Czytaj książkę: «После Нас»

Пролог

Дальний Восток. 12.04.2005г.

Секретный исследовательский объект Эра-2.

Здесь слишком много света. Настолько, что вокруг совершенно не видно теней. Тишина давила на уши, смешиваясь с волнообразным электрическим гулом, окутывала белоснежную комнату, похожую на операционную. Из застенков слышался неразличимый шепот чьих-то голосов, периодически сменяющийся топаньем тяжелых сапог. От белых, как снег, стен веяло тревогой, а висящие по углам массивные камеры и тяжелая свинцовая дверь лишь нагнетали депрессивные мысли.

— Эй! — тихо произнесла Аня.

Как и следовало ожидать, никакого ответа не последовало. Пятилетняя девочка сидела посередине комнаты, на раскладном стульчике у стола, который старательно выбивался из общей картины чистоты и стерильности, поскольку был темно-коричневым.

Сегодня она проснулась поздно, около половины одиннадцатого, позавтракала не слишком выдающимся омлетом с двумя помидорами и стаканом вишневого сока, но было вкусно. Разделавшись с пайком в пластиковой тарелке, девочка занялась своими привычными делами — играла с куклами, которых каждый день перед сном заботливо укладывала спать в кукольный домик, стоящий на столе, и читала свою любимую, подаренную братом, книгу о мальчике-волшебнике Гарри.

Насладиться последней ей, впрочем, не удалось. В половину второго на пороге ее комнаты появились две женщины в белых халатах. Она так и не запомнила их имен, да и лиц тоже, хотя одна из них пару часов назад приносила ей еду, и они даже немного поболтали. На ее взгляд, женщины совершенно не отличались друг от друга, как не отличались друг от друга головы пса Пушка из ее книжки.

— Пора на процедуры, солнышко.

Аня отложила книгу и, взяв одну из женщин за руку, вышла из комнаты в уже хорошо знакомый ей длинный коридор. Спустя пару минут она уже сидела за столом на неудобном стульчике в полном одиночестве.

— Скоро начнем, — сообщила безликая женщина, прежде чем исчезнуть за тяжелыми железными дверьми.

После того как девочка осталась одна в тишине, прошло по меньшей мере двадцать минут. За это время ребенок может переделать две сотни дел, если у него есть игрушки, и около сотни, если у него есть воображение. У Ани его было вдоволь, но пустая комната его старательно поглощала.

Раздался резкий механический скрежет. Вздрогнув от неожиданности, Аня обернулась в сторону разъезжающихся створок дверей. На несколько секунд свет стал контрастнее, так что девочка смогла разглядеть исцарапанный бетонный пол, покрытый замытыми разводами. На пороге появился человек в белом халате. На его голове полиэтиленовая шапочка, а на синей ленте, висящей на шее, кейпас с его фотографией. Приглядевшись, Аня прочитала на нем имя своего гостя: Сергей Трофимов. Старший научный сотрудник. Уровень 3. Сергей уверенно шагнул к девочке, держа в одной руке штатив с камерой, а второй придерживая бумажную папку под развевающимся халатом. Дверь закрылась, едва он успел войти.

Поставив штатив возле стола, Сергей, усевшись на стул, стал настраивать камеру. Аня молча наблюдала за ним, пристально рассматривая его большой нос. В другой ситуации она бы, наверное, начала смеяться над ним, но не сегодня. На фото старший научный сотрудник выглядел лет на десять моложе. У него еще не пробивалась седина, и морщин было значительно меньше.

Камера издала короткий писк, провозглашающий начало записи. Сергей развернулся к столу и пристальным взглядом стал изучать Аню.

— Привет, Аня. Меня Сергей зовут! — заговорил он спустя несколько секунд.

— А кто там, за дверью?

— Это коллеги мои, мы сейчас с тобой поиграем немного. Ответишь на пару моих вопросов?

— А где мой папа?

— Он приедет минут через двадцать.

Сергей положил папку на стол. Прежде чем она распахнулась девочка успела заметить на наклеенном поверх обложки белом листочке свое имя: Ид.Номер-0014. Анна Морозова.

— А ты доктор?! — робко спросила девочка.

Он рассмеялся: нет, я друг твоего отца, он попросил меня с тобой посидеть. Сергей бегло пробежался глазами по документам, кажется, он искал что-то определенное.

Аня ждала, что будет дальше, стараясь не смотреть мужчине в глаза. Сергей перелистнул страницу и, не поднимая головы, спросил: как ты сегодня себя чувствуешь?

— Не знаю, здесь скучно.

— Ты помнишь, что ты делала вчера?

На секунду задумавшись, Аня приоткрыла рот, чтобы выпалить ответ, но не смогла выдавить из себя ни звука. Ее глаза округлились. Перебирая в голове воспоминания, она судорожно старалась отыскать нужное, но у нее никак не выходило. Девочка всерьез испугалась: для своих лет она помнила поразительное количество вещей. В точности помнила, как выглядел врач, принявший ее из материнской утробы, помнила, как отец ругался с бабушкой, убеждающей его в необходимости отдать девочку в детский сад. Помнила, как старший брат щипал ее за бока за то, что она не могла выговорить его имя, и вместо Егора звала его «Аго».

Аня сидела совершенно неподвижно. В ее сознании расцвел запах дикой черешни, растущей в их дворе, и лицо мальчика, который пытался отнять у нее куклу. Она видела, как он, ехидно улыбаясь, медленно отрывал ее кучерявую голову от пластмассового туловища, жадно наблюдая, как слезы струятся из ее огромных серо-зеленых глаз. Вспомнила, как злилась на него и что с тех пор ни разу его не видела, а потом Егор забрал ее от бабушки, и они вместе с отцом ехали куда-то по бескрайним полям. Все эти воспоминания перемешивались в ее сознании, создавая невнятную кашу, из которой сложно было выстроить даже подобие хронологии.

— Аня! — Сергей прервал ее тщетные попытки ответить на поставленный вопрос. Девочка вздрогнула и уставилась на него.

— Я не знаю.

— Если не помнишь, значит ничего интересного, — улыбнувшись, сказал он, явно желая сменить тему.

Отметив что-то в документах, Сергей перелистнул еще одну страницу в папке. Он повернулся к камере, висящей на стене слева:

— Значит, начнем сначала. Сегодня двенадцатое апреля две тысячи пятого года, точное время: четырнадцать часов девять минут, — он бросил непродолжительный взгляд на наручные часы. — Станция Эра-2. Эксперимент 11.4.8.

Время зафиксировано, можете начинать. Голос раздался откуда-то из-под потолка и эхом пронесся по комнате.

Сергей закрыл папку и отодвинул ее на край стола и выудил из кармана своего халата тяжелый металлический женский браслет. Положил его посередине стола и откинулся на стуле, закинув ногу на ногу.

— Что это? — Аня с интересом разглядывала блестящий предмет.

— Он принадлежал твоей маме, я подумал отдать его тебе, это подарок.

— Спасибо! — Девочка осторожно подняла браслет со стола и принялась вертеть его в руках. Сергей бросил взгляд в камеру.

— Скажи, Аня, ты слышишь какие-нибудь голоса?

— Голоса?

— Да. Ты говорила папе, что иногда слышишь что-то. — Аня отстранилась и убрала руки под стол.

— Все в порядке, в этом нет ничего плохого. — Сергей слегка наклонился к девочке, пытаясь ее успокоить.

— Правда?!

— Конечно. Но мне очень нужно знать, что именно они тебе говорят?

— Я… Я не знаю. Голос просто зовет меня по имени, а дальше… — Девочка смутилась.

— Дальше?

— А потом я ничего не помню.

На лице Сергея явно читалось что полученной информацией он не слишком доволен. Хоть Аня и не помнила этого, но эту фразу она говорила ученому уже десятки раз.

— Ладно, Аня. Можешь ответить на еще один мой вопрос? Только отвечай честно.

Легкая волна страха прокатилась по детскому телу. Почему-то Аня чувствовала, что вопрос ей совсем не понравится и она осторожно кивнула.

— Скажи мне, кто такой Тори?

Аня непроизвольно дернула головой.

— Кто?! — Девочка лишь пожала плечами.

Нахмурившись, мужчина в нелепой шапочке вновь обратился к тем, кто следил за ними по ту сторону камер: увеличить мощность поля!

Поднимаем до сорока пяти процентов, незамедлительно ответил шипящий голос.

— Поднимайте до шестидесяти! — уверенно сказал Сергей, пристально всматриваясь Ане в глаза.

Комната стала наполняться пульсирующим шумом и теперь Ане стало по-настоящему страшно. Подняв глаза, она заметила странный пульсирующий свет, исходивший из огромного прибора, висевшего под потолком — он напоминал медицинские люстры, как в операционных в «Докторе Хаусе», только здесь свет исходил явно не от ламп.

— Я хочу к папе! — выпалила девочка.

— Аня, тебе просто нужно ответить на мой вопрос, — Не отводя глаз, Сергей продолжал упорствовать. — Скажи мне, кто такой Тори?

— Я не знаю! Хватит! — С этого момента Анин страх перестал быть просто эмоцией, теперь он обрел отчетливую физическую форму, превратившись в нестерпимую боль, пронзающую тело маленькой девочки от ушей до кончиков пальцев ног. Она не могла пошевелиться и просто сидела, уставившись на свет в потолке.

— Все в порядке, просто расслабься и расскажи все, что знаешь. — Сергей будто не замечал ни давящего гула, ни страданий девочки.

— Хватит! Я больше не хочу с тобой играть! Пожалуйста! — Аня умоляла: дрожащий ребенок больше не мог терпеть боль. Она изо всех сил зажмурила глаза, и комнату пронзил звонкий детский крик, от которого Сергею стало не по себе.

— Давай, ублюдок, покажись! — прошипел Сергей себе под нос. — Давай!

Все вокруг затряслось, стол задрожал, и папка с бумагами свалилась на пол. Камеры начали сбоить, уже неразличимый из-за помех голос что-то кричал из-под потолка о перегрузке системы.

Неожиданно все стихло. Аня распахнула глаза, и теперь, ее зрачки пылали голубоватым свечением. Теперь девочка была абсолютно спокойна, она с любопытством изучала ученого.

— Аня? — Сергей говорил очень спокойно. По большей части потому что не слышал как люди в костюмах химзащиты за стеной уже принялись взламывать двери. В ответ девочка отрицательно покачала головой. — Ты Тори, так ведь?

Она утвердительно кивнула, неспешно вращая в руках блестящую безделушку.

— Ну, вот и свиделись. — Сергей расплылся в улыбке от которой за километр разило фальшью.

Глаза Ани вспыхнули и носатого мужчину тут же откинуло на спинку стула. Боковым зрением он заметил, как штатив с камерой медленно поднимается над полом. Переведя взгляд, увидел и упавшую папку, которая теперь парила невдалеке от стола. Да и сам стол, кажется, устремился бы вверх, если бы не лежащие на нем руки девочки. Аня перевернула руку с браслетом ладонью вверх и раскрыла маленькую ладонь. Безделушка тут же взмыла в воздух. Медленно вращаясь в двадцати сантиметрах над ее рукой, украшение точь в точь следовало за движением тоненьких пальцев.

— Зачем вы держите ее здесь? — спросила девочка без каких-либо эмоций на лице.

— Для ее же блага. Мы хотим понять, что происходит, — строго ответил ученый. Невидимая сила все сильнее вжимала его в деревянный стул.

Девочка перевела взгляд на парящий браслет:

— Эта вещь когда-то принадлежала ее матери. Откуда она у вас?

— Браслет мне отдал ее отец.

— Это ложь. Ее отец не стал бы мучить ребенка воспоминаниями о смерти самого дорогого человека. Вы украли его.

Поняв, что собеседник знает больше положенного, Сергей явно напрягся, хотя и пытался это скрыть.

— Полагаю, Николай не поставлен в известность о проведении этого эксперимента.

— Он слишком напуган, чтобы быть объективным, — презрительно бросил ученый. — Мы в непростой ситуации, знаешь ли. И нам бы хотелось получить некоторые ответы!

Голова девочки слегка наклонилась влево. На ее недвижимом лице впервые проступила эмоция и проживал ее отнюдь не засевший внутри незнакомец: в ней отчетливо читался страх. Аня перевела взгляд на браслет; его вращение тут же замедлилось и вскоре он неподвижно завис перед ее лицом. Глаза сверкнули новой вспышкой, и по блестящему металлу поползли маленькие трещины. Безделушка плавно рассыпалась на кусочки. Девочка бросила взгляд на ученого:

— Какие ответы вы надеетесь получить на этот раз?

Сергей судорожно перебирал в голове всевозможные варианты интересующих его вопросов. Отчетливо понимая, что разговор скоро подойдет к концу, он расставил приоритеты:

— Кто ты такой?

— Я понимаю. Вы следуете протоколу. И хоть вы и спрашиваете мое имя уже в восьмой раз, я все равно отвечу — меня зовут Тори Су, — Из крошечных розовых губ вылетали слова, но девочке они не принадлежали. Ее плечо начало подрагивать — судя по всему, время Тори истекало.

— Сколько вас — тебе подобных?

— Не так уж много.

Тори прожигал ученого маленькими детскими глазками и по всему было видно что на разговор он не настроен.

— И какая у тебя миссия?

— Миссии у меня нет. Сейчас, это скорее необходимость.

— Что еще за необходимость? — Сергей упорно давил на собеседника, хотя был совсем не в том положении, чтобы что-то требовать.

— Я должен защитить Аню.

— От кого?! — Сергей почти кричал.

— В данный момент, от вас. — Тори сжал маленький детский кулачок, и осколки браслета в тот же миг устремились прямиком в грудь ученого.

Металлическая дробь прошила тело Сергея насквозь, разорвав халат на спине; она вонзилась в раздвижную дверь позади него, заляпав белое помещение брызгами алой крови. Стол в одночасье разорвало на маленькие щепки, а с потолка посыпался град искр из лопнувших ламп. Собеседников раскинуло по разным углам. Комнату накрыла темнота.

Резервное освещение включилось лишь спустя несколько минут. Некогда стерильное помещение заполнилось тусклым красно-оранжевым светом, от которого кровь на стенах стала казаться черной. Аня лежала у дальней стены без сознания. Повсюду валялись осколки стола и куски бетонного потолка. Сергей лежал на полу у двери в луже крови — он был в сознании, но не мог дышать.

Следующие две минуты показались ему часом, и когда мрак комнаты разрезал яркий луч света, вырвавшийся из раскрывшейся двери, он уже был готов к смерти. Через узкую щель между створками протиснулось несколько пар рук в перчатках. Дверь раздвигали вручную — похоже, моторы вышли из строя после перегрузки.

В комнату проникло несколько человек в костюмах химзащиты. Переступив через тело ученого, они бросились к девочке и сразу же унесли ее в недра станции. Вновь подоспевшая группа принялась за Сергея: они быстро перекатили его на носилки и вынесли в светлый коридор.

На пороге они столкнулись с Николаем. Проходя мимо носилок, он бросил озлобленный взгляд на Сергея и осторожно вошел внутрь. Пробежавшись глазами по перепачканным кровью стенам, он вышел в центр комнаты — туда, где раньше стоял деревянный стол.

Посмотрев под ноги, он поднял с пола клочок бумаги с отпечатанным номером: «0014». Николай смял его в кулаке и бросил в темный угол.

— Чертов идиот!

Выжившие Глава 1

Ленинградская область. Апрель 2018г.

От раскаленных весенним солнцем ржавых крыш воздух наполнялся тяжелым запахом металла. Маленький провинциальный городок с нетерпением встречал новый день. Казалось, вот-вот прозвенят первые школьные звонки, и родители сонных школьников помчатся по своим важным делам. Улицы наводнятся автомобилями, магазины откроют свои двери, а фабрики загудят монотонными станками. Но в этот день, впрочем как и во все прошлые, городу не суждено было проснуться. Здесь просто некому было никуда спешить.

Город был совершенно пуст. За исключением неприметного синего домика по улице Волковской. Неопытным взглядом его с трудом можно было отличить от других местных строений — те же наспех заколоченные окна, порванная цепь, свисающая с собачьей будки, и поросшая колонка во дворе. Хотя отличия все же были: едва ли, попав сюда, вы бы сразу обратили внимание на то, что все стекла в рамах этого дома были целыми, а входная дверь по-прежнему находилась на своем законном месте.

Меж рассохшихся досок мелькали чьи-то тени. На раскладушке в полупустой комнате первого этажа сидела Кира с миской еле теплой каши в руках. Каштановые волосы ровно до плеч, светлые глаза и небрежный шрам на шее, по ключице уползающий куда-то к плечу. Она сидела, смотря в одну точку, и старалась жевать как можно тише. Возле нее, забравшись с ногами в постель, доедала свой завтрак девочка Вика. Ей было чуть больше пятнадцати, и она то и дело поправляла стремящуюся запутаться в пальцах прядь волос. Они сидели в полной тишине, к которой уже давно привыкли.

— Держите, это последняя… — На пороге комнаты появился Андрей с бутылкой воды в руках. Пройдя вглубь комнаты, он бросил приветливый взгляд на девочку, без энтузиазма поглощающую остатки каши. Улыбнувшись ей, Андрей поставил бутылку с мутной водой на большую картонную коробку, накрытую куском фанеры, служащей импровизированной тумбочкой, и направился к выходу. Вика с улыбкой рассматривала его, напрочь забыв об остывающем завтраке.

— Спасибо, — провожая его взглядом, ответила девушка.

— Приятного, — бросил Андрей из коридора, задергивая за собой висящую вместо двери шторку. Пройдя вглубь дома, он вышел в просторный холл, угол которого венчала лестница, ведущая на второй этаж. По сути, кроме этих деревянных ступеней здесь больше ничего и не было, несчастный домик уже не раз подвергался набегам мародеров, так что никаких телевизоров, холодильников и кондиционеров здесь и в помине не было. Даже висящие когда-то на стене большие механические часы и те вырвали вместе с куском деревянной отделки. Остановившись у окна, Андрей выудил из кармана своей ветровки смятую шоколадную конфету «Ласточка», закинув ее под язык, он стал пристально всматриваться сквозь закопченные стекла на соседский забор.

На втором этаже в объятьях автомата АК завершал свое дежурство еще один сонный обитатель заброшенного дома — Алексей Староверов (по прозвищу «Старый», из-за фамилии и потому что действительно был в доме старше всех, ему было 39). Плавно моргая тяжелыми веками он, не отрываясь, блуждал глазами по придомовой улице сквозь приоткрытое окно. На мгновение провалился в сон, отекшие глаза просто отказывались открываться. Его разбудил звук бодрых шагов, стучащих по лестнице.

— Ну как, все тихо? — в комнату вошел Андрей и, разминая шею, направился к товарищу.

— Ни души. Тут даже птиц нет, — потирая лысину, процедил Старый в ответ.

— Если бы мы умели летать, нас бы тоже тут не было…

— Это да…

Андрей взял со стоящего посреди комнаты раскладного столика бутылку воды и, сделав пару глотков, подошел к окну.

— Давай иди, поспи, моя очередь.

— Нам сегодня еще за водой ехать.

— Поедем, как только выспишься. — Андрей окинул напарника сочувствующим взглядом.

— Ладно. Смотри в оба. — Леха передал другу автомат и, потерев лицо руками, побрел к лестнице.

Оперев Калашников о стену, Андрей уселся на пол под окном. Вытащив из кармана смятую пачку сигарет, он жадно закурил, выпуская в струящиеся из окна лучи утреннего солнца клубы желтого дыма. Поставил автомат между ног и перевел предохранитель в положение одиночного огня. Повиснув на стволе, Андрей откинул голову на стену и закрыл глаза, вслушиваясь в давящую тишину.

В основном из этого и состояли его дежурства: он просто сидел под окном, щелкал затвором и пытался забыть о том, что сидит в грязном старом доме и курит отсыревшие сигареты. Он представлял, как в очередной раз собирается на работу, поднимается в лифте с красивой стажеркой Настей на свой родной двадцать седьмой этаж, и она, помахав ему тонкими пальчиками, ласково произносит: привет, Фирс. Это прозвище (производное от фамилии Фирсов) прилипло к нему после первой же планерки, но так его звали практически всю жизнь: просто, быстро и легко запомнить. Будучи программистом, он довольно редко здесь появлялся — только когда приезжало вышестоящее руководство или когда нужно было получить новое железо. Но он любил это место — во многом из-за видов, открывающихся из панорамных окон офиса, но больше всего ему нравились эти мимолетные встречи с Настей. Иногда он даже специально приезжал туда, чтобы встретить ее у кофе-машины или послушать, как она смеется в курилке. Он все собирался пригласить ее куда-нибудь, но теперь было слишком поздно — симпатичная русая девушка была мертва, как, впрочем, и все его бывшие коллеги.

Теплые воспоминания нарушил странный шорох, донесшийся с улицы. Андрей вскочил в полный рост, вскинув автомат в боевое положение. Он стоял, неподвижно целясь в дорогу перед домом. Зажатая в зубах сигарета испускала едкий дым, застилающий глаза, блуждающие по округе в поисках источника угрожающего звука. Андрей стоял неподвижно и почти не моргал. Звук нарастал, и вскоре из шевелящихся кустов на дорогу выскочила здоровенная овчарка. Фирс резко перевел ствол на нее и тут же, едва заметно вздрогнув, снял палец с курка.

— Твою ж мать… Сколько вас здесь?! — выдохнув, парень опустил автомат и сел обратно под окно.

Просто пес. Просто. Ему хотелось об этом не думать, но мысли сами лезли в голову. Найди десять отличий. После того как мир рухнул, он вместе с этим псом вышел из социального лифта на одном этаже, с той лишь разницей, что зверю было плевать: на то, что происходит вокруг, свои теплые воспоминания и надежду на светлое будущее. Его волновало лишь одно — что он сегодня будет есть.

Пятого сентября две тысячи семнадцатого Андрей как раз направлялся к своему офису в центре Питера, и именно в этот день мир решил слететь с катушек. Вернее (и это он понял позже), с миром как раз таки все было в полном порядке — это люди лишились разума. В то теплое осеннее утро его любимый фильм Дэнни Бойла стал реальностью. «Они заражены вирусом ярости», слова одного из персонажей предельно точно описывали поведение озверевших людей, которые ни с того ни с сего принялись рвать друг друга на части. Нет, никто никого не кусал. Никто не ел мозги, их просто вышибали из голов голыми руками или тем, что было под рукой, просто смеха ради. Воспоминания о сладком голоске Насти растворились так же легко, как в солнечных лучах растворялся табачный дым. Андрей сделал последнюю затяжку и затушил сигарету о деревянную балку.

— Стой, сучка! — глаза Андрея полезли на лоб. С улицы доносились крики, впервые за долгое время он слышал голоса живых людей. В любой другой ситуации он бы обрадовался, но голос опытного разума настойчиво убеждал его, что это значит лишь одно — опасность.

Снова вскочив, он просунул дуло между деревянных рам окна, пытаясь найти среди заросших окрестностей источник криков.

— Отвалите от меня! — сбивчивый женский голос становился громче.

— Не набегалась еще?! — второй голос был куда менее приятен на слух, хриплый, похожий на рычание старого пса.

Наконец, среди деревьев Андрей заметил мелькающую фигуру. Это была девушка, на вид лет двадцати, одетая в мешковатую синюю кофту. В нескольких метрах позади нее бежали трое мужчин. Они были вооружены какими-то палками, а у одного из них Андрей успел разглядеть в руках нож. Быстро прикинув возможные расклады, Андрей взял на мушку того, что бежал ближе всех к девочке. Он прищурил глаз и приготовился нажать на спуск, когда на его плечо опустилась тяжелая рука Алексея.

— Стой! — Андрей резко обернулся. — Их много, мы себя выдадим.

— Они щас кончат ее!

— А может, и нас потом!

— Ты издеваешься?!

— Сука… Тогда надо быстро сделать. — Леха достал пистолет из-за ремня и устремился к лестнице. Едва обернувшись, он столкнулся с Кирой.

— Вы слышали крики?

— Иди к Вике и сидите тихо. Мы разберемся, — скомандовал Леха, убегая вниз.

Уроды уже практически догнали девушку. Один из них с размаху ударил ее палкой по голове. От неожиданного удара она упала в траву и по инерции пролетела еще несколько метров. Мужики тут же навалились на нее сверху. Девушка начала отбиваться, но у нее не было ни шанса. Она истошно вопила, пока двое здоровяков держали ее за руки, а сидевший на ней мужик стягивал с нее грязные джинсы.

Задержав дыхание, Андрей произвел прицельный выстрел. Громкий хлопок эхом разнесся среди деревьев. Пуля попала насильнику в висок, его просто снесло с испуганной девушки, перекошенное лицо которой теперь было заляпано брызгами свежей крови. Бандиты тут же бросили ее руки и в панике стали озираться по сторонам. Воспользовавшись шансом, собравшаяся с духом девочка незамедлительно нанесла одному из них удар ногой в пах и, подскочив с влажной земли, рванула в лесную чащу.

Алексей стоял у распахнутой входной двери. Услышав выстрел, он взвел свой ПМ и, крепко сжав его в руках, обернулся на спешно спускающегося по лестнице Андрея.

— Готов?

— Давай, давай — пошли! — выпалил Андрей, пробегая мимо него.

Парни выбежали во двор и, преодолев калитку в заборе и дорогу, скрылись в череде деревьев. Им потребовалось всего три минуты, чтобы оказаться у поляны, на которой двое несостоявшихся насильников изучали бездыханное тело своего подельника.

— Стоять на месте, ублюдки! — выкрикнул Андрей, выпрыгнув из кустов. Он взял парня на мушку, подоспевший Алексей последовал его примеру.

— Не на тех напали, девочки, — оценив противника, пренебрежительно выпалил мордатый мужик (вероятно второй по старшинству).

Когда он потянулся рукой в карман, Андрей без колебаний спустил курок. Пуля попала в живот, с диким криком, корчась от боли, бандит рухнул на землю. Стоящий позади крупный мужичек в ту же секунду бросился бежать.

— Леха, давай за ним!

— Стоять! — крикнул пустившийся в погоню Алексей. Пробравшись сквозь кустарник, он оперся на дерево и несколько раз выстрелил вслед беглецу, но мужик был слишком быстрый и чрезвычайно ловкий, так что пули поразили лишь пару деревьев.

Андрей подбежал к раненому мужику, он ногой перевернул его на спину и наставил на него автомат.

— Кто ты? Сколько вас? — Андрей видел огромное количество крови, размазанной по земле, так что получить какой-либо вразумительный ответ даже не надеялся, и просто смотрел, как заросший грязный засранец умирает, захлебываясь собственной кровью. Пробурчав что-то невнятное, он перестал дышать. Раздался хруст веток, Андрей незамедлительно вскинул автомат на звук.

— Ушел урод! — сказал Леха, расстроено выходя из кустов.

— Этот умер.

— Где девочка?

— Не знаю. Обыщи их и давай за мной.

Андрей побежал в сторону двух больших сосен, через которые девушка скрылась из виду. Оглядев поляну, которую теперь украшали два мертвеца, Леха направился к тому, что поймал пулю головой. Перевернув труп на спину, он принялся изучать содержимое его карманов.

Андрей шел очень осторожно, пытаясь не издавать лишних звуков, внимательно вслушивался в каждый шепот колышущихся на ветру сосен. Пройдя примерно метров восемьдесят, он краем уха уловил сбивчивое дыхание, доносящееся из-за большого оврага. Он медленно направился туда.

Девушка сидела в яме за огромным деревом, она никак не могла прийти в себя и старательно пыталась успокоить свое дыхание, готовясь к новому марш-броску. Андрей был уже в двух шагах, не желая вновь испугать и без того шокированную девушку, он медленно положил Калашников на землю и, выставив руки перед собой, изображая, по его мнению, доброжелательную позу, направился прямо к ней. Заметив его, девушка вскрикнула.

— Не подходи! — вжавшись спиной в ствол дерева, она попыталась убежать, но сил уже просто не было. — Не трогай меня!

— Тихо! Я тебе ничего не сделаю.

Девушка была в истерике, она ползла на спине, не спуская глаз с парня, готовясь отбиваться до последнего вздоха.

— Все, все! Уже кончилось, тихо. — Андрей склонился над девочкой и, отбиваясь от вялых ударов, пытался хоть как-то ее успокоить. Обессиленная девушка начала задыхаться и через мгновение потеряла сознание. Присев рядом, Андрей внимательно ее осмотрел, после чего, откинув волосы с ее лица, прильнул ухом ко рту девушки — дышит. Приподняв ее голову одной рукой, он пару раз похлопал ее по щеке, безрезультатно.

— Леха, давай сюда, — оглядевшись, крикнул он в пустоту леса.

— Андрей? — раздалось где-то неподалеку.

— Мы здесь.

— Что с ней? — спросил показавшийся из-за дерева Алексей.

— Отключилась.

— У того хмыря только сигареты и деньги. Ствола не было.

— Деньги? На кой хер? — Андрей недоумевающе покосился на друга.

— Если бы ты стрелял по ногам, мы могли бы спросить…

— А может, и наоборот… Куда он свалил?

— На юг.

— Больше никого не видел?

— Нет. — Леха пожал плечами. — Думаю, это были все.

— Ладно, давай отнесем ее в дом. — Андрей подхватил девушку под руку. Через мгновение он уже нес ее на руках в сторону дома. Еще раз оглядевшись, Алексей подобрал лежащий на мокром мху автомат и отправился следом.

Перейдя дорогу возле их дома, друзья со своей загадочной гостьей остановились у забора. Алексей открыл калитку, помогая осторожно внести девушку во двор. Он бросил взгляд на окрестности, чтобы еще раз убедиться в отсутствии хвоста, затем протер рукавом висящий на заборе датчик движения и, захлопнув за собой калитку, скрылся в недрах двора.

Кира и Вика сидели в своей комнате за перевернутой на бок раскладушкой. Девочка беззвучно вертела в руках небольшого плюшевого медведя, за несколько месяцев она уже привыкла не обращать большого внимания на происходящие события и могла просто спокойно играть практически при любых обстоятельствах. Кира же была предельно напряжена, ей было до дрожи страшно за Вику, больше, чем за кого бы то ни было. Взведя свой пистолет, она сквозь тонкий расписанный цветами брезент раскладушки направляла его прямо на дверной проем, чтобы при малейшей угрозе первый же счастливчик, ворвавшийся к ним, незамедлительно поймал пулю. Схема была давно отработанной и оттого исключительно действенной.

Из прихожей донесся грохот, сменившийся звуком уверенных быстрых шагов. Вика отвлеклась от игрушки, когда Кира, прижав девочку к себе, приготовилась стрелять.

— Кира! — раздался глухой голос Алексея из соседней комнаты. Девушка опустила пистолет, когда он просунул голову в щель тканевой двери. — Пойдем, помощь нужна. — Леха скрылся в темноте коридора.

— Все хорошо, — сказала она девочке, пряча пистолет за пояс. — Посиди пока тут, я скоро.

Вика послушно выползла из укрытия и, проводив выходящую из комнаты девушку, принялась наводить в комнате порядок.

Через распахнутую входную дверь в дом вошел Андрей с девушкой на плече. Не ожидавшая такого поворота событий Кира просто застыла, наблюдая за болтающимся на Андрее бессознательным телом юной гостьи.

— Куда ее? — глядя на девушку, Андрей настойчиво ждал ответа.

— Неси к себе, — промычала Кира, указывая на лестницу на второй этаж. Андрей кивнул в ответ и, крикнув Лехе, чтобы тот принес воды, удалился вверх по деревянной лестнице. Кира последовала за ним.

— Кто она?

— Откуда я знаю?! Леха!

— Да набираю, не ори! — донеслось с первого этажа. Андрей уложил девушку на свою раскладушку и наконец, разогнувшись в полный рост, стал разминать себе спину рукой. Кира нервно нарезала круги вокруг него. Поднявшийся Леха бросил Андрею бутылку, поймав ее, он плеснул воды себе в руку и несколько раз окатил лицо девушки градом брызг. Безрезультатно.

— Кир, неси нашатырь.

— Сейчас, — девушка раздраженно удалилась вглубь комнаты. Андрей принялся трясти спящую девочку за плечи. Когда Кира вручила ему заветный пузырек, Андрей незамедлительно подсунул пахучую смесь девушке под нос. От резкого запаха она на мгновение пришла в сознание, но тут же, что-то промямлив, отключилась.

— Оставь ты ее, сама очнется, — бросил из-за плеча Алексей.

— Что там случилось? Это были охотники? — Кира не находила себе места.

— Нет. Люди, — однозначно ответил Андрей.

— А она? Вы видели ее глаза?

— Мы были немного заняты.

— Ты серьезно? Вы ее притащили и даже не удосужились…

— Так тихо! Подвиньтесь. — Леха оборвал ее на полуслове и, протиснувшись между стеной и изголовьем раскладушки, склонился над девочкой. Он пальцами раздвинул ей веки и стал пристально вглядываться в большие блестящие зрачки.

— Ну что там?! — Киру уже просто трясло.

— Серые? — предположил присоединившийся к «офтальмологическому осмотру» Андрей.

— Да черт знает, или зеленые, — умозаключил Леша. Кира облегченно выдохнула.

— Слава богу! На кой хрен вы вообще ее сюда привели?

— А надо было бросить ее там? — удивился Андрей.

— А сам как думаешь?!

— Она там одна была… И ее пытались трахнуть трое мудаков. Ты как думаешь?! — Кира немного осела, теперь она смотрела на девушку не только с опаской, но и со слабой ноткой снисхождения.

— Вы разобрались с ними?

— Почти… — виновато сообщил Алексей.

— В каком это блять смысле «почти»? — Кира взорвалась с новой силой.

— Один ушел, — спокойно ответил Андрей.

— Превосходно! Молодцы. Подставили всех нас из-за одной малолетки.

— Кира!

— Что Кира?!

— Все будет нормально, — заявил Леха.

— Может, она с ними заодно? Вырежет нас ночью как свиней.

— Я ручаюсь, что это не так. Я там был. — Андрей был совершенно уверен, что все произошедшее никак не могло быть хитроумным спектаклем.

— Чтобы глаз с нее не спускали, вы поняли? Теперь еще один рот кормить… — Кира пристально смотрела на неподвижную девушку, после чего громко фыркнув, направилась к лестнице и скрылась за дверью. Парни встревожено переглянулись.

— Истеричка… — брякнул Леха, как бы подводя итог всему вышесказанному. Отойдя от злополучной раскладушки, он уселся на стул возле окна.

— Ты сам видел, что с ней было… Мы сейчас все на нервах. — Закуривая, Андрей уселся напротив.

— Что есть, то есть… И за водой сегодня мы уже точно не поедем.

— Ночь продержимся. Завтра утром двинем.

— А ее куда? — Леха кивнул на девушку.

— Давай завтра об этом подумаем? — Андрей принялся обеими руками натирать виски.

— Давай завтра… а вот сегодня надо решить, что делать, если тот мудак вернется.

— Думаешь, приведет друзей?

— А ты бы не стал?

— Блять… Будем дежурить в две смены, значит. — Андрей вопросительно смотрел на друга, Леха одобрительно кивнул в ответ.

— И, к сожалению, Кира права. Теперь придется перераспределить запасы. Надо все пересчитать. А то обосремся, не выходя из дома.

— Я займусь.

— Нет, я сам, — Андрей забросил бычок в треснувшую пепельницу на столе. — Ты лучше разберись с трупами.

— Ладно. Интересно, кто эта девчонка?

— Узнаем, как очнется… — Парни повернулись к незнакомке и, убедившись, что она по-прежнему без сознания, отправились приводить намеченный план в действие.

Кира с Викой еще не спали. Они сидели на своей кровати, спина к спине, освещенные тусклым светом керосиновой лампы, и читали молитву.

— Да будет воля твоя як же на небеси так и на земли… — Точнее читала Кира, а Вика то и дело косо на нее поглядывала.

— Думаешь, это поможет? — пробурчала девочка. Кира открыла глаза и принялась разбирать постель, словно пропустила вопрос мимо ушей, и лишь мило улыбалась в ответ.

— Давай забирайся. — Кира переложила небольшого плюшевого медведя на сторону девочки и легла в постель.

— А как ее зовут? — Вика улеглась рядом.

— Я не знаю…

— Думаешь, она хорошая?

— Очень в этом сомневаюсь.

Кира выкрутила регулятор керосинки, и комната заполнилась лунным светом, пробивающимся между приколоченных за окном досок.

Андрей уже вовсю занимался подсчетом того, что можно было назвать провизией. Небольшой склад на первом этаже был практически пуст. На сколоченных на скорую руку полках пылились остатки консервов и несколько пакетов всевозможных круп. Андрей сидел на полу с бумажкой в руке и планомерно заносил все содержимое стеллажей в список. Взяв в руку очередную банку сайры, он сверил срок годности и быстро поставил жестянку на место, стараясь не впускать в голову мысли о былых деньках, когда он бы просто пошел в магазин и купил ее. Да что там, раньше он вообще не ел ничего такого и, завидев на прилавке что-то подобное, просто прошел бы мимо. Но не теперь. Чтобы эта баночка оказалась в этой самой комнате, друзьям пришлось изрядно попотеть, а кому-то даже расстаться с жизнью. Андрей подвел черту под списком оставшейся провизии. Еще раз бегло пробежавшись по нему глазами, он, тяжело вздыхая, уселся на табурет и, перевернув листок, принялся заносить иссякшие пункты в «список покупок».

Тишину вечернего леса нарушало жужжание комаров и лязганье металлической лопаты. Уже больше часа Леха в поте лица рыл здоровенную яму, которая вскоре станет последним пристанищем для двух свежих трупов. Выкинув очередную горсть вязкого торфа на поверхность, Алексей уселся на край могилы и, утерев лицо майкой, неторопливо закурил. Пистолет под его ремнем был взведен, и, несмотря на усталость, Леха то и дело оглядывался по сторонам. По ночам беда здесь всегда приходит откуда не ждешь. Посмотрев на лежащие рядом перемотанные полиэтиленом тела, Алексей забычковал окурок и бросил в яму. В два движения он спихнул трупы ногой в могилу и, размяв шею, принялся за лопату.

— Кир? — Андрей мялся у двери девочек, держа в одной руке затухающую свечу, а в другой листок бумаги.

— Ты чего? Мы уже легли, — спустя полминуты помятое лицо Киры показалось в приоткрытой двери.

— Мы завтра прошвырнемся по магазинам.

— А она? Оставите нас с ней одних? — девушка была явно против.

— Давай это с утра обсудим? Если вам что-то нужно, допиши в список. — Андрей протянул ей бумажку и ручку.

— Ладно, давай, — выйдя в коридор, Кира приложила листок к двери и, недолго думая, принялась писать.

Войдя во двор, Леха осторожно закрыл железную калитку и, как и каждую ночь, посадил замок на тяжелую цепь. Он проковылял через двор к крыльцу и, оперев лопату на стену, наклонился над стоящим у входа ведром с дождевой водой. Закатив рукава, он запустил руки в холодную воду и принялся смывать с лица перемешанную с потом грязь. Наконец оказавшись в доме, Леха сразу направился на второй этаж. Они поделили комнаты уже через пять минут после того, как впервые вошли в этот дом. Просто Вика внимательно осмотрела все помещения и сказала, что ее спальня будет на первом этаже. Никто особо и не спорил, парни расположились в мансарде, что в свою очередь облегчило обоснование наблюдательного пункта — три окна давали отличный обзор на всю округу. Они бросили пару матрасов по углам, проделали стрелковое окно в оставшейся глухой стене, а посреди комнаты установили небольшой раскладной столик для вечерних посиделок.

Сейчас на нем стояла пирамида из слипшихся свечей, а стекающий воск уже сделал треснувшую пепельницу частью декора. Рядом лежал потрепанный пакетик с солеными сухарями, а вокруг были разложены многочисленные листки бумаги, над которыми реял, устроившись в пластмассовом кресле, замученный Андрей. Войдя в комнату, Леха плюхнулся в соседнее кресло.

— Ну что? — не поднимая глаз, поинтересовался Андрей.

— Зарыл. У оврага. Черти оказались тяжелее, чем я думал.

— Вот и хорошо.

— А у тебя как? Посчитал?

— Да лучше б и не начинал. — Андрей бросил на стол ручку и откинулся на стуле.

— Так плохо?

— Ну, похвастать нечем. Одиннадцать банок тушенки, семь банок супа, восемь сайры. — Андрей протянул напарнику пакет сухарей.

— А то, что внизу было?

— Да, там четыре пачки каш еще, две сдохли. Копченка еще есть, но рыба уже сильно стала вонять. Или завтра доедать, или выбрасывать. Ну и там по мелочи «Дошики».

— Да, не богато. — Леха потер руками лицо.

— То-то и оно. Так бы хватило еще дней на девять, а то, может, и десять. Но в связи с нашей ситуацией… — Андрей кивнул на все так же лежащую без сознания на раскладушке девочку.

— Значит, завтра на вылазке придется набирать больше. Знать бы еще откуда…

— Тут еще Кира заказала. — Андрей ткнул пальцем в листок, на котором была написана марка прокладок.

— Ну, это мелочи.

— Да это хер с ним, у нас с бензом беда. Хотя бы литров десять нужно где-то достать.

Андрей снова уткнулся в бумажки, а Леха, доев последний сухарь, ловко смял пакетик и зашвырнул под стол.

— Ладно, все. На сегодня достаточно. — Андрей принялся собирать свои листочки в кучку. — Ты дуй спать, а я подежурю.

— Да уснешь тут.

— Давай двигай, завтра дел столько что…

— Ты сам-то никакой уже, протянешь?

— Куда я денусь… — Андрей натянул на лицо улыбку и направился занимать свой пост у окна.

— Ладно. Через пару часов тебя сменю. — Леха проводил друга взглядом и, стащив с себя майку, плюхнулся на свой матрас у стены.

Выжившие Глава 2

Ночной город теперь никак нельзя было назвать спокойным местом. Тишина темных переулков навивала лишь чувство пронзающей тревоги. А внезапное дуновение ветра могло заставить вздрогнуть даже самого бывалого вояку. Но какой бы пугающей ни была чернота за окном, бояться ее сил у Андрея уже не осталось. Он мирно спал у стены в обнимку с верным автоматом.

Граница на замке, усмехнулся потирающий глаза Алексей. Бросив взгляд на спящую девушку, он направился вниз.

Выйдя во двор, он ноздрями втянул прохладный воздух весенней ночи и побрел покорять ближайшие кусты. Туалет был и в доме, но Леша очень не любил будить своих домочадцев шумом сливного бачка, да и воды было не так много, чтобы позволить себе такую великую роскошь, как спустить за собой. Леха подпер рукой металлический столб, держащий забор, но едва он успел спустить штаны, как где-то вдалеке послышался звон бьющегося стекла. В спешке пряча хозяйство, Леха запрыгнул на кучу дров и выглянул через забор. Вниз по улице он увидел несколько фигур, освещенных лунным светом. Они выходили из двора одного из домов. Озираясь по сторонам словно голодные псы, фигуры направились в сторону дома ребят. Алексей всегда пессимистично относился к самой возможности провести ночь спокойно, без происшествий, не ошибся он и на этот раз. Незнакомцы рыскали по дороге. Тот, что шел впереди, повернулся, и Леша отчетливо увидел желтые угольки его глаз. Дыхание перехватило, так, что у него отнялась вытянутая шея. Это были не люди.

— Сукины вы дети! — злобно прошептал он себе под нос, осторожно спускаясь с забора. Стараясь не издавать лишних звуков, Леша устремился в дом.

Проспавшая десять часов девушка открыла глаза. На мгновение по ее зрачкам скользнул синий отблеск, а по телу пробежала дрожь. Голова гудела роем голосов. Пугающим эхом, отражавшимся от деревянных стен и вновь устремляющимся в затуманенный разум. Призывающих лишь к одному — бежать.

Собравшись с мыслями, она наконец сообразила, что было бы неплохо осмотреться и выяснить, где она, собственно, очутилась. Бегло пробежав глазами по полумраку мансарды, ее взгляд зацепился за самый опасный объект в пустоте — храпящего под окном мужчину.

Бежать. Она слышала это, как свое дыхание, но в комнате больше никого не было, а спящая красавица с автоматом в руках вряд ли сейчас могла раздавать ценные указания.

Осторожно поднявшись с раскладушки, девушка направилась к столику, на котором догорали тусклые свечи. Она двигалась максимально осторожно, но ветхий дом не собирался ей помогать.

Девушка весила от силы килограммов пятьдесят пять, но едва она своей невесомой ножкой сделала еще один шаг, как из-под потертого кроссовка вырвался душераздирающий вопль. Гнилая половица изогнулась, подняв в воздух взвесь пыли словно на нее спрыгнул с канатов здоровенный рестлер.

Девочка застыла, в панике уставившись на заерзавшего Андрея. К счастью для нее он и не думал просыпаться, а лишь отвернулся к стене, пробурчав что-то невразумительное.

Спящий сторож был для нее хорошим шансом выбраться, но что ждало за дверью по-прежнему оставалось пугающей тайной. Сколько еще их здесь и что они от нее хотят? Ее взгляд прыгнул на лежащий возле парня пистолет. Думать пришлось быстро: идти во тьму на произвол судьбы или попытать счастье и продолжить путь во всеоружии. Девушка пошла прямо к лежащему на полу Макарову. Она медленно подкралась к Андрею и, присев на корточки, затаив дыхание, потянулась к оружию.

— Не стоит! — раздался голос Лехи. Он стоял прямо у нее за спиной и держал под прицелом свой ПМ. Девушка резко схватила пистолет и, отскочив в центр комнаты, направила его на Алексея.

— Вы еще кто такие?! Как я здесь оказалась? — завопила она во весь голос. Проснувшийся от крика Андрей судорожно начал заряжать автомат.

— Тихо! Брось ствол! — сурово скомандовал Леха.

— Решили меня трахнуть? Давайте, сволочи, попробуйте! — в ее памяти по-прежнему висела картина трех грязных животных, бегущих за ней через чащу с торчащими наперевес членами. Обрывки памяти шептали ей, что их уже нет в живых, но если повезло раз, не факт, что повезет второй, рассудила она и была по-своему права.

— Спокойно! Мы твои друзья. — Андрей встал между напарником и девушкой.

— Все мои друзья мертвы!

— Мы ничего тебе не сделаем. За тобой гнались какие-то уроды, но мы с ними разобрались, ясно? Теперь ты в безопасности.

— Прекратите блять орать! — гаркнул Леха, пытаясь проглотить крик. — У нас гости…

— Чего?! — Андрей удивленно уставился на него.

— Охотники! На дороге.

— Сука… Сколько?

— Минимум трое.

— Чо вы несете?! — судорожно выпалила девушка.

— Слушай, это без сомнения не самое гладкое знакомство в моей жизни, но сейчас есть проблема поважнее. Убери пистолет и мы вместе разберемся, хорошо?

— Сначала он! — девочка кивнула оружием в сторону Алексея.

— Да, разбежалась… — Леша скривил ехидную гримасу.

— Леха! Убери нахер ствол!

— Но ведь…

— Давай, надо врубить шумовую, — перебил его Андрей, не оставив другу ни шанса на возражения.

Алексей нехотя опустил оружие и, оглядев девушку, бросился к окну. Андрей судорожно бегал вокруг. Задув все свечи, он занял позицию у стрелкового окна. Не понимая, что происходит, девочка стояла посреди комнаты с пистолетом в руках, так и не придумав, что делать дальше. Бежать к двери или помогать им? Лишь одно было ясно как день: парни не на шутку напуганы и им уж точно нет никакого дела до интимных частей ее тела.

Желтоглазые были уже в паре домов от них. Один из монстров шел впереди. Длинноволосый парень был одет в длинное пальто, словно какой-то герой нуарного детектива. Его лицо было абсолютно лишено каких-либо эмоций и только раздувающиеся ноздри отличали его от ходячего трупа. Внезапно он остановился. Двое других, будто услышав команду, замерли в ожидании приказа. Вожак склонил голову, он вкрадчиво поедал тишину, словно анализировал, разбивал на части в поисках нужного элемента. Вычленив из тьмы едва различимые голоса ребят, он усмехнулся.

— Искать! — подняв голову, глухо рявкнул охотник. В тот же миг его верные псы, будто озверев, кинулись врассыпную.

Алексей пристально наблюдал за происходящим через зашитое картоном окно. Он протянул руку к висящему на стене рубильнику и аккуратно перевел его в положение ВКЛ.

— Какого?! — явно ожидая какой-то реакции, Леха принялся судорожно щелкать выключатель. — Бляха, не хочет!

— В смысле?! Пробуй еще! — скомандовал Андрей из темного угла.

— Я пробую!

— Что вы делаете? — девушка уже совсем утратила понимание ситуации.

— Ну! — Андрей тоже начинал паниковать.

— Гну! Ты слышишь, что заработало? Я тоже нет! — Леха принялся разбирать систему из запутанных проводов. Он вырвал примотанный скотчем батарейный блок и, сняв крышку, выдернул из короба несколько протекших батареек.

— Сука, говорил я тебе, что аккумы из того сраного подвала нам еще аукнутся.

— Чего?!

— Закисло все нахрен!

— В ящике запасной блок! — Андрей метнулся к деревянному ящику с инструментами, пока Леха ножом старательно зачищал контакты.

— Какого черта вообще происходит? Что еще нафиг за охотники? — девушка решила хоть что-то прояснить.

— Ты вообще откуда свалилась? Твари желтоглазые, — съязвил Андрей.

— Желтоглазые? Это они там? — глаза девушки увеличились в размерах, дыхание сперло словно в горле застрял здоровенный камень. Она наконец поняла, кто их ночные гости, и по собственному опыту знала, что добром это не заканчивается. Прозвище «Охотники» она раньше не слышала, но уж о желтоглазых она знала больше, чем нужно. Знала, что вне зависимости от того сколько их, десять или пусть даже один, они уйдут, но за собой оставят кровавый шлейф из слез и смерти.

— Да, веди себя тише.

— Че вы ждете? Бежим! — девушка сорвалась к выходу.

— Стой! — Андрей бросился ей наперерез. Он со всего размаху снес девочку с ног и повалил на пол. От удара пистолет выбило из ее хрупкой руки. Комнату озарила короткая вспышка. Она свистом пронеслась над ухом Алексея и, проделав дыру в деревянной стене, скрылась во мраке.

— Твою мать! — Леха испуганно уставился на пулевое отверстие, пара сантиметров правее и его ночное приключение могло бы завершиться досрочно. Впрочем, облегчения, которое бы после такого испытал любой нормальный человек, Леша не почувствовал. Он прекрасно знал: охотники услышали выстрел и теперь у них есть направление, а значит, вполне вероятно, он еще не раз пожалеет о своей везучести.

Охотники уже сбивались в кучу на перекрестке возле дома. Их стало вдвое больше. Оно и не удивительно, собаке нужна стая, даже если она бешенная.

— Они где-то здесь, — прошептал патлатый вожак, внимательно рассматривая дома.

— Да успокойся же ты нахрен! — Андрей тщетно пытался утихомирить брыкающуюся девицу. На мгновение он ощутил себя каким-то маньяком-убийцей, единственная цель которого совершить злодеяние, не привлекая внимания. Он мог бы ее отпустить. Незнакомка, никто. Он не знал даже ее имени и, возможно, она смогла бы отвлечь собой желтоглазых. Своим запахом увести их как можно дальше от дома, от его друзей. Но сколько она сможет пробежать в ночной тьме, в неизвестном месте? Да и не для того он так самоотверженно спасал ее, чтобы теперь отправить на верную смерть. Судорожно придумывая, как заставить ее замолчать, Андрей вспомнил старенький фильм про спасателей, которые топят впавших в панику утопающих. Метод, по его мнению, был довольно странный, но выбора уже не оставалось. Он обхватил рукой ее шею и начал душить. Сил отбиваться у нее уже не было. В глазах темнело, руки с каждым глотком воздуха становились все тяжелее и просто отказывались подниматься, девочка стихла.

— Батарейки! — крикнул Леха, воткнув нож в стену.

Андрей ногой пнул валяющийся на полу черный короб. Комнату заполнила тишина, такая густая, что от этого казалось, становилось еще темнее. Возня за окном стала совершенно отчетливой. Монстры были уже под забором. Вожак одним движением сорвал дверь вместе с цепью, а пара псов просто перепорхнули через двухметровый забор.

Раздался щелчок выключателя.

Алексей все делал машинально, одной рукой заправлял батарейки в отсек, а второй скручивал залуженные провода. Раздался грохот, протяжный, жуткий. Через немногочисленные отверстия зашитых окон в комнату ворвались яркие теплые лучи света. Они разрезали тьму мансарды, ослепляя ее обитателей надеждой. Охотники во дворе замерли. Они, как завороженные, уставились на свет, полыхающий за забором. Алексей был горд собой. С тех пор как стало понятно, что охотников можно без труда сбить со следа любым достаточно громким шумом, он принялся мастерить свое изобретение. Ничего выдающегося в нем не было, что впрочем не умаляло его действенности. В четырех кварталах от их домика, на стволах трех самых высоких сосен в районе висели перемотанные пакеты, набитые всем, что даже в теории могло взорваться. Основой послужили найденные на вылазках части фейерверков, петард, сигнальных ракет и немного неочевидных ингредиентов, которые можно было отыскать в обычной аптеке. И хотя с каждым разом доставать пиротехнику было все тяжелее, как впрочем и целые батарейки, служащие детонатором, самым сложным стала протяжка проводов от дома к «пусковым» деревьям. На это ушла без малого пара месяцев и километры отрезков проводов.

Леха ткнул выключатель. Контакт замкнулся, и разряд из двенадцати вольтовых батареек побежал выполнять свою миссию. Весь путь спасительных молний занял около семи секунд. Пакеты детонировали по очереди, выпуская в воздух пестрые разноцветные огни. Некоторые повторно разрывались в воздухе, а из других выпрыгивали целые обрывки слов и разных форм. Скорее всего, это были элементы праздничного салюта ко дню города, подумал Леша.

Охотники ринулись к источнику шума. Начали выпрыгивать из двора, как кошки, которых спугнул собачий лай. Все кончилось в считанные секунды. И лишь всполохи разноцветных искр извергались в ночное небо еще около четверти часа.

Леха плюхнулся на деревянный подоконник. Нервы начинали отпускать, а вместе с ними ушел и адреналин, не дававший телу рассыпаться на части. Без сил он стек по стене на пол и посмотрел на Андрея. Тот лежал на полу и тряс девушку за плечо. Понемногу она приходила в себя.

— Эй, уже все, — Андрей говорил спокойно. Ни к чему было пугать девчонку, которую ты только что собственноручно придушил.

— Я умерла? — в ее голосе парни услышали нотки надежды.

— Нет. Мы справились. Как тебя зовут?

Девушка поднялась на локтях с пола и пристально вгляделась в лицо Андрея.

— Аня, меня зовут Аня.

Выжившие Глава 3

Тусклый свет свечей снова наполнил мансарду отголосками домашнего тепла. Кира, ворвавшаяся с пистолетом в комнату, едва Андрей успел выдохнуть, теперь сидела за столом, укрывала Вику пледом и нервно потягивала еле теплый чай. Леха курил уже четвертую сигарету подряд, от чего комната под самым коньком крыши заполнилась едким дымом.

— Ты в норме? — поинтересовался Андрей, подливая Ане кипятка в кружку.

— Да. Я, наверное, должна извиниться.

— Не бери в голову, — сказал Леша.

— Нет. Спасибо вам. Вы спасли меня уже дважды за последние сутки. А я вела себя как идиотка, вместо того чтобы помочь. — Аня сделала осторожный глоток и аккуратно поставила чашку на столик. Она старалась не встречаться глазами с Кирой. Та сидела в боевой позиции, как обычно, готовая ко всему, так что Аня не строила никаких иллюзий о том, чтобы заводить с ней светских бесед.

— Ты внесла свою лепту, зарядив козлу по яйцам, — сказал Алексей. Он не любил тишину, скорее даже она его пугала. Так что он всегда был тем самым собеседником, который ввернет язвительную фразочку в самый неожиданный момент. А уж если это будет шуточка о том, что люди обычно прячут в трусах, то вообще отлично.

— Я даже не помню, куда попала. Просто била, пока были силы. — Аня опустила глаза. На ее лице висела отчетливая мина, сообщающая присутствующим о нежелании ворошить эту, пока еще свежую, но крайне омерзительную историю.

— Вы давно здесь живете?

— Месяца четыре. — Андрей оглядел помещение словно проверяя, достаточно ли в нем уютно.

Они накормили гостью остатками вчерашнего ужина. Недоваренной гречкой с резиновой морковью и чаем с магазинными сухарями со вкусом лосося и засохшими пряниками. Ане этот ужин показался практически царским приемом. Первую ложку каши она чуть не заглотила вместе с самой ложкой, чем изрядно пощекотала чувство юмора юной Виктории. Друзья расспрашивали девушку о ее родных, обо всем, что ей пришлось пережить до сегодняшней тревожной ночи и сытого ужина. Анна не углублялась в детали. Винить ее за это конечно никому и в голову не пришло, кроме разве что Киры. Она ей не доверяла, что впрочем с лихвой читалось в ее взгляде, прожигающем девочку насквозь. Они говорили о монстрах, которых ее прошлая группа называла «духами» за их поразительную способность возникать словно из воздуха и так же бесследно исчезать в ночной мгле. Ане было всего восемнадцать. Она отметила свой день рождения аккурат за два дня до того, как мир превратился в пепел. А после была череда голодных дней, кошмарных ночей, слез, паники и смерти.

Вика смотрела на нее как завороженная. Встретить живого человека теперь было большой редкостью, а уж такого, который не жаждет твоей смерти, и того сложнее. Но она сидела напротив, безобидная, робкая и довольно опрятная. В силу своего возраста Аня явно не пренебрегала гигиеной и своим внешним видом. Из ее кармана торчал едва заметный светлый платок, а грязь под ногтями была старательно выскоблена чем-то острым.

Общение в этом доме всегда сводилось больше к решению бытовых вопросов, выборам дежурных на ночную вахту и готовку. Обсуждать подростковые душевные терзания попросту не было времени. По вечерам Вика могла вклиниться в болтовню ребят, посмеяться с их пошлых шуточек и конечно вставить свои пять копеек, что всегда вызывало у них приступы хохота. Но по-настоящему, о своих проблемах, страхах и женских неприятностях она могла поговорить только с Кирой, а ей было уже тридцать восемь. Но теперь перед ней сидела молодая девушка. И впервые за долгое время в глазах Вики зажегся огонек надежды, что возможно теперь у нее появится настоящая подруга.

Голос Ани стал сбивчивым, она опустила глаза. — Мы тогда на дачу ехали. С братом. У него был своего рода отпуск. Не доехали. Электроника вырубилась, и мы встали посреди леса. Пошли пешком. А потом встретили первую тварь.

Аня затихла. Ребята смотрели на нее, прекрасно понимая, что было дальше. У каждого в этой комнате была своя печальная история.

— Егору было двадцать семь. Здоровенный вояка, всегда серьезный, он меня спас.

Выжившие Глава 4

Ночные посиделки были неприлично долгими. Настолько, что Леша даже выудил со склада заначенную бутылочку виски. Кира с Викой ушли спать около половины третьего. А парни с Аней сидели до самого рассвета. Они вспоминали былую жизнь, стараясь более не касаться темы утраченных родственников и друзей. Леша, не переставая, травил байки, от которых пыльная мансарда заполнялась звонким Аниным смехом. Парни заботливо выделили девушке набор из подушки и одеяла и уложили ее на уже знакомой ей раскладушке. Андрей перебрался на матрас у окна, а Леша так и уснул в кресле, обнимая распитую бутылку.

Когда он открыл глаза, в доме уже вовсю кипела жизнь. На столике стояла батарея из чашек с горячим кофе, источающим будоражащий аромат бодрости. Потерев глаза, Леша заметил кривую физиономию Андрея, сидящего за столом. Пить его напарник никогда не умел, и судя по тому, каких усилий ему стоило поднести бутерброд ко рту, сегодня ему было особенно тяжело. Аня же, напротив, прямо-таки сияла над ломящимся столом, уплетая сырокопченку кусок за куском. Видимо, я слишком стар, подумал Леша, подсаживаясь к столу.

— Сколько время? — спросил Леша. Не дождавшись ответа, он взял Андрея за запястье, увенчанное часами, и потянул к себе.

— Много, — недовольно сказал Андрей.

— Охренеть! Ты чего меня не разбудил?

— Потому же почему и себя. Ничего страшного. После такой ночи грех не выспаться.

Алексей жалобно посмотрел на Киру, накручивающую бутерброды. Она улыбнулась и передала ему кусочек хлебца с самым толстым отрезком колбасы. Он одобрительно улыбнулся, насколько позволяло похмельное лицо.

— Давай в темпе. Сегодня у нас насыщенная программа. — Андрей достал из кармана потрепанные листочки с составленным вчера списком покупок. — Кир, это все?

— Да, все остальное вроде есть. Если найдете какие-нибудь макароны, будет совсем хорошо.

— Вы что, уезжаете? — спросила Аня.

Андрей задумчиво переглянулся с Лешей. Вчера они отложили этот вопрос до утра, но в своих посиделках совершенно о нем забыли. Поймав гневный взгляд Киры, Андрей высказал витающее в воздухе решение: Да, ты поедешь с нами.

— Хорошо. Мне как раз нужна пара женских штучек.

— Вот и отлично! А то мы в этом нихера не шарим, — пожаловался Алексей.

— Господи, что там сложного?! Смотришь в список, смотришь на коробку, берешь. Почерк вроде не врачебный у меня, — возмутилась Кира.

— Да там мозг сломать можно! Вашей фигни триста пятьдесят видов.

— Зато их найти проще, чем еду, — сказал Андрей.

— И то верно. — Алексей сдался.

Андрей дожевал свой бутерброд и, поблагодарив Киру, направился к лестнице. Аня последовала его примеру.

— Ты-то хоть сможешь найти? — Кира с надеждой смотрела на девушку.

— Я все сделаю, не переживай.

— Спасибо. — Кира проводила Аню взглядом и принялась собирать грязную посуду.

— Все хорошо? — спросил Леша. Кира, не поднимая глаз, продолжала наводить порядок.

— Кир?

— Не знаю… Какое-то предчувствие у меня.

— У тебя всегда предчувствия. — Леша передал ей свою чашку.

— Просто не расслабляйся и будь начеку.

— Я всегда начеку, — он подошел к ней и крепко обнял. Кира положила голову ему на плечо, а затем подняла глаза и крепко поцеловала его обветренные губы. Леша смотрел на нее с довольной улыбкой. — Все будет хорошо.

— Иди уже собирайся, — она улыбнулась.

Андрей стоял у шкафа на первом этаже и заряжал патроны в обойму пистолета. В момент их новоселья целой мебели в доме практически не осталось, так что этот пришлось тянуть от соседей. Они поставили его у входа и использовали как оружейную, скидывая на верхние полки всю амуницию, которую находили на вылазках.

Аня спустилась вниз по скрипучей лестнице и, зевая, робко осматривала помещение.

— Не выспалась? — усмехнулся Андрей.

— Я настолько плохо выгляжу?

— Да нет. Просто… — Андрей замешкался, но Аня не дала ему договорить.

— В этот раз у меня хотя бы была подушка.

— Чем богаты. — Андрей смерил девушку взглядом. Она стояла, прижавшись к лестнице, поправляя рукой грязную куртку. На джинсах, обтягивающих тонкие колени, виднелись затертые пятна грязи и разводы от капель крови. А какого цвета были ее кроссовки, сказать было уже просто невозможно.

— А знаешь, мы пока не спешим. Пойдем. Я тебе кое-что покажу. — Андрей положил ствол на полку, заулыбался и, кивнув на дверь, вышел во двор.

Они прошли через поросший кустами участок и остановились возле неприметного домика в дальнем углу. Андрей силой дернул дверь и скрылся во тьме помещения.

— А что там? — спросила Аня, робко поднимаясь по гнилым ступеням.

— Давай заходи, пока работает, — раздался голос из темноты.

Аня вошла внутрь, выставив руки перед собой, чтобы ни во что не врезаться. Когда глаза привыкли к темноте, она увидела Андрея, стоящего возле открытой дубовой двери в недрах домика. Он зажег свечи на кафельной полочке, и Аня смогла рассмотреть очертания душа, висящего на стене под здоровенным бойлером.

— Душ?

— Наслаждайся! Сорок литров в твоем полном распоряжении, — сказал Андрей, протягивая ей полотенце.

— Хочешь сказать, у вас есть горячая вода?

— Пока есть. Давай, заходи. У тебя пятнадцать минут. Мыло на этажерке, а шмотки свои кидай в таз. В шкафу есть чистая одежда.

Девушка стояла, раскрыв рот. Ее глаза прыгали то на бойлер, то на довольное лицо хозяина домика. В голове отчетливо висела картина ее последнего банного дня. Тогда она мыла голову в ледяной реке, по колено в грязи, и никаким полотенцем там даже не пахло, не говоря уже о чистой и сухой одежде.

— Как закончишь, подходи к воротам. Мы пока соберемся. — Андрей закрыл дубовую дверь, оставив Аню наедине с воспоминаниями.

Девушка скинула с себя грязную куртку и кроссовки. Со штанами пришлось повозиться, засохшая грязь сделала джинсы практически деревянными, а на носки и вовсе нельзя было смотреть без слез. Аня уложила вещи в таз, где уже замачивались местные майки, и принялась стягивать лифчик. Сняв белье, она печально застыла над тазиком. В ее голове стояла отчетливая картинка, как Кира вручную поласкает всю эту гору вещей. Рассудив, что контакт Киры с ее трусами точно не добавит теплоты в их отношения, Аня решила постирать свое белье самостоятельно. Она бросила трусы на пол к сливу и, сделав осторожный шаг по кафельному полу, приблизилась к заветным кранам.

Ручка смесителя издала короткий скрип, и Аню окатило струей ледяной воды. Взвизгнув, девушка отпрыгнула в середину комнаты. Бороться с краном пришлось недолго, бойлер покладисто выпустил из себя заветное тепло, и через мгновение Аня уже стояла под потоком горячего блаженства. Она просто застыла в одной позе, пока вода смывала с ее лица закисший пот. Наконец она вспомнила о наставлении Андрея и пришла в себя. Все-таки сорок литров не так уж и много, так что нужно было использовать их с толком. Аня сняла душ с держателя и, нащупав на полке потрепанную мочалку, принялась за дело. Уже через пару минут затертый кафельный пол полностью скрылся под слоем черной грязи. Она струилась из волос, текла по белой незагорелой спине, по рукам и ногам. Аня повесила мочалку на руку и, откинув длинные волосы, провела пальцами по внушительному шраму на ребрах под левой грудью. От горячей воды он зиял ярко-белым пятном на фоне разгоряченной кожи. Девушка понятия не имела, откуда у нее на теле взялось это увечье, но судя по рассказам брата, это клеймо было с ней с самого рождения.

Наконец поквитавшись с грязью, Аня повесила душ на место и, опершись на стену, еще несколько минут просто стояла под водой, не желая отпускать такое редкое чувство тепла.

Выжившие Глава 5

Несмотря на аномально теплую для питерских широт весну, на улице было не жарко. Холодный ветер, пришедший с залива, старательно не оставлял шанса ребятам скинуть уже успевшие надоесть куртки и шапки. Аня, еще час назад утопающая в теплой бане, теперь усердно прятала влажные волосы в воротнике новой куртки.

Ребята двигались быстро и осторожно. Короткими перебежками, от дома к гаражу, от гаража к дереву, от дерева к оврагу. Андрей шел первым, а Леша с автоматом наперевес прикрывал группу со спины. Они уже отошли от дома на пару километров, преодолели лесополосу, стройбазу и вышли к пустырю, на месте которого когда-то стоял огромный кирпичный завод. Андрей жестом приказал ребятам остановиться и занял позицию у большого куста.

— Куда дальше? — спросила Аня.

— Вон туда. — Андрей протянул руку, указывая на другую сторону промзоны.

— Погоди, дай дух перевести. — Леша достал из рюкзака бутылку воды и протянул девушке. Аня сделала жадный глоток.

— Давайте, немного осталось, — убедившись, что все готовы к еще одному броску, Андрей рванул вперед.

Руины завода были усеяны остатками армейской техники. Сгоревшие Уралы, в которых раньше перевозили солдат, превратились в рыжие памятники, запечатлевшие ужас последнего сражения. Ребята перемахнули через огромную бетонную балку, которая еще недавно держала свод крыши огромного цеха, и по дуге обошли внушительный кратер, заполненный остатками развороченного бронетранспортера. Парни часто приходили сюда, и каждый раз этот полигон смерти одаривал их полезными находками: патронами, фонарями, аккумуляторами и армейскими сухпайками. Но каждый раз, попадая сюда, в голове зудела единственная мысль, вопрос, который, пожалуй, мог приравняться к тайне самого бытия, — куда исчезли все тела? Эта загадка заставляла кровь стыть в жилах, дурманила разум и давала полную волю разгорающемуся глубоко внутри страху. Во время битвы здесь стояли отброшенные в тыл части. Судя по последним радиосообщениям, их было около полутора тысяч человек. Но сейчас здесь не было ничего. Ни единого трупа, ни даже частей тел. Бойцы просто растаяли в воздухе, побросав рюкзаки, оружие, личные вещи.

Андрей, как всегда, старательно отгонял от себя эти мысли. Взглянув через плечо на бегущую девушку, он искренне радовался, что она пока еще не приметила такой очевидный, но не бросающийся в глаза факт.

Ребята добрались до середины зоны, увенчанной остовом огромного вертолета. Крылатый исполин лежал на брюхе под ободом пробитой носом крыши и мирно покачивал на ветру погнутыми лопастями. Преодолев привычный ориентир, парни переглянулись — они почти на месте.

Пройдя сквозь жидкую лесополосу, друзья вышли на топкую проселочную дорогу и спустя минуту оказались в точке своего назначения. Андрей резко свернул в сторону леса, и шедшая следом Аня глазами уткнулась в огромную гору срубленных веток, уложенных домиком. Сбросив оружие и рюкзаки, парни принялись разбирать камуфляжное изваяние.

— У вас есть машина? — спросила Аня. Она уставилась на показавшуюся из-под съехавшего брезента блестящую фару.

— Нашли пару недель назад. Но перегнать к дому так и не смогли, дорогу размыло. Пришлось спрятать здесь.

Леша одним движением сдернул черный чехол с кузова и принялся складывать его в багажник.

— А я уже настроилась все тащить на себе.

— Да, без нее было тяжко. Но теперь там, куда можно было дойти пешком, брать уже нечего.

— И куда мы едем?

— А вот это вопрос на миллион.

Андрей достал из рюкзака карту и разложил ее на капоте машины.

— Так, смотри, в этом районе мы уже точно ничего не найдем. — Андрей ткнул пальцем в блеклую надпись «Малая Романовка».

— Скорее всего. В прошлый раз только батарейки нашли да шмоток по мелочи. — Леша провел рукавом по взмокшей лысине.

— А что там? — спросила Аня.

— Да уже ничего. Все растащили.

— А если попробовать сюда метнуться? В прошлый раз, когда проезжали, там был магазин, вроде целый. — Леша указал пальцем на трассу, уходящую к городу.

— Можно? — Аня склонилась над картой.

— Конечно. Есть идеи? — Андрей смотрел на девушку с надеждой.

— А где мы сейчас? — спросила Аня.

— Так, мы вот здесь. — Андрей указал на отпечатанный кружок кирпичного завода.

— Ого.

— Что? — спросил Андрей.

— Они гнали меня отсюда. — Аня провела пальцем до поселка с мрачным названием Старая Пустошь. Парни внимательно следили за ее рукой.

— Это же километров семь, — удивился Леша. Он смерил девушку взглядом, пытаясь осознать, как такая мелочь смогла пробежать по болотам шесть с лишним верст.

— Я была в нем. Это он снаружи такой красивый. А внутри все давно вынесли. Думала смогу там затаиться, но не вышло — ни дверей, ни окон не осталось.

— Черт, — процедил Андрей.

— Ну тогда вариантов у нас не сильно много. — Леша развел руками.

— Да точнее, их нет совсем, — лицо Андрея посерело. Он сверил карту взглядом так, что Ане показалось, будто он сейчас разорвет ее на клочки.

— Поедем наобум? — спросил Леша.

— Нет! — в глазах Андрея зажегся огонек. Он прильнул к карте и несколько раз постучал в одной точке. — Вот здесь была большая оптовая база. Там территория просто охренеть — несколько гектаров складов, это точно.

— И ты думаешь там еще не вынесли все? — осадил его Алексей.

— Ну вот мы и выясним. — Андрей разогнулся в полный рост и с задором посмотрел на напарника.

— Ну-ка погоди! — Леша повернул карту к себе и принялся строить маршрут. — Так, это у нас что? Е-105… Ты сдурел?

— Чего? — удивился Андрей.

— Это сорок километров в одну сторону, если не больше.

— Ну мы заезжали и подальше. — Андрей развел руками.

— Да заезжали! Но тогда и горючки было хоть жопой жуй, и долбаные твари не шарились каждый день по улицам, пытаясь нас грохнуть.

— Слушай, мы еще ни разу не встречали их днем. Они выходят только по ночам.

— Да похер! Ты знаешь сколько у нас бензина? С прошлого раза оставалось литров двенадцать, наверное. Если мы не найдем по дороге открытую заправку, это будет путешествие в один конец.

— Так стой, ну по расходу мы же вроде вписываемся? Туда литров пять, и еще останется. Обратно поедем более экономно, но мы сможем! — Андрей так сильно начал махать руками, что едва не задел стоящую рядом Аню.

— Хрен там! Обратно мы будем ехать груженные, с незапланированным пассажиром. Это еще плюс сто килограммов.

— У тебя у самого-то есть другие предложения? — Андрей глубоко вздохнул и серьезно посмотрел на друга.

Алексей осел. Он всеми силами старался отыскать на помятой карте более безопасный вариант для финальной точки, но он прекрасно знал, что напарник был прав. За последний месяц они умудрились выжать свой и без того небогатый на находки городок до последней капли. А это означало, что для каждой следующей вылазки придется выбирать все более удаленные, а значит — и менее безопасные маршруты. Ну а потом и вовсе придется искать себе новый дом, в новом месте.

— Не знаю. Вокруг ничего. Но от этого твоя затея не стала мне нравиться больше, — процедил Алексей.

— У нас на выбор одно из двух. Или останемся здесь — и через неделю подохнем с голоду. Или рискнем, доберемся туда, возьмем все, что сможем, найдем горючку, еду. И вернемся домой. — Андрей говорил спокойно и уверенно. По большому счету так и должен вести себя лидер, коим он стал за последние месяцы.

— Я бы не назвал это выбором, — вздохнул Леша.

— Тогда заводи. Едем.

Выжившие Глава 6

Кира сидела в кресле у заколоченного окна и читала потрепанную книгу, на обложке которой красовалась роскошного вида дама в ночном халатике. Не то чтобы любовные романы были ее давней страстью, но они, как и в былые времена, прекрасно справлялись со своей задачей. Вырывали тебя из реальности и погружали в прекрасную сказку, наполненную широкими жестами, интригами и безграничной любовью во всех ее проявлениях. Кира читала их взахлеб, по три, а то и по четыре книжки в неделю. Теперь главными критериями выбора литературы на вечер стали не ее жанр и цена, а всего лишь состояние бумаги. Книги перестали быть нужными, и оттого найти их не составляло никакого труда, в отличие, например, от еды. Они валялись повсюду, на улицах, в автобусах. Так что раз в неделю Кира совершала рейд по соседним домам и возвращалась с доброй стопкой художественной макулатуры.

Вика спала на раскладушке, высунув одну ногу из-под одеяла и подставив щеку под теплый солнечный лучик, бьющий из щели окна. На часах было уже почти без четверти час дня, но Кира не спешила будить ее, рассудив, что долгий сон еще ни разу не навредил ни одному растущему организму. Она дочитала очередную главу, вложила закладку между желтых листов и осторожно положила книгу на тумбочку у раскладушки.

Стоя на пороге, Кира еще раз пристально посмотрела на девочку и, окончательно убедившись, что та и не думает просыпаться, вышла в коридор.

Воздух в душевой еще не успел остыть, что немного приободрило Киру, которой предстояла полуторачасовая стирка в холодной воде. Она окинула глазами пол душевой, на котором остались мутные разводы от не стекшей в слив грязи, грозно фыркнула и вывернула холодный кран до упора. Кира проводила здесь несколько часов в неделю, в основном, правда, не плещась в теплой водичке, а ковыряясь в вонючих носках, грязных трусах и дерьмовом порошке, от которого кожа на руках скукоживалась до состояния изюма. Но она не жаловалась. Никогда. Более того, она сама вызвалась заниматься постирушками, прекрасно понимая, что кто-то так или иначе должен этим заниматься. Она забрала на себя весь быт. А мужики пусть побеждают монстров и прут на горбу добытый мешок гнилой картошки. Такое распределение обязанностей всех устраивало.

Повернувшись за порошком, Кира заметила висящие на веревке фиолетовые трусы новой постоялицы. Проследив Анин мотив, Кира улыбнулась. Аня оказалась явно лучше, чем она себе представляла.

— Дура, так же не высохнет… — Кира сдернула фиолетовую тряпочку с веревки и кинула в ведро с постиранным бельем.

Назойливый солнечный зайчик настырно не давал Вике покоя. Куда бы она ни повернулась, свет непременно устремлялся ей прямо в глаз. Иной раз казалось, что он даже способен прожечь одеяло насквозь, только бы не дать ей проспать лишнюю минуту-другую. Но внезапно луч прервался. А за ним следующий, третий, четвертый. Тень за окном планомерно уводила свет от спящей девочки, затягивала его за собой, пока черный силуэт двигался вдоль дома. Тень прошла мимо и скралась за откосом. Лучи выпрямились и с новой силой осветили комнату.

Выжившие Глава 7

Стрелка уровня топлива неумолимо стремилась прильнуть к нулевой отметке. Машина ребят мчалась по трассе между немногочисленных кусков металлолома, которые когда-то были автомобилями, а теперь украшали собой обочины. Леша крепко сжимал руль, а его глаза ни на секунду не отрывались от дорожного полотна. Наблюдающая за ним Аня могла бы поклясться, что он даже ни разу не моргнул.

Они шпарили по встречке, поскольку, в отличие от фильмов про апокалипсис, никто не пытался выбраться из города, прорываясь через бесконечные пробки. Все было с точностью наоборот. Видимо, Голливуд так ни черта и не понял про убежища и принцип их работы. Когда объявили чрезвычайное положение, люди со всей области рванули именно в центр города. Туда, где на каждый район приходилось по два-три бункера, рассчитанных на несколько лет бесперебойной работы. Так тысячи машин и скопились на подступах к городу: сначала начались аварии, потом заторы переросли в блокады. Кто-то пытался преодолеть ров между полосами на своих джипах, и у некоторых получилось. Но основная масса железных коней, потеряв своих хозяев, так и осталась стоять на трассе.

Андрей сидел на заднем сидении и вертел в руках карту.

— Так, сейчас будет съезд на грунтовку слева. — Андрей поднял глаза на водителя.

— Грунтовка? А по асфальту никак? — спросил Леша.

— Можно и по асфальту, но это будет лишний километр. А так мы подъедем сзади, сразу к погрузочной зоне.

— Я тебя понял. — Леша кивнул. Сбавив скорость, он выкрутил руль, и старенькую мазду тут же затрясло на каменистой насыпи.

Андрей взглянул в окно и, заприметив указатель, послуживший ориентиром для прокладки маршрута, гордо расплылся в улыбке. Как человеку до мозга костей оцифрованному, ему было крайне интересно, много ли еще людей сейчас в состоянии прочитать бумажную карту. Алиса уже мирно кормит червей вместе со всеми навигаторами и спутниками, так что приходится расчехлять линейки и вспоминать, что из себя представляет ориентирование на местности. Впрочем, с этой задачей он справлялся на ура и, довольный собой, с усмешкой выпалил: Алиса, поехали в светлое будущее!

Заметив недоумевающие глаза Алексея в зеркале заднего вида, он вдруг осознал, что сказал это вслух. Прокашлявшись, Андрей ретировался.

— Примерно через километр будет поворот. Там у них проходная на погрузочную площадку.

— Проходная? У них там ворота? — спросил Леша.

— Нет, только шлагбаумы, пластиковые.

— Одним геморроем меньше.

— Вы чувствуете? — Аня открыла окно и высунула голову наружу. — Пахнет дымом…

Выжившие Глава 8

Входная дверь дома запиралась исключительно по ночам. Днем в этом не было ни малейшего смысла, поскольку скрип деревянной старушки и так будил весь, к счастью, опустевший район. Да и постоянно дежурившие вооруженные постояльцы дома вряд ли бы пропустили залетного бродягу дальше уличной калитки. Но сейчас перед приоткрытой дверью стоял высокий мужчина в грязном дождевике, заляпанном брызгами бурой крови. Просунув руку внутрь, он осторожно распахнул скрипучую дверь и вошел в дом. На его ногах были потрепанные резиновые сапоги, а за плечами небольшой армейский рюкзак.

Подойдя к лестнице, ведущей на второй этаж, мужчина остановился. Несколько секунд без движения он вслушивался в тишину мансарды, а после устремился в коридор, ведущий в недра дома. Войдя в новую комнату, мужчина поменялся в лице. Теперь он оказался уже не в старом разваливающемся домике у черта на рогах, а посреди самого настоящего оазиса жизни, заполненного консервами, крупами и алкоголем. И хотя склад ребят не мог похвастаться разнообразием провизии, в нем не было королевских креветок и мраморных стейков, но для грязного, побитого жизнью мужика это был поистине чертов рай. Он тут же накинулся на ближайший стеллаж, усеянный рыбными консервами, и стал набивать свой рюкзак всем, что было не прикручено к полкам. Одна, вторая, пятая. В ход пошел уже третий стеллаж. Когда банки стали переливаться через край рюкзака, в ход пошли карманы и рукава.

Кира сидела на лестнице перед душевой и наблюдала, как весенний ветер лениво колышет свеж развешанное на веревках белье. Пепел сигареты между ее пальцами прожорливо подбирался к фильтру. За всю жизнь Киры число выкуренных ею сигарет вряд ли перевалило бы даже за десять. Но теперь в мире было гораздо больше веских поводов для смерти, чем какие-то жалкие бумажные трубочки, так что Кира с чистой совестью наслаждалась своим законным отдыхом. Прикончив последнюю затяжку, она взяла стоящий рядом таз, заполненный высохшей одеждой, и пошла к дому.

Увидев открытую дверь, девушка замедлила шаг. Она прошла внутрь дома и, плюхнув таз на маленькую тумбочку, крикнула вглубь коридора: Вика? Ты встала?

Ее голос эхом пронесся по дому и, залетев на склад, звоном застрял в ушах у рослого мародера. Мужчина резко вскочил и в два прыжка оказался у двери. Пытаясь на слух определить местоположение девушки, мужчина вжался в дверной косяк и стал ждать.

Выжившие Глава 9

Поднимая пыль, машина ребят вылетела из-за поворота и как вкопанная остановилась у лежащего на боку грузовичка, перекрывающего въезд на базу. Вся троица прильнула к окнам, наблюдая, как внутри, на территории, полыхал огромный ангар.

— Сука… — Леха уткнулся головой в руль. — Кажется, мы немного опоздали.

— Твою мать… — Андрей смял карту в руке и откинулся на сидение.

— Сколько здесь складов? — Леша поднял голову.

— Да не знаю, было много.

— Может, сделаем крюк? Заедем с другой стороны?

— Да мы даже близко не подберемся! Там такая температура, что и на сто метров не подойти, — грустно констатировала Аня.

— Вот же ж блять! — Леха со всей силы стукнул кулаком по торпедо.

Андрей стекал по сидению, пока его глаза метались в погоне за убегающими ввысь искрами от превратившегося в пепел шанса на выживание. Он посмотрел на разбитого друга, затем на смятую карту. Найти здесь пылающий ад вместо провизии он был совершенно не готов. План полетел к черту, и лишь одна мысль прочно держала его в реальности и не давала ни шанса расслабиться. Такое мог устроить только человек. Андрей подтянулся к друзьям.

— Так, тихо! Нельзя нам тут торчать. Леха, разворачивайся, поедем назад.

— Думаешь, кто-то это все нарочно спалил? — Леша удивленно уставился на него.

— Ну уж точно это не огурцы взорвались…

— Думаешь, здесь еще кто-то есть? — в голосе Ани нарастала тревога.

— А вот это я бы не хотел выяснять. Поехали!

Леха выкрутил руль и, врубив заднюю, выжал газ в пол. Скрипящую Мазду развернуло на месте. Поднимая столбы пыли, машина полетела обратно к трассе.

Выжившие Глава 10

Кира осторожно вышла в коридор. В ее руке красовался небольшой складной нож, который ей подарил Леша. Она медленно продвигалась вглубь дома, стараясь не издавать лишних звуков.

Остановившись у комнаты Вики, девушка осторожно сдвинула шторку свободной рукой и заглянула внутрь. Вика лежала на раскладушке, завернувшись в одеяло. Опустив нож, Кира облегченно выдохнула. Оглядев комнату, она вернулась в коридор, как вдруг в глазах потемнело. Боль мгновенно застелила сознание. Кира отшатнулась на пару шагов назад, подняв голову, она увидела перед собой размытый силуэт человека. Он несся со всех ног прямо на нее. Удары сыпались градом, так что Кира едва успевала прикрывать голову руками. Нож вылетел из руки, и мутный взгляд девушки даже не успел понять, в какой стороне нужно его искать. Колени подкосились, Кира едва не упала на пол.

— Где эти два ублюдка?! — разъяренный мужик схватил ее за волосы и силой выволок в холл дома.

— Говори, сука! — он швырнул ее на пол посередине комнаты и принялся избивать ногами. В живот. По лицу. Еще удар. И снова.

Сладкий детский сон разорвал в клочья пронзительный крик. От испуга Вика свалилась с кровати. Пытаясь понять, что происходит, девочка заметалась по полу. Продрав глаза, она отчетливо распознала в болезненных стонах голос Киры. Вика рванула из комнаты. Выбежав в холл, девочка замерла от ужаса. Кира скрючилась от боли. Мародер занес ногу для очередного удара и с оттяжкой врезал Кире прямо в челюсть. Кровь брызнула на затертый линолеум, а за ней следом покатилась пара выбитых зубов. Вика попятилась назад. В ее голове была лишь одна мысль — под их кроватью, прямо за плюшевым медведем, лежит начищенный и заряженный пистолет. Ворвавшись в комнату, девочка бросилась под кровать. Она хорошо знала Киру, достаточно чтобы знать, что патрон уже был в стволе. Вика выбежала в холл и, вскинув пистолет, закричала.

— Оставь ее, мразь! — комнату окатил грохот выстрела. В ушах стоял жуткий звон, но и его было недостаточно, чтобы заглушить крик нападавшего. Пуля угодила ему в плечо. Он отпрянул от распластавшейся по полу женщины и схватился рукой за плечо, из которого хлестала кровь.

— Вика, беги! — захлебываясь кровью, прокричала заметившая девочку Кира.

— Ах ты маленькая дрянь! — бандит развернулся к перепуганной Вике. Он пошел прямо на нее, и едва девочка успела сообразить спустить курок еще раз, мужчина вырвал пистолет из детских рук и с размаху вмазал ей рукоятью в висок. Хрупкая девочка моментально отключилась и свалилась на пол. Осмотрев ствол, мужчина улыбнулся. Он плюнул на тело девочки и развернулся к Кире, но вдруг замер. Руки затрясло так, что пистолет с грохотом вывалился на пол. По переносице хлынула тонкая струйка крови. Веки хаотично дергались, а дыхание стало тяжелым, как рык животного. Мужик уставился на стоящую перед ним Киру, двумя руками держащую топорище. Подняв залитые кровью глаза, он смог разглядеть лезвие топора, торчащее из собственного лба.

Резким движением Кира выдернула топор из его головы. Мужик упал на колени и, пробулькав нечто нечленораздельное, рухнул на пол. Хлещущая из разбитого черепа кровь алым дождем покрыла тело отключившейся Вики. Мародер был еще жив. Его руки и ноги дергались в конвульсиях, а изо рта доносились неразборчивые звуки. Кира перевела дыхание и, утерев кровь с рассеченной губы, встала над его телом. Она занесла топор над головой и, вложив все оставшиеся силы, нанесла последний удар. Комната заполнилась тишиной, пытающейся перекричать тяжелое дыхание Киры.

Выжившие Глава 11

Топливная стрелка лихорадочно маячила возле нулевой отметки. Леха прожигал глазами моргающую красную лампу на приборной панели и старался тормозить как можно реже. Машина ребят уже подъезжала к съезду с трассы, ведущему к дому.

— Мы хоть доедем? — спросила Аня, глядя на взмокшего водителя.

— Смотря куда… — нервно съязвил Леша. Работая на скорой, он не раз прорывался через километровые пробки, метели и глухие заторы, но прежде еще никогда от его мастерства не зависела его собственная жизнь. В ответ на Анину вопросительную мину он лишь крепче сжал руль и, сбавив газ, плавно спустил машину на проселочную.

На заднем сидении Андрей впивался глазами в карту. По злому дыханию друга он уже понял, что до дома им не добраться, а потому старательно выискивал новый маршрут.

— Так. Кажется, есть! — Андрей протиснулся между сидениями к друзьям. — Вот здесь рядом есть заправка.

— Заправка? Ты блять серьезно сейчас? Раньше, конечно, ты не мог сказать… — Леха заплевал руль от злости.

— Да погоди ты! Нам с нее толку…

— Что? Почему?

— Она газовая. Там только цистерны и, дай бог, дизельный генератор.

— Сука! Ну и на кой черт нам туда соваться?

— Ну, может, нам повезет и там будет стоять какое-нибудь ведро с полным баком горючки и нетерпеливо нас ждать. Я не знаю! Выбора все равно нет. Даже если облом, кинем там тачку и лесами пойдем домой. Всяко лучше, чем с голой жопой по дороге.

— Твоя правда. — Леха обреченно кивнул.

— План у вас, конечно, отстой, — пробурчала себе под нос Аня, не отводя взгляд от проплывающих за окном деревьев.

Машина начала чихать. Весь салон затрещал по швам, и через мгновение шум мотора затих. Леха выкрутил тугой руль, и бездыханная машина плавно скатилась на обочину.

— Ну все. Выгружаемся. — Леха вытащил ключ из замка и сунул в карман.

Застегивая куртки, ребята вышли из машины. Андрей сложил карту и спрятал в рюкзак. Он обернулся к лесу и пристально вгляделся в солнце, висящее над соснами. Времени оставалось все меньше, еще два с половиной, может три часа, и все снова погрузится во тьму. Холодную и пугающую. К горлу подступил ком. Здесь, на открытом пространстве, они были абсолютно беззащитны. В магазине всего тридцать патронов, еще один рожок в рюкзаке, старенький ПМ да пара ножей — вот и весь набор. Звон от хлопнувшего багажника прервал его размышления. Леха вытащил из машины канистру, вскинул рюкзак на плечо и подошел к Ане.

— Держи, это будет твой. — Он протянул девушке сверкающий нож в кожаном чехле.

— Спасибо. Но я не умею им пользоваться.

— Колбасу резала когда-нибудь?

— Приходилось. — Аня непонимающе кивнула.

— Ну значит справишься. Бей острой стороной. — Леха направился к другу.

— Часа два? — подойдя к Андрею, он проследил направление его взгляда.

— Где-то так. Надо ускоряться.

— Если напрямки, чуть больше часа и будем дома.

— Заправка.

— Чего заправка?

— Метров восемьсот, за поворотом. Давай уж посмотрим на нее одним глазком. Вдруг канистрочка другая завалялась.

— Уверен? — Леха кивнул на уплывающий за деревья огненный шар.

— До нее рукой подать, глянем, чтоб потом не мучиться. А десять минут нам погоды не сделают.

Леха кивнул и, вытащив из-под куртки пистолет, устремился вдоль по дороге.

— После вас. — Посмотрев на Аню, Андрей, улыбнувшись, указал рукой на удаляющегося товарища, взял канистру и побрел вслед за девушкой.

Выжившие Глава 12

— Нет, это мы брать не будем. Ты же знаешь, чем меньше вещей, тем лучше. Снимем квартирку, устроимся. Там и работы-то, выбирай, какую хочешь. Зарплаты раза в два выше, это минимум. Ну что ты глупая… Потом и маму твою заберем. Сначала-то нужно обжиться, подберем район поспокойнее. Черт да где он? — Максим копался в сторожке техника на заправке.

Он сидел на деревянной тахте и копошился в ящиках небольшой тумбочки. Улов был не густой, все ценное уже давно забрали более удачливые посетители. Сначала украли деньги из кассы, потом воду и шоколадки, а следом пропали и подушка с одеялом, оставив деревянную кровать гнить в темном сыром чулане, пропахшем потом.

— Ленусь, куда ты дела билеты? — Макс вытащил из тумбочки потрепанный порнушный журнальчик, на обложке которого красовалась обнаженная белокурая девушка с подписью «Лучшая актриса года». Он швырнул его через плечо и с новой силой нырнул в ящик.

— Да ну и что? С утра сделаем! — комната заполнилась перезвоном голосов, просочившихся внутрь через треснувшее окно. Максим подорвался и вжался в стену, вслушиваясь в разговор незнакомцев.

— Надо было аккум с тачки снять! — почему-то эта гениальная мысль осенила Лешу только сейчас.

— Да угомонись ты уже! Ничего с ней не будет, завтра все равно за ней вернемся. — Андрей отбивался как мог, но автолюбитель переживал за своего коня как за родного.

Ребята вышли на парковку у заправки. Беглый осмотр окрестностей тут же вогнал друзей в депрессию. Один из резервуаров был вывернут наизнанку. Повсюду валялись осколки металла и красные обгоревшие газовые баллоны. Стекла сторожки покрылись мозаикой трещин, а входная дверь валялась метрах в трех от здания.

— Ну кто бы мог подумать, — фыркнул Леша.

— Проверить-то стоило, — Аня возразила. Оптимизма в девушке было явно больше, чем в возрастном водиле.

— Давайте осмотримся, — Андрей поставил канистру на землю, взвел автомат и направился к сторожке.

Аня с Лешей пошли осмотреть то, что осталось от цистерн. Может, здесь все-таки есть какой-нибудь генератор, может, для насосов или еще черт знает для чего — что-то должно быть. Хоть какой-то светлый лучик окромя тех, что настойчиво скрывались за горизонтом.

— Опа, а это что? — протиснувшись между развороченных баков, Леша увидел небольшой металлический шкафчик на висячем замке. Подергав хлипкий замочек, он достал из пистолета обойму и принялся колотить по нему рукоятью. Удары эхом разлетались по округе, отскакивали от голых стволов мачтовых сосен и с тройной силой возвращались обратно.

Ане стало не по себе. Она обернулась к сторожке в поисках Андрея, но его нигде не было. Девушка сделала несколько неуверенных шагов к зданию и вдруг замерла. Позади разбитой заправки стоял потрепанный серебристый солярис. Едва она хотела обрадоваться удачной находке, как улыбка стекла с ее губ и растворилась в панике. В машине кто-то был. Серый мрачный силуэт неподвижно обитал в салоне машины, не давая шанса отвести взгляд.

— Леша! — прошипела оцепеневшая девочка. Но Алексей настойчиво продолжал колошматить несчастный замок.

Еще один удар. Металлическая скоба раскололась пополам и двери распахнулись.

— Да твою ж… — Леха пробежался взглядом по содержимому ларца. Пробитый газовый баллон, ведро для песка и совковая лопата. Никаких генераторов.

— Леха! — он наконец услышал ее. Теперь она уже почти кричала. Леша подбежал к девушке, указывающей пальцем на застывшего обитателя машины. — Вон там.

— Не отходи от меня. — Леха бегло оценил ситуацию и, вернув обойму на место, медленно направился к автомобилю. Аня положила руку ему на плечо и, спрятавшись за широкой спиной, семенила следом.

— Какого хрена?! — дойдя до капота машины, Леша смог разглядеть в загадочном пассажире молодую женщину. — Стой тут.

— Боже, что с ней? — Аня переминалась с ноги на ногу перед машиной.

Не сводя прицел с женщины, Леха подошел к двери и резко дернул ручку. Машину качнуло, и колыхнувшаяся голова женщины наклонилась и с ударом уперлась в стойку двери. Под короткий Анин визг Леха отпрянул назад.

— Она живая? — Аня медленно кралась поближе к Алексею.

Леха подошел к телу и приложил пальцы к запястью женщины, затем к шее. Повел под носом. Ни пульса, ни дыхания.

— Мертвая. — Леха загадочно посмотрел на девушку.

— Эй! Это не моя порнуха, понял!? И жене моей скажи. Слышишь, Лен? Я тут ни при чем! — Аня с Лешей резко обернулись. Из здания вышел человек, он разговаривал во весь голос, а его руки были подняты над головой. Следом за ним шел Андрей, он держал парня на прицеле автомата.

— Ребят, честно, сам не пойму, куда их сунул. Это Ленка, зуб даю, но она не признается. Щас найдем и поедем, — кричал улыбающийся до ушей парень.

— Знакомьтесь, это Максим. — Андрей пробежался взглядом по недоумевающим лицам друзей.

Выжившие Глава 13

Максим сидел возле открытой двери соляриса и выливал свой поток сознания в мертвые уши бездыханной женщины. Ребята стояли возле сторожки и в полном недоумении косились на это представление.

— Это что за нахуй?! — Леша настойчиво искал ответы.

— Это… Максим. — Андрей пытался съязвить, но труп в машине его немного сдерживал. Пока он допрашивал его в сторожке, он ничего не знал о мертвом теле, так что теперь поводов для шуток у него не осталось.

— Я понял, блять, что не Альфред. Нахуй мне вообще его имя?! Ты понимаешь, чо щас здесь происходит? Потому что я не очень.

— Ну, это Макс, он из Старой Ладоги, эта инсталляция в машине, судя по всему Лена, его жена. Он ее в Москву везет.

— И зачем он везет мертвую жену в Москву? — глаза Ани уже были размером с небольшие блюдца.

— Судя по всему, он не в курсе.

— Как ТАКОЕ можно не заметить?! — Леша брызнул слюной, пытаясь не орать. — И что нам с ним делать?

— А есть варианты? Посмотри на него. Он же на всю голову поехавший.

— Теперь мы пристрелим его? — Аня схватила Лешу за руку, и ее голос едва заметно вздрогнул, но не от переживаний за парня, а от созерцания того, как нежно он держит труп за руку и рассказывает ему о своих новых друзьях.

— За что? За то, что он больной? — удивился Андрей.

— Может, за то, что его ебучая жена еще даже не остыла? — рявкнул Леша.

— Чего?!

— Того! Она окочурилась часа два назад, не больше. Может, это он ее грохнул?! А теперь ломает комедию…

— На ней нет ни крови, ничего. — Аня впервые смогла оторвать глаза от шизика. — Может, он серийный отравитель или еще чего…

Андрей бегло осмотрел машину, возле которой крутился Макс. Три из четырех колес были намертво спущены. А салон был под завязку забит вещами, тряпочные сумки упрямо пытались выдавить окна заднего ряда. Что бы ни произошло, этот парень явно не тянул на убийцу. Он носился вокруг жены, словно они только познакомились. Сомнений в том, что его история правдива, у Андрея не было. У обоих на пальцах сверкали потертые золотые кольца, а на шеях болтались одинаковые цепочки, вероятно с парными кулонами.

— Подождите здесь, — отдав автомат Леше, Андрей направился к машине.

— Макс, можно тебя на минуту?

— Я скоро вернусь, — парень успокоил жену, хотя это, наверное, было излишне.

— Слушай, это конечно не мое дело. Но мне показалось, что Лена немного приболела. С ней все хорошо? — Андрей старался очень осторожно подбирать слова, чтобы не сломать и без того хрупкую иллюзию доверия.

— Она… Нет, знаешь… У нее поднялась температура. Но теперь ей лучше, я дал ей ее таблетки. Так что…

— Ну надеюсь, она поправится, когда вы доедете. У тебя бензина, кстати, хватит до вокзала? — Андрей вкинул вопрос осторожно и внимательно следил за реакцией парня. Но тот даже не думал смутиться или заподозрить подвох.

— Да, спасибо, я залил почти полный бак, так что до вокзала уж точно хватит.

— Это отлично! У меня в Москве, кстати, есть знакомый доктор, если хочешь, я дам тебе номер. — Андрей тут же постарался увести тему в другое русло. Если уж этот кретин не знает, что жена дала дуба, да еще и так рвется в столицу, которой уже, наверное, и нет на картах, вероятно он купится и на этот трюк. И он не прогадал.

— Да, спасибо! Осталось отыскать эти чертовы билеты.

— Пойду добуду тебе номер врача. — Андрей оставил парня в тщетных поисках и вернулся к друзьям с каменной миной.

То, что они собирались сделать, не укладывалось в его голове, как и тот факт, что другого выбора у них не было. Они не могли взять его к себе. И даже не потому, что он был чокнутым, а скорее потому, что их скудные запасы еды просто не прокормят такое количество человек. Но и оставить его здесь они не могли. Кто знает, как отреагирует псих, когда они начнут сливать бензин с его машины, которая должна доставить его с женой в светлое будущее. Начнет вопить, сопротивляться, полезет в драку. В любом случае про это узнает вся округа на сотни метров вокруг. Андрей помрачнел.

Этот парень не станет первым, кого он убьет. За последние полгода его жизнь перевернулась с ног на голову, а затем еще пару раз сделала сальто туда и обратно. Ему уже приходилось отнимать жизнь. Но только не так. Этот парень не был угрозой. Он не пытался убить его или ограбить, навредить кому-нибудь из его друзей. Он всего лишь лишился рассудка и так же, как и они, старался выжить. Но он умрет в любом случае, и не важно — от пули, которую Андрей всадит ему между глаз сегодня, или от того, что бешеные твари разорвут его на части завтра. Итог для него был предрешен в тот самый момент, когда внутри его затуманенного разума произошел заветный щелчок, стеной отрезавший счастливого дурачка от реальности.

Леша курил уже вторую сигарету подряд, спиной облокотившись на грязную стену сторожки. Закатное солнце стекало по его грязному лицу, превращая сигаретный дым в языки ярко-оранжевого пламени. Аня сидела рядом на ступеньке у входа и ковыряла пальцем землю. Андрей молча посмотрел на друзей и покачал головой.

— Ну значит придется. — Леша сделал последнюю тугую затяжку и бросил бычок под ноги.

— Дай мне пистолет. Я сам. А вы пока сходите за канистрой. У него в тачке полный бак, так что считайте нам повезло.

Леша передал другу ПМ и, взяв Аню за локоть, потащил за сторожку, подальше от места грядущей экзекуции. Андрей посмотрел на поржавевший затвор и, тяжело выдохнув, снял пистолет с предохранителя. Это будет быстро. И милосердно. Убеждать себя было тяжелее всего. Андрей обернулся и направился к машине, но тут же замер. Макса нигде не было, а его холодная супруга лежала посиневшим лицом в луже у распахнутой двери. Глаза Андрея забегали по заправке, скользнули по разорванным бакам, добежали до леса и вернулись обратно ни с чем.

— Леха! — голос дрожал, словно кусок стекла, который бросили в блендер.

— Уже все? — Алексей выпорхнул из-за сторожки с автоматом наперевес так быстро, словно ждал команды. — Где тело?

— Я понятия не имею, он сбежал.

— Вот так просто, бросил ее и свалил?

— Не знаю. Может, понял, что она все, и испугался? Да мало ли что могло стукнуть в больной голове. Где Аня?

— Поливает кусты, — ухмыльнулся Леша.

— Давай сольемся и свалим уже отсюда.

Леха метнулся за канистрой и уже через полминуты заветная желтоватая жидкость хлынула на дно пластиковой тары. Алексей стоял рядом с машиной, держась рукой за багажник, и яростно оплевывал все вокруг, стараясь избавиться от привкуса бензина во рту. Шизик не наврал, бак и правда был под завязку. Подоспевшая Аня задавать лишних вопросов не стала. Оглядев лежащее в грязи женское тело, ей совсем не хотелось знать, куда парни дели второй труп. Вместе с Андреем они принялись копошиться в сумках молодой семьи.

Первая находка не заставила себя долго ждать. Едва они открыли багажник как глаза уткнулись в здоровенную канистру. Скромно порадовавшись находке, ребята переместились в салон, еще не зная, что оставить полную канистру в багажнике было одним из лучших их решений за прошедший день. Внутри находки были чуть менее полезными. Две пары штанов и маек Макса. Пять пар в сумке Лены. Отдельная сумка с косметикой, из которой девушка первым делом выудила три пачки дефицитных прокладок. За водительским сидением Андрей нашел небольшой тормозок, внутри которого было лишь печенье, пачка чипсов, бутылка воды и запечатанная плашка копченой колбасы.

— Слабовато для путешествия. Видимо, о магазинах он знал не больше, чем о жене.

— Сомневаюсь, что он вообще понимал, что происходит. Здесь целый пакет со шмотками из сексшопа. — Аня помахала растянутыми на пальцах черными кружевными трусами с разрезом на заветном месте, состоящими в основном из цепочек и веревочек различной толщины.

— Тебе бы подошло. — Андрей криво улыбнулся и отвел глаза. — Вряд ли она сама их собирала. Это чертовски странная парочка.

Аня смущенно закинула трусы обратно в пакет и принялась копать дальше.

Солнце уже скрылось глубоко за деревьями, а из леса медленно выползал весенний туман, неумолимо пожирающий окрестности. Леха закрутил крышку на заполненной доверху канистре и довольный прикурил очередную сигарету. Сумки с самыми ценными находками уже стояли в ряд возле машины и ждали марш-броска к старенькой мазде.

— Точно не хочешь захватить бельишко? — язвительно бросил Андрей.

— Возьму, если ты будешь его носить. — Аня расплылась в довольной улыбке. Проведя всего полдня в компании парней, она уже могла метко предупреждать их дурацкие шуточки.

Пока они обменивались колкостями, Леша стоял, уставившись на дорогу. Он безуспешно пытался что-то расслышать за болтовней друзей.

— Эй, заткнитесь хоть на секундочку!

Андрей с Аней непонимающе повернулись к лысому следопыту, и спустя пару секунд тишину расколол глухой мужской голос. Он бубнил где-то в отдалении, из-за чего слов было не различить, но они и без того прекрасно знали, кому он принадлежал. Выйдя на дорогу, они увидели Максима. Он брел по грунтовке, примерно в трехстах метрах от них, размашисто жестикулируя руками и что-то непрерывно говорил.

Виски сковала пронзающая боль. Аня рухнула на колени, едва успев вцепиться в куртку Андрея. Кровь в голове пульсировала, не давая сосредоточить взгляд в одной точке.

— Убегай! — Снова этот голос. Он метался в ее голове, рикошетил от стенок черепа, разрезая каждую встретившуюся на пути мысль на тысячи осколков. — Беги! Они уже близко.

— Аня, ты что?! Вставай! — Склонявшиеся над ней парни тщетно пытались поставить ее на ноги. Ее зеленые зрачки налились голубыми отблесками, которые то и дело вспыхивали, словно лампочки габаритных огней в заводящейся машине. Но парни этого не увидели. Девушка так вжалась в землю и обхватила голову руками, что у ребят не было ни шанса.

Наконец боль отступила. Аня вскинула голову и неподвижно уставилась на Максима.

— Надо бежать. — Девушка позволила парням себя поднять. — Валим, прямо сейчас!

— Что с тобой? — Андрей метался вокруг девушки, пытаясь понять причину ее помутнения.

— Смотри. — Аня указала рукой куда-то вдаль.

— Это наш шизик, да, мы… — Леха не успел договорить. Его взгляд пронесся вдоль дороги, облетел Макса и спустя еще пару сотен метров уткнулся в ужасающие, но уже знакомые горящие желтые глаза. Посреди дороги стоял человек в черном плаще, развевающемся на ветру словно густой мрачный туман. Его длинные засаленные волосы спускались на плечи, то и дело маяча перед светящимися золотыми переливами угольками зрачков. Леха чувствовал, как его взгляд скользит по коже, заставляя тело цепенеть, прожигая до самого сердца. Вожак сверлил их взглядом, словно черный ангел смерти, ожидающий последнего вздоха своей жертвы. Он стоял неподвижно, будто бы уступая место для первого хода.

— Твою-то мать! — пытаясь подавить дрожание в голосе прошипел Леха.

— Почему он всего один? — Андрей пристально вглядывался в черный силуэт убийцы на горизонте, пытаясь отыскать вокруг остальных желтоглазых. Долго искать не пришлось. Расправив плечи, вожак издал яростный крик, больше походящий на рычание дикого зверя. Спустя мгновение из-за поворота позади него выбежал еще добрый десяток обезумевших тварей. Андрей смог насчитать тринадцать. Без промедления они пронеслись мимо вожака, будто в точности знали, где их жертвы. Словно ищейки, бегущие на запах раненой добычи, брызжа слюной, своим ревом заглушая топот шагов, они приближались к заправке.

Не зная, что делать, ребята просто смотрели вслед потерявшему рассудок Максиму. Каждый из них понимал, что с ним произойдет, как только твари до него доберутся. Но идиот все так же радостно и, размахивая руками, бежал навстречу своей смерти, будто глухонемой, бредущий по рельсам прямиком в холодную стальную пасть мчащемуся без тормозов поезду.

— Эй! Ребят, вы здесь нигде билеты не вид… — его ударили в горло. Отшатнувшись, задыхающийся безумец рухнул на колени. Андрей ненавидел себя за эти мысли, но его надежды на то, что Макс займет желтоглазых хотя бы на какое-то время, обрушились так же, как удары на шизика. Толпа просто текла вокруг него нескончаемым потоком боли. Следующий подбежавший одним ударом с колена снес ему челюсть. Она вывернулась на бок и безвольно повисла на щеке, обнажая торчащие во все стороны остатки зубов. Следующий сломал ему руку. Максим вопил от боли. Его крики впивались в подкорку, заполняя все внутренности черным липким страхом и отчаянием. Наконец крики стихли. Безумная волна животного гнева поглотила их вместе с тем, что осталось от тела умалишенного.

Твари были уже на полпути, когда на дорогу вылетел коптящий солярис.

— Садитесь! — крикнул Леша, открывая пассажирскую дверь. — Чо вы встали?! Быстро в машину!

Опомнившись, Андрей схватил Аню под руку и, оббежав машину, плюхнулся на сидение. Он затянул девушку внутрь, усадив ее себе на колени, и даже не успел закрыть дверь, когда Леха ударил по педали газа. Груженую целым возом бесполезных шмоток машину на спущенных колесах вяло потащило по грунтовке. Пытаясь поймать авто, Леха выкрутил руль, и их развернуло на месте, ударив правым бортом об остатки цистерны. Заднее стекло лопнуло, выплюнув из салона несколько тряпичных сумок. Матерясь, Леха ударил по педали газа, и старый «кореец» неохотно начал набирать скорость, проплывая мимо киоска с приставленным у входа автоматом.

— Ствол! Там АК остался! — заорал Андрей, судорожно шлепая напарника по плечу.

— Да насрать на него, там и вторая канистра стоит! — выпалил Леха, даже не обернувшись.

Топливная стрелка мертвым червем лежала на нулевой отметке: бензина в баке оставалось на самом донышке. Колеса прокручивались на гравии, взметая в воздух клубы пыли. В зеркале заднего вида мелькнули черные тени — желтоглазые были уже рядом.

— Леха, быстрее! — заорал Андрей, оглядываясь на тварей, с бешеной скоростью несущихся к ним. Машина набрала скорость, но этого было недостаточно. Бегущие первыми желтоглазые уже были у заднего бампера. Один из них запрыгнул на багажник. Безумно хохоча, он вцепился руками в тонкий металл. Машину тряхнуло в сторону так, что Леха едва смог удержать руль в руках.

— Боже! — Аня взвизгнула, когда желтоглазая бабуля на вид лет семидесяти оторвала правое зеркало. Бабка в домашней ночнушке прыгнула на боковую дверь, вцепившись в кузов костлявыми пальцами, и начала колошматить в стекло. Леха резко крутанул руль влево, стараясь скинуть тварей, но они намертво вцепились в металл, ногтями сдирая краску в попытках удержаться.

— Они лезут на крышу! — закричала Аня. Ее голос был полон ужаса.

Тонкую крышу насквозь прошила рука молодого паренька. По локоть торчащая в салоне конечность грязными костлявыми пальцами вцепилась Андрею в волосы. Машина затрещала по швам.

— Леха, сбрось их! — Андрей выудил из кармана пистолет и, ухватив паренька за запястье, трижды прошил руку выстрелами, забрызгав весь салон кровью. Тварь на крыше начала орать. Но это не был крик боли, а скорее вопль, означающий: ты за это поплатишься. Желтоглазый попытался выдернуть не слушающуюся руку из машины, но в плоть впился острый край порванного металла.

— Держитесь! — крикнул Леха, снова вильнув в сторону. Обезумевшая бабуля не выдержала и, сорвавшись на дорогу, исчезла в облаке пыли.

Рука в потолке забилась в истерике. В очередной раз выдергивая конечность, тварь рассекла остатки мяса, и целый кусок предплечья замертво рухнул между сидениями.

Леха ударил по тормозам. Однорукая тварь прогремела костями по крыше и свалилась на капот, вцепившись целой рукой в лобовое стекло в один момент превратившееся в бело-зеленую мозаику. Желтые угольки глаз монстра умножались в осколках, будто на капоте машины сидел гигантский паук.

— Да отцепись же ты! — Леха бросал и без того неуправляемую машину из стороны в сторону, но тварь не желала сдаваться.

— Держи прямо! — прокричал Андрей, пытающийся нацелить пистолет парню в голову.

Леха выровнял руль, и салон озарила вспышка. Изумруд стекла разлетелся во все стороны, когда пуля прошила голову парня насквозь. Его тело дернулось назад и соскользнуло по капоту, исчезнув под колесами машины. В салоне раздался треск, когда переднее колесо переехало безжизненное тело.

— Пошел к черту! — Андрей, выдохнув, прижал пистолет к себе.

Леха наконец почувствовал, как машина начала набирать скорость. Ее трясло на гравийной дороге, но они вырвались вперед, наблюдая в зеркалах, как все дальше позади в столбе пыли остаются рычащие тени.

Выжившие Глава 14

Голова все еще трещала по швам. Аня до конца не понимала, почему каждый раз при встрече с монстрами ее сознание дает сбой, как не знала и чей голос звучит в ее голове. В одном она была уверена: если бы не эти головные боли, она вряд ли бы смогла прожить так долго. Но сейчас это не имело значения.

Когда высушенная до дна машина докатывала свои последние метры по пыльной дороге, в свои права уже вступила тьма. Где-то глубоко в лесах между сосен громогласно предупреждала о начале своей охоты сова. А им удалось оторваться от преследователей всего-то километра на три. Алексей смог разогнать ее до шестидесяти, но, имея всего одно целое колесо, это было чистым самоубийством: суметь вырваться и так глупо попасться, отъехав на двести метров оказаться в кювете. Так что, как только монстры скрылись за двумя поворотами, он скинул скорость до сорока, а потом и до тридцати километров в час, периодически ускоряясь на ровных прямых участках. Это не было спасением, но они смогли вырваться, и у них в руках оказался главный и самый ценный ресурс нового мира — время.

— У кого-нибудь есть объяснение, что за дерьмо мы сейчас видели? — Леха буквально выползал из-за руля. Его руки дрожали, а лоб был усеян градом капель. — Солнце только успело сесть! Эти ублюдки что, эволюционируют?

— Ань, ты хоть раз такое видела? — Андрей стоял, облокотившись на ободранное крыло «Соляриса», уступив пассажирское кресло девушке.

— Никогда…

— И что за припадки у тебя? Вчера ночью, сегодня… — Леша подошел к окну машины.

— Да не знаю я. Просто каждый раз, когда они рядом, мне становится не по себе. Ноги подкашиваются.

— Не у нее одной, Лех, — осадил его Андрей, закуривая сигарету. — Что будем делать? Они нагонят нас.

— Нагонят, черт. — Леша потер руками грязную лысину. — Минут через пятнадцать нагонят.

— У нас же целая канистра в багажнике, — напомнила Аня. Повторять недавний аттракцион ей явно не хотелось.

— А смысл? — отрезал Леха. — Куда этот кусок дерьма нас довезет без колес?

— А что сидеть и ждать? — возмутилась девушка.

— Да мы скорее сами убьемся в этой черноте, чем попадем на обед к «глазастым».

— Домой тоже нельзя. — Андрей говорил спокойно. — Эти твари от нас не отстанут. А с этим корытом так и будем тащиться вместе с ними с разницей в пять минут.

— Нам их не одолеть. — Леша выбился из сил, эта непродолжительная поездка стоила ему последних нервных клеток, казалось, что он уже почти готов принять неизбежное.

— Конечно нет. Надо лишь выиграть время. — Андрей посмотрел на друзей, измотанных и напуганных. Он не знал, сработает ли его план.

Да и едва ли это был план.

Охотники появились уже через двенадцать минут. Андрей с Лехой прятались в кустах в ста метрах от брошенной машины.

— Видимо, они и не думали сбавлять темп. — Андрей пытался пересчитать нападающих.

— Так хотели отведать наши сладкие жопы? — Леша нервно усмехнулся.

— За твоей я б и на такси не поехал. — Андрей не успел ответить, как получил локтем в бок. — Ты только глянь, и Тамара Петровна приползла.

Леша проследил взгляд напарника. Охотники были в полном составе, за исключением паренька, потерявшего руку. Первым бежал патлатый вожак, а замыкала смертоносную делегацию все та же бабулька в ночнушке. Несмотря на сломанную ногу, бег давался ей довольно сносно.

— Ахренеть можно! И не рассыпалась же… — Леха протер рукавом потную шею.

Не добежав до машины, охотники перешли на шаг. В пяти метрах от машины вожак застыл на месте. Он оглядел солярис, окна которого были завешаны всевозможными тряпками, и кивком головы приказал своим псам окружать.

— Пора! Давай, вали отсюда, — скомандовал Леша, потирая в руках брелок сигнализации.

— Справишься?

— Думаю, им будет не до меня. Давай. Я догоню.

Андрей лишь кивнул в ответ и, осторожно раздвинув ветви, скрылся во тьме лесополосы.

Леша не отводил взгляд от машины. Охотники кружили вокруг, как гиены, тактично, метр за метром сжимая кольцо.

— Давайте, ублюдки! Лишь бы у вас хватило мозгов, — прошипел Леша и нажал на кнопку пульта.

Аня стояла у кромки леса и вглядывалась в сереющее на фоне зеленых сосен серое бетонное пятно заброшенного завода на горизонте. Они завесили окна машины тряпками Лены и Макса в надежде, что отвлекающий маневр сработает и им хватит времени пробежать километр через поле и раствориться в стенах заброшки.

Больше в округе не нашлось ничего путного. Бежать от охотников по открытой местности вариант гиблый, да и скорее нереальный. Только что они догнали машину на своих двоих. А вот спрятаться в огромном бетонном лабиринте и переждать казалось вполне толковым решением. Когда они вышли из леса и увидели завод, Андрей сразу сказал Ане ждать их здесь. Ведь случись у нее еще один приступ, их небольшая фора стала бы просто бессмысленной. Аня, впрочем, не сильно возражала.

— Они здесь! — Андрей выбежал из-за деревьев. — Ты готова?

— Скорее да. Ждем сигнала?

— Ждем сигнала. — Андрей повернулся в сторону леса и, нервно пережевывая нижнюю губу, вглядывался в туманную чащу. Он надеялся, что не ошибся в оценке инстинктов охотников, надеялся, что орущая сигнализация захватит их внимание. Надеялся, что она заставит их подойти к машине как можно ближе…

Леша нажал на кнопку.

Черноту весенних сумерек разрезали огни аварийной сигнализации. Резкий звук гудка соляриса врезался в стену деревьев и накрыл собой всю дорогу. От ног охотников поползли дрожащие тени, они забирались на сосны и, перепрыгивая по ветвям, танцевали свой призрачный танец.

Охотники тут же засуетились: кто-то начал кричать, кто-то бил себя кулаками по груди или голове. Но только не вожак. Он все так же стоял неподвижно и смотрел на машину, потом пробежался взглядом по лесу, освещенному яркими вспышками.

— Ну давай… — Леша сидел, не двигаясь и почти не дышал. Он медленно переложил палец на пульте на другую кнопку.

Гудок затих, и на смену ему на всю округу заорала сирена.

Вожак бросил взгляд на своих и, казалось, начал паниковать. Трое его псов тут же кинулись на машину. Спустя мгновение еще пятеро последовали их примеру. Леша нажал на кнопку.

— Назад! — вожак рявкнул так, что его крик заглушил собой сигнализацию. Но было поздно. Яркая вспышка залила всю округу прожигающим теплым светом. Машина разлетелась на куски. Взрывной волной вожака отбросило с дороги в кювет.

Леша наблюдал, как во все стороны разлетались куски горящих тел. Оглядев зону взрыва, он пытался посчитать потери противника, пока его взгляд не уткнулся в два прожигающих его душу уголька. Вожак лежал на боку в закопченной траве и смотрел прямо на него.

— Ах ты кусок дерьма… — Леша подскочил с места и побежал напролом сквозь ветви, к своим. Пытаясь встать, вожак попробовал крикнуть псам, чтобы бежали следом, но не смог издать ни звука.

Едва взрыв прогремел, Андрей с Аней уже во всю силу бежали по полю. Они видели, как яркий столб огня поднимается над кронами мачтовых сосен, слышали предсмертные крики разрываемых в клочья охотников и могли лишь надеяться, что Леша уцелел и сейчас бежит следом. Андрей хотел лишь отвлечь тварей сигнализацией, но именно Леша решил, что превратить остатки бензина в бомбу и отправить к черту как можно больше этих тварей гораздо эффективнее.

Он сам же и вызвался остаться и активировать сигнализацию. План сработал. Они уже были на подъездной дороге завода и, бросив последний взгляд на пустое поле, окутанное дымкой, пробежали внутрь через поваленный бетонный забор.

Леха влетел в заброшенный цех. Безумный взгляд метался по округе в поисках друзей, а дыхание уже переходило на хрип. Его рука была в крови, его задело осколком после взрыва, но он об этом еще не знал. Адреналин зашкаливал до предела, ведь когда он поднимался на дорогу, стало ясно не только что охотники преследуют его, но и то, что после взрыва они явно не стали добрее.

Внутри бетонного лабиринта Аня с Андреем метались возле полуразрушенной стены. Их движения казались хаотичными, как у загнанных в угол животных.

— Это тупик! — Аня схватила Андрея за куртку, прижалась к нему, стараясь держаться как можно ближе, в надежде что он сможет придумать следующий шаг. В надежде, что не умрет вот так, в пыльном углу со следами мочи на стене под стершейся надписью «имени Ленина», разорванная в клочья безумными животными.

Их план дал трещину, они сами загнали себя в угол. Андрей это знал. Его мозг старательно перебирал варианты, но все они рассыпались под тяжестью шагов охотников, эхом отлетающих от бетонных стен.

— Они уже здесь…

Правила Глава 1

Около пяти утра уже начало рассветать, так что холодное неприветливое солнце проклевывалось сквозь деревья. Набравшая утренней росы трава доходила до пояса. Она так вязко заплеталась в ногах, что каждый новый шаг был испытанием. Друзья брели по пожухлому полю, разгоняя руками остатки предрассветного тумана.

Леха шел первым. Прижав левую руку к груди, он то и дело щупал свое предплечье сквозь разорванный окровавленный рукав. Следом спотыкался Андрей с каменным лицом, а вдалеке, еле поднимая ноги, ползла Аня. Примерно каждые восемь—десять шагов она умудрялась упасть, запутавшись в траве, так что Андрею постоянно приходилось возвращаться к ней и помогать встать. Он делал это спокойно, и в третий раз, и в одиннадцатый. Сил на раздражительность у него просто не было.

Когда они вышли на дорогу, где их послушно дожидалась пустая мазда, весеннее солнце уже вовсю грело щеки. Подойдя к машине, Андрей просто плюхнулся на землю, опершись спиной на колесо. Аня последовала его примеру и мягко стекла по двери во влажную дорожную пыль. Леха прошел мимо своей ласточки и поковылял дальше по дороге.

— Куда ты? — пробурчал Андрей ему вслед. Леха в ответ просто махнул рукой перед собой. — Думаешь, она еще там?

— Машина же стоит, значит и она там. — Ответил он, даже не обернувшись, и побрел в сторону злосчастной заправки, где в суматохе они бросили канистру со слитым с соляриса бензином.

Андрей повернулся к уставившейся в одну точку девушке. С минуту он молча рассматривал ее. Ее пыльные волосы, перепачканные щеки, на которых в потеках слез запеклась грязь и брызги крови. Ее пустые глаза, полные усталости. Ее сбитые в синяки костяшки на хрупких белых пальцах.

— Ты же понимала, что я спрошу?

— Наверное…

Андрей тяжело вздохнул, словно ему надо было набраться невиданной смелости, чтобы задать свой вопрос: Как ты это сделала?!

Аня закрыла глаза. Она провела языком по потрескавшейся губе и немного закусила ее зубами. Глазами, налитыми слез, девушка посмотрела на Андрея.

— Я не знаю…

Правила Глава 2

— Какого хрена вы встали?!

Леха так резко появился из проема в развалинах, что Андрей чудом успел одернуть руку, чтобы не пристрелить его.

— Твою ж… Это ты! — Андрей спрятал пистолет за пояс.

— А ты все патлатого ждешь? Понравился тебе? Валим! Чо встали?

— Да некуда, блять! Мы в жопе.

— Как это некуда? Ты охренел? Я не для этого там жопу подставлял!

— Парни! — Аня стояла, держась за голову и пытаясь открыть глаза, показывала рукой куда-то наверх.

— Что опять? — буркнул Леха.

— Да смотри ты! — задрав голову вверх, она тыкала пальцем в дверной проем под самым потолком цеха. По бокам из бетонной стены торчали ржавые остатки металлического балкона.

— Погнали! — разбежавшись, Андрей оттолкнулся ногой от стены и прыгнул вверх. Он ухватился за обрубок железки, но рука соскользнула. Ржавая пыль полетела в глаза. Андрей приземлился на пол и принялся растирать их. — Твою мать!

Из проема в стене все громче доносился топот ног, перемешанный с нечеловеческими хрипами.

— Живой? — Леха помог ему встать.

— Да! Не дотянутся.

— Давай еще раз.

— Может ты?

— Ну да, ты лось не допрыгнул, а я метр с кепкой ща взлечу. Давай!

Леха прижался к стене и подсадил Андрея на плечи. Толчком он подбросил друга в воздух, и Андрею удалось зацепиться за выступ. Он подтянулся и забрался в дверной проем, ногами сталкивая на друзей пыль с рассохшихся кирпичей.

— Ты следующая! — Леха повернулся к Ане. — Давай, с разбега.

Андрей высунулся из двери и, легши на живот, протянул руки вниз. Разбежавшись, девушка неуклюже запрыгнула на Леху и принялась топтать его ботинками, пытаясь ухватиться за протянутую руку.

Комнату заполнил гул. Их время вышло. Через дыру в стене прямо на них несся охотник. А за ним еще один. И еще.

Увидев толпу, Леха, собрав все силы, швырнул Аню наверх. Размахивая руками, девушка подлетела в воздух и, вцепившись в Андрея, повисла на нем, едва не стянув вниз. Леха остался внизу.

Встав во весь рост, он повернулся к приближающимся врагам, и его рука инстинктивно потянулась к пистолету.

Охотник, который бежал первым, закричал и набросился на него, но Леха успел увернуться и огрел его по затылку рукояткой пистолета. Паренек впечатался лицом в бетонную стену и рухнул в пыль. Выпрямившись, Леха наставил ствол на следующего обезумевшего парня и дважды спустил курок. Никакой реакции. Казалось, что ему абсолютно наплевать на прошивающий его плоть свинец. Клочья одежды летели во все стороны вместе с кусками кожи и каплями крови, но противник лишь слегка замедлил ход. Когда он оказался на расстоянии удара, Леха попытался засадить ему пистолетом в висок, но охотник с легкостью перехватил его руку и резко выкрутил ее.

Пистолет выскользнул из пальцев и глухо звякнул, ударившись о бетонный пол. Парень потянул Леху к себе и ударил его ногой в грудь так, что он отлетел назад, к стене, где в него вцепился уже успевший оклематься охотник.

Андрею удалось затащить Аню наверх. Они уселись по бокам проема и тяжело дыша уставились друг на друга. Аня держалась за голову и едва не падала в обморок. Андрей отпихнул ее вглубь темной комнаты и, развернувшись, посмотрел вниз.

В комнату вошел длинноволосый вожак. Бегло оглядев помещение, он сконцентрировал взгляд на Леше, которого держали два его пса.

— Где девочка? — прошипел он совершенно безэмоционально, будто бы не открывая рта.

— Какого хрена? Ты говорящий?

Удар. Левый глаз застелила струйка крови. Одна из тварей рассекла ему бровь.

— Тупой кусок мяса. — Вожак улыбнулся во весь рот. Его голос хрипел, а глаза переливались яркими золотыми вспышками. В комнату вбежали еще девять желтоглазых. Они выстроились за спиной хозяина в ожидании приказа.

— Последний шанс. Где она?

— А ты что, ее парень? — пытаясь сфокусироваться, процедил Леша.

— Меня называют Жнец. И ты свой шанс упустил. — Он уверенно зашагал к Леше.

Андрей обернулся к Ане и прошептал: Как только займутся нами, беги…

Девушка в панике пыталась что-то сказать, схватить его за куртку, но было поздно. Андрей разбежался и выпрыгнул из проема вниз. Пролетев несколько метров, он всем своим весом рухнул на Жнеца и повалил его на землю.

Охотники разразились воплями. Воспользовавшись замешательством своих надзирателей, Леха сумел вырваться и повалить одного из них. Он со всей дури врезал ему ногой по лицу и, судорожно пытаясь встать, побежал к лежащему в пыли пистолету.

Жнец отбросил Андрея в толпу желтоглазых, и они тут же принялись избивать его ногами, руками и всем, что подвернулось под руку.

Леха подбежал к пистолету и взвел затвор. Жнец встал во весь рост и, сорвавшись в бег, в два прыжка оказался возле него. Леха замер. Он в панике огляделся на Андрея, свернувшегося клубком в пыли на земле, харкающего кровью. Было ясно, что охотники только начинали свой смертоносный аттракцион боли. Недолго думая, будто бы не замечая Жнеца, несущегося к нему, Леха занял стойку и начал полить по толпе желтоглазых. Он стрелял на уровне голов и плеч, чтобы не задеть Андрея. Но на секунду он подумал, что даже если случайно попадет в товарища, это будет не так уж и плохо. В данной ситуации он скорее всего был бы ему благодарен. Пули посекли нескольких тварей, прежде чем вожак схватил Леху за горло.

Желтоглазые отвлеклись от избиения теряющего сознание Андрея, что дало ему шанс выхватить нож. Он полоснул пару тварей по щиколоткам, и они тут же рухнули на землю, разразившись приступом идиотского животного хохота. Эта игра им нравилась, загнанная добыча пыталась огрызаться. Показывать зубы. Андрей пытался встать.

На втором этаже, в темной комнате без окон, сидела Аня, зажав голову между коленей. Каждый вскрик парней прошибал ее тело дрожью так, что она буквально чувствовала их предсмертную агонию. Ее голова гудела, мысли перемешивались с криками в одну липкую кашу боли. Она обхватила голову руками и прижалась к земле так низко, что ее дыхание раздуло пыль между валяющихся на полу осколков стекла. Аня пыталась зажмуриться, пока вдруг не заметила в одном из осколков свое отражение. Плавно, через боль, она открыла глаза. Сквозь поцарапанное стеклышко она увидела, как где-то в глубине ее взгляда проблескивали голубоватые огоньки. Они переливались оттенками, становились то ярче, то тусклее, перебегали по зрачку как по причудливой арене. Она смотрела на них не отрываясь, ее взгляд затягивал ее все глубже, в синеватую бездну ярких осколков пламени, сознание начало плыть, и она провалилась в черноту. Аня резко закрыла глаза и осталась совершенно одна. В темноте больше никто не кричал. Было абсолютно тихо. Но вдруг тьма зашевелилась. Словно невидимая черная комната вокруг нее начала перестраиваться, менять свои формы, размеры и даже запах. Подняв голову, она увидела, как перед ней разгорается маленький голубоватый шар света. Он вспыхивал странными короткими вспышками, так что на секунду ей показалось, что он будто бы… говорит.

— Я тебя знаю, — прошептала Аня, но не услышала собственного голосa.

Жнец, держа Лешу за шею, поднял его над землей, так что ноги болтались по бетону, поднимая пыль. Леха начал задыхаться, в глазах темнело. Он развернул руку с пистолетом, пытаясь выстрелить ему в лицо, но Жнец просто отмахивался от него.

В воздухе повис запал смерти. Желтые глаза убийцы, казалось, высасывали из Леши саму жизнь. Вожак брезжил слюной, его щека дергалась в конвульсии безумной улыбки, пока сухая рука все туже сжимала синеющую шею. Леха дернулся в тщетной попытке вырваться, но силы уже покидали его тело, глаза закатились, и он услышал странный звук. Почувствовал, как что-то пронеслось в нескольких сантиметрах от него, рассекло воздух и врезалось в грудь Жнеца. Хватка на его шее вдруг ослабла. Леха смог открыть глаза и увидел рукоятку ножа, торчащую из груди вожака. Переведя взгляд, он уставился на Андрея, держащего у земли вытянутую руку. Он стоял на ногах, а из его носа и ушей текла кровь. Едва Леха моргнул, как Андрей уже лежал на земле, поваленный охотниками.

Жнец отшатнулся, и Леха тут же высадил ему весь магазин прямо в лицо. Рука разжалась, Леха рухнул на землю. Жнец завопил, хватаясь за лицо руками; кровь хлестала сквозь его грязные пальцы, подсвеченная золотыми отблесками глаз. Он метался, как раненый лев, из стороны в сторону, пока наконец не остановился. Он оторвал перепачканные руки от лица, и угли его глаз впились в пытающегося встать Лешу. Раны на его лице тут же начали затягиваться, так что его физиономия с каждой секундой все меньше походила на кровавую кашу. Жнец зарычал и, подойдя к Лехе, схватил его за руку. Одним резким движением он вывернул ее наизнанку. Кровь брызнула на бетон. Леха заорал от боли, разглядывая собственную кость, торчащую сквозь разорванную кожу. Злобно рявкнув, Жнец со всей силы ударил его ногой в живот, так что тот, несколько раз перевернувшись в воздухе, рухнул без сознания лицом в пыльное варево битвы.

Жнец сделал шаг к нему, но вдруг замер. Комнату заполнил женский крик.

Жнец обернулся и впился глазами в дверной проем под потолком. Его зрачки расплылись по всему глазу, пылая алыми вспышками.

— Наверх!

Охотники тут же бросили парней и ринулись к стене. Они запрыгивали друг на друга, выстраивая из своих тел живую лестницу, неуклюже падая и вновь поднимаясь, прыгали в кучу. Жнец медленно зашагал следом.

Андрей открыл глаза. Лежа в пыли, он сквозь кровавое бельмо наблюдал, как желтоглазые забираются наверх. Все тело гудело; он попытался встать. Ноги не слушались. Каждое движение отдавалось пронизывающей болью. Сломаны? Плевать. Он увидел истекающего кровью друга и пополз к нему.

Жнец стоял у стены, наблюдая, как его последние псы забираются наверх. Их смех сливался в гулкое рычание. Наконец, когда последняя из тварей скрылась в темноте проема, все стихло. Давящая пустота обрушилась на бетонную коробку полуразваленного цеха. Доползший до Леши Андрей ощупывал свои порванные уши, думая, что оглох. Жнец застыл, глядя наверх, и почти не дышал. Наконец тишину разорвал крик.

Из черноты дверного проема вылетели два бездыханных тела. Они пролетели под потолком и впечатались в противоположную стену с такой силой, что их внутренности размазало по бетонным откосам. Жнец медленно перевел взгляд с них на проем под потолком и сделал несколько неуверенных шагов назад. Послышался шепот надвигающихся шагов. Мелкие стеклышки весело потрескивали под неуверенной, сбивчивой поступью.

Из темноты вышел паренек. Его рука была вырвана из плеча, так что мясо свисало с кости, хлеща его футболку. Один глаз светился желтым, а второй то вспыхивал, то гас снова. Он подошел к краю и застыл. Из темноты позади него хрупкая женская рука легла на его плечо и толчком отправила в полет. Парень рухнул вниз с четырехметровой высоты и, приземлившись прямиком на голову, забрызгал присутствующих содержимым своей черепной коробки.

Капли крови впились в лицо Жнеца. Подняв глаза, он уставился на Аню, смотрящую на него сверху вниз своими голубыми пылающими глазами.

Девушка сделала шаг вперед и в одно движение спорхнула вниз, подняв в воздух клубы пыли. Она повернулась к парням и встретилась взглядом с оцепеневшим Андреем. Ее лицо было совершенно холодным, словно она изучала их.

— Ан… Аня… — Андрей попытался воззвать к ней, но девушка просто отвернулась.

— Ты искал меня. — Ее голос был твердым, холодным. И хоть он звучал женским, и Андрей отчетливо видел, как слова слетают с ее губ, он точно знал, что он ей не принадлежал.

— За тобой должок! — прошипел Жнец и бросился на девушку.

Подбежав, он со всей силы вмазал ей в челюсть. Аня дернула головой, но даже не сошла с места. Жнец замахнулся, чтобы ударить еще раз, но девушка перехватила его руку и одним резким движением дернула его на себя так, что его развернуло. Жнец упал перед ней на колени. Аня вцепилась в его голову руками, все сильнее сдавливая его череп. Ее глаза полыхнули яркой вспышкой, и она в одно движение свернула ему шею.

Андрей смотрел прямо в его глаза. Длинноволосый убийца, который едва не прикончил их сейчас жадно хватал ртом воздух, а его веки дергались в конвульсиях в хрупких пальцах юной девушки. Пылающие зрачки начали попеременно гаснуть. Наконец Аня разжала пальцы, и Жнец рухнул на пол.

Девушка выпрямилась и подняв голову повернулась на уставившегося на нее Андрея. Ее взгляд заставил его забыть о боли. Заставил забыть, что ремнем который он сорвал с себя и держал в руке хотел перевязать Лешину руку чтобы он не потерял слишком много крови. Заставил забыть, что маленькая девчонка только что разорвала с десяток безумных тварей-маньяков, от встречи с которыми и взрослый мужик мог бы припустить в штаны. О том, что затухающие глаза Жнеца были полны недоумения и страха. Такого привычного человеческого ужаса.

Девушка медленно приближалась к ним. Андрей оцепенел, его руки тряслись. Она шла, не моргая уставившись на него и наконец нависнув над парнями остановилась. Наклонив голову, Аня, несколько секунд рассматривала Андрея. Ее пылающие зрачки метались по нему словно что-то выискивая, а затем будто бы не найдя желаемого она резко отвернулась к Леше. Осмотрев его, она словно удивленно откинула голову и медленно наклонилась, присаживаясь рядом на корточки. Одной рукой она крепко сжала его сломанную руку, а вторую положила ему на лицо.

— Что ты делаешь?! — Андрей еле смог выдавить из себя хоть какие-то слова. — Что ты с ним делаешь?!

Трясущимися руками Андрей нащупал валяющийся под ногой пистолет и взведя его наставил на девушку.

— Не трогай его!

Аня медленно повернулась к нему. Андрей целился ей прямо в лицо.

— Нажимай… Если хочешь его смерти, — сказала она совершенно спокойно, безразлично. Она пристально смотрела ему в глаза, не обращая никакого внимания на оружие.

Андрей тонул в синеве ее взгляда, неспособный ни моргнуть, ни отвести глаза. Он так и не смог ответить себе почему он так поступил, может он разглядел в ней что-то чистое, то, чего уже давно был лишен. Новую надежду. А может просто его мозг дал сбой под тяжестью пережитого, какой-то шоковый синдром, контузия или вроде того, а может, после всего увиденного, он понял, что выстрел навряд ли сможет ее остановить.

Андрей ослабил хватку, и рука с пистолетом обессиленно упала на колени.

Аня никак не отреагировала, просто отвернулась. Она набрала полную грудь воздуха и закрыла глаза. Ее руки сжались на Леше мертвой хваткой. Из-под ладоней повалил свет. Леша закричал. Девушка открыла глаза не в силах удержать под веками пылающее синее пламя.

Андрей не мог проронить ни слова. Наблюдая как торчащая окровавленная кость друга сама собой зарастает плотью. Как порезы на лице затягиваются, оставляя после себя лишь разводы грязной запекшейся крови. Как под майкой встают на место переломанные ребра. Леша открыл глаза. Его зрачки несколько секунд ярко горели синим светом, а затем огоньки бесследно растаяли. Аня разжала руки.

Леша жадно хватал ртом воздух. Он схватил себя рукой за локоть в панике пытаясь нащупать перелом. Затем принялся трогать свое лицо и грудь пока наконец не заметил висящую над собой девушку. Увидев ее глаза, он завопил, начал дергаться пытаясь отползти в сторону, но Андрей схватил его за штанину.

— Все хорошо! Тихо! — она спасла тебя.

Леша смотрел на него как на умалишенного, но еще раз осмотрев свою руку поутих.

— Теперь ты. — Андрей поймал на себе взгляд Ани. Он покорно придвинулся к ней.

— Что происходит? — в голосе Леши слышались нотки паники.

— Смотри… и не мешай. — Андрей закрыл глаза. Аня прижала руки по обе стороны его головы.

Время словно замедлилось. Андрей кричал в ее руках. А Леша, застыв, ни в силах ни объяснить, ни понять происходящее просто метался глазами между чудо девочкой, трупом патлатого с вывернутой наизнанку шеей, двумя кляксами кишок на стене и своей невредимой рукой.

Наконец Андрей замолчал. Девушка разжала руки, огоньки в ее глазах как кремний от зажигалки щелкнули яркими вспышками и погасли. Аня закрыла глаза и ее обессиленное тело повалилось на пол. Леша подхватил ее на руки и плавно опустил себе на колени, он провел рукой по ее лицу убрав спустившуюся прядь волос и уставился на посвежевшего напарника.

— Ты живой?

— Кажется да…

Правила Глава 3

Сквозь заколоченные окна прорывались лучи холодного света. Кира сидела на корточках в гостиной и старательно пытаясь сдержать рвотный позыв затирала, с каждой секундой все сильнее въедающиеся в потертый линолеум, следы крови. Выжав очередную порцию красной жижи из губки в металлическое ведро, она то и дело замирала, вслушиваясь в глубину коридора, где в комнате на раскладушке без сознания лежала Вика.

Кира смогла остановить кровь и на скорую руку перемотала ее голову марлевыми бинтами, из-под которых от места удара уже растягивала свои щупальца алая гематома. Щека и глаз заплыли так, что девочке было сложно дышать носом и при каждом глотке воздуха ее голова немного покачивалась.

Практически сразу после того, как Кира осознала произошедшее она перенесла девочку в спальню, а труп выволокла на улицу, на задний двор, так чтобы с улицы не было видно. Он тянула его за руки, наблюдая как тяжелые сапоги оставляют борозды на земле. С короткими передышками это заняло у нее минут десять. Наконец свалив тело в траву Кира заметила свои руки, перепачканные черно-красной жижей. Она кинулась к бочке и стала смывать с себя закисшую кровь, снова и снова пытаясь избавится от кусочков чужой кожи под ногтями. Кровь запеклась между пальцами. Заставляя девушку раз за разом запускать руки в ледяную воду, которая уже успела побагроветь до самого дна.

Наконец она успокоилась. Сделав пару нетвердых шагов, отошла к дому и опершись на стену выудила из кармана пачку сигарет. Кира сползла по стене до самой земли и жадно закурив разглядывала рассеченный череп трупа, на который уже успела позариться ворона.

Все стихло. Ни шума ветра, ни лая собак. Лишь тлеющая сигаретная бумага и чваканье отрываемых клювом кусочков мяса.

Машина почти не гудела. Гул колес превратился в монотонный глухой вакуум. Они просто неслись по трассе, не издавая ни звука. Леша все же сумел отыскать вторую канистру, так что беспокоиться о расстояниях временно не имело смысла. Аня наблюдала как сквозь покрытое испариной ее дыхания окно мимо пролетали деревья. Ее память искрила яркими вспышками. Крики, желтые глаза.

Она опустила голову заметив, как машинально потирает рукой ушиб на груди. Он уже практически не болел. Но в ее сознании ясно стоял момент удара. Молодой парень. Лет шестнадцати. Со всего размаха влепил ей расколотым кирпичом по грудине, процарапав кожу и мясо до самой кости. А потом ничего. Глухая чернота отделяла ее от произошедшего, как заботливый психотерапевт. Что с ним стало? Как затянулась ее рана? Вспышка. Рука, вырванная из плеча вместе с костью, летела в пыльную пропасть воспоминаний. Как я это сделала? Что со мной происходит черт возьми?

— Ты так и будешь всю дорогу молчать? — воспоминания в голове перемешивались словно шарики в погремушке которой жонглировал истеричный младенец. И сейчас, заслонив собой ночные ужасы, на поверхность вышли другие. Может быть, дорога навивала ностальгию, а может просто хотелось убежать туда, где все еще было относительно хорошо, но сейчас рядом с ней сидел ее брат.

— Аня? — Егор не отрывал взгляда от дороги и раз в пару минут звал ее по имени. Но девушка не желала вести с ним беседы. Кажется, она была смертельно на него обижена. Она переключила станцию на магнитоле, из которой послышалась старая песня группы Пилот:

«...кованы замки. Щедрые столы, да все не нам. На памяти моей, сколько телефонов полегло. На обочинах дорог, мятые бумажки ныряли в снег...»

— Ну музыка так музыка… — процедил Егор и развалился в кресле подперев голову рукой.

Мятые бумажки теперь сменились сгоревшими машинами, разбросанными шмотками и бесконечной грязью. Больше некому было чистить обочины, рисовать разметку, да и ездить по этим самым дорогам было больше некому, так что незаметно для всех в свои владения понемногу начала вступать природа, медленно пожирая дороги, отбойники, знаки и целые мегаполисы.

Правила Глава 4

Машина со скрипом вкатилась во двор через распахнутые ворота, звонко побрякивающие цепью. Ребята лениво высыпались наружу. Аня с Лешей пошли разбирать багажник, заваленный пакетами, а Андрей, уставившись на дом никак не мог понять почему никто их не встретил. Подойдя ближе, он заметил следы, тянущиеся изнутри дома, через входную дверь куда-то в недра двора. Его рука плавно упала на пистолет.

Первым в дом протиснулся взведенный Макаров. Андрей высунул голову из-за дверного косяка. Пробежав глазами по пустому холлу, он уперся взглядом в растертое кровавое месиво на полу и настороженно сделал несколько неуверенных шагов внутрь, когда услышал шаги за спиной.

Он обернулся услышав, как что-то просвистело над ухом и увидел Киру пытающуюся зарядить ему рукояткой пистолета по голове.

— Мать твою! Ты что сдурела? — Андрей увернулся и рухнул на пол.

— Ты? — Кира испугано отшатнулась назад.

— Вы чего?! — в дом влетели Леша и Аня. Перепуганная Кира тут же наставила ствол на них заставив Лешу инстинктивно прикрыть собой девушку от испуга, выронившую пакеты из рук.

— Ты что больная? Это же мы! — Андрей медленно поднимался с пола выставив руки перед собой словно щит.

— Уроды чертовы! Где вас носило? — Кира опустила пистолет и осела на стоящую у входа тумбочку — Я думала вы все…

— Ну… Спасибо что ты так в нас веришь. У нас возникли осложнения.

— Ага, целая толпа охуенно злобных осложнений, — поддакивал Леша.

Кира непонимающе осмотрела ребят.

— Что с вами случилось? — спросила она, успокоившись и наконец заметив на них следы минувшей схватки.

— Столкнулись с охотниками… — Андрей уткнулся взглядом в окровавленный топор, лежащий на полу возле ведра с красной жижей. — А это что за срань?

— Это топор. — Кира явно начала язвить. — Срань лежит за домом.

Леша подошел к ней и убрав волосы с ее лица открыл всем присутствующим плохо замытый кровавый подтек.

— Что у тебя с лицом?

— Какой-то урод залез в дом. Есть мысли кто это мог быть? — Кира сверлила взглядом виноватые глаза Алексея.

— Где он?

— Там. За домом. Ублюдок избил Вику и спер нашу еду. — Кира отдернула Лешину руку и спрятала пистолет под ремень. — Теперь он ваша проблема.

— Как Вика? — мягко спросил Андрей.

— Лучше, чем он. — Кира подошла к Ане и заглянула внутрь привезенных пакетов. — Ну и где долбаные прокладки?

Аня не нашлась что ответить и просто смотрела на женщину хлопая глазами. Презрительно окинув девочку взглядом Кира развернувшись, скрылась в черноте коридора оставив ребят наедине с тишиной сверлить друг друга испуганными взглядами.

— Проверь тело, — кивнув напарнику в сторону двора отчеканил Андрей и подняв с пола пакеты повернулся к Ане. — Пойдем. Поможешь разобрать. Кивнув, девушка молча последовала за ним на склад оставив Лешу в одиночестве.

Оставшись наедине со следами борьбы, он присел на корточки возле ведра и взяв в руку губку принялся дотирать бордовую лужу. Он был практически уверен, что любил Киру. А может просто горячо желал ее. Точно он знал только, что его к ней тянуло. В суете будней, в этом новом порядке, где твоя единственная цель выжить это, пожалуй, и не имело большого значения. Их связь означала прикрытые тылы и заботу и это было главным критерием. Но сейчас загоняя грязной губкой ошметки мозгов в щели половиц Леша не мог отделаться от липкого поедающего его чувства. Прикрытые тылы и забота. Простые правила. Но сейчас, труп во дворе говорил о том, что он оплошал.

— Смотри, консервы все сюда ставишь, — в полумраке складской комнаты с практически наглухо заколоченными окнами Андрей тыкал пальцем в полупустые полки. — Каши туда, вниз, к макаронам. Что там еще?

— Сахар, печенье, сода. Какие-то леденцы, — отчеканила Аня.

— Леденцы… Псих есть псих. — Андрей машинально расставлял припасы по местам. Он знал кто напал на девушек. Без каких-либо подсказок. Но хотел еще немного оттянуть момент этого горького осознания занявшись полезным делом. Да и что теперь сделаешь? Биться в припадке вины и отчаянья у него не было никакого желания. Да и не мог он себе позволить такой роскоши. Никто не спрашивал его хочет ли он быть главным. Готов ли он примерить на себя роль того, кем он никогда не являлся. Но так сложилось что именно ему приходилось принимать решения. Хорошие или плохие, но их надо было принимать и принимать быстро. От этого зависели жизни.

— Вы часто выбираетесь? — вопрос девушки оборвал его мысли.

— Все реже. После ночей как эта… Желание покидать дом отбивает надолго. — Андрей опустошил свой пакет и пошел за следующим уступив Ане место у полок.

Он сел на ящик и долго смотрел на нее, пропесочивая в памяти ночные события.

— У тебя были глаза как у них… — наконец он решился. Но девушка пропустила его слова мимо ушей. — Слушай, я бы хотел просто выбросить это из головы, но я не могу. Ты спасла нас сегодня.

— Это была не я, — холодно отрезала девушка. — Я помню только как очнулась, и вы стоите надо мной с квадратными глазами.

— Ты правда ничего не помнишь?

— Да говорю же! Пустота. Ноль! — банка кукурузы предательски выскользнула из руки и с грохотом приземлилась на Анин ботинок. — Ах ты черт! Зараза.

— Слушай, я же тебя не обвиняю ни в чем. Если бы не ты, я бы тут сейчас баночки не раскладывал. Понимаешь? И то, что ты с нами сделала, с его рукой, со мной… — Андрей подошел ближе. — Я просто пытаюсь понять. Раньше с тобой такое уже случалось?

— У меня были провалы. — Аня оперлась спиной на стеллаж и робко посмотрела на Андрея. — При сильном стрессе. Отец меня все возил по врачам, а потом и брат. Я ничего не помнила, а потом мне говорили, что вроде как я теряла сознание. Но мне еще никто не рассказывал, что я убила кого-то, понимаешь?

Андрей неловко взял ее за руку и повернул к себе. Девушка подняла на него покрасневшие влажные глаза и видя его лицо полное понимания и сочувствия, немного смущенно улыбнулась. Ей стало как-то легко. Спокойно. Она стерла со щеки успевшую сбежать с ресниц слезинку и снова улыбнулась.

— Не знаю, что это было. Но я тебе верю. — Андрей смотрел ей прямо в глаза заставляя девушку все больше краснеть. Он крепко сжал ее руку и продолжил. — Благодаря тебе я живой. И Леха живой. Если это плохой поступок, то пусть меня сейчас поразит молния.

Аня усмехнулась и согласно закивала. Андрей отпустил ее руку и принялся расставлять содержимое последних пакетов.

— Ты расскажешь Кире? Она от меня, кажется, не в восторге, — вытирая лицо тихо спросила девушка.

— Мы тоже не сразу поладили. Не стоит тебе переживать об этом, — повернувшись Андрей поймал на себе сверлящий взгляд девушки, ждущей ответа. Да, просто не парься. Совета дерьмовее и придумать сложно. Какой кретин. Отогнав от себя мысли самобичевания, он посмотрел ей в глаза. — Я скажу то, что она должна знать. Ни к чему нам сейчас лишние ссоры так?

Аня благодарно кивнула.

Алексей виновато вплыл в комнату Киры. Она сидела у кровати разводя в миске компресс для девочки. Леша уселся рядом и вжавшись сальным лбом в плечо Киры осторожно поцеловал ее под лямкой топа.

— Что у тебя с рукой? — не поворачиваясь к нему спросила Кира.

— Твари меня достали. Хотели оторвать. Но обошлось. Не досталось им халявного мяса, — он съязвил в своей манере, пытаясь не придавать большого значения случившемуся.

Кира отжала марлевую тряпку в миску и положив Вике на лоб повернулась к нему.

— Конечно. Такого медведя так просто не взять. — Леша поднял глаза, и она уткнулась щекой в его лоб. — Я правда думала, что вы уже не вернетесь.

— Я тоже милая. Я тоже…

Правила Глава 5

Задний двор их дома не мог похвастаться даже ухоженностью, не то что каким-то ландшафтным дизайном или организацией пространства. Кто здесь обитал до них они не знали. Бывшие жильцы в спешке покидая свой дом забрали с собой в придачу к документам и ценностям и все свои фотографии. Но, судя по обстановке и мебели, ребята пришли к выводу что это вероятно была пара лет за пятьдесят. К ним периодически приезжали дети, с внуками, для которых заботливые хозяева соорудили целую отдельную комнату. Им не было дела до всяких дорогих мангалов и беседок, распальцованных гранитных дорожек из магазина с секцией «патио». По всему было видно, что в отсутствие детей и внуков во дворе балом правили огородники.

Посреди двора красовались перерытые и поросшие сорняками грядки, а в дальнем углу стояла развороченная теплица из поликарбоната. Видимо собирать урожай перед отъездом не было времени, так что наливные помидоры, теплящиеся в компании чугунной буржуйки, достались кому-то настолько жадному до овощей что он даже не додумался открыть дверцу и просто проломил своим оголодавшим телом боковую стенку сходу поломав половину побегов.

Напротив теплицы в паре метров от дома раскинув руки в стороны лежал труп. Леха сидел рядом на корточках и задумчиво курил.

— Еб… твою мать! — Андрей вышел во двор и не дойдя до трупа несколько метров тут же скривился в припадке отвращения. — Что это еще за вонь?

— Это наш парень, — сухо отметил Леша стряхивая пепел в траву.

— Прошло-то всего ничего. Почему такая вонь? — заткнув нос рукавом Андрей подходил ближе.

— Потому что этот гондон навалил в штаны.

— О господи… Серьезно?

— Это всегда происходит… — безэмоционально констатировал Алексей.

— А ты, я смотрю, эксперт?

— Я любознательный. Хорош бухтеть, неси пакеты и перчатки. Я без них к нему и пальцем не притронусь! — Леша забычковал сигарету и щелчком швырнул окурок в бездыханное тело наблюдая как Андрей, чертыхаясь, удалялся от трупа с максимальной скоростью.

Работая водилой на скорой, он видел всякое. И полные штаны дерьма, к сожалению, были обычным делом. Да иной раз это были обосравшиеся под дурью нарики или алкаши, не в состоянии контролировать процессы своего организма. Реже пожилые которые уже в силу возраста иной раз допускали оказии, но никто их за это не винил. Во всяком случае в его бригаде состоящей из молодой белокурой девчонки Саши и закаленного Ивана Альбертовича. Но каждый, кому в бешеной спешке приходилось вести обратный отсчет человеческой жизни, знал что как правило стойкий смрад ознаменовывал понимание что спешить уже некуда, сирену можно выключить и съехать со встречной полосы.

— Чего ты на него уставился? — Андрей вернулся с марлевой повязкой на морде и наспех напяленных резиновых перчатках.

— Ты же узнал его да? — Андрей ничего не ответил, но вопрос был риторическим. — Если бы я его тогда догнал, никто бы не пострадал.

— Уже все случилось. Чувством вины ты никому не поможешь, да и легче не станет.

— Жаль, что меня тут не было. Я бы разорвал урода.

— Ты в это время был кое-где похуже. И хорошо что целый тут сидишь. А этот педик зря решил вернуться. Сам виноват. — Андрей расстилал огромные черные пакеты для мусора рядом с телом. Леша дернул его за рукав.

— Ты глянь, она ему череп раскроила.

— Шутишь?

— Да пополам, сам посмотри.

— Охренеть! — Андрей наклонился над телом заглянув в гигантскую расщелину на его лбу. — Кто бы мог подумать.

— Материнский инстинкт… — многозначительно заключил Леша.

— Хорош уже! — Андрей пнул его по ноге, уже успев схватить труп за руки. — Давай ноги бери. Думаешь я такой же любознательный?

— Я думаю, что будет если Кира решит, что Аня ей угрожает? — парни встревоженно переглянулись и посчитав до трех рывком перекинули смердящее тело на полиэтилен. Труп был явно против такой бестактности и в ответ наградил ребят громогласным пердежом заставив их с отвращением разбежаться.

Правила Глава 6

Комната Киры была огорожена от остального дома плотной занавеской. Двери тут не было изначально, но так было даже удобнее. Она могла совершенно беззвучно путешествовать по дому, да и наблюдать за обстановкой так было значительно проще.

Аня стояла у этой занавески уже добрых две минуты, не решаясь войти.

— Кира? — наконец, собравшись с духом, девушка постучала костяшками по дверному косяку.

Отодвинув импровизированную дверь, она напоролась на совершенно неприветливый Кирин взгляд, так что даже немного потерялась.

— Как она?

— А тебе есть дело? Не думай, что я буду играть в подружек, — отрезала Кира.

— Слушай, мне жаль девчонку…

— Вика! — Кира глухо рявкнула, оборвав Аню на полуслове.

— Если я могу чем-то помочь?.. — не дождавшись ответа, Аня выудила из кармана светлую коробочку, найденную в вещах покойной Елены, и осторожно положила на тумбу у входа. — Вот.

Девушка выскользнула из комнаты, практически не потревожив занавески. Кира обернулась, и на ее лице выступила едва уловимая улыбка, когда, зацепившись взглядом за помятую коробочку, она про себя прочитала отпечатанное глянцем: «Прокладки. Ежедневные».

Мир стал другим. Исчезли государства, моральные устои. Да и люди уже, казалось бы, практически перестали существовать. Не исчезли только треклятые комары.

— Ну почему, как апокалипсис, так сразу вымирание человечества? Почему нельзя устроить судный день для этих тварей? — чертыхался Леша, отгоняя от лица очередную тучку жадных до крови насекомых, в попытке еще раз вогнать острие лопаты во влажную землю. Парни стояли посреди леса, в полукилометре от дома. Под их ногами на черном полиэтилене возле небольшой ямы лежал труп. Леха старательно расширял будущую могилу, чтобы тело наверняка поместилось полностью.

— Давай теперь ты, — наконец выдохшись, Леха бросил лопату напарнику. — Посмотрим, что у него есть?

— Ну ты посмотри, а я лучше покопаю еще, — от одной мысли, что придется еще раз касаться обделавшегося вонючего трупа, Андрею сводило зубы.

— Надо было его к тем двум прикопать. А то носимся с ними…

— Да пошел он в жопу, сюда еле доперли. Мы так весь лес провоняем, — отрезал Андрей.

— Бездушные мы…

— Ну да, а он святой, — кряхтел Андрей, пытаясь вытащить из ямы здоровенный кусок торфа.

Склонившись над телом и потуже натянув перчатку, Леха запустил руку во внутренний карман дождевика. Первыми на свет показались спички. В боковом кармане обнаружился компас, а в другом — консервная банка.

— Мудила! Это же моя сайра! — Леха размахивал банкой перед носом напарника, яростно проклиная ворюгу, спершего его драгоценную заначку.

— Слушай, Кира по карманам ему не шарила. Давай еще посмотри. А то мы сейчас полкухни зароем, — Андрей воткнул лопату в землю и закурил.

Леха выудил из очередного кармана смятую пачку сигарет, потрепанную фляжку и пару скомканных бумажек. Отшвырнув их Андрею под ноги и задержав дыхание, он залез в самый дальний карман, но тот оказался пустым.

— Ну, значит остальное в доме. Давай его сюда, — парни свалили труп в яму. Андрей покрутил в воздухе зажатой между пальцами сигаретой, снисходительно намекая, что закапывать тело придется напарнику.

— Как рука? — Андрей уселся на траву рядом с ямой.

— Почти не ноет, — тяжело дыша, отозвался Леша.

— Это хорошо, — Андрей воткнул бычок в землю и потянулся к бумажкам, лежавшим возле фляги. Развернув первую, он прочитал список совершенно ничего не значащих для него имен и стоящих возле них пометок.

— Бред какой-то, — развернув следующую бумажку, Андрей увидел жалкое подобие карты, нарисованной от руки, с пометками «Север», «северо-запад» и парой отмеченных точек по пути.

— Ну что там? — Леша перекинул последнюю горсть земли и, бросив лопату на землю, закурил.

— Да херня полная. Ничего интересного, — Андрей жестом попросил у напарника сигарету. Леша протянул пачку, и он прикурил. — Какие-то заметки бомжа-сталкера.

— Когда она тебя схватила… ты что-то почувствовал? — Андрей уставился в землю. Он точно знал, что почувствовал Леха, потому что он ощущал то же самое: жгучую боль, а затем невероятное чувство легкости.

— Как будто кости выдирают прямо через кожу, — Леша поморщился. — А потом…

— Есть идеи, как это объяснить?

— Ни единой.

— Она сказала, что такое уже случалось.

— А мы ей верим?

— Ты мне скажи…

— Ну, сегодня у нее были все шансы нас грохнуть. Я в этого урода всю обойму всадил, а он даже не заметил, — при одном упоминании Лешина рука начала ныть, так что он инстинктивно прижал ее к себе. — А она их как мешки раскидала.

— Думаю, она нам не враг.

— Кира не должна ничего знать, понял? — оборвал его Леша. — А то мы горя хапнем.

Правила Глава 7

В крохотной кухне, залитой звоном посуды, царила суета. Несмотря на то, что на часах было время обеда, Кира вовсю готовилась приступить к готовке ужина, а посему активно нарезала круги по маленькой комнате, выуживая из шкафов всевозможные кастрюльки, тарелки и лопатки. Дел было невпроворот. Обычно, чтобы взяться за ужин, было достаточно сходить на улицу и открыть вентиль на стремительно иссякающем поржавевшем газовом баллоне да перемыть остатки вчерашней трапезы. Но сегодня Кире предстоял аттракцион перетаскивания отстоявшейся воды из бани, поскольку кухонные запасы уже совсем истощились. Да и еще надо было сообразить, что вообще можно приготовить из скудных запасов. Что-то такое, что они не ели последние пару дней, или, лучше, то, что отнимет меньше сил и будет достаточно сытным, чтобы не готовить дважды?

Когда-то Кира любила готовить и делала это довольно сносно. Но это было в те времена, когда размышления о том, что именно приготовить, занимали больше времени, чем сама готовка. Когда не приходилось думать: «А сильно нам будет плохо от подгнившей картошки?» или: «Сможем ли мы наесться копченой колбасой и стаканом воды?». Сейчас вопросов прибавилось, ведь теперь их было пятеро.

Ну что опять? — Кира чертыхнулась, дернув кухонный кран, который в ответ отозвался не привычной струйкой мутной воды, а глухим недовольным бурчанием.

— Не работает? — Аня стояла позади нее у входа.

— Нет, — Кира молча одарила ее тяжелым взглядом.

— Может, нужна какая-то помощь?

Кира задумчиво смерила девочку взглядом и, прикинув, что лишняя пара рук ей уж точно не помешает, придумала Ане занятие.

— Давай-ка, сходи на склад. Принеси макарон две пачки.

— Не вопрос, сейчас вернусь.

— И посмотри, сколько их там вообще осталось, — крикнула Кира ей вслед.

Затопав резиновыми сапогами, в дом ввалились уставшие парни. Из-за того, что практически все окна были заколочены, воздух внутри циркулировал плохо, так что Андрей отчетливо почуял разящий от него запах дерьма и смерти. Поморщившись, он обнюхал рукава своей куртки и, с трудом сдержав рвотный позыв, торопливо скинул ее в стоящий у входа ящик.

Леша показался на кухне первым. Он знал: если Кира на кухне, значит там можно поживиться чем-то вкусным, и, хотя Кира каждый раз как ребенка отчитывала его за то, что он вечно что-то утягивал со стола, это была уже почти что традиция.

— Мы дома, — Леша рыскал взглядом по столам в поисках съестного, но пока что единственной едой на кухне была прилипшая к тарелке в раковине засохшая колбаса. Расстроившись, он посмотрел на Киру.

— Жестко ты его.

— Старалась.

— А где Аня? — спросил вошедший в комнату Андрей.

— На склад пошла. Минут десять уже как… — Кира демонстративно подняла бровь.

Парни облегченно переглянулись, явно синхронно прикинув, что если в их отсутствие девушки не поубивали друг друга, то все вполне себе неплохо.

— Вода опять не идет, — бросила парням Кира. — Если хотите сегодня есть, надо заняться. Питьевой я мыть не буду. Ну или собирайтесь и пошли со мной на речку.

В условиях тотального блэкаута мыть посуду в реке казалось предельно логичным и первобытно естественным, ровно до первой попытки. Местная речка была за перелеском, вниз по улице. Тащить туда целый пакет грязной гремящей посуды было тем еще удовольствием. Да и дорога была настолько убогой, что половину прежних запасов утвари они разбили в первую же ходку. Натирать кастрюли всем вместе, чтобы ускорить процесс, было небезопасно, так что пока Кира с Викой занимались посудой, парни охраняли периметр с оружием в руках, а любая случайная угроза означала, что следующую кашу придется варить прямо в ладошках, сложив их вместе, поскольку бежать с кастрюлями в руках было идиотизмом.

Но все это меркло перед кружащей вокруг ручья вонью. Вода здесь и так была довольно мутной, со стойким привкусом железа и бог знает чего еще, так в придачу еще и стоявший выше по течению завод не побрезговал изрыгнуть в реку часть своих внутренностей, при одной мысли о которых Андрея передернуло. После того случая он запретил кому-либо ходить к этой реке.

— Там еще шесть пачек осталось, — Аня вошла на кухню и, проплыв мимо ребят, свалила макароны стопкой на кухонном столе.

— Хорошо, — сказала Кира, перекладывая их поближе к плите.

— Ладно, сейчас пойдем, разберемся, — Андрей бросил взгляд на Аню. — Давай со мной. — Кивнув, девушка согласилась, и они направились к выходу. — Лех, достань мне новую шашку, зайдем по пути поменяем сразу.

— Давай, а я пока проводку посмотрю. Не нужны нам больше такие приколы, — Леша взбежал по стремянке на второй этаж и скрылся в темноте мансарды.

Андрей замер у входной двери, уставившись на свою брошенную куртку. Он осторожно выудил ее из ящика и нехотя принялся натягивать на руки, словно она была сделана из растаявшего мармелада.

— Чем это пахнет? — Аня стояла рядом и, кротко втягивая ноздрями затхлый воздух, крутила головой.

— Даже не спрашивай… — отозвался Андрей с кислым выражением лица.

На лестнице послышались шаги. Окрикнув напарника, Леша сверху вниз бросил ему небольшой пакет с торчащими с одного края проводами, перемотанными изолентой. С трудом запихав его в карман, Андрей кивнул Леше и, приглашающе посмотрев на Аню, двинулся к выходу.

— Пошли.

Правила Глава 8

— Сперва сюда заглянем, — Андрей раздвинул руками ветви кустов и прошмыгнул в скрытую за ними дыру в заборе. — Надо проверить питание.

— Я за тобой, — Аня последовала его примеру. — У вас тут генератор?

— Лучше. Генератор шумит. — Они подошли к маленькому сараю с плоской крышей, одиноко стоявшему строго посередине участка. Андрей выудил из-под полы небольшую деревянную лестницу и, приставив ее к стене, в два прыжка оказался наверху. — А вот солнечная энергия — это наша тема.

Он подал девушке руку, и, взобравшись на пару ступенек, она увидела лежащую на крыше здоровенную солнечную панель.

— Где вы ее раздобыли?

— Где? С завода сперли. — Андрей усмехнулся, рукой расчищая пыльное зеркало батареи от нанесенной ветром листвы. — Их делали здесь недалеко.

— И надолго ее хватает?

— Самой панели — на годы. Мы наставили аккумуляторов… мало, конечно. Да и погода у нас тут явно не для зеленой энергетики. Но помыться раз в десять дней выходит.

— Это больше, чем было у меня за полгода. — Аня спрыгнула вниз, уступая дорогу спускающемуся Андрею.

Он поддел отверткой покосившуюся дверь сарая и нырнул внутрь, где в темноте ютились батареи и приемник от панели. Поначалу они хотели поставить панель прямо на свой дом и даже затянули ее на коричневый настил косой крыши. Но чертово зеркало так блестело на солнце, что даже слепой на другом конце города заметил бы — что в корне шло вразрез с их желанием не высовываться. Сначала забросили, и панелька так и лежала возле дома, прислоненная к стене, укрытая брезентом. Но потом нашли этот сарай. В паре участков от дома, видимо, кто-то купил землю, поставил бытовку и порубил деревья, но до начала стройки руки уже не дошли, за что парни были крайне признательны. Деревья не мешали жадному зеркалу пожирать редкие солнечные лучи, а плоская крыша бытовки надежно скрывала конструкцию от любопытных глаз.

— Так, после твоего «спа» еще двадцать процентов заряда осталось. Значит, насос опять моросит.

— Насос? — Аня смущенно увела глаза в сторону при упоминании своих вчерашних водных процедур.

— В колодце. Мы включаем по расписанию раз в два дня. И вода потихоньку набирается. — Андрей захлопнул дверь сарая и принялся прятать лестницу на место.

Правила Глава 9

Солнце уже заполнило душную мансарду до краев. Оно впитывалось в рассыпанные на черновом полу деревянные опилки, перемешанные с керамзитом, и равномерно обдавало все помещение сухим жаром. То ли бывшие хозяева задумали ремонт, то ли кому-то экстренно понадобилось четыре куба ламината, но, когда ребята нашли дом, полов на втором этаже уже не было, и в особо солнечные дни, коих, слава богу, тут было не много, комната прогревалась так, что становилось тяжело дышать. Тогда все обитатели, кроме дежурного, стекали на первый этаж в дальние прохладные комнаты. Домочадцы не раз думали застелить деревянное перекрытие хоть чем-то, чтобы сделать какое-никакое подобие пола и не поднимать в воздух клубы деревянной пыли при каждом шаге, но их хватило лишь на редко разбросанные по комнате обрезки резиновых казематов, прикрывающих самые большие дыры.

На одном из таких островков, посреди комнаты, стоял раскладной столик, за которым среди проводов и инструментов реял над разобранным выключателем Леша, яростно соскабливая небольшим ножом окисел с медных контактов. Вчерашняя ночь едва не закончилась плачевно, так что теперь он полностью перепроверял всю систему. Выудив из ящика новую батарею, Леша приладил зачищенные контакты к ее ушкам и, щелкнув выключателем, улыбался, глядя на искрящуюся связку проводов в твердой уверенности, что больше осечек не будет.

Тем временем, тремя метрами ниже, сквозь сдавливающую виски боль, Вика наконец открыла глаза. Когда сонная муть наконец сползла с ее опухших век, девочка смогла разглядеть стоящую у окна Киру.

— Привет… — расплывшись в сожалеющей улыбке, Кира подошла к кровати.

— Привет, — прокашлявшись, протянула девочка и приподнялась на кровати, подкладывая подушку под спину.

— Ну как ты? — Кира села на кровать у ее ног. — Как голова?

— Болит… — девочка медленно моргала. Точнее, перемещала веки вверх и вниз, словно они весили целую тонну, пытаясь привыкнуть к отдающей в затылок боли. — Прости! Я не смогла его остановить… — на уголке покрасневшего глаза проступило мокрое.

— Ты молодец! — Кира наклонилась к ней и крепко прижала к себе. — Все правильно сделала.

— Я испугалась…

— Ты защищала меня. И свой дом. — Кира нежно уложила девочку обратно на подушку и так тепло улыбнулась, что Вике сразу перехотелось и плакать, и переживать о чем бы то ни было.

— Мир теперь другой, солнце. И это неизбежно произойдет снова, — женщина запнулась, словно обдумывая сказанное, а затем повернулась к Вике и уверенно посмотрела ей в глаза. — В следующий раз стреляй в голову. Я тебя научу… А пока давай-ка это снимем.

Вика удивленно посмотрела на нее, но Кира просто молча наклонилась над ней и принялась разматывать окровавленный марлевый бант над правым ухом.

Правила Глава 10

Водная рябь криво отражала Анину физиономию с интересом, заглянувшую в колодец.

— А пить ее можно? — распрямившись спросила девушка у Андрея, вытягивающего из колодца зеленый садовый шланг, связанный вместе с черным проводом тканевыми шнурками.

— Нет. Срать будешь три дня потом. Мы сначала тоже накинулись, а потом была веселая неделя. — Андрей бросил взгляд на смеющуюся девушку, прокручивая в голове то печальное время, когда смыв в бачке их унитаза еще не работал.

Наконец змея шланга закончилась, и из воды показался висящий на ее конце серебристо-синий насос с отчеканенной надписью «Малыш». Андрей дал ему стечь и, уложив на бетонную плитку у колодца, присел рядом.

— Ты много охотников встречала? — вытирая муть с защитной металлической сетки насоса, спросил он.

— Вы их так зовете?

— Ага. Уже не помню, кто придумал.

— Почему охотники? — Аня уселась на край колодца.

— Ну как. Они прочесывают леса. Дороги. Выслеживают нас. Как их еще назвать…

— Ты не поверишь. Но я видела их только дважды. — Аня виновато скривила лицо.

— Чего? — Андрей удивленно задрал голову. Поверить в это было затруднительно. Либо девчонка полгода сидела в бункере, либо родилась не только в рубашке, но еще и в бронежилете поверх.

— Обычно мы успевали спрятаться или убежать. — Аня развела руками. — Рассматривать их было некогда. Да и почти вся наша группа была из служивых. Они, кстати, называли их Духами.

— Духи? — Андрей одобрительно покачал головой. — Имеет смысл.

— Все с оружием, они как только замечали одного, сразу всех на уши поднимали. Женщин и детей тут же всех прятали. Ну и меня с ними. А я не то чтобы сопротивлялась.

Андрей затягивал отверткой последние болты на насадке прочищенного насоса, размышляя о том, что оружие и пара военных им бы точно не помешали.

Последнего человека в форме, которого он видел, разорвали надвое трое желтоглазых на блокпосте на севере города. И тут же перед глазами встали руины кирпичного завода, усеянные остатками былой военной мощи страны. И никаких тел. Ни единого кусочка.

— А твой брат тоже служил? — пытаясь задушить пугающий всплеск размышлений, Андрей решил сменить тему.

Девушка легко усмехнулась, словно готовясь рассказать забавную историю, но уже через миг значительно помрачнела, заставив Андрея пожалеть, что он спросил именно об этом.

— Да, сначала срочную, а потом отец его забрал к себе. Он тоже военный, даже уже не знаю, в каком звании получал последние награды. Но Егор катался с ним чуть ли не по всему миру. Ну, вроде как.

— Вроде как?

— Да у них там все было вечно засекречено, так что я уже в какой-то момент просто перестала спрашивать. Он уезжал на месяц-два, а потом возвращался и со мной возился. Помогал уроки делать.

— Очень близки были? — вопрос Андрея погрузил девушку в длительные раскопки давно потухших воспоминаний, настолько, что ему даже стало не по себе. Что тут может быть сложного? Либо да: мы были, не разлей вода. Либо нет: брательник мой тот еще мудак, и я его терпеть не могу. Но, судя по всему, в надзоре старшего брата военного было нечто третье, то, о чем не расскажешь первому встречному.

— Нет, не особо. — Аня наконец-то вернулась в разговор. — Пока были маленькие, наверное, да. А потом бабушка умерла, да и отец все реже стал появляться дома. Так что душевных семейных посиделок у нас было не так много, если ты об этом.

— Слушай, извини, если я влез куда-то не туда.

— Да брось ты. Я не настолько нежная.

— Да, это я заметил, — усмехнувшись, Андрей показал пальцем на подранную майку на Аниной груди, и девушка, осмотрев себя, наконец смогла выдавить из себя улыбку. — Готово!

Блестящий насос в руках Андрея завибрировал и прокашлявшись выпустил из себя довольное жужжание.

— Это хорошо? — спросила Аня.

— Лучше, чем могло быть. — Андрей плавно опустил насос в колодец и накрыл его листом металла, усыпанным мхом и ветками. — Погнали дальше?

Аня утвердительно кивнула и, оглядевшись, они направились на соседнюю улицу. Миновав сгоревший дотла летний дом, свернули за угол, и Андрей, остановившись, уставился на самую вершину мачтовой сосны. На немой Анин вопрос он присел возле корней и сдвинул руками настил мха в основании ствола, обнажив ее взгляду связку проводов.

— Стой здесь, — сказал Андрей и полез на дерево, туда, где в трех с половиной метрах над землей висел примотанный проволокой к стволу черный пластиковый мешочек. Оторвав его и скинув на землю, он выудил из кармана новый и, прикрутив пакет на место, принялся соединять его с тянущимися по стволу проводами.

— Это и есть ваша шумовая? — спросила Аня, щурясь, задрав голову к небу.

— Именно так.

— Петарда на дереве?!

— Слушай, вчера это сработало… — Андрей перемотал сопли проводов изолентой и принялся спускаться.

— А вы ребята идейные. Что теперь?

— Возвращаемся.

Правила Глава 11

На втором этаже дома вибрировало монотонное шипение, периодически прерывающееся щелчками переключения частот. Леша сидел в дальнем углу, сжимая в руках рацию на пружинном проводе и раз в полминуты вертел ручку водруженной на деревянный ящик радиостанции. Щелчок, и комнату заполняла новая волна белого шума, но уже с другой частоты. Послушав эфир секунд десять, Леха несколько раз нажимал кнопку вызова на рации, заставляющую шипение заикаться. Никакого ответа, разумеется, не было.

Алексей долго искал на пустынных улицах заветные белые кареты с красными крестами на боках, с которыми в свое время он успел породниться. В новой реальности, пожалуй, именно этот микроавтобус стал своего рода Граалем выживания. Найди такой, в целости, и в твоих руках будет как минимум здоровенная аптечка, а если повезет, то и пара аккумуляторов, теплое одеяло, дефибриллятор, фонари и кислородные баллоны.

В той машине, что нашли они, был только буксировочный трос, набор отверток, пара ампул адреналина, валяющихся на грязном полу, и радио. Бак был слит досуха, а батарея под капотом вырвана с проводами. Видимо, умельцы, потрошащие автобус, не знали, что в таких машинах стоит два аккумулятора, так что Леша, забравшись внутрь, без труда выудил из-за водительского кресла заветный нетронутый источник питания.

Радио поселилось здесь около двух месяцев назад, и Леша каждый день сканировал волны, периодически отправляя в эфир слабые нотки надежды: полиция, росгвардия, подразделение Альфа, да хоть долбаный Бэтмен, хоть кто-нибудь, отзовитесь. Но частоты предательски молчали, и со временем Леша стал просто слушать бесполезное безжизненное потрескивание — уже для того, чтобы точно знать, что их никто не найдет.

Он выключил приемник и уже прятал его в ящик, когда лестница за спиной заскрипела шагами.

— Тишина? — разминая взмокшую шею спросил Андрей.

— Слава богу да. — Леха уселся за стол. — Ну и чего там?

— Ну я воду врубил, бак уже почти полный. Но насос загибается.

— Опять забился?

— Да может дождь муть поднял или колодцу хана, не знаю. Но надо думать, как теперь бойлер набирать, если он все. Точней когда.

— Ну жопу есть чем пока мыть и ладно. А вот с питьевой у нас беда. — Леша покрутил в руках пластиковую бутылку, на дне которой грустно бултыхались несколько капель воды. — Кира сейчас готовила на последней, так что если не хотим снова угодить в дерьмовую карусель — надо ехать. Вот прямо сегодня.

— Без оружия. — Андрей достал свой пистолет и, выудив обойму, выдавил патроны на стол. — У тебя сколько?

— Четыре.

— Значит, у нас всего десять патронов на двоих, — раскидывая пальцем блестящие цилиндры по столу заключил Андрей.

— Садимся, — в дверном проеме показалась Кира с миской в руках и мелькающая за ее спиной Виктория.

— Зря ты калаш оставил, — наспех сгребая патроны со стола в карман сказал Андрей.

— Думаешь, я не знаю?!

— Да ладно уже.

Все расселись вокруг стола, увенчанного здоровенной пластиковой миской, над которой танцевал густой пар от только что сваренных макарон. Поднявшаяся наверх Аня уселась рядом с Андреем и поставила на стол принесенную стопку тарелок.

— Макароны? А что еще? — явно расстроенно произнесла Вика.

— А еще хлеб, — спокойно ответила Кира.

— Не любишь макароны? Спасибо, — спросила Аня, принимая от Киры полную тарелку.

— Четыре дня подряд — нет. — Вика скорчила недовольную физиономию.

— А хлеб — это вон тот, чудо-мутант из порошка? — Леша потер руки. — Давайте его сюда!

Кира протянула Алексею пакет с квадратным тостовым хлебом. Кто бы мог подумать, что именно он, в конце концов, станет оплотом приемов пищи. Никто так и не выяснил, что такого было в этих пахнущих клеем сплющенных квадратиках, но это «что-то» позволяло ему не портиться месяцами, так что одну найденную пачку смело можно было растянуть на пять-шесть недель, что несказанно радовало местного шеф-повара.

— Ну ты как? Сильно болит? — спросил у девочки Леша, поглощая оторванные корочки тоста.

— Ну ты сам как думаешь? Тебя бы так… — вставила свое фи Кира.

— Уже лучше, — наконец отозвалась девочка.

— Ты у нас смелая. Мы тебя больше никогда не оставим одну, — снисходительно произнес Андрей.

— Обещаете?

— Слово даем!

— Ешьте, пока горячее! — приказала Кира, которая больше всего на свете не любила слушать жалобы на остывшую еду.

Ужин разлетелся на ура. Отчасти потому, что количество ртов на квадратный метр этого дома резко увеличилось, так что теперь возможность попросить щедрой добавки просто испарилась. Но больше, все же, из-за наконец выпустившего ребят из своих трясущихся объятий нервного марафона, терзавшего их последние сутки.

Все заминали макароны, практически не произнося ни слова. Вежливые бесполезные беседы в этих обстоятельствах были совершенно неуместны. Над столом была крыша, а на столе еда. И говорить тут было не о чем. Разве что Вика, в силу возраста, периодически что-то рассказывая, пыталась вытянуть сожителей на диалог, но он довольно быстро сходил на нет. В отличие от нее, у ребят не было дефицита общения.

Андрей практически все время был рядом с напарником, так что их общение было безлимитным. А вот Вика, несмотря на то что была у Киры под крылом двадцать четыре на семь, общения получала не больше, чем ее собственные разодетые куклы. К сожалению, а может и к счастью, в данных обстоятельствах Кира была больше сосредоточена на обеспечении ребенка всем необходимым, и в первую очередь в этот список входила безопасность и еда. А вот общение, и уж тем более общение откровенное, да еще и на темы, которые могут заинтересовать подростка, который из-за пережитого в свои пятнадцать вновь принялся за игру в куклы, стояло в списке на первых строчках с конца. Где-то после обязательного чтения молитв перед сном и перед любовными романами.

Девочка никогда не жаловалась. Она уже научилась вполне комфортно проводить время с самой собой, но, если была возможность начать большую болтовню, она непременно ей пользовалась.

— Поможешь? — бросила Ане, убирающая со стола тарелки, Кира.

— Конечно.

— Кир, сколько у нас еще пустых баклажек? — спросил Леша. — Мы сейчас за водой поедем.

— Пять, на кухне. И в сарае еще десяток.

— А говорили, больше не оставите меня, — фыркнула Виктория.

— Все так, поэтому с тобой останется Андрей, — сказал Леша и подмигнул сидящему напротив с выпученными глазами напарнику.

Вику этот ответ полностью устраивал. Андрей ей нравился, она любила бродить по мансарде во время его дежурств, то и дело обмениваясь с ним шутками и историями. И сейчас, довольная, что у нее будет возможность с кем-то пообщаться, она убежала вслед за девушками на кухню, где их ждал непочатый край работы, оставшийся за кулисами вкусного ужина.

— Ты больной? Куда ты один собрался? — наконец, оставшись без свидетелей, Андрей смог озвучить свой вопрос.

— Я не говорил, что поеду один. А если уж выбирать, кого оставить здесь, тебя или Аню, тут и думать нечего.

— Справишься с ней? — Андрей сделался серьезным.

— А куда деваться? Сгоняй в сарай, загрузи все бутылки в машину. А я пока соберусь.

Соберусь, помимо прочего, означало притырить со склада пачку сухарей с чесноком. Делал так Леша не часто, но иной раз просто не мог удержаться. Андрей, конечно, знал об этом. В основном потому, что жрали они их на пару, сидя ночью на втором этаже. Похрустывали под покровом темноты, как два школьника за гаражами тайком докуривают бычки. Логического мотива этому совершенно не было, но почему-то это было чертовски приятно.

Этот раз не стал исключением, но подготовка к этой вылазке все же требовала чуть больших усилий, чем незаметно пронести сухарики мимо вальсирующей на кухне Киры. Запас патронов был катастрофическим, и даже несмотря на то, что Андрей отдал ему свою обойму, этого все равно было недостаточно, так что Алексей собрал с собой набор из двух ножей, сигнального файера и складной дубинки. Навряд ли что-то из этого могло остановить разъяренного желтоглазого монстра, но так все же было гораздо спокойнее.

Леха отправлялся в путь с десятью патронами. Андрей оставался патрулировать дом с семью, заряженными в макаров Киры. Собрав свою сумку и попросив Аню прокатиться вместе с ним, Леха спустился на первый этаж, где у входа курил уже забивший доверху машину бутылками Андрей.

— Думаю, нам всем нужно переместиться наверх. Давай вечером вещи перетаскаем?

— А Кира уже об этом знает? — удивился Леша.

— Сейчас узнает. В любом случае, так будет лучше. Нельзя, чтобы случай с Викой повторился.

— Я только за, — согласился Леша, доставая из пачки протянутую ему сигарету.

Аня вышла из дома налегке. При ней был только выданный Алексеем нож, но они оба пришли к выводу, что большего ей и не требуется. Андрей пожелал им обоим удачи, и девушка, улыбчиво проронив: до встречи, прыгнула на переднее сиденье.

До заката было еще пять часов, а источник был буквально в соседнем поселке, так что Андрей, без особых тревог, откатил ворота, и скрипящая «Мазда» отправилась в путь.

Правила Глава 12

Через покрытое мелкими каплями окно виднелись наступающие с обочины на дорогу отряды борщевика. Оставшиеся без присмотра ядовитые полчища, которым больше не были страшны карательные операции местных властей, за такой короткий срок смогли вволю разгуляться, захватив даже те пролески, которые заливали ядом годами, и теперь угрожающе напирали на летящую по дороге машину.

— Вы меня с собой всюду таскаете, — неловко произнесла Аня. — Это чтобы я Кире глаза не мозолила?

— В том числе, — ответил Леша, не отводя глаз от дороги.

— В том числе? Это значит, есть еще какая-то причина?

— Я так и не успел сказать тебе спасибо, — повернувшись к ней, Леха одарил девушку своей мягкой улыбкой. — Все как-то закрутилось, но ты спасла нам жизнь, а я даже толком тебя не поблагодарил.

Аня ничего не ответила. Могла бы, если бы помнила хоть часть того, о чем парни прожужжали ей все уши. Но, судя по тому, что ей рассказали, желание сделать вид, что ничего не произошло, было вполне объективным.

— А еще, с тобой у меня больше шансов выжить. Ну если… да мало ли.

— А Кира всех ненавидит или я чем-то персонально заслужила? — девушка решила немного сместить вектор беседы на чуть менее сверхъестественный.

— Ее история печальней многих. Не зацикливайся на этом. Она просто хочет защитить Вику. И делает для этого все возможное. Отсюда и такая недоверчивость. — Леша завозился, доставая из кармана пачку сигарет, чтобы девушка не увидела его поникших глаз.

— Она ее дочка, я понимаю, хочет защитить ребенка, я же только…

— Вика ей никакая не дочка, — прервал ее Леша. — У Киры сын — Илья. Ему было одиннадцать.

— Было? — едва Анин вопрос заполнил собой салон, в машине повисла гробовая тишина, перекрывающая даже гул от колес.

Леха, ни в коем случае не планировал выдерживать театральных пауз, но разговор о мальчике достал на поверхность отнюдь не приятные воспоминания. И, что хуже, он пробудил то, что Алексей долгое время старался закопать как можно глубже, — чувство вины.

— Тогда мы еще не поселились в этом доме, — выдувая сигаретный дым в приоткрытое окно, начал Леша. — Перебивались чем попало: то чей-то дом, то магазин. Как-то раз спали даже в контейнере для вывоза мусора. И в один день мы проглядели, как твари берут нас в кольцо. А когда опомнились, уже было поздно. Мы с Андрюхой оказались не с той стороны забора. Мы тут, а Илья там. Все могло еще обойтись, но он застыл. Я перелез через забор, думал, схвачу его быстро и зашвырну обратно, а сам уж как-нибудь. Но он испугался меня. Может, не узнал, кто теперь скажет. А потом побежал. Не успели мы, в общем.

— Ужасно, — тихо произнесла Аня.

— Нет. Это не то слово, — затянувшись тлеющим фильтром, Леша выкинул сигарету в окно. — Ты сделаешь всем нам большое одолжение, если не будешь при ней об этом говорить.

— Конечно, я все понимаю. — Аня уставилась на дорогу. — Даже не представляю, как она это вынесла. А Вика? Где ее родители?

— Погибли. Это все, что нам удалось из нее вытянуть, да и то через месяцы. Когда мы ее нашли, она пряталась в лесу.

— Совсем одна?

— Тут вы с ней похожи.

— Да, но в таком возрасте. Это просто кошмар.

— Ловко ты.

— Что? — удивилась Аня.

— Одной фразой описала нашу жизнь.

Леха издал нервный смешок, чем явно сумел немного сбавить градус гнетущей истории. Но, как он ни старался, тревожные воспоминания все же победили, и следующие десять минут, до заветного поворота к поселку со сломанным на въезде шлагбаумом, они ехали в полной тишине.

Проехав несколько кварталов сквозь опустевшее садоводство, машина остановилась у небольшого сарайчика, стоящего на деревянных поддонах. За закрытой на висячий замок дверью располагался облагороженный родник: труба-колонка, забитая в землю. Побывав здесь в первый раз, ребята сразу раздобыли заветные ключи. Один был в сторожке охранника на въезде. А второй они вскоре обнаружили висящим на крючке прихожей в ближайшем доме, когда заглянули в него в поисках еды. Несмотря на то, что этот поселок был закрытым, охрана на въезде, пропуска и так далее. Но местные все равно каждый раз после использования сажали дверь родника на замок. Вероятно, для того чтобы колонку никто не сломал, но скорее, и этот вариант более реалистичен, чтобы разномастные залетные гости не могли заправиться халявной водой.

Леша открыл дверь своим ключом, и уже через пару минут заветная чистая вода, поднимая брызги, замещала собой пустоту потертых пятилитровых бутылей.

— У тебя семья-то есть? Ну, помимо брата, — спросил Леша.

— Конечно. Мы жили втроем после того, как бабушка умерла. Я, Егор и папа. Но по факту нас всегда было только двое. Отец военный, так что встретить его дома было целым событием.

— А мать? — спросил Леха, уворачиваясь от фонтана брызг, бьющего из горлышка до краев заполненной бутылки.

— Мама умерла, когда я родилась. — Аня замялась и уселась на небольшую табуретку в углу.

О собственной матери Аня знала на удивление мало. Ее отец, Николай, видный ученый, работавший на правительство, никогда не любил расспросы о своей супруге и каждый раз довольно бесцеремонно уходил от ответов, предпочитая обществу дочери свою лабораторию. В редкие моменты, когда уложивший девочку спать Егор вырубался на диване, Аня выходила из своей комнаты и пряталась в коридоре, ожидая, когда же наконец в замочной скважине послышится долгожданный скрежет отцовского ключа. Она дожидалась, пока отец скинет обувь, а затем выпрыгивала из-за угла и угрожающе рычала своим шепелявым ртом. Николай делал вид, что пугается, а затем, подхватив крошку на руки, целовал в лоб и относил в постель. А на утро всякий раз отчитывал Егора за ее ночные путешествия.

Со временем отец стал задерживаться на работе все сильнее. А потом и вовсе не возвращался домой по нескольку дней. И понемногу ночные гуляния девочки прекратились. В те дни, которые отцу все же удавалось провести дома, он был больше сосредоточен на Анином обучении, а все расспросы любознательной девочки о маме либо переводил в шутки, либо попросту пресекал. И лишь изредка, бредя из своей спальни в туалет, Аня видела, как папа, сидя на кухне в грязной майке, крепко набравшись, нежно поглаживал стекло фоторамки, под которым красовалась красивая женщина в бежевом платье. Опрокинув еще одну рюмку, он шептал фотографии: я разберусь, Оленька, я смогу, ради тебя. А потом, заметив дочь, уставившуюся на него из темноты коридора, просто закрывал перед ней кухонную дверь.

— Меня спасли, а она не выжила, — наконец произнесла Аня. — Наверное, поэтому мы с отцом почти не общались.

— Потому что она не выжила? — удивился Леша.

— Наверное, ему было слишком тяжело. Если бы не я, она была бы жива.

— Ни хрена себе заявочка, — возмутился Леша.

— Да я знаю... Но я действительно много об этом думала. Он очень ее любил. Но я родилась, а она погибла.

— И что ты себе придумала? Что это твоя вина?

— Уже даже и не знаю. Да и плевать! Какая теперь разница? Отца уже нет.

— Думаешь, он не выжил? — Леша немного удивился такому пессимизму девушки, но постарался не подать виду. Тем более после ее признания себя виновной в смерти матери это было бы совсем лишним. Что за отец такой, обвинять ребенка? Переварив этот вопрос, Леша заключил для себя, что семейка у нее явно с приветом, и в эти дебри впредь лучше не лезть.

— Вряд ли. Он военный. Ты как давно видел хоть одного человека в форме? Да и прошло уже столько времени, так что…

Последняя бутылка, до краев наполнившись водой, окатила ребят очередным фонтаном брызг. Закрутив крышку до отказа, Леша дернул торчащий из колонки рычаг, и журчание родника стихло.

— Не хорони раньше времени, — распрямившись сказал Леша. — Мы вчера тоже не должны были выжить, но тем не менее мы здесь, беседы ведем, водичку набираем…

Леха улыбнулся во все зубы, но девушка ничего не ответила и лишь задумчиво опустила голову.

— Пошли, пора домой, — схватив сразу шесть бутылей, Алексей кряхтя потащил их к машине.

Аня, проводив его взглядом и, видимо, наконец обдумав его слова, улыбнулась и, схватив две баклажки, отправилась следом.

Правила Глава 13

Стремительно снижающееся к горизонту солнце, прорываясь через мутное окно мансарды, грело Андрею щеку. Он сидел на втором этаже и, разложив перед собой детали пистолета, старательно начищал затвор, пытаясь как можно сильнее оттянуть момент их пылкого спора с Кирой. Уже представляя, как ее лицо нальется багрянцем, он отчаянно выдумывал себе занятия. Так отчаянно, что за прошедший час дел по дому он переделал на неделю вперед. Починил окно, из которого по ночам тянул омерзительный холодок, смазал скрипящую входную дверь и даже прочистил начавший забиваться сортир.

Наконец закончив возиться с оружием, Андрей принялся за свою самую нелюбимую часть: планирование. Последние дни пролетели незаметно. Их новая гостья понемногу вливалась в их компашку, и все шло к тому, что Аня, вероятно, останется с ними надолго. А если так, значит, ей придется участвовать не только в поедании вкусных ужинов, но и в части домашних дел, в которые, в том числе, входили ночные дежурства.

Но едва шариковая ручка зашуршала по бумаге, как с первого этажа донесся пронзительный скрип лестницы.

— Привет, — из проема в полу показалось отмеченное пурпурным синяком лицо Виктории.

Справившись с шаткими ступеньками, девочка помахала Андрею пальцами и, пройдя в комнату, плюхнулась в кресло напротив.

— Как ты? — улыбнувшись ей в ответ, поинтересовался Андрей.

— Еще немного кружится голова, но ваще вроде норм. А ты что делаешь?

— Пишу новый список дежурств. Нас теперь больше, так что…

— А можешь меня тоже записать? — перебила его девочка.

— Записать тебя? Хочешь дежурить ночью? — Андрей едва не усмехнулся в голос, но вовремя одернул себя, не желая ее обижать.

— Конечно! Добавь меня, — совершенно уверенно ответила Вика. — А вы мне дадите пистолет?

— Пистолет?! — тут у Андрея уже глаза округлились настолько, что скрыть это было просто невозможно. Он прокашлялся и уткнулся носом в тетрадь.

— Ну да. Мне же нужно хоть какое-то оружие.

— А ты знаешь, что пистолеты детям нельзя давать?

— Кто это сказал? — удивленно спросила девочка.

— Закон.

— Так нет больше закона… — Вика усмехнулась и строго посмотрела на него.

И только теперь он понял, что девочка говорит совершенно серьезно. Он поднял глаза и посмотрел в ее абсолютно чистое лицо. За секунду девчушка умудрилась что-то сломать в нем. Что-то хрупкое, в его постулатах добра и зла. Так внезапно, что Андрей сам ощутил себя глупым ребенком, который все еще верит в правила. Верит, что спасение вот-вот придет. И старательно закрывает глаза на то, что люди, без каких-либо угрызений совести и сомнений, в одно мгновение примутся резать друг друга, едва встанет выбор, кому достанется последняя банка просроченной тушенки.

— Больше нет… — повторил он слова Вики, глядя куда-то сквозь нее.

— Чего нет? — спросила поднявшаяся на второй этаж Кира и, не дождавшись ответа, кивнула на девочку — Иди, переоденься, вещи уже высохли.

Вика согласилась и спрыгнула с кресла. Они обменялись с Андреем прощальными взглядами, и он, подмигнув, тихо сказал ей вслед: на следующей неделе. Довольная девочка, хотя все же уже скорее девушка, убежала к лестнице и с грохотом спустилась вниз.

— Долго их уже нет? — спросила Кира, усаживаясь на место Виктории.

— Часа полтора, скоро должны вернуться. — Андрей говорил спокойно, отчасти потому, что времени прошло действительно немного, но больше от того, что ему все же приходилось держать лицо.

— Так ты расскажешь, что там с вами случилось? — закуривая сигарету, спросила Кира.

— Ничего хорошего. Для всех нас, — ответил Андрей и, тяжело вздохнув, протянул руку к лежащей на столе пачке.

Он знал, что ему придется тщательно выбирать слова. И, едва облако дыма поднялось в воздух, он начал с самой главной проблемы: Охотников.

Их стычка с желттоглазыми означала, что теперь уже никто не был в безопасности. Если до этого самым большим испытанием для ребят было затаиться и пережить ночь, то теперь…

— Напали днем? — Кира едва не выронила сигарету.

— Один из них был говорящим! — сказал он дрожащим голосом, вспоминая случившееся.

— Пошел ты! И что сказал?

— Что с удовольствием вырвет мне глаза голыми руками… — процитировал Андрей.

Кира заохала и принялась за вторую сигарету, еще даже не успев затушить первую. Андрей рассказал ей, что все привезенные трофеи принадлежали Максу и Лене. Рассказал про погоню и о том, как парня превратили в фарш. Рассказ подействовал на нее гораздо лучше, чем он думал. Кира согласилась на переезд даже не раздумывая, так что Андрей с облегчением мысленно поставил напротив этой задачи галочку: сделано.

Но вот финал истории вышел довольно скомканным. Кира, конечно же, поинтересовалась: как им удалось спастись, и Андрею пришлось лавировать между желанием сказать правду, надеждой немного растопить лед их с Аней отношений и непреодолимым желанием выпрыгнуть из окна, лишь бы не говорить об этом. Он выбрал вариант номер два.

— Нас спасла Аня, — тихо произнес Андрей.

— Серьезно?! Аня. И что она сделала, перебила их? — Кира даже не пыталась скрыть надменный тон, но все же была предельно серьезной.

Андрей смотрел ей в глаза, думая про себя: если бы ты только знала, насколько ты права, у тебя бы прибавилось седых волос. Но ответ затягивался, и он решил, что лучшим вариантом будет максимально упрощать рассказ.

— Она нашла выход, — стараясь не допустить задумчивой паузы, он с ходу продолжил. — Хоть ублюдки и успели нас знатно потрепать, но она их отвлекла, и мы свалили оттуда.

Выслушав всю историю, Кира замолчала. Андрей прекрасно видел, как она старательно пытается подавить выступающие на лице нотки облегчения. Хоть внутри Кира и была благодарна девочке за спасение своих, но позволить Андрею это увидеть она категорически отказывалась. Они сменили тему. Поговорили о домашних делах, о предстоящем ужине и даже умудрились пожурить своих бывших. Кира получила ровно столько информации, сколько Андрей мог позволить ей получить в данной ситуации, и, довольная, ушла к себе, готовиться к переезду, так словно это была ее идея.

Правила Глава 14

— Ты чего?

Машина сбавила ход и двумя колесами съехала на обочину. Леша выключил зажигание и, игнорируя Анин вопрос, уставился через запотевшее окно на небольшой магазин, стоящий за деревьями. Он ткнул пальцем в направлении здания и поставил мазду на ручник.

— Проверим по-быстрому? — наконец произнес он.

— Думаешь, там еще что-то осталось?

— Ну, все двери на месте…

Девушка огляделась по сторонам и, убедившись в отсутствии претендентов на находку, потянулась к ручке двери.

Придорожный магазинчик действительно разительно отличался от тех, что они привыкли видеть. Как минимум потому, что в рамах все еще были целые стекла, а входная дверь была закрыта на ключ. Над входом висела облупившаяся табличка «ПРОДУКТЫ», и, наверное, это было самое идиотское расположение торговой точки в истории. Леша смог заприметить его лишь каким-то чудом, и это сейчас, когда на деревьях только начинали распускаться первые зеленые побеги. Будь сейчас июль, они, вероятно, пролетели бы мимо, даже не узнав, что за плотной стеной зелени от них прятался продуктовый оазис. Но именно такая уединенность, вероятно, и позволила магазинчику так долго сохранять свою целостность.

— Заходим!

Леха вышиб ногой дверь, и плотный запах гнили врезался в ноздри. В темноте виднелись мрачные очертания стеллажей, и, едва глаза привыкли к сумраку обесточенного помещения, стало понятно, что в этой лотерее ребята точно выиграли. Им повезло стать первыми за долгие месяцы покупателями в небольшом сельском магазинчике, чьи полки были доверху забиты всевозможными припасами. Бутылки с газировкой, консервы, крупы. На входе даже стояла новенькая кофеварка, вызвавшая в Леше неконтролируемое слюноотделение.

Здесь было все. И когда пыль еще не успела осесть на заброшенные прилавки, ребята уже наполняли свои рюкзаки первыми трофеями. Зубная паста и щетки, прокладки, пластыри и антисептики. Макароны: спагетти и спиральки. Чипсы и подтаявшие шоколадки. Все, у чего срок годности был больше шести месяцев, отправлялось в рюкзак.

Леша, как и Аня, без преувеличения, всем сердцем скучали по колбасе, сосискам и жареной курице, но вид разложившихся тушек бройлеров под плесневелым стеклом холодильника немного сбил аппетит, и эта потеря уже не казалась такой существенной.

— Проверь там. — Леша указал на дверь в дальнем углу с надписью: не входить. — Давай, пять минут и сваливаем отсюда.

За дверью девушку ждал длинный коридор с примыкающими кабинетами. Один из них оказался коморкой директора, а второй сортиром. Аня без энтузиазма заглянула в каждый из них и, подтянув лямки своего рюкзака, направилась к последней, самой привлекательной двери с надписью «Склад».

Осторожно войдя внутрь, девушка застыла. Через узкие полоски окон под самой крышей в комнату проникали последние лучи закатного солнца. Они падали на складские стеллажи и, стекая по стенкам неприглядных картонных коробок, упирались в лежащее на полу мертвое тело.

Мужчина в ветровке неизвестного цвета лежал на спине в луже крови, раскинув руки в стороны. Определить, как долго он здесь проторчал, Аня была не в силах. Отчасти потому, что весь чертов магазин насквозь провонял гнилым мясом. Отчасти потому, что приближаться к нему не было абсолютно никакого желания. Мужчина не был первым трупом, который она видела, так что Аня не стала придавать этому большого значения и, лишь оглядевшись и прислушавшись в пустоту темной комнаты, двинулась дальше к стоящим в центре холодильникам.

На одном из них стояло что-то большое, явно выделяющееся из общей пыльной картины. Подойдя ближе, Аня смогла разглядеть здоровенный черный рюкзак и только сейчас поняла: он явно стоит здесь недавно. И едва эта мысль сформулировалась в ее голове, как за спиной раздался лязг ружейного затвора.

— Замри! — тихий низкий голос заполнил помещение. — Медленно повернись. И ни звука!

Голос звучал странно, приглушенно. И лишь обернувшись, Аня поняла почему.

Перед ней стоял человек в черном, судя по всему мотоциклетном, защитном костюме, а его лицо скрывал блестящий матовый мотошлем с закрытым забралом. Аня неуклюже подняла руки перед собой, пытаясь выразить повиновение.

— Спокойно! — сказала Аня так громко, чтобы Леша смог ее услышать. Но обе преодоленные ею двери были с доводчиками и закрылись за ее спиной автоматически. Так что у ее попытки не было шансов.

— Заткнись! — человек огрызнулся. — Снимай рюкзак, медленно.

Аня послушно скинула лямку с плеча, затем вторую, и вытянув руку бросила свою добычу на пол.

— Хорошо. А теперь отвали!

Человек в черном мотнул ружьем, указав ей направление, и Аня, послушно подчинившись, сделала три шага в сторону. Незнакомец подхватил ее рюкзак, затем снял свой с холодильника и, закинув их на оба плеча, наставил оружие на девушку.

— Прошу тебя. Нам нужна эта еда.

— Закрой рот!

— В моей группе есть дети. Ты понимаешь? Я только хочу забрать свое.

Незнакомец что-то возразил ей и, не сводя с нее взгляда, попятился к двери, ведущей на погрузочную площадку, но Аня его уже не слышала. Ее переполняла злость. Обида от того, что любой кретин с пушкой теперь стал и судьей, и палачом, и самим господом богом. Перед человеком в шлеме стояла худенькая девушка без оружия. А значит, он мог делать с ней все что хотел. Как те ублюдки, что гнали ее по лесу. Ее новые друзья пустили им кровь, но были и другие. Те, которые взяли свое. И только сейчас, стоя под прицелом, Аня осознала, что ей не страшно. Голова загудела, и комната перед глазами начала плыть.

— Твою то мать!

Из-под шлема донесся дрожащий голос. Аня сделала шаг вперед и увидела в отражении зеркального забрала незнакомца свое лицо. Свои налитые голубым свечением глаза.

Незнакомец вздрогнул и, палец инстинктивно вдавив спусковой крючок, выпустил на волю яркую вспышку выстрела.

Две пули попали Ане в грудь. Она замерла и, опустив голову, с ужасом наблюдала, как ее футболка стремительно меняет свой цвет. В голове помутилось, комната принялась кружиться с катастрофической скоростью, и тело девушки безвольно рухнуло на пыльный пол. Силы покинули ее, глаза начали затухать, и Аня, хватая ртом свои последние глотки воздуха, беспомощно наблюдала, как незнакомец скрылся за дверью черного хода.

Пока мы вместе Глава 1

Ленинградская область. Ноябрь 2017г.

Поднимающийся к потолку жар оставлял на облупленной штукатурке едкий черный нагар. Костер, разведенный на куске ржавого металла, едва ли согревал затаившихся в комнате без окон путников, но, тем не менее, его было вполне достаточно для того, чтобы хоть как-то подогреть насквозь промерзшие копченые колбаски.

— А что мы будем делать дальше?

Сидящая у рыжеволосой женщины на руках маленькая Диана постоянно ерзала и надоедала всем вокруг бесконечными вопросами, на которые ни у кого ответов не было.

— Дальше будем кушать. Держи.

Леша протянул девочке нанизанную на обломок шпажки колбаску и, сняв с костра остальные, принялся раздавать всем присутствующим. Одна штука в одни руки. А рук было много.

Группа из девяти человек, затаившаяся на втором этаже заброшенного санатория, неспешно переводила дух после многокилометрового марша. Уже больше недели они шли на север, туда, где, как они думали, их должны были ждать военные. Во всяком случае так гласила последняя пойманная ими радиопередача. Но чем дольше они были в пути, тем реже проходили новые сообщения.

Значительно осложнил путь свежевыпавший мокрый снег. Всего за пару часов свинцовое небо низвергло на их головы тонны белого искрящегося льда, сугробами цепляющегося за ноги. Непогода — испытание даже для самых выносливых, но, когда половина твоей группы дети, младшему из которых всего три месяца, приходится быть гибким. Даже если исключить из уравнения детскую усталость и нытье, идти по глубокому снегу с восьмилеткой на руках помимо рюкзака явно неудачная стратегия выживания.

Раздав колбаски детям и Арине — единственной среди них женщине, Леша подошел к парням всего с двумя оставшимися шпажками. Вооруженные автоматами здоровенные мужики в потрепанных пуховиках тоскливо переглянулись, и каждый получил по половинке пайка. Когда детские рты наполнились ужином, комнату накрыла долгожданная тишина, настолько пронзительная, что можно было услышать, как шипят заносимые через разбитое окно снежинки, растворяясь в угасающем пламени костра. Каждый хотел как можно дольше растянуть этот момент, чтобы в полной мере насладиться вкусом копченого мяса. Его запахом, приятным ощущением тепла, медленно сползающего к желудку. Ведь, пряча за зубами последний откушенный кусочек, каждый из них уже знал: больше есть было нечего.

— Ложись!

Топот тяжелых сапог Андрея вперемешку с воплем ворвался в пространство второго этажа. Поднявшись по лестнице, он, задыхаясь, скомандовал всем лечь на пол, а сам, в два прыжка пересек комнату, занял боевую позицию у окна, выплюнув на улицу автоматную очередь. Его примеру последовали и другие мужчины. Думать было некогда, а бежать поздно. Огонь от костра, мелькающий в окнах в сумерках, привлекал слишком много внимания, и теперь настало время расплатиться за свою оплошность.

— Желтые? — спросил Леша, заняв позицию рядом с другом.

Андрей посмотрел на него, бледный как полная луна, и отрицательно покачал головой. Ответ был гораздо страшнее, чем безумные желтоглазые твари, ведь сейчас, и Леша понял это по первым ответным выстрелам, они были в осаде людей. Человек тринадцать или пятнадцать, Андрей так и не смог сосчитать — слишком плотный огонь накрыл ветхое здание, и лишь подумал: интересно, стали бы они тратить патроны, если б знали, что у нас нет еды.

Потолочная штукатурка градом опустилась на пол. Пули, раскаленными иглами, пронизывали тонкие стены, вышибали остатки стекол из рам, превращая их в сверкающую в свете пляшущего огня алмазную пыль. Пятилетний Женя так завороженно разглядывал мерцающую взвесь, что даже не понял, что должен был отвернуться: осколками пареньку посекло правую щеку в мясо.

— Огонь! — скомандовал Андрей, едва выстрелы на секунду стихли. Мужики высунулись в окна, и свет автоматных вспышек ослепил комнату.

Леха сполз под окно, чтобы поменять магазин, и столкнулся глазами с Ариной. Она держала на руках тело своей дочери. Вся перемазанная кровью, мерно покачивалась с совершенно пустым взглядом.

— Давай ее сюда! Вставай! — рявкнул Леха, подхватывая девочку на руки. — Уходим, быстро!

Он забросил ребенка на плечо и, дернув Арину за рукав, потащил за собой.

— Берите детей и валите! — крикнул Андрей, выпуская в окно очередную порцию свинца.

Уговаривать никого не пришлось. Мужики оставили Андрею каждый по магазину и, похватав детей, скрылись в темноте первого этажа.

На заднем дворе, пред открытой дверью черного хода, стоял Леша с ребенком на руках. Пуля пробила девочке руку. Он уложил ее на снег и, выдернув из штанов ремень, крепко перетянул предплечье на пять сантиметров выше ранения.

— Бери ее и бегите в лес, — бросил Леша заплаканной Арине.

— А вы?

— Мы нагоним. Беги!

Алексей подхватил девочку и, передав ее матери, рванул обратно в дом, где у Андрея уже начинал заканчиваться боезапас. Долго не думая, Арина рванула в сторону леса, по свежим следам ушедших с детьми мужчин, еще не зная, что больше Лешу и Андрея она не увидит. Их группа распалась навсегда.

Пока мы вместе Глава 2

Ленинградская область. Апрель 2018г.

Ну и дерьмо. Алексей швырнул на пол черствую булочку с маком. Еще с минуту пытаясь отделаться от стоящего в носу запаха плесени, он, то и дело фыркая, методично укладывал в рюкзак пачки с печеньем. Улов был отличным. Этих нескольких минут, проведенных в магазинчике, хватит, чтобы еще неделю, без зазрения совести, безвылазно сидеть в домике, грызть печенье, пить шипучку, курить и не париться о том, что местной инфраструктуры хватит еще от силы на две три ходки, прежде чем они будут вынуждены переехать.

Он негромко позвал Аню по имени. Пора было закругляться, они уже превысили отведенное самими себе время (5 минут), и машина, одиноко стоящая на краю дороги, привлекала слишком много внимания, а уж чем это заканчивается, Леша прекрасно знал. Он повернулся к двери, ведущей в служебные помещения, никак не ожидая услышать в ответ вместо звонкого женского голоска два глухих выстрела. Рюкзак полетел вслед за плесневелой булкой.

Пока Алексей, выхватывая из-за пояса пистолет, сломя голову несся на склад, Аня, валяясь в луже собственной крови, в комнате, куда едва проникал оранжевый свет угасающего солнца, открыла глаза.

Вся грудь, словно объятая огнем, пульсировала вспышками боли. Она расползалась по телу, заставляя жилы непроизвольно сокращаться, от чего девушка не могла как следует распрямить пальцы, чтобы, оттолкнувшись от пола, попытаться встать. Ее глаза снова пылали синими огнями, но голова больше не гудела, а комната не кружилась. Хотя, может быть, немного — просто Аня этого не замечала. Жадно глотая воздух, пытаясь вдохнуть его достаточно, чтобы грудь раздулась и натянувшиеся мышцы немного вернули тело в тонус, Аня, засучив ногами, поползла к пыльным стеллажам у стены. Она ухватилась за штанину лежащего рядом безымянного тела, даже не подозревающего, что и после своей смерти оно окажется полезным, и подтянувшись, уткнулась спиной в железный каркас. Наконец, умудрившись приподняться настолько, чтобы сесть, девушка принялась осматривать масштаб проблемы.

Она так до конца и не поняла, чем в нее стреляли. Перед тем как рухнуть на пол, она, конечно, слышала выстрелы, видела яркую вспышку с искрами, вырывающуюся из дульного среза, а потом стало холодно. Аня опустила голову и, расстегнув молнию куртки, вставив трясущиеся пальцы в две дырки, зияющие на окровавленной футболке, одним движением разорвала ее. Крови было слишком много. Она хотела стереть ее, но, раз за разом проводя по багряной коже ладонью, лишь размазывала стремительно запекающуюся красную жижу. И тут она застыла. В ее руке оказалось что-то твердое, маленькое и теплое. Сплющенная пуля, вывалившись из запеченной по краям раны в пяти сантиметрах от чашки бюстгальтера, теперь поблескивала на грязной ладони. Вскоре к ней присоединилась и вторая — из раны под ключицей. Была еще и третья, но Аня об этом пока что не знала. Она пролетела выше и в тело не вонзилась, лишь оцарапав кожу на плече и разорвав бретель.

Держа в руках два искореженных кусочка металла, Аня с ужасом наблюдала, как зияющие черные дырки на ее торсе медленно затягиваются. Порванные края кожи склеивались между собой и разглаживались, сопровождая свое чудесное восстановление жгучей болью. Было это похоже на то, как если бы тебя разом ужалило сразу семь восемь злобных ос, чье гнездо ты имел глупость подпалить зажигалкой.

— Аня!

Ее внутренние часы старательно убеждали девушку, что прошло не менее получаса, прежде чем над ней возник перепуганный Алексей. Они конечно же лгали. Леша вышиб первую дверь и, осмотревшись в коридоре, осторожно открыл следующую. На все про все у него ушло от силы секунд двадцать, но боль, снова и снова пронизывающая перепуганную девочку, бессовестно коверкала ее ощущение времени.

— О господи! Ты ранена? — Леша схватил девушку за плечи и принялся осыпать бесконечными вопросами.

Сфокусироваться Ане было довольно трудно, так что половину из них она даже не услышала, но суть в конечном итоге сводилась к одному: кто стрелял и как она себя чувствует? Девушка в ответ только отмахивалась и отвечала: со мной все в порядке. Отчасти потому, что сама понятия не имела, что с ней на самом деле произошло, да и подходящих слов, чтобы объяснить, каким образом ее раны затянулись, найти она не могла. Но отчасти дело было в том, что единственное, о чем она могла сейчас думать, это то, насколько будет приятно всадить в ублюдка в черном пару пуль.

Она неуклюже пыталась встать, заставляя Алексея, то и дело подхватывающего ее, когда девушка в очередной раз, поскользнувшись на собственной крови, падала, изрядно нервничать. Что-то кричала ему о каком-то человеке в черном, который скрылся с полным рюкзаком собранной ею еды. И о том, что единственное, о чем сейчас нужно действительно волноваться, так это о том, насколько далеко ему удалось уйти. Их бессвязную беседу прервал раздавшийся с улицы рев двигателя. Аня, наконец уверенно встав на ноги, рванула к двери черного хода, и уже через секунду они оба были на улице.

Источником шума оказался старенький спортивный мотоцикл Ямаха, темно синего цвета, покрытый плотным слоем грязи. В седле, между примотанных к раме рюкзаков, сидел Незнакомец в черном шлеме. Несмотря на решимость Ани, Леха ни о какой погоне даже не думал. Девчонку только что подстрелили, так что на украденный рюкзак с парой пачек печенья ему было абсолютно наплевать. Да и висящий на спине незнакомца автомат, грозно побрякивая, намекал на бессмысленность данной затеи.

Поднимая в воздух ошметки грязи, мотоцикл сорвался с места и направился к выезду на трассу, где стояла их мазда. Леша взвел свой макаров и произвел несколько выстрелов по стремительно удаляющемуся воришке. В основном для того, чтобы убедиться, что он уже точно не вернется. Вряд ли адекватный человек будет рваться туда, откуда по нему ведется пистолетный огонь, если, конечно, он не желтоглазый придурок. Но он еще ни разу не видел, чтобы желтые воровали рюкзаки с едой, так что продолжал стрелять, сопровождая грязный байк к выезду. Но мотоцикл вдруг пошел юзом. Его переднее колесо взорвалось, разбрасывая по округе ошметки резины, и Алексей понял, что недооценил свою меткость. Руль ямахи заметался из стороны в сторону и, выскользнув из рук незнакомца, упрямо направил байк влево. На полном ходу мотоцикл влетел в отбойник, и человек в черном шлеме принудительно катапультировался из седла. Размахивая руками, преодолев больше шести метров по воздуху, он грохнулся в придорожную канаву, своим телом ломая стоящие на пути мелкие кустики.

Ребята переглянулись и побежали к месту аварии. В метре от искореженного мотоцикла Леша подобрал слетевший с водителя в полете автомат и, указав на груду металла, из которой обильно вытекал бензин, попросил Аню отвязать рюкзаки от рамы.

Пилот смертоносного болида лежал лицом вниз в заболоченной жиже талого снега. Алексей перевернул тело и, пыхтя, оттащил его к дороге, усадив спиной к отбойнику. Лица за потрескавшимся и заляпанным грязью забралом было не разглядеть, но остатки стекла шлема, каждые пару секунд покрывающееся изнутри белой испариной, без сомнения говорили о том, что парнишка еще жив. Положив пистолет на ногу, Леша осторожно стянул с незнакомца шлем, и из-под расколотого пластика градом хлынули рыжие как ржавчина волосы. Их незнакомец в черном оказался женщиной.

— Леша? — ее закатывающиеся замутненные глаза скользнули по Алексею, после чего рыжеволосая мотоциклистка отключилась.

Выскользнувший из руки шлем с грохотом врезался в асфальт. Леша плюхнулся на задницу рядом с ним, не в силах перестать пялиться на ее лицо, вынырнувшее из шлема как забытое воспоминание из прошлой жизни. Он осторожно протянул руку и нежно, одним пальцем, убрал с ее щеки мокрую прядь волос, окончательно убеждаясь, что это действительно была она.

— Арина…

Пока мы вместе Глава 3

Из приоткрытой форточки мансарды клубами вырывался желтый дымок. Андрей понемногу начинал закипать. Перетаскав свой и, Викин матрасы наверх и немного обжив новый уголок, Кира теперь нервно нарезала круги по комнате. Ни на секунду не замолкая, нудила о том, что все пропало, и что больше они уже Лешу никогда не увидят, чем не вызывала в Андрее ничего кроме желания отвесить ей доброй пощечины. Стремительно исчезающее за горизонтом солнце и отсутствие во дворе машины действительно говорили о том что-то пошло не так. Но Андрей, в отличие от своей сожительницы, никогда не торопился хоронить друзей.

— Ты ее знаешь три дня, а она тебе уже как родная… — сетовала Кира на слишком теплый прием парнями новой постоялицы. Нежные чувства к Леше сейчас играли с ней злую шутку, ведь его долгое отсутствие всерьез пугало ее, заставляя вылезать на поверхность самые черные мысли. Начиная от встающих перед глазами картинок его разорванного охотниками тела до целых стройных теорий заговора, приравнивающих хитрость Ани к уровню антагониста из фильмов про Бонда.

Ни те, ни другие Андрею не нравились. Но еще больше ему не нравилась скорость, с которой эти картинки воспроизводились в ее сознании и что еще хуже озвучивались.

— Да даже если и так, думаешь этот здоровый лоб не справиться с какой-то девкой? — Андрей, конечно же, знал, что не справиться, но по его уверению такой ситуации просто не могло возникнуть. И сейчас он искал любой, хоть сколько-нибудь логичный довод, который бы заставил Киру наконец заткнуться.

Женщина же тем временем пускала в ход все новые аргументы. Тут уже выяснилось, что три идиота, гнавшиеся за девочкой, на самом деле — ее подельники, и все это было ловким спектаклем, на который они по своей тупости клюнули.

— Говорю тебе, зря он с ней один поехал! — но ее было не остановить.

Андрей за всю свою жизнь ни разу не поднимал руки на женщину, и даже не представлял себе ситуации, в которой такое вообще могло произойти, но бог свидетель, с каждым новым аргументом он был к этому все ближе. Такое часто показывали в кино, когда одна оплеуха прерывает неудержимую истерику, это вроде как даже медицинская практика. Вот только думать и сделать это — совсем разные вещи. Да и он сильно сомневался, что в случае с конкретно этой дамой такой способ действительно сработает. Скорей уж она его пристрелит.

Но наконец и на улицу Андрея пришел праздник, точнее на эту улицу вполз свет хорошо ему знакомых желтых фар мазды. Он забычковал окурок и, выпустив из легких остатки дыма, закрыл форточку.

— Вернулись, — сказал он, и Кира наконец затихла.

Спустя минуту он, прячась от мелкого дождя в высокий воротник, стоял во дворе дома, спешно разматывая цепь на откатных воротах. Заслон откатился, и машина, скрипнув тормозами, вползла внутрь и заняла свое законное место на вытоптанном пятачке у входа. Андрей вернул ворота на место и, по привычке оставив небольшой просвет, еще раз обвел взглядом улицу, прежде чем снова посадить их на цепь.

Леша вывалился из машины, и Андрей уже был готов засыпать его вопросами, когда заметил в руках у напарника автомат.

— Ни хрена себе! Где ты его взял?

— У нас гости, — улыбнулся Леша, и едва Андрей собрался задать вопрос, как из открывшейся задней двери показалась Арина.

Встретившись взглядами, они оба застыли и таращились друг на друга, словно увидели призраков, периодически поглядывая на довольного Алексея, который, решив поиграть в затейника, не сказал девушке, что Андрей все еще жив и живет в том самом доме, в который они направляются. Так они, прыгая от радости встречи и обнимаясь, до конца не могли поверить, снится им это или происходит на самом деле.

— Ты жива?! — радовался Андрей, и рыжая девушка, нечленораздельно соглашаясь, задавала ему тот же вопрос.

Идиллию встречи выпускников прервала выплывшая из машины Аня. Увидев ее, Андрей просиял, но едва стоило глазам опуститься ниже ее уставшего лица, туда, где на груди зияло кровавое месиво, улыбка быстро сползла с его щек.

— Боже, что это?

— У нее вон спроси, — огрызнулась девушка, указав на Арину, и побрела к дому. — Мне надо полежать.

— Что там у вас случилось? — все внимание Андрея теперь было сосредоточено на Леше.

А случилось много чего. Для начала, Лехе раза три приходилось отнимать у Ани макаров, которым она то и дело решительно тыкала в бессознательное тело рыжеволосой истерички, как она ее называла. Когда наконец идея пристрелить девушку немного поутихла и Леха смог убедить ее, что его старая знакомая по всем параметрам их маленького клуба приличный человек, возникла проблема следующая: Арина пришла в себя. А когда ты, попав в аварию, открываешь глаза и видишь призрака из прошлого, над плечом у которого стоит девчонка с горящими глазами, реакция может быть самой неоднозначной. Сначала Арина пыталась сбежать, но непослушные ноги не дали ей и шанса. Потом решила вооружиться и отбиваться до конца. Но Леша эти попытки тут же пресек.

— Какого хера ты еще жива? — кричала Арина Ане в лицо.

— К тебе тот же вопрос, сучка! — не уступала Аня.

Леха на мгновение ощутил себя ведущим старого доброго телешоу с матершиной и драками по сценарию. Вот только волос у него для этой роли было маловато. Наконец разняв девчонок, ему предстояло справиться с проблемой номер три: убедить Арину, что, хоть Аня, по сути, и «одна из них», как вопила девушка, но все же она на их стороне. И эта задача, пожалуй, была самой сложной. Наверное, потому что Леша и сам до конца не осознавал, почему Аня на их стороне, а сама Аня — тем более. Так что этот факт пришлось принять за аксиому, и в конечном итоге тема была скорее замята, чем раскрыта.

— Она познакомилась с «другой» Аней, — констатировал Леша, и эта фраза была достаточной для того, чтобы Андрей все понял.

Пока Андрей колдовал с воротами, Кира успела переодеться, и, направляясь на улицу, столкнулась в дверях с Аней. Ее все еще немного пошатывало, и закружившаяся голова заставила девушку завалиться на стоящую у входа тумбу.

— Господи боже! Что это на тебе? — Кира машинально попыталась подхватить ее и только сейчас заметила, что девчонка вся в крови.

— Это? Кровь.

— Ты ранена?

— Уже нет, — ответила Аня, даже не успев задуматься, как ее ответ звучал со стороны, чем заставила Киру напрячь извилины до предела, но наконец она сообразила. — Я в норме, это не моя кровь. Надо просто полежать. Недолго.

Их разговор прервал громкий смех, и Кира, заметив во дворе явно лишнюю фигуру, напрочь забыла про идиотский Анин ответ.

— Это еще кто?

— Спроси у наших ковбоев, — ответила Аня, уползая к своему спальному месту, подумав о том, что уж Кира сейчас у них спросит.

Но Кира не стала закатывать истерик. Во всяком случае сразу. Она просто спокойно вышла во двор, и обрадованные ее появлением парни наперебой принялись знакомить ее со своей позабытой подругой. Арина пыталась быть милой, но, не разглядев в Кире взаимного энтузиазма, немного ослабила напор.

Да, и с чего это я решил, что все будет просто? Подумал Леша, следуя в дом за своей зазнобой после ее холодного: надо поговорить.

— Вы с головой вообще дружите? — наконец, оставшись без свидетелей, Кира могла высказать ему все. — Второй рот за три дня! А завтра вы цыганский табор приведете? Давай, может, сразу на воротах напишем: «Приют для бездомных»?!

Леха не мог вставить ни слова. Да и все его аргументы в их текущей ситуации были предельно беспомощны. Наверное, со стороны могло показаться, что Кира просто вредная истеричка, и Арина, по первому их общению, вероятно сочла ее какой-то ревнивой дурой, но Леша прекрасно понимал, что она права. Хоть мужики и «добывали» еду, но именно Кира держала в порядке весь их быт, склеивая его по крупицам. Именно она перед ужином три часа вручную отбирала из таза риса заплесневелые зернышки, чтобы не травить домочадцев. И при всей внешней беззаботности, работа ее была по-настоящему тяжелой. Нужно ли напоминать про полоскание смердящих потными яйцами трусов три раза в неделю? Конечно, привезенные ими три рюкзака со жратвой внушали осторожный оптимизм, но в конечном итоге это было лишь отсрочкой неизбежного. Добавь сюда загибающийся насос, маячащий на горизонте многокилометровый переезд — и получишь крах цивилизации в миниатюре.

— Нам нужен надежный человек, — мягко сказал Алексей. — Да и тебе помощь, я думаю, не помешает?

Кира осеклась. Слишком уж привыкла она тянуть все в одиночку, так что мысль о том, чтобы поделить с кем-то обязанности, на фоне страха голодной смерти у нее даже не возникла.

— Ладно, прости, — прошептала она, позволив Леше обнять себя. — Просто слишком много всего сразу.

С этим Алексей поспорить никак не мог. Последние три дня по интенсивности событий легко соревновались с предшествующими тремя месяцами, и месяцы проигрывали всухую. Слишком долго они четверо жили затворниками, настолько, что теперь сама мысль о переменах вызывала приступ паники. Кира, немного успокоившись, попросила Лешу извиниться за нее перед ребятами, и, поцеловав его, отправилась на кухню — ждать заветные рюкзаки, которые на улице, вместе с водой, уже выгружали из багажника Андрей и Арина, отметившая про себя, что с Кирой они вряд ли станут лучшими друзьями.

Пока мы вместе Глава 4

На тихий дворик подернутого росой синего домика наконец-то сползла ночь. В мансарде одна за другой зажигались свечи, сегодня света должно было быть много. Намечались длинные посиделки, но прежде, нужно было окончательно закрепить за постояльцами их спальные места.

— Выбирай, где будет удобно?

Андрей скинул с плеча только что выбитый матрас и прислонил его к столу посреди комнаты.

— Роскошно вы живете… — отозвалась Арина. — Мне без разницы. Крыша есть и ладно.

Парень лишь пожал плечами. Арина еще не успела поведать им какие злоключения ей пришлось превзойти с момента их последней встречи, но Андрей, оглядев обшарпанные деревянные стены с танцующими на них фантомами маленьких свечных огоньков, вдруг осознал, что жили они действительно отлично. По крайней мере, по меркам конца света. Полгода назад о таком и мечтать было нельзя. Перебивались чем попало, и тем и были довольны, но не зря говорят: к хорошему быстро привыкаешь.

Андрей свалил матрас на пол и хлипкий раскладной столик, за которым Леша начищал перемазанный грязью автомат, зашатавшись, едва не опрокинулся. Пружина затвора с шомполом свалились на пол, и в честь этого события Леха наградил напарника парой приятных эпитетов.

— Привет! Я Вика, — спустя полчаса спальные места наконец закрепились за своими хозяевами и довольная девочка, снаряженная баулом вещей, поднялась на второй этаж.

Арина представилась и расплывающаяся, под забинтованной щекой, в улыбке Виктория довольная пошла к своей раскладушке. Мысль о том, что теперь она постоянно будет находиться в гуще событий придавала гораздо больше сил чем только что принятое обезболивающее.

— Эй, ты не спишь? — воспользовавшись моментом Арина подошла к кряхтящей на раскладушке Ане и осторожно присела рядом. Андрей суетился на кухне, а Леша помогал Кире дособирать вещи, так что в комнате их было только трое.

— Нет.

— Так, кто ты такая?

— Что? — девушка перевернулась на спину и непонимающе посмотрела на Арину. — Я Аня.

— Нет, я имею в виду… Ты, другая.

Арина и не знала толком что хотела сказать. Что-то вроде: прости что пристрелила тебя, я не со зла, звучало довольно бы глупо, но ситуация и так была чересчур неловкой чтобы об этом задумываться.

— Я не хотела стрелять в тебя. Но когда увидела твои глаза… Чтобы ты сделала на моем месте? — Аня потупила взгляд и ничего не ответила, позволив девушке продолжать. — Я давно знаю парней и Леха мне рассказал про вашу стычку с охотниками. Короче, я о чем? Не знаю, как ты это сделала, но я рада что ты жива.

Аня взбудоражено пошлепала себя указательным пальцем по губам, косясь на взбивающую в дальнем углу подушки Викторию. Девчонка была слишком любознательной, и, что хуже, болтливой, так что Ане очень бы не хотелось, чтобы о произошедшем трубили на весь дом.

— Извинения приняты, — она сделала мягкий жест ладошкой, дав Арине понять, что больше об этом говорить не следует. — В следующий раз, лучше стреляй в голову. Будет больше времени чтобы сбежать.

Арина этот совет запомнила и пошла разбирать свои вещи, оставив Анну в одиночестве обдумывать: почему я это сказала? Несмотря на свой относительно юный возраст, дурой Аня конечно же не являлась, и сложить в уме два и два была вполне способна. Сколько угодно можно говорить о потерях памяти, но факт оставался на лицо, а точнее на глаза. Она понимала, что как-то связана с охотниками и, хоть это и пугало ее до заворота кишок, любопытство постоянно било палкой в затылок, заставляя задавать вопросы. Задавать их только, к сожалению, было некому.

Вот был бы Егор здесь, прошептала она себе под нос и тут же сморщилась, словно съела кислую шипучку, пытаясь отогнать от себя эту мысль. Она конечно же скучала по брату, но не тому которого видела в последний раз. Может быть, по Егору образца пятилетней давности, когда он еще мог отличать добро от зла, мог быть ей братом, а не гипертрофированной версией отца. Но углубляться в эти мысли ей совсем не хотелось и в попытке отвлечься она решила, что было бы неплохо предложить свою помощь на кухне.

Пока мы вместе Глава 5

Виски разлетелся мгновенно. Леша берег эту бутылочку для особого случая, и встреча потерянной старой знакомой была событием именно такого масштаба. Алкоголю аккомпанировал рис с вяленым оленьим мясом и, конечно же, обожаемые парнями сухарики. Как ни посмотри, ужин вышел поистине праздничным и даже, можно сказать, объединяющим.

Кира, обычно никого не подпускающая к плите, пыталась учиться делегировать нечто более ответственное, чем почистить картошку, так что в этот вечер на крохотной деревянной кухне царила суета, как в заведении с мишленовской звездой. Хозяйка дирижировала новоиспеченными поварятами, су-шефами и посудомойками и ей, позже она в этом признается, безумно понравилось. Впрочем, среди подчиненных недовольных тоже не осталось. Все были заняты делом и, между тем, успевали и поболтать, и посмеяться, так что напряжение последних дней исчезало так же быстро, как исчезал клубящийся над кастрюлей пар.

Они прогудели несколько часов подряд, вспоминая былые времена и перемалывая истории о совместных приключениях. Но когда бутылка почти исчерпала себя, в свои права вступила усталость. Дело вполне обычное: чем меньше остается спиртного, тем серьезнее становится разговор.

— А вы охотитесь? Или только на сухарики? — подколола парней Арина, искренне порадовав Вику.

— Почти нет, после того случая с этим ебнутым лосем.

— Леша! — Кира шлепнула его по плечу, как будто Вика еще не знала, что значит «ебнутый». Она, конечно, это понимала, но без правил нет порядка.

— Да. Прости, солнце, прости. — Старый извинительно повернулся к Вике и закачал головой. — В общем, сейчас готовим из того, что находим.

— Разогреть кашу, которую приготовила я, — это не готовка… — Кира тоже умела подкалывать.

— Мы когда в лесах прятались, мне как-то повезло зайца поймать, — перехватила Арина. — Намучалась с ним, просто атас. Мы его пожарили, а он, скотина, оказался таким жестким. Не знаю, что они там с ними в ресторанах делают, что они такие нежные получаются.

И в комнате повисла тишина. Парни, конечно же, зацепились за это самое «мы». Ведь пока что никто из них не удосужился задать самый главный вопрос. Сначала радость встречи была сильнее любопытства, а потом уже не хватало смелости. Но заветное «мы» прозвучало, и пути назад больше не было.

— Арин, — Андрей влил остатки своей рюмки в глотку и закашлялся. — А что с Дианой?

Девушка не спешила с ответом. Она не собиралась нагонять какую-то интригу (хотя у нее несомненно получилось: все смотрели на нее, боясь услышать ответ, и даже ерзающая Вика сделала перерыв в поедании сухарей), просто она не знала, что ответить.

— Я не знаю, — зачесав ржавые волосы назад, девушка заговорила. — Я бежала, пока не кончились силы. Уже и выстрелов не было слышно, но я точно знала, что кто-то шел за нами. Несколько раз пыталась запутать след, только с четвертой попытки получилось.

С каждым пророненным словом ее глаза, в свете свечей, блестели все сильнее. Не так-то просто рассказывать о том, что ты потеряла ребенка. И еще тяжелее об этом слушать, особенно когда в голове снова и снова звучат твои собственные слова: бегите в лес, мы нагоним. Но парни не нагнали. В тот день Леша вернулся за напарником, и они еще двадцать минут удерживали позицию, пытаясь выиграть время для тех, кто снежными тропами уводил детей в лес. Но время кончалось так же стремительно, как и патроны, и им пришлось отступить. К тому моменту они уже порешили семерых и, выбежав из дома, договорившись, что если будет погоня, они поведут преследователей по ложному следу, рванули на юг.

План сработал, и спустя полтора часа им удалось наконец оторваться. Нападавшие вымотались настолько, что даже не забрали своих убитых товарищей, на которых парни с удивлением наткнулись ночью, вернувшись к обстрелянному санаторию. Искать своих было уже поздно, темнота и вновь налетевшая метель сделали свое дело, так что парни собрали с трупов все, что смогли найти, и уйдя подальше от места боя в лес, заночевали.

У Арины с дочерью дела обстояли не лучше: их больше никто не преследовал, но проблемы только начинались. Затянутый на руке жгут лишь помог выиграть время, и девочка не потеряла крови столько, сколько могла бы, пока тряслась на руках матери. Но пуля все еще была внутри, и Арине было просто необходимо действовать.

— Я не думала, что она это вынесет, — продолжала свой рассказ девушка. — Она кричала от боли, я — от страха.

Зашивать рану, конечно же, было нечем. Извлеченный голыми руками ошметок свинца лежал на снегу, покрытом красными пятнами, пока Арина, раздевшись, рвала в клочья свою майку. Диана уже несколько минут была без сознания, когда мать накрепко перетягивала ее развороченную бледную ручку. Нотки облегчения щекотали нервы. На душе было гораздо спокойнее, когда детские крики наконец стихли, но едва эта мысль вспыхнула в голове, как ей на смену пришла другая, чуть менее оптимистичная: а вдруг она умерла? Но девочка дышала, вселяя в издерганную мать надежду, что все еще может обернуться в их пользу.

— Следующие четыре дня мы просто сидели в овраге, в шалаше из веток. Диана не приходила в сознание, а я почти не спала. — Арина больше ничего не ела и за весь свой рассказ ни разу не притронулась к спиртному. — У меня руки тряслись, когда она наконец смогла открыть глаза. Тогда я поняла, что, возможно, у нас есть шанс. Несколько раз возвращалась обратно к санаторию. Не нашла тел, так что я решила, что либо вас поймали, либо вы просто ушли. Но нашла пистолет, вы, наверное, не заметили.

— Овраг? Это который у реки?

Заправленная виски память хаотично собирала в голове Фирса карту местности. И когда пазл наконец сложился, он побледнел. Здоровенный овраг, спускающийся к реке, парни прекрасно помнили, потому что проходили мимо него бесчисленное количество раз и ни разу никого там не видели. Гребаный снег, вертелось на языке у обоих. Они бы и рады были посетовать на непрекращающуюся метель, вот только что это меняло?

Арина же, тем временем, приходила к месту перестрелки каждый день. Примерно за полтора часа до заката, в надежде, что кто-то из них вернется, но надежда эта быстро угасла.

— Когда через несколько дней поняла, что вы не вернетесь, мы свернулись и ушли.

— Она так быстро встала на ноги? — спросил Андрей.

— Нет, — ответила девушка, не поднимая глаз. — Я несла ее. Не знаю как долго. Может, неделю, может, меньше. Короткими бросками, километров по шесть в день. С ней на руках, по снегу, больше не получалось.

И если бы снег был единственной проблемой. Диану пожирала лихорадка, и дураку было понятно, что дело не в холоде. Девочке срочно нужны были лекарства, и довольно скоро судьба, в которую никто из присутствующих уже давно не верил, вывела Арину к деревне. Когда небольшой поселок, всего-то от силы тридцать домов, выплыл из непроглядной снежной пелены, Арина уже едва держалась на ногах.

— Первой мыслью было рвануть туда, перевернуть каждый дом. Сколько там можно найти лекарств, еды? Наверное, нужно было так и сделать…

Но здравый смысл все же взял верх. Уже стемнело, ноги отказывались слушаться после очередного дня, проведенного в пути, да и неизвестно, что могло притаиться за манящими дверьми садовых домиков. Прокрутив варианты в голове, Арина решила затаиться в лесу неподалеку, и эта ночь, пожалуй, стала самой тяжелой.

Раздобытая тремя днями ранее палатка дрожала на ледяном ветру в полукилометре от поселка. Пришлось расстаться с последними силами, продираясь сквозь занесенную снегом чащу, но такова была цена заветного тепла. Девушка развела спасительный огонь, и пышные ели, обернутые в ледяные шубки, надежно спрятали его от посторонних глаз. Когда тепло наконец достаточно обласкало их окоченевшие тела, Арина без сил отключилась. Но снам так и не удалось заключить ее в свои объятия. Диана постоянно ерзала, заставляя мать вскакивать буквально каждые пять минут. Она плакала, а затем скулила во сне, потом снова плакала, и все это приправлялось судорогами, вызывающими у Арины приступы ужаса.

Девочка успокоилась только к утру, позволив сонной матери наконец выйти на разведку. Солнце еще сидело глубоко за горизонтом: отличное время для разведки. Около сорока минут Арина разглядывала все закутки поселка с небольшого пригорка на краю леса и за это время так и не увидела ни единого намека на чье-то присутствие. Ни огней, ни теней в окнах, ничего. Это вселяло надежду.

Девушка вернулась в палатку, проверить дочь и подготовиться к вылазке. Диана еще спала, и, наверное, впервые за всю ночь на ее лице не было испарины. Арина собрала свой рюкзак, положила в карман пистолет и еще раз, прежде чем застегнуть палатку, посмотрела на дочку. Тогда она видела ее в последний раз.

— Я влезла в тот, что был ближе всех. И сразу почувствовала этот запах, — продолжала девушка.

В первом же доме она нашла два тела. Немолодая семейная пара. Он: почти полностью лысый и, вероятно, хромой — рядом, у стены, стояла потертая трость. Она: женщина в теле, с подкрашенными короткими волосами и зубами, стоящими отдельно в стакане у телевизора. Они решили больше не полагаться на судьбу и взяли все в свои руки, о чем свидетельствовали два пустых пузырька снотворного, валяющиеся на полу. Вот только лежали они не так красиво, как показывают в фильмах: лежа в обнимку на своем супружеском ложе, до самого конца глядя друг другу в угасающие глаза. Реальность была куда менее романтичной. Паре было около шестидесяти, может, по семьдесят. И они явно переборщили с дозировкой. Женщина, с лицом, застывшим в уродливой гримасе, лежала на кровати, протягивая руки к распахнутой двери спальни, а ее благоверный лежал в коридоре, в луже собственной блевотины. Они рассчитывали на легкую смерть во сне, но у судьбы был другой план: хорошенько проучить их за эту плохо воспроизведенную шекспировскую постановку. Прошло не меньше часа, прежде чем все наконец кончилось. И стоит ли говорить, что оба они обделались.

Арина заткнула нос платком, но стоящий в воздухе едкий запах, словно в отместку, принялся разъедать глаза. Но позволить себе уйти она не могла. Методично обыскивая каждый закуток этого загородного склепа, заглянув в каждый шкафчик кухни, под раковину в ванной и даже в пластиковый сундучок под кроватью, для чего пришлось немного потеснить окоченевшую хозяйку, Арина наконец нашла то, зачем пришла. В прикроватной тумбочке лежал «Аугментин», довольно сильный антибиотик в таблетках, впрочем, помогает ли он при огнестрельных ранениях, Арина не имела ни малейшего понятия. Закрывшись в ванной, она сидела на холодном чугунном бортике и под светом маленького фонарика бегло вычитывала инструкцию, длиной не меньше метра. Область применения, противопоказания: дети до 12 лет. Я должна попытаться, швырнув бумажку в ванную, девушка заторопилась к выходу, может быть, полтаблетки… Но через пару секунд все это стало не важным.

— И тут я услышала крик. Диана так не кричала даже когда я доставала пулю.

Дно рюмок уже успело просохнуть, так что запить горькое послевкусие этой истории присутствующим было нечем. Андрей с Лехой пялились в пол, лишь изредка переглядываясь. Аня с Викой грустно ковыряли вилками свой ужин, и только Кира, не отрываясь, смотрела девушке прямо в глаза.

— Не помню, как выбралась из дома. Как забралась на эту гору, — на бледной, на фоне рыжих волос, щеке заблестела сползающая слеза. — А потом она кричать перестала. Я решила, что оглохла.

Но Арина все прекрасно слышала, хотя пульсирующая в висках кровь и пыталась перекричать крик ее собственного дыхания. Она слышала голоса, три или четыре, мужских и женских. Они прорезались в воздухе едва Диана стихла. О чем-то переговариваясь, они смеялись и, с каждой секундой, удалялись все дальше. Казалось, что она бежала целую вечность. Рыхлый мокрый снег под ногами постоянно проваливался, и разъезжающиеся ноги отказывались подчиняться приказам. Пригорок, поляна, хвойная стена. Ледяные иглы хлестали Арину по лицу, но она этого не замечала. Когда она добралась до лагеря, солнце уже плавило снег на верхушках деревьев. Голоса стихли, оставив Арине только вскрытую палатку, подпевающую ее плачу хлопающими на ветру брезентовыми дверьми.

— В ушах до сих пор стоит ее крик. Пробовала пойти по их следам, но я не умею, как ты, — Арина кивнула на Алексея.

— Думаешь, она еще жива? — спросила Кира.

— Жива! — слеза слетела на руку, и девушка наконец поняла, что заплакала. Она вытерла щеки. — И я ее найду.

Ребята одарили Арину словами поддержки и понимания. Пообещали помочь в поисках, посчитав это своим долгом. Тем более что один раз они, хоть и, вероятно, спасли ей жизнь, но все же умудрились ее потерять. Все сочувствовали ей и искренне хотели помочь, хотя никто из присутствующих даже не мог представить, кто мог похитить раненую девочку и, главное, зачем. Конечно, версии были. Те, омерзительные, которые всегда возникают спонтанно, когда ты на секунду задумываешься, и на свет вылезает все самое черное и деструктивное. А потом ты говоришь себе: почему сразу самое плохое? Но не думать об этом уже не в силах.

Перед тем как отправиться спать, они сменили тему. Желание поговорить о чем-нибудь еще, прежде чем впасть в объятия морфея, звенело в воздухе, и все понимали, что в любом случае кошмары сегодня им обеспечены. Слово взял Леша, рассказав девушке про их приключения, но не вдаваясь в краски и говоря больше о положительных моментах. Так они проговорили еще примерно час, пока их не прервал врезавшийся в разговор храп Андрея. Приняв это за знак, Алексей скомандовал отбой и, разбудив напарника, у которого по графику сегодня было дежурство, разогнал всех по спальным местам.