы, увлечённая продвижением и легализацией наркотиков по всей территории Соединённых Штатов, постановила, что банкиры вообще не будут подвергаться уголовному преследованию по обвинениям в отмывании денег, полученных в результате наркоторговли, равным образом они не будут преследоваться за весьма крупные преступления, совершённые при реализации деривативных афер и приведшие к почти полному краху западной банковской системы в 2007-2008 годах»[116].

В 2009 году, после почти полного краха западной банковской системы, Антонио Мария Коста, тогдашний глава Управления ООН по наркотикам и преступности, отметил, что международные банки стали «зависимыми от наркотиков». Он заявил: «Во многих случаях деньги от наркобизнеса являлись единственным ликвидным инвестиционным капиталом. Во второй половине 2008 года ликвидность была главной проблемой банковской системы, и, следовательно, ликвидный капитал стал важным фактором. Межбанковские займы осуществлялись за счёт денег, которые имели своё начало в наркоторговле и других незаконных видах деятельности…. Имели место признаки того, что некоторые банки были спасены таким образом»[117].

Президент Трамп сегодня занял такую позицию, чтобы искоренить подобные преступления. «Во время своей избирательной кампании он дал обещание исполнять Закон Гласса-Стиголла, подписанный Франклином Рузвельтом – закон, который разделяет коммерческие и инвестиционные банки, предлагая государственную поддержку только первому типу банков, им запрещено участвовать в спекулятивных операциях. Если Закон Гласса-Стиголла будет исполняться, то операции системообразующих банков («слишком больших, чтобы рухнуть»), связанные с деньгами от наркоторговли, истощатся практически в одночасье, а наркокартели можно будет относительно легко ликвидировать»[118].

Таким образом, нас не должно удивлять, что война президента Трампа против наркотиков являются лишь очередной убедительной причиной истеричной кампании со стороны лондонской «Наркоимперии» свергнуть Трампа.

«Дестабилизация по типу «цветной революции» под контролем Джорджа Сороса против стран по всей Европе, Африке, Ближнему Востоку и Южной Америке сегодня организована против правительства самих Соединённых Штатов под управлением лондонского Сити, его дочерних структур на Уолл-стрит и их блудливых СМИ.

Чтобы победить это зло, необходимо мобилизовать американцев и людей по всему миру, подтолкнуть президента Трампа к выполнению своих обещаний по исполнению закона Гласса-Стиголла[119] и восстановить «американскую систему» финансовой банковской системы Гамильтона, способную переводить кредиты в национальную инфраструктуру, промышленный и сельскохозяйственный рост и восстановить твёрдую решимость страны расширять границы научных знаний посредством освоения термоядерной энергии и покорения космоса.

Президент показал свою готовность работать совместно с крупнейшими странами мира – Россией, Китаем, Японией, а также с возродившимися Европой и Америкой, чтобы построить новую эпоху «Мира через Развитие», не противореча взаимовыгодной политике Нового шёлкового пути Си Цзиньпина. Восстанавливая роль Америки по формированию государственности и национальной идентичности и защищая будущее наших детей как созидательных и творческих личностей, Америка может и должна вновь стать Храмом Надежды и Маяком Свободы для всего мира»[120].

Глава 5. Распад или надежда?

Больше всего Трамп олицетворяет нескончаемый потенциал американской системы экономики, технологический прогресс, инфраструктуру и развитие, которые улучшат жизни всех и каждого жителя страны вопреки природе.

Так, «беспрецедентная истерия крупнейших СМИ и неоконов по обе стороны Атлантики в отношении избрания Дональда Трампа – материал по объектам первого класса для понимания реальных тенденций, разворачивающихся сегодня на глобальной стратегической сцене. Даже самым наивным сторонникам политкорректности становится кристально ясно, что происходящее не имеет никакого отношения к интересам одной партии или страны в их противопоставлении другой. Всё дело в методах, применяемых разрушающейся империей для противодействия возникновению новой парадигмы, точное содержание которой пока ещё чётко не определено, но которая, тем не менее, олицетворяет отказ от системы глобализации»[121].

В чём же тогда дело? Эрик Денесе, директор французского независимого аналитического Центра исследований в области разведки, после прочтения доклада Министерства внутренней безопасности и ФБР касательно якобы имевшего место вмешательства России в избирательную кампанию США опубликовал следующий анализ в статье под названием «Шокирующее отсутствие доказательств» (A Shocking Lack of Proof): «Вашингтонский истеблишмент явно не был готов к победе Трампа и не предвидел «генеральную уборку», после которой многие из его членов потеряют свои политические позиции и выгоды, связанные со своими международными альянсами»[122].

Эта оценка точна, но характеризует лишь один аспект сложившейся ситуации. По всей видимости, неолиберальный трансатлантический истеблишмент никак не хочет принять тот факт, что Трамп был избран в результате демократических выборов. Их «мир разваливается на части», как выразилась канцлер Германии Ангела Меркель; они «весьма шокированы», по словам министра обороны страны Урсулы фон дер Ляйен. Мир, который разваливается на части, это однополярный мир, который неоконы из Администрации Буша воплотили в жизнь, когда был разрушен Советский Союз. В тот момент неоконы провозгласили старт проекта «Новый американский век», чтобы объединить мировую империю на основе особых англо-американских отношений.

«Правительства, которые не подчинятся этому однополярному порядку, со временем будут уничтожены посредством политики смены режимов – к примеру, через «цветные революции», финансируемые из-за рубежа, как в случае с Украиной, беззастенчиво призналась Виктория Нуланд»[123]. В этой стране на НПО один лишь Госдепартамент США потратил 5 млн. долл.[124] Но эта политика включала в себя также прямое военное вмешательство под предлогом защиты демократии и прав человека, как в случаях Ирака, Ливии и Сирии. И, естественно, Россия и Китай являются конечными целями такой политики смены режимов. Неназванным младшим партнёром в этой договорённости выступает бюрократия Европейского Союза. Она – бенефициар системы глобализации и сама стремится к максимальной имперской экспансии, как открыто признал британский дипломат Роберт Купер[125]; лишь время от времени она вступает в конкуренцию с господствующими лондонским Сити и Уолл-стрит.

Предварительным требованием к вступлению в Клуб истеблишмента однополярного мира естественным образом было принятие официальной «установки», что все эти дестабилизации демократически избранных правительств и все эти войны происходили ради «свободы», «демократии» и «прав человека», в то время как те, кто становились мишенью, всегда объявлялись «диктаторами» и «демонами». И, конечно же, все те, кто надевал на себя эти очки однополярности, говоря о том, от чего спасались беженцы, не могли пойти дальше повторения самого этого слова, потому что иначе им пришлось бы осудить несправедливые, беззаконные войны, которые унесли жизни миллионов людей, а за это их вышвырнули бы из Клуба.

И сегодня очередь Трампа, человека, который одержал победу на выборах в США, который, как Обама однажды выразился о Путине, тоже не принадлежит к «команде»[126]; который согласен с конгрессменом Тулси Габбард и рядом консервативных военных фигур в том, что войны для смены режимов нужно прекратить; и который – окончательное святотатство и табу – хочет восстановить нормальные отношения с Россией! Уважаемый американский репортёр-расследователь Роберт Перри сравнил методы, используемые разведслужбами США против Трампа, с тактикой шантажа времён Джона Эдгара Гувера[127].

Darmowy fragment się skończył.