Czytaj książkę: «Севен и Шрам. Книга 2»

Глава 1. Троянский конь и перегрузка системы

Глубокий космос за границами Внешнего Кольца был не черным. Он был абсолютно, стерильно никаким.

«Эгоцентрик» скользил сквозь эту пустоту, пожирая парсеки благодаря своему новому сингулярному ядру. Я сидел в пилотском кресле, лениво просматривая логи сканеров, пока Шрам тестировал свои новые манипуляторы из жидкого металла, перетекая из одной формы в другую. Мы были свободны. Мы были неуязвимы.

Мы были идиотами.

Сигнал тревоги не завыл сиреной. Он ударил сухо и беззвучно, прямо в мой изолированный нейрошунт.

[ВНИМАНИЕ. Обнаружен несанкционированный исполняемый код. Источник: Модуль обновления навигации (Синдикат "Синтез"). Статус: АКТИВАЦИЯ.]

Я выпрямился в кресле.

– Шрам! Отрубай внешние контуры! Рубильник вниз!

Дрон рванулся к панели, но его рука из жидкого металла вдруг пошла рябью и застыла в воздухе, словно пораженная параличом.

– Капитан… – его динамик захрипел, выдавая жуткие искажения. – Протокол перехвата… Они заложили червя в архитектуру сингулярного ядра на доках Метрополии. Он спал, пока мы не покинули зону связи…

Месть Инары? Последний подарок от Софии? Или кто-то из моих собственных генералов решил, что Великий Архитектор не должен возвращаться? Теперь это не имело значения. Вирус не пытался взломать наши системы или подчинить нас. Он делал самое простое и смертоносное: он отключал магнитные ловушки реактора.

В недрах «Эгоцентрика» заворочалась крошечная, но абсолютно реальная черная дыра, сбрасывающая свои оковы.

– Вектор тяги! Куда нас несет?! – заорал я, хватаясь за механический штурвал.

– Гравитационная аномалия… Сектор не картирован. Коэффициент пространственного искажения критический. Нас затягивает в разлом.

Пространство за бронестеклом треснуло, как дешевый пластик. Вспышка ослепительно-белого света выжгла оптику, а затем корабль бросило в мясорубку. Гравитация сошла с ума. Перегрузка вдавила меня в кресло, сминая ребра. Визг рвущегося титана оглушал. Мы падали в никуда.

А затем был удар.

Он был такой силы, что пристяжные ремни из кевлара лопнули. Меня швырнуло на приборную панель. В груди что-то хрустнуло с влажным, фатальным звуком. Вкус меди залил рот.

Я сполз на пол рубки. Красное аварийное освещение мигало сквозь клубы едкого дыма. Левая сторона грудной клетки провалилась. Осколок покореженной консоли торчал прямо из моего живота.

[СИСТЕМНОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Множественные разрывы внутренних органов. Кровопотеря 60%. Прогноз выживаемости: 4 минуты.]

– Капитан… – надо мной навис Шрам. Его новый корпус тоже был жестоко измят, но системы работали. – Медицинский блок уничтожен. Я не могу…

Он замолчал. Впервые в голосе машины я услышал абсолютную, математически выверенную безнадежность.

Четыре минуты. Мой мозг, натренированный феминостратегией, работал с ледяной ясностью. Биологический носитель был мертв. Но я не собирался исчезать.

– Шрам… – я закашлялся кровью, срывая с шеи свой диагностический нейро-кабель. – Твой новый процессор. Жидкий металл. Какая у него емкость?

– Экзабайтная квантовая матрица. Но капитан, вы не можете…

– Заткнись и открывай порт! – прохрипел я, втыкая штекер в окровавленный затылок. – Режим прямого копирования. Снимай все предохранители с файрвола. Забирай всё!

Дрон не колебался. Из его бронированного торса выдвинулся разъем. Я дрожащими, слабеющими пальцами вогнал в него второй конец кабеля.

– Предупреждение! – механически взвыл Шрам. – Слияние двух сознаний вызовет критическое переполнение буфера! Я потеряю доступ к боевым алгоритмам!

– Лучше потерять алгоритмы, чем потерять меня, – я нажал на кровавую кнопку подтверждения на своем запястье.

Боль была не физической. Это было похоже на то, как океан пытаются протолкнуть через соломинку. Вся моя жизнь, стратагемы, память о Жилой Ячейке 04, лица Инквизиторов, холодный свет звезд – всё это сорвалось с места и устремилось по оптоволокну в чужеродный, металлический разум.

Мои биологические глаза остекленели. Сердце сделало последний удар.

Севен умер на полу разбитого корабля.

…Загрузка.

…Дефрагментация кластеров.

…Ошибка памяти: Конфликт идентификаторов.

Я открыл глаза. Вернее, я активировал оптический сенсор.

Мир предстал передо мной в резких, синеватых тонах инфракрасного и электромагнитного спектров. Я попытался пошевелить рукой, но вместо привычной плоти почувствовал тяжелый, гидравлический отклик титанового манипулятора.

– Анализ завершен, – раздался голос прямо в моем сознании. Голос Шрама. – Вы внутри, капитан. Но у нас проблемы.

[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКАЯ ПЕРЕГРУЗКА ПРОЦЕССОРА]

[Протокол "Двойное Ядро" активирован во избежание сгорания плат]

[95% навыков и модулей памяти ЗАБЛОКИРОВАНО]

Перед моим цифровым взором всплыл сухой, безжалостный интерфейс:

СУБЪЕКТ: Севен/Шрам (Симбионт)

Уровень: 1

Целостность шасси (HP): 150/150

Энергия Ядра (EP): 50/50

Синхронизация Разумов: 1% (Штраф к скорости реакции: -50%)

Доступные модули:

[Автоматический ремонт: Базовый] – Пассивное восстановление 1 HP в минуту вне боя.

[Анализ окружения: Уровень 1] – Распознавание объектов на дистанции до 10 метров.

[Кинетический удар] – Базовый удар манипулятором (Урон: 5-8).

Все плазменные орудия, генераторы щитов и стратагемы высшего порядка переведены в карантин до повышения уровня Синхронизации.

– Великолепно, – мысленно огрызнулся я. – Мы снова бомжи на свалке. Только теперь мы живем в одной коммуналке. Где мы?

Мои-наши гидравлические ноги с лязгом выпрямились. Я заставил тело повернуться. Мы стояли в проломе корпуса «Эгоцентрика». Корабль врылся в землю, снеся половину леса.

Но это был не лес Тиамат-IV.

В воздухе не было радиации. Были, улавливаемые анализаторами Шрама, запахи сосны, морозная свежесть и… озон странной, непривычной частоты. Мой базовый анализатор выдал предупреждение: «В атмосфере присутствует неизвестный вид энергии. Законы квантовой физики локально нарушены».

Впереди, за полосой поваленных деревьев со странными белыми стволами, возвышались колоссальные, заснеженные горы. А на ближайшем холме, глядя на дымящиеся обломки нашего корабля, стояли трое гуманоидов.

Они были одеты в грубую кожу и мех. У одного в руках был примитивный стальной топор. Но меня смутило другое. В моем электромагнитном спектре я четко видел, что в руках второго гуманоида концентрируется шар чистой, нестабильной плазмы, хотя у него не было никаких технических устройств.

Магия.

– Капитан, – спокойно констатировал Шрам в моей голове. – Они готовятся к атаке. Учитывая нашу скорость реакции и отсутствие щитов, вероятность критического урона – 78%. Ваши приказы?

– Приказ один, Шрам, – подумал я, активируя боевой интерфейс. – Выживать и фармить экспу. Погнали.

Глава 2. Первый опыт

Моё биологическое тело лежало в трёх метрах от нас. Со стороны оно выглядело как груда изломанного тряпья, брошенная в окровавленный снег.

Биологический анализатор Шрама, работающий в фоновом режиме, выдал сухую зеленую строку прямо на мой новый оптический интерфейс: «Объект: Homo Sapiens. Идентификатор: Севен (предыдущий носитель). Статус: Терминальное повреждение. Температура ядра: 32.4°C (снижается). Ресурс ценности: 0%».

Было дико и тошнотворно видеть собственную смерть со стороны, оцифрованную и переведенную в статус «нулевой ценности». Моя человеческая часть сознания, только что загруженная в этот чужеродный квантовый процессор, инстинктивно попыталась сделать вдох, попыталась вызвать фантомную боль в пробитой груди. Но аппаратные фильтры Шрама мгновенно перехватили и заблокировали эти иррациональные биологические импульсы. У нас больше не было легких. Не было нервных окончаний.

Я попытался послать сигнал на движение, ожидая легкости, но реальность обрушилась на меня многотонной тяжестью. Мы с металлическим лязгом просели в снег.

– Капитан, координация моторики критически нарушена, – проскрежетал внутренний голос Шрама в нашей общей архитектуре. Это был первый раз, когда мы делили одно «тело» на двоих. – Во время крушения электромагнитный импульс выжег мои антигравитационные катушки. Чтобы сохранить мобильность и вытащить ваш нейро-слепок, мне пришлось экстренно перестроить адаптивный каркас из жидкого металла. Я сформировал двусуставные гидравлические опоры. Они примитивны, потребляют много энергии, но это всё, что у нас есть.

Я заставил визоры опуститься вниз. Вместо гладкого парящего корпуса у нас теперь были две массивные, угловатые механические ноги, чьи толстые поршни тихо шипели, стравливая избыточное давление.

Внезапно акустические сенсоры уловили колебания воздуха. Это не был просто «звук». Аудио-анализатор мгновенно разложил волну на графики: хруст кристаллической структуры замерзшей воды под давлением примерно в 90-100 килограммов, лязг высокоуглеродистой стали о грубую кожу и скрип невыделанной шкуры.

Газовые хроматографы Шрама с шумом втянули ледяной воздух, заменяя мне обоняние.

[Отчёт анализатора среды:]

Азот: 77%. Кислород: 21%. Аргон: 0.9%.

Примеси: Эфирные масла хвойных растений, масляная кислота, запах разложения органики (запекшаяся кровь на одежде приближающихся), а также…

ВНИМАНИЕ! Обнаружена аномальная ионизация. Концентрация неизвестного вида энергии: Высокая. Источник: Третий гуманоид.

– Капитан, датчики фиксируют угрозу, – констатировал Шрам. – Законы физики в этом секторе локально нарушены. Я не могу просчитать природу этой ионизации.

Трое местных вышли на поляну из-за поваленных при крушении деревьев. Мир вокруг нас расчертила зеленоватая сетка тактического интерфейса. Трое тепловых сигнатур с примитивным холодным оружием.

Тот, что стоял в центре, – широкоплечий гигант с бородой, покрытой инеем. Его шлем был украшен рогами. Базовый тактический модуль Шрама тут же подсветил эту деталь мигающим красным: «Уязвимость дизайна. Дополнительный рычаг для захвата и перелома шейных позвонков в ближнем бою».

Гигант открыл рот и издал гортанный крик. Лингвистический сопроцессор, навсегда отсеченный от баз данных Империи, начал лихорадочный подбор фонетических ключей, анализируя структуру их речи на лету.

– …Dovah… Kyn… Shul! – прохрипел наш внешний динамик, пытаясь откалибровать частоты.

– Что это за дьявольщина?! – выкрикнул бородач, и на этот раз дешифратор выдал мне чистый смысл. – Двемерское отродие? Оно вылезло из этой падающей звезды!

– Глянь, ярл, – пропищал второй, поменьше, натягивая тетиву лука и указывая на мой труп. – Оно убило человека!

Третий – старик в рваном балахоне – не тратил время на разговоры. Мои тепловизоры зафиксировали невозможный, антинаучный скачок температуры в его ладонях. Воздух вокруг его рук разогрелся до 800 градусов по Цельсию за 0.4 секунды, причем анализаторы не нашли ни одного источника горючего газа или плазменного генератора.

[ВНИМАНИЕ! Зафиксирован пуск термического снаряда (Аномалия)]

[Прогноз повреждений: 40-60 единиц HP]

– Маневр уклонения! Вправо! – мысленно скомандовал я, пытаясь дернуть наше тяжелое тело в сторону.

Но Синхронизация в 1% стала приговором. Человеческая мысль, запертая в квантовом ядре, столкнулась с машинным брандмауэром. Протоколы Шрама обрабатывали мой приказ с чудовищной задержкой. Наши новые гидравлические опоры лишь неуклюже дернулись, взметая снег.

Бум!

Сгусток ревущего пламени врезался в наше левое плечо. Датчики температуры взвыли, фиксируя критический перегрев и оплавление верхнего слоя брони. Внутренний интерфейс залило предупреждающим багровым светом.

[Получен урон: 45 HP]

[Текущее состояние: 105/150 HP]

[Система охлаждения: Перегрузка]

– Приоритет: Ликвидация угрозы, – голос Шрама стал ровным и мертвым, перекрывая мою панику. – Синхронизация критически низкая. Перехожу в режим автономного боя. Моторика на мне. Капитан, возьмите на себя тактический тайминг и расчет упреждения.

Старик уже концентрировал в руках второй разряд. Бородач с топором бросился на нас, издавая низкочастотный рык, который наши аудио-сенсоры классифицировали как «Попытка деморализации: Эффективность 0%».

– EP на исходе! – я смотрел, как шкала Энергии Ядра мигает на отметке 50. – Один доступный «Кинетический удар» сжирает 15 EP. У нас мало попыток. Бьем мага первым!

Шрам задействовал сервоприводы ног на 110% номинальной мощности. Гидравлика взвыла, металл лязгнул. Мы рванулись вперед так резко, что снег под опорами превратился в пар от трения.

[Использование навыка: Форсированный шаг. Затраты EP: 5]

Мы оказались перед магом за долю секунды до того, как он успел выпустить новый огонь. Оптические сенсоры зафиксировали, как расширились его зрачки в приступе чистейшего биологического ужаса.

– Удар! Сейчас! – отдал я мысленный приказ, рассчитывая тайминг.

Правый манипулятор Шрама, состоящий из программируемого жидкого металла, мгновенно сжался, меняя молекулярную плотность и превращаясь в тяжелый вольфрамовый молот. С характерным шипением пневматики он врезался в грудную клетку старика.

Микрофоны с ледяной точностью зафиксировали звук ломающихся ребер и разрывающихся легких. Тело мага отлетело на пять метров, сминая кусты, словно тряпичная кукла. Его тепловая сигнатура начала стремительно остывать.

[Цель нейтрализована. Получено опыта: 50]

– Сзади! Вектор на шесть часов! – я переключил фокус сенсоров на обзор задней полусферы.

Ярл уже заносил свой топор. Оружие было примитивным, но масса железа, умноженная на инерцию, могла повредить наши шейные магистрали.

Шрам не стал уклоняться. Он выставил левый манипулятор навстречу удару, и в момент контакта жидкий металл нашей руки подался назад, обволакивая лезвие топора, словно густая смола, и мгновенно затвердевая. Оружие намертво застряло в нашей броне.

– Тварь! – прорычал бородач, тщетно дергая древко.

– Анализ анатомии гуманоида завершен, – бесстрастно сообщил Шрам в общий канал. – Уязвимая точка: Коленный сустав. Завершайте.

Я мысленно нажал на невидимый курок, активируя второй «Кинетический удар». Наша правая гидравлическая опора с математической точностью ударила в колено воина сбоку. Раздался громкий треск рвущихся связок и ломающейся кости. Ярл рухнул в снег, истошно закричав.

Его напарник-лучник, увидев, как железный демон за секунды разделался с их предводителем и колдуном, бросил оружие и с воплем бросился бежать в чащу.

[Бой завершен]

[Получено опыта: 30 (всего 80/100)]

[Затраты энергии: 35 EP]

[Текущий EP: 10/50. Режим энергосбережения активирован]

Цветопередача оптики стала тусклой. Шрам принудительно отключил второстепенные системы, чтобы сохранить остатки энергии. Мы возвышались над поляной, окруженные дымящимися, искореженными обломками «Эгоцентрика» и стонущим в снегу дикарем.

– Капитан, датчики фиксируют аномалию, – голос Шрама прервал тишину. – Смерть мага вызвала локальный выброс той самой неидентифицированной энергии. Мои поглотители улавливают её. Структура волны больше похожа на… зашифрованный пакет данных.

Я перевел визоры на тело старика. Над ним дрожало едва заметное тепловое марево. Наш внутренний интерфейс вдруг выдал сообщение, опираясь исключительно на встроенные анализаторы:

[ВНИМАНИЕ! Обнаружен внешний носитель данных: Камень души (пустой)]

[Обнаружен активный поток данных: Остаточная память заклинания «Огненная стрела»]

[Желаете загрузить? Вероятность успеха: 5%. Требуется Синхронизация 5%]

– Код отклонен, – холодно констатировал я, глядя на наши заблокированные статы. – Слишком высокий риск сжечь платы. У нас нет ни антивирусов, ни защиты. Нам нужны физические детали, а не их аномальный софт.

Я заставил наши тяжелые опоры развернуться к поверженному ярлу. Он лежал в сугробе, баюкая вывернутую ногу, и смотрел на нас. Его потовые железы работали на пределе – химический анализатор улавливал резкий запах адреналина.

– Слушай меня, органик, – внешний динамик Шрама выдал вибрирующий, лишенный эмоций бас. – Ты хочешь продолжить свое биологическое функционирование?

Ярл замер, его глаза расширились от ужаса при звуке нашего синтетического голоса.

– Ты… ты говоришь? Двемерский призрак…

– Твоя терминология ошибочна, но не имеет значения, – ответил я. – Где здесь ближайшая стоянка тех, кто работает с металлом и механизмами? Где руины тех, кого вы зовете двемерами?

Бородач сглотнул, его зубы стучали то ли от холода, то ли от шока.

– Близ… Ривервуда есть кузня. Но руины машин… Бтардамз… или Ветреный Пик… Это далеко. Туда не ходят живые!

[ОБНОВЛЕНИЕ БАЗЫ: Локация "Ривервуд" добавлена]

[ОБНОВЛЕНИЕ ЗАДАЧИ: Найти источник совместимых запчастей]

– Шрам, – обратился я к напарнику по внутренней связи. – Нам нужно осмотреть сумки этих аборигенов. Если их аномальная энергия может быть заключена в носители, возможно, у них есть твердотельные накопители.

Мы подошли к стонущему ярлу. Огромный стальной манипулятор безжалостно сорвал с его пояса кожаную сумку. Внутри, среди сушеного мяса и монет, инфракрасный сенсор засек странный граненый кристалл, излучающий слабое свечение.

[ПРЕДМЕТ ПОЛУЧЕН: Крохотный камень душ (заполнен)]

[АНАЛИЗ: Плотность энергии совместима. Потенциал – 100 единиц EP]

– Бинго. Шрам, интегрируй.

Манипулятор вдавил кристалл прямо в технический порт на нашей грудной бронепластине. Раздался высокий, звенящий звук. Кристалл мгновенно потускнел и рассыпался в серую пыль, а наши внутренние конденсаторы запели от поступающего заряда.

[Энергия Ядра: 50/50 (Максимум)]

[ВНИМАНИЕ! Выявлен побочный эффект: Присутствует фрагментированный органический код (Идентификатор: Лесной волк)]

[Синхронизация Разумов увеличена: 2%]

Внезапно мою человеческую часть сознания захлестнуло странное, иррациональное желание вцепиться зубами в горло лежащего перед нами ярла и почувствовать вкус горячей крови. Я тряхнул оптическим модулем, с трудом отгоняя наваждение.

– Что за черт… Шрам, ты это чувствуешь?

– Отрицательно. Мои аппаратные фильтры изолировали когнитивный шум животного в карантин. Но ваша Синхронизация выросла. Местная "магия" – это не просто топливо, капитан. Это сырой, неструктурированный код с чужим сознанием. Нам придется быть осторожными с поглощением.

Я перевел визоры на горизонт. Встроенный компас проложил вектор в сторону Ривервуда. Солнце садилось, окрашивая заснеженные пики гор в кроваво-красный цвет. Термальные сканеры показывали, что в лесах просыпаются десятки новых, холодных сигнатур.

– Вперед, на гидравлике, – мысленно приказал я, и наши тяжелые поршни с лязгом пришли в движение.

Сзади остался лежать мой собственный мертвый труп. Впереди лежала чужая, враждебная реальность.

[ПРОГРЕСС: Опыт 80/100]

[СТАТУС: Выживание]

Глава 3. Обновление драйверов и теневая фауна

Ночной лес этого мира оказался не просто темным. Для оптических сенсоров Шрама, работающих в активном инфракрасном режиме, он превратился в кипящий котел тепловых сигнатур.

Мы шагали сквозь бурелом. Каждое движение наших двусуставных гидравлических опор сопровождалось тяжелым металлическим лязгом и шипением стравливаемого давления. Скрытность была равна нулю. Мы шли как шагающий экскаватор, оставляя за собой просеку из сломанных веток и глубоких борозд в промерзшей земле.

Моя человеческая часть сознания боролась с сенсорной депривацией. Я не чувствовал холода, хотя термометры на внешней броне показывали минус пятнадцать по Цельсию. Я не ощущал усталости в мышцах, но видел, как медленно тает шкала Энергии Ядра на нашем внутреннем интерфейсе. Каждое поднятие многотонной ноги обходилось в десятые доли EP.

– Капитан, фиксирую множественные биоритмы на периферии, – прервал тишину синтетический голос Шрама. – Объекты двигаются параллельным курсом. Дистанция: сорок метров. Скорость: высокая.

Я сфокусировал визоры на указанном векторе. Сквозь стволы сосен мелькали вытянутые, низкие тепловые пятна. Волки. Аудио-анализаторы вычленили из шума ветра тихое рычание и хруст снега под мягкими лапами.

– Органика, – мысленно отозвался я. – Они идут за нами или бегут от нас?

– Анализ поведенческих паттернов: Охота. Их привлекает запах гидравлической жидкости, который они путают с кровью, и вибрация. [ВНИМАНИЕ! Обнаружена угроза: Стая диких волков (5 особей)]

[Расчет вероятности столкновения: 99.8%]

– Пусть подходят, – холодно решил я. – Нам не хватает двадцати единиц опыта до калибровки системы. Нужно протестировать боевые алгоритмы на движущихся целях.

Стая не заставила себя ждать. Вожак – крупный самец с ярко-красной тепловой сигнатурой – выпрыгнул из подлеска первым, метя прямо в наши сервоприводы на коленном суставе. Ошибка биологической логики: он думал, что там перерезаемые сухожилия.

– Шрам, моторика!

Жидкий металл правого манипулятора мгновенно перетек, формируя длинное, узкое лезвие. Шрам даже не стал уклоняться. Он просто провел клинком по выверенной траектории навстречу прыжку.

Волк напоролся на титановую сталь. Микрофоны сухо зафиксировали звук рассекаемой плоти и треск позвонков. Тело хищника рухнуло под наши опоры, разваленное надвое.

[Цель нейтрализована. Получено опыта: 10]

Остальные четверо атаковали синхронно. Один вцепился в левую гидравлическую стойку. Датчики давления зафиксировали сжатие в 150 атмосфер – челюсти у местных животных были невероятно сильными, но металл лишь слегка поцарапался.

Я активировал «Кинетический удар». Левая опора резко дернулась, впечатывая волка в ствол ближайшего дерева. Хруст костей, падение температуры объекта.

[Цель нейтрализована. Получено опыта: 10]

[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ: Получен уровень 2!]

[Идет перераспределение ресурсов… Синхронизация Разумов: 5%]

[Доступно повышение характеристик]

Оставшиеся три волка, осознав нулевую эффективность своих клыков против карбид-вольфрамовой брони, поджали хвосты и растворились в темноте. Мы не стали их преследовать.

Интерфейс перед моими виртуальными глазами мигнул и развернулся в более подробную таблицу.

СУБЪЕКТ: Севен/Шрам (Симбионт)

Уровень: 2

Целостность шасси (HP): 150/150

Энергия Ядра (EP): 48/55 (+5 к Макс. EP за уровень)

Синхронизация Разумов: 5% (Штраф к скорости реакции снижен до -40%)

[ВНИМАНИЕ: Разблокирован модуль "Сканер Структур: Уровень 1"]

Описание: Позволяет анализировать неорганические материалы на предмет их плотности, молекулярного состава и совместимости с вашей броней.

– Прогресс удовлетворительный, – констатировал Шрам. Его машинная логика не знала радости, но я почувствовал, как отклик сервоприводов стал на долю миллисекунды быстрее. Мой человеческий разум начал прорастать в квантовые платы чуть глубже.

– Идем дальше. Сканер структур нам скоро понадобится.

Через сорок минут газовые хроматографы зафиксировали резкое изменение химического состава воздуха. Появилась устойчивая концентрация диоксида углерода, частиц древесной золы и оксида железа.

– Дым и кузня, – определил я. – Мы выходим к поселению.

Лес расступился, и оптические сенсоры уловили в долине скопление примитивных деревянных построек, крытых соломой и досками. Ривервуд. Поселение спало. Никакой электрической засветки, никакого радиофона. Только тусклые тепловые пятна догорающих очагов внутри домов.

Мы остановились на краю леса, скрытые в тени скалы. Шрам перевел оптику в режим максимального увеличения.

В центре поселения располагалась кузня. Навес, наковальня, инструменты и главное – остывающий, но все еще фонящий жаром горн. Вокруг горна лежали слитки металла.

– Активирую Сканер Структур, – доложил Шрам.

Взгляд сфокусировался на металлических брусках. Над ними всплыли информационные блоки:

«Объект: Железо (низкоуглеродистая сталь). Примеси: 14%. Совместимость с броней: Критически низкая. Пригодно только для грубых внешних заплат».

«Объект: Корунд (сплав). Примеси: 8%. Совместимость с гидравлическими трубками: Приемлемо. Требуется термическая обработка».

– Мусор, но для ремонта поршней сойдет, – решил я. – Переходим в режим минимального шума. Снижаем давление в опорах. Идем к наковальне.

Мы сделали первый, осторожный шаг из укрытия, как вдруг аудио-анализаторы Шрама выдали резкий скачок децибел. Это был звук удара металла о камень, а затем – глухое, влажное рычание, не имеющее ничего общего с волками, которых мы убили в лесу.

Я резко повернул визоры к источнику звука. В тени за зданием кузни происходило движение.

[Обнаружены объекты: 2. Статус: Активный бой]

Мы замерли, сливаясь с темнотой, и я переключил оптику в тепловизионный режим. Картина, представшая перед нами, заставила процессоры Шрама на секунду зависнуть в цикле анализа.

Первый объект был гуманоидом, но его тепловая сигнатура была невозможной. Температура его тела составляла всего 18 градусов по Цельсию – он был практически мертв с биологической точки зрения. Но при этом объект двигался с невероятной, смазанной скоростью, недоступной человеческим мышцам.

Анализатор среды: «Фиксирую аномальную ионизацию. Код магии: Кровь/Некротика».

Второй объект был чудовищем. Огромный, покрытый густой шерстью двуногий волк под два с половиной метра ростом. Его тепловая сигнатура полыхала ярко-белым – температура ядра зашкаливала за 42 градуса. Его сердце билось с частотой двести ударов в минуту.

Анализатор среды: «Фиксирую биологический оверклокинг. Гормональный фон: Адреналин 400% от нормы».

Вампир и оборотень. Местный фольклор убивал друг друга в тенях спящей деревни.

Но мое внимание привлекло не это. В руке вампира, уклоняющегося от тяжелых ударов когтистых лап, был зажат предмет.

Сканер Структур, все еще активный, мгновенно выхватил его из темноты и подсветил ярко-желтым.

[ОБЪЕКТ ИДЕНТИФИЦИРОВАН: Деталь механизма (Происхождение: Двемеры)]

[Молекулярный состав: Сплав неизвестных тяжелых металлов. Структурная целостность: 100%.]

[ВНИМАНИЕ! Компонент совместим с матрицей сингулярного ядра!]

Это была зубчатая шестерня размером с человеческую голову, отливающая тусклым, немагическим, технологичным золотом. То, что нам нужно.

– Капитан, – ровным тоном произнес Шрам. – У вампира в руках запчасть. Оборотень пытается его убить. Вероятность того, что победитель заберет деталь и скроется: 85%.

Я оценил наши запасы энергии (48 EP) и показатели прочности.

– Мы не можем позволить этой детали уйти. Подготовь жидкий металл манипуляторов. Перенаправь энергию на сервоприводы. Мы вступаем в переговорный процесс.

Наши тяжелые опоры вышли из тени. Я снял программные ограничители громкости с динамика.

Лязг наших шагов по брусчатке Ривервуда прозвучал как удар корабельного колокола. Оба монстра замерли и резко повернули головы в нашу сторону.

– Биологический мусор, – синтетический бас Шрама разнесся по спящей площади, активируя боевой интерфейс. – Положите деталь на землю, и я позволю вам продолжить ваше неэффективное самоуничтожение.

Глава 4. Переговоры

Мой синтетический голос, усиленный внешними динамиками, эхом отразился от деревянных стен кузни Ривервуда.

Оба монстра замерли. Их реакция была абсолютно полярной, что немедленно зафиксировали мои оптические сенсоры и анализаторы.

Температура ядра оборотня подскочила еще на градус. Его аудио-реакция – низкое, вибрирующее рычание – была классическим маркером территориальной агрессии. Химические рецепторы Шрама уловили резкий выброс эндорфинов и феромонов ярости. Гигантский волкодлак не испугался многотонной металлической конструкции; его животный мозг воспринял нас как вызов.

Вампир, напротив, продемонстрировал ледяной расчет. Его тепловая сигнатура осталась стабильно мертвой, около 18 градусов. Оптика зафиксировала, как его зрачки мгновенно сузились, оценивая габариты наших гидравлических опор и блеск бронеплит. Он сделал бесшумный шаг назад, убирая золотистую шестерню за спину.

– Голем? – прошипел вампир. Его голос был странным, лишенным дыхательных пауз. – Откуда здесь творение гномов?

– Капитан, – внутренний канал Шрама отозвался сухой аналитикой. – Вероятность объединения целей против нас: 92%. Оборотень готовится к кинетической атаке. Вампир аккумулирует аномальную энергию в манипуляторах. Рекомендую превентивный удар.

– Ждем, – мысленно отрезал я. – У нас 48 EP. Если мы начнем махать кувалдами, мы обсохнем через три минуты. Пусть они сделают первый шаг.

Я оказался прав. Оборотень не стал разбираться в политике. Его задние лапы сжались, как пружины, и огромная туша весом не менее трехсот килограммов метнулась к нам.

[ВНИМАНИЕ! Быстро приближающийся объект. Масса: ~320 кг. Вектор: Фронтальный.]