Czytaj książkę: «Резиденс в Москве»

© Meneghetti А. Residence a mosca. Psicologica Ed., 1993.

© НФ «Антонио Менегетти» 2018.

* * *

Предисловие составителей

Труды Антонио Менегетти насчитывают уже более нескольких десятков произведений. В большинстве своём это специализированные издания, но также есть и издания вводного характера, где основатель онтопсихологии постоянно фокусирует внимание на теоретических принципах и практике применения разработанного им подхода.

Работа «Резиденс в Москве» написана по итогам семинара-резиденса, состоявшегося в российской столице в 1993 году и ориентированного непосредственно на психологов, психотерапевтов и специалистов в области медицины и образования в целом.

Специализированные резиденсы подобного типа представляют собой непрерывное мероприятие, длящееся одну неделю, где наряду с предоставлением профессионального образования проводится постоянная клиническая работа с участниками и их аутентификация. В процессе обучения и получения новых знаний каждый участник может подвергнуть себя проверке с целью совершенствования на психологическом и экзистенциальном уровнях.

По окончании резиденса необходимо усвоить полученную информацию путём её преобразования в конструктивные действия в своей конкретной среде и в соответствии с собственным онтическим экзистенциальным проектом. Также фундаментальную роль в этом играет закрепление на рациональном уровне полученных знаний путём изучения методологических основ.

По общему мнению всех тех, кому представилась возможность непосредственно слышать лекции Антонио Менегетти, обучение, проводимое им, – это «живая культура». Под этим определением понимается знание, которое способствует увеличению жизненности в человеке, а также повышению уровня его здоровья в медицинском смысле этого слова. Кроме того, оно открывает человеку способность улавливать причинную реальность мира. Проблема возникает тогда, когда в дальнейшем – после того, как проходит момент, дающий ощущение подъёма, – нужно связать этот опыт со структурами рациональной памяти. Зачастую обнаруживается нехватка логических критических структур, подходящих для содержания и точного размещения этого знания. В таком случае необходимо постоянное пополнение ума техническими знаниями, для того чтобы суметь формализовать точную память (а в будущем и функциональную практику) этой живой культуры.

На страницах книги «Резиденс в Москве» говорится отнюдь не об абсолютной новизне онтопсихологической науки. Напротив, на простом, практическом и доступном языке рассматриваются некоторые темы онтопсихологической теории – языке настолько понятном, что появляется отчётливое восприятие таких тем, как бессознательное и общество, и открывается возможность постижения новых горизонтов смысла. Это работа, посвящённая психологическому исследованию инстинктов и эмоций в человеке и обществе.

Стремясь определить место данного произведения в обширной библиографии А. Менегетти, можно связать его с работой «Санкт-петербургские лекции», продолжением или естественным дополнением которой оно является. С той же прямотой автор рассматривает в нём вопросы, не затронутые в первой работе (проблему наркотиков, женскую психологию), а также возвращается к уже пройденным темам (психотерапии, семантическому полю, психосоматике), раскрывая их новые стороны на более практическом уровне.

«Резиденс в Москве» – это одна из тех работ, которые позволяют изучить открытия и ключевые концепции онтопсихологии и постичь всю суть того, чем занимался автор и чем является эта наука, обладающая удивительным знанием реальности, которое станет доступным человеческому сознанию лишь в будущем.

Введение

1. Что такое онтопсихология?

Мы находимся в самом начале большого приключения для души и ума. Прежде чем начать, я хотел бы, чтобы вы поняли, в чём состоит исключительный момент онтопсихологического образовательного резиденса, кто такой я и какова цель данного мероприятия.

Онтопсихология берёт своё начало не от различных направлений современной или классической психологии; она появляется благодаря опыту теолога и философа-онтолога. На протяжении всего пути моего формирования мне всегда необходимо было знать, что такое бытие и что его определяет, что его желает, что его обуславливает. Мне было безразлично то, что думают люди, что предлагают культуры, чему учит педагогика и что говорит политика; для меня наивысшую значимость всегда имела способность улавливать разум реальности (реальности биологической, физической, психической, реальности бытия).

Бытию можно найти множество определений. Бытие – это порядок реальности, понимаемой как в физиологическом, так и в математическом смысле, поэтому в реальности данной планеты существует поведение атома и поведение человека. Определить правила поведения одного или другого не представляет никакой разницы.

Когда мы хотим привести человека к здоровью и реализации, то мы должны уловить функции, намерения, потребности и векторы реальности в себе. Бытие – это всё то, что образует правила природы, это базовая реальность для всех остальных форм познания или науки. Истинный бог заключён в собственных законах, или сокровенен им. Поэтому любая наука, которая стремится достичь знания как некой власти, должна вновь войти в природный замысел и порядок.

Онтопсихологическое мировоззрение – это простая точка, которая определяет одни и те же правила как для атома, так и для метафизики¹. Их реальность одна, различаются лишь её модусы. Как представителям человеческой расы нам присуща некая модель поведения в данной среде с данными законами, которые представляют собой вечные правила.

Теория онтопсихологии появляется в результате объединения знаний и опыта в области онтологии с клинической практикой и психологией, применённой к поведению человека. Под словом «клинический» я подразумеваю, как это описано в моих книгах, результаты прямого опыта излечения тяжёлых заболеваний и решения проблем, связанных с преступностью, психосоматикой, наркотической зависимостью, парапсихическими и паранормальными явлениями (дьяволизмом, магией, негативной психологией), на протяжении как минимум десяти лет, проверённые уже более чем тридцатью годами.

Таким образом, онтопсихология появляется как результат синтеза двух больших областей знания: бытия и экзистенциальной практики человека.

2. Кто такой учёный?

Когда я изучаю теорию какого-либо автора (будь то Фрейд, Пиаже, Роджерс или другие), то, как правило, я задаю себе вопрос: кто этот человек?

Мне важно знать, счастлив ли и реализован ли данный человек. Теория, созданная больным человеком, человеком фрустрированным в своих амбициях, человеком, не цельным в себе самом, вряд ли будет теорией об успешном существовании.

Понимает ли этот человек животных? Знает ли он их язык? Знает ли он язык растений, земли, фруктов, цветов? Хороший ли он земледелец? Гурман ли он? Знает ли он вкус и язык еды, мяса, рыбы? Спортивный ли он человек? Знакомо ли ему удовольствие от работы мышц, когда они порождают гармонию, огонь при игре в футбол, теннис, во время плавания или танца? Художник ли он помимо того? Чувствует ли он вкус и белый эротизм прекрасного, аромат цвета, свет чёрного и тени? Если этот человек не познал живую любовь, то он не сможет говорить о чувствах и эмоциях. Также нужно обладать огромной сексуальной зрелостью, потому что если человек жил только в одной семье и знал только одну женщину, то ему невозможно понять то многообразие языков, на которых говорят разные люди. Затем также нужно посмотреть на его отношения со своей семьёй как отца со своими детьми, если они у него есть, и проверить, свободный ли это человек².

Кроме того, знаком ли этому человеку рёв мотора заведённого автомобиля? То, как можно чувствовать дорогу? Ведь асфальт тоже говорит: это подобно тому, как уловить направление ветра и почувствовать двигатель автомобиля или мотоцикла, который точит землю в стремлении сделать из неё динамическое лезвие. Я говорю вам о вкусе земли, об удовольствии и об эротизме, которые можно испытать в том числе и от движения колёс. И потом, знает ли он и любит ли он музыку? Способен ли он улавливать водную стихию моря, рыб? Насколько силён духом этот человек в момент боли? Боли физической, боли во времена войны, заключения, расставания…

Для формирования крупного учёного важно развитие в разных культурах, религиях, политических условиях. Одна-единственная культура – будь то католическая, мусульманская, атеистическая, коммунистическая или республиканская – создаёт один-единственный путь, ведёт к расизму и жестокости и не даёт возможности понять все модусы и убеждения людей.

Учёный, особенно в области психологии, должен быть человеком, обладающим полным опытом в том, что касается человеческого существования. В противном случае я не могу верить его теориям, поскольку им недостаёт внутреннего жизненного опыта. Если человек не прожил это, то у него нет осознания и эффективного синтеза в отношении понимания и решения любой проблематики.

Естественно, учёный должен иметь также и дипломы, которые подтверждали бы его превосходство на уровне государственных учреждений. Он должен быть человеком, у которого, помимо жизненного опыта, есть признание и доверие со стороны министерств, университетов, высших органов власти одного государства или нескольких стран. Следовательно, необходимо, чтобы он был экспертом in utroque³: в области права природы и в области права общества.

Человек, положивший начало онтопсихологии, в точности такой, хотя я считаю, что намного превосхожу то, что преподаю.

3. Что такое резиденс?

Резиденс означает «остановиться с самим собой», «хорошо сидеть» во внутреннем созерцании. Онтопсихологический резиденс включает два фундаментальных положения, два диалектических момента. Первый из них – это налаживание в совершённом действии всего, что касается собственной жизни, собственного индивидуального существования: речь идёт о восстановлении функционального порядка для достижения удовлетворения от собственной жизни. В данном случае онтопсихолог является прежде всего онтологическим техником для человека. Невозможно передать истинное знание, если прежде нет основы в виде здорового и истинного человека.

Во время изучения теории онтопсихологии необходимым условием является изменение в направлении аутентичности, поскольку если не достигается отправная точка индивида – точка контакта с тем, что является бытием, – то мы продолжаем быть создателями новых стереотипов и сценариев. Поэтому во время резиденса нужно придерживаться этического поведения, потому что происходит обучение тому, как двигаться вперёд вместе с сокровенным моментом бытия, которым каждый из нас является индивидуальным образом.

Целью данного резиденса является достижение технической и специальной подготовки, которая позволит вам превзойти все остальные техники или специальности современной психологии. Онтопсихология знает и принимает все серьёзные результаты различных школ, но при это идёт дальше, достигая того момента, где ум исследователя встречается с разумом природы.

Кроме того, наряду со специальной подготовкой, я буду проводить постоянный анализ, который будет для вас спонтанным. Косвенным образом я буду осуществлять психотерапевтический контроль аутентификации⁴. Вы этого не будете осознавать, но семантически каждому из вас я буду помогать реализовывать в полной мере собственную функцию.

К концу обучения вы все изменитесь и ваш ум будет способен воспринимать вещи более высокого порядка. Это даст вам власть над знанием о себе и других. У некоторых этот эффект пройдёт уже через неделю, а у некоторых – у тех, кто выберет соответствующий стиль жизни, – это состояние сознания сохранится. Высшее знание определяется стилем жизни.

Этот стиль, в свою очередь, является техникой жизни. Техника, которой я вас научу, – это онтическая техника: это технология бытия, применённая индивидуальным образом к конкретному человеку.

Часто некоторым из вас я буду задавать вопросы, мне нужно это для анамнеза. Когда вы говорите, я вас вижу. Эти небольшие вопросы важны для меня: задавая некоторые вопросы, которые вынуждают субъекта идентифицировать себя вовне, я наблюдаю – в момент, когда задаю вопрос, или в момент, когда человек отвечает, – за изменениями в единстве действия или в экзистенциальном кванте, которым является человек. Для меня важны эти изменения, а не то, что человек говорит. В разговоре он может также и солгать, но – в то время как он говорит – я могу видеть его, идентифицировать его и помнить о нём, таким образом, за эти дни я узнаю, как разговаривать, слушать или видеть данного человека. Я анализирую не для того, чтобы проводить расследование, а чтобы лучше помочь человеку и развить его гений.

С одной стороны, человек избавляется от некоторых комплексов и стереотипов. Но, как только это происходит, важно найти способ усилить гений всех здесь присутствующих (гений не в общепринятом понимании, а согласно природному инстинкту, первоначальной динамике человека), потому что у природы, когда она создаёт каждого из нас, есть уникальный проект, который отличает одного от другого.

Онтопсихология – это функция для реализации врождённой гениальности, которая заключена в онто Ин-се человека.

В эти дни, когда вы будете задавать вопросы, важно будет уточнять своё образование, чтобы я смог дать практический ответ в соответствии с культурой каждого из присутствующих здесь специалистов. Из этого вы все извлечёте интересные вещи, потому что каждый специалист (психолог, врач, инженер и так далее) говорит на своём языке, но все эти языки являются интерпретацией одной и той же реальности.

С помощью семантического поля, а также благодаря проверке ваших сновидений я смогу увидеть те изменения, которые происходят в каждом из вас день за днём (рост или регресс). Всё это я буду знать исходя из ваших психоорганических и психоэмотивных изменений, поскольку существует особая симптоматика, благодаря которой можно обнаружить, находится ли человек в процессе роста или остаётся в рамках комплекса. Если человек регрессирует, то можно выявить причины этого. Итак, весь резиденс будет постоянной демонстрацией клинической практики.

Мой главный совет в том, что касается нравственного аспекта, будет следующийм: никакого секса и никаких любовных историй в эти дни. Среди вас есть очень красивые молодые люди, но нельзя давать волю чувствам. Каждый из вас, если он хочет научиться тому, как стать истинным, должен быть наедине с собой. Поэтому он должен не терять время, а контролировать ту точку, к которой он пришёл, он должен остановить мир и думать только о себе. Потому что если во время резиденса будет допущен эмотивный и эротический беспорядок, то за этим неизбежно последует экзистенциальный регресс.

Наше ядро, наше семя жизни действует негативным образом каждый раз, когда субъект ошибается в технике жизни. Жизнь обладает удивительным порядком, созданным любовью, сексом, красотой, свободой, но в то же время и большой серьёзностью. Когда наступает момент для того, чтобы сделать себя великим, недопустимы инфантильные и биологические ситуации.

Я всего лишь дам совет: тот, кто действительно хочет понять серьёзность этой науки, в эти дни не должен размениваться на поверхностные контакты. Любовь и секс – это очень красивые вещи, но дорога к ним трудна⁵. Они созданы для сильных духом, а не для детей. Эта непреклонность природы не делает исключений даже для семьи. В действительности необязательно, что если человек занимается любовью с законным супругом, то совершает благо для себя. Брак может быть скреплён законами общества, но только не правилами природы.

Глава первая. Семантическое поле и критерий реальности

1.1. Семантическое поле

Семантическое поле – это любое опосредование информации: это информационный преобразователь⁶. Контекст, в котором это происходит, выступает полем. Когда определено поле (гештальт, совокупность), проверке подвергаются операции, заключённые в формах, которые проявляются согласно способу, которым энергия уточняет себя.

Это опосредование информации всегда синергично: оно не перемещает энергию, а сопутствует ей. Речь идёт о различии скорее логическом, чем природном. В природе энергия и форма существуют не отдельно друг от друга, а вместе, они неразделимы. На рациональном же уровне мы можем представить их по отдельности.

Например, некий человек входит в этот зал: моментально я могу почувствовать его присутствие и его модус, поскольку так или иначе, но это влечёт за собой изменение на уровне моей органической экзистенциальной данности. Всё это и есть семантическое поле. Через своё естественное изменение я могу уловить присутствие человека и знать о нём, даже если он думает о чём-то другом.

Для того чтобы продемонстрировать вам силу семантического поля, интересно было бы, если бы я рассказал вам о том, что я вижу менее чем за секунду, и затем мы бы проверили, насколько это подтвердит сам человек. И это не вопрос чего-то паранормального – это нормальный природный дар, который мы утратили, не используя его и не уделяя внимания самим себе. Но у нашего организма есть эта возможность.

Кроме того, мы наделены интеллективной деятельностью. Интеллект – это «то, что взаимодействует», «читает внутри». Интеллект – это норма умения читать внутри. Это особый дар человека. Онтопсихология представляет собой путь восстановления изначального состояния человека в соответствии с его природой.

Две дуги на рис. унке 1 показывают момент взаимодействия двух полей, двух контекстов, двух собеседников. Люди – которые в действительности представляют собой два универсума, каждый со своей семантикой и со своим языком – устанавливают контакт между собой. Стрелки символизируют многочисленные векторы, которые вступают во взаимодействие друг с другом. Существует множество исследований, посвящённых общению и отношениям. Резюмируя итоги анализа, полученные по любому из параметров, всё исследование культуры можно свести к пространству КПЛ.

Рисунок 1

Онтопсихология, помимо понимания всего этого, утверждает, что существует ещё одна форма взаимодействия, которая ранее не была представлена и рассмотрена логически, но при этом является действующим характерным аспектом, присущим факту позиции двух собеседников. С того момента, как два человека вступают во взаимодействие и возможный диалог, устанавливается энергетическое взаимодействие между их смысловыми универсумами.

«К» – это кинетическая коммуникация. Кинетика – это автономное специфическое индивидуальное солипсическое движение, которое осуществляет человек в момент своего присутствия. Он может говорить или молчать, он может даже не двигаться: это то, как он дотрагивается до носа, как скрещивает ноги, как почёсывает голову и так далее. Это движение, отражающее феноменологию субъекта в момент действия, иными словами, его самодвижение.

Вся медицинская семиотика также относится к кинетике человека. Хочу сказать, что все психосоматические процессы и органические изменения тела – это некий язык, и, если его проанализировать с определённой позиции, он позволит понять того, кто на нём говорит.

«П» – это проксемическая коммуникация: управление собственным телом «по отношению к». Это включает в себя управление своим пространством, дистанциями, способ протягивать руку и так далее. Это типовые движения человека в зависимости от того, с кем он входит в контакт: с другом ли, с женщиной ли, с матерью ли и так далее. Проксемика – это всё то, что имеет отношение к ближнему: это движение «по отношению к».

Тело говорит всегда. На мой взгляд, тот, кто не понимает языка семантического поля, если бы ему удалось овладеть умением точно прочитывать языки кинетики и проксемики, то природа для него уже обрела бы целостность. Я никогда не встречал несоответствия между этими двумя аспектами коммуникации и семантическим полем: они указывают на одно и то же.

«Л» – это лингвистический язык. Он включает в себя любые проблематики и связи по лингвистике и кодам (то есть междометия, прилагательные и так далее), которые человек использует, когда говорит, и, помимо этого, то, что подразумевают как тот, кто говорит, так и тот, кто слушает.

В бесконечном многообразии всего того, что было проанализировано и предусмотрено в исследованиях по вербальному и невербальному языку, здесь речь идёт обо всех его аспектах. Графология – это письменный язык; есть художественный язык, используемый в психосемантическом рисунке; точно так же, как языком является письмо, картина, слово, то есть любая вещь, появляющаяся как продукт для коммуникации.

В то время как язык кинетики и проксемики обнаруживается только через проекцию, то есть они ещё не запущены, а скорее являются внутренними операторами, то лингвистический язык во всех его формах – это внешний оператор. Естественно, внутренние операторы тоже активны.

Всё, что онтопсихология говорит о семантическом поле, открывается после этих трёх предпосылок, которые представляют его феноменальный аспект: идеальный язык пока ещё остаётся скрытым. Здесь необходимы два типа знания: знание физики и соответствие сознания природе.

Каждый раз, когда устанавливается энергетический формальный контакт, происходит вхождение в мир взаимодействий. Это относится ко всему, что представляет собой особую область современной физики, которая допускает понимание самодвижения энергии как концепцию относительности. Или же каков ответ на вопрос о том, что происходит с частицей, которая попадает в другой контекст: она разрушается или поглощается? Она всего лишь подвергается воздействию другой информации. Например, атомный взрыв – это изменённая информация с определённым радиусом действия. Речь не о том, что происходит абсолютное разрушение; речь о преобразованиях, которые являются таковыми в отношении данной среды. Действительно, если бы мы устроили взрыв во множество мегатонн в атмосфере, отличающейся от этой, то, возможно, ничего бы и не произошло. И наоборот, вещи, которые в данном контексте для нас являются естественными, как снег или лёд, например, в других контекстах могли бы быть катаклизмами.

Любой феномен и любой анализ являются одними в той среде, в которой они происходят, но не могут быть такими же в других контекстах.

Для того чтобы на рациональном уровне понять, что такое семантическое поле, нам необходимо располагать знаниями в области физики и математики. Это не означает, что мы должны выучить всю математику и физику, но, немного зная их язык, мы сможем понять, как происходит это энергетическое изменение, потому что мы знаем, какое энергетическое взаимодействие происходит между человеком и нейронной информацией.

Универсум поддерживается психическими структурами. Энергия является психической, она не имеет феноменальной природы, несмотря на то, что является энергией.

Между бытием и существованием есть переход в виде чистой психики. Это может соответствовать – в уменьшенном виде – переходу эфирного поля между нами и психическим пространством: эфирное поле – это энергия, которую мы можем видеть, но она ещё не производит окончательной материальной оболочки нашего организма. Однако без него тело, кровеносная система, кости, ощущение тепла, холода, лютые эмоции существовать не могут. Эфирное поле – это базовый агент, от которого берут начало различные феноменологии нашего тела⁷.

Также эта реальность (психика) существует и в том, что касается всех правил универсума. Речь идёт не о магнитном поле, которое уже является некой производной. Психика не имеет феноменальной природы, но она реальная, и в этой реальности она ещё не является последней ноуменальной сущностью тотального бытия, потому что высший замысел не имеет движения.

Есть универсумы, которые – через векторность, вспышки, изменения – постоянно протекают внутри любого семантического поля, но только в связи с энергией, не имеющей отношения вк органике. Это та же самая энергия, которая даёт либо не даёт жизнь. Эфирное поле само по себе не даёт жизни, оно является её феноменом. Жизнь имеет психическую природу. Даже животные участвуют в некой разновидности жизни, которая является психикой.

Для правильного анализа семантического поля мне потребовались бы достаточно совершенные наука и рациональность, которых пока ещё не существует. Все существующие математические науки представляют собой всего лишь логические подходы, которые имеют силу только до тех пор, пока функционируют, но они не могут быть окончательными в вопросе возникновения энергии в этом универсуме, потому что последняя зашифрована в бесконечном количестве способов.

Приведу пример. Карты могут использоваться для разных игр, и у каждой из них будут свои правила: будь то брискола, покер, бридж и так далее. При этом это всегда будет игра в карты и всегда в этой игре есть человек. Как человек и карты играют с другим или с другими? Представьте себе, что любая игра представляет собой некую математику. Любая логика действительна в зависимости от того, какую энергию она понимает и контролирует. Наука, физика или математика, не является бесконечной и неопровержимой, но она точна и имеет силу в той мере, в какой она понимает и контролирует энергию.

Источник семантического поля – это совершенный мир, это промежуточная стадия между чистым бытием и существованием. Это не лестница, и движение происходит не по ступенькам.

Обратимся к примеру с человеком, стоящим у двери. Семантическое поле определяет его моментально, выдавая целый ряд информации (кто это, какое у него здоровье, какой уровень ума, комплексуальные предпочтения, что он недавно сделал, его достижения и как он к этому относится). Если логически всё это формализовать вовне, то может получиться целый роман, в то время как речь идёт всего лишь о вспышке, которая длится менее секунды.

Интеллект постигает путём восприятия гештальта, то есть он всегда постигает целостным образом всё вместе, он не разменивается на части. Это рассудок в дальнейшем, соразмеряя, должен будет разобраться с этой информацией и формализовать это знание в пространстве и времени.

Но я, человек, с помощью интеллекта постигаю всё вместе, с помощью этой формы тотальности, которая представляет собой участие в идентичности с актом. У меня также есть сознание, и это не последний мой способ мышления – это один из нормальных способов интеллекта, однако подобный тому, как если бы имело место участие уже существующего мира, представляющего собой квинтэссенцию. Это познание без боли, без движения.

Кроме того, вернёмся к предыдущему примеру с человеком, который входит в зал. Даже если человек передо мной, всё же более важным для меня остаётся тот момент, когда он подошёл к двери, потому что засёк его я именно в этот момент. Могу объяснить почему. Когда человек находился за дверью, у него был определённый тип реальности; как только он зашёл и сел здесь, реальность уже совершенно другая, иными словами, человек находится в другом состоянии реальности. Для того чтобы объяснить всё это, я не могу обойтись одними лишь законами физики и математики, но от этого измерения я очень сильно могу помочь разным исследованиям, от химии до физики, потому что я знаю, как перемещается и изменяется энергия.

Для понимания семантического поля необходима природная целостность, то есть логико-историческое сознание, способное улавливать аутистические феноменологии тела.

Учёный в области так называемых точных наук через онтопсихологическую теорию обучается умению слушать себя. Тем самым он начинает осуществлять наибольшее опосредование в отношении любого исследования. С помощью всего своего организма, зная об этой возможности, он сообразуется в соответствии с сознанием и естественным образом обнаруживает то, что ищет, если это возможно. В ином случае – если это невозможно – он видит, что это неправильный путь и выбирает другой на основе того, что он чувствует.

Итак, я утверждаю, что онтопсихология предвосхищает все остальные науки⁸, поскольку прежде всего именно учёному необходимы природная целостность и сознание, соответствующее действию жизни и совпадающее с ним.

Любой контекст обладает динамиками, которые можно увидеть мгновенно. Точно так же как это происходит при игре в карты: с каждым новым ходом, новой картой игра постоянно меняется.

Важно владеть теорией семантического поля, потому что знание теории защищает от многочисленных инфантильных форм: человек вместо того, чтобы считать, что обладает бог весть какими выдающимися талантами или что он получил великий дар свыше, понимает, что это всего лишь нормальная способность, которой все мы обладаем от природы. И хотя она неодинакова у всех, тем не менее это универсальная научная точка зрения. Формализовать это необходимо через экзистенциальную практику. Нужно обладать этой предпосылкой, точно так же как это происходит во всём в жизни: тот, кто улавливает психологию победы⁹, должен постоянно тренироваться.

Для того чтобы уловить семантическое поле, необходимо достичь атараксии – такого состояния сознания, при котором отсутствуют эмоции, это должна быть атараксия от стереотипов: видеть реальность, не задействуя память.

1.2. Онто Ин-се

То, что придаёт вес онтопсихологической школе, – это то, что она определила критерий реальности и здоровья человека – онто Ин-се¹⁰. Для того чтобы понять его, сначала необходимо научиться точно улавливать семантическое поле, с помощью которого можно отличить информацию монитора отклонения¹¹ от интенции, или векторной направленности, онто Ин-се: это совершенно разные сигналы.

Для того чтобы понимать семантическое поле, человеку необходимо быть точным, то есть аутентичным, поскольку для понимания точной науки прежде нужно проверить, точны ли инструменты. Согласно онтопсихологической школе, это та причина, из-за которой невозможно понимание высокой психологии, если сначала исследователь не будет аутентичным, то есть не пройдёт психологический тренинг аутентификации.

Онтопсихология обладает культурой онтологической философии, научным подходом глубинного анализа (анализа бессознательного) и знанием процесса экзистенциального становления. Поэтому можно утверждать, что с точки зрения своей культуры она относится к экзистенциальной философии.

Экзистенциальная психология означает, что наука изучает реальность, мир, исходя из функции и интереса отдельного человека. Она анализирует бытия из моего неповторимого вотбытия. Ecceitas на латинском означает «вот он я». Вот-бытие – это абсолютное определение: оно указывает на максимальную степень присутствия в качестве пространства и времени. Этот термин использовался английским философом Дунсом Скотом в XIII веке и уже известен в истории философии.

Следуя понятию вот-бытия, мы можем анализировать мир, исходя из того, что для наших предков было последней частью материи, – атома. Та бесконечно малая часть, которую до сих пор продолжает изучать современная физика, – это вот-бытие материи, последняя часть реальности.

Я должен понять себя самого здесь и сейчас, в своём – как бы то ни было – существовании. Прикладная психология должна дать решение проблемы человека в действительности, она не может застревать на обычной трансцендентности разговоров.

Онто Ин-се – это базовое ядро, от которого затем структурируются все остальные измерения: бессознательное, поведение и историческая позиция. Это семя, радикальность души. На основе этого принципа было открыто, что человеческая природа имеет свой проект.

Любая проверка в отношении человека основана на сравнении его онто Ин-се с логикой его поведения. Даже комплексы и защитные механизмы анализируются в свете онто Ин-се. Оно является критерием для того, чтобы понять, что должен делать человек, чтобы стать лучше, чтобы вновь найти свою жизнь. Принцип, лежащий в основе любого излечения и развития, не приобретается за счёт образования или культуры психотерапевта, а постигается исключительно от врождённой, фундаментальной позиции субъекта.

Онто Ин-се – это неизменная точка. Характер заболевания, любовных отношений, религиозной веры, способа одеваться и так далее всегда анализируется в соответствии с позицией онто Ин-се субъекта. В психотерапии, когда я говорю человеку, что он ошибочен и неправильно себя ведёт, я использую критерий позиции его онто Ин-се, а не своего.

В монографии «Ин-се человека» я даю определение этому критерию, описываю его поведение, возникновение, формирование, признаки, иными словами, я описываю все его аспекты. Удивительным является то, что через онто Ин-се мы участвуем в вечном горизонте бытия.

Я могу сказать, что оно является истинным богом и истинным человеком. Фундаментальная задача каждого из нас заключается в том, чтобы дать ему воплотиться в исторической личности на этой планете: именно оно управляет органическим, ментальным, эмотивным, космическим порядком. Ин-се устанавливает и располагает потенциалом космотеандрического порядка (от греч. κοσμος, θηος, ανηρ, ανδρος).

Онто Ин-се проходит бесконечное количество пространств, несмотря на то, что материально оно случается здесь и сейчас. Оно победоносное, оно радостное, оно всегда едино, проявляется через части, но не имеет частей, оно неделимо, эволютивно, виртуально: оно эволюционирует в зависимости от среды, но при этом имеет свой проект. Пищей для него являются удовольствие и историческая реализация. У него нет конечной внешней морали; мораль имеет силу до тех пор, пока она функциональна в отношении собственного утилитаризма идентичности. Мораль хороша в том случае, если приносит пользу идентичности онто Ин-се, если действует на благо всей жизни человека.

Онто Ин-се – это вечная страсть, потому что в основе своей оно является художником, креативным. Его норма – это фантазия и чудо. Важно суметь выстроить «я», которое совпадало бы с потенциальным импульсом онто Ин-се. От биполярности логико-исторического «я» и онто Ин-се происходит бесконечная диалектика становления личности.

Глава вторая. Монитор отклонения в человеческой психике

2.1. Восприятие и познание

Каждый из нас является точкой огромной реальности. А что такое маленький человек в безграничной реальности? Возможно, ничто, а возможно, что-то.

В масштабах Вселенной Солнечная система является точкой. Анализируя её, мы видим, что есть Солнце и планеты, среди которых есть та, что называется Землёй. На ней есть моря, реки, горы и люди. В этой человеческой магме есть много народов, культур, языков, полов, эпох, наук и, наконец, есть я, маленькое «я».

Можно пойти дальше. Например, какова реальность клетки сухожилия или одной из многочисленных клеток моей кожи? Или же какова реальность одного волоска на моей голове?

В безграничном порядке жизни даже самая последняя часть будет иметь свой порядок.

Как я, учёный, реагирую, когда хочу понять эту мельчайшую точку, бесконечно малый атом необъятной реальности?

Реальность, которую я анализирую, становится «я», когда я осознаю себя, то я пребываю в центре, и из этого «я» я наблюдаю реальность. Я нахожусь в этой точке наблюдения, а реальность – вокруг меня.

Благодаря возникающему опыту я чувствую, что я отличаюсь, я точен и неотделим от всех остальных реальностей. Факт меня здесь и реальности там – это уже огромная ошибка, потому что я являюсь частью и моментом всего.

Проанализируем позицию этой точки, которой является «я» (рисунок 2).

С помощью пяти внешних органов чувств «я» получает впечатления. После получения информации внешними органами чувств появляется внутреннее чувственное восприятие: эмоции, симпатии, антипатии, удовольствие, боль, сомнения, переживания, тоска. Иными словами, это целый мир психологии человека, который включает в себя как чувства, так и восприятие трансцендентного.

После того как ядро получило информацию, оно реагирует из своей внутренней точки (рисунок 3). От внутреннего импульса идёт внешняя реакция, которая происходит на основе кода идентичности и функции ядра. Под реакцией подразумевается любая психоэмотивная организмическая реакция¹².

Рисунок 2

Из внешней реальности ко мне поступает информация, но я – как момент жизни – реагирую на реальность на основе кода идентичности и функции моей истины. Так же и биологическая клетка реагирует не только на внешние стимулы, но и согласно коду, соответствующему её порядку.

Критерий выбора основан прежде всего на идентичности, на коде, который идентифицирует меня как жизнь и исходит из моей внутренней сущности. Поэтому внешняя реальность уточняется согласно функции метаболизирующего её субъекта¹³.

На начальной стадии онто Ин-се устанавливает контакт; в дальнейшем оно может принимать, то есть метаболизировать, или избегать, отвергать, не признавать и исключать.

Рисунок 3

Вышесказанное очевидно и просто потому, что представляет собой естественную структуру жизни, то, как бытие создало нас. На самом деле мы констатируем тот факт, что люди не достигают собственного счастья, а боль, злость, болезнь и проигрыш являются каждодневным опытом. Единственное, что помогает большинству людей, – это надежда и вера. С помощью этих двух рычагов люди продвигаются вперёд, создают общества, верят, что завтрашний день будет иным, что рано или поздно что-то изменится и в итоге они достигнут своих целей. Они действуют на основе своей веры, потому что, несмотря на то, что они не знают, правильно ли они поступают, другие (Бог, государство, университет, математика, медицина и тому подобное) утверждают, что всё так и должно быть.

Так происходит, потому что внутри человека появилась спекулярная проекция, отклоняющая процессы организмического познания, – монитор отклонения¹⁴. Когда поступают наиболее важные сигналы, информация, систематически внедряется другой, накладывающийся сигнал. К каждому опыту познания добавляется другая ситуация, не являющаяся частью этой реальности. Приведу практический пример.

[Профессор Менегетти приглашает молодого студента подняться на сцену и через переводчика даёт ему серию очень простых указаний, которые он должен выполнить.]

Антонио Менегетти (А. М.): Посмотри на меня, не думай и действуй автоматически. Сейчас дай мне ручку, бумагу, дотронься рукой до лба, носа, до моей руки, до своего плеча. Теперь коснись своего пениса.

[Молодой человек смотрит вопросительно.]

А. М.: Он не понял! Почему он не понял? Я задаю этот вопрос вам, психологам.

Я бы мог повторить эксперимент с любым из вас, лишь изменяя предмет. Я знаю, о каких вещах нужно спрашивать у каждого человека, и внезапно спрашиваю о тех, которые монитор отклонения отвергает, в связи с чем эта информация не доходит до восприятия «я». Подумайте о том, что, когда вы анализируете проект, политику, поведение, вы не видите всего, не проводите целостного анамнеза. Некоторые моменты упускаются, а они-то и являются самыми важными. Таким образом, как вы можете выносить значимое суждение, делать выбор, заниматься наукой?

Воспитание и комплекс, являющиеся следствиями монитора отклонения, подвергают анестезии некоторые центры головного мозга, лишая их оперативности. Синаптические реакции на некоторые объекты претерпевают воздействие, головной мозг воспринимает их как несуществующие и, следовательно, не реагирует на них. Если случайно запрещённый объект будет снова предложен с особой настойчивостью, то у субъекта возникнут два состояния: ощущение опасности и страха. Когда монитору отклонения не удаётся устранить запрещённый объект, он преподносит его со страхом и ощущением опасности.

[Профессор Менегетти повторяет эксперимент с тем же человеком, который выполняет указание и подтверждает возникновение чувства страха.]

Когда я попросил его взять бумагу, он взял её и у него не возникло никаких эмоций. Когда же я провёл с ним эксперимент, то у него началась тахикардия. Он приспособился с умом, с любовью к этому эксперименту, но организм отреагировал смущением.

Восприятие человека происходит после этого фильтра, который делает его безразличным к некоторым аспектам, но обуславливает по отношению к объектам, представляющим наиболее значительные для него формы жизни. Монитор отклонения перехватывает только ту реальность, которая может привести человека к целостному сознанию своего мира. На основе этой моралифильтра человек должен всегда жить в страхе и сомнении.

Когда субъект получает этот сигнал о запрещённом объекте, он может принять решение не реагировать, или быть покорным (поэтому, если он совершает действие, он ощущает себя виноватым, поскольку решил сделать то, что общество осуждает, следовательно, с этого момента он чувствует себя запятнанным), или может реагировать с остервенением, приступом агрессии (и у него появится чувство вины за то, что он убийца, плохой).

Например, по отношению к пенису может проявляться экзальтация, а потом осознание собственной непристойности. Или из-за ситуации, связанной с пенисом, субъект может устроить революцию и стать кровопийцей, фашистом в плохом смысле этого слова. Он может стать авторитарным предводителем для других или сражаться с системой, как это делают некоторые революционеры, не ведающие, что в этой ненависти усиливается сама система, против которой они выступают.

Третий вариант – это исключение объекта, однако в этом случае в дальнейшем проявляется регресс. Субъект регрессирует, не достигает своей зрелости. В приведённом примере он как будто не использует пенис или кастрирует себя, отказываясь от познания и определённой функции жизни. Гениталии человека являются органами, через которые возможно глубокое познание жизни. Они выполняют двойную функцию: поддержания равновесия организма и воспроизведения вида.

По сути, происходит следующее: спекулярный поток монитора отклонения становится приоритетным в рефлексивном восприятии, и организмическое восприятие остаётся исключённым, не учитывается. Поэтому человек воспринимает мир не таким, каким он является в реальности, а таким, каким его представляет механизм.

Восприятие происходит следующим образом. Когда, например, мы видим яблоко, его восприятие проходит путь до головного мозга через ряд переходов, преобразующих информацию. Наше сознание воспринимает с помощью серии «переводчиков», обусловленных цепью различных синапсов, и каждый орган обладает своей особой цепью синапсов, которые копируют и осуществляют передачу. Предположим, что восприятие объекта «яблоко» начинается с глаз. Через синтез происходит прогрессивная редукция образа яблока в один знак, невидимый оптическими инструментами исследования, но воспринимаемый неким особым нейроном. Эта точка, это микроскопическое очертание дополняется привычным опытом и принимает в человеческом глазу очертание образа яблока.

Монитор отклонения внедряется в процесс восприятия, когда информация сводится к минимальному знаку. В этой точке объект больше не обладает цветом или вкусом и представляет собой лишь микроскопический знак, незначительный даже для математики¹⁵. В этот момент достаточно добавления ещё одной точки, чтобы изменить полностью весь смысл.

Сознание – это монитор отражения. Монитор или зеркало в данном случае представляют собой одно и то же. Образы, которые появляются на телевизионном мониторе, – это бесконечное преобразование фотонов, скоординированных, намагниченных или поляризованных в одном направлении, которые в результате передают свет тем или иным образом.

Сознание в большей степени является эмотивным, нежели духовным. Я называю его монитором отражения, потому что оно даёт правильный образ. А монитор, искажающий реальный образ, назван мною монитором отклонения.

Человек может познать себя через рефлексию и эмоции в себе.

1) Он познаёт себя в себе, когда видит, понимает и контролирует себя и действует без передачи образа, а на основе очевидного понимания, что истина и действие – это одно и то же. У Ин-се нет необходимости в сознании.

2) Размышление – это фактическое состояние. Из всей получаемой информации происходит сбор данных и синтез, который через различные электрические, химические и синаптические переходы передаётся как образ. Происходит редукция энергетическо-волнового мира в образы. Напротив, из реальности в себе познаётся фотография реальности. Сознание – это продукт природы и истории.

Повторение названий формирует память. Мы живём среди определённых постоянных: вода, хлеб, еда, прогулка и так далее. С того момента как мы воплощаемся в телесном обличии, мы должны приобрести определённые знания, так как не можем познавать каждый раз заново. Ребёнку требуется два года, чтобы узнать собственное тело, первоначально его познание основывается только на висцеральном восприятии. При познании определённой реальности (правая рука, левая и так далее) определяется направление, синтезируемое на основе рефлексии. От повторяемости действий и постоянства витальной идентичности, например постоянно пульсирующего сердца, мы понимаем существование информационной памяти, которая регулирует организм¹⁶, ДНК, на которой основываются эти повторения. Исходя из этих предустановленных ситуаций, функций, появляется память о том, что другого не может быть, если он не обладает стабильностью формы: форма остаётся постоянной, поэтому воспоминания добавляются в соответствии с её толерантностью.

3) Эмоциональное познание – это незамедлительность контакта, непосредственное переживание сенсорного контакта. Когда болят зубы, нет необходимости в сознании – есть ощущение впивающихся игл. Таким же образом, через аффект или новость, мозг незамедлительно улавливает расширение и экзальтацию или же боль.

Следовательно, существует эмотивный момент, который я называю сенсорным, который может быть внутренним или внешним – это не важно.

Всё вышесказанное можно объединить в рамках трёх уровней нашего восприятия¹⁷.

Экстероцептивный – это мир внешних стимулов, вступающих в контакт с телом через пять органов чувств.

Проприоцептивный – это особое восприятие, которое идентифицирует индивида, оно личное. Это знание, способ, тепло, любовь, холод, голод, которые принадлежат самому человеку. Это реальность, которая желает непосредственно субъекта настолько, насколько он является «я», личностью, индивидом. Это в том числе и организмическое познание. Весь организм вступает в движение, действие. Эмоция означает «действие, которое движет мною». Проприоцептивность означает однозначное принятие объективного взаимоотношения со стороны чувствующего. Экстеро- и проприоцептивное восприятия достигают собственного организмического без потери точности.

Эгоцептивное восприятие появляется, когда информация достигает «я». С этого момента необходимо принять решение. Этап эгоцептивного восприятия наступает, когда информация достигает субъекта как такового и «я» решает или не решает.

Но прежде этой третьей фазы вступает в действие монитор отклонения.

Сейчас я на практическом примере продемонстрирую вышесказанное.

[Профессор Менегетти выбирает из присутствующих молодого человека в возрасте примерно тридцати лет и приглашает его на сцену, предлагая сесть рядом.]

Передо мной человек, обладающий определённой культурой и опытом относительно себя и других. Он врач, зрелая и уравновешенная личность. Я выбрал его, потому что почувствовал, что элемент силы всей его личности разряжается изо лба, за глазами.

Я заметил, что больше, чем другие, он смотрит на реальность через это зеркало.

Сейчас я должен найти дорогу для нейтрализации его монитора отклонения. Первое правило заключается в том, что никогда нельзя атаковать его прямо.

В данный момент я попытаюсь семантически проникнуть в пучок его эмоций. То есть с его разрешения я дотронусь до точки его тела, в которой он ещё здоров. Когда я сделаю это, он почувствует себя так, как будто я коснулся всего его тела, потому что эта часть является наиболее свободной в нём самом. Обычно на консультации я лишь проявляю эмотивное и семантическое внимание к этой части. Когда я хочу помочь человеку, я всегда начинаю с его лучшей части, таким образом, чтобы негативная часть субъекта в конце концов лишилась волевой и эмоциональной основы.

Интересно было бы увидеть изменение в его глазах. Очевидно, что в этот момент возвращается его детство, мама, которая его очень сильно любила и была хорошей матерью. Эта часть, очевидно, была той зоной, которую часто обнимала его мать, когда укладывала его спать рядом с собой. В данном случае мать является позитивной фигурой, его первой любовью, которая очень помогла ему в жизни. Он как будто был её любимым тайным сообщником. Но его сознание не верит, что он был любим, он думает, что был непонят, и в результате этого часто переживает в одиночестве комплекс неполноценности. Никто не воспринимает его неполноценным, только он думает так. Поэтому, чтобы быть более значимым, он выбрал науку, в которой он помогает другим как врач.